Дело № 2-835/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 декабря 2019 года г. Кингисепп

Кингисеппский городской суд Ленинградской области в составе

председательствующего судьи Башковой О.В., 

при секретаре Ниязовой А.В., 

при участии помощника Кингисеппского городского прокурора Смаковской Т.Ю., 

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности № от 03 августа 2019 года сроком на три года, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО3 – адвоката Алексеева Д.П., действующего на основании ордера N № от 02 августа 2019 года и доверенности серии № от 02 августа 2019 года сроком на три года, ответчика ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4, СПАО «РЕСО-Гарантия» о возмещении вреда, причиненного здоровью, о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 05 июля 2019 года первоначально обратился в суд с иском к ФИО3 о возмещении материального вреда в размере 23 764 рублей, о компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей, указав в иске, что 26 декабря 2015 года около 08 часов 00 минут на 220 км. 395 м. автодороги «ПГСКК» в Кингисеппском районе Ленинградской области водитель ФИО3, управляя транспортным средством марки 

<

данные изъяты> г/н. №, совершила наезд на него как на пешехода, причинив ему тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, после чего покинула место ДТП, не оказав ему помощи, по результатам проверки сообщения о преступлении КУСП N №, по ч. 1 ст. 264 УК РФ принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 за отсутствием состава преступления, по результатам проверки КУСП N № от 05.12.2018 по признакам преступления, предусмотренного ст. 125 УК РФ (оставление в опасности), было отказано в возбуждении уголовного дела в связи с истечением срока давности привлечения лица к уголовной ответственности. Полагает, что независимо от прекращения уголовных дел по указанным составам преступлений, ответчик ФИО3 должна нести гражданско-правовую ответственность как лицо, управляющее источником повышенной опасности. В результате ДТП ему пришлось закупить лекарства на общую сумму 23 764 рублей, ему были причинены физические и нравственные страдания, выразившиеся в том, что ответчик оставила его в опасности на месте ДТП в беспомощном состоянии, не оказав ему помощи, физических страданий, степень перенесенных им страданий он оценивает в 1 500 000 рублей (л.д. 2-6).

В судебное заседание истец не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, направил в суд своего представителя, который исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО3 и ее представитель адвокат Алексеев Д.П. в судебном заседании иск не признали, пояснили, что виновным в ДТП является сам истец, что подтверждается материалом об отказе в возбуждении уголовного дела, просят учесть материальное положение ответчика ФИО3, относительно расходов на лекарства полагают, что часть чеков нечитаема, а часть чеков подтверждает приобретение лекарств в период, когда истец проходил лечение в больнице и получал все необходимое бесплатно, истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора по лекарствам со страховой компанией, в которой была застрахована ответственность ФИО4

Привлеченный к участию в деле в качестве соответчика ФИО4 в судебном заседании иск не признал, пояснил, что истец сам виноват в ДТП, поскольку нарушил требования ПДД РФ.

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве соответчика СПАО «РЕСО-Гарантия» в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие, представил письменное ходатайство об оставлении искового заявления в части взыскания денежных средств, затраченных на лекарства, в размере 23 764 рублей, без рассмотрения ввиду несоблюдения истцом досудебного порядка урегулирования спора в указанной части (л.д. 133-135).

Определением Кингисеппского городского суда от 18 декабря 2019 года исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО4, СПАО «РЕСО-Гарантия» о возмещении вреда, причиненного здоровью, в размере 23 764 рублей оставлены без рассмотрения.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы гражданского дела, материалы проверок КУСП N № от 29.09.2016, N № от 05.12.2018 года; медицинские карты стационарного больного ФИО1, заслушав заключение прокурора, полагавшей иск подлежим удовлетворению в части взыскания денежных средств, затраченных на лекарства - в полном объеме, а иск в части компенсации морального вреда подлежащим частичному удовлетворению, исследовав представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу части 1 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Законодательством Российской Федерации предусмотрено обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Соответствующее законодательство состоит из Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального Закона от 25.04.2002 года N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон), других федеральных законов и издаваемых в соответствии с ними иных нормативных правовых актов Российской Федерации.

Статьей 931 Гражданского кодекса РФ предусмотрено страхование риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц. Согласно пункту 4 указанной статьи в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Судом установлено, и следует из материалов дела, что 26 декабря 2015 года около 08 часов 00 минут на 220 км. 395 м. автодороги «ПГСКК» в Кингисеппском районе Ленинградской области произошло ДТП с участием транспортного средства марки 

<

данные изъяты> г/н. № под управлением ФИО3, в результате ДТП был совершен наезд на пешехода ФИО1

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 14 декабря 2018 года установлено, что 26.12.2015 г. около 08 час. 00 мин. водитель ФИО3, управляя технически исправным автомобилем «

<

данные изъяты>» регистрационный знак № на 221 км автодороги «ПГСКК» в Кингисеппском районе Ленинградской области, в темное время суток, в дождливую погоду, совершила наезд на пешехода ФИО1 В результате данного дорожно-транспортного происшествия ФИО1 получил телесные повреждения, а именно: 

<

данные изъяты>, повлекшие тяжкий вред его здоровью по признаку опасности для жизни.

Как указано в постановлении, согласно заключению эксперта N 5№ от 17 июля 2017 года следует, что экспертным путем не представляется возможным определить место наезда на пешехода. Так же не представляется возможным определить технической возможности водителем предотвращения наезда на пешехода.

Проведенной проверкой установлено, что причиной ДТП, повлекшего причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1, могло явиться несоблюдение самим пешеходом требований п. 4.1 «Пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии – по обочинам» При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой – по внешнему краю проезжей части). При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств.

При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителям транспортных средств.

Проведенной по материалу проверкой было установлено, что 26.12.2015 года около 08 час. Водитель ФИО3, управляя технически исправным автомобилем ВАЗ № р/н. № на 220 км. 395 м. автодороги «ПГСКК» в Кингисеппском районе Ленинградской области в темное время суток в дождливую погоду мокром асфальте, с включенным ближним светом двигаясь со скоростью 40 км/ч, с видимостью с рабочего места водителя 60 м совершила наезд на пешехода ФИО1, которого она не видела, двигавшегося по проезжей части дороги в нарушение правил дорожного движения РФ п. 4.1 в попутном направлении с автомобилем ВАЗ № р/н. №. В результате данного ДТП ФИО1 получил телесные повреждения.

Постановлено отказать в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по ч. 1 ст. 264 УК РФ по материалу КУСП N № от 29 сентября 2016 года по основанию, предусмотренному п. 2 части первой ст. 24 УПК РФ (отсутствие в деянии состава преступления) (материал проверки КУСП N № от 29.09.2016, лист 1-3).

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от «07» декабря 2018 г. старший дознаватель ОД ОМВД России по Кингисеппскому району Ленинградской области майор полиции ФИО14., рассмотрев рапорт об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ст. 125 УК РФ, поступивший от заместителя начальника СО ОМВД России по Кингисеппскому району ЛО, подполковника юстиции ФИО5 и материал проверки КУСП№ № от 05.12.2018 г., установил:

26.12.2015 г. около 08 час. 00 мин. водитель ФИО3, управляя технически исправным автомобилем «

<

данные изъяты>» регистрационный знак № на 221 км автодороги «ПГСКК» в Кингисеппском районе Ленинградской области, в темное время суток, в дождливую погоду, совершила наезд на пешехода ФИО1 В результате данного дорожно-транспортного происшествия ФИО1 получил телесные повреждения, а именно 

<

данные изъяты>, повлекшие тяжкий вред его здоровью по признаку опасности для жизни.

В результате проведенной проверки по материалу КУСП N № от 05.12.2018 года установлено, что 26.12.2015 года около 08 часов водитель ФИО3, управляя автомобилем ВАЗ № р/н. № на 220 км. 395 м. автодороги «ПГСКК» в Кингисеппском районе Ленинградской области совершила наезд на пешехода ФИО1, двигавшегося по проезжей части дороги в нарушение правил дорожного движения п. 4.1 в попутном направлении с автомобилем 

<

данные изъяты>, р/н. №. 

После совершения наезда на пешехода ФИО3, предполагая, что совершила столкновение с препятствием и допуская, что таким препятствием мог быть человек, не убедившись в причинах и последствиях совершенного столкновения, покинула место ДТП, при этом ФИО3, осознавая (состояние аффекта в котором ФИО3 могла находиться как в момент совершения столкновения, так и после него, кроме как ее личными показаниями и показаниями ее отца, иными данными содержащимися в материале проверки КУСП, не подтверждается) имеющуюся опасность для жизни или здоровья потерпевшего ФИО1, который в результате полученных им тяжких телесных повреждений находился в беспомощном состоянии и был лишен возможности самостоятельно обратиться за медицинской помощью, имея реальную возможность оказать (путем вызова скорой медицинской помощи или доставления пострадавшего в ближайшее лечебное учреждение) необходимую помощь потерпевшему, не предприняла для этого никаких действий, покинула место ДТП, тем самым умышленно оставила без помощи ФИО1, находящегося в опасном для его жизни (здоровья) состоянии и лишенного возможности принять самостоятельные меры к самосохранению.

Таким образом, в действиях ФИО3 усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ст. 125 УК РФ (оставление в опасности), однако, принимая во внимание, что данное преступление, которое согласно ч. 2 ст. 15 УК РФ относится к преступлениям небольшой тяжести, было совершено ФИО3 26.12.2015 года, а согласно п. «а» ч. 1 ст. 83 УК РФ, за преступления небольшой тяжести срок давности привлечения лица к уголовной ответственности истекает через 2 года, то в данном случает срок привлечения виновного лица к ответственности истек 26.12.2017 года.

Постановлено отказать в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 125 УК РФ в отношении ФИО3 в связи с истечением срока давности привлечения лица к уголовной ответственности (материал проверки КУСП N № от 05.12.2018 лист 1-5).

Таким образом, из материалов проверки КУСП NN №, № следует, что ФИО3, имея право управления транспортными средствами, управляя транспортным средством, совершив наезд на пешехода, покинула место ДТП.

Из материалов проверки КУСП также следует, что сбитый пешеход ФИО1 был обнаружен спустя некоторое время лежащим на дороге случайным очевидцем, и доставлен автомашиной скорой помощи в Кингисеппскую ЦРБ.

Согласно данным медицинской карты стационарного больного N № следует, что ФИО1 поступил 26 декабря 2015 года в 08 часов 54 минуты, жалобы не предъявляет в связи с тяжелым состоянием, 

<

данные изъяты>, состояние крайне тяжелое, без сознания, больной доложен санавиации и дежурному травматологу ЛОКБ, 26 декабря 2015 года проведена хирургическая операция, 26 декабря 2015 года в 18 часов дежурный реаниматолог: состояние крайне тяжелое, сознание на фоне медикаментозной седации угнетено до комы 127 декабря 2015 года – состояние тяжелое, нестабильное, обусловлено полученными травмами, сознание угнетено до комы 2-3; 27 декабря 2015, 28 декабря 2015, 29 декабря 2015, 30 декабря 2015 – в тяжелом состоянии.

30 декабря 2015 года для дальнейшего лечения переводится сантранспортом в ЛОКБ с диагнозом: 

<

данные изъяты>.

Согласно записям в карте стационарного больного N 

<

данные изъяты>, в период с 30 декабря 2015 года по 20 января 2016 года ФИО1 находился на лечении в травматологическом отделении в ГБУЗ ЛОКБ, диагноз основной: 

<

данные изъяты>, поступил 30 декабря 2015 года – в тяжелом состоянии, проведено лечение: оперативное – 14.01.2016 года, 

<

данные изъяты>, выписывается в относительно тяжелом состоянии на стационарное лечение.

Согласно медицинской карте стационарного больного N 

<

данные изъяты>, ФИО1 переведен из ЛОКБ на лечение в травматологическое отделение Кингисеппской ЦРБ, где проходил стационарное лечение до 08 февраля 2016 года, состояние стабильно тяжелое, в сознании, диагноз основной: 

<

данные изъяты>, на фоне проводимого лечения отмечается слабая положительная динамика, пациент переводится для долечивания в отделение гнойной хрирургии по поводу 

<

данные изъяты>.

Согласно записям медицинской карты стационарного больного N 

<

данные изъяты> следует, что ФИО1 проходил стационарное лечение с 08.02.2016 года по 16 февраля 2016 года в гнойно-хирургическом отделении Кингисеппской ЦРБ, с диагнозом: 

<

данные изъяты>.

11.02.2016 

<

данные изъяты>, выписан для дальнейшего лечения в травматологическое отделение КМБ, состояние стабильное, без ухудшений. 

Записям медицинской карты N 

<

данные изъяты> ФИО1 проходил стационарное лечение с 16.02.2016 по 23.03.2016 года в травматологическом отделении Кингисеппской ЦРБ, с диагнозом: 

<

данные изъяты>, на фоне проводимого лечения отмечается положительная динамика, состояние средней тяжести, в удовлетворительном состоянии выписывается на амбулаторное лечение под наблюдение участкового терапевта.

Согласно записям медицинской карты N № стационарного больного ФИО1 по направлению на госпитализацию, выданному Кингисеппской ЦРБ, находился на лечении в хирургическом отделении ожогового центра ГБУЗ ЛОКБ с 23 марта 2016 года по 14 апреля 2016 года, диагноз основной: 

<

данные изъяты>. Проводились операции, выполнена операция 01.04.2016 

<

данные изъяты>, выписывается в стабильном состоянии для долечивания по месту жительства.

Согласно медицинской карте стационарного больного N 

<

данные изъяты> ФИО1 в период с 14 апреля 2016 года по 12 мая 2016 года находился в травматологическом отделении Кингисеппской ЦРБ с диагнозом: 

<

данные изъяты>, на фоне проводимого лечения отмечается положительная динамика, в удовлетворительном состоянии переводится в отделение гнойной хирургии для дальнейшего лечения.

Согласно медицинской карте стационарного больного N № ФИО1 в период с 12 мая 2016 года по 20 мая 2016 года находился на стационарном лечении в хирургическом отделении Кингисеппской ЦРБ с диагнозом: 

<

данные изъяты>. Выписывается под наблюдение травматолога по месту жительства.

Согласно медицинской карте N № стационарного больного ФИО1 в период с 13 июня 2017 года по 30 июня 20174 года по направлению, выданному Кингисеппской ЦРБ, находился на стационарном лечении в ожоговом отделении, при первичном осмотре жалобы на умеренные боли, длительно незаживающую рану, язву правой пяточной области, анамнез заболевания: последствия тяжелой сочетанной травмы полученной в декабре 2015 года. Длительное лечение ЛОКБ 2016, Кингисеппская ЦРБ 2016-2017 гг., согласно выписному эпикризу N № – краткий анамнез заболевания – 

<

данные изъяты>, выписан в удовлетворительном состоянии на амбулаторное лечение.

Согласно акту N № медико-социальной экспертизы гражданина, ФИО1 с 19 мая 2016 года установлена первая группа инвалидности на срок до 01.06.2018 года, заключение о видах и степени выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных заболеваниями, последствиями травм или дефектами: 

<

данные изъяты>. 

Согласно акту N № медико-социальной экспертизы гражданина, ФИО1 с 23 мая 2018 года установлена 

<

данные изъяты>, заключение о видах и степени выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных заболеваниями, последствиями травм или дефектами: 

<

данные изъяты>. 

Согласно заключению эксперта N 

<

данные изъяты> от 19 декабря 2016 года, у ФИО1 имелась 

<

данные изъяты> Указанные повреждения возникли от действия тупого твердого предмета и могли возникнуть от удара (ударов) о выступающие части движущегося автомобиля в условиях ДТП, могут иметь общий механизм возникновения, оцениваются в совокупности и относятся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни материал проверки КУСП N № от 05.12.2018 года - листы 48-54).

Таким образом, судом установлено, что истец ФИО1, после ДТП, то есть с 26 декабря 2015 года, по июнь 2017 года проходил лечение в условиях стационара, а также в амбулаторных условиях, после проведенного лечения получил 

<

данные изъяты>, в настоящее время по результатам медицинского освидетельствования имеет 

<

данные изъяты>, то есть функции организма истца полностью не восстановлены.

Судом также установлено, что собственником транспортного средства марки 

<

данные изъяты> г/н. № является ФИО4, его ответственность как владельца застрахована в СПАО «РЕСО-Гарантия», в страховом полисе отсутствуют данные о том, что ФИО3 включена в него как водитель, допущенный к управлению транспортными средствами (л.д. 106-108).

Вместе с тем, из материалов дела и пояснений ответчиков установлено, что собственник ФИО4 в момент ДТП находился рядом с ФИО3 в машине, ФИО3 управляла автомобилем с его устного согласия, то есть ФИО4 доверил управление транспортным средством ФИО3, при этом, правилами дорожного движения не предусмотрено обязанности собственника доверять управление транспортным средством в письменном виде (на основании письменной доверенности), таким образом, ФИО3 управляла транспортным средством на законном основании, следовательно, ответственность за вред, причиненный истцу, должна нести именно ФИО3 как причинитель вреда, и лицо, управляющее транспортным средством на ином законном основании, в связи с чем в удовлетворении исковых требований, предъявленных истцом к титульному владельцу автомашины, ФИО4, следует отказать.

Истцом заявлено к взысканию в счет компенсации морального вреда 1 500 000 рублей.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. 

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. 

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 ГК РФ может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Учитывая обстоятельства ДТП, характер действий ответчика, которая покинула место ДТП, не оказав помощи потерпевшему, находящемуся в беспомощном состоянии при наличии тяжелого состояния, индивидуальные особенности потерпевшего, его возраст, то, что до момента ДТП каких-либо существенных проблем со здоровьем у истца не наблюдалось, тогда как после ДТП истец длительное время (более двух лет), находился на стационарном лечении, после лечения ему была определена первая, а затем вторая группа инвалидности бессрочно с установленными значительными ограничениями двигательных функций, то есть имело и имеет место быть значительное снижение качества жизни истца, ограничение его жизненных потребностей и возможностей, истец длительное время испытывал боли, связанные с тяжестью полученных травм, неудобства, связанные с невозможностью передвижения, поскольку, как следует из медицинских карт, истец длительное время находился без сознания, в крайне тяжелом состоянии, самостоятельно передвигаться не мог (передвижение истца осуществлялось на каталке), длительным отсутствием возможности самостоятельного обслуживания, последствиями полученных травм стали повреждения тканей (пролежни) и язвы, которые также доставляли истцу боли и длительное состояние дискомфорта, также учитывая характер полученных истцом травм, которые в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, требования разумности и справедливости, соотношение размера причиненного вреда и размера денежных средств, которые просит взыскать истец, а также учитывая нормы п. 3 ст. 1083 ГК РФ о том, что суд вправе учесть имущественное положение ответчика, суд считает возможным уменьшить размер морального вреда и определить к взысканию с ответчика в пользу истца 1 000 000 рублей.

Доводы ответчика о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат ввиду того, что виновным в ДТП является сам истец, судом отклоняются ввиду следующего.

Согласно положениям ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Таким образом, ответственность за причинение вреда для лица, управляющего источником повышенной опасности, наступает без вины, если только ответчик не докажет, что вред наступил вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Согласно разъяснениям, указанным в п. 17 постановления Пленума ВС РФ N 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при разрешении спора о возмещении вреда жизни или здоровью, причиненного вследствие умысла потерпевшего, судам следует учитывать, что согласно пункту 1 статьи 1083 ГК РФ такой вред возмещению не подлежит.

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Согласно разъяснениям, указанным в п. 23 указанного постановления Пленума ВС РФ, владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ). 

Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (пункт 1 статьи 202, пункт 3 статьи 401 ГК РФ). 

Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению.

Вместе с тем судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о наличии умысла потерпевшего на причинение ему вреда, не установлено судом и обстоятельств непреодолимой силы.

Следовательно, ответчик не может быть полностью освобожден от ответственности за причинение вреда, причиненного здоровью истца, поскольку ответчик управляла источником повышенной опасности, при этом ответственность за вред в указанном случае наступает независимо от вины ответчика.

Относительно того, имела ли в действиях потерпевшего место грубая неосторожность, суд отмечает, что применительно к обстоятельствам настоящего спора нормы ст. 1083 ГК РФ устанавливают, что при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен.

Таким образом, основанием для уменьшения вреда является одновременное наличие двух условий: наличие грубой неосторожности самого потерпевшего (а также причинной связи между виновными действиями потерпевшего, и возникновением или увеличением вреда), и отсутствие вины причинителя вреда.

При этом вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В данном случае доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии вины причинителя вреда и грубой неосторожности потерпевшего должен ответчик.

Вместе с тем, суд считает, что в материалы настоящего гражданского дела доказательств отсутствия своей вины в ДТП ответчиком, равно как и наличия обстоятельств, свидетельствующих о грубой неосторожности потерпевшего, в соответствии со ст. 56 ГПК ПРФ не представлено.

То обстоятельство, что ФИО3 освобождена от уголовной ответственности по ч. 1 ст. 264 УК РФ ввиду отказа в возбуждении уголовного дела, само по себе не свидетельствует о том, что в действиях ФИО3 отсутствует вина, поскольку в соответствии со ст. 61 ГПК РФ преюдициальное значение для суда может иметь только приговор (решение, постановление), вынесенное судом, постановление должностных лиц ОМВД преюдициального значения для суда не имеет, кроме того, в отличие от уголовного судопроизводства, в гражданском судопроизводстве вина причинителя вреда презюмируется, пока не доказано иное.

Согласно п. 10.1. ПДД РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Из материалов проверок КУСП усматривается, что обстоятельства ДТП, в том числе сведения о том, с какой скоростью передвигалось транспортное средство, устанавливались только из пояснений самой ФИО3 и ее отца ФИО4, являющихся заинтересованными лицами, данных уже после того, как ФИО3 покинула место ДТП, как следует из материалов проверок по факту ДТП, ни дорожные или погодные условия, ни обстоятельства, из которых можно бы было сделать вывод о внезапной технической неисправности автомобиля, ни какие-либо иные непреодолимые обстоятельства не были установлены как непосредственные причины ДТП.

В материалах проверок имеется заключение эксперта N № согласно которому исследование проводилось со слов водителя (исходные данные о видимости, скорости равной 40 км/ч), в заключении эксперта указано, что каких-либо следов передвижения пешехода, а также других элементов вещно-следовой обстановки на месте происшествия зафиксировано не было, анализ указанных данных свидетельствует о том, что зафиксированная вещно-следовая обстановка недостаточна для определения экспертным путем координаты места наезда на пешехода автомобилем №. В рассматриваемой дорожной обстановке водитель автомобиля № должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ.

Решить вопрос о наличии (отсутствии) у водителя автомобиля № технической возможности предотвращения наезда на пешехода не представляется возможным, следовательно, решить вопрос о соответствии (несоответствии) действий водителя требованиям пункта 10.1 ПДД РФ также не предоставляется возможным, оценка действий пешехода специальных автотехнических познаний не требует и может быть выполнена следственными органами или судом самостоятельно, применительно к положениям раздела 4 ПДД РФ. Определить безопасную скорость движения автомобиля № по условиям видимости дороги не представляется возможным.

Для решения вопроса о наличии (отсутствии) у водителя автомобиля № технической возможности предотвращения ДТП, определения безопасной скорости движения его транспортного средства по условиям видимости дороги, и о соответствии (несоответствии) его действий требованиям пункта 10.1 ПДД РФ эксперту необходимо предоставить следующие исходные данные:

- расстояние видимости дороги;

- видимость пешехода, а также направление его движения.

Без указанных исходных данных определить безопасную скорость движения автомобиля № по условиям видимости дороги, а также решить вопрос о наличии (отсутствии) у водителя автомобиля № технической возможности предотвращения наезда на пешехода, и о соответствии (несоответствии) действий водителя требованиям пункта 10.1 ПДД РФ не представляется возможным (материал проверки КУСП N № от 05.12.2018 года листы 65-69).

Таким образом, ни в материалах настоящего дела, ни в материалах проверок КУСП не имеется достаточных доказательств, которые исключали бы вину ФИО3 в совершении противоправных действий, а именно, нарушения ПДД РФ, которые привели к наезду на пешехода и причинению истцу вреда, выводами проведенной в рамках КУСП автотехнической экспертизы вина ФИО3 также не исключается, а в рамках настоящего дела ФИО3 не заявляла ходатайств о проведении судебных экспертиз.

В этой связи суд считает, что ответчиком ФИО3 не представлено достаточных и допустимых доказательств, подтверждающих отсутствие вины водителя ФИО3 в наезде на пешехода.

Доводы ФИО3 о том, что виновным в ДТП является сам пешеход, то есть доводы ответчика о грубой неосторожности истца также не принимаются судом во внимание как основание для уменьшения вреда ниже установленного судом.

Действительно, в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 14 декабря 2018 года указано, что «…проведенной проверкой установлено, что причиной данного ДТП, повлекшего причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1 могло явиться несоблюдение самим пешеходом требований п. 4.1 «Пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велосипедным дорожкам, а при их отсутствии – по обочинам. При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним, пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой – по внешнему краю проезжей части). При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств.

При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителям транспортных средств.

Проведенной по материалу проверкой было установлено, что 26.12.2015 года около 08 час. Водитель ФИО3, управляя технически исправным автомобилем 

<

данные изъяты> р/н. № на 220 км. 395 м. автодороги «ПГСКК» в Кингисеппском районе Ленинградской области в темное время суток в дождливую погоду мокром асфальте, с включенным ближним светом двигаясь со скоростью 40 км/ч, с видимостью с рабочего места водителя 60 м совершила наезд на пешехода ФИО1, которого она не видела, двигавшегося по проезжей части дороги в нарушение правил дорожного движения РФ п. 4.1 в попутном направлении с автомобилем 

<

данные изъяты> р/н. №. В результате данного ДТП ФИО1 получил телесные повреждения.

Таким образом, согласно выводам, изложенным в постановлении, нарушение пешеходом п. 4.1 ПДД РФ выразилось в том, что он двигался по проезжей части дороги в попутном направлении с автомобилем ВАЗ № г/н. №.

Вместе с тем, наличие причинно-следственной связи между данным обстоятельством и ДТП ничем не устанавливалось, как следует из выводов эксперта в заключении N №, при осмотре места происшествия каких-либо следов обуви пешехода и следов торможения колес автомобиля 

<

данные изъяты> на поверхности дороги, которые могли бы однозначно указать на расположение места наезда, обнаружено и должным образом зафиксировано не было, каких-либо следов передвижения пешехода, а также других элементов вещно-следовой обстановки на месте происшествия зафиксировано не было. Анализ указанных данных свидетельствует о том, что зафиксированная вещно-следовая обстановка недостаточна для определения экспертным путем координаты места наезда на пешехода автомобилем 

<

данные изъяты>. 

Таким образом, само по себе движение пешехода в нарушение п. 4.1 ПДД РФ в попутном направлении с автомобилем не свидетельствует о том, что имеет место вина пешехода в ДТП, поскольку отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие причинно-следственной связи между наездом на пешехода и тем, что пешеход двигался в попутном направлении в автомобилем, что исключает вывод суда о том, что ДТП явилось следствием именно ввиду грубой неосторожности самого потерпевшего.

Следовательно, отсутствует предусмотренная ст. 1083 ГК РФ необходимая совокупность условий для уменьшения размера вреда ниже установленной судом, то есть меньше 1 000 000 рублей.

В пользу истца ФИО1 с ответчика ФИО3 подлежит взысканию в счет компенсации морального вреда денежная сумма в размере 1 000 000 рублей.

Согласно ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Истец при подаче иска от уплаты государственной пошлины освобожден.

В пользу истца судом взыскан 1 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Следовательно, размер госпошлины, подлежащей взысканию с ответчика ФИО3, в доход соответствующего бюджета, составляет 300 рублей – исковые требования неимущественного характера).

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 56, 67, 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 к ФИО3, ФИО4, СПАО «РЕСО-Гарантия» о компенсации морального в размере 500 000 (пятьсот тысяч рублей) отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета МО «Кингисеппский муниципальный район» расходы по государственной пошлине в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Кингисеппский городской суд.

Судья

Решение в окончательной форме принято 23 декабря 2019 года.