№1-63/2017 (13/1516) 

П Р И Г О В О Р

 

Именем Российской Федерации

17 марта 2017 года г. Воткинск 

Воткинский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Дозналова Н.В., 

при секретаре Красноперовой О.В., 

с участием: государственных обвинителей - помощников Воткинского межрайонного прокурора Бушмакиной Т.И., ФИО1,

потерпевшего Р..,

подсудимого ФИО2,

защитника подсудимого – адвоката Ившина А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело в отношении:

ФИО2 , 

<

дата> рождения, 

<

***> судимого:

25 июля 2008 года Воткинским городским судом УР по ст. 111 ч.4 УК РФ к 6 годам лишения свободы воспитательной колонии. По постановлению Увинского районного суда УР от 27 апреля 2012 года срок наказания изменен, к отбытию 5 лет 11 месяцев. 15 апреля 2014 года освобожден по отбытию наказания, 

27 октября 2014 года Воткинским районным судом УР по ст. 161 ч.2 п. «а,г», 62 ч.5 УК РФ к 2 годам лишения свободы общего режима. 5 августа 2016 года освобожден по отбытию наказания,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст.111 УК РФ, 

у с т а н о в и л:

Органами предварительного расследования ФИО2 обвинялся в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Р. с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах. 

<

дата> в вечернее время, Р.. и ФИО2, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находились у первого подъезда 

<

*****>, УР.

В это время, между ФИО2 и Р. произошел конфликт, в ходе которого между ними возникли личные неприязненный отношения. В этот момент у ФИО2, на почве возникших личных неприязненных отношений, возник умысел, направленный на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Р. с применением предмета, используемого в качестве оружия – неустановленного в ходе предварительного следствия, острого предмета, с колюще - режущими свойствами. 

Реализуя задуманное, 

<

дата>, в период времени с 22 часов 12 минут до 22 часов 22 минут, ФИО2, находясь в том же месте, подошел к стоящему рядом с ним Р., и, держа в своей руке, неустановленный в ходе предварительного следствия острый предмет, применяя его в качестве предмета, используемого в качестве оружия, действуя умышленно на почве возникших личных неприязненных отношений, умышленно нанес один удар в область живота слева Р., причинив последнему физическую боль и телесные повреждения. После чего ФИО2 свои преступные действия прекратил. 

Своими действиями ФИО2 причинил Р.. телесное повреждение характера колото-резаной раны передней брюшной стенки, проникающей в брюшную полость, с повреждением тонкого кишечника (множественные сквозные ранения), корня брыжейки и большого сальника, образовавшейся от действия острого предмета с колюще- режущими свойствами, причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. 

Описанные выше действия ФИО2, органами предварительного расследования квалифицированы по ст. 111 ч. 2 п. «з» УК РФ – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, то есть умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

При рассмотрении дела в ходе судебного разбирательства, стороной обвинения в качестве доказательств вины ФИО2, в описанном выше преступлении, представлены показания потерпевшего и свидетелей обвинения, а также материалы уголовного дела.

Так, допрошенный в судебном заседании потерпевший Р. показал суду, что 

<

дата> в вечернее время вместе со своим знакомым Г., с которым перед этим распивал спиртные напитки, вышел к своему подъезду, чтобы поехать к Г.. При этом у него при себе имелся нож, который он взял собой из дома для разделки мяса. Нож был кухонный с черной пластиковой рукояткой, на которой имелось узорное изображение. В последующем на месте происшествия рукоятка именно этого ножа была обнаружена сотрудниками полиции, куда при этом делось лезвие от ножа, он не знает. В этот момент потерпевший был сильно пьян, по этой причине происходящие события помнит плохо. Помнит, что, находясь на улице, нож держал в правой руке. В этот момент из соседнего подъезда, в котором проживает подсудимый, выбежал незнакомый парень К.), который был без верхней одежды куда-то убежал. Через некоторое время, примерно через 5 минут, из того же подъезда вышел подсудимый, он был спокойным. Потерпевший, предположив, что парень (ФИО6), выбежал из квартиры подсудимого и между ними мог произойти конфликт, направился в сторону подсудимого, что бы высказать ему претензии по этому поводу. При этом сразу же стал высказывать ругательства и нецензурную брань в адрес подсудимого, был агрессивно настроен, нож держал при себе, в правой руке. Допускает, что в этот момент мог высказывать в адрес подсудимого угрозы убийством. Подсудимый на его агрессию попросил не вмешиваться. Не смотря на это, подойдя к подсудимому, Р. толкнул его и между ними началась потасовка, они начали толкать друг друга, нож при этом он держал в своей руке. Какие именно действия совершал с ножом, потерпевший не помнит. В момент потасовки, когда он стоял на ногах, он почувствовал резкую боль в области живота. Более подробные обстоятельства, которые произошли и развивались с момента начала потасовки между ним и подсудимым, и до получения им ножевого ранения, он не помнит в следствии алкогольного опьянения. Уверен, что ножевое ранение ему нанес подсудимый ножом, который до этого находился в руках самого Р., в момент происходящей потасовки – «борьбы», которую он (потерпевший) сам и начал. Также потерпевший заявил, что в состоянии алкогольного опьянения он становится агрессивным и неуправляемым, может инициировать немотивированную агрессию в отношении окружающих, начать драку. В качестве примера своего поведения заявил, что в день произошедших событий его жена (свидетель П.М. в связи с тем, что он употреблял спиртные напитки, ушла из дома, что бы избежать возможных конфликтных ситуаций. 

По ходатайству государственного обвинителя в виду наличия противоречий в показаниях Р.. данных им в суде и на предварительном следствии, были оглашены показания потерпевшего, данные им на предварительном следствии (т. 1 л.д. 86-87). Так будучи допрошенным на предварительном следствии, Р. показал, что 

<

дата>, когда он с ФИО3 вышли на улицу, при себе он имел нож, который взял собой из дома. Увидев бегущего незнакомого молодого человека, а за ним подсудимого, он преградил ФИО2 путь, чтобы того остановить. В этот момент он увидел у подсудимого в руке молоток. Зная, что в нетрезвом состоянии подсудимый агрессивный, вспыльчивый, конфликтный, предположил, что у него произошел конфликт с убегающим парнем (ФИО6) и решил остановить ФИО2. Подсудимый, поравнявшись с ним, кинул вслед убегающего парня молоток. Он подумал, что у подсудимого может быть еще что-нибудь из предметов и тогда достал из кармана своей рабочей куртки нож, чтобы таким образом успокоить ФИО2. Когда они с ФИО2 словесно конфликтовали, то он не помнил, где в этот момент находился нож, но он почувствовал острую боль, потом присел на корточки, а потом завалился набок. Ранее он говорил, что видел в руке ФИО2 молоток и нож, но тогда его допрашивали сразу после операции, он плохо соображал, был еще под наркозом. Сейчас точно может сказать, что ножа в руке подсудимого, когда он тому преградил путь, не было, был только молоток. Нож был у него в руке, в какой момент, сказать не может, но этот нож оказался в руке подсудимого. Сам удар ножом ему в область живота он не видел и не помнит.

Оценивая показания потерпевшего Р., суд принимает во внимание его показания, данные им в судебном заседании, а также показания, данные на предварительном следствии, в части времени и хронологии происходящих событий в указанный день, а также о действующих лицах, поскольку они являются последовательными и подтверждаются совокупностью исследованных доказательств.

Суд отвергает показания Р., данные им на предварительном следствии, в части того, что подсудимый выбегал из своего подъезда и преследовал убегавшего от него парня (ФИО6) и при этом в руках подсудимого находился молоток, который он кинул вслед убегавшего парня, а также в части того, что потерпевший, с целью пресечения действий ФИО2, преградил ему дорогу и только после этого, опасаясь подсудимого, он достал нож из своей куртки, поскольку достоверных и объективных доказательств данным утверждениям при рассмотрении дела не установлено. 

Сам потерпевший, объясняя данные противоречия, заявил, что подробных обстоятельств произошедшего он не помнит в силу алкогольного опьянения, настаивает, что конфликт с подсудимым и применение физической силы (борьба) начал именно он сам, при этом нож находился в его руке еще до начала конфликта. Доводы о наличии в руках подсудимого молотка и преследовании тем выбежавшего из подъезда парня (К.), в след которому тот бросил молоток, являются следствием попытки воспроизведения произошедших событий совместно со следователем, производившей допрос, которая сообщила ему об обнаруженном на месте происшествия молотке и попросила объяснить его появление там, что и явилось причиной дачи таких показаний. Потерпевший уверенно показал, что молотка в руках подсудимого при произошедших событиях не было, а также, что подсудимый не преследовал выбежавшего парня и не кидал в его сторону молоток, поскольку ФИО2 вышел на улицу примерно через 5 минут после того, как этот парень убежал. Потерпевший заявил, что поведение Ложкина не могло свидетельствовать о какой либо угрозе со стороны подсудимого убежавшему парню, поскольку его уже не было в этом месте.

Кроме того показания потерпевшего, принятые судом во внимание, относительно отсутствия у подсудимого молотка в момент произошедших событий, подтверждаются показаниями свидетеля К.., допрошенного в судебном заседании, который показал, что в указанный вечер находился в гостях у подсудимого, с которым распивал спиртные напитки. В ходе распития между ними произошел конфликт и подсудимый схватил молоток, который ему удалось забрать у него. После этого, он, с целью избежать развития конфликта, без верхней одежды выбежал из квартиры подсудимого, забрав с собой молоток, который выбросил в сугроб между первым и вторым подъездом дома, в котором проживает подсудимый и потерпевший. Подсудимый при этом оставался дома, его не преследовал. 

Показания К.. относительного выброшенного именно им молотка, подтверждаются исследованным в судебном заседании протоколом осмотра места происшествия от 

<

дата> (т. 1 л.д. 10-14), из которого следует, что в сугробе между первым и вторым подъездами дома, в котором проживают подсудимый и потерпевший, в ходе следственного действия был обнаружен молоток, принадлежащий подсудимому. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель обвинения Г. показал суду, что 

<

дата> в течении дня он употреблял спиртное совместно с потерпевшим у того дома. От выпитого он сильно опьянел, и по этой причине плохо помнит, как развивались события на месте происшествия. Помнит, что вечером вместе с потерпевшим вышли на улицу, чтобы ехать к нему домой, были сильно пьяны. Пока стояли у подъезда, на улицу из своего подъезда вышел подсудимый, которому на встречу пошел потерпевший. Между подсудимым и потерпевшим завязалась «потасовка», он видел, как во время «потасовки» потерпевший и подсудимый пытались друг у друга что-то забрать, при этом их руки находились в области их животов. Затем он увидел, как потерпевший упал на землю и начал стонать. Подсудимый в испуге стал кричать, что бы скорее вызвали скорую помощь. Руки потерпевшего были в крови, он держался за живот. В последующем потерпевший рассказал ему, что из дома он вышел с ножом, который держал в руке, перед тем как между ним и подсудимым началась «потасовка». 

По ходатайству государственного обвинителя, в виду наличия противоречий в показаниях Г. данных им в суде и на предварительном следствии, были оглашены показания свидетеля, данные им на предварительном следствии (т. 1 л.д. 140-141; 243). Так, будучи допрошенным на предварительном следствии Г., дав аналогичные показания относительно времени и месте произошедших событий, а также о лицах, принимавших в них участие, показал, что, когда стояли на улице возле подъезда потерпевшего, к ним подбежал подсудимый, и между потерпевшим и подсудимым началась какая-то «возня» на уровне живота потерпевшего. Затем подсудимый сделал резкое движение правой рукой вперед, и в этот момент он увидел в правой руке Ложкина нож. Лезвие ножа было направлено в сторону потерпевшего. Он понял, что потерпевший пытался удержать руку подсудимого с ножом, но ему это не удалось и ФИО2 ударил его ножом в живот, после чего сразу же отошел на пару шагов в сторону. Потерпевший сразу же присел на корточки, согнувшись, а затем упал на спину, держась руками за живот. Подсудимый бросил нож в сторону, упал на колени и схватился за голову обеими руками. Подсудимый в это время бегал вокруг, суетился, хватался за голову, извинялся перед потерпевшим. Момент, когда подсудимый ударил потерпевшего ножом произошел очень быстро, буквально за несколько секунд. Когда подсудимый подбежал к ним, то в этот момент он ножа у ФИО2 в руках не видел, увидел нож, непосредственно перед тем как подсудимый ударил им потерпевшего. По какой причине подсудимый ударил потерпевшего ножом, он не понял (т. 1 л.д.140-141).

Из оглашенного протокола допроса свидетеля Г. от 

<

дата> следует, что свидетель, дав аналогичные показания относительно времени, месте, участниках и хронологии произошедших событий, заявил, что в силу выпитого спиртного, произошедшие события помнит плохо (т. 1 л.д. 243).

Оценивая показания свидетеля ФИО3, суд принимает во внимание его показания, данные им в судебном заседании и на предварительном следствии относительно времени, месте, участниках и хронологии произошедших событий, об увиденном, свидетелем, факте борьбы между потерпевшим и подсудимым, в ходе которой подсудимый нанес ножевое ранение потерпевшему, поскольку они являются последовательными и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. 

При этом суд не принимает во внимание и отвергает, как недостоверные, показания свидетеля ФИО3, данные им на предварительном следствии, относительного того, что подсудимый подбегал к потерпевшему, поскольку, как установлено в судебном заседании, именно потерпевший первым пошел в сторону вышедшего из своего подъезда подсудимого. Также суд не принимает во внимание и отвергает показания ФИО3, данные в судебном заседании, о том, что он не видел момент нанесения подсудимым ножевого ранения потерпевшему, поскольку, локализация, механизм и хронология нанесенного потерпевшему ножевого ранения, описанные свидетелем при допросе в качестве свидетеля на предварительном следствии, соответствуют установленным по делу обстоятельствам. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель П.М.., являющаяся женой потерпевшего, показала суду, что 

<

дата> ее муж (потерпевший) и ФИО3 употребляли дома спиртные напитки. Поскольку ее муж в состоянии алкогольного опьянения становится агрессивным, она ушла из дома и, что там происходило, она не знает. В ходе расследования дела сотрудники полиции показывали ей рукоятку ножа, которая была обнаружена на месте происшествия, данная рукоятка составляла единое целое с ножом, который принадлежал ее семье и использовался в хозяйстве. 

Из исследованного в судебном заседании заключения эксперта №*** следует, что в результате произошедших событий на теле потерпевшего обнаружены телесные повреждения характера колото-резаной раны передней брюшной стенки, проникающей в брюшную полость, с повреждением тонкого кишечника (множественные сквозные ранения), корня брыжейки и большого сальника, образовавшейся от действия острого предмета, с колюще- режущими свойствами, причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Из исследованного в судебном заседании заключения эксперта №*** следует, что образование ножевого ранения у потерпевшего, при обстоятельствах, указанных ФИО2 в протоколе следственного эксперимента исключаются. Образование данных телесных повреждений, при обстоятельствах, указанных Р. в протоколах допроса его в качестве потерпевшего, не исключается (т. 1 л.д. 103-104).

Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт П., производивший указанную выше медицинскую экспертизу, показал суду, что обнаруженные на теле потерпевшего телесные повреждения могли образоваться от воздействия колюще-режущего предмета.

Будучи дополнительно допрошенным в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, после оглашения дополнительного заключения эксперта №*** (т. 1 л.д. 103-104), эксперт П.. показал суду что ознакомившись с материалами дела, представленными следственными органами для проведения дополнительной судебно-медицинской экспертизы, он пришел к выводу о невозможности получения телесного повреждения, обнаруженного на теле потерпевшего, при обстоятельствах, изложенных подсудимым в ходе следственного эксперимента (т. 1 л.д. 193-197 – исследован в судебном заседании), в ходе которого подсудимый на стадии предварительного расследования продемонстрировал механизм образования у потерпевшего ранения, в ходе борьбы в момент, когда потерпевший упал на землю и своим телом навалился на нож, который принадлежал потерпевшему. Указанный способ получения ножевого ранения также не подтвердил в судебном заседании и сам подсудимый.

Кроме прочего из протокола следственного эксперимента, проведенного с участием подсудимого, установлено, что для прекращения конфликта подсудимый отломил лезвие ножа, принадлежащего потерпевшему, от рукоятки (т. 1 л.д. 198), что дополнительно подтверждает вывод суда о применении при нанесении телесного повреждения потерпевшему ножа, который принадлежал потерпевшему и отломленная рукоять которого была обнаружена на месте происшествия. 

В судебном заседании, допрашивались и иные свидетели обвинения, которые не являлись очевидцами произошедших событий и не сообщили каких либо сведений о виновности либо не виновности подсудимого в инкриминируемом преступлении, в частности свидетели К.А. – фельдшер скорой помощи, следователи СО ГУ ММО МВД России «Воткинский» ФИО4, ФИО5, осуществлявших расследование настоящего уголовного дела, сотрудник уголовного розыска – ФИО5. В связи с чем, суд не оценивает показания данных свидетелей. 

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя исследовались также материалы уголовного дела.

В частности т. 1 л.д. 5 – рапорт об обнаружении признаков преступления, который не устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Из медицинской справки №*** от 

<

дата> (т. 1 л.д. 115) и карты вызова (л.д. 116-117) следует, что в лечебное учреждение был доставлен потерпевший, у которого имелось колото-резанное ранение брюшной полости, потерпевший находился в состоянии алкогольного опьянения. 

Согласно протокола осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 56-58), в медицинском учреждении обнаружена и изъята верхняя одежда потерпевшего, с повреждением ткани в области брюшной полости. 

Иных доказательств, которые бы, по мнению стороны обвинения, подтверждали виновность подсудимого в инкриминируемом преступлении, суду не представлено, ходатайств о содействии в получении дополнительных доказательств, не заявлялось.

Также в судебном заседании исследовались доказательства, представленные стороной защиты, а также показания подсудимого.

Свидетель защиты В., допрошенная в судебном заседании, заявив, что очевидцем произошедших событий она не была, пояснила, что перед произошедшими событиями она находилась в квартире подсудимого, где произошел конфликт между ФИО2 и ФИО6, после которого ФИО6 убежал на улицу, забрав с собой молоток из квартиры подсудимого. Подсудимый не пытался преследовать ФИО6, он вышел на улицу примерно через 3-4 минуты, после того как ФИО6 убежал. 

Допрошенный в судебном заседании подсудимый, частично признав свою вину, показал суду, что 

<

дата> у себя дома он распивал спиртные напитки совместно со своим знакомым К.. По причине алкогольного опьянения он плохо помнит, что происходило в указанный вечер. Помнит, что во время распития между ним и Кульбенок произошла ссора, в ходе которой Кульбенок отобрал у него молоток и выбежал с ним на улицу. Он К. не преследовал, догнать его не пытался. Через какое то время, после того, как Кульбенок убежал, он вышел к подъезду покурить. У соседнего подъезда стоял потерпевший вместе со своим знакомым. Когда потерпевший увидел вышедшего из подъезда подсудимого, то сразу же направился к подсудимому. При этом, потерпевший матерился, был агрессивен, высказывал в его адрес угрозы убийством. Причину такого поведения потерпевшего он объяснить не смог, поскольку каких-либо очевидных причин к тому не было. В руке потерпевшего он увидел нож. Когда потерпевший подошел к нему вплотную, то сразу же толкнул ФИО2, между ними завязалась борьба. Он пытался блокировать руку потерпевшего, в которой был нож, вырвать его у потерпевшего, продолжавшего нападать на него, и высвободить свою руку, в которой был нож. Когда подсудимому удалось вырвать у потерпевшего нож, он машинально нанес им один удар в сторону потерпевшего, от которого потерпевший осел и стал заваливаться на землю. С целью прекратить возможную для себя опасность со стороны потерпевшего, после нанесенного удара, ФИО2 сломал лезвие ножа и выбросил его в снег. Сразу после этого стал оказывать помощь потерпевшему, вызвал скорую помощь и стал дожидаться на месте сотрудников полиции и врачей, оказывая посильную помощь потерпевшему. В содеянном раскаялся, пояснив, что причиной произошедшего стало поведение потерпевшего, который без какого бы то ни было повода и основания набросился на него и начал потасовку, тогда, когда у того в руке был нож, и он (ФИО2) опасался, что потерпевший может реализовать свои угрозы убийством в его адрес. Относительно сообщенных им в ходе следственного эксперимента сведений о том, что потерпевший получил ножевое ранение при падении, самостоятельно навалившись на клинок ножа, подсудимый показал, что таким образом, отрицая факт нанесения им ножевого ранения, пытался смягчить свою участь. Также показал, что никаких конфликтов между ним и потерпевшим никогда не было, они находились в приятельских отношениях.

Анализируя показания подсудимого, суд принимает во внимание сообщенные им фактические обстоятельства, относительно произошедших событий, а именно то обстоятельство, что ранение нанесено Р. было ножом, который подсудимый отобрал у потерпевшего, и после этого сломал лезвие. Данные обстоятельства подтверждаются объективными данными установленными по делу. В частности из протокола осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 10-14) следует, что на месте происшествия, была обнаружена рукоятка ножа, со сломанным лезвием. Из описательной части заключения судебной – трасологической экспертизы №*** (т. 1 л.д. 61-64) следует, что рукоять ножа, обнаруженная при осмотре места происшествия, имеет характерные повреждения хвостовика лезвия, образовавшиеся путем перелома. Повреждения, обнаруженные на одежде потерпевшего, могли образоваться от воздействия ножом.

В судебном заседании, по ходатайству государственного обвинителя, оглашался протокол явки с повинной ФИО2 (т. 1 л.д. 173) из которого следует, что на следующий день, после произошедших событий, ФИО2 добровольно сообщил сотрудникам правоохранительных органов о произошедших событиях. В частности ФИО2 собственноручно сообщил, что 

<

дата>, он, находясь у первого подъезда 

<

*****>, в ходе конфликта, один раз нанес удар ножом своему знакомому по имени Максим (Р.), в целях самообороны, ножом, который он забрал у потерпевшего. 

В судебных прениях, государственный обвинитель просила не учитывать протокол явки с повинной ФИО2, в качестве смягчающего наказание обстоятельств, поскольку он получен с нарушениями ст. 144.1 УПК РФ - подсудимому не разъяснялось право на участие защитника, возможность воспользоваться ст. 51 Конституции РФ. Таким образом, прокурор заявила о необходимости признания данного доказательства не допустимым.

Давая оценку указанным доводам прокурора, суд учитывает положение ч. 2 ст. 75 УПК РФ, которая относит к недопустимым доказательствам показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, но не во всех случаях, а лишь тогда, когда, указанное лицо, не подтвердило данные показания в суде.

Как установлено, в судебном заседании, подсудимый, несмотря на сообщения о написании им явки с повинной под давлением, подтвердил обстоятельства (показания) изложенные в явке с повинной, что свидетельствует об отсутствии оснований, для признания протокола явки с повинной не допустимым доказательством. В связи с чем, суд принимает явку с повинной ФИО2 в качестве допустимого доказательства. 

Довод подсудимого о написании им явки с повинной под давлением, опроверг свидетель обвинения М.., являющийся сотрудником полиции и составивший протокол явки с повинной ФИО2, который показал, что подсудимый, на следующий день после произошедших событий, собственноручно и добровольно составил указанный протокол. Ни какого давления на него не оказывалось. 

Учитывая, в том числе и то, что в последующем, весь период расследования дела, от Ложкина не поступало каких либо жалоб и заявлений об оказанном на него давлении, при составлении протокола явки с повинной, суд отвергает его доводы об оказании на него давления со стороны сотрудников полиции.

Таким образом, анализируя установленные по делу обстоятельства, а также доказательства представленные сторонами, суд приходит к выводу о том, что органами предварительного расследования ФИО2 обвинялся в том, что 

<

дата>, в период времени с 22 часов 12 минут до 22 часов 22 минут, используя неустановленный предмет, на почве возникших личных неприязненных отношений, умышленно нанес один удар в область живота потерпевшего Р.., причинив последнему физическ боль и телесное повреждение, повлекшее тяжкий вред его здоровью, по признаку опасности для жизни. 

Вместе с тем, в судебном заседании установлено, что в вечернее время 

<

дата>, на участке местности, м между первым и вторым подъездами 

<

*****> по 

<

*****>, потерпевший Р.., будучи в состоянии алкогольного опьянения, имея при себе принадлежащий ему нож, без наличия к тому каких либо оснований, учинил ссору с подсудимым ФИО2, в ходе которой стал высказывать в адрес подсудимого угрозы, которые подсудимый воспринял реально. После этого, Р. инициировал борьбу с подсудимым, держа при этом в своей руке нож. ФИО2, опасаясь за свою жизнь и здоровье, в силу агрессивного поведения ФИО7, предприняв меры оборонительного характера, вырвав нож из руки потерпевшего, в ходе продолжающейся борьбы, умышленно нанес один удар указанным ножом в брюшную полость Р., причинив тому телесное повреждение, характера колото-резаной раны передней брюшной стенки, проникающей в брюшную полость, с повреждением тонкого кишечника (множественные сквозные ранения), корня брыжейки и большого сальника.

Судом объективно установлен факт умышленных противоправных действий потерпевшего Р. в ходе инициированного им конфликта с подсудимым, с использованием потерпевшим во время конфликта ножа, являющегося предметом, способным причинить непоправимые последствия для жизни и здоровья подсудимого. 

Вследствие действий потерпевшего, которые были сопряжены с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья ФИО2, не только в виду использования потерпевшим ножа во время конфликта, но и в силу того, что потерпевшим в адрес подсудимого при этом были высказаны угрозы убийством, а применение Ложкиным ножа совпало с одновременным применением потерпевшим физической силы, что в совокупности с обстоятельствами происходящих событий и развития конфликта (беспочвенное инициирование потерпевшим конфликта с подсудимым, демонстрация Р. ножа в момент конфликта, его агрессивные настрой и поведение, высказывание угроз о немедленном применении насилия опасного для жизни ФИО2 свидетельствует о наличии у подсудимого в силу ч. 1 ст. 37 УК РФ права на необходимую оборону.

Из ч. 1 ст. 37 УК РФ следует, что не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Из правовой позиции Верховного суда РФ, отраженной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 N 19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление" следует, что общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия).

Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Как установлено при рассмотрении дела, причиной нанесения ножевого ранения подсудимым потерпевшему явилось именно то обстоятельство, что потерпевший, будучи агрессивно настроенным, находясь в очевидном состоянии алкогольного опьянения, беспричинно, имея при себе предмет, используемый в качестве оружия – нож, и демонстрируя его, высказывая угрозы убийством в адрес подсудимого, инициировал применение физической силы в отношении ФИО2, что явилось основанием для совершения оборонительных действий со стороны последнего, от агрессии потерпевшего. 

Из п. 8 приведенного выше Постановления Пленума Верховного суда РФ следует, что состояние необходимой обороны может иметь место и в том случае, когда имел место переход предметов, использованных в качестве оружия при посягательстве, от посягавшего лица к оборонявшемуся лицу, если с учетом интенсивности нападения и других обстоятельств сохранялась реальная угроза продолжения такого посягательства.

Судом установлено, что ножевое ранение было нанесено подсудимым потерпевшему непосредственно в ходе инициированного потерпевшим конфликта, в момент, когда потерпевший не прекратил своих противоправных действий, а напротив, даже после завладения подсудимым ножа потерпевшего, его действия носили активный характер, при этом Р. высказывал угрозы физической расправы в адрес подсудимого. 

Из пункта 10 указанного Постановления Пленума следует, что при защите от общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, обороняющееся лицо вправе причинить любой по характеру и объему вред посягающему лицу, что и было реализовано подсудимым в данном случае.

Давая оценку исследованным в судебном заседании доказательствам, представленными сторонами, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон, суд приходит к выводу об отсутствии в деянии подсудимого признаков преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, в связи с чем ФИО2 подлежат оправданию на основании пункта 3 части 2 статьи 302 УПК Российской Федерации, за отсутствием в деянии состава преступления. 

Установленные по делу обстоятельства безусловно свидетельствуют о наличии у подсудимого правовых оснований, защищая свою жизнь и здоровье от противоправных посягательств потерпевшего, применить в отношении последнего любое насилие, в том числе, которое в данном конкретном случае, повлекло причинение тяжкого вреда здоровью Р..

Учитывая установленные по делу обстоятельства, приведенные в приговоре, суд не усматривает в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного ч. ст. 114 УК РФ.

С учетом изложенного суд оправдывает ФИО2 на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления и признает за ним право на реабилитацию в соответствии со ст. ст. 133, 134 УПК РФ.

В рамках настоящего дела Воткинским межрайонным прокурором заявлен гражданский иск о взыскании с виновного 32 635 рублей, в счет возмещения расходов, понесенных на лечение потерпевшего, который суд оставляет без рассмотрения в связи с оправданием подсудимого. 

Вещественные доказательства, изложенные в справке к обвинительному заключению, после вступления приговора в законную силу, подлежат уничтожению. 

Процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг защитника - адвоката Ившина А.В. в соответствии с положением ст. 132 УПК РФ подлежат выплате из средств федерального бюджета, учитывая оправдание подсудимого.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 296-299; п. 3 ч. 2, ч. 3 ст. 302; ст.ст. 303-306; 389.1, 389.3, 389.4 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

п р и г о в о р и л :

Признать ФИО2 невиновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и оправдать его в связи с отсутствием в деянии состава преступления на основании пункта 3 части 2 статьи 302 УПК Российской Федерации.

Признать за оправданным ФИО2 право на реабилитацию, направив ему извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, после вступления приговора в законную силу. 

Меру пресечения в отношении ФИО2 в виде содержания под стражей отменить, освободив его из под стражи в зале суда. 

Гражданский иск Воткинского межрайонного прокурора оставить без рассмотрения.

Вещественные доказательства: гипсовый слепок фрагмента обуви, кухонный нож, рукоять ножа, кофту, куртку – уничтожить, после вступления приговора в законную силу.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг защитника – адвоката Ившина А.В., отнести за счет средств федерального бюджета, о чем вынести постановление. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда УР через Воткинский районный суд УР в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы оправданный, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в течение 10 суток со дня вручения ему копии апелляционных жалобы или представления, затрагивающих его интересы. 

Дополнительные апелляционные жалоба, представление подлежат рассмотрению, если они поступили в суд апелляционной инстанции не позднее, чем за 5 суток до начала судебного заседания. 

Председательствующий судья Н.В. Дозналов