Дело №

УИД: 54RS0№-70

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации 

29 июня 2021 года 

<

адрес>

Октябрьский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Заря Н.В.,

при участии помощника судьи Виляйкиной О.А.,

при секретаре Даниленко К.Ю., 

с участием истца ФИО1, представителя ответчика МВД России ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере в размере 800000,00 руб. 

В обоснование заявленных требований истец указывает, что согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от /дата/, вынесенному Карасукским МСО СУ СК РФ по 

<

адрес> по рассмотрению жалобы истца установлен факт ненадлежащего хранения личных вещей, изъятых у него в служебном кабинете Карасукского МСО СУ СК РФ по 

<

адрес> следователем ФИО3 Тем самым, обеспечив свободный доступ к телефону марки Apple iphone иных лиц, а именно жены следователя ФИО3 для личных целей. Также проведенной проверкой установлено наличие дисциплинарного проступка, выразившегося в нарушении «Инструкции по хранению вещественных доказательств». Результатами проведенных проверок по обращению истца и его брата ФИО4 установлено, что фактическое использование в личных целях принадлежащего истцу телефона марки Apple iphone осуществлялось ФИО5 Данный факт также подтверждается учетными записями, регистрацией в приложении «G-mail» именно ФИО5 Объяснения ФИО5 и ее мужа на препятствия технического характера, а именно наличие пароля, установленного владельцем данного телефона, противоречивы и указывают на нежелание нести ответственность за свои противоправные действия. Принадлежащий ФИО1 сотовый телефон марки Apple iphone использовался ФИО1 длительный период времени и по назначению. Данный телефон являлся необходимым предметом для обеспечения жизнедеятельности: работы, общения с близкими людьми, фото и видео съемок, общения в социальных сетях. В памяти данного телефона находились сведения, как о личных данных, так и рабочих данных, переписка с огромным количеством людей, фотографии и видеозаписи гражданской жены, ожидающей ребенка. Учетные записи истца, включая весь объем информации, содержащийся в телефоне, после неправомерных действий супругов ФИО6 были удалены. Также ссылается на возможную подмену жесткого диска и утерю задней крышки принадлежащего истцу компьютера и являющимся вещественным доказательством по уголовному делу. Вследствие данных действий истец пережил глубочайшие моральные страдания, снизил уровень доверия к правоохранительным органам, и до настоящего времени чувство униженности и оскорбления ощутимы, что явилось основанием к обращению в суд с указанным иском. 

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в иске. Дополнительно суду пояснил, что спорный телефон, на который он ссылается в обоснование заявленных требований, не являлся вещественным доказательством по уголовному делу, а был изъят у него при задержании в Красноярке и впоследствии передан следователю ФИО3 для передачи родственникам истца. Также пояснил, что после изъятия у ФИО1 телефона он им не пользовался, телефон был передан родственникам ФИО1, со слов которых ему стало известно, что в телефоне удалена вся информация.

Представитель ответчика МВД России ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме по доводам, изложенным в письменных возражениях и дополнениях к ним, в которых указала, что истцом не представлены бесспорные доказательства факта вмешательства в его частную жизнь, а также не представлено доказательств, которые бы свидетельствовали о причинении ему физических и нравственных страданий. Дополнительно указала, что истцом не представлено доказательств, что в телефоне содержалась информация личного характера и то, что она была удалена именно ФИО7 Выразила мнение, что содержащая в телефоне информация могла быть удалена самим истцом до момента его задержания за совершение преступления, за которое впоследствии он был осужден; не исключила, что информацию из телефона могли удалить родственники истца, которым он был передан и которые значительный период времени владели данным телефоном, так как с момент возврата телефона родственникам заявителя и проверок по обращениям истца прошел почти год. В ходе проведенных процессуальных проверок по обращениям ФИО4, ФИО1 не представилось возможным установить, какой именно компьютерный диск был передан ФИО4

Представитель ответчика Минфина России в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, направил письменный отзыв, в котором указал, что Минфин России является ненадлежащим ответчиком по заявленным исковым требованиям. Кроме этого, ссылаясь на недоказанность истцом факта наступления морального вреда, незаконности и виновности действия сотрудников МВД России и причинно-следственной связи между заявленным истцом моральным вредом и действиями сотрудников МВД России, просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, направил письменные пояснения, в которых указал, что обстоятельства, изложенные истцом относительно доступа третьих лиц к его телефону, имели место в отношении телефона «Айфон 5», который у истца изымался сотрудниками ИВС 

<

адрес> при задержании и был передан в Карасукский МРО для передачи родственникам с личными вещами. Телефон «Айфон 5», принадлежащий истцу, вещественным доказательством по уголовному делу не признавался, не осматривался, не упаковывался и к уголовному делу никакого отношения не имел. По факту доступа третьих лиц к телефону «Айфон 5» неоднократно проводилась проверка как прокуратурой 

<

адрес>, так и СУ СК России по 

<

адрес>, факты нарушения служебной дисциплины не нашли своего подтверждения. (вх. 34660 от 24.06.2021г.).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, письменных возражений по существу заявленных требований в суд не направили.

Выслушав пояснения истца ФИО1, представителя ответчика МВД России ФИО2, исследовав письменные материалы дела, изучив материал проверки №пр-2016, надзорное производство №гнк-14/45282, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53); права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52).

Компенсация морального вреда по смыслу положений ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), является одним из способов защиты субъективных гражданских прав и законных интересов, представляет собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

В соответствии с ч.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред /физические или нравственные страдания/ действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее БК РФ) по искам о возмещении вреда, причиненного физическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту выступает в суде главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от /дата/ N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации", субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Согласно статье 6 БК РФ главный распорядитель бюджетных средств (главный распорядитель средств соответствующего бюджета) - орган государственной власти (государственный орган), орган управления государственным внебюджетным фондом, орган местного самоуправления, орган местной администрации, а также наиболее значимое учреждение науки, образования, культуры и здравоохранения, указанное в ведомственной структуре расходов бюджета, имеющие право распределять бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств между подведомственными распорядителями и (или) получателями бюджетных средств, если иное не установлено настоящим Кодексом.

В п. 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от /дата/ № указано, что МВД РФ осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

В соответствии с п. 1, 2 Указа Президента РФ от /дата/ N 156 (ред. от /дата/) "О совершенствовании государственного управления в сфере контроля за оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров и в сфере миграции", Федеральная служба Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков упразднена, ее функции и полномочия переданы МВД России.

Таким образом, по смыслу вышеприведенных правовых норм и разъяснений, надлежащим ответчиком по заявленным требованиям является МВД России. 

Разрешая заявленные исковые требования с учетом их предмета и основания, суд исходит из следующего.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Исчерпывающий перечень оснований компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда приведен в ст. 1100 ГК РФ, которые к рассматриваемому случаю не относятся. Таким образом, исходя из предмета и основания заявленных исковых требований, суд приходит к выводу, что специального закона, допускающего в указанном случае возможность взыскания компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда, не имеется. 

Следовательно, для применения такой меры ответственности, как компенсация морального вреда, юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания; наличие вины причинителя вреда, и, соответственно, причинно-следственная связь между виновными действиями причинителя вреда и наступившими физическими и нравственными страданиями потерпевшего. Вред подлежит возмещению только при доказанности совокупности указанных обстоятельств. Недоказанность одного из названных условий исключает удовлетворение исковых требований.

Таким образом, в рассматриваемом споре бремя доказывания причинения вреда, наличие причинно-следственной связи между виновными незаконными действиями ответчика МВД России и наступившим вредом лежит на истце.

Как следует из материалов гражданского дела ФИО1 осужден на основании приговора Карасукского районного суда 

<

адрес> от 31.07.2015г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 09.11.2015г. (л.д. 114-130,131-137).

Как указывает истец, в период расследования в отношении него уголовного дела, утрачен жесткий диск «Scagete» 1 500 Gb, принадлежащий истцу.

Вместе с тем, в материалах проверки №пр-2016 содержится расписка ФИО4 (брата истца) о получении в Карасукском МРО Управления ФСКН России по 

<

адрес> вещественного доказательства накопителя на жестком магнитном диске (материал проверки л.д. 8,19).

Постановлением от 11.07.2016г. в возбуждении уголовного дела по данному факту по обращению ФИО1 отказано (л.д. 25-26).

Из содержания указанного постановления следует, что в ходе проверки установлено, что кинолог-инспектор Карасукского МРО УФСКН РФ по 

<

адрес> ФИО8 ненадлежащим образом хранил личные вещи, изъятые у ФИО1, которые являлись вещественными доказательствами по уголовному делу, в камере вещественных доказательств Карасукского МРО УФСК РФ по 

<

адрес>, расположенного по адресу: 

<

адрес>, ул. ПМС, 

<

адрес>, что повлекло утерю задней крышки ноутбука «Mashines» и возможно подмену жесткого диска «Scagete» 1 500 Gb, на аналогичный диск, принадлежащий ФИО1 Установить какой жесткий диск был передан ФИО4 не представляется возможным, т.к. согласно расписки ФИО4 получил жесткий диск 06.04.2016г., а с жалобой в прокуратуру 

<

адрес> обратился только 18.04.2016г. 

Таким образом, вопреки доводам истца, из буквального содержания указанного постановления достоверно не подтверждается факт подмены жесткого диска «Scagete» 1 500 Gb, принадлежащего ФИО4, а только содержатся выводы вероятного характера.

Что касается доводов истца, а также содержащихся в вышеуказанном постановлении выводов относительно утери задней крышки ноутбука «Mashines», принадлежащего ФИО1, в результате ненадлежащего хранения кинологом-инспектором Карасукского МРО УФСКН РФ по 

<

адрес> ФИО8 личных вещей, изъятых у ФИО1, которые являлись вещественными доказательствами по уголовному делу, суд отмечает, что истцом не представлено относимых и допустимых доказательств того, что ноутбук «Mashines» был укомплектован задней крышкой, указанные доказательства также не содержаться в материалах проверки №пр-2016, по результатам которой было принято вышеуказанное постановление. В этой связи оснований полагать, что на момент изъятия у ФИО1 и признания вещественным доказательством ноутбук «Mashines» был укомплектован задней крышкой, у суда оснований не имеется. 

Сам по себе вывод о ненадлежащем хранении вещественных доказательств по уголовному делу не образует необходимой совокупности для возмещения морального вреда и, следовательно, может являться достаточным основанием к удовлетворению требований истца в указанной части. 

Оценивая доводы истца относительно пользования принадлежащим его телефоном супругой следователя ФИО3 – ФИО7, суд исходит из следующего.

Как следует из постановлений от 23.10.2015г., 11.12.2015г. в возбуждении уголовного дела по обращению ФИО1 в указанной части отказано (л.д. 11-13,14-17).

Из содержания указанных постановлений следует, что в ходе проверки было установлено ненадлежащее хранение следователем 2 отдела следственной службы УФСКН РФ по 

<

адрес> ФИО3 личных вещей, изъятых у ФИО1, что обеспечило свободный доступ к сотовому телефону марки «iphone», принадлежащего ФИО1 

В обоснование заявленных требований истец указывает, что супруга ФИО7 пользовалась изъятым у ФИО1 телефоном марки «iphone», в результате чего получила доступ к личной информации и данным истца, которые впоследствии были ею удалены. 

Как следует из указанных постановлений, содержащих указание на объяснение ФИО7 (супруги следователя ФИО3), последняя взяла один из телефонов черного цвета. Посмотрела и, включив его, хотела выйти в интернет, при этом она вводила свой пароль и логин доступа в сеть, однако телефон был запаролен, в связи с чем она отключила его и положила на место. 

Вместе с тем, утверждений относительно доступа ФИО7 к информации, содержащейся в телефоне, принадлежащем ФИО1, равно как и доказательств наличия в принадлежащем ФИО1 телефоне какой-либо информации, которая вопреки его воли могла стать доступной ФИО7, указанные постановления не содержат. 

В целях проверки доводов истца относительно доступа третьих лиц в принадлежащий ему телефон, наличия информация об аккаунте ФИО1 и/или аккаунте других лиц, зарегистрированных на телефоне марки Apple iphone 4S, возможности регистрация иного аккаунта iCloud/Gmail (электронной почты) другим (отличным) пользователем при заблокированном телефоне марки Apple iphone 4S и зарегистрированном аккаунте ФИО1, а также удалении информации об аккаунте ФИО1 на телефоне марки Apple iphone4S, по делу была назначена судебная компьютерно-техническая экспертиза, проведение которой было поручено АНО «Институт экспертных исследований» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 

<

адрес>, офис 106, т. №) (л.д. 93-95).

Согласно определению Октябрьского районного суда 

<

адрес> от 21.01.2021г. для производства судебной экспертизы на истца была возложена обязанность представить сведения об аккаунтах учетной записи (имя (логин) учетной записи, пароль), а также для осмотра и проведения необходимых исследований телефон марки Apple iphone 4S.

Согласно заключению судебной экспертизы №, даны ответы на вопросы, которые исключают необходимость непосредственного исследования телефона марки Apple iphone 4S, согласно которым при заблокированном телефоне марки Apple iphone 4S. Возможна регистрация аккаунта iCloud/Gmail (электронной почты) другим (отличным) пользователем только после проведения процедуры сброса смартфона до заводских настроек. Установление паролей на отдельные папки и приложения в телефоне Apple iphone 4S возможно только с использованием специальных сторонних программ, установленных на смартфоне (л.д. 184-191).

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Указанные правоположения в их совокупности и взаимосвязи являются процессуальной гарантией права на судебную защиту и направлены на обеспечение осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации) и на обеспечение принятия судом законного и обоснованного решения на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования относимых и допустимых доказательств.

Согласно заявления ФИО1 мобильный телефон, в отношении которого была назначена судебная экспертиза безвозвратно утрачен (вх. 1569 от 24.03.2021г.)(л.д.173).

Как следует из заключения судебной экспертизы, последняя без проведена непосредственного исследования телефона марки Apple iphone 4S.

Таким образом, мобильный телефон, на который истец ссылается в обоснование заявленных исковых требований и в отношении которого была назначена судебная экспертиза, для производства экспертного исследования представлен не был, при этом суд отмечает, что доказательств, объективно препятствующих представлению мобильного телефона для производства экспертизы, истцом не приведено и судом не установлено.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание положения ч. 3 ст. 79 ГПК РФ, суд расценивает поведение истца как уклонение от участия в экспертизе, а потому исходит из того, что истец не представил суду относимых и допустимых доказательств тех обстоятельств, на которые он ссылается в обоснование заявленных требований, а именно, что на указанном телефоне наличествовала информация личного характера о частной жизни ФИО1 (контакты, фото, видео и прочее), которая вопреки воли истца стала доступна третьим лицам, в частности ФИО7 

Суд также отмечает, что телефон, на который ссылается истец, вещественным доказательством по уголовному делу не признавался, не осматривался, не упаковывался и к уголовному делу никакого отношения не имел, что в ходе судебного разбирательства подтвердил и сам ФИО1, третье лицо ФИО3, а также подтверждается протоколом личного досмотра физического лица и изъятия вещей от 30.10.2014г., согласно которому изъятый у ФИО1 телефон марки Айфон не упаковывался, а его технические характеристики не индивидуализированы (т. 1л.д. 30-33 материал проверки 94 гнк-14/45282).

Суд также принимает во внимание, что согласно пояснений истца, после изъятия при задержании у него телефона и передачи его родственникам, ФИО1 телефоном не пользовался, телефон не видел, о том, что с телефона удалена вся информация ему стало известно со слов родственников, которым телефон был передан. 

При этом суд отмечает, что с момента возврата телефона родственникам ФИО1 (декабрь 2014 года) и проведения проверок по обращениям брата истца ФИО4 о пользовании телефоном третьими лицами (обращение 02.11.2015г.), прошел длительный промежуток времени, что не исключает возможность пользования указанным телефоном родственниками истца, которым он был возвращен, а также в результате их действий удаление содержащейся в нем информации, в случае ее наличия.

Давая оценку представленным доказательствам в их совокупности по правилам части 3 статьи 67 ГПК РФ с учетом относимости, допустимости, достоверности каждого представленного доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь этих доказательств в их совокупности, с учетом установленных фактических обстоятельств дела, которые свидетельствуют об отсутствии необходимой совокупности признаков для возмещения компенсации морального вреда при отсутствии допустимых и относимых доказательств его наступления для истца, виновных действий ответчика, а также необходимой причинно-следственной связи, суд, руководствуясь вышеперечисленными правовыми нормами, приходит к выводу об отсутствии правовых оснований к удовлетворению заявленных исковых требований. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд 

<

адрес>.

Председательствующий судья /подпись/ Н.В. Заря