УИД 39RS0016-01-2025-000024-94

Дело №2-255/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 марта 2025 г. г. Неман 

Неманский городской суд Калининградской области в составе председательствующего судьи Киячко А.С., 

при секретаре Асташенок А.И., 

с участием помощника прокурора Бешенцева С.Э.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Калининградская мясная компания» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился с названным выше иском к ООО «Калининградская мясная компания» (далее также – ООО «КМК»), указав, что с 08 декабря 2017 г. по 29 ноября 2023 г. состоял в трудовых отношениях с ООО «КМК», по состоянию на дату увольнения был трудоустроен в должности старшего смены службы внутреннего контроля. 25 ноября 2023 г.в ночное время ворвались сотрудники ООО «КМК» ФИО5 и ФИО6, они были в масках, ворвавшихся узнал по голосу на рабочее место, расположенное по адресу: 

<

адрес>, ферма №, они причинили телесные повреждения, угрожали расправой с целью понуждения к написанию заявления об увольнении из ООО «КМК» по собственному желанию с 29 ноября 2023 г. По факту причинения телесных повреждений ФИО1 обратился в полицию, в МО МВД России «Неманский», где в отношении неустановленных лиц возбуждено уголовное дело по части 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, проводится проверка, а также обратился за окачанием медицинской помощи, был госпитализирован. Поскольку истец не имел намерения увольняться, 27 ноября 2023 г. направил заявление посредством месенджера Ватсап об отзыве заявления об увольнении, переслал его сотруднику кадровой службы ответчика ФИО21, а также передал оригинал заявления с другим сотрудником, причины невручения работодателю заявления, истцу неизвестны. Лично заявление об отзыве заявления на увольнение не привез, поскольку опасался ФИО5, ФИО6 Обстоятельства, связанные с отзывом заявления, нахождением на лечении работодателем были проигнорированы, спустя две недели, по-прежнему находясь на лечении получил от ООО «КМК» уведомление от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора с 29 ноября 2023 г. без объяснения приничин прекращения трудовых отношений, без отражения сведений о приказе об увольнении и о возможности ознакомления с данным приказом. Никакие меры для ознакомления с приказом об увольнении ответчиком не предпринимались, при этом ввиду несогласия с увольнением не направлял заявление о выдаче трудовой книжки посредством направления почтой, указание в заявлении ответчика доводы о невозможности вручения трудовой книжки в связи с неявкой считает несоответствующими действительности, поскольку по состоянию на 29 ноября 2023 г. находился на стационарном лечении. Истец, воспроизводя нормы действующего трудового законодательства, полагает, что не имел желания увольняться с занимаемой должности в ООО «КМК», написал заявление об увольнении под давлением и угрозой применения физического насилия со стороны сотрудников работодателя, принял все возможные меры для отзыва заявления, изъявил волю на продолжение трудовых отношений, поэтому считает свое увольнение незаконным. Незаконное увольнение, связанное с понуждением к написанию заявления об увольнении путем применения физической силы, полного игнорирования прав работника, причинили истцу нравственные и моральные страдания, истец по-прежнему находится в депрессивном состоянии, переживает чувство унижения и незащищенности. С учетом изложенного, просит признать увольнение с должности контролера фермы в ООО «КМК» незаконным, восстановить в прежней должности с 29 ноября 2023 г., взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула с 30 ноября 2023 г. по дату принятия решения суда, компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. Просит также восстановить срок для обращения в суд за защитой нарушенного права, поскольку лица, совершившие в отношении истца противоправные действия 25 ноября 2023 г., не только причинившие ему телесные повреждения и угрожавшие физической расправой ему и сожительнице ФИО7 до недавнего времени являлись действующими сотрудниками ООО «КМК», опасался лично явиться в отдел кадров за получением приказа об увольнении, либо с требованием о допуске на работу. По состоянию на день подачи иска в суд, ФИО5 и ФИО6 уволены, следовательно, отпали препятствия для обращения за защитой своих трудовых прав. 

Истец ФИО1, его представитель ФИО2 на удовлетворении иска по доводам и основаниям в нем изложенным, настаивали. В ходе судебного разбирательства указали на то, что у истца никогда не было намерения уволиться с занимаемой должности, напротив, находясь на стационарном лечении посредством электронных средств связи направили фотокопию заявления об отзыве заявления на увольнения на номер телефона ФИО19., которая являлась сотрудником кадровой службы ответчика, иными номерами телефонов истец не располагал, поскольку находился в медицинском учреждении. За трудовой книжкой после получения уведомления 18 декабря 2023 г. об увольнении к работодателю не обращался, с приказом об увольнении не просил ознакомиться, поскольку в уведомлении не указана причина увольнения, кроме того. не было физической возможности добраться к месту нахождения работодателя по причине отсутствия транспортного средства. Основной причиной позднего обращения за защитой нарушенного права считают факт угрозы применения физического насилия со стороны сотрудников работодателя. 

Представитель ответчика ООО «КМК» по доверенности ФИО3 возражала против удовлетворения иска, в судебном заседании показала, что трудовой договор с истцом был расторгнут на основании его собственного заявления, которое поступило непосредственно от истца в кадровую службу, желания возобновить трудовую деятельность истец не высказывал, его заявление об отзыве заявления об увольнении не поступало работодателю, поскольку 29 ноября 2023 г. истец не явился на работу, был издан приказ о его увольнении. На ознакомление с приказом истец не явился, трудовую книжку не забрал, распоряжение о направлении посредством почтового отправления не направлял, поэтому 11 декабря 2023 г. работодателем было направлено уведомление о расторжении трудового договора, необходимости получить трудовую книжку или распорядиться ее судьбой, предусмотренным законом способом. Вопреки доводам истца, ФИО20 никогда не являлась сотрудником ООО «КМК», поэтому направление данному лицу посредством месенджера заявления от 27 ноября 2023 г. не является надлежащим способом уведомления работодателя о желании продолжить работу на предприятии. Возражает против восстановления пропущенного срока для обращения в суд за защитой своего права, поскольку не представлены в материалы дела доказательства, подтверждающие понуждение работодателя к увольнению работника. В рамках материала доследственной проверки по заявлению ФИО4 вина сотрудников ООО «КМК» в причинении телесных повреждений истцу, не установлена. Просит отказать истцу в удовлетворении иска, применив последствия пропуска срока для обращения в суд за защитой права.

Изучив материалы дела, материалы проверки МО МВД России «Неманский» по заявлению ФИО1, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, допросив свидетелей, суд приходит к следующему. 

В соответствии с пунктом 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть вторая статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 8 декабря 2017 г. был принят на работу в ООО «КМК» для выполнения работы по должности контролера фермы в подразделение Отдела режима и внутреннего контроля сервисные службы (трудовой договор № КМК0000328). 

31 декабря 2018 г. между ООО «КМК» и ФИО1 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору № КМК0000328 от 8 декабря 2017 года, согласно которого внесены изменения:

- в пункте 1.1 «Работник принимается в ООО «КМК» для выполнения работы по должности Старший смены в соответствии с должностной инструкцией и с подчинением Правилам внутреннего трудового распорядка в подразделение Работодателя Отдел режима и внутреннего контроля Фермы «Жилино», расположенное по адресу: 

<

адрес>, вблизи 

<

адрес>».

25 ноября 2023 г. ФИО1 на имя генерального директора ООО «КМК» ФИО17 направил заявление об увольнении со собственному желанию с 29 ноября 2023 г. 

Приказом от 29 ноября 2023 г. № 326-у трудовой договор с ФИО1 расторгнут, и он уволен с должности старшего смены ООО «КМК» по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника). 

Обращаясь с иском в суд, ФИО1 указывает на то, что работодатель понудил его к написанию заявления об увольнении, поскольку испытывает к работнику неприязнь, вызванную желанием защитить свои трудовые права, ранее неоднократно истец обращался с исками в суд за восстановлением на работе, взысканием невыплаченной заработной платы, поэтому полагает, что телесные повреждения ему нанесли сотрудники ООО «КМК» с целью понуждения к увольнению, копию приказа об увольнении не получал, трудовая книжка ему не вручалась, причина увольнения до подачи иска в суд неизвестна. 

Согласно части 1 статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись. В случае, если в день прекращения трудового договора выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности у данного работодателя невозможно в связи с отсутствием работника либо его отказом от их получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте или направить работнику по почте заказным письмом с уведомлением сведения о трудовой деятельности за период работы у данного работодателя на бумажном носителе, заверенные надлежащим образом (часть 2 статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из приказа об увольнении ФИО1 № 326-у от 29 ноября 2023 г. по собственному желанию, последний не ознакомлен с его содержанием в связи с отсутствием в день увольнения, о чем на приказе имеется отметка сотрудника кадровой службы ФИО12 (л.д. 59). 

Вместе с тем 11 декабря 2023 г. ООО «КМК» в адрес ФИО1 направило письменное уведомление о расторжении трудового договора, необходимости получить трудовую книжку по месту нахождения ответчика, либо даче согласия о направлении трудовой книжки по почте (ШПИ №, л.д. 65), которое получено ФИО1 18 декабря 2023 г., что истец подтвердил в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, о своем увольнении с занимаемой должности вне зависимости от основания увольнения, истцу достоверно стало известно не позднее 18 декабря 2023 г. 

В судебном заседании истец ФИО1 не отрицал факт получения указанного выше уведомления, подтвердил, что распоряжение о направлении ему трудовой книжки не давал, с письменными заявлениями о выдаче документов, включая приказ об увольнении, о допуске к работе, в том числе по состоянию на дату подачи иска в суд (24 января 2025 г.), не обращался. В качестве причины указал, что считал себя действующим работником ООО «КМК», отсутствие транспорта для явки к работодателю.

Вместе с тем названные причины судом признаются неубедительными. 

Как следует из системного анализа положений статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, на работодателя не возлагается обязанность в обязательном порядке направить копию приказа об увольнении в случае, если работник не явился за их получением в день увольнения, а лишь обязан направить уведомление о получении трудовой книжки, либо направить сведения о периодах работы. 

В рассматриваемом случае работодателем направлено уведомление работнику ФИО1 о необходимости явиться за трудовой книжкой, что не противоречит нормам действующего трудового законодательства, обязанность направить копию приказа об увольнении в письменном виде в соответствии с требованиями статьи 312 Трудового кодекса Российской Федерации возлагается лишь в случае работы сотрудника дистанционно, к которым ФИО1 не относится. 

В силу части четвертой статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

В подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. 

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Работник не может быть лишен права отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию и в случае если работник и работодатель договорились о расторжении трудового договора по инициативе работника до истечения установленного срока предупреждения. При этом работник вправе отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию до истечения календарного дня, определенного сторонами как окончание трудового отношения.

В материалы дела вместе с иском истцом представлена светокопия заявления ФИО1 от 27 ноября 2023 г. об отзыве заявления от 25 ноября 2023 г. об увольнении (л.д. 15), а также светокопия скриншота из месенджера Ватсап с номером +№, где неустановленному лицу неустановленный адресат направляет указанное выше заявление ФИО1 (л.д.16). По утверждению ФИО1 данное письмо направлялось им сотруднику ООО «КМК» ФИО15 по ее же просьбе. 

Вместе с тем как следует из ответа ООО «КМК», ООО «БМК» (ответы от 20 марта 2025 г. на запрос ФИО2), ФИО15 являлась как на дату увольнения истца, так и на дату разрешения спора судом сотрудником ООО «БМК» в должности ведущего специалиста по расчету заработной платы, в период с 21 ноября 2023 г. по 29 ноября 2023 г. направлялась в ООО «КМК» в командировку с целью обмена опытом, где на данного сотрудника не возлагались обязанности кадрового специалиста. 

Светокопии отправления из месенджера Ватсап от 27 ноября 2023 г., с учетом того обстоятельства, что адресат судом невозможно идентифицировать, не подтверждают доводы истца о соблюдении им процедуры отзыва заявления об увольнении, поскольку не представлено не только надлежащих доказательств направления электронного уведомления лицам, уполномоченным принимать решение о его увольнении, но также и наличия в электронном документе данных, позволяющих идентифицировать отправителя. 

Более того, истец в ходе судебного разбирательства утверждал, что оригинал данного заявления передал иному сотруднику ООО «КМК», просил его передать работодателю, причины невручения такого заявления по его поручению иным лицом, ему неизвестны. Судом в указанной части было предложено пригласить такого работника для допроса в качестве свидетеля, сообщить его персональные данные для вызова, однако свидетель приглашен истцом не был, ходатайств об обеспечении его явки не заявлялось, иные доказательства, достоверно подтверждающие о том, что работодатель знал о намерении ФИО1 продолжить работу, в материалы дела не представлено и судом не добыто. 

В данном случае переписка по месенджеру, в отсутствие сведений, позволяющих с достаточной степенью достоверности идентифицировать абонента в системе, в отсутствие оригинала заявления с подписью работника, доказательств получения работодателем электронного сообщения, а также законности такого обращения к работодателю по кадровым вопросам, свидетельствует об отсутствии надлежащей реализации работником своего волеизъявления на отзыв заявления об увольнении. В этой связи распечатку электронной переписки, представленную истцом в подтверждение направления им работодателю электронного сообщения об отзыве заявления об увольнении, нельзя признать допустимым доказательством применительно к заявленному спору.

Действительно, как следует из ответа Неманской ЦРБ на запрос суда (л.д. 134), ФИО1 с 25 ноября 2023 г. по 30 ноября 2023 г. находился на стационарном лечении, с 04 декабря 2023 г. по 19 декабря 2023 г. находился на амбулаторном лечении. 

Однако расторжение трудового договора по инициативе работника в период его временной нетрудоспособности законом не запрещено, данный запрет распространяется на увольнение по инициативе работодателя. 

Напротив, истцом совершены последовательные действия, свидетельствующие о намерении расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, обратился к руководству с пимьменным заявлением об увольнении, с 30 ноября 2023 г. истец на работу не выходил, по окончании периода нетрудоспособности также на работу не вышел, уведомление о недопуске к работе не направлял ни ответчику, ни в компенетные органы, а доводы о направлении работодателю отзыва заявления об увольнении своего подтверждения не нашли. 

В обоснование своей правовой позиции истец ссылается на оказание со стороны работодателя давления в части понуждения к написанию заявления об увольнении по собственному желанию, что в силу разъяснений, изложенных в подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

25 ноября 2023 г. ФИО1 обратился с заявлением в МО МВД России «Неманский» по факту того, что около 02:00 час. 25 ноября 2023 г. на посту охраны ООО «КМК», ему были причинены телесные повреждения, под угрозой сотрудники ООО «КМК» заставили подписать заявление об увольнении, на основании которого возбуждено уголовное дело в отношении неустановленных лиц по части 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, ФИО1 признан потерпевшим по уголовному делу. 

В соответствии с актом судебно-медицинского освидетельствования № 453 от 30 ноября 2023 г., заключением эксперта № 52 от 16 февраля 2024 г. установлено, что у ФИО1 на момент поступления в стационар Неманской ЦРБ 25 ноября 2023 г. около 17:45 час. обнаружена тупая закрытая черепно-мозговая травма- сотрясение головного мозга, ушиб мягких тканей в затылочной области, которые могли образоваться в результате не менее одного ударного травматического воздействия каким-либо тверды тупым предметом в область головы. Названные травмы влекут за собой кратковременное расстройство здоровья, поэтому квалифицированы экспертом как причинившие легкий вред здоровью. Ушиб грудной клетки слева, шейного и поясничного отделов позвоночника объективными клиническими признаками не подтверждены, а потому не квалифицированы экспертом. 

14 декабря 2024 г. предварительное следствие по уголовному делу, возбужденному в отношении неустановленных лиц по заявлению ФИО1 приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. Данное постановление не отменялось ни руководителем следственного органа, ни прокурором, вступило в законную силу и является действующим, то есть в силу закона по состоянию на дату рассмотрения иска ФИО1 о восстановлении на работе, приговором суда не установлена вина ООО «КМК», работников данного юридического лица в причинении истцу телесных повреждений. 

Само по себе то обстоятельство, что ФИО1 неоднократно в течение 2020-2024 гг. обращался с исками к ООО «КМК» о восстановлении его трудовых прав, в том числе и о восстановлении на работе (л.д. 69-94), не свидетельствует о незаконном давлении оказанном на истца, напротив, говорит о том, что ФИО1 осведомлен о своих трудовых правах, способах и сроках на их восстановление. 

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО13 об обстоятельсвах причинения истцу телесных повреждений, составления заявления об увольнении, отзыве заявления на увольнение, знает со слов истца, непосредственным свидетелем не был, поэтому суд критически относится к данным им показаниям. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что доказательств, достоверно свидетельствующих об оказании на работника ФИО1 давления со стороны работодателя с целью понуждения к увольнению, не имеется, напротив, истец добровольно оформил, подал и направил работодателю 25 ноября 2023 г. заявление об увольнении по собственному желанию, до истечения срока 29 ноября 2023 г. не уведомил работодателя об отзыве указанного заявления, и, следовательно, у ответчика было предусмотренное законом основание для его увольнения по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

В силу требований части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора содержатся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», и являются актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. 

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора (абзац четвертый пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда от 29 мая 2018 г. № 15).

Как установлено судом, приказ об увольнении ФИО1 вынесен 29 ноября 2023 г., истец с ним не ознакомлен, поскольку работодатель не смог его вручить, однако направил уведомление о расторжении трудового договора, а также о получении трудовой книжки, в котором также указал порядок ее получения, которое получено 18 декабря 2023 г., то есть с 18 декабря 2023 г. истцу известно о нарушении своих трудовых прав, однако с иском о восстановлении на работе и взыскании компенсационных выплат за нарушение трудовых прав, истец обратился посредством почтового отправления 24 января 2025 г., то есть со значительным пропуском срока, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации. 

ФИО1 в качестве основания для востановления пропущенного процессуального срока на разрешение спора ссылается на то, что опасался повторного причинения телесных повреждений, угрозы убийством со стороны сотрудников ООО «КМК» ФИО5 и ФИО6, обратился с иском о восстановлении на работе 24 января 2025 г., поскольку ему стало известно об увольнении данных сотрудников. 

Вместе с тем ФИО1 25 ноября 2023 г. то есть еще будучи сотрудником ООО «КМК» обратился с заявлением в полицию, ссылаясь на факт избиения сотрудниками ответчика, давая объяснения 25 и 27 ноября 2023 г., в качестве потерпевшего 12 февраля 2024 г., однозначно и свободно указывал на лиц, причинивших ему телесные повреждения, а именно сотрудники ООО «КМК» ФИО5 и ФИО6

Как следует из справки, представленной ООО «КМК» ФИО6 уволен 02 декабря 2024 г., а ФИО5 работает и по дату рассмотрения спора судом, данных свидетельствующих о том, что со стороны названных лиц по отношению к ФИО1 поступали угрозы убийством, не представлено и судом не добыто. 

При таких обстоятельствах, доводы истца об опасении за свою жизнь и здоровье со стороны названных лиц, как основание для восстановления пропущенного процессуального срока, судом отвергаются. 

Напротив, как пояснил истец, несмотря на то, что считал себя сотрудником истца, работал неофициально, получал заработную плату в период с 19 декабря 2023 г. по настоящее время. 

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что ФИО1, обращааясь с иском о восстановлении своих трудовых прав спустя более 1 года с даты увольнения, действует с намерением причинить ответчику вред, в обход закона с противоправной целью, то есть заведомо недобросовестно осуществляет свои права, следовательно, оснований для восстановления пропущенного срока за разрешением индивидуального трудового спора не имеется, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 

Поскольку в удовлетворении исковых требований о восстановлении на работе в прежней должности судом отказано, оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, являющихся производными от основного искового требования, не имеется.

Руководствуясь требованиями статей 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Калининградская мясная компания» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда отказать в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Неманский городской суд Калининградской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Киячко А.С.

Мотивированное решение составлено 15 апреля 2025 г.