Дело № 2-3017/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 мая 2017 года город Саратов

Октябрьский районный суд города Саратова в составе:

председательствующего судьи Ершова А.А.,

при секретаре судебного заседания Апокине Д.В.,

с участием помощника прокурора Октябрьского района города Саратова Шпак Н.А.,

истца ФИО1 и её представителя ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием.

В обосновании иска указала, что 

<

дата> в 

<

данные изъяты> час. 

<

данные изъяты> мин. в 

<

адрес> произошло ДТП, в ходе которого автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

***>, под управлением ФИО4, совершил наезд на пешехода ФИО отчего последний получил травмы, не совместимые с жизнью, и впоследствии скончался в машине «Скорой помощи». В результате смерти близкого истцу человека причинен моральный вред.

В рамках проведенной проверки по факту ДТП, следователем отдела по расследованию ДТП ГСУ ГУ МВД России по Саратовской области от 

<

дата> отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4, предусмотренного ч. 3 ст. 263 УК РФ, по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления.

Смерть ФИО наступила в результате воздействия тупых предметов при ДТП в результате столкновения автомобиля с пешеходом, о чём указано в заключении судебно-медицинской экспертизы.

ФИО является родным сыном истца. ФИО1 не только перенесла глубочайший стресс, но и физически страдала. У нее ухудшилось здоровье, ей дважды вызывали скорую помощь, она не спит ночами, постоянно «глаза на мокром месте». Истец вместе с сыном проживали вместе, были очень близки. Погибший оказывал помощь по хозяйству, зарабатывал денежные средства на содержании семьи, так как мужа у нее нет и временно не могла работать по состоянию здоровья.

Утрата сына и причина его смерти, а также обезображенность тела, нанесло истцу неизгладимый моральный и физический вред.

После гибели сына состояние здоровья ФИО1 сильно ухудшилось. Она постоянно принимала лекарственные средства, плакала, очень переживала утрату сына. Ей приходится самой заниматься хозяйственными делами, которыми ранее занимался погибший.

Истец потеряла в результате трагической гибели близкого человека, с которым она проживала совместно, испытывает горе, безысходность, одиночество, нарушен ее нормальный уклад жизни. Потеря сына для истца является невосполнимой утратой, сильнейшим психологическим ударом, причинившим нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, поскольку она не может больше общаться с близким человеком, не имеет в его лице помощи и психологической поддержки.

Гибель сына сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истца, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека является наиболее сильным переживанием, препятствующем социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

Учитывая изложенное, истец просит взыскать в свою пользу с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1.000.000 руб.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Она также пояснила, что ответчик до момента обращения в суд не предпринимал меры для компенсации причиненного вреда. О ДТП с участием сына она узнала от соседей. Прибыв на место ДТП, тела сына уже не было. Старший сын сказал, что нужно ехать в больницу, и они уехали. В дальнейшем вернулись на место ДТП, где находились сотрудники ДПС, следователи и отец ответчика. Следователь отказался давать пояснения. Как оказалось в дальнейшем, смерть сына наступила в машине скорой помощи. Тело сына она увидела только при похоронах. Все это время истец находилась дома, неоднократно вызывала скорую помощь, так как очень плохо себя чувствовала. Она не спала, не могла ничего делать, не могла шевелиться. Она также обращалась к врачам: к терапевту, гастроэнтерологу, урологу, окулисту. Весь этот период с ней вместе находились родственники и соседка. До 40 дней истец не могла «шевелиться». В настоящее время состояние её здоровья только ухудшилось, жизнь для неё остановилась. После ДТП от ответчика каких-либо извинений не поступало. Ответчик после ДТП не подошел даже к сыну. С сыном у них были хорошие доверительные отношения. До своей смерти у сына были планы на будущее – хотел жениться и уйти в армию по контракту.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования также поддержал по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик извещался о времени и месте рассмотрения гражданского дела надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие (л.д. 48).

В адрес суда от него потупили письменные возражения на иск, согласно которых ответчик считает, что заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению в связи с тем, что правила дорожного движения им не нарушались, а несчастный случай произошел по вине самого пешехода ФИО5, находящегося в тот момент в состоянии алкогольного опьянения, нарушившего Правила дорожного движения. Предотвратить ДТП у ответчика не было технической возможности. Страховая компания ответчика выплатила компенсацию морального вреда стороне истца в сумме 475.000 руб.

При вынесении решения ответчик просит суд обратить внимание на то, что у него нет своего имущества и дохода, он находится на иждивении у родителей, является учащимся (студентом), прописан и проживает в квартире родителей.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал. Она также пояснил суду, что ответчик ФИО4 является его сыном. В материалах проверки по факту ДТП имеются множество жалоб со стороны истца, по которым проводились неоднократные проверки, повторные экспертизы, которые и подтвердили вину самого потерпевшего. Он лично призывал истца к урегулированию конфликта, в том числе имелись обращения через третьих лиц со старшим братом погибшего. 

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

Суд, изучив доводы искового заявления, заслушав объяснения истца и её представителя, представителя ответчика, показания свидетелей, исследовав материалы дела и отказной материал проверки по факту ДТП №, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению в части, суд приходит к следующему.

На основании п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п. 1, 2 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Судом установлено, что 

<

дата> около 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут, водитель ФИО4, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, двигался по проезжей части 

<

адрес>. В пути следования, напротив 

<

адрес>, ФИО4 совершил наезд на пешехода ФИО, пересекавшего проезжую часть в неустановленном для перехода месте слева направо относительно направления движения автомобиля. В результате наезда пешеход ФИО получил телесные повреждения, от которых скончался в автомобиле «Центр медицины катастроф» в пути следования от места дорожно-транспортного происшествия в медицинское учреждение.

Постановлением следователя по расследованию ДТП ГСУ ГУ МВД России по Саратовской области от 

<

дата> отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления (материал проверки, том 1, л.м. 100-103).

В дальнейшем указанное постановление неоднократно отменялось и 

<

дата> по факту смерти ФИО также вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления материал проверки, том 2, л.м. 8-13).

Согласно проведенной в рамках проверки по факту ДТП судебно-медицинской экспертизы установлено, что смерть ФИО наступила от тупой сочетанной травмы тела с разрывом связок между шейными позвонками в верхнем отделе и кровоизлияниями под оболочки спинного и головного мозга. Повреждения образовались от действия твердых предметов при дорожно-транспортном происшествии в результате столкновения автомобиля с пешеходом с первичным ударом в область у поверхности голени, забрасыванием тела на автомобиль и последующим падением тела на дорожное покрытие. В крови трупа ФИО обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,4 г/л, что у живых лиц обычно соответствует средней степени алкогольного опьянения (заключению эксперта № от 

<

дата>, материал проверки, том 1, л.м. 46-49).

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что смерть ФИО наступила 

<

дата> в результате ДТП с участием автомобиля, который находился под управлением ФИО4 На момент ДТП ответчик ФИО4 управлял автомобилем на законных основаниях, имея полис ОСАГО серии 

<

данные изъяты> №, согласно которого он был указан в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством (материал проверки, том 1 л.д. 70), что свидетельствует о том, что ФИО4 являлся его владельцем (владельцем источника повышенной опасности в соответствии с положениями ст. 1079 ГК РФ).

В силу п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

В соответствии с п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Согласно ст.. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. Таким образом, ответчик, будучи владельцем источника повышенной опасности, в соответствии с положениями ст. 1100 ГК РФ, обязан возмещать причиненный моральный вред вне зависимости от вины в причинении вреда указанным источником повышенной опасности. При этом, в силу положений ст. 1083 ГК РФ при решении вопроса о размере компенсации морального вреда должны быть приняты во внимание возможная грубая неосторожность самого потерпевшего и отсутствие вины причинителя вреда (в случае, когда его ответственность наступает независимо от вины).

Истец ФИО1 является матерью ФИО, что сторонами не оспаривалось. От неё в рамках проведенной проверки по факту ДТП сотрудниками полиции отбирались письменные объяснения (материал проверки, том 1 л.д. 50-51).

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельств. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Верховный Суд РФ в пункте 8 Постановления Пленума "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" № 10 от 20 декабря 1994 года (с изменениями) разъяснил, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указано, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

По смыслу действующего правового регулирования компенсация морального вреда в связи со смертью потерпевшего может быть присуждена лицам, обратившимся за данной компенсацией, при условии установления факта причинения им морального вреда, а размер компенсации определяется судом исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных ими физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями этих лиц, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела. При этом факт причинения морального вреда предполагается лишь в отношении потерпевшего в случаях причинения вреда его здоровью.

При решении вопроса о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, связанного со смертью родной сына, судом учитываются следующие обстоятельства.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и их детьми.

Законодатель, закрепив в статье 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. При этом согласно п. 2 ст. 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В частности, Европейский Суд по правам человека в своем постановлении от 12 июля 2016 года «Дело "Котельников (Kotelnikov) против Российской Федерации» (жалоба N 45104/05) отметил, что в делах, в которых неосторожность частного лица повлекла смерть потерпевшего, государства обязаны создать эффективную независимую судебную систему, чтобы могла быть определена причина смерти и виновные лица привлекались к ответственности (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Кальвелли и Чильо против Италии" (Calvelli and Ciglio v. Italy), жалоба N 32967/96, §§ 49 и последующие, ECHR 2002-I).

Перечень видов нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, приведенный в Постановлении Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10, не является исчерпывающим.

Моральный вред, заключающийся в нравственных переживаниях в связи со значительным повреждением здоровья человека, повлекших его смерть в результате полученных травм при ДТП, нахождение в стрессовой ситуации, бесспорно свидетельствует о причинении истцу как матери морального вреда в результате действий по управлению источником повышенной опасности ответчика.

Факт того, что в связи со смертью сына истцу были причинены нравственные страдания, подлежащие компенсации морального вреда, по данному делу является бесспорно установленным, в том числе показаниями самого истца о своем состоянии как после самого ДТП, так и в настоящий момент, которые со стороны ответчика не опровергнуты. Сами объяснения истца в порядке ст. 55 ГПК РФ являются надлежащим доказательством по делу, которые могут быть опровергнуты ответчиком по делу.

Кроме того, нравственные переживания и страдания истца подтверждаются и иными доказательствами. Так, согласно справки 

<

данные изъяты> от 

<

дата> № установлено, что 

<

дата>, то есть после ДТП от 

<

дата>, по месту жительства истца вызывались скорая медицинская помощь (бригада). Был установлен диагноз – артериальная гипертензия II 

<

адрес> медицинская помощь с рекомендацией дальнейшего лечения (л.д. 28).

В настоящее время истец также проходит лечение и обследование, в том числе в отношении ранее установленного бригадой скорой помощи диагноза «артериальная гипертензия II ст.», что подтверждается выпиской из её медицинской карты стационарного больного № (л.д. 29, 55).

Согласно показаний свидетеля ФИО она пояснила, что является соседкой истца и длительное время проживает рядом с ней. О смерти ФИО она узнала на следующее утро. Вечером она увидела ФИО1 и не смогла её узнать - была истерика, слезы, ее состояние невозможно объяснить. Она не могла понять в чем дело. Она плохо реагировала на вопросы. До похорон скорая помощь приезжала к ней дважды. Во время похорон скорая помощь производила дежурство на месте. Во время похорон она никого не узнавала, у нее была истерика. После похорон сына истец замкнулась в себе, у нее постоянно была истерика, тихие слезы. Она не могла выходить на улицу. В этот момент ее поддерживали соседи, родственники, мама. Истец воспитывала двоих сыновей самостоятельно. Младший сын ФИО был открытым светлым человеком, у них всегда было взаимопонимание. В семье скандалов никогда не было. Истец позднее находилась в стационарном лечении, ей предложили лечь на лечение в другой стационар, пройти курс реабилитации. Она отказалась ложиться в связи с разбирательством по уголовному делу. У нее все разговоры сводились к потери сына. Ей нужно пройти курс лечения. Погибший сын оказывал помощь матери, все работы по дому он выполнял, поскольку старший сын работает дальнобойщиком.

Свидетель ФИО пояснил суду, что в момент ДТП он вместе с ФИО переходил дорогу. ФИО шел первым, а он последним. ФИО в этот момент разговаривал по телефону. Дорогу они переходили в неположенном месте, хотели быстрее сесть в остановившееся такси. Ранее они принимали алкогольные напитки. В дальнейшем он общался с матерью погибшего и по ней было видно, что она очень страдает. Взаимоотношения между ФИО сыном и матерью были хорошие. Он был отзывчивый, не конфликтный человек, любил мать. Он хотел идти служить по контракту.

Показания данных свидетелей также являются последовательными, согласуются между собой, а также с иными доказательствами по делу, в том числе письменными и объяснениями истца, не опровергнутыми стороной ответчика.

При определении размера компенсации морального вреда судом в порядке п.п. 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ также учитывается факт нахождения ФИО в момент ДТП в состоянии алкогольного опьянения, нарушение с его стороны Правил дорожного движения, установленных в ходе проведения проверки сотрудниками полиции, имущественное положение ответчика, подтвержденное соответствующими документами (факт обучения и отсутствия самостоятельного заработка).

Суд, с учетом характера причиненных истцу нравственных и физических страданий, связанных со смертью родного сына, с которым у неё были тесные семейные отношения, степени причиненного истцу и погибшему вреда, длительности переживаний и их глубины, степени родства между истцом и её сыном, длительности их близких родственных отношений, исходя из принципа разумности и справедливости, исполнимости решения суда, баланса интересов сторон, статуса ответчика и его имущественного положения, полагает возможным с ответчика ФИО4 в пользу истца взыскать компенсацию морального вреда в сумме 350.000 руб.

Определение иного размера компенсации морального вреда привело бы к нарушению прав каждой из сторон.

При этом, судом также учитывается, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита, в соответствии со статьей 3 Всеобщей декларации прав человека и статьей 20 Конституции Российской Федерации должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека.

Смерть родного сына сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие близкого родственника (матери погибшего), влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку невосполнимая потеря близкого человека (родного сына, с которым имелась длительная родственная связь) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, нарушает неимущественное право на тесные и близкие семейные связи.

Суд принимает решение, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод гражданина или юридического лица, в том числе при определении конкретного размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца.

При подачи иска истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем с него в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 в счёт компенсации морального вреда 350.000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО4 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Октябрьский районный суд г. Саратова в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья /подпись/ А.А. Ершов