Дело № 2-2329/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 июня 2018 г. г. Красноярск

Железнодорожный районный суд г.Красноярска в составе:

председательствующего судьи Панченко Л.В.,

при секретаре Севостьяновой Н.А., 

с участием представителя ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России ФИО1, действующей на основании доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, 

представителя ответчика Министерства Финансов Российской Федерации в лице УФК по Красноярскому краю ФИО2, действующей на основании доверенности от 26.12.2016 г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, Министерству финансов РФ в лице УФК по Красноярскому краю, ФСИН России о признании действий (бездействие) незаконным, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, Министерству финансов РФ в лице УФК по Красноярскому краю с требованиями о признании действий (бездействие) незаконным, компенсации морального вреда. Мотивирует требования тем, что в период с 02.11.2009 г. по 20.03.2010 г. ФИО3 содержался в ФКУ СИЗО-1 г. Красноярска, с нарушением Порядка содержания подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений, регламентируемого Федеральным Законом от 15.07.1995 г. №103-ФЗ, приказом МВД РФ от 22.11.2005 г. №950 «Об утверждении правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел», а именно:

- истец не имел возможности пользоваться санитарной площадью в 4 кв.м., поскольку камеры, в которых он содержался, были переполнены, площадь на одного человека не соответствовала установленным нормам;

- возложение на истца обязанности выходить на утреннюю и вечернюю проверки раздетым по пояс и без носков, из-за чего ФИО3 испытывал физические и нравственные страдания, боялся за свое здоровье, учитывая разницу температур в переполненной душной камере и холодном из-за сквозняков коридоре. Наличие на проверке сотрудников следственного и изолятора женского пола (бухгалтера, сотрудника отдела специального учета, цензора и др.), а поскольку, по мнению истца, его тело не идеально, он испытывал чувство стыда, унижения, собственной неполноценности и другие негативные эмоции;

- не предоставление права пользоваться ежедневной прогулкой (не менее 1 часа);

На основании изложенного, ФИО3 просит признать незаконным указанные выше действия (бездействие) ФКУ СИЗО-1 г. Красноярска в период с 02.11.2009 г. по 20.03.2010 г. и взыскать с казны Российской Федерации компенсацию морального вреда, в связи с причинением нравственных и физических страданий, 300 000 рублей.

Определением суда от 02.04.2018 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФСИН России.

Истец ФИО3 содержится в ФКУ ОИУ-26 ОХУД ИК-43 ГУФСИН России по Красноярскому краю, извещался о времени и месте слушания дела надлежащим образом. При этом, ему разъяснялось право довести свою позицию по делу до сведения суда посредством направления письменных обращений, а также путём допуска к участию в деле своего представителя.

Необходимости личного участия самого истца в судебном заседании суд не усматривает, поскольку все его доводы подробно изложены в исковом заявлении. Учитывая характер спора и значение личных объяснений ФИО3 для рассмотрения данного дела, суд полагает возможным рассмотреть дело без его этапирования в судебное заседание.

Представитель ответчиков ФСИН России, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО1, действующая на основании доверенностей, с иском не согласилась по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление, в котором указала, что ФИО3 прибыл в СИЗО-1 из 

<

данные изъяты> 02.10.2009 г. и убыл обратно 14.04.2010 г. Все оспариваемые ФИО3 действия (бездействие) относятся к периоду с октября 2009 года по апрель 2010 г. Между тем, с требованиями о компенсации морального вреда истец обратился в суд только 07.03.2018 года, то есть по истечении трехмесячного срока исковой давности. Какие- либо уважительные причины пропуска отсутствуют. Таким образом, требования истца о компенсации морального вреда подлежат оставлению без удовлетворения и по мотиву пропуска срока на обращение с таким заявлением. Несмотря на то, что в силу абзаца 2 статьи 208 ГК РФ на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ исковая давность не распространяется, за исключением случаев предусмотренных законом, в данном случае требование истца о компенсации морального вреда вытекает из требований об оспаривании действий должностных лиц уголовно-исполнительной системы, соответственно на него распространяется трехмесячный срок, установленный пунктом 1 статьи 219 КАС РФ. Аналогичная позиция изложена в пункте 7 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 № 10 (ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» в силу которого, в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда. Заявляя о причинении морального вреда, истцом не указаны, какие именно нематериальные блага были нарушены, и не представлены доказательства, подтверждающие эти обстоятельства. Равно как и не представлены доказательства причинения ему нравственных переживаний действиями сотрудников администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю.

Представитель ответчика министерства финансов РФ в лице УФК по Красноярскому краю ФИО2, действующая на основании доверенности, представила письменные возражения, в которых просила истцу в иске отказать, поскольку отсутствует предусмотренная ст. 1069 ГК РФ совокупность условий, при которых наступает ответственность государственных органов: наличие вреда; прямая причинно-следственная связь между действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов и наступившими вредоносными последствиями; противоправность деяния причинителя вреда, которое определено в данной норме, как "незаконные действия (бездействие)" государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов; вина причинителя вреда. Поскольку, истцом не представлено доказательств наступивших последствий и причинно-следственной связи между действиями (бездействием) администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю и наступившими последствиями.

Заслушав представителей ответчиков, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

В соответствии со ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу ст. 13 указанной Конвенции, каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Согласно Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией (ст. 17). 

В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно части первой статьи 1064 ГК РФ следует, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Из содержания главы 59 ГК РФ следует, что для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава нарушения, включающего: незаконность действий (бездействия) гражданина, юридического лица; причинение вреда; причинно-следственную связь между неправомерными действиями (бездействием) и наступившими последствиями, вина причинителя. Для возложения ответственности на виновную сторону необходимо доказать всю совокупность, при отсутствии в действиях (бездействии) причинителя вреда хотя бы одного из элементов состава правонарушения, в иске должно быть отказано.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 150 ГК РФ, нематериальные блага: жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Согласно ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав.

Согласно ст. 12 ГПК РФ – гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. На основании ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, и подтверждается справкой ФКУ СИЗО-1 г. Красноярска ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФИО3 содержался в СИЗО-1 г. Красноярска с 02.10.2009 г. по 14.04.2010 г..

Согласно справки о движении по камерам ФИО3 содержался в камере № с 02.10.2009 г.; в камере № с 06.10.2009 г.; в камере № с 13.11.2009 г.; в камере № с 14.11.2009 г.; в камере № с 06.04.2010 г.; в камере № с 08.04.2010 г. 

Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в изоляторах временного содержания и в следственных изоляторах, в том числе требования к этим помещениям, регламентированы Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103 "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

Согласно статье 7 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются: следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции, следственные изоляторы органов федеральной службы безопасности; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых пограничных войск федеральной службы безопасности.

В силу статьи 15 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии со статьей 23 Закона, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Аналогичное положение закреплено в п. 19 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 22 ноября 2005 года N 950 (далее Правила).

Из пункта 42, 47 данных Правил следует, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.

Из справки за подписью заместителя начальника СИЗО-1 г. Красноярска следует, что камеры, в которых содержался истец отвечают нормам санитарной площади на одного человека:

- камера № площадью 17,1 кв.м предназначена для размещения 4 заключенных;

- камера № площадью 24,24 кв.м предназначена для размещения 6 заключенных;

- камера № площадью 48,8 кв.м предназначена для размещения 12 заключенных;

- камера № площадью 57,33 кв.м предназначена для размещения 14 заключенных;

- камера № площадью 57,16 кв.м предназначена для размещения 13 заключенных;

- камера № площадью 48,8 кв.м предназначена для размещения 12 заключенных.

В соответствии с пунктом 130 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 22 ноября 2005 года N 950, подозреваемые и обвиняемые пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа, несовершеннолетние - не менее двух часов, а водворенные в карцер - один час. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией ИВС с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. Продолжительность прогулок беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей в возрасте до трех лет, не ограничивается.

Как следует из пояснений представителя ответчиков ФИО1 и справки за подписью начальника канцелярии ФКУ СИЗО-1 г. Красноярска ФИО4, подозреваемые, обвиняемые и осужденные обеспечивались прогулками. Поскольку, срок хранения журналов учета прогулов подозреваемых, обвиняемых и осужденных, предусмотренный приказом Министерства Юстиции Российской Федерации от 03.11.2005г, 204-дсп, заведенных до 2014 г. составляет 5 лет (приказ МВД РФ от 19.11.1996 г. №615), указанные журналы за период 2009-2010 г.г. уничтожены.

Приказом ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю от 28.12.2006 г. утверждены правила внутреннего распорядка, в соответствии с которыми с 08.00 ч. до 09.00 часов и с 20.00 час. до 21.00 час проводятся соответственно утренние и вечерние проверки с проведением телесного осмотра. 

Согласно ст. 34 Федерального закона от 15.07.1995 N ЮЗ-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", подозреваемые и обвиняемые находятся в местах содержания под стражей под охраной и надзором и передвигаются по территориям этих мест под конвоем, либо в сопровождении сотрудников мест содержания под стражей. В целях осуществления надзора может использоваться аудио- и видеотехника.

Подозреваемые и обвиняемые подвергаются личному обыску, дактилоскопированию и фотографированию. Помещения, в которых они размещаются, подвергаются обыску, а их вещи, передачи и посылки - досмотру.

Приказом МВД России от 22.11.2005 г. N 950 утверждены Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, согласно которым личный обыск подозреваемых и обвиняемых и досмотр вещей производятся с целью обнаружения и изъятия у них предметов, веществ и продуктов питания, запрещенных к хранению и использованию либо не принадлежащих данному лицу. Подозреваемые и обвиняемые при поступлении в ИВС, перед отправкой за его пределы, при водворении в карцер, а также при наличии оснований полагать, что эти лица имеют предметы или вещества, запрещенные к хранению и использованию, подвергаются личному обыску. При этом тщательно осматривается тело обыскиваемого, его одежда, обувь, а также протезы. Подозреваемым и обвиняемым предлагается полностью раздеться, обнажить соответствующие участки тела. Личный обыск подозреваемых или обвиняемых производится работниками ИВС одного с ними пола.

Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 N 189 "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, которые регламентируют внутренний распорядок работы следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы.

Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее - Правила) устанавливают порядок проведения личного обыска и досмотра вещей подозреваемого или обвиняемого и права этих лиц на свободу и личную неприкосновенность, на владение имуществом не нарушают.

Согласно п. п. 23, 24 Правил, личному обыску и досмотру личных вещей подвергаются подозреваемые и обвиняемые, поступившие в СИЗО. Личный обыск подозреваемых и обвиняемых и досмотр вещей производятся с целью обнаружения и изъятия у них предметов, веществ и продуктов питания, запрещенных к хранению и использованию либо не принадлежащих данному лицу. Пунктами 26, 27 Правил предусмотрено, что личный обыск может быть полным и неполным. Полному обыску подвергаются подозреваемые и обвиняемые при поступлении в СИЗО, перед отправкой за его пределы, при водворении в карцер, а также при наличии оснований полагать, что эти лица имеют предметы или вещества, запрещенные обращению и использованию. Полный обыск сопровождается тщательным осмотром тела обыскиваемого, его одежды, обуви, а также протезов. При этом подозреваемым и обвиняемым предлагается полностью раздеться.

Неполный обыск производится при выводе подозреваемых и обвиняемых в пределах СИЗО (в медицинскую часть, на прогулку, к фотодактилоскописту, следователю, дознавателю, до и после свидания с защитниками, родственниками и иными лицами, при переводе в другую камеру и т.д.). При неполном обыске просматривается и прощупывается одежда и обувь обыскиваемого без его раздевания.

Согласно п. 25.3 Инструкции "Об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы", утвержденной приказом Министерства юстиции РФ от 03.11 2005 года N 204-дсп, при проведении количественной проверки подозреваемых, обвиняемых и осужденных, проводимой путем вывода последних (утром и вечером) из камеры в коридор, врачом (фельдшером) осуществляется осмотр указанных лиц с целью выявления заболевших лиц и направления их на обследование.

Из пояснений представителя ответчиков, следует, что при проведении количественной проверки в СИЗО-1 всегда присутствует, в том числе, медицинский работник (фельдшер), который производит медицинский осмотр.

По мнению суда, указанные выше действия не могут расцениваться, как унижающие человеческое достоинство лиц, содержащихся под стражей, а напротив, направлены на предотвращение либо своевременное выявление заболеваний, составляющих угрозу, как для собственно истца, так и иных лиц.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Таким образом, бремя доказывания условий содержания лежит в равной степени на обеих сторонах. 

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, истцом не представлено доказательств нарушения со стороны ответчиков условий его содержания, а именно нарушений норм санитарной площади камер, лишения ежедневной прогулки, а отсюда и доказательств нарушения личных неимущественных прав, либо причинения ему физических и нравственных страданий. 

Также истцом не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств совершения сотрудниками уголовно-исполнительной системы действий, направленных на умышленное унижение его достоинства, как личности, причинение истцу физических и нравственных страданий, в том числе, в связи с выведением на проверку раздетым по пояс и без носков.

Таким образом, суд не усматривает законных оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3 о компенсации морального вреда, поскольку не доказано нарушение со стороны ответчиков его личных неимущественных прав и личных нематериальных благ, причинения ему морального вреда действиями должностных лиц уголовно-исполнительной системы.

Доводы истца о переживаемых им чувствах стыда и неудобства при утренней и вечерней проверках, в силу действующего законодательства не влечет безусловной компенсации морального вреда, поскольку только при нарушении конкретных нематериальных благ, либо личных неимущественных прав, при наличии деликтного состава гражданской ответственности, гражданское законодательство предусматривает возможность денежной компенсации морального вреда. Кроме того, оспариваемые истцом действия по проведению проверок по пояс раздетым и без носков, не могут расцениваться, как унижающие человеческое достоинство лиц, содержащихся под стражей, поскольку являются частью механизма, обеспечивающего личную безопасность подозреваемых, обвиняемых, режим содержания, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей, и не противоречит федеральному законодательству Российской Федерации.

С доводами ФИО3 о преюдициальном значении решений судов первой инстанции, вынесенных ранее по искам иных заключенных, суд согласиться не может, поскольку компенсация морального вреда определяется исходя из конкретных обстоятельств дела.

Для применения ответственности в виде возмещения вреда, причиненного истцу, в действиях (бездействии) сотрудников ФСИН России, необходимо установить наличие состава деликтного правонарушения, включающего в себя: факт наступление вреда; противоправность поведения и вину причинителя вреда; причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, а также доказанность размера причиненного вреда.

Проанализировав представленные сторонами доказательства, а также принимая во внимание то, что истец обратился в суд с настоящим иском по истечении более семи лет после перевода из ФКУ СИЗО-1 г. Красноярска, суд не находит оснований для возложения на ответчиков обязанности компенсации морального вреда, и при указанных выше обстоятельствах отказывает ФИО3 в удовлетворении требований в полном объеме. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194 – 199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

ФИО3 в удовлетворении исковых требований ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, Министерству финансов РФ в лице УФК по Красноярскому краю, ФСИН России о признании действий (бездействие) незаконными, в связи с возложением на истца обязанности выходить на утреннюю и вечернюю проверки раздетым по пояс и без носков, не предоставлении права пользоваться ежедневной прогулкой (не менее 1 часа), не предоставление нормы санитарной площади в камере на одного человека в период с 02.11.2009 г. по 20.03.2010 г., компенсации морального вреда, отказать в полном объёме.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Красноярска.

Председательствующий : Л.В. Панченко

Решение изготовлено в полном объёме 29 июня 2018 года.