УИД 71RS0017-01-2025-000044-54

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 августа 2025 г. пос. Дубна Тульской области

ФИО4 межрайонный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Никифоровой О.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО5,

с участием помощника прокурора Дубенского района Тульской области Парфенова Д.А., представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО6, а также третьего лица (ответчика по встречному иску) ФИО7 по доверенностям ФИО12, ответчика (истца по встречному иску) ФИО13, ее представителя адвоката Игнатовского А.Н., ответчика ФИО14,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело № 2-103/2025 по исковому заявлению ФИО6 к ФИО13, ФИО14 о выселении из жилого дома, по встречному исковому заявлению ФИО13 к ФИО7, ФИО6 о признании отсутствующим права собственности на жилой дом, исключении из ЕГРН записи о регистрации права собственности на жилой дом, о признании недействительным в части договора купли-продажи земельных участков, о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка,

установил:

ФИО6 обратилась в суд с иском к ФИО13, ФИО14 о выселении из жилого дома, мотивируя свои требования тем, что ФИО6 является собственником жилого дома с кадастровым №, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Дом расположен на земельном участке с кадастровым №. Право собственности на дом и земельный участок у нее возникло в 2023 году на основании договора купли-продажи, заключенного с ФИО7 Номер жилому дому не присвоен, зарегистрированные лица в доме отсутствуют. В доме проживают ответчики, что нарушает ее права как собственника. Досудебная претензия об освобождении жилого дома направлена в адрес ответчиков, однако требования собственника дома не удовлетворены.

Просит выселить ответчиков из жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО13 обратилась в суд со встречным иском, впоследствии уточненным, к ФИО7, ФИО6 о признании отсутствующим права собственности на жилой дом, исключении из ЕГРН записи о регистрации права собственности на жилой дом, о признании сделок недействительными.

В обоснование встречных исковых требований ФИО13 указала, что жилой дом, из которого ФИО6 просит выселить ее и ее сына ФИО14, строила она в 2013 году за счет собственных денежных средств силами подрядной организации (ИП ФИО8 в лице генерального директора 

<

данные изъяты>), с которой был заключен договор № от 20 мая 2013 г. Стоимость дома составила 2227600 руб. Указанный жилой дом расположен на земельном участке с кадастровым №, который (участок) в 2017 году она продала своей дочери ФИО7, однако сделка была заключена лишь для вида, чтобы она (ФИО20) беспрепятственно могла осуществлять въезд на земельные участки, расположенные на территории ДНП «Мой берег». В момент продажи земельных участков в 2017 году, на одном из них уже располагался жилой дом, площадью 124,2 кв.м., однако в договоре купли-продажи участков о построенном доме не было указано. До настоящего времени в доме проживает она и сын. В 2018 году ФИО7 в тайне от нее оформила жилой дом на свое имя, а в 2023 году она продала дом и земельный участок, на котором дом расположен, своей подруге ФИО6. Однако ФИО7 никакого участия в строительстве дома не принимала и не имела права оформлять дом на себя. Об оформлении ФИО7 жилого дома на свое имя и последующей продаже дома она узнала лишь при получении досудебной претензии о выселении по настоящему гражданскому делу.

Просит признать отсутствующим право собственности ФИО7 на жилой дом с кадастровым №, расположенный по адресу: 

<

адрес>; исключить из единого государственного реестра недвижимости регистрационную запись № от 07 февраля 2018 г. о праве собственности ФИО7 на указанный жилой дом; признать недействительным договор купли-продажи земельного участка с кадастровым №, площадью 1093 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, и находящегося на нем жилого дома с кадастровым №, общей площадью 124,2 кв.м, заключенный 03 ноября 2023 г. между ФИО7 и ФИО6; признать недействительным договор купли-продажи земельных участков, заключенный 29 июля 2017 г. между ФИО13 и ФИО7, в части земельного участка с кадастровым №, площадью 1093 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО6 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте его проведения извещена надлежащим образом, доверила защиту своих интересов представителю. В письменных возражениях просила удовлетворить исковые требования о выселении, в удовлетворении встречного иска ФИО13 просила отказать, указав, что ФИО13 стороной по сделке купли-продажи жилого дома от 2023 г. не является, в связи с чем договор на строительство дома «Канцлер» от 2013 г. не обосновывает недействительность сделки по продаже дома в 2023 г. Кроме того, в договоре на строительство дома адрес участка указан как СНТ «Солнечный берег», однако спорный объект недвижимости находится в ДНП «Мой берег». При удовлетворении встречного иска с учетом закрепленного земельным законодательством единства судьбы земельного участка и расположенного на нем объекта недвижимости, права ФИО20 Е,Н. восстановлены не будут. Обратила внимание, что ФИО13 пропущен срок исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной, в суд истец по встречному иску должна была обратиться 04 ноября 2024 г.

Третье лицо (ответчик по встречному иску) ФИО7 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте его проведения извещена надлежащим образом, доверила защиту своих интересов представителю.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО6, а также третьего лица (ответчика по встречному иску) ФИО7 по доверенностям ФИО12 в судебном заседании поддержала доводы искового заявления ФИО6, просила удовлетворить, выселить из принадлежащего ФИО6 на праве собственности жилого дома ФИО13 и ФИО14, в удовлетворении встречных исковых требований ФИО13 к ФИО7 и ФИО6 просила отказать. Изначально поясняла, что после приобретения ФИО7 земельных участков в 2017 году началось строительство спорного дома, что подтверждено документами кадастровых инженеров. Позже в ходе рассмотрения дела изменила показания, указав, что действительно коробка спорного дома в 2013 г. была построена, но строила его не только ФИО13, но и ФИО7, которая в 2015 году закупала в 

<

данные изъяты> и привозила за свой счет строительные материалы для строительства (достройки) спорного дома и других построек, находящихся на земельном участке. В 2013 г. ФИО7 продала своей подруге ФИО6 земельный участок с расположенным на нем домом. При покупке ФИО6 спорного жилого дома, он осматривался, осмотру никто не препятствовал, ключи от дома были переданы. С результатами строительно-технической экспертизы не согласилась, просила ее исключить из числа доказательств по делу, представив рецензию 

<

данные изъяты> на заключение эксперта ФИО17 Просила к встречным исковым требованиям о признании сделки недействительной применить срок исковой давности, каких-либо доказательств, подтверждающих уважительность причин пропуска срока исковой давности ФИО13 не представлено. Договор купли-продажи земельных участков от 29 июля 2017г. не может быть признан недействительным относительно земельного участка с кадастровым номером 71:07:010301:1127, ввиду отсутствия оснований для этого, поскольку все условия были соблюдены, участок был передан ФИО7, денежные средства получены ФИО13 в полном объеме, что подтверждается условиями договора. Различия характеристик дома, указанных в ЕГРН и в натуре является технической ошибкой. При выполнении кадастровых работ, кадастровый инженер выходил на место расположения дома и земли. Кроме того, просила исключить из числа доказательств по гражданскому делу договор № от ДД.ММ.ГГГГ, проект ПР.6231-13 «Канцлер-2» К 8,0*9,0 м, паспорт загородного дома, акта о приемке выполненных работ от 06 июля 2013 г., поскольку они не имеют юридической силы, так как не представлены оригиналы указанных документов.

Представитель третьего лица (ответчика по встречному иску) ФИО7 по доверенности ФИО21 в судебном заседании поддержала исковые требования ФИО6 о выселении Д-вых из жилого дома, в удовлетворении встречных исковых требований просила отказать, поскольку они необоснованные. Также просила применить срок исковой давности ко встречным требованиям.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО13 в судебном заседании просила удовлетворить встречные исковые требований в полном объеме, в удовлетворении первоначальных исковых требований ФИО6 о выселении просила отказать. Пояснила, что в 2011 г. приобрела в собственность земельные участки в ДНП «Мой берег», на одном из них в 2013 году по ее заказу 

<

данные изъяты> построил дом, на основании заключенного с обществом договора на строительство индивидуального жилого дома 8 на 9 метров, дом каркасный, строился по их индивидуальной технологии. На момент строительства дома она являлась индивидуальным предпринимателем, достаточно хорошо зарабатывала. Строительство дома в 2013 году она оплачивала через свой расчетный счет несколькими платежами. ФИО7 на тот момент не работала. В 2017 г. из-за проблем с председателем ДНП «Мой берег», ей долгое время препятствовали проезду на участок к дому, в результате чего она попала в больницу, откуда вернувшись, по уговору дочери ФИО7 продала ей земельные участки, после чего доступ к дому и участку ей был открыт. При этом ФИО7 поясняла, что никаких действий с земельными участками совершать не будет. Денежных средств за проданные земельные участки она от ФИО7 не получала, так как сделка была проведена для вида. Построенный ею дом она на себя не оформляла, так как ремонт внутри был сделан не полностью. Из дома ни она, ни ее сын не переезжали, с момента постройки они проживают в нем. Подлинники документов относительно строительства дома в 2013 г. представить не смогла, поскольку по ее мнению они были украдены ФИО7, о чем она сообщала в правоохранительные органы. Полагала, что срок исковой давности ею не пропущен, поскольку о нарушении своего права она узнала в октябре 2024 г., в момент получения от ФИО6 требования о выселении из дома ее и ее сына инвалида 2 группы. Ранее о том, что ФИО7 оформила дом на свое имя и позже продала его ФИО6, она не знала, поскольку не давала согласия ФИО7 на оформление дома на себя, со дня постройки владеет и пользуется домом вместе с сыном. Считает, что ФИО7 не приобрела право на дом, так как он не был вписан в договор купли-продажи земельного участка, участия в строительстве она не принимала. В 2022 году она обращалась к ФИО7 для того, чтобы переоформить земельные участки обратно, но та ей отказала из-за плохих отношений между ними. ФИО7 около 8 лет проживает на Кипре, на земельных участках не появлялась, обустраивать дом и надворные постройки не помогала. Добавила, что ФИО6 является близкой подругой ФИО7, в связи с чем сделка по продаже земельного участка и расположенного на нем жилого дома совершена между ними намеренно с целью навредить. Считает, что ФИО7 и ФИО6 злоупотребляют своими правами.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО13 по ордеру адвокат Игнатовский А.Н. в судебном заседании поддержал доводы встречного искового заявления, просил его удовлетворить. В удовлетворении исковых требований ФИО6 просил отказать. Полагал, что срок исковой давности не пропущен, поскольку ФИО13 узнала о том, что ФИО7 зарегистрировала на свое имя построенный ФИО13 дом, только когда начался судебный спор о выселении. ФИО13 за свой счет с помощью подрядной организации построила дом в 2013 году, владеет с того времени домом, живет в нем с сыном-инвалидом. ФИО7 участия в строительстве дома не принимала, в тайне от ФИО13 оформила дом на свое имя, поскольку была собственником земельного участка, доказательств обратного ею не представлено. Составленные кадастровыми инженерами ФИО1 и ФИО2 градостроительный план земельного участка с кадастровым № и технический план вновь образованного здания содержат противоположную информацию, то дом существует, то не существует. Относительно указания в договоре на строительство дома адреса как СНТ Солнечный берег», а не ДНП «Мой берег» является ошибкой, поскольку СНТ «Солнечный берег» в д. Панковичи не существует, что также подтверждено заключением эксперта 

<

данные изъяты>, с результатами которой он согласился. Сделка между ФИО13 и ФИО7,В. По продаже земельных участков была совершена для вида, чтобы ФИО13 с сыном имела возможность беспрепятственного входа на земельный участок и дом. В момент продажи земельных участков в 2017 г. на одном из них уже располагался дом, однако в договоре нет ни слова о нем, а потому ФИО7 не имела права регистрировать дом на свое имя, так как не приобрела права на дом, и уж тем более не могла продавать его своей подруге ФИО6, в связи с чем полагает, что сделки по регистрации дома за ФИО7, а также между ФИО6 и ФИО7 недействительны.

Ответчик ФИО14 в судебном заседании поддержал доводы встречного искового заявления, просил требования удовлетворить. Иск ФИО6 о выселении просил оставить без удовлетворения. Указал, что долгое время проживает в спорном доме в д. Панковичи с мамой ФИО13, ухаживает за домом, косит траву, пашет огород, следит за домашними животными, строил курятник, обустраивает дом внутри. Спорный дом был построен ФИО13 в 2013 году. Добавил, что является 

<

данные изъяты>. ФИО7 его сестра, живет на Кипре, в доме не появляется.

В соответствии с положениями ст.167 ГПК РФ суд определил возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, заблаговременно и надлежащим образом извещенных о времени и месте его проведения.

Выслушав объяснения представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО6, а также третьего лица (ответчика по встречному иску) ФИО7 по доверенностям ФИО12, ответчика (истца по встречному иску) ФИО13, ее представителя по ордеру адвоката Игнатовского А.Н., ответчика ФИО14, заслушав пояснения свидетелей ФИО22, ФИО23, ФИО24, эксперта ФИО25, заключение помощника прокурора Дубенского района Тульской области Парфенова Д.А., полагавшего, с учетом всех обстоятельств по гражданскому делу, пояснений сторон, необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО6 о выселении Д-вых из спорного жилого дома отказать, встречные исковые требования ФИО13 удовлетворить, изучив материалы настоящего гражданского дела, заключение эксперта №, выполненное 20 июля 2025 г. 

<

данные изъяты>», руководствуясь положениями ст.56 ГПК РФ об обязанности доказывания обстоятельств по заявленным требованиям и возражениям каждой стороной, об отсутствии ходатайств о содействии в реализации прав в соответствии со ст.12 ГПК РФ, а также требованиями ст.196 ГПК РФ и об определении судом закона, подлежащего применению к спорному правоотношению, суд приходит к следующему.

Статья 35 Конституции РФ предусматривает, что право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

Согласно статье 40 Конституции РФ каждый имеет право на жилище. Никто не может быть самовольно лишен жилища. 

На основании ч.4 ст.3 ЖК РФ никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены данным Кодексом и другими федеральными законами.

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995г. №8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» предусмотрено, что при рассмотрении дел, вытекающих из жилищных правоотношений, судам необходимо учитывать, что Конституция РФ предоставила каждому, кто законно находится на территории Российской Федерации, право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства, а также гарантировала право на жилище.

В соответствии со ст.30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащими ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим кодексом.

Пунктом 1 ст.209 ГК РФ предусмотрено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. 

В силу ч.1 ст. 35 ЖК РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным указанным Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

На основании пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости произвольного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (статья 25 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Исходя из п.3,4 ст.1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как усматривается из материалов дела, с 2023 года ФИО6 является собственником земельного участка с кадастровым №, площадью 1093+/-289 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, и находящегося на нем жилого дома с кадастровым №, общей площадью 124,2 кв.м., что подтверждается выписками из ЕГРН от 12 августа 2025 г.

Основанием возникновения права собственности ФИО6 на указанное имущество является договор купли-продажи от 03 ноября 2023 г., заключенный между ФИО7 (продавец) и ФИО6 (покупатель), согласно которому продавец продал, а покупатель купил в собственность недвижимое имущество: земельный участок с кадастровым №, площадью 1093 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: 

<

адрес>; жилой дом с площадью 124,2 кв.м, количество этажей — 2, адрес местонахождения объекта: Тульская область, Дубенский район, с. Панковичи. Стоимость объектов недвижимости составила 5000000 руб. (1000000 руб. - земельный участок, 4000000 руб. - жилой дом), денежные средства переданы покупателем продавцу в день подписания договора.

Жилой дом с кадастровым № ранее принадлежал ФИО7 на основании технического плана от 18 декабря 2017 г. и договора купли-продажи земельного участка от 29 июля 2017 г.

Земельный участок с кадастровым № ранее принадлежал ФИО7 на основании договора купли-продажи земельных участков от 29 июля 2017 г., заключенного между ФИО13 (продавец) и ФИО7 (покупатель), согласно которому продавец продала, а покупатель купила земельные участки, расположенные примерно в 1000 м. на юго-запад от д. Панковичи Дубенского района Тульской области, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для дачного строительства, с кадастровыми №, площадью 1201 кв.м., №, площадью 1093 кв.м., №, площадью 1200 кв.м., №, площадью 1199 кв.м. Цена земельных участков составила 206000 руб., которые покупатель ФИО7 уплатила продавцу ФИО13 до подписания договора. Договор являлся актом приема-передачи имущества.

Земельные участки с кадастровыми №, площадью 1201 кв.м., №, площадью 1093 кв.м., №, площадью 1200 кв.м., №, площадью 1199 кв.м., ранее принадлежали ФИО13 на праве собственности на основании договоров купли-продажи от 30 июня 2011 г. и 25 июля 2011 г.

В частности, спорный земельный участок с кадастровым №, площадью 1093 кв.м., принадлежал ФИО13 на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 30 июня 2011 г., заключенного между ФИО26, ФИО27 (продавцы) и ФИО13 (покупатель), согласно которому продавцы обязуются передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить два земельных участка, в том числе, земельный участок с кадастровым №. Цена двух участков составила 206460 руб. 

Таким образом, из материалов дела усматривается, что собственником земельного участка с кадастровым № в разные периоды времени являлись:

- с 30 июня 2011 г. по 22 июля 2011 г. – ФИО10 и ФИО11;

- с 22 июля 2011 г. по 04 августа 2017 г. – ФИО13;

- с 04 августа 2017 г. по 09 ноября 2023 г. – ФИО7;

- с 09 ноября 2023 г. по настоящее время – ФИО6

Кроме того, из материалов гражданского дела следует, что ФИО7, являясь собственником земельного участка с кадастровым №, в 2018 году зарегистрировала спорный жилой дом на свое имя.

В соответствии со ст. 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. 

Так, 10 января 2018 г. кадастровым инженером 

<

данные изъяты> ФИО1 составлен градостроительный план земельного участка с кадастровым №, площадью 1093 кв.м., местонахождение: Тульская область, Дубенский район, МО Протасовское, в котором указано, что объекты капитального строительства на земельном участке отсутствуют (на чертеже участка объектов также не обозначено - том 1 л.д.244), планируется строительство индивидуального жилого дома размером 8,0?9,0 м. (проектируемый индивидуальный жилой дом изображен на схеме планировочной организации участка - том 2 л.д.17).

Постановлением главы администрации муниципального образования Дубенский район № от ДД.ММ.ГГГГ градостроительный план земельного участка № утвержден.

16 января 2018 г. ФИО7 в лице представителя по доверенности ФИО3 обратилась в администрацию муниципального образования Дубенский район с заявлением о выдаче разрешения на строительство жилого дома. При этом в заявлении сообщено, что проектная документация подготовлена и утверждена. К заявлению приложена схема планировочной организации земельного участка.

19 января 2018 г. администрацией муниципального образования Дубенский район выдано разрешение на строительство индивидуального жилого дома на земельном участке с кадастровым номером 71:07:010301:1127.

Согласно материалов регистрационного дела, 29 января 2018 г. кадастровым инженером 

<

данные изъяты> ФИО1 составлен технический план вновь образованного здания, расположенного по адресу: Тульская область, Дубенский район, примерно 1000 м на юго-запад от д. Панковичи. Из технического плана (заключения кадастрового инженера) следует, что при фактическом обмере и обследовании жилого дома - дом имеет 2 этажа, площадь здания 124,2 кв.м., материал стен — кирпич, год завершения строительства здания-2017 (том 1 л.д.64-66).

01 февраля 2018 г. ФИО7 в лице представителя по доверенности ФИО3 обратилась в Росреестр с заявлением о постановке жилого дома на регистрационный учет.

07 февраля 2018 г. жилой дом поставлен на учет, ему присвоен кадастровый №, номер государственной регистрации права №.

Согласно выписке из ЕГРН от 23 апреля 2025 г. № КУВИ-001/2025-95371021, жилой дом с кадастровым № имеет площадь 124,2 кв.м., год завершения строительства указан как 2017, материал наружных стен указан как кирпичные (том 2 л.д.122).

Как указывалось выше, в 2023 г. ФИО7 продала жилой дом с кадастровым № ФИО6

Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что в жилом доме с кадастровым № проживают ФИО13 со своим сыном ФИО14

Обращаясь в суд с иском, ФИО6 указала, а представитель истца ФИО6 по доверенности ФИО12 в суде поддержала, что ответчики ФИО13 и ФИО14 без законных оснований проживают в спорном жилом доме, который принадлежит ФИО6 на праве собственности. Досудебная претензия об освобождении жилого помещения оставлена ответчиками без удовлетворения. Просит выселить Д-вых из спорного жилого дома.

Возражая против удовлетворения исковых требований ФИО6, ответчик ФИО13 и ее представитель по ордеру адвокат Игнатовский А.Н. указали, что не согласны с исковыми требованиями ФИО6, поскольку спорный жилой дом, в котором ФИО13 проживает с сыном, строила она в 2013 г. на свои личные денежные средства, воспользовавшись услугами строительной организации, на принадлежащем ей на праве собственности земельном участке, а ее дочь ФИО7, зная, что дом строила ее мать ФИО13, оформила его (дом) на свое имя, являясь в то время собственником земельного участка, на котором этот дом расположен. Однако, сделка по продаже земельного участка дочери была проведена для вида, для устранения препятствий в проезде на участки, а в момент продажи спорного участка в 2017 году на нем уже располагался жилой дом, площадью 124,2 кв.м., построенный ФИО13 еще в 2013 г. В связи с чем просит признать отсутствующим право собственности ФИО7 на жилой дом с кадастровым №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, а также исключить из единого государственного реестра недвижимости регистрационную запись № от 07 февраля 2018 г. о праве собственности ФИО7 на указанный жилой дом.

Проверив доводы и возражения сторон, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на обоснование своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Положением ст.304 ГК РФ предусмотрено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу ч.2 ст.1 ЖК РФ граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

Статьей 10 ЖК РФ предусмотрено, что жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а так же из действий участников жилищных правоотношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

Гражданский кодекс Российской Федерации среди основных начал гражданского законодательства предусматривает обеспечение восстановления нарушенных прав (статья 1) с использованием для этого широкого круга различных способов защиты (статья 12), которые направлены, в том числе, на поддержание стабильности гражданско-правовых отношений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2010 года № 1179-О-О, от 20 февраля 2014 года № 361-О, от 27 октября 2015 года № 2412-О, от 28 января 2016 года № 140-О и др.).

В силу ст.3 ГПК РФ правом на такую защиту в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обладают исключительно лишь заинтересованные лица, чьи права, свободы или законные интересы были нарушены.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» государственная регистрация прав на недвижимое имущество является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. 

Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП. 

В то же время решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия ее недействительности, не является основанием для внесения записи в ЕГРП. 

В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими. 

Иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством.

Выбор способа защиты вещного права, квалификация спорного отношения судом и разрешение вещно-правового конфликта зависит от того, в чьем фактическом владении находится спорное имущество.

В подтверждение своих доводов о строительстве спорного дома в 2013 году, ФИО13 представила копию договора на строительство дома Канцлер, копии технической документации, проекта дома, паспорта загородного дома, акта о приемке выполненных работ, платежные документы. При этом указав, что оригиналов документов у нее не имеется, поскольку по ее мнению их украла ФИО7 для оформления дома в свою собственность, о чем ею было подано заявление в правоохранительные органы.

Так, 20 мая 2013 г. между ИП ФИО8 в лице генерального директора 

<

данные изъяты> ФИО15 (исполнитель) и ФИО13 (заказчик) заключен договор №, по условиям которого заказчик поручает, а исполнитель обязуется организовать и провести, в том числе силами субподрядных организаций из материалов заказчика строительство индивидуального дома Канцлер-2К 8,0?9,0 м. на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

адрес>.

Пунктом 1.2 договора предусмотрено, что исполнитель обязуется осуществить от своего имени и за счет заказчика закупку, доставку и передачу ответственному лицу, осуществляющему работы по строительству, комплекта материалов для осуществления работ.

Строительство индивидуального дома Канцлер-2К 8,0?9,0 м. ведется по согласованной сторонами технической документации 

<

данные изъяты> на месте, указанном заказчиком (п.2.1).

Сроки выполнения строительства с 13 июня 2013 г. по 27 августа 2013 г. (п.2.3). 

Разделом 3 договора предусмотрено, что исполнитель обязан построить индивидуальный дом в соответствии с технической документацией 

<

данные изъяты> и сдать дом по акту о приемке выполненных работ (форма КС-2). Заказчик обязан не производить в период строительства строительные и отделочные работы, не предусмотренные условиями договора, своими силами, силами третьих лиц, в том числе строительной бригады исполнителя. Заказчик имеет право во всякое время проверять ход и качество выполняемых исполнителем работ, не вмешиваясь в его оперативно-хозяйственную деятельность. 

Разделом 4 договора предусмотрено, что общая стоимость работ и услуг по договору составляет 2227600 руб., из которых: стоимость строительно-монтажных работ по возведению индивидуального дома на участке заказчика составляет 556900 руб., стоимость комплекта материалов и изделий для строительства дома с учетом доставки до участка составляет 1669700 руб., агентское вознаграждение за выполнение услуг по договору составляет 1000 руб. Оплата производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя, со своего расчетного счета или с использованием наличных денежных средств.

Из паспорта загородного дома для постоянного проживания, являющегося приложением к договору, усматривается, что предусмотрено строительство дома со стенами из деревянного каркаса, стены каркасные из п/м 35*150 мм, снаружи сайдинг.

Дополнительным соглашением № от 05 июня 2013 г. к договору № от 20 мая 2013 г., стороны изменили срок начала и окончания работ по строительству дома, с 13 июня 2013 г. на 06 июля 2013 г., с 27 августа 2013 г. на 11 сентября 2013 г. 

Дополнительным соглашением № от 16 сентября 2013 г. к договору № от 20 мая 2013 г., стороны изменили срок окончания работ по строительству дома, с 11 сентября 2013 г. на 30 сентября 2013 г.

25 сентября 2013 г. между сторонами подписан акт о приемке выполненных работ, акт сверки расчетов по договору.

Оплата по договору № от 20 мая 2013 г. осуществлена ФИО13 на счет ИП ФИО8 в сумме 2227600 руб., что подтверждается платежными поручениями № от 17 июля 2013 г. на сумму 445520 руб., № от 25 октября 2013 г. на сумму 891040 руб., № от 05 сентября 2013 г. на сумму 891040 руб., справками РайфайзенБанка по счету клиента от 15 марта 2025 г., движением по счету за 2013 год.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО6, а также третьего лица (ответчика по встречному иску) ФИО7 по доверенностям ФИО12 указала, что представленные ФИО13 копии документов на строительство дома 2013 года не могут быть признаны надлежащими доказательствами по делу, поскольку оригиналов документов в суд не представлено, требования относимости и допустимости доказательств нарушено. Более того, в представленной копии договора на строительство дома адрес расположения спорного объекта указан как СНТ «Солнечный берег», тогда как дом, принадлежащий ФИО6, расположен на территории ДНП «Мой берег». 

Проверяя данные доводы, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.2 ст. 71 ГПК РФ письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию.

Согласно ч.7 ст. 67 ГПК РФ суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств. 

Судом были запрошены надлежащим образом заверенные копии всех документов, касающихся строительства жилого дома Канцлер-2К в 2013 г. в д. 

<

адрес>, а также для дачи пояснений о строительстве дома был вызван специалист данной организации. 

<

данные изъяты> в письменном ответе от 13 мая 2025 г. указало, что 20 мая 2013 г. 

<

данные изъяты> от имени ИП ФИО8 с ФИО13 заключен договор № на строительство индивидуального дома «Канцлер-2К 8,0?9,0м» на земельном участке, расположенном в д. 

<

адрес>. Строительные работы по договору осуществлялись в 2013 году, стоимость работ составила 2227600 руб., которые были оплачены ФИО13 в полном объеме. Работы по договору сданы по акту. Предоставить какие-либо документы, в том числе, заверенную копию договора, акты, платежные поручения, техническую документацию не представляется возможным, в связи с истечением срока их хранения. Специалиста направить в суд не имеется возможности (том 2 л.д.162).

В ходе судебного разбирательства для выяснения соответствия фактически возведенного спорного дома технической (проектной) документации 2013 года, по ходатайству истца по встречному иску ФИО13 назначена судебная строительно-техническая экспертиза, на разрешение которой поставлены следующие вопросы:

- построен ли двухэтажный жилой дом с кадастровым №, площадью 124,2 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, на земельном участке с кадастровым №, по технической (проектной) документации, выполненной 

<

данные изъяты> и ИП ФИО8 по договору № от 20 мая 2013 г., (с учетом, в том числе, технологии строительства, состояния материалов, степени износа материалов, естественного старения)?

- какие именно строительные материалы использованы при возведении жилого дома с кадастровым № (фундамент, стены, перекрытия, кровля и т.д.) и соответствуют ли они стандартам 2013 года и проектной документации 2013 года ?

Согласно выводам судебной строительно-технической экспертизы № от 20 июля 2025 г., выполненной экспертом 

<

данные изъяты> ФИО17, строительство объекта недвижимости - здания жилого двухэтажного дома с кадастровым №, площадью 124,2 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, на земельном участке с кадастровым №, осуществлено по технической (проектной) документации, выполненной 

<

данные изъяты> и ФИО8 по договору № от 20 мая 2013 г., по проекту Пр.6231-13 «Канцлер-2» К 8,0x9,0м Загородные дома для постоянного проживания. Дом со стенами из деревянного каркаса 200мм 8,0x9,0м; указанный жилой дом построен из строительных материалов, комплектующих изделий, которые 

<

данные изъяты> и ФИО8 в период июля-октября 2013 года поставил комплектно (под ключ) на земельный участок с кадастровым № в ДНП «Мой берег»; на несущих и ограждающих конструкциях жилого дома (особенно наружных) имеются значительные дефекты, которые характерны при эксплуатации дома сроком не менее 10 лет. 

Не согласившись с экспертным 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, представитель по доверенностям ФИО12 представила рецензию специалиста 

<

данные изъяты> № от 15 августа 2025 г. Согласно выводов специалиста ФИО16, экспертное 

<

данные изъяты> не соответствует требованиям методик, установленных для данного вида экспертиз и исследований, а также действующему законодательству. Экспертом не выполнены основные положения действующей методики, выводы полностью необоснованны, приведенные в заключении фотоматериалы не информативны, поверок на приборы не имеется, плана элементов не представлено, не указаны нормативные требования к конструкциям, по фотоматериалам вообще не понятно наличие каких-либо дефектов на объекте.

Судом по ходатайству представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО6, а также третьего лица (ответчика по встречному иску) ФИО7 по доверенностям ФИО12 был допрошен эксперт 

<

данные изъяты> ФИО17, которым в судебном заседании были подтверждены выводы, изложенные в экспертном заключении№ от 20 июля 2025 г.Обратил внимание на то, что на стеклопакетах пластиковых окон имеются стикеры с наименованием производителя, размерами и датой изготовления — 21 июня 2013 г. Все строительные материалы и комплектующие «подрядчик» поставлял на «объект» комплектно, указанные работы выполнял своими силами. Сопоставив полученные в процессе проведения экспертных работ данные, с материалами гражданского дела, им сделано заключение о том, что дом (его конструкции) построен по технической (проектной) документации, выполненной 

<

данные изъяты> и ФИО8 по договору № от 20 мая 2013 г., а также по проекту и технологии каркасного деревянного домостроения, которую использовали ООО «Терем-Про» и ИП ФИО28 в 2013-2014 гг. Также им сделан вывод о том, что при возведении жилого дома (фундамент, стены, перекрытия, кровля и т.д.) использованы материалы, указанные в паспорте «Загородные дома для постоянного проживания. Дом со стенами из деревянного каркаса 200мм 8,0x9,0м» Пр. 6231-13 «Канцлер-2» К 8,0x9,0м., установленная на кровле «объекта» металлочерепица имеет характерную геометрию рисунка (прямоугольники), которую разработали специалисты 

<

данные изъяты> и выпускается на собственной производственной базе в Московской обл. г. Бронницы с 2012г. Данная мера была принята против недобросовестной конкуренции на рынке строительных услуг. В материалах гражданского дела какие-либо документы (договора), подтверждающие проведение на «объекте» строительно-монтажных работ после 2013 года отсутствуют. Добавил, что представленных документов и проведенных им обследований ему было достаточно для проведения экспертизы и дачи заключения. С выводами специалиста, изложенными в рецензии 

<

данные изъяты>, не согласился.

Пояснения эксперта ФИО17 суд принимает в качестве относимого и допустимого доказательства по делу, поскольку они последовательны, не противоречивы, согласуются с иными собранными по делу доказательствами.

В силу ст.59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ).

Согласно ч.2 ст.187 ГПК РФ заключение эксперта исследуется в судебном заседании, оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы.

В соответствии с положениями ст.86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Как следует из материалов дела, заключение эксперта 

<

данные изъяты> № от 20 июля 2025 г., проведено в рамках судебного разбирательства, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, также ему разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные ст.85 ГПК РФ, квалификация эксперта его составившего подтверждена документально, сведений о заинтересованности в исходе дела не имеется, заключение полностью соответствует требованиям законодательства, выводы эксперта логичны, аргументированы.

Правильность выводов, содержащихся в данном заключении, сомнений у суда не вызывает, поскольку выводы эксперта основаны на соответствующей нормативной литературе, подтверждены документально.

Оценивая вышеуказанное заключение эксперта 

<

данные изъяты>, в совокупности с исследованными по делу доказательствами, а также с учетом норм процессуального права, пояснений, данных экспертом ФИО17 в ходе судебного разбирательства, суд принимает во внимание и придает доказательственное значение данному заключению, и приходит к выводу о том, что оно соответствует требованиям относимости, допустимости и достоверности, установленным ст.67 ГПК РФ.

Данное экспертное заключение подробно мотивировано, является понятным, основано на материалах дела и представленных сторонами документах, обосновано и каких-либо уточнений не требует, соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ.

Допустимых и относимых доказательств обратного и иного суду не представлено.

Ходатайств о назначении повторной или дополнительной экспертизы ответчиком в ходе рассмотрения дела заявлено не было.

В связи с вышеизложенным, суд считает возможным положить в основу решения по делу заключение экспертизы 

<

данные изъяты> № от 20 июля 2025 г., поскольку оно соответствует требованиям закона, составлено компетентным лицом, научно обосновано, а потому не находит оснований для исключения заключения эксперта из числа доказательств по делу.

Оценивая представленную рецензию специалиста 

<

данные изъяты> № от 15 августа 2025 г. о несогласии с выводами эксперта 

<

данные изъяты> ФИО17, суд приходит к выводу о том, что она не может быть принята во внимание, поскольку указанная рецензия не является экспертным заключением, по своей сути является консультацией специалиста, не доказывает неправильности или необоснованности проведенного экспертного заключения, поскольку объектом исследования специалиста являлось непосредственно заключение эксперта, рецензия носит субъективный характер, а также не опровергает выводы эксперта, который исследовал соответствие фактически возведенного спорного дома технической (проектной) документации 2013 года.

Рецензирование судебной экспертизы ООО «ИНЭКСИМА» произведено по инициативе представителя ответчиков по встречному иску ФИО6 и ФИО7 по доверенностям ФИО12, а потому рецензия не является относимым, допустимым доказательством по делу.

При этом суждения специалиста ФИО16 в рецензии 

<

данные изъяты> по существу сводятся к оценке содержания заключения судебной экспертизы, что относится к компетенции суда, непосредственно оценивающего все доказательства по делу.

Кроме того, право оценивать представленные доказательства на предмет относимости, допустимости и достоверности, предоставлено только суду.

Руководствуясь ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, доводы ФИО12 о том, что решение суда не может быть постановлено в отсутствие подлинников документов и/или надлежащим образом заверенных их копий, отклоняются судом как необоснованные, поскольку представленные доказательства отвечают требованиям ст.60 ГПК РФ о допустимости доказательств, а также дают возможность установить их подлинное содержание с помощью других доказательств, собранных по делу. Заключение договора № на строительство индивидуального дома «Канцлер-2К 8,0?9,0м» между ФИО13 и 

<

данные изъяты> сомнений не вызывает, подтверждено письменным ответом 

<

данные изъяты> от 13 мая 2025 г., а также платежными поручениями о переводе ФИО13 денежных средств за оплату строительства дома по указанному договору. 

Суд не находит оснований для исключения указанных документов (их копий) из числа доказательств по делу.

Кроме того, в целях проверки доводов сторон и установления фактических обстоятельств дела судом были допрошены свидетели.

Так, свидетель ФИО18 пояснила, что она давно знает ФИО13, они соседи по даче. В 2014 году она была в ДНП «Мой берег» в с. Панковичи у подруги, видела, что были построены несколько домов, в том числе, дом ФИО13 Позже она купила участок в данном ДНП, где каждое лето она живет с сыном, а также приезжает на праздники, и в тот момент ФИО13 всегда видит дома. Дом у ФИО13 двухэтажный, обшит сайдингом, крыша бордового цвета, на крыше три вытяжки, огорожен забором. В доме ФИО13 она была в гостях пару раз, в доме было электричество. На территории участка она видела баню и какие-то недостроенные строения. ФИО7 и Шипова ей не знакомы. Также ей известно, что дом ФИО13 строил «Терем», поскольку дом ей понравился и она интересовалась об организации для личного строительства дома. Территория ДНП «Мой берег» огорожена, есть охранники, пропускная система. Были ли проблемы у ФИО13 с допуском на территорию ДНП ей лично неизвестно, но со слов подруги (соседки ФИО20) ей известно, что ФИО13 не пускали на территорию ДНП, однако причина ей неизвестна. 

Свидетель ФИО9 пояснила, что ФИО13 знакома ей с 2015 года. Она (свидетель) работала на пилораме у своего брата в с. Новое Павшино, а ФИО13 приезжала за дровами для отопления дома и для бани. Так и подружились. Из разговора с ФИО13 она узнала, что та занимается огородничеством и она (свидетель) решила помочь в посадке саженцев. Весной 2017 г. она была в гостях у ФИО13 в ДНП «Мой берег», видела ее двухэтажный дом, была в доме на первом этаже. В доме видела сына ФИО13, больше никого не было. Сажала у ФИО3 около дома виноград. Кому принадлежит дом и земля, были ли у ФИО3 проблемы с проездом на территорию ДНП ей неизвестно.

Свидетель ФИО19 пояснила, что с конца 2013 г. она проживает в ДНП «Мой берег». Д-вы, ФИО7, ее дети и муж ей знакомы. Поддерживает отношения с бывшем мужем ФИО7 С Д-выми она не общается. Изначально пояснила, что с ФИО13 и ФИО14 у нее неприязненные отношения, с ними никто не общается в ДНП. После уточняющих вопросов пояснила, что неприязненных отношений нет. Примерно с 2014 г. до 2021 г. ФИО7 приезжала в ДНП «Мой берег» с детьми в спорный дом. С 2021 г. сын ФИО7 находится у нее (свидетеля) в московской квартире, в связи с заболеванием и необходимостью прохождения лечения. В конце 2013 г. спорный дом был построен, то есть коробка стояла с крышей и окнами. Из каких строительных материалов построен дом и кто его строил она не знает. ФИО13 в 2014 г. была избрана председателем ДТП, накопила задолженность около 200000 руб., которые ФИО7 за нее оплатила. Также ФИО7 достраивала баню, привозила строительные материалы, покупала технику. В 2017 г. ФИО20 продала ФИО7 земельные участки, расположенные в ДНП. В 2018 г. ФИО7 оформляла дом на себя, приезжал кадастровый инженер, при этом ФИО20 была дома и видела его. Собственником спорного дома является ФИО6.

Оценивая показания свидетелей, суд учитывает, что свидетели по делу в результате стечения обстоятельств воспринимают факты, имеющие юридическое значение для правильного разрешения спора, и являются носителями информации об этих фактах; свидетели не высказывают суждения, включающие субъективную оценку относительно фактов.

На основании ч.2 ст.56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В силу ч.1 ст.68 ГПК РФ объяснения сторон и третьих лиц об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами. 

В случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

ФИО13 представлены достоверные и достаточные доказательства, позволяющие суду сделать вывод о том, что именно ФИО13 в 2013 году на принадлежащем ей земельном участке с кадастровым номером 71:07:010301:1127 был построен спорный жилой дом, где она проживает с сыном. Данные обстоятельства подтверждаются документально, в частности, платежными документами.

Свидетель ФИО22, Хлус и ФИО24 подтвердили, что спорный дом в 2013 году уже был построен под крышу с установленными стеклопакетами.

В соответствии с п.1 ст. 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Таким образом, ФИО13 приобрела право собственности на дом в момент его создания в 2013 году, а последующая государственная регистрация права носит правоподтверждающий характер.

Суд полагает, что обращение ФИО13 в суд с исковыми требованиями (встречными) о признании права собственности ФИО7 на дом отсутствующим и как следствие исключении из ЕГРН регистрационной записи о праве собственности на дом, является исключительным способом защиты, нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством, а потому обращение ФИО13 с указанным требованием является надлежащим способом защиты ее нарушенных прав.

Указание ФИО12 о том, что ФИО7 также строила спорный дом, закупала и привозила за свой счет строительные материалы опровергается условиями договора № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым 

<

данные изъяты> обязался осуществить от своего имени и за счет заказчика закупку, доставку и передачу ответственному лицу, осуществляющему работы по строительству, комплекта материалов для осуществления работ, а также опровергается выводами эксперта ФИО17, указанными в заключении № от 20 июля 2025 г.

Представленное 

<

данные изъяты> разъяснительное письмо и чеки об оплате за стройматериалы ФИО7 с июля по декабрь 2015 года не подтверждают покупку строительных материалов именно для строительства спорного жилого дома, поскольку указанные обстоятельства опровергаются иными собранными по делу доказательствами, в том числе заключением экспертизы, пояснением эксперта ФИО17, который пояснил, что из строительных материалов, указанных в письме 

<

данные изъяты> спорный жилой дом построить нельзя, а также из условий договора на строительство дома о том, что спорный дом строился из строительных материалов, закупленных и доставленных 

<

данные изъяты>.

Доказательств, опровергающих данные выводы, ФИО7 в ходе судебного разбирательства по делу представлено не было. 

Суд, учитывая, что строительство дома в 2013 году осуществлено ФИО13, то есть до заключения договора купли-продажи земельных участков 2017 года, полагает, что ФИО7 не приобрела право на спорный дом, а регистрационная запись в ЕГРН о праве ФИО7 на дом, не может быть признана законной, ФИО7 действовала недобросовестно, поскольку зная о том, что на земельном участке расположен достроенный жилой дом, оформила его на свое имя, а в последствии продала третьему лицу, хотя дом сама не строила. 

То есть, регистрация ФИО7 права собственности на дом в 2018 году была произведена без правовых оснований, поскольку дом не отчуждался ФИО13 и не переходил в собственность ФИО7 на законных основаниях. ФИО7 оформила жилой дом на свое имя только лишь по тому, что дом находился на земельном участке, собственником которого в тот момент она являлась. Однако земельный участок был продан ФИО7 без расположенного на нем объекта недвижимости. 

Из регистрационного дела в отношении жилого дома следует, что в 2018 году кадастровый инженер ФИО29 при подготовке градостроительного плана указала, что объекта недвижимости на земельном участке с кадастровым номером :1127 не было, а кадастровый инженер Рейм при подготовке технического плана на дом в 2018 году указал, что в 2017 году завершено строительство жилого дома, материал стен – кирпич, что послужило основанием для включения данных сведений о доме Росреестром.

Данные обстоятельства опровергаются собранными судом доказательствами, в том числе, актом приемки выполненных работ от 25 сентября 2013 г., которым подтверждено окончание строительства жилого дома в 2013 году, а неверное указание кадастровым инженером Рейм материала стен в доме – кирпич, говорит о том, что технический план был составлен формально, без выхода на место нахождения дома и визуального осмотра спорного объекта.

ФИО13 в суде пояснила, что постоянно с сыном проживает в спорном доме и никогда не видела там кадастровых инженеров.

При этом суд не принимает во внимание показания свидетеля ФИО19 в части того, что она видела, как кадастровый инженер выходил на место и ФИО20 при этом присутствовала.

Таким образом, оценив исследованные доказательства в их совокупности, суд полагает, что ФИО7 не имела права на оформление спорного дома на свое имя, поскольку не строила его и не оплачивала строительство, а потому прихожу к выводу о признании отсутствия права собственности ФИО7 на дом, об исключении из ЕГРН регистрационной записи о праве собственности ФИО7 на спорный дом.

ФИО13 продолжает с сыном ФИО14 проживать в построенном ею доме, что подтверждает их фактическое владение домом долгое время, у ФИО7 отсутствует право на построенный ФИО13 дом, а потому оснований для выселения Д-вых из спорного жилого дома суд не находит.

Кроме того, ФИО13 не лишена права в последующем узаконить дом, который строила.

Доводы представителя ФИО12 о том, что в договоре на строительство дома указан адрес нахождения спорного объекта на территории СНТ «Солнечный берег», однако дом, из которого ФИО6 просит выселить ответчиков, расположен на территории ДНП «Мой берег», судом не принимаются во внимание, поскольку расположение спорного жилого дома на территории ДНП «Мой берег» подтверждено совокупностью исследованных доказательств, что сомнений у суда не вызывает. Иного недвижимого имущества в собственности Д-вых, в том числе находящегося в СНТ «Солнечный берег», не имеется, что следует из сведений Росреестра.

Разрешая заявленные ФИО13 встречные исковые требования о признании сделок 2017 г. и 2023 г. недействительными, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (п. 2 ст. 218 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130).

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (п. 1 ст. 551 ГК РФ).

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 ГК РФ).

Из приведенных выше обстоятельств, которые объективно подтверждаются представленными в материалах дела доказательствами, следует, что ФИО7 после оформления в 2017 году с ФИО13 сделки купли-продажи четырех земельных участков с кадастровыми №, площадью 1201 кв.м., №, площадью 1093 кв.м., №, площадью 1200 кв.м., №, площадью 1199 кв.м. за общую сумму всех участков - 206000 рублей, оформила на свое имя жилой дом, расположенный на одном из указанных земельных участков (с кадастровым №). В 2023 г. ФИО7 продала ФИО6 жилой дом и земельный участок с кадастровым №, на котором данный дом располагается. 

Обращаясь в суд с встречными требованиями о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с кадастровым №, площадью 1093 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, и находящегося на нем жилого дома с кадастровым №, общей площадью 124,2 кв.м, заключенного 03 ноября 2023 г. между ФИО7 и ФИО6; а также о признании недействительным договора купли-продажи земельных участков, заключенного 29 июля 2017 г. между ФИО13 и ФИО7, в части земельного участка с кадастровым №, площадью 1093 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, ФИО13 и ее представитель адвокат Игнатовский А.Н. указали на то, что о нарушении своего права она узнала в октябре 2024 г., в момент получения от ФИО6 требования о выселении из дома ее и ее сына. В судебном заседании полагали, что срок исковой давности по вышеуказанным требованиям не пропущен.

Возражая против удовлетворения встречных исковых требований, ФИО6 и ее представители просили применить к данным требованиям срок исковой давности.

Проверяя доводы и возражения сторон, суд делает следующие выводы.

Пунктом 2 ст. 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пленумом Верховного Суда РФ в п. 1 постановления от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

В п. 7 того же постановления, указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п.п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

Учитывая совокупность собранных доказательств, суд приходит к выводу о том, что встречные исковые требования ФИО13 о признании недействительным договора купли-продажи земельных участков, заключенного 29 июля 2017 г. между ФИО13 и ФИО7, в части земельного участка с кадастровым №, площадью 1093 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, удовлетворению не подлежат, по следующим основаниям.

Статьей 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. 

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. 

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. 

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год (п. 2 ст. 181 ГК РФ).

Отсчет указанного срока надо начинать со дня, когда вы узнали или должны были узнать об основаниях недействительности (п.2 ст. 181 ГК РФ). Моментом начала срока является дата, когда исполнение сделки было завершено, и с этого дня истец должен был знать о нарушении своего права, если таковое имелось.

Договор купли-продажи земельных участков заключен между ФИО13 и ФИО7 в 2017 году, государственная регистрация перехода права собственности состоялась также в 2017 году, то есть срок исковой давности истекает в 2018 году. 

Исковое заявление (встречное) подано ФИО13 в марте 2025 года, то есть за пределами срока исковой давности. 

В соответствии со ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре. ФИО7 и ФИО6 в судебном заседании заявили о пропуске срока исковой давности по данной сделке.

Доказательств перерыва, приостановления или восстановления срока исковой давности ФИО13 не представлено. Какие-либо обстоятельства, свидетельствующие о том, что ФИО13 не могла узнать о нарушении своего права в момент государственной регистрации перехода права, суду не представлены.

Оснований полагать, что сделка купли продажи в 2017 году между ФИО13 и ФИО7 совершена лишь для вида без намерения создать соответствующие ей правовые последствия у суда не имеется.

Нахождение спорного дома на земельном участке, проданном ФИО13 в 2017 году ФИО7, не является основанием для признания сделки недействительной, ввиду пропуска срока исковой давности.

Кроме того, суд приходит к выводу о том, что встречные исковые требования ФИО13 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с кадастровым №, площадью 1093 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, и находящегося на нем жилого дома с кадастровым №, общей площадью 124,2 кв.м, заключенного 03 ноября 2023 г. между ФИО7 и ФИО6 подлежат удовлетворению частично.

Сделка, нарушающая требования закона, является ничтожной, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима (ст. 168 ГК РФ).

Согласно п.2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе отчуждать только свое имущество. Продажа чужого имущества прямо запрещена законом.

Поскольку на момент заключения договора купли-продажи в 2023 году у ФИО7 отсутствовало право на спорный дом, она не имела права его отчуждать, следовательно договор купли-продажи от 2023 года между ФИО7 и ФИО6 в части продажи жилого дома является ничтожной сделкой.

Требований о признании ФИО6 добросовестным приобретателем дома суду не заявлено.

В соответствии со ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре. ФИО7 и ФИО6 в судебном заседании заявили о пропуске срока исковой давности по данной сделке.

В силу п.1 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Исковое заявление (встречное) об оспаривании договора купли-продажи земельного участка и жилого дома между ФИО7 и ФИО6 в 2023 году, подано ФИО13 в марте 2025 года, то есть срок исковой давности не пропущен.

Таким образом, требования ФИО13 о признании недействительным договора купли-продажи 2023 г. в части жилого дома, подлежат удовлетворению.

Относительно встречных исковых требований ФИО13 о признании недействительным договора купли-продажи между ФИО7 и ФИО6 от 2023 г. в части земельного участка, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований в данной части, поскольку договор купли-продажи 2017 г. не признан недействительным, ФИО7 на момент сделки в 2023 г. с ФИО6 являлась собственником земельного участка с кадастровым номером 71:07:010301:1127 и имела право его отчуждать. В этой части договор купли-продажи 2023 года, по мнению суда, является действительным. 

Проанализировав вышеизложенные конкретные обстоятельства в их совокупности, с учетом пояснений сторон, показаний свидетелей, оценив представленные сторонами и собранные судом доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, с учетом относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО6, и о частичном удовлетворении встречных исковых требований ФИО13

В соответствии со ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2). 

В пункте 80 постановления Пленума ВС РФ № 25 разъяснено, что по смыслу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

Из материалов гражданского дела следует, что ФИО7 при совершении с ФИО6 сделки купли-продажи земельного участка и расположенного на нем жилого дома в 2023 году, получила от ФИО6 денежные средства за дом в размере 4000000 руб., что также не отрицалось представителем ФИО12 в судебных заседаниях.

Поскольку названная сделка признана недействительной, то в силу положений п. 2 ст. 167 ГПК РФ, стороны этой сделки должны возвратить друг другу все полученное по ней.

В связи с тем, что в спорном жилом доме как указывалось выше проживают ФИО13 и ФИО14, а ФИО6 в доме не появлялась, то оснований для обязания ФИО6 освободить жилой дом и возвратить его, не имеется.

Следует также отметить, что земельное законодательство основано на принципе единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами (подпункт 5 пункта 1 статьи 1 ЗК РФ).

Поскольку суд приходит к выводу о признании права собственности ФИО7 на жилой дом отсутствующим, об исключении из ЕГРН регистрационных записей о праве собственности ФИО7 и ФИО6 на жилой дом, а также об отказе в признании недействительными договора купли-продажи 2017 г. и 2023 г. в части земельных участков ввиду истечения срока исковой давности, то ФИО13, не лишена возможности признать за собой право собственности на жилой дом, который она построила в 2013 году, обратиться к собственнику земельного участка, на котором расположен дом, с требованиями об установлении сервитута в отношении земельного участка под домом и возможно, части участка, необходимой для подхода или подъезда к нему, либо выкупить земельный участок при согласии собственника.

Рассмотрев дело в пределах заявленных и поддержанных в судебном заседании исковых и встречных исковых требований, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО13, ФИО14 о выселении из жилого дома отказать.

Встречные исковые требования ФИО13 к ФИО7, ФИО6 о признании отсутствующим права собственности на жилой дом, исключении из ЕГРН записи о регистрации права собственности на жилой дом, о признании недействительным в части договора купли-продажи земельных участков, о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка удовлетворить частично.

Признать отсутствующим право собственности ФИО7 на жилой дом с кадастровым №, площадью 124,2 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>.

Исключить из ЕГРН регистрационную запись № от 07 февраля 2018 г. о праве собственности ФИО7 на жилой дом с кадастровым №, расположенный по адресу: 

<

адрес>.

Признать договор купли-продажи земельного участка и жилого дома, заключенный 03 ноября 2023 г. между ФИО7 и ФИО6, недействительным в части жилого дома с кадастровым №, общей площадью 124,2 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>.

Исключить из ЕГРН регистрационную запись № от 09 ноября 2023 г. о праве собственности ФИО6 на жилой дом с кадастровым №, расположенный по адресу: 

<

адрес>.

Обязать ФИО7 возвратить ФИО6 денежные средства в размере 4000000 (четыре миллиона) руб., полученные за дом по договору купли-продажи от 03 ноября 2023 г.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО13 о признании недействительным договора купли-продажи земельных участков, заключенного 29 июля 2017 г. между ФИО13 и ФИО7, в части земельного участка с кадастровым №, площадью 1093 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, а также о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка и жилого дома, заключенного 03 ноября 2023 г. между ФИО7 и ФИО6, в части земельного участка с кадастровым №, площадью 1093 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, - отказать.

Настоящее решение является основанием для аннулирования государственной регистрации права собственности ФИО7 и ФИО6 на жилой дом с кадастровым №, расположенный по адресу: 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через ФИО4 межрайонный суд Тульской области в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

В окончательной форме решение суда изготовлено 03 сентября 2025 г.

Председательствующий О.А. Никифорова