Судья Т.С. Лапина N 22-2344/2024

Именем

Российской Федерации

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й 

П Р И Г О В О Р

город Саратов 17 октября 2024 года

Саратовский областной суд в составе председательствующего А.К. Аниканова, судей Ю.Г. Авдеенко, М.Ю. Куликова,

при помощнике судьи Д.И. Ильиной,

с участием

государственного обвинителя – старшего прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Саратовской области ФИО7,

осужденной ФИО8,

защитника – адвоката Саратовской областной коллегии адвокатов «Правозащита» ФИО9, предоставившего удостоверение от 12 июля 2016 года N 2777 и ордер от 19 сентября 2024 года N 737,

рассмотрев в открытом судебном заседании

по докладу председательствующего

апелляционные представление государственного обвинителя Н.В. Кореневского, жалобу осужденной ФИО8

на приговор Балашовского районного суда Саратовской области от 19 июля 2024 года, которым

гражданка Российской Федерации ФИО8, родившаяся 

<

дата> в 

<

адрес>, проживающая в 

<

адрес>, неработающая, пенсионерка, получившая среднее профессиональное образование, вдовая, несудимая,

осуждена за совершение преступления, предусмотренного частью первой статьи 105 УК Российской Федерации, к лишению свободы на срок восемь лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима,

мера пресечения – заключение под стражу, срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, в него зачтено время содержания ФИО8 под стражей с 14 мая 2024 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы, судьба вещественных доказательства определена, процессуальные издержки распределены,

у с т а н о в и л :

Судом первой инстанции ФИО8 признана виновной в умышленном причинении смерти ФИО1, совершенном 14 мая 2024 года на территории Балашовского района Саратовской области.

Государственный обвинитель Н.В. Кореневский в апелляционном представлении обращает внимание, что, признав смягчающим наказание ФИО8 обстоятельством противоправность поведения потерпевшего ФИО1, явившегося поводом для преступления, суд первой инстанции не привел соответствующие обстоятельства в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния.

Осужденная в апелляционной жалобе находит назначенное ей наказание несправедливо суровым. Утверждает, что активно способствовала раскрытию и расследованию преступления.

Других апелляционных представлений и жалоб, а равно возражений на поданные не поступало.

О месте, дате и времени судебного заседания суда апелляционной инстанции стороны извещены в период с 19 по 30 сентября 2024 года. По ходатайству осужденной путем видеоконференц-связи обеспечено ее участие в заседании. Судом осужденной назначен защитник.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции государственный обвинитель просил отменить обжалуемый приговор по доводам апелляционного представления.

Осужденная и защитник просили изменить приговор и смягчить назначенное ФИО8 наказание.

В свою очередь, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

По результатам рассмотрения уголовного дела суд первой инстанции счел доказанным, что 14 мая 2024 года, примерно с 11 до 13 часов, ФИО8 и ее сожитель ФИО1, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, находились в 

<

адрес>, где между ними произошла ссора, в результате которой ФИО8 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений решила причинить смерть ФИО1. Реализуя задуманное, 14 мая 2024 года в период времени с 11 до 13 часов ФИО8, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, находясь в 

<

адрес>, прошла на кухню, взяла в руку нож, вернулась в коридор и, действуя умышленно, держа нож в своей руке, используя его в качестве оружия, нанесла клинком один удар в область шеи ФИО1, причинив ему колото-резаное ранение левой боковой поверхности шеи, проникающее в просвет глотки, с повреждением левой общей сонной артерии, сопровождающееся развитием угрожающего жизни состояния – острой кровопотери, которое причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека и привело к смерти ФИО1.

Согласно законоположениям части первой статьи 389.17 УПК Российской Федерации основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Статьей 307 УПК Российской Федерации установлено, что описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Как разъяснил на основании статьи 126 Конституции Российской Федерации Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 18 постановления от 29 ноября 2016 года N 55 «О судебном приговоре», описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должна содержать описание преступного деяния, как оно установлено судом, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; если суд установил обстоятельства преступления, которые не были отражены в предъявленном подсудимому обвинении, но признаны судом смягчающими наказание (к примеру, совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств либо по мотиву сострадания, в результате физического или психического принуждения; противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившиеся поводом для преступления), эти обстоятельства также должны быть приведены при описании деяния подсудимого.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционного представления и расценивает в качестве нарушения, способного повлиять на вынесение законного и обоснованного решения, то, что вопреки требованиям статьи 307 УПК Российской Федерации (в истолковании, данном Верховным Судом Российской Федерации) в описании преступного деяния ФИО8 отсутствует указание на противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления – поскольку это противоречит решению суда первой инстанции о признании соответствующего обстоятельства смягчающим наказание ФИО8.

Одновременно суд апелляционной инстанции отмечает ошибочность признания потерпевшим гражданина ФИО2, поскольку он не отнесен законом к числу лиц, к которым могут перейти права потерпевшего (часть восьмая статьи 42 УПК Российской Федерации).

Поскольку для правильной оценки содеянного с позиций уголовного закона требуется установление фактических обстоятельств, оставшихся вне внимания суда первой инстанции, постановленный им приговор подлежит отмене.

Как следствие, поставленные осужденной вопросы будут разрешены судом апелляционной инстанции заново.

Проанализировав доказательства, исследованные судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции установил, что в промежуток времени между 11 и 13 часами 14 мая 2024 года в 

<

адрес> в ходе словесного конфликта ФИО1 нанес ФИО8 удары в область головы и по руке, вследствие чего у ФИО8 возник умысел на убийство ФИО1, реализуя который, ФИО8 взяла на кухне этого же дома нож и, возвратившись в коридор, в указанный выше промежуток времени, действуя из личной неприязни к ФИО1, с целью причинения ему смерти, умышленно нанесла удар клинком ножа в область шеи ФИО1. В результате указанных действий ФИО1 было причинено колото-резаное ранение левой боковой поверхности шеи, проникающее в просвет глотки, с повреждением левой общей сонной артерии, сопровождающееся развитием угрожающего жизни состояния – острой кровопотери, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, отчего ФИО1 скончался на месте в указанный выше период времени.

Сторонами предоставлены следующие доказательства.

Из показаний ФИО8, данных в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемой (листы 70 – 74 тома 1 дела), следует, что в период времени с 11 до 12 часов 14 мая 2024 года она со своим сожителем ФИО1 после совместного распития спиртного находились в ее 

<

адрес>, где в коридоре между ними произошел словесный конфликт, в ходе которого ФИО1 ударил ее в область левого виска, отчего она упала на пол, а затем ударил два раза ногой по голове. После этого она, ФИО8, поднялась, пошла на кухню, где взяла нож, возвратилась в коридор, где сидел ФИО1, и, будучи обозленной нанесенными им оскорблениями и побоями, ударила его ножом в шею, а затем бросила нож на пол. У ФИО1 из шеи пошла кровь и он упал на пол, а она пошла к соседке ФИО3, которой сообщила, что зарезала ФИО1, и ему необходимо вызвать скорую помощь.

Из показаний ошибочно признанного потерпевшим ФИО2, данных в ходе предварительного расследования (листы 144 – 147 тома 1 дела), следует, что утром 14 мая 2024 года он совместно с ФИО3, ФИО8 и ФИО1 распивали спиртное в 

<

адрес>, где он, ФИО2, проживает с ФИО3, после чего ФИО8 и ФИО1 ушли. Примерно в 12 часов 30 минут этого же дня ФИО3 сказала ему, что ФИО8 зарезала ФИО1. Выйдя во двор, он увидел ФИО8, руки которой были окровавлены; она сказала, что зарезала ФИО1. После этого они пошли к дому, где проживали ФИО8 и ФИО1, и попросили встретившуюся им ФИО4 вызвать полицию. Придя к дому ФИО8, он увидел кровь под входной дверью и остался около дома. До приезда полиции в дом никто не входил.

Данные показания суд принимает в качестве допустимого доказательства, имея в виду, что процессуальное законодательство одинаковым образом регламентирует допрос потерпевших и свидетелей (глава 26 УПК Российской Федерации).

Из показаний свидетеля ФИО3, данных в ходе предварительного расследования (листы 63 – 66 тома 1 дела) следует, что утром 14 мая 2024 года она совместно с ФИО2, ФИО8 и ФИО1 распивали спиртное в 

<

адрес>, где она проживает с ФИО2, после чего ФИО8 и ФИО1 ушли. Примерно в 12 часов 10 минут этого же дня к ней пришла ФИО8, которая сказала, что зарезала ФИО1; ее руки были в крови. После этого она, ФИО3, сообщила об этом ФИО2 и они все вместе прошли к дому ФИО8, где увидели, что из-под входной двери течет кровь. Тогда она вызвала полицию, до приезда которой в дом никто не входил.

Из показаний свидетеля ФИО5, данных в ходе предварительного расследования (листы 149 – 152 тома 1 дела), следует, что около 12 часов 30 минут 14 мая 2024 года, когда он находился рядом с 

<

адрес>, его окликнул ФИО2, который шел с ФИО8 и ФИО3, и попросил его пройти с ними в дом ФИО8, что он и сделал. У дома ФИО8 он увидел, что под входной дверью много крови. ФИО8 рассказала, что зарезала ФИО1, воткнув ему нож в шею, после чего вылезла из дома через окно. ФИО3 позвонила своей дочери и попросила ее вызвать полицию. В свою очередь, он попросил вызвать полицию проходившую мимо ФИО4. До приезда сотрудников полиции в дом никто не входил. 

Из показаний свидетеля ФИО4, данных в ходе предварительного расследования (листы 153 – 155 тома 1 дела), следует, что 14 мая 2024 года около 12 часов 30 минут, когда она проходила мимо 

<

адрес>, где проживали ФИО8 и ФИО1, ее окликнул ФИО5, который попросил ее вызвать полицию, сказав, что ФИО8 причинила ФИО1 ножевое ранение. После этого она пошла в свой 

<

адрес>, откуда вызвала полицию.

Из показаний свидетеля ФИО6, данных в ходе предварительного расследования (листы 156 – 158 тома 1 дела), следует, что 14 мая 2024 года около 13 часов ей позвонила ФИО3 и попросила вызвать полицию к 

<

адрес>, сказав, что ФИО8 причинила ФИО1 ножевое ранение; после этого разговора она сразу же вызвала полицию,

Из протокола осмотра места происшествия от 14 мая 2024 года (листы 15 – 33 тома 1 дела) следует, что в 

<

адрес> у входной двери обнаружен труп ФИО1 с повреждением шеи, а также пятна вещества бурого цвета, с которых взяты смывы; на полу кухни обнаружен нож, который также изъят.

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз смерть ФИО1 наступила в результате колото-резаного ранения шеи, проникающего в просвет глотки, с повреждением левой общей сонной артерии, сопровождавшегося развитием наружного кровотечения и острой кровопотери. Указанное ранение возникло незадолго до наступления смерти в короткий промежуток времени, причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и повлекло за собой наступление смерти, образовалось от одного воздействия (удара) колюще-режущего орудия (предмета), имевшего одну острую кромку и противоположную тупую, наличие дополнительных повреждений свидетельствуют об изменении ориентации плоскости клинка при извлечении его из раневого канала. В крови и моче трупа ФИО1 обнаружен этиловый спирт в концентрации, соответствующей состоянию алкогольного опьянения. Потерпевший не мог причинить себе указанное ранение собственной рукой (листы 163 – 168 тома 1 дела). Это ранение могло образоваться при обстоятельствах, указанных ФИО8 при допросе, в результате воздействия ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия и представленного на экспертизу (листы 225 – 230 тома 1 дела).

Из заключений судебно-биологических экспертиз следует, что на поверхности клинка ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь, принадлежащая ФИО1; на поверхности рукоятки ножа обнаружен биологический материал, который произошел от смешения генетического материала ФИО1 и ФИО8 (листы 181 – 184 тома 1 дела); на одежде ФИО1 и срезах ногтей с его рук, а также на четырех смывах, изъятых в ходе осмотра места происшествия от 14 мая 2024 года, найдена кровь человека, происхождение которой от ФИО1 не исключается, а от ФИО8 исключается; на джемпере и смывах с рук ФИО8 найдена кровь человека (листы 195 – 199 тома 1 дела).

Оценив данные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что они достаточны для установления виновности ФИО8 в совершении деяния, запрещенного уголовным законом.

Оснований не доверять последовательным и непротиворечивым показаниям ФИО8, согласующимся с показаниями свидетелей и результатами осмотра места происшествия и экспертиз, суд не находит, в связи с чем считает необходимым положить их в основу приговора.

Выдвинутую в суде первой инстанции версию ФИО8 о том, что она взяла нож, так как не могла свободно уйти, суд апелляционной инстанции отвергает, поскольку из ее показаний на предварительном следствии, которые она подтвердила, следует, что ФИО1 перед нанесением удара ножом сидел в кресле и каких-либо действий, кроме высказывания оскорблений и угроз, не совершал; удар ножом она нанесла, разозлившись на ФИО1.

Суд находит, что, нанося удар ножом в шею ФИО1, где расположен ряд жизненно важных органов, а также крупные кровеносные сосуды, с силой, достаточной для возникновения у него выявленных впоследствии повреждений, ФИО8 не могла не осознавать возможности причинения ему смерти, а, следовательно, действовала умышленно.

Причин считать, что совершенное деяние не представляет общественной опасности и является малозначительным, суд не видит.

Поскольку согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы ФИО8 какого-либо иного психического расстройства, кроме алкоголизма, не обнаруживала, могла и в настоящее время может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими – оснований сомневаться в ее вменяемости нет.

Обстоятельств, исключающих преступность содеянного, не имеется; освобождению от уголовной ответственности ФИО8 не подлежит.

Поскольку оснований для возвращения уголовного дела прокурору также не установлено, а допущенные судом первой инстанции нарушения являются устранимыми, на основании положений статьи 389.23 УПК Российской Федерации суд апелляционной инстанции постановляет по делу новый приговор.

С учетом установленных по делу обстоятельств суд квалифицирует деяние ФИО8 по части первой статьи 105 УК Российской Федерации как умышленное причинение смерти другому человеку.

Принимая во внимание фактические обстоятельства содеянного и степень его общественной опасности (в частности, учитывая интенсивность посягательства, что преступление является оконченным, ФИО8 выполняла роль исполнителя), категория совершенного преступления на менее тяжкую по правилам части шестой статьи 15 УК Российской Федерации изменению не подлежит.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, а равно других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по делу не установлено, в связи с чем оснований для применения ст. 64 УК Российской Федерации суд не находит.

Следовательно, с учетом санкции части первой статьи 105 УК Российской Федерации более мягкое, чем лишение свободы, основное наказание назначено ФИО8 быть не может.

При определении срока лишения свободы суд учитывает:

характер и степень общественной опасности совершенного преступления против жизни, относящегося к категории особо тяжких;

смягчающие наказание обстоятельства, которыми на основании пункта «з» части первой статьи 61 УК Российской Федерации признается противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления (так как из ничем не опровергнутых показаний ФИО8 следует, что она решила убить ФИО1, поскольку тот применил к ней физическое насилие); на основании пункта «и» части первой статьи 61 УК Российской Федерации – явка с повинной (поскольку ФИО8 добровольно сообщила о совершенном преступлении, лист 45 тома 1 дела) и активное способствование раскрытию и расследованию преступления (которое было совершено в условиях неочевидности, и ФИО8 сообщила следователю все необходимые сведения о его обстоятельствах); на основании части второй статьи 61 УК Российской Федерации – пожилой возраст ФИО8, полное признание ей виновности и раскаяние;

отсутствие отягчающих наказание обстоятельств (при этом суд апелляционной инстанции с учетом положений статьи 389.24 УПК Российской Федерации не входит в обсуждение вопроса о признании отягчающим наказание ФИО8 обстоятельства, предусмотренного частью первой.1 статьи 63 УК Российской Федерации);

личность виновной, посредственно характеризующейся по месту жительства.

Кроме того, судом принимаются во внимание влияние наказания на исправление осужденной, ее состояние здоровья, а также требования части первой статьи 62 УК Российской Федерации.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО8 преступления, определяемые с учетом объекта посягательства (жизнь), формы вины (умысел) и категории преступления (особо тяжкое), а также конкретных обстоятельств содеянного, и характеризующие осужденную данные, суд находит, что применение к ней условного осуждения невозможно.

На основании пункта «б» части первой статьи 58 УК Российской Федерации лишение свободы подлежит отбыванию в исправительной колонии общего режима.

Применение к осужденной дополнительных наказаний суд находит нецелесообразным.

Оснований для освобождения осужденной от возмещения процессуальных издержек, понесенных в связи с выплатой адвокату по назначению С.М. Авилкину вознаграждения в размере 6886 рублей, суд не находит, в связи с чем на основании части первой статьи 132 УПК Российской Федерации они подлежат взысканию с ФИО8.

Судьба вещественных доказательств разрешается исходя из требований статьи 81 УПК Российской Федерации. При этом суд учитывает, что нож является орудием преступления; рюмка и изъятые с места происшествия смывы с оконной рамы, пола и двери, какой-либо ценности не представляют; лица, имеющие законный интерес в получении вещей ФИО1, не установлены; от получения своей одежды ФИО8 отказалась. Соответственно, указанные доказательства подлежат уничтожению.

Поскольку в апелляционном представлении ставился вопрос об отмене приговора с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство, а в жалобе – об изменении приговора, апелляционные представление и жалоба подлежат удовлетворению в части.

С учетом изложенного и руководствуясь статьями 389.20, 389.28 УПК Российской Федерации, суд

п р и г о в о р и л :

Апелляционные представление государственного обвинителя Н.В. Кореневского, жалобу осужденной ФИО8 удовлетворить в части.

Приговор Балашовского районного суда Саратовской области от 19 июля 2024 года в отношении ФИО8 отменить, постановить по делу новый обвинительный приговор.

Признать ФИО8 виновной в совершении преступления, предусмотренного частью первой статьи 105 УК Российской Федерации, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок семь лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания лишения свободы исчислять с 17 октября 2024 года.

Зачесть время содержания ФИО8 под стражей с 14 мая до 17 октября 2024 года в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы.

Вещественные доказательства:

нож, рюмку, смывы с оконной рамы, пола и двери, изъятые с места происшествия 14 мая 2024 года, а также одежду ФИО1 и ФИО8 – уничтожить;

Взыскать с ФИО8 в доход федерального бюджета 6 886 рублей процессуальных издержек.

Апелляционный приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции через Балашовский районный суд Саратовской области в течение шести месяцев со дня его вынесения (осужденной – в тот же срок со дня вручения ей копии приговора), а по истечении указанного срока – путем подачи кассационных представления или жалобы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции. Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи