Дело № 2-419/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ивановская область, гор. Тейково 21 августа 2019 года

Тейковский районный суд Ивановской области в составе

председательствующего судьи Макаровой Е.А.,

при секретаре Михайловой Н.С.,

с участием представителя истца-ответчика АО «Тандер» ФИО4, ответчика-истца ФИО5, его представителя – адвоката Сапожниковой М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению акционерного общества «Тандер» к ФИО5, ФИО6 о взыскании неосновательного обогащения, по встречному иску ФИО5, действующего в своих интересах и в интересах ФИО6, к акционерному обществу «Тандер» о взыскании задолженности по арендной плате, неустойки

установил:

АО «Тандер» обратилось в суд с иском к ФИО10 о взыскании неосновательного обогащения по тем основаниям, что 28 октября 2016 года между истцом (арендатор) и ФИО6, в лице ФИО5 действующего по доверенности, ФИО7 (арендадатели) заключен договор аренды №, по условиям которого арендодатели предоставили арендатору во временное владение и пользование недвижимое имущество, именуемое в дальнейшем Склад: нежилые помещения № (площадью 

<

данные изъяты> кв.м) и № (площадью 

<

данные изъяты> кв.м), лит. 

<

данные изъяты>, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, находящиеся по адресу: 

<

адрес>; общая арендуемая площадь 

<

данные изъяты> кв.м. ПОмещение арендован в целях размещения склада временного хранения имущества арендатора. Арендная плата уплачивалась арендодателю 1 (ФИО6 в лице ФИО5) путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет ФИО5 в сумме 33000 (без учета НДФЛ) ежемесячно до 10 числа месяца, за который осуществляется платеж. 10 июля 2018 года АО «Тандер» письменно сообщило ФИО5 о расторжении договора аренды склада с 1 августа 2018 года. 31 июля 2018 года между сторонами подписан акт приема-передачи арендуемого имущества, которое возвращено арендодателям. Вместе с тем, в течение августа-октября 2018 года АО «Тандер» ошибочно перечисляло на счет ФИО5 денежные средства, составляющие арендную плату. Всего было перечислено 86130 рублей. АО «Тандер» письменно просило ФИО5 вернуть денежные средства, однако последний отказался. За период с 21 августа 2018 года по 01 апреля 2019 года образовались проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 3593,63 рубля. 

Ссылаясь на положения статей 1102-1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит суд: взыскать с ФИО10 неосновательное обогащение в сумме 86130 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 3593,63 рубля, а также расходы по уплате государственной пошлины. 

В судебном заседании 19 августа 2019 года исковые требования были увеличены и уточнен ответчик, в окончательной форме АО «Тандер» просит суд взыскать с ФИО5 в свою пользу неосновательное обогащение в сумме 86130 рублей, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 6118,18 рублей за период с 21 августа 2018 года по 19 августа 2019 года, а также расходы по уплате государственной пошлины. 

ФИО5, действующий в своих интересах и в интересах ФИО6 (по доверенностям от 20.06.2016г., 31.05.2019г.) обратился в суд с встречным иском к АО «Тандер» о взыскании задолженности по арендной плате, а также неустойки за просрочку оплаты в сумме 79860 рублей за период с 01.11.2018г. по 01.07.2019г., а также расходов по оплате государственной пошлины за подачу иска. Встречное заявление мотивировано тем, что фактически после расторжения договора АО «Тандер» не вывезло свое имущество из арендованного склада, подтверждением чему являются акты осмотра по состоянию на 1 июля 2019 года и 15 июля 2019 года, из которых следует, что на складе имеется различное оборудование, принадлежащее АО «Тандер». В период с августа по октябрь 2018 года велись переговоры о продлении договора аренды, но стороны не договорились. У работников АО «Тандер» и после расторжения договора аренды имелся ключ от склада и доступ к помещениям. Поскольку до настоящего времени арендованные помещения не освобождены от имущества арендатора, в силу положений гражданского законодательства у арендодателя имеется право требовать взыскания арендной платы за весь период использования складских помещений. 

Ссылаясь на указанные обстоятельства и положения ст. 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО5 просит суд взыскать с АО «Тандер» в свою пользу задолженность по арендной плате за период с ноября 2018 года по июнь 2019 года в сумме 264000 рублей, неустойку за просрочку оплаты платежей в сумме 79860 рублей за период с 01.11.2018г. по 01.07.2019г., а также расходы по уплате государственной пошлины. 

Представитель истца по первоначальному иску ФИО4 в судебном заседании пояснил, что платежи в отсутствии договора продолжали перечисляться в связи с тем, что информация о расторжении договора аренды не поступила в бухгалтерию. По результатам квартальной сверки расчетов (за 3 квартал 2018 года) была выявлена переплата. АО «Тандер» предпринимало меры для взыскания денежных средств во внесудебном порядке, но ФИО5 денежные средства не вернул. Обстоятельства неосновательного получения денежных средств материалами дела подтверждены, а потому, просил иск удовлетворить. Относительно встречного иска представил письменные возражения. Дополнительно пояснил, что никакого имущества, принадлежащего АО «Тандер», на складе по адресу: 

<

адрес> не имеется, никаких переговоров о продлении действия договора аренды АО «Тандер» с ФИО5 не вело и подтверждения тому отсутствуют. Также как не имеется и подтверждений тому, что АО «Тандер» после 1 августа 2018 года имело доступ к арендованным помещениям, поскольку акт приема-передачи помещений от арендатора арендодателю был составлен и ключи возвращены. Доказательством тому, что АО «Тандер» освободило помещение от своего имущества, являются инвентаризационные описи, акт сдачи металла и акт приема-передачи самого помещения. Показания свидетелей, осуществлявших выгрузку какого-то имущества из арендованного помещения 2 августа 2019 года, достоверным доказательством не являются, поскольку противоречат друг другу, при этом свидетели не пояснили, как они определили, что указания о разгрузке склада дают именно работники АО «Тандер». Обратил внимание на то, что встречный иск ФИО5 возник только после обращения АО «Тандер» в суд, до этого никаких обращений от ФИО5 с претензиями не поступало. Исходя из изложенного, просил в удовлетворении встречного иска отказать. 

Ответчик ФИО5, действующий в своих интересах и от имени ФИО6, возражал по первоначальному иску и настаивал на удовлетворении встречного иска. Пояснил, что переговоры по продлению аренды с представителями АО «Тандер» вёл всегда на доверии, имен не помнит и полномочия не проверял. Не отрицал, что в июле 2018 года получил уведомление о расторжении договора аренды, а 31 июля 2018 года подписал акт приема-передачи помещения. Вместе с тем, помещение от имущества арендатора не было освобождено, в подтверждение чему имеются показания свидетелей, вывозивших металл 2 августа 2018 года. Считает, что поскольку помещения до настоящего времени не освобождены, то АО «Тандер» обязано оплатить аренду за весь период неисполнения обязательства по освобождению помещения. Также пояснил, что по договоренности с ФИО6 (своим братом) арендную плату получал на свой счет, по согласованию с братом иногда передавал ему часть денежных средств. Просил встречный иск удовлетворить, а в иске АО «Тандер» отказать.

Ответчик ФИО6 извещался судом в порядке главы 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК Российской Федерации), в судебном заседание не явился, направил для участия в деле своего представителя – ФИО5 

Представитель ответчика ФИО5 – адвокат Сапожникова М.Н., пояснения своего доверителя поддержала. Дополнительно пояснила, что АО «Тандер» воспользовался юридической неграмотностью ее представителя. Обстоятельства первоначального иска не доказаны, поскольку назначение платежей – это арендная плата и обстоятельства того, что она перечислялась по ошибке, не доказаны. А само перечисление свидетельствует о пролонгации договора аренды, что и подтверждает встречный иск ФИО5 Представленные истцом письменные документы, касающиеся инвентаризации склада, свидетельствуют лишь о том, что АО «Тандер» вывезло только наиболее ценное оборудование, оставив малоценные предметы на складе. Фактически АО «Тандер» злоупотребляет своими правами, поскольку является крупной российской компанией и не имеет заинтересованности в получении денежных средств от ФИО5 Показания допрошенных судом свидетелей имеют незначительные противоречия, но при этом однозначно указывают на то, что на складе находилось имущество и после 31 июля 2018 года, а потому, имеет место неисполнение обязательств арендатора по освобождению склада. В связи с чем, просила в первоначальном иске отказать, а встречный иск удовлетворить. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, ФИО7, в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения гражданского дела надлежащим образом. Ранее представил ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие (том 1 л.д. 131), указав, что полагается в решении на усмотрение суда. Ранее пояснял, что является соарендодателем, однако платежей не получает, поскольку он так договорился с ФИО5 ФИО7 лишь подписывал необходимые документы и по существу дела ничего не знает. 

Учитывая мнение участников процесса и положения статьи 167 ГПК Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствии ответчика ФИО6, третьего лица ФИО7

Исследовав материалы дела, допросив свидетелей ФИО, ФИО1, ФИО2, ФИО3, оценив доказательства, имеющиеся в деле в их совокупности и каждое в отдельности по правилам статей 59, 60, 67 ГПК Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела судом установлено, что ФИО6 и ФИО7 на праве общей долевой собственности принадлежит нежилое помещение площадью 667,2 кв.м по адресу: 

<

адрес>, по 

<

данные изъяты>; и ? доле у каждого, что подтверждено сведениями из ЕГРН (том 1 л.д.92-96).

28 октября 2016 года между ФИО6, от имени которого действовал по доверенности ФИО5 (арендодатель 1), ФИО7, с одной стороны (арендодатель 2) и АО «Тандер» (арендатор) заключен договор аренды №, по условиям которого арендодатель обязуется предоставить арендатору во временное владение и пользование недвижимое имущество, именуемое в дальнейшем Склад: нежилые помещения № (площадью 

<

данные изъяты> кв.м) и № (площадью 

<

данные изъяты> кв.м), инв. №, лит. 

<

данные изъяты>, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, находящиеся по адресу: 

<

адрес> (том 1 л.д. 30-33).

Из условий договора аренды, касающихся прав и обязанностей сторон следует, что арендодатель обязуется передать арендатору Склад по акту приема-передачи в сроки и порядке, указанные в договоре / одновременно с подписанием договора (п. 2.1.1); принять склад от арендатора по окончания срока договора аренды либо при досрочном его расторжении в согласованные с арендатором сроки (п. 2.1.8); арендатор обязан принять у арендодателя склад по акту приема-передачи в сроки и порядке, указанные в договоре одновременно с подписанием договора (п. 2.3.1); использовать склад по назначению, указанному в договоре (п. 2.3.2); после окончания договора передать склад арендодателю с учетом нормального износа и произведенных с согласия арендодателя улучшений (п. 2.3.7). 

Разделом 3 договора аренды урегулирован порядок передачи объекта (склада).

Из положений раздела 4 договора аренды следует, что стороны договорились о перечислении и уплате арендной платы Арендодателю 1 (ФИО6, от имени которого действует ФИО5) в размере 33000 рублей ежемесячно, при этом 13% от суммы арендной платы будет удержано и перечислено в бюджет согласно ст. 226 Налогового кодекса Российской Федерации, остальная часть на лицевой счет Арендодателя 1. Срок уплаты арендной платы определен не позднее 10 числа месяца, за который осуществляется платеж, подписания актов выполненных работ не требуется. 

Пунктом 6.1. договора аренды определен срок действия договора: вступает в силу с момента подписания и действует в течение 360 дней. Арендатор имеет право в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения настоящего договора, уведомив об этом Арендодателя за 10 календарных дней до даты расторжения (п. 6.3).

Из раздела 8 договора аренды следует, что арендодателем 1 (ФИО8) указан счет для перечисления арендной платы №. 

Данный карточный счет по сведениям, представленным АО «

<

данные изъяты>», открыт на имя ФИО5 и именно на этот счет осуществлялось зачисление арендных платежей от АО «Тандер», а также платежи после расторжения договора аренды (том 1 л.д. 80, 81-83).

В день заключения договора аренды – 28 октября 2016 года между вышеназванными сторонами (ФИО6, от имени которого действует ФИО5, ФИО7 и АО «Тандер») составлен акт приема-передачи, согласно которому арендодатель передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование нежилые помещения № (площадь 

<

данные изъяты> кв.м) и № (площадь 

<

данные изъяты> кв.м), инв. №, лит. 

<

данные изъяты>, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, находящиеся по адресу: 

<

адрес>; стоимость объекта на момент передачи составляет 5000000 рублей (том 1 л.д. 34).

10 июля 2018 года ФИО5, действующему от имени ФИО6, вручено письменное уведомление, согласно которому со ссылкой на пункт 6.3 договора аренды № от 28.10.2016г. АО «Тандер» предупредило о расторжении договора аренды склада с 1 августа 2018 года; плата понесенных арендодателем затрат по 31 июля 2018 года будет произведена заказчиком в разумный срок (том 1 л.д. 48). Из собственноручной надписи ФИО5 на данном уведомлении следует, что сообщение о расторжении договора им было получено 11 июля 2018 года. 

31 июля 2018 года между ФИО6, от имени которого действовал ФИО5, ФИО7 и АО «Тандер» составлен акт приема-передачи от арендатора арендодателю нежилых помещений № (площадь 

<

данные изъяты> кв.м) и № (площадь 

<

данные изъяты> кв.м), инв. №, лит. 

<

данные изъяты>, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, находящихся по адресу: 

<

адрес>. Согласно пункту 2 данного акта приема-передачи: помещение пригодно для эксплуатации, претензий не имеется. Под актом приема-передачи проставлены подписи сторон договора (том 1 л.д. 47). 

Анализируя данные обстоятельства, суд считает, что в период между 28 октября 2016 года и до 31 июля 2018 года между АО «Тандер» и ФИО6, от имени которого действовал ФИО9, сложились договорные арендные отношения, арендную плату при этом получал ФИО5, что им не отрицалось в судебном заседании.

Реализуя свое право на досрочное расторжение договора аренды, арендатор – АО «Тандер», данным правом воспользовался и предупредил уполномоченное лицо – ФИО5 о расторжении договора с 1 августа 2018 года. 

Учитывая положения ст. 620 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд считает, что с 1 августа 2018 года арендные отношения между ФИО6, ФИО7 и АО «Тандер» расторгнуты, поскольку акт приема-передачи нежилых помещений от арендатора арендодателю подписан сторонами договора и ФИО7 в судебном заседании возражений в связи с данным расторжением не высказывал. 

Из платежных поручений, имеющихся в материалах дела от 20.08.2018г., 10.09.2018г., 10.10.2018г., акта сверки расчетов между АО «Тандер» и ФИО5 следует, что после расторжения договора аренды (1 августа 2018 года) имело место перечисление платежей на счет ФИО5, в назначении платежей указано: «оплата по договору № от 28.10.2016г., аренда технологического помещения (постоянная часть) за август (сентябрь, октябрь)» /том 1 л.д. 37-39, 46/.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

По смыслу указанной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факт приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

Учитывая обстоятельства того, что договор аренды № от 28.10.2016г. расторгнут с 01 августа 2018 года, а потому, у АО «Тандер» обязанности по перечислению арендных платежей не имелось ввиду прекращения договорного обязательства, в связи с чем, полученные ФИО5 денежные средства в сумме 86130 рублей являются неосновательным обогащением и подлежат возврату. 

В связи с чем, первоначальный иск АО «Тандер» к ФИО5 подлежит удовлетворению. При этом суд исходит из того, что получателем неосновательного обогащения был именно ФИО5, поскольку арендных обязательств между сторонами не имелось. 

Обращаясь в суд с встречным исковым заявлением, ФИО5, действуя в том числе и в интересах ФИО6, указывает на то, что полученные денежные средства не были неосновательно получены, поскольку велись переговоры о продлении договора аренды, а, кроме того, складские помещения не были освобождены арендатором от имущества, в связи с чем, в силу положений ст. 622 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит взысканию арендная плата за период просрочки исполнения обязательства, то есть с ноября 2018 года по июль 2019 года. 

Частью 1 ст. 56 ГПК Российской Федерации установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В подтверждение встречного иска ФИО5 представлены следующие доказательства: акты осмотра нежилого помещения по адресу: 

<

адрес>, составленные 01.07.2019г. и 15.07.2019г. в присутствии адвоката Сапожниковой М.Н., и фотоматериалы, произведенные в ходе этих осмотров (том 1 л.д. 181-206), а также показания свидетелей ФИО, ФИО1, ФИО2, ФИО3, осуществлявших выгрузку имущества со склада 2 августа 2018 года. 

Из актов осмотра нежилого помещения и фотоматериалам к ним следует, что в спорном помещении находится следующее имущество: полки, стеллажи с магазинными ценниками, металлические конструкции, корзинки покупателей, мешки с пластиковыми контейнерами. Полки и стеллажи с ценниками не имеют инвентарных номеров, содержат в себе названия фирм-производителей косметики, соков, напитков; стеллажи, полки, поддоны также каких-либо идентификационных признаков не имеют. К АО «Тандер» отсылает лишь единственная вывеска с названием «Магнит косметик». 

Из показаний вышеуказанных свидетелей следует, что они являются бригадой, осуществляющей резку и вывоз металлолома. 2 августа 2018 года они осуществляли с 9.00 до 15.00 выгрузку металлоконструкций из помещений на 

<

адрес>, расположенных в здании, недалеко от суда; кто им открывал помещение и закрывал его по окончании работ, точно не помнят; о том, какое именно имущество вывозить им говорили представители «Магнита», но имена и фамилии они не помнят и никаких документов не спрашивали; о том, кто закрывал помещение по окончании работ, никто из свидетелей не помнит. 

Вместе с тем, показания свидетелей противоречат друг другу в следующих обстоятельствах: так, ФИО указал, что склад утром уже был открыт, а ФИО1 и ФИО2 говорят о том, что склад был закрыт. Относительно оплаты произведенных работ ФИО указал на получение денег от «

<

данные изъяты>», ФИО1 от «Магнита», а ФИО2 и ФИО3 наличными от бригадира. 

Анализируя данные доказательства (акты осмотра, фотоматериал и показания свидетелей) на предмет их относимости, допустимости и достоверности, суд считает, что они не образуют бесспорной, убедительной и последовательной совокупности доказательств, подтверждающей обоснование иска ФИО10 о том, что АО «Тандер» занимало помещения склада после расторжения договора аренды.

При этом суд учитывает, что стороной истца представлены письменные доказательства, свидетельствующие об освобождении складских помещений 31 июля 2018 года, а именно: инвентаризационные описи основных средств и МБП, находящихся на складе по адресу: 

<

адрес> (том 2 л.д. 4-10), накладные на отпуск материалов на сторону и на внутреннее перемещение объектов основных средств (том 1 л.д. 227-238, том 2 л.д. 11-16), а также приемосдаточный акт № и спецификация к нему о сдаче в ООО «

<

данные изъяты>» лома и отходов стали в количестве 4,3тонны (том 2 лд. 27-28).

Данные письменные доказательства, по мнению суда, последовательно подтверждают позицию истца, что по состоянию на 31 июля 2018 года (последний день действия договора аренды) склад, принадлежащий ФИО6 и ФИО7, был освобожден от имущества, принадлежащего арендатору. 

При этом суд не может не учитывать того обстоятельства, что при подписании акта приема-передачи помещения от арендатора арендодателям указано на пригодность помещения к эксплуатации и отсутствие со стороны арендодателей претензий к состоянию помещения (том 1 л.д. 47).

При таких обстоятельствах, суд считает, что ключи от склада по адресу: 

<

адрес>, в момент подписания акта приема-передачи 31 июля 2018 года были возвращены арендодателю (ФИО5, действующему от имени ФИО6) и у АО «Тандер» доступа к помещениям не имелось. Иного судом не установлено, поскольку каких-либо дополнительных письменных соглашений по количеству передаваемых ключей ни при заключении договора, ни при его расторжении между сторонами договора не составлялось. При этом стороной ответчика не отрицалось, что периодически по просьбе работников АО «Тандер» ФИО5 открывал помещение своим комплектом ключей. 

При таких обстоятельствах, принимая во внимание положения статей 622, 316 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения, содержащиеся в пункте 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014г. № 35 "О последствиях расторжения договора" и пунктах 36,37 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2002г. № 66 "Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой", суд приходит к выводу, что встречные исковые требования удовлетворению не подлежат, поскольку надлежащей совокупности достоверных, относимых и допустимых доказательств стороной ответчика в нарушение положений ст. 56 ГПК Российской Федерации, суду не представлено, а истцом предоставлена совокупность ничем не опороченных письменных документов, подтверждающих освобождение складских помещений в последний день действия договора аренды. 

Стороной истца по первоначальному иску кроме требования о взыскании неосновательного обогащения заявлено о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 21 августа 2018 года по 19 августа 2019 года в сумме 6118,18 рублей. 

Судом расчет процентов проверен, в нём имеется ошибка в размере ключевой ставки Центрального банка в период с 29 июля 2019 года по 19 августа 2019 года – 7,25%, а не 7,50%, как указано в расчете. 

В связи с чем, на основании положений статей 395, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации взысканию подлежат проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 6093,39 рублей.

Положениями ч. 1 ст. 98 ГПК Российской Федерации, предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, поэтому суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца АО «Тандер» судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины, в сумме 2891,71 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования Акционерного общества «Тандер» к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в пользу акционерного общества «Тандер» неосновательное обогащение в размере 86130 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 21 августа 2018 года по 19 августа 2019 года в размере 6093,39 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 2891,71 рублей, всего взыскать 95 115 (девяносто пять тысяч сто пятнадцать) рублей 09 копеек. 

В остальной части иска к ФИО5 отказать. 

Исковые требования АО «Тандер» к ФИО6 о взыскании неосновательного обогащения оставить без удовлетворения. 

Встречное исковое заявление ФИО5, действующего в своих интересах и в интересах ФИО6, к акционерному обществу «Тандер» о взыскании задолженности по арендной плате, неустойки оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Тейковский районный суд Ивановской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Макарова Е.А.

Мотивированное решение суда составлено 26 августа 2019 г.