31RS0002-01-2022-004898-43 №2-9/2024 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 мая 2024 г. г. Белгород

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Федоровской И.В.,

прокурора Мозговой О.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Нитепиной Ю.В., 

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО6, представителей ответчиков ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО11, представителя третьего лица ФИО12, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ОГБУЗ «Белгородский областной онкологический диспансер», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», Министерству здравоохранения Белгородской области о взыскании компенсации морального вреда, причинённого ввиду некачественного оказания медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратилась в суд с иском к ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница ФИО4», ОГБУЗ «(адрес обезличен) онкологический диспансер», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», Министерству здравоохранения (адрес обезличен) о взыскании компенсации морального вреда, (информация скрыта), в котором с учетом уточнения просит взыскать с ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница ФИО4», ОГБУЗ «(адрес обезличен) онкологический диспансер», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб. в равных долях, при недостаточности у ответчиков денежных средств, производить взыскание с Министерства здравоохранения (адрес обезличен).

(информация скрыта)

(информация скрыта)

(информация скрыта) 

(информация скрыта)

(информация скрыта)

(информация скрыта)

(информация скрыта)

(информация скрыта)

(информация скрыта)

(информация скрыта)

(информация скрыта)

(информация скрыта)

(информация скрыта)

(информация скрыта)

(информация скрыта) 

(информация скрыта)

Истец ФИО5 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала в полном объеме. Пояснила, что ранее (информация скрыта)

Представитель истца ФИО10 поддержала требования с учетом увеличения суммы компенсации морального вреда, пояснив, что (информация скрыта). 

Представитель ответчика ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница ФИО4» иск не признал, пояснив, что (информация скрыта).

Представитель ответчика ОГБУЗ «(адрес обезличен) онкологический диспансер» иск не признал, указав на то, что (дата обезличена) ФИО2 впервые и единственный раз обратился в поликлиническое отделение по направлению ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница ФИО4» (информация скрыта). (информация скрыта).

Представитель ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» иск не признал, пояснив, что (информация скрыта). Из результатов (информация скрыта) поступил на лечение в данное лечебное учреждение, исходя из (информация скрыта). (информация скрыта).(информация скрыта). Сумма, предъявленная в размере 1500 000 руб. является завышенной, истцом не обоснована.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения (адрес обезличен) иск не признала, пояснив, что Министерство является ненадлежащим ответчиком поскольку в соответствии с постановлением (адрес обезличен) от (дата обезличена) (номер обезличен)-пп, министерство является органом исполнительной власти, реализующим полномочия в сфере здравоохранения, лекарственного обеспечения, координирующим деятельность медицинских организаций (адрес обезличен) всех форм собственности. К одному из полномочий министерства относится организация оказания населению (адрес обезличен) первичной медико-санитарной помощи, специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи, скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи и паллиативной медицинской помощи в областных государственных медицинских организациях. Это выражается в утверждении государственного задания, а также в приобретении необходимых лекарственных средств и расходных материалов в соответствии с формулярным бланком на основе заявок учреждений. Организацию непосредственно самого лечебного процесса в учреждении осуществляет само учреждение. В отношении ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница ФИО4», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», ОГБУЗ «(адрес обезличен) онкологический диспансер» министерство является учредителем. Собственником имущества учреждения является (адрес обезличен). Функции и полномочия собственника имущества учреждений осуществляют министерство и министерство имущественных и земельных отношений (адрес обезличен) в пределах их компетенции. В соответствии с п. 1.6 Уставов ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница ФИО4», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», ОГБУЗ «(адрес обезличен) онкологический диспансер» учреждения является юридическим лицом, от своего имени приобретает и осуществляет имущественные и личные неимущественные права, несет обязанности, выступает истцом и ответчиком в суде общей юрисдикции, арбитражном суде в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Представитель третьего лица ФИО26 – ФИО23 просил в удовлетворении требований отказать, поскольку (информация скрыта) производилось в полном объеме в соответствии с рекомендациями и стандартами медицинской помощи, утвержденными Приказом Минздрава РФ от (дата обезличена) (номер обезличен)н, приказом департамента здравоохранения и социальной защиты населения (адрес обезличен) от (дата обезличена) (номер обезличен) «Об организации оказания медицинской помощи взрослому населению (адрес обезличен) (информация скрыта)

Третьи лица ФИО24, ФИО31, ФИО32, ФИО25, ФИО26 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Об уважительных причинах неявки суду не сообщили, заявлений и ходатайств об отложении дела не направили.

Руководствуясь положениями ст. ст. 2, 6.1, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в целях правильного и своевременного рассмотрения и разрешения настоящего дела, учитывая право сторон на судопроизводство в разумные сроки, суд полагает возможным рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Заслушав стороны, заключение прокурора, исследовав материалы дела суд полагает, что имеются основания для удовлетворения исковых требований ФИО5 в части.

Часть первая статьи 41 Конституции Российской Федерации относит к числу конституционно защищаемых ценностей право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации, является право гражданина на возмещение вреда (морального, имущественного), причиненного жизни или здоровью при оказании медицинских услуг.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ по общему правилу вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Положениями ст. 151 Гражданского кодекса РФ, установлено, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 2 Федерального закона от (дата обезличена) № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее по тексту - Закон N 323-ФЗ) под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Согласно пунктам 3, 4 статьи 2 названного Федерального закона медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Статьей 4 Закона № 323-ФЗ предусмотрено, что основными принципами охраны здоровья являются соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, приоритет охраны здоровья детей, ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья, доступность и качество медицинской помощи.

Доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются возможностью выбора медицинской организации и врача в соответствии с настоящим Федеральным законом и применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (пункты 3, 4 статьи 10 Закона № 323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи, согласно ч. 2 ст. 64 Закона N 323-ФЗ, формируются по группе заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 данного федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно ст. 98 Закона № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из положений п. 21 ст. 2 Закона № 323-ФЗ следует, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

На основании п. 2 ст. 79 Закона № 323-ФЗ, медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

В соответствии с п. 3 ст. 98 указанного Федерального закона вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепленных в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядок оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Государственное бюджетное учреждение здравоохранения ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница ФИО4», ОГБУЗ «(адрес обезличен) онкологический диспансер», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» включены в Единый реестр юридических лиц, учредителем учреждений является (адрес обезличен). Органом, который выступает от имени учредителя, является Министерство здравоохранения (адрес обезличен).

Судом установлено, что ФИО2 приходится отцом ФИО3, (дата обезличена) года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении серии (номер обезличен) от (дата обезличена). 

После вступления в брак, ФИО3 присвоена фамилия «ФИО5», что подтверждается свидетельством о заключении брака серия (номер обезличен) от (дата обезличена).

Из пояснений истца и искового заявления следует, что неправильная оценка ответчиками (информация скрыта) ФИО2 повлекла (информация скрыта), что привело (информация скрыта), что причинило истцу ФИО5 (информация скрыта), тем самым на ответчиков должна быть возложена обязанность по компенсации истцу морального вреда.

Как установлено в судебном заседании ФИО2, (дата обезличена) года рождения, умер (дата обезличена). Согласно медицинскому свидетельству о смерти серии (информация скрыта) от (дата обезличена) причиной смерти явился (информация скрыта). Однако при жизни ФИО2 поставлен (информация скрыта) (информация скрыта). С учетом поставленного (информация скрыта) он получал соответствующее (информация скрыта)

(информация скрыта)

Определением суда от (дата обезличена) по делу назначена комплексная судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам (информация скрыта)

Для проведения экспертизы в распоряжение экспертов были предоставлены медицинская документация ФИО2: амбулаторные медицинские карты (номер обезличен), (номер обезличен) и (номер обезличен), медицинская карта стационарного больного (номер обезличен) с выписным эпикризом (номер обезличен), выпиской из медицинской карты, цифровые изображения на цифровых носителях (CD, DVD-дисках 2 шт.), гистологические препараты, материалы гражданского дела (номер обезличен), гистологический материал. 

(дата обезличена) в суд поступило заключение экспертов (номер обезличен) «П» от (дата обезличена)-(дата обезличена), из которого следует, что анализ причинно-следственных связей проводили по правилам, указанным в Международной статистической классификации болезней и проблем, связанных со здоровьем. 10-го пересмотра (МКБ-10), и согласно п. 5 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ от (дата обезличена) (номер обезличен)н»). При этом в качестве событий рассматривались нозологические формы и синдромы, перечисленные в МКБ-10.

(информация скрыта)

(информация скрыта) 

(информация скрыта)

(информация скрыта)

(информация скрыта)

Ни один из установленных при производстве настоящей экспертизы дефектов медицинской (информация скрыта), а также не оказал активного влияния на их прогрессирование. Следовательно, причинно-следственной связи (прямой и косвенной) между перечисленными (информация скрыта) и наступлением (информация скрыта) ФИО2 не имеется.

Допрошенные судом эксперты ФИО28, ФИО29, ФИО35., подтвердили выводы, изложенные в заключении, пояснив, что при (информация скрыта) ФИО2 (информация скрыта) на всех этапах, однако они не привели (информация скрыта). 

Эксперт ФИО28 пояснил, что (информация скрыта). 

Эксперт ФИО29 пояснил, что (информация скрыта). 

Эксперт ФИО13 пояснила, что (информация скрыта).

Оснований не доверять показаниям эксперта, предупрежденного судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется.

Анализируя и оценивая заключение комиссии экспертов (номер обезличен) «П» от (дата обезличена)-(дата обезличена) в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательствами, по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд принимает заключение судебной экспертизы как относимое и допустимое доказательство, поскольку данное экспертное заключение отвечает установленным требованиям, является полным, выполнено с подробным анализом материалов дела и медицинских документов, аргументировано и обосновано, представленные материалы дела и медицинские документы изучались всеми членами комиссии, анализировались. Экспертами даны ответы на постановленные вопросы, заключение не содержат внутренних противоречий, а выводы экспертов изложены четко и ясно, и их содержание не предполагает двусмысленного толкования, заключение в полной мере соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ. При проведении экспертизы соблюдены требования процессуального законодательства, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Оснований не доверять выводам комиссии экспертов (номер обезличен) «П» от (дата обезличена)-(дата обезличена) у суда не имеется, поскольку заключение составлено экспертами, имеющими высшее медицинское образование, продолжительный стаж работы по специальности. Сведений о какой-либо заинтересованности экспертов в исходе дела не имеется. Ввиду изложенного, выводы экспертов, изложенные в заключении (номер обезличен) «П» от (дата обезличена)-(дата обезличена) сомнений в их правильности у суда не вызывают. Заключение экспертов отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательства.

Несогласие стороны истца с выводами экспертного заключения при отсутствии доказательств, опровергающих или ставящих под сомнение выводы экспертов, не может являться основанием как для назначения по делу повторной экспертизы в соответствии с ч. 2 ст. 87 ГПК РФ. 

Вместе с тем, суд не может принять во внимание имеющуюся в материалах дела и представленную истцом рецензию (информация скрыта) от (дата обезличена) №(информация скрыта), поскольку она отражает субъективный взгляд специалиста ФИО30 на поставленные вопросы, объективно ничем не подтверждена, специалист при составлении рецензии не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Кроме того, в процессуальном законодательстве Российской Федерации отсутствует такой вид доказательства как рецензия на заключение судебной экспертизы. 

При таких обстоятельствах, совокупность представленных в материалы дела доказательств, позволяет сделать вывод о том, что медицинскими работниками ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ОГБУЗ «Белгородский областной онкологический диспансер», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» была оказана (информация скрыта)

Законодатель, закрепив в статье 151 ГК РФ общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация.

При этом согласно пункту 2 статьи 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с положениями пункта 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от (дата обезличена) (номер обезличен) «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (ППВС РФ (номер обезличен) от (дата обезличена)) - права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1 ППВС РФ (номер обезличен) от (дата обезличена)).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Суд, исходя из установленных по настоящему делу обстоятельств и представленных доказательств, применительно к вышеприведенным нормам действующего законодательства, регулирующим спорные правоотношения, приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ОГБУЗ «Белгородский областной онкологический диспансер», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», обязанности по компенсации истцу морального вреда, связанного с ненадлежащим оказанием медицинской помощи ФИО2

По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 ППВС РФ (номер обезличен) от (дата обезличена)).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 ППВС РФ (номер обезличен) от (дата обезличена)).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту (пункт 33 ППВС РФ (номер обезличен) от (дата обезличена)).

Медицинские организации, медицинские работники государственной, муниципальной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от (дата обезличена) №323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда (пункт 48 ППВС РФ (номер обезличен) от (дата обезличена)).

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи (пункт 49 ППВС РФ (номер обезличен) от (дата обезличена)).

Доводы стороны ответчиков ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ОГБУЗ «Белгородский областной онкологический диспансер», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» об отсутствии прямой причинно-следственной связи между (информация скрыта) ФИО2 и (информация скрыта), правового значения не имеют, поскольку отсутствие таковой между (информация скрыта) и действиями (бездействиями) медицинских работников ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница ФИО4», ОГБУЗ «(адрес обезличен) онкологический диспансер», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», не опровергает обстоятельств, свидетельствующих (информация скрыта) ФИО2 учитывая, что здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи.

На основании изложенного суд усматривает основания, влекущие удовлетворение требований истца к ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница ФИО4», ОГБУЗ «(адрес обезличен) онкологический диспансер», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» о компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда суд, оценив представленные в материалы дела сторонами доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, руководствуясь вышеприведенными нормами действующего законодательства, принимает во внимание фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, тот факт, что вследствие (информация скрыта) нарушено личное неимущественное право истца; индивидуальные особенности истца; степень (информация скрыта), в виде осознания наличия (информация скрыта) ее отцу; (информация скрыта) по поводу недооценки со стороны медицинских работников (информация скрыта) ФИО2, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, (информация скрыта), обусловленных наблюдением (информация скрыта) или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи; степени вины ответчиков ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ОГБУЗ «Белгородский областной онкологический диспансер», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», сотрудниками которых допущены дефект при оказании медицинской помощи ФИО2; обязанность ответчиков в силу закона организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи, обеспечивать организацию охраны здоровья граждан: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, доступность и качество медицинской помощи, недопустимость отказа в оказании медицинской помощи; требования разумности и справедливости.

Однако, оснований для взыскания компенсации морального вреда, в заявленной истцом сумме 1500 000 руб., судом не усматривается. При этом суд учитывает, что состояние здоровья ФИО2 (информация скрыта) (информация скрыта) на начальном амбулаторном этапе, стационарном этапе. 

С учетом изложенного, суд полагает необходимым взыскать с ответчиков ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ОГБУЗ «Белгородский областной онкологический диспансер», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 300000 руб., то есть по 100000 руб. с каждого. 

Суд полагает, что определенный размер компенсации отвечает признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения.

В удовлетворении исковых требований к Министерству здравоохранения Белгородской области о взыскании компенсации морального вреда истцу следует отказать, поскольку в соответствии с частью 5 статьи 123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем, находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», ОГБУЗ «Белгородский областной онкологический диспенсер», ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» в соответствии с постановлением Правительства Белгородской области от (номер обезличен)О территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания жителям Белгородской области медицинской помощи на 2022 год и на плановый период 2023 и 2024 годов» осуществляет медицинскую деятельность в сфере обязательного медицинского страхования, что предусматривает возможность направления полученных доходов на прочие расходы согласно статье 35 Федерального закона от (номер обезличен)Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации».

Таким образом Министерство здравоохранения Белгородской области является ненадлежащим ответчиком по делу.

По общему правилу, предусмотренному ст. 98 ГПК РФ, с ответчиков в равных долях подлежит взысканию государственная пошлина в пользу истца в сумме 300 руб. 

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

иск ФИО5 (паспорт (номер обезличен)) к ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ОГБУЗ «Белгородский областной онкологический диспансер», ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», Министерству здравоохранения Белгородской области о взыскании компенсации морального вреда, причинённого ввиду некачественного оказания медицинской помощи, - удовлетворить частично. 

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» (ИНН 

<

***>/ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Белгородский областной онкологический диспансер» (ИНН 

<

***>/ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Белгородская центральная районная больница» (ИНН 

<

***>/ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. 

В удовлетворении остальной части иска ФИО1, - отказать.

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Белгородский областной онкологический диспансер», Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Белгородская ЦРБ» пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб. в равных долях.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

Судья И.В. Федоровская

Мотивированное решение суда изготовлено 24.06.2024 г.