Дело № 2-32/2023

УИД: 91RS0007-01-2022-000936-76

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 июля 2023 года 

г. Белогорск 

Белогорский районный суд Республики Крым в составе:

председательствующего - Лобунской Т.А.,

при секретаре - Зинединовой Г.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда в г. Белогорске гражданское дело по исковому заявлению представителя по доверенности ФИО11, действующего в интересах истцов ФИО10, ФИО7, ФИО6 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Крым «Белогорская центральная районная больница», Министерству здравоохранения Республики Крым, Совету министров Республики Крым, Министерству финансов Республики Крым, Управлению Федерального казначейства по Республике Крым, третьи лица: ФИО2, Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Республики Крым «Симферопольская клиническая больница скорой медицинской помощи №», Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Республики Крым, с участием прокуратуры Белогорского района Республики Крым, о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

представитель по доверенности ФИО11, действующий в интересах истцов ФИО10, ФИО7, ФИО6 обратился в суд с исковым заявлением к ГБУЗ РК «Белогорская центральная районная больница», Министерству здравоохранения Республики Крым, Совету министров Республики Крым, Министерству финансов Республики Крым, Управлению Федерального казначейства по Республике Крым, третьи лица: ФИО2, ГБУЗ РК «Симферопольская клиническая больница скорой медицинской помощи №», Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Республики Крым, о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, просит суд взыскать с ГБУЗ РК «Белогорская центральная районная больница» компенсацию морального вреда в пользу ФИО10 в размере 1 500 000 руб., в пользу ФИО7 в размере 1 500 000 руб., в пользу ФИО6 в размере 1 500 000 руб., а всего в размере 4 500 000 руб.

Исковые требования мотивирует тем, что ДД.ММ.ГГГГ в 4 час. 35 мин. в хирургическое отделение ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» поступила ФИО4, которая была доставлена в указанное отделение после дорожно - транспортного происшествия, имевшего место в этот же день на участке дороги «Симферополь - Феодосия» 56 км. + 600 м. с. Богатое Белогорского района. В период времени с 04 час. 35 мин. ДД.ММ.ГГГГ по 18 час. ДД.ММ.ГГГГ врач травматолог - ортопед ФИО2, после осмотра пациента ФИО4 определили тактику ведения больной, назначил и контролировал необходимое для выздоровления пациента лечение, а также непосредственно принимал участие в ее лечении, а именно в экстренном порядке провел противошоковые и реанимационные мероприятия, неоднократно произвел рентгенологические исследования, провел первичную хирургическую обработку ран головы, наложил систему скелетного вытяжения для временной стабилизации, после проведения консультации с заведующим отделением травматологии ГБУЗ РК «Симферопольская клиническая больница скорой медицинской помощи №», по рекомендации наложил аппарат внешней фиксации на оба бедра потерпевшей. ДД.ММ.ГГГГ после проведенных консультации, в связи с крайне тяжелым состоянием ФИО4, последняя санавиацией была доставлена из ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» в отделение анестезиологии и интенсивной терапии ГБУЗ РК «СПБ СМП №». ДД.ММ.ГГГГ в 10 час. 55 мин. в ГБУЗ РК «СПБ СМП №» была констатирована биологическая смерть ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ Белогорским районным судом Республики Крым был постановлен обвинительный приговор по уголовному делу № в отношении ФИО2, который был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации – причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. Апелляционным постановлением Верховного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ данный приговор оставлен без изменения. ФИО4 являлась матерью для истца ФИО7, супругой ФИО10 и дочерью ФИО6 Осознание того, что вследствие некачественного оказания медицинской помощи ФИО4 получала дополнительные физические страдания, вызывает у истцов нравственные переживания. Смертью близкого человека истцам причинен существенный моральный вред, выразившийся в переживаемых ими тяжелых нравственных страданиях. Гибель родного человека сама по себе является для истцов необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата рассматривается, в качестве сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право и семейные связи.

В судебном заседании представитель по доверенности ФИО11, действующий в интересах истцов ФИО10, ФИО7, ФИО6 исковое заявление поддержал в полном объеме, настаивал на удовлетворении. В судебном заседании пояснил суду, что вследствие смерти ФИО4, изменился привычный уклад жизни истца ФИО10, поскольку у них сложились не только семейные взаимоотношения, а также они осуществляли совместную творческую и трудовую деятельность. Истец ФИО10 считал себя виновным в гибели супруги, поскольку дорожно - транспортное происшествие случилось по его вине, однако в последующем было установлено, что смерть ФИО4 наступила в результате виновных действий врача ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ», что также причинило истцу моральные страдания и душевные переживания. Смерть дочери, причинила ФИО6 душевные страдания, поскольку мать утратила поддержку и опору. Для истца ФИО7 смерть матери являлась тяжелым ударом. Причиненный моральный вред является значительным и его трудно оценить в денежном эквиваленте.

В судебном заседании представитель по доверенности ФИО14, действующая в интересах ответчика ГБУЗ РК «Белогорская центральная больница» заявленные исковые требования не поддержала, просила в удовлетворении искового заявления отказать. 

В судебном заседании представитель по доверенности адвокат ФИО15, действующая в интересах ответчика ГБУЗ РК «Белогорская центральная больница» заявленные исковые требования не поддержала, просила в удовлетворении искового заявления отказать. Пояснила, что в действиях медицинского персонала ГБУЗ РК «Белогорская центральная больница» не было нарушений стандартов качества оказания медицинской помощи. На протяжении времени нахождения ФИО4 в реанимационном отделении ГБУЗ РК «Белогорская центральная больница» лечение проводилось в соответствии с действующими стандартами, выбор способа наложения скелетного вытяжения и аппаратов нижней фиксации на травмы, которые имелись у пациентки, производится лечащим врачом. Врачи высшей категории, которые также осуществление консультирования по методам лечения ФИО4 соглашались с действиями по оказанию медицинской помощи лечащим врачем ГБУЗ РК «Белогорская центральная больница». Безответственного поведения ответчика допущено не было. Согласно заключению специалистов от ДД.ММ.ГГГГ, в действиях медицинских сотрудников ГБУЗ РК «Белогорская центральная больница» каких- либо несоответствий медицинским стандартам не имеется. Адвокат ФИО15 полагает, что смерть наступила в результате дорожно- транспортного происшествия.

В судебном заседании представитель по доверенности ФИО16, действующая в интересах ответчика Управления Федерального казначейства по Республике Крым, возражала против удовлетворения исковых требований. 

В судебном заседании ФИО2 поддержал позицию представителя по доверенности адвоката ФИО15, ФИО14, действующих в интересах ответчика ГБУЗ РК «Белогорская центральная больница».

В судебном заседании помощник прокурора Белогорского района Республики Крым ФИО17 полагала исковое заявление обоснованным и возможным удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В судебное заседание представитель ответчика Министерства финансов Республики Крым не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в суд предоставил пояснения по делу, в которых заявлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

В судебное заседание представитель третьего лица Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым «Симферопольская клиническая больница скорой медицинской помощи №» не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в суд предоставил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

В судебное заседание представитель третьего лица Территориального фонда обязательного и медицинского страхования Республики Крым не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в суд предоставил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя. В ранее предоставленном отзыве на исковое заявление указывает, что застрахованные лица имеют право на возмещение медицинской организацией ущерба, причиненного в связи с неисполнением или ненадлежащем исполнением ею обязанностей по организации и оказанию медицинской помощи, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Иные участники судебного разбирательства в судебное заседание не явились, судебная корреспонденция направлялась в установленном законом порядке, причины неявки суду неизвестны.

Информация о рассмотрении искового заявления в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Белогорского районного суда Республики Крым в сети «Интернет».

В соответствии со статьей 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле извещаются заказным письмом с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», такие лица, получившие первое судебное извещение по рассматриваемому делу, самостоятельно предпринимают меры по получению дальнейшей информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия ими мер по получению информации о движении дела.

Учитывая надлежащее извещение сторон, необязательность явки сторон, в целях скорейшего рассмотрения и разрешения гражданского дела, в соответствии ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав пояснения сторон, заключение прокурора ФИО17 исследовав и оценив письменные материалы дела в их совокупности, суд приходит к выводу, что исковое заявление подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено и следует из материалов дела, что материалами уголовного дела № в отношении ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 02 час. 39 мин., в условиях темного времени суток, управляя техническим исправным автомобилем SKODA FABIA COMBI, регистрационный знак № осуществлял движение на автодороге Симферополь- Феодосия, со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. В пути следования, в районе участка 56 км. + 600 м. вышеуказанной автодороги, расположенного в пределах населенного пункта 

<

адрес>, двигаясь со скоростью около 66 км/ч, превышающей разрешенную скорость движения на данном участке – 60 км/ч, будучи предупрежденным дорожными знаками 1.11.1 «опасный поворот» и 1.34.1 «Направление поворота» правил дорожного движения Российской Федерации, о наличии правостороннего закругления дороги малого радиуса, проявил невнимательность к дорожной обстановке и преступное легкомыслие к обеспечению безопасности дорожного движения, должным образом не контролировал дорожную обстановку, не применил безопасные приемы управления автомобилем, исключающие применение экстренного торможения, не выбрал безопасную скорость движения, вследствие чего, в процессе проезда указанного закругления, пересек сплошную горизонтальную линию дорожной разметки 1.1. Правил дорожного движения Российской Федерации, пересечение которой запрещается, выехал на полосу встречного движения, где допустил столкновение передней частью управляемого им автомобиля с передней частью автомобиля «MERSEDES-BENZ ACTROS 184», регистрационный знак №, в сцепке с прицепом «KRONE SD TENTOVANNIN», регистрационный знак №, под управлением ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, двигающегося во встречном ему направлении по полосе своего движения.

В результате дорожно- транспортного происшествия пассажирам автомобиля «SKODA FABIA COMBI», ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью.

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы №-к от ДД.ММ.ГГГГ, в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО4, были причинены телесные повреждения в виде комплекса сочетанной тупой травмы головы и нижних конечностей: закрытая тупая травма головы в виде ушибленной раны в лобно-теменной области; закрытая тупая травма нижних и правой верхней конечностей в виде закрытых переломов диафизов бедренных костей со смещением отломков, кровоподтёков на внутренней поверхности голеней в средней трети, кровоподтёка на передней поверхности правого плеча в средней трети, отслоение подкожно-жировой клетчатки на наружной поверхности правой голени, кровоизлияний на передне-внутренней поверхности левой голени в средней трети; травматический шок I-II степени. Учитывая единый механизм образования полученных телесных повреждений с учётом обстоятельств их получения, весь указанный комплекс повреждений в виде сочетанной тупой травмы головы, нижних и правой верхней конечностей оценивается в своей совокупности по критерию, который соответствует большей степени тяжести вреда здоровью человека (п.11), и согласно п.6.11.6 (закрытые переломы диафиза бедренных костей со смещением отломков) Приказа №н Министерства Здравоохранения и Социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ, повлекли за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности свыше 30% и расценено как критерий квалифицирующего признака значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи. По указанному признаку согласно «Правилам определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, квалифицируется как тяжкий вред здоровью человека (уголовное дело № том 2 л.д. 73-118).

Причиной возникновения дорожно-транспортного происшествия и наступивших последствий явилось игнорирование и нарушение водителем ФИО10 требований горизонтальной дорожной разметки 1.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, пересечение которой запрещается и требований абз. 1 п.1.5, п.9.1 (1), абз. 1 п.10.1, п.10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которым:

- абз. 1 п. 1.5 Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда;

- п.9.1 (1) На любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева;

- абз. 1 п. 10.1 Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил;

- п. 10.2 – В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч. 

Предотвращение дорожно-транспортного происшествия и наступивших последствий для водителя ФИО10 заключалось в комплексном выполнении им требований горизонтальной дорожной разметки 1.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, пересечение которой запрещается, и требований абз. 1 п.1.5, п.9.1 (1), абз. 1 п.10.1, п.10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, для чего помехи технического характера отсутствуют. 

Действия ФИО10 квалифицируются как нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, то есть преступление, предусмотренное ч.1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением Белогорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № уголовное дело в отношении ФИО10, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации прекращено по ст. 25 Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации в связи с примирением с потерпевшими, освободив его от уголовной ответственности в соответствии со ст. 76 Уголовного кодекса Российской Федерации (Уголовное дело № том 3 л.д. 166-170).

Постановление Белогорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Приговором Белогорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № в отношении ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 04 час. 35 мин. в хирургическое отделение ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ», расположенное по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, поступила ФИО4, которая доставлена в указанное отделение после дорожно-транспортного происшествия, имевшего место в этот же день на участке дороги «Симферополь-Феодосия» 56 км+600 м, 

<

адрес> в результате столкновения автомобиля «SKODA FABIA COMBI», под управлением водителя ФИО18 и автомобиля «MERSEDES-BENS ACTROS 184», под управлением водителя ФИО3 

ДД.ММ.ГГГГ в 04 часа 35 мин. при осмотре ФИО4 в хирургическом отделении врачом поставлен диагноз заключительный клинический (основной): сочетанная травма ОЧМТ ушиб головного мозга 1-2 ст., ушибленная рана теменно-лобной области. Закрытый перелом с\3 (средней трети) обеих бедренных костей со смешением отломков. Травматический шок второй степени, после чего переведена в реанимационное отделение указанной больницы, по согласованию с администрацией по линии санавиации вызван нейрохирург.

В период времени с 04 час. 35 мин. ДД.ММ.ГГГГ до 18 час. ДД.ММ.ГГГГ врач травматолог-ортопед ФИО2, после осмотра пациента ФИО4 определил тактику ведения больного, назначил и контролировал необходимое для выздоровления пациента лечение, а также непосредственно принимал участие в ее лечении, а именно в экстренном порядке провел противошоковые и реанимационные мероприятия, неоднократно произвел рентгенологические исследования, провел первичную хирургическую обработку ран головы, наложил систему скелетного вытяжения для временной стабилизации, после проведения консультации с заведующим отделением травматологии ГБУЗ РК «Симферопольская клиническая больница скорой медицинской помощи №», по рекомендации наложил аппарат внешней фиксации на оба бедра потерпевшей. 

ДД.ММ.ГГГГ после проведенных консультаций, в связи с крайне тяжёлым состоянием ФИО4, последняя, санавиацией была доставлена из ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» в отделение анестезиологии и интенсивной терапии ГБУЗ РК «СПБ СМП №», расположенное по адресу: 

<

адрес>. 

ДД.ММ.ГГГГ в 10 час. 55 мин. в ГБУЗ РК «СПБ СМП №» была констатирована биологическая смерть ФИО4

В соответствии с заключением комиссионной судебно- медицинской экспертизы 316-к/д от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО4 явились закрытые переломы диафизов бедренных костей со смещением отломков, осложнившиеся в своем течении угрожающим жизни состоянием – синдромом жировой эмболии малого и большего круга кровообращения, который явился непосредственной причиной смерти. 

На этапе стационарного лечения пострадавшей ФИО4 в ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» при имеющейся у нее тяжёлой сочетанной травме (переломы диафизов обеих бедренных костей) лечащим врачом – травматологом была избрана неправильная тактика ее ведения с отсутствием своевременной профилактики закономерного и угрожающего жизни осложнения переломов диафизов бедренных костей в виде жировой эмболии. Не было проведено своевременно: адекватное оперативное лечение (наложение аппаратов внешней фиксации) для стабилизации переломов диафизов бедренных костей пострадавшей (т.е. не позднее 3 часов с момента поступления в стационар хирургическое вмешательство не проведено – не наложены аппараты внешней фиксации), при этом общее состояние пострадавшей позволяло провести данный метод оперативного лечения. Оперативное лечение (наложение аппаратов внешней фиксации) пострадавшей было проведено поздно – только через 3 суток с момента поступления в стационар (ДД.ММ.ГГГГ), уже при развившемся синдроме жировой эмболии, от которого в конечном итоге наступила смерть пострадавшей; наложение систем скелетного вытяжения пострадавшей было проведено через два часа с момента поступления в стационар (ДД.ММ.ГГГГ в 06:35 до 07:15), однако применение скелетного вытяжения явилось неверным, так как скелетное вытяжение не обеспечивает и не обеспечивало должной стабильности переломов, что привело к ухудшению состояния пострадавшей; консервативное лечение: полное отсутствие применения липотропных препаратов и средств, препятствующих дезэмульгированию липидов крови. Не полное лабораторное обследование пострадавшей – нет данных о проведенных лабораторных тестах на определение жировой глобулемии. 

Неправильные действия лечащего врача-травматолога ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» обусловили снижение эффективности оказываемой медицинской помощи и тем самым, не воспрепятствовали «естественному» неблагоприятному течению болезненного процесса (развития синдрома жировой эмболии) и наступлению вредных последствий (смерти) пострадавшей, должных мер по предотвращению вредоносных последствий (смерти) пострадавшей своевременно и в полном объеме принято не было. Вышеуказанные дефекты оказания специализированной медицинской помощи пострадавшей ФИО4 на этапе стационарного лечения в ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» не предотвратили развитие угрожающего жизни состояния в виде синдрома жировой эмболии и согласно п. 25 раздела III приказа МЗиСР РФ 194н от ДД.ММ.ГГГГ «ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью», по этому квалифицирующему признаку вреда здоровью, опасному для жизни человека, согласно п. 6.2.8 (угрожающее жизни состояние – жировая эмболия) Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденного Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н, расценивается как причинившее тяжкий вред здоровью человека. Учитывая вышеизложенное, между неблагоприятными последствиями (развитие угрожающего жизни состояния в виде синдрома жировой эмболии малого и большего круга кровообращения со смертельным исходом ФИО4) и действиями (бездействиями) лечащего врача-травматолога ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» имеется прямая причинно-следственная связь (Уголовное дело № том 2 л.д. 16-77).

В соответствии с заключением специалиста №№ от ДД.ММ.ГГГГ по медицинским документам по факту смерти ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, подготовленного ООО Межрегиональный центр экспертизы и оценки, имеющаяся сочетанная механическая травма у ФИО4 осложнилась развитием травматического шока I-II степени, жировой эмболией малого и большого круга кровообращения; характер, локализация, морфологические особенности имеющихся повреждений у ФИО4 указывают, что имеющаяся сочетанная механическая травма была причинена одномоментно, либо в короткий промежуток времени, в результате ударно- сдавливающего травмирующего действия тела о выступающие части, деталей кабины автомобиля, за счет действующих инерционных сил при движениях тела и смещения частей деталей кабины автомобиля; причиной смерти ФИО4 явилась сочетанная механическая травма головы, правой верхней и нижних конечностей осложнившаяся развитием травматического шока I-II степени, жировой эмболией малого и большого круга кровообращения, что в данном случае явилось непосредственной причиной смерти; основным в развитии осложнений у ФИО4 непосредственно приведших к смерти явилось наличие сочетанной механической травмы, что подтверждается данными медицинских документов нарушением жизненно - важных функций органов и систем (дыхательной, сердечно- сосудистой и центральной нервной систем) на момент первичной госпитализации в лечебное учреждение; сочетанная механическая травма состоит в прямой причинно- следственной связи с наступлением смерти; при оказании медицинской помощи ФИО4 врачом (врачами) ГБУЗ РК «Белогорская центральная больница» выполнены все критерии (соответствуют), предусмотренные Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»; при исследовании медицинских документов с данными об оказании медицинской помощи ФИО4 в ГБУЗ РК «Белогорская центральная больница» каких- либо несоответствий в оказании медицинской помощи врачом (врачами) действующему приказу Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия» не установлено; при исследовании медицинских документов с данными об оказании медицинской помощи ФИО4 в ГБУЗ РК «Белогорская центральная больница» каких- либо несоответствий в оказании медицинской помощи врачом (врачами) действующему приказу Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология» не установлено; согласно данным медицинских документов, в ГБУЗ РК «Белогорская центральная больница» ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 проведено оперативное лечение (скелетное вытяжение за бугристость б/б кости; скелетное вытяжение за бугристость правой б/берц кости), ДД.ММ.ГГГГ (15:45 – 16:20)- проведено наложение аппарата внешней фиксации на правое бедро; данное лечение соответствует клиническим рекомендациям МЗ РФ «ГНЦ «ВТО» им. Акад. ФИО19 «Минздрав России» чрескостный остеосинтез по ФИО1, переломов диафиза бедренной кости; данное лечение соответствует литературным данным изложенным в Национальных рекомендациях по травмам, рекомендациях по травматологии и ортопедии под редакцией ФИО20 (данный источник носит рекомендательный характер, содержит данные о возможных применимых методах лечения, не является утвержденным стандартом оказания медицинской помощи); в ГБУЗ РК «Симферопольская КБ СМП №» ФИО4 проводилось лечение с применением липотропных препаратов и средств, препятствующих дезэмульгированнию липидов крови.

Разрешая заявленные исковые требования о взыскании морального вреда, причиненного вследствие оказания ненадлежащей медицинской помощи, в результате которой наступила смерть человека суд приходит к следующему.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, честь и доброе имя, 

<

данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из изложенного следует, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинской организации или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

В соответствии с п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Судом установлено, что в соответствии учетной карточкой организации Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Республики Крым «Белогорская Центральная больница» зарегистрирована в качестве юридического лица 5 января 2015 года, ОКВЭД- 86.10 деятельность больничных организаций; 86.21 общая врачебная практика; 86.90.9 деятельность в области медицины прочая, не включенная в другие группировки.

Копией Уведомления об осуществлении видов деятельности из числа указанных в части 1 статьи 12 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности», осуществление которых на территориях Республики Крым и г. Севастополя допускается с 1 июня 2015 года без получения лицензии от 28 мая 2015 года подтверждается осуществление Государственным бюджетным учреждением здравоохранения Республики Крым «Белогорская Центральная больница» медицинской деятельности.

Согласно копии Устава Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Республики Крым «Белогорская Центральная больница», утвержденного приказом Министерства здравоохранения Республики Крым № от ДД.ММ.ГГГГ года и согласованного Министерством имущественных и земельных отношений Республики Крым, Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Республики Крым «Белогорская Центральная больница» является некоммерческой организацией – государственным бюджетным учреждением, созданным на неопределенный срок и основанным на имуществе субъекта Российской Федерации – Республики Крым (п. 1.1.).

Функции и полномочия учредителя Учреждения осуществляет Министерство здравоохранения Республики Крым (п. 1.3. Устава).

Функции и полномочия собственника имущества Учреждения осуществляет Совет министров Республики Крым и Министерство здравоохранения Республики Крым (п. 1.4. Устава).

Пунктом 3.1. указанного Устава определено, что учреждение создано в целях охраны здоровья граждан Российской Федерации, оказания медицинской помощи населению Республики Крым, включающую профилактику и лечение заболеваний, в порядке и стандартах, утвержденных действующим законодательством Российской Федерации, а также с целью обеспечения реализации предусмотренных законодательством Российской Федерации полномочий Министерства здравоохранения Республики Крым.

Предметом деятельности Учреждения является оказание медицинской помощи населению Республики Крым.

Учреждение осуществляет медицинскую помощь в виде: первичной медико-санитарной помощи; первичной специализированной медико- санитарной помощи; специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи (п. 3.5 Устава). 

В соответствии с п. 5.6. Устава учреждение обязано, в том числе: оказывать гражданам медицинскую помощь в экстренной форме; организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи; обеспечивать применение разрешенных к применению в Российской Федерации лекарственных препаратов, специализированных продуктов лечебного питания, медицинских изделий, дезинфекционных, дезинсекционных и дератизационных средств.

Приговором Белогорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу №, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ФИО2 на основании приказа главного врача Государственного бюджетного учреждения Республики Крым «Белогорская центральная районная больница» №-к от ДД.ММ.ГГГГ, назначен на должность врача травматолога-ортопеда хирургического отделения с ДД.ММ.ГГГГ, и согласно должностной инструкции врача травматолога-ортопеда хирургического отделения ГБУ РК «Белогорской ЦРБ» обязан: оказывать квалифицированную медицинскую помощь по своей специальности, используя своевременные методы профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, разрешенные для применения в медицинской практике; определять тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами; разрабатывать план обследования больного, уточнять объем и рациональные методы обследования пациента с целью получения в минимально короткие сроки полной и достоверной диагностической информации; устанавливать диагноз на основании клинических наблюдений и обследований, осуществлять сбор анамнеза, данных клинико-лабораторных и инструментальных исследований; назначать и контролировать в соответствии с установленными правилами и стандартами необходимое лечение, организовывать или самостоятельно проводить необходимые диагностические, лечебные, реабилитационные и профилактические процедуры и мероприятия, ежедневно проводить в стационаре осмотр больного, вносить изменения в план лечения в зависимости от состояния пациента и определения необходимости дополнительных методов обследования.

Врач травматолог-ортопед хирургического отделения ФИО2 несёт ответственность за несвоевременное и некачественное осуществление возложенных на него должностных обязанностей и обязан выполнять требования Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», в том числе:

- п.п. 1, 2, 3, 7 ст. 4, согласно которым основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; приоритет охраны здоровья детей; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи;

- ст. 18, в соответствии с которой каждый имеет право на охрану здоровья, обеспечивающееся оказанием доступной и качественной медицинской помощи.

- п. 1 ч. 4 ст. 32, в соответствии с которым одной из форм оказания медицинской помощи является экстренная медицинская помощь, оказываемая при внезапных острых заболеваниях, состояниях, обострении хронических заболеваний, представляющих угрозу жизни пациента;

- ч. 1 ст. 34, в соответствии с которой, специализированная медицинская помощь оказывается врачами-специалистами и включает в себя профилактику, диагностику и лечение заболеваний и состояний, требующих использования специальных методов;

- ч. 1 ст. 37, в соответствии с которой медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи;

- п. 1 ч. 2 ст. 73, ч. 2 ст. 98, в соответствии с которыми медицинские работники обязаны оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями; медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Также на ФИО2 распространялись обязанности выполнения требований Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия» (Уголовное дело № том 4 л.д. 52-60).

Приговором Белогорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание по части 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде 1 (одного) года ограничения свободы, с лишением права заниматься врачебной деятельностью, связанной с оказанием медицинской помощи, сроком 1 (один) год.

Установлено в отношении ФИО2 следующие ограничения: не уходить из дома с 22 до 06 часов следующего дня, не изменять места жительства, не выезжать за пределы Белогорского района Республики Крым, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, являться для регистрации один раз в месяц в указанный орган, согласно установленному графику.

Согласно ч. 8 ст. 302 Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации ФИО21 ФИО2 освобожден от назначенного наказания в связи с истечением срока давности за совершенное преступление на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 Уголовного кодекса Российской Федерации, п. 3 ч. 1 ст. 24 Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации (Уголовное дело № том 4 л.д. 52-60).

Апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу № приговор Белогорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 – оставлен без изменения, апелляционная жалоба защитника осужденного – адвоката ФИО15 – без удовлетворения (Уголовное дело № том 4 л.д. 111 -122).

Кассационным постановлением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ по делу № кассационная жалоба осужденного ФИО2 на приговор Белогорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 оставлена без удовлетворения (Уголовное дело № том 5 л.д. 17-20).

Как указано в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Ссылка представителя по доверенности – адвоката ФИО15, третьего лица ФИО2 на выводы, содержащиеся в заключение специалиста №№ от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленном в порядке исполнения договора, заключенного между ФИО2 и ООО Межрегиональный центр экспертизы и оценки, согласно которым причиной смерти ФИО4 явилась сочетанная механическая травма головы, правой верхней и нижних конечностей осложнившаяся развитием травматического шока I-II степени, жировой эмболией малого и большого круга кровообращения, что явилось непосредственной причиной смерти; выполнение всех критериев к качеству медицинской помощи при оказании медицинской помощи ФИО4, не может быть принята во внимание, поскольку указанное заключение специалиста, не является экспертным заключением и не может оцениваться как доказательство, то есть одно из предусмотренных ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации средств установления обстоятельств, имеющих значение для дела. Суд также учитывает, что специалист, подготовивший заключение не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В данном случае судом учитывается, что указанное заключение дано специалистом единолично без проведения специальных исследований, назначаемых на основании определения суда, при том, что заключение комиссионной судебно- медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ дано комиссией экспертов, имеющих специальные познании в различных областях медицины по профилю. Заключение комиссионной судебно- медицинской экспертизы 316-к/д от ДД.ММ.ГГГГ не содержит в себе какой-либо неясности, неполноты и противоречий, дающих основания сомневаться в его правильности, принято судом в качестве надлежащего доказательства при рассмотрении уголовного дела №, в связи с чем принято судом в качестве надлежащего доказательством, подтверждающим неправильные действия лечащего врача- травматолога ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ».

Доводы представителей ответчика ГБУЗ РК «Белогорская центральная районная больница» адвоката ФИО15, ФИО14, третьего лица ФИО2 относительно отсутствия вины медицинского персонала при оказании медицинской помощи и лечения ФИО4 сводятся к несогласия с выводами суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, указанными в приговоре Белогорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, суд находит не состоятельными, поскольку в силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

При принятии решения, суд учитывает, что достоверных и допустимых доказательств наличия оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» суду не предоставлено.

Разрешая спор, суд, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями ст. ст. 151, 1101, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о доказанности обстоятельств повлекших смерть ФИО4, в результате неправильных действий лечащего врача-травматолога ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» обусловивших снижение эффективности оказываемой медицинской помощи и тем самым, не воспрепятствовавших «естественному» неблагоприятному течению болезненного процесса (развития синдрома жировой эмболии) и наступлению вредных последствий (смерти) пострадавшей, не принятия своевременных и в полно объеме должных мер по предотвращению вредоносных последствий (смерти) пострадавшей.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи (п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Судом установлено, что ФИО4 родилась ДД.ММ.ГГГГ, в свидетельстве о рождении серия I-АВ №, выданном ДД.ММ.ГГГГ в графе «Родители» указаны отец - ФИО5, мать - ФИО6.

ДД.ММ.ГГГГ родилась ФИО7, что подтверждается повторным свидетельством о рождении серия I-НО №, выданным Донецким отделом государственной регистрации актов гражданского состояния Главного управления юстиции в 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

В указанном свидетельстве о рождении в графе «Родители» указаны отец - ФИО8, мать - ФИО9.

Копией свидетельства о заключении брака серия I-НО №, выданного отделом регистрации актов гражданского состояния Киевского районного управления юстиции 

<

адрес> подтверждается, что ФИО10 и ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ заключили брак. Фамилия жены после заключения брака «ФИО22».

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что о причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При принятии решения суд учитывает, что истцы безусловно испытывали нравственные страдания, выразившееся в их переживаниях по поводу состояния здоровья близкого родственника - ФИО4, с которыми у истцов сложились близкие семейные отношения, духовное и эмоциональное родство.

При разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. 

В соответствии с п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья.

При этом, в силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу положений частей 1 - 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

С учетом того, что в силу статьи 157 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации одним из основных принципов судебного разбирательства является его непосредственность, решение может быть основано только на тех доказательствах, которые были исследованы судом первой инстанции в судебном заседании.

В силу статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел

Из части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, в соответствии с требованиями, определенными ст. 56, 59, 60, 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из того, что с учетом изложенных обстоятельств, принимая во внимание установление вины врача травматолога-ортопеда хирургического отделения ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» суд приходит к выводу о наличии оснований взыскания компенсации морального вреда.

При этом, суд учитывает, что ответчиком не представлено доказательств правомерности поведения его работника при оказании медицинской помощи, напротив, вина врача травматолога-ортопеда хирургического отделения ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» ФИО2 в причинении ФИО4 смерти по неосторожности установлена вступившим в законную силу приговором суда.

В этой связи суд признает доказанным, что действиями ответчика по оказанию некачественной медицинской помощи ФИО4 были нарушены принадлежащие нематериальные блага истцов, личные неимущественные права истцов, в результате чего они претерпевали и претерпевают нравственные страдания.

Разрешая исковые требования ФИО10, суд, руководствуясь положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из вышеприведенных положений закона в их системном толковании применительно к данному правоотношению, принимая во внимание, что дорожно - транспортное происшествие в результате которого ФИО4 были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью человека произошло по вине ФИО10, несмотря на прекращение уголовного дела за примирением сторон, что не является реабилитирующим основанием, установив доказанным факт оказания медицинской услуги ненадлежащего качества, в связи с ненадлежащим исполнением профессиональных обязанностей со стороны врача травматолога-ортопеда хирургического отделения ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» ФИО2, а также наличии причинно-следственной связи между смертью ФИО4 с последующим причинением морального вреда и действиями врача травматолога-ортопеда хирургического отделения ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» ФИО2, и с учетом тяжести последствий и степени морально-нравственных страданий истца, учитывая конкретные обстоятельства дела, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований. При этом суд учитывает степень нравственных страданий ФИО10, который является мужем умершей ФИО4, в связи с невосполнимостью утратой близкого человека, семейных связей, нарушением привычного уклада жизни истца, а также обстоятельства дела в совокупности, влияющие на решение суда по предъявленному иску, в связи с чем полагает необходимым взыскать с ответчика ГБУЗ РК «Белогорская центральная районная больница» в пользу ФИО10 года рождения, компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей.

Разрешая исковые требования ФИО7, суд, руководствуясь положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из вышеприведенных положений закона в их системном толковании применительно к данному правоотношению, принимая во внимание, что вина врача травматолога-ортопеда хирургического отделения ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» ФИО2 по ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации установлена, учитывая конкретные обстоятельства дела, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований. При этом суд учитывает степень нравственных страданий ФИО7, которая является дочерью ФИО4, в связи с невосполнимостью утратой близкого человека, а также обстоятельства дела в совокупности, влияющие на решение суда по предъявленному иску, в связи с чем полагает необходимым взыскать с ответчика ГБУЗ РК «Белогорская центральная районная больница» в пользу ФИО7 компенсацию морального вреда в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей.

Разрешая исковые требования ФИО6, суд, руководствуясь положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из вышеприведенных положений закона в их системном толковании применительно к данному правоотношению, принимая во внимание, учитывает степень нравственных страданий ФИО6, которая является матерью умершей ФИО4, в связи с невосполнимостью утратой близкого человека, возраст истца, которая в силу своего возраста нуждается в уходе и помощи, а также обстоятельства дела в совокупности, влияющие на решение суда по предъявленному иску, в связи с чем полагает необходимым взыскать с ответчика ГБУЗ РК «Белогорская центральная районная больница» в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела, совокупность и характер дефектов, допущенных при оказании медицинской помощи, наличие недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи при лечении ФИО4, прямую причинно-следственную связь между действиями лечащего врача-травматолога ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» и наступившими негативными последствиями в виде смерти пациента, нравственные страдания истцов, которые испытывают отрицательные эмоциональные переживания, возникшие и не проходящие после травмирующих их психику событий, связанных с обстоятельствами смерти, прочные семейные связи, а также принимает во внимание данные о личности ФИО4 

Указанные суммы, по мнению суда, позволят в максимально возможной мере компенсировать последствия понесенных истцами нравственных страданий, вызванных смертью близкого родственника, отвечает принципам разумности и справедливости, позволяющим, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда, обеспечив реальное соблюдение баланса интересов сторон, способствуя восстановлению нарушенных в результате причинения вреда здоровья, прав.

Исходя из вышеприведенных положений закона в их системном толковании применительно к данному правоотношению, суд приходит к выводу, что исковые требования являются законными и обоснованными, в связи, с чем подлежат частичному удовлетворению.

Между тем, при взыскании с ответчика денежных средств суд учитывает правовое (обязательственное) положение ГБУЗ РК «Белогорская центральная районная больница»

Согласно копии Устава Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Республики Крым «Белогорская Центральная больница», утвержденного приказом Министерства здравоохранения Республики Крым № от ДД.ММ.ГГГГ и согласованного Министерством имущественных и земельных отношений Республики Крым, Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Республики Крым «Белогорская Центральная больница» является некоммерческой организацией – государственным бюджетным учреждением, созданным на неопределенный срок и основанным на имуществе субъекта Российской Федерации – Республики Крым (п. 1.1.). Функции и полномочия собственника имущества Учреждения осуществляет Совет министров Республики Крым и Министерство здравоохранения Республики Крым (п. 1.4. Устава).

Гражданским законодательством Российской Федерации установлено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, за исключением особо ценного движимого имущества, а также недвижимого имущества. Собственник имущества учреждения не несет ответственности по обязательствам учреждения.

Единственным исключением из данного положения является норма о субсидиарной ответственности собственника имущества учреждения по обязательствам учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое может быть обращено взыскание.

Абзацем первым части 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

Согласно абзацу второму части 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса РФ по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым данного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, но только по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1, учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса.

При таких обстоятельствах, при недостаточности имущества Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым «Белогорская центральная районная больница», на которое может быть обращено взыскание, суд полагает необходимым возложить субсидиарную ответственность по обязательствам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым «Белогорская центральная районная больница» перед ФИО10, ФИО7, ФИО6, возникшим на основании настоящего судебного акта, на Совет министров Республики Крым в лице Министерства здравоохранения Республики Крым.

В силу ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Таким образом, с ГБУЗ РК «Белогорская ЦРБ» следует взыскать государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд -

РЕШИЛ:

исковое заявление представителя по доверенности ФИО11, действующего в интересах истцов ФИО10, ФИО7, ФИО6 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Крым «Белогорская центральная районная больница», Министерству здравоохранения Республики Крым, Совету министров Республики Крым, Министерству финансов Республики Крым, Управлению Федерального казначейства по Республике Крым, третьи лица: ФИО2, Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Республики Крым «Симферопольская клиническая больница скорой медицинской помощи №», Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Республики Крым, с участием прокуратуры Белогорского района Республики Крым, о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением – удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым «Белогорская центральная районная больница» (ОГРН №, ИНН №, КПП №) в пользу ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> (паспорт гражданина Российской Федерации серия №, выданный УМВД России по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб. 

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым «Белогорская центральная районная больница» (ОГРН №, ИНН №, КПП № в пользу ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес> Украина (паспорт гражданина Российской Федерации серия №, выданный ГУ МВД России по 

<

адрес> и 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения 780-024) компенсацию морального вреда в размере 600 000 руб. 

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым «Белогорская центральная районная больница» (ОГРН №, ИНН №, КПП №) в пользу ФИО6, ДД.ММ.ГГГГгода рождения, уроженки 

<

адрес>а 

<

адрес> РСФСР (паспорт гражданина Российской Федерации серия №, выданный ГУ МВД России по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения 610-068) компенсацию морального вреда в размере 600 000 руб.

При недостаточности имущества Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым «Белогорская центральная районная больница», на которое может быть обращено взыскание, возложить субсидиарную ответственность по обязательствам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым «Белогорская центральная районная больница» перед ФИО10, ФИО7, ФИО6, возникшим на основании настоящего судебного акта, на Совет министров Республики Крым в лице Министерства здравоохранения Республики Крым.

В остальной части исковых требований – отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым «Белогорская центральная районная больница» (ОГРН №, ИНН №, КПП №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Крым через Белогорский районный суд Республики Крым в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий

Мотивированное решение в окончательной форме составлено 21 июля 2023 года.