Дело № 1-47/2019

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

Санкт-Петербург 17 января 2019 года

Московский районный суд города Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Шамок С.Н., при секретаре Ивановой К.Н.,

с участием государственного обвинителя Шокурова С.С.,

защитника-адвоката Пчалиной Е.В., 

подсудимого ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дела № 1-47/2019 (11802400012000054) в отношении:

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина РФ, со средне-техническим образованием, не женатого, несовершеннолетних детей не имеющего, пенсионер, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, Санкт-Петербург, копию обвинительного заключения получившего ДД.ММ.ГГГГ, фактически задержанного и под стражей находящегося с 13.03.2018 года, ранее не судимого, имеющего хронические заболевания, по состоянию здоровья может участвовать в судебном заседании,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление совершено в Санкт-Петербурге при следующих обстоятельствах.

ФИО3 в неустановленное время, но в период с 00 часов 00 минут 09.12.2017 года по 00 часов 00 минут 09.01.2018 года, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в помещении 

<

адрес>, имея умысел на убийство ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ходе ссоры на почве внезапно возникшей личной неприязни, действуя умышленно, с целью убийства ФИО2, нанёс последнему не менее 17 ударов деревянной ножкой стола в область расположения жизненно важных органов – туловище, чем причинил ФИО2 следующие телесные повреждения:

- тупую открытую проникающую травму головы, включающую в себя рубленые переломы лобной кости слева (3), лобной кости справа и правой височной кости (2) с долами в виде сквозных трещин теменных, височных, клиновидной костей свода и основания мозгового отдела черепа, всех лицевых костей (кроме нижней челюсти), рубленые раны (10) головы в проекции свода черепа с кровоизлиянием в прилежащие мягкие покровы черепа, сквозные повреждения твёрдой мозговой оболочки в проекции лобной и теменных костей черепа, которая по признаку опасности для жизни человека, расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью;

- тупую закрытую травму груди, включающую в себя полный сгибательный поперечный перелом тела грудины с кровоизлиянием в прилежащие мягкие ткани, полный сгибательный косопоперечный перелом 7 левого ребра между левыми среднеключиной и передней подмышечной линиям с кровоизлияниями в прилежащие мягкие ткани, которая по признаку длительного расстройства здоровья расценивается как повреждение, причинившее вред здоровью средней тяжести. 

Далее, ФИО3 скрыл тело ФИО2, переместив его из 

<

адрес> в 

<

адрес> в подвальное помещение указанного дома. 

В результате указанных умышленных преступных действий ФИО3 смерть ФИО2 наступила в неустановленное время, но в период с 00 часов 00 минут 09.12.2017 года по 00 часов 00 минут 09.01.2018 года от тупой открытой проникающей травмы головы.

В судебном заседании подсудимый ФИО3 свою вину фактически не признал. 10 сентября 2018 года, ходе судебного следствия, при даче показаний в порядке ст. 275 УПК РФ, ФИО3 показал, что он знаком с ФИО2, с 90-х годов, на фоне того, что у ФИО2 умер друг, он, ФИО3, начал с ним общаться более плотно. В 2011-2012 года ФИО2 проживал у него, ФИО3, скрываясь, по его, ФИО3, мнению от людей, которым ФИО2 проиграл большую сумму денег. 

Позднее, при их встрече, находясь в помещении 

<

адрес>, ФИО2 украл у него, ФИО3, большую сумму денег в размере 50 000 рублей, однако, он, ФИО3, на момент совершения преступления простил его, ФИО2, и обиды не таил. 

17 декабря 2017 года, в вечернее время ФИО2 пришел к нему, ФИО3, домой в помещение 

<

адрес>, избитый, в крови для того, чтобы вернуть долг. В руках у ФИО2 находилась бутылка водки, и вторая бутылка водки находилась в кармане куртки наполовину полная. Он, ФИО3, принес ФИО2 тряпку для того чтобы тот приложил ее к ране, предложил ФИО2 вызвать скорую медицинскую помощь, но тот отказался. ФИО2 также рассказал ему, ФИО3, что за ним следят, далее ФИО2 рассказал ему, что у него, ФИО2, скоро будет свадьба и пригласил, быть на ней свидетелем, Он, ФИО3, сказал, что свидетелем он не будет, но на свадьбу придет. ФИО2 в этот момент употреблял спиртной напиток, употреблял ли алкогольный напиток он сам, ФИО3, не помнит. ФИО2 рассказывал ему, ФИО3, о том, что в 90-е годы грабил людей, однако данная информация не вызвала в нем, ФИО3, отрицательных эмоций. 

Далее, он сказал ФИО2, что сходит в магазин за еще одной бутылкой водки, потому что тоже хочет выпить. При этом он, ФИО3, сказал, чтобы ФИО2 оставался в квартире, денежные средства на покупку он, ФИО3, взял из кармана куртки ФИО2, о чем ему сообщил, и в 23:00 он, ФИО3, ушел в магазин. 

Подсудимый пояснил, что у него в 

<

адрес>, замок от двери закрывается разными ключами изнутри и снаружи. Уходя в магазин он, ФИО3, закрыл дверь квартиры с обратной стороны, ключей от квартиры кроме него, ФИО3, ни у кого не было, другой ключ, который открывал дверь изнутри, висел в прихожей. ФИО2 в этот момент оставался в помещении 

<

адрес>. 

Его, ФИО3, не было в квартире не менее часа, когда он вернулся в помещение 

<

адрес>, входная дверь была открыта, он увидел тело ФИО2 лежащее рядом со штангой, проверил у него пульс и обнаружил, что он, ФИО2, мертв.

При этом, он, ФИО3, не вызвал скорую медицинскую помощь и полицию, поскольку, он думал, что его обвинят в убийстве ФИО2, так как он, ФИО3, ранее уже был судим и отбывал наказание в местах лишения свободы. Он, ФИО3, выпил полбутылки водки от стресса и отнес тело ФИО2 в подвал 

<

адрес>. 

Поскольку, он, ФИО3, волочил тело ФИО2 за ноги в подвал вышеуказанного дома, то он, ФИО3, предполагает, что ФИО2 и мог получить ранения головы от ударов об лестницу. Он, ФИО3, пояснил, что не убивал ФИО2, вина его не доказана и у него не было мотива убивать ФИО2 По его, ФИО3, мнению в его отсутствие кто-то заходил в квартиру или ФИО2 сам куда-то выходил, получил ранения, от которых скончался. 

В ходе судебного следствия подсудимый пояснил, что конфликта между ним, ФИО3, и ФИО2 не было, они могли в шуточной форме сказать, что-то друг другу, но не более.

Свидетелю Свидетель №5 он, ФИО3, ничего не говорил о произошедшем. Когда Свидетель №5 искала свою кошку он, ФИО3, ей только сказал, чтобы та не ходила в подвал 

<

адрес>, так как там лежит труп ФИО2. Свидетель №5 оболгала его, ФИО3, дала неправдивые показания, в ходе предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства, поскольку на нее оказывали давление сотрудники полиции.

В ходе судебного разбирательства подсудимый также пояснил, что на предварительном следствии он, ФИО3, давал признательные показания своей вины под давлением сотрудников полиции, однако, с жалобами на действия сотрудников полиции никуда не обращался, поскольку считал, что это бесполезно. Давая признательные показания своей вины в инкриминируемом ему деянии, в ходе предварительного следствия, он, ФИО3, оболгал и оговорил себя, а ранее не давал правдивых, достоверных показаний, поскольку у Свидетель №5 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области работает знакомый и он, ФИО3, опасался за свою жизнь. Показания он, ФИО3, давал следователю в отсутствие защитника и понятых. В настоящий момент он, ФИО3, пояснил все произошедшие обстоятельства правдиво и достоверно, от своих показаний данных в ходе предварительного следствия он, ФИО3, полностью отказывается.

Несмотря на фактическое непризнание вины подсудимым в ходе судебного следствия, по мнению суда, вина ФИО3 подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, а именно:

- показаниями подсудимого ФИО3, оглашенными в ходе судебного следствия в порядке ст. 276 УПК РФ, были оглашены показания подсудимого данные им в качестве подозреваемого 13 марта 2018 года (том 1 л.д. 181-186) и обвиняемого 13 марта 2018 года (том 1 л.д. 190-193), 26 апреля 2018 года (том 1 л.д. 194-198), 30 июля 2018 года (том 1 л.д. 220-225), согласно которым 15 декабря 2017 года около 14 часов 00 минут, он из окна своей квартиры 43 дома 24 по улице Варшавской в Санкт-Петербурге, выглянув в окно, увидел своего знакомого ФИО2, с которым состоял в приятельских отношениях и периодически распивал спиртные напитки. Он, ФИО3, позвал ФИО2 к себе в квартиру. У последнего при себе была бутылка водки объёмом 0,5 литра, они начали совместно распивать спиртные напитки. При этом ранее, в 2013 году, ФИО2 проживал у него в 

<

адрес> около двух месяцев, однако, затем он, ФИО3, его, ФИО2, выгнал, поскольку заметил, что у него, ФИО1, начали пропадать из квартиры денежные средства.

После того как они распили бутылку водки, ФИО2 пошел в магазин и принес еще две бутылки водки объемом 0.5 литра. В ходе распития спиртных напитков, примерно в период времени с 18 часов 00 минут до 20 часов 00 минут 15 декабря 2017 года, во время разговора ФИО2 стал рассказывать ему, ФИО3, как он вместе со своими друзьями в 90-х годах грабили людей на улицах города. Учитывая, что в молодости его, ФИО3, также ограбили, ударив сзади, он, ФИО3, разозлился на ФИО2, поскольку тот рассказывал о произошедших событиях со смехом, не чувствуя своей вины, после чего он, ФИО3, грубо высказался, угрожая ФИО2 причинением телесных повреждений. ФИО2 взял со стола кухонный нож, который держал у себя, ФИО2, в руках. В этот момент он, ФИО3, дошёл до кладовки, взял мебельную ножку от стола, длинной около 70 см, и вернулся обратно в комнату к ФИО2 Удерживая мебельную ножку стола в правой руке, он, ФИО3, подошёл к сидящему на диване ФИО2 и с силой ударил того по голове ножкой от стола, находясь при этом сзади. Мебельной ножкой стола он нанёс ФИО2 не менее 3 ударов в область головы. ФИО2 от ударов упал на пол и более не шевелился. Возможно он, ФИО3, несколько раз ударил ФИО2 кулаками по корпусу. Когда тот упал, он сразу же понял, что убил ФИО2, так как последний не издавал каких-либо звуков и не шевелился. Он, ФИО3, решил отнести и спрятать тело ФИО2 в подвал 

<

адрес> в 

<

адрес>, поэтому подождал до 03 часов 00 минут 16.12.2017 года, после чего взял ФИО2 за ноги, вытащил тело из квартиры, волоча по полу, открыл дверь в подвал, скинул ФИО2 в подвал, а затем, закрыв за собой дверь, потащил труп ФИО2 в подвальные помещения. Он, ФИО3, оттащил ФИО2 подальше от входа в подвал, чтобы того не нашли, затем вышел из подвального помещения, закрыл дверь в подвал своим ключом и ушёл. Вернувшись, домой, он увидел, что в комнате много крови на том месте, где лежал ФИО2 После произошедшего он, ФИО3, ополоснул ножку стола водой и отнес обратно в кладовку, попытался вымыть пол шваброй от крови, однако, до конца ему, ФИО3, это сделать не удалось. 

12.03.2018 года около 14 часов 00 минут он выглянул в окно и увидел, что у парадной лежит труп ФИО2, вокруг которого находится много сотрудников полиции. Он полностью признаёт вину в совершении преступления, а именно, что он нанёс ФИО2о. не менее 3 ударов по голове, от которых последний скончался на месте. 

- показаниями потерпевшего ФИО6, данными в ходе судебного разбирательства 10 сентября 2018 года, согласно которым он является родственником ФИО2, который проживал один по адресу: 

<

адрес>. В последний раз он, Потерпевший №1, видел ФИО2 в конце ноября 2017 года, когда он, Потерпевший №1, приходил к нему домой за квитанцией о квартплате. В середине декабря 2017 года он, Потерпевший №1, звонил ФИО2 на мобильный телефон, но тот не отвечал на звонки, поэтому он, Потерпевший №1, поехал в квартиру, где проживал, ФИО2 Последнего в квартире не было, соседи пояснили ему, что видели ФИО2 09 декабря 2017 года, и поэтому он, Потерпевший №1, принял решение обратиться в отдел полиции с заявлением об исчезновении ФИО2 о том, что ФИО2 убили, он узнал от сотрудников полиции (том 3. 

<

адрес>);

- показаниями свидетеля Свидетель №5, данными в ходе судебного разбирательства 10 сентября 2018 года, в совокупности с показаниями свидетеля, данными ею на предварительном следствии 12 марта 2018 года и оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д. 161-165), из общего содержания которых следует, что Свидетель №5 проживает по адресу: 

<

адрес>. Ей знаком ФИО3, так как он проживает в 

<

адрес> указанного дома. Около 20 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ к ней в квартиру, в которой также вместе с ней находился Свидетель №4, пришёл ФИО3, который сел в кресло в комнате и показал ей жестом, что не хочет говорить при посторонних. Она сказала Свидетель №4 пойти на кухню и сделать чай. Когда она осталась в комнате с ФИО3, тот рассказал ей, что 12.03.2018 года в подвале их дома нашли труп ФИО2. ФИО3 сказал, что ФИО2 являлся его знакомым и в какой-то период времени проживал у ФИО3 в квартире. Со слов ФИО3 он в период с 01.12.2017 года по 31.01.2018 года нанёс удар рукой в область лица ФИО2, после чего отнёс последнего в подвал дома. Она предполагает, что у ФИО3 мог возникнуть бытовой конфликт с ФИО2, так как когда ФИО3 находится в состоянии алкогольного опьянения, то ведёт себя агрессивно и может ударить. Ей, Свидетель №5, известно, что у ФИО3 есть ключ от подвального помещения указанного дома, так как он помогал ей искать кошку в подвале. При этом ФИО3 открывал дверь в подвал самостоятельно имеющимся у него ключом.;

После оглашения показаний, данных в ходе предварительного следствия, все обстоятельства, изложенные в протоколе допроса, свидетель Свидетель №5 подтвердила, показав, что ряд противоречий в фактических обстоятельствах произошедшего в показаниях суду связаны с истечением длительного периода времени со дня ее допроса следователем.

- показаниями свидетеля Свидетель №2 допрошенного в ходе судебного следствия ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым он работает в ООО «Жилкомсервис №

<

адрес>» в должности сантехника. В его должностные обязанности входит обслуживание жильцов домов, в числе которых 

<

адрес>. В связи с исполнением своих должностных обязанностей он зашёл в подвальное помещение вышеуказанного дома, где обнаружил труп мужчины одетого только в майку. Далее он, Свидетель №2, позвонил мастеру участка и сообщил о произошедшем. Мастер участка спустился к нему в подвал, он, Свидетель №2, показал ему труп, после чего мастер участка позвонил в полицию (том 3 л.д. 190-191);

- показаниями свидетеля Свидетель №4 от ДД.ММ.ГГГГ, оглашенными с согласия сторон в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ в ходе судебного разбирательства (том 1 л.д. 151-154), из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ он приехал в гости к Свидетель №5 по адресу: 

<

адрес>, где находился до ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ около 19 часов 00 минут к ним в квартиру постучался сосед, как сказала Свидетель №5, ФИО3, сообщивший, что в подвале указанного дома обнаружили труп мужчины, который лежит около двух месяцев. Во время общения они решили выпить чай, и он, Свидетель №4, пошел на кухню приготовить всем чай, а Свидетель №5 и ФИО3 остались в комнате, где о чём-то разговаривали. Со слов ФИО3 ему известно, что у того есть ключи от подвала. 

- показаниями свидетеля Свидетель №6 допрошенной в ходе судебного следствия ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым она является начальником участка ООО «Жилкомсервис №

<

адрес>». В обслуживании их участка находится 

<

адрес> в 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ около 1 часов 30 минут ей позвонил техник-смотритель Свидетель №3, сообщил об обнаружении трупа неизвестного мужчины в подвале 

<

адрес> в 

<

адрес>. 

- показаниями свидетеля Свидетель №3 от ДД.ММ.ГГГГ, оглашенными с согласия сторон в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ в ходе судебного разбирательства (том 1 л.д. 121-123), из которых следует, что он работает в ООО «Жилкомсервис №

<

адрес>» в должности техника-смотрителя. В его должностные обязанности входит: проверка технического состояния зданий, в том числе 

<

адрес> в 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ с 09 часов 00 минут он, Свидетель №3, делал обход по домам в его распоряжении. ДД.ММ.ГГГГ около 10 часов 00 минут он, Свидетель №3, находился на участке у 

<

адрес> в 

<

адрес> и на мобильный телефон ему позвонил слесарь-сантехник Свидетель №2, который сообщил, что в помещении подвала между 2 и 3 парадной 

<

адрес> в 

<

адрес> он обнаружил труп неизвестного мужчины. Он, Свидетель №3, был в подъезде на 3 этаже и спустился к Свидетель №2, и тот в подвальном помещении показал ему труп (как было установлено на предварительном следствии - ФИО2). Он, Свидетель №3, позвонил в полицию с мобильного телефона и сообщил о случившемся. 

- показаниями свидетеля ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, оглашенными с согласия сторон в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д. 106-108, 110-112), согласно которым он является родственником ФИО2 В конце октября 2017 года он, Свидетель №1, приезжал к ФИО2 на день рождения. ФИО3 ему не знаком, но ФИО2 как-то раз упоминал, что ходит к кому-то распивать алкогольные напитки к человеку, который проживает на 

<

адрес> в 

<

адрес>. Когда он, Свидетель №1, звонил ФИО2, тот всегда брал мобильный телефона его звонки, не было такого, что мобильный телефон ФИО2 отвечал посторонний человек. Он, Свидетель №1, допускает, что ДД.ММ.ГГГГ разговаривал по мобильному телефону ФИО2;

Кроме того, вина подсудимого ФИО3 в совершении указанного преступления, подтверждается и совокупностью следующих письменных доказательств стороны обвинения, представленных суду и исследованных в ходе судебного разбирательства, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия и трупа от 12.03.2018 года, из которого следует, что осмотрено подвальное помещение 

<

адрес> в 

<

адрес>, вход в которое осуществляется через парадную №3. Вход в подвальное помещение расположено слева от лестничного марша 1 этажа и оборудован металлической дверью коричневого цвета со встроенным запорным устройством. На момент осмотра подвал открыт, запорное устройство без видимых повреждений. Далее в помещение подвала ведёт металлическая лестница. Во втором подвальном помещении на расстоянии 1,5 метра от входа обнаружен труп неизвестного мужчины с поздними гнилостными изменениями. В ходе осмотра трупа (установленного в ходе предварительного следствия как ФИО2) в проекции обоих лобных дуг обнаружены дефекты кожи, состоящие из отломов черепа и жёлтого вещества головного мозга. В ходе осмотра изъято: куртка зеленого цвета, две тёмные дактилоплёнки со следами обуви прямоугольной формы; ватный тампон, окрашенный веществом серо-буроватого цвета; семь липких лент со следами рук (том 1 л.д. 27-51);

- протоколом предъявления для опознания по фотографии от 04.04.2018 года, согласно которому следует, что Потерпевший №1 опознал труп неизвестного мужчины, обнаруженный в подвальном помещении 

<

адрес> в 

<

адрес>, как ФИО2 (том 1 л.д. 64-68);

- протоколом обыска от 12.03.2018 года, из которого следует, что в помещении комнаты 

<

адрес> в 

<

адрес> в её правом дальнем углу относительно входа расположены предметы домашнего обихода. ФИО3 в ходе производства обыска пояснил, что в указанном месте комнаты он нанёс не менее 2 ударов ФИО2 В ходе осмотра обнаружены следы крови на полу в виде пятен, а также следы крови в виде брызг на прилегающей стене. В ходе обыска изъято: вырез бумажных обоев, вырез ковра, деревянная ножка стола, семь фрагментов паркета, предметы одежды ФИО3: футболка красного цвета, футболка чёрного цвета, спортивные брюки тёмно-серого цвета. Ключи коричневого цвета, мобильный телефон чёрного цвета, марки «Jinga Simple F170» (том 2 л.д. 79-84, 104);

- протоколом предъявления предмета для опознания от 26.04.2018 года, согласно которому ФИО3 опознал мебельную ножку стола, изъятую в ходе обыска по адресу: 

<

адрес>, пояснив, что данная ножка принадлежит ему (том 1 л.д. 199-202);

- протоколом выемки от 29.05.2018 года, согласно которому в помещении следственного отдела по Московскому району Главного следственного управления Следственного комитета РФ по г. Санкт-Петербургу по адресу: 

<

адрес>, московский пр., 

<

адрес>, у свидетеля ФИО7 была произведена выемка распечаток детализаций оказанных услуг по абонентскому номеру ФИО7 (№) (том 2 л.д. 72-75);

- протоколом осмотра предметов от 29.07.2018 года, из которого следует, что в помещении следственного отдела по Московскому району Главного следственного управления Следственного комитета РФ по г. Санкт-Петербургу по адресу: 

<

адрес> произведён осмотр выписки телефонных соединений абонента № принадлежащий ФИО7 В ходе осмотра установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 55 минут с абонентского номера № ФИО7, был совершён исходящий звонок на абонентский №, используемый ФИО2 (том 3 л.д. 108-110);

- протоколом осмотра предметов от 25.07.2018 года, согласно которому в помещении следственного отдела по Московскому району Главного следственного управления Следственного комитета РФ по г. Санкт-Петербургу по адресу: 

<

адрес>, произведён осмотр выписки телефонных соединений абонента №, принадлежащий ФИО2 В ходе осмотра установлено, что ДД.ММ.ГГГГ мобильный телефон №, используемый ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 55 минут 08 секунд на абонентский № поступил входящий звонок с абонентского номера №, принадлежащий ФИО7, зафиксированный базовой станцией по адресу: 

<

адрес>, данная базовая станция находится вблизи 

<

адрес> в 

<

адрес>. В период с 09. 12.2017 по ДД.ММ.ГГГГ на абонентский номер ФИО2 неоднократно осуществлялись входящие вызовы, которые базовыми станциями не фиксировались, а вызовы не были приняты абонентом (том 3 л.д. 97-101);

- заключением эксперта № от 13.04.2018 года, согласно выводам которого на спортивных брюках тёмно-серого цвета, изъятых 12.03.2018 года в ходе обыска по адресу: 

<

адрес>, и принадлежащих ФИО3, обнаружены следы крови ФИО2 (том 2 л.д. 178-182);

- заключением эксперта №558 от 09.04.2018 года, согласно выводам, которого в следах на вырезе обоев, вырезе ковра, верхней части ножки стола и семи фрагментов деревянного паркета, изъятых 12.03.2018 в ходе обыска по адресу: 

<

адрес>, обнаружена кровь ФИО2 (том 2 л.д. 191-195);

- заключением эксперта №177/1596-1 от 28.04.2018 года, согласно которому причина смерти неизвестного мужчины установленного в ходе следствия ФИО2 не определена вследствие развития выраженных поздних трупных изменений в виде мумификации и гниения. Давность наступления смерти соответствует 2-3 месяцам до момента фиксации трупных изменений на месте обнаружения трупа. У трупа ФИО2 обнаружены следующие повреждения, составляющие в совокупности открытую проникающую травму головы: рубленные переломы лобной кости слева (3), лобной кости справа и правой височной кости (2) с доломами в виде сквозных трещин теменных, височных, клиновидной костей свода и основания мозгового отдела черепа, всех лицевых костей (кроме нижней челюсти); рубленые раны (10) головы у проекции свода черепа, с кровоизлиянием в прилежащие мягкие покровы черепа; сквозные повреждения твёрдой мозговой оболочки в проекции лобной и теменных костей черепа. На своде черепа обнаружено 5 рублевых переломов: в лобной области слева (3), в лобной и височной области справ (2) с доломами, на что указывают прямолинейная и слегка дугообразная форма, ровные края, гладкие стенки. Указанные переломы причинены предметом, обладающим рубящим действием, имеющим острый край и большую массу, на что указывает рубленый характер переломов. На кожном лоскуте головы установлено 10 ран, значительно видоизменённых действием грызунов, на что указывает наличие дефектов ткани, с частью относительно ровными, частью неровными бахромчатыми краями, относительно ровными и неровными подрытыми стенками с параллельными бороздками на них, наличием мелких поверхностных повреждений по краям и на окружающей их коже. Раны с соответствующими им 5-ю рублеными переломами черепа причинены 5-ю воздействиями предмета, обладающего рубящим действием. Остальные раны причинены предметом, обладающим острой кромкой (острым краем), о чем свидетельствуют их ровные края, ровные стенки и остроугольные концы. Не исключается возможность причинения всех повреждений одним предметом и при разной кинетической энергии воздействия. Совокупное число ран и их отрезков с соответствующими ранам рублеными повреждениями черепа указывает на то, что все повреждения головы образовались не менее, чем от 17 травмирующих воздействий. Ввиду причинения повреждений головы рубящим предметом, данные повреждения не могли образоваться от воздействия обутой ногой или рукой человека, а также при падении с любой высоты и соударении с тупой твёрдой преобладающей поверхностью опоры. Травма головы причинила тяжкий вред здоровью, поскольку сопровождалась переломами наружной и внутренних костных пластинок свода и снования черепа, что является медицинским критерием квалифицирующего признака тяжкого вреда здоровью – опасности для жизни. Травма головы причинена прижизненно, на что указывает кровоизлияние подкожных покровов головы, прилежащих к ранам, однако установить давность ей причинения перед смертью не представилось возможным, вследствие выраженных поздних трупных изменений трупа, поэтому ответить на вопрос об одновременности причинения повреждений, составляющих в совокупности травму головы, не представилось возможным. Травма головы не исключала возможности совершения пострадавшим человеком действий – передвигаться, кричать, поскольку отсутствовали повреждения ствола головного мозга. Составляющие в совокупности тупую закрытую травму груди: полный сгибательный поперечный перелом тела грудины; полный, сгибательный косопоперечный перелом 7 ребра между левыми среднеключичной и передней подмышечной линиями, с кровоизлияниями в прилежащие мягкие ткани. Тупая закрытая травма груди причинена воздействием травмирующего предмета с тупой твёрдой следообразующей поверхностью по механизму удара, на что указывают: переломы грудины и 7-го левого ребра. Данная травма могла быть причинена как от однократного воздействия травмирующего предмета в нижнюю треть передней поверхности груди слева, так и от двукратного воздействия предмета (предметов) по передней поверхности груди в места, расположенные рядом с переломами, на что указывает сгибательный характер переломов грудины и 7-го левого ребра. Тупая закрытая травма груди причинена пожизненно, на что указывает кровоизлияние подкожных покровов, прилежащих к переломам грудины и 7-го левого ребра, однако установить давность её причинения перед смертью не представилось возможным, вследствие выраженных поздних трупных изменений трупа. Тупая закрытая травма груди причинила вред здоровью средней степени по квалифицирующему признаку – длительному расстройству здоровья. После причинения тупой закрытой травмы груди пострадавший человек мог совершать действия передвигаться, кричать. Этиловый спирт в скелетной мышце обнаружен в концентрации 1,4 ±0,1%о, что у живых лиц может соответствовать легкой степени алкогольного опьянения. Результат имеет относительное значение, поскольку часть данной концентрации этилового спирта могла образоваться при гниении трупа (том 2 л.д. 217-243, т.3 л.д. 1-25);

- заключением комиссии экспертов №90-О от 28.06.2018 года, согласно выводам, которого у ФИО2 обнаружена тупая открытая проникающая травма головы: многооскольчатый перелом костей черепа (представляет собой комплекс переломов костей свода и основания черепа – лобной кости слева, лобной кости справа, правой височной кости, правой и левой теменных костей, правой и левой височных костей, клиновидной кости, всех лицевых костей черепа (кроме нижней челюсти); раны головы (10) в проекции свода черепа, с кровоизлиянием в прилежащие мягкие покровы черепа; сквозные повреждения твёрдой мозговой оболочки в проекции лобной и теменных костей черепа. Тупая закрытая травма груди: полный сгибательный поперечный перелом тела грудины с кровоизлиянием в прилежащие мягкие ткани; полный, сгибательный косопоперечный перелом 7 левого ребра между левыми среднеключичной и передней подмышечной линиями с кровоизлияниями в прилежащие мягкие ткани. Исходя из того, что труп находится в состоянии выраженной мумификации (резкого высыхания и твёрдой консистенции кожи, и подкожных мягких покровов головы) достоверно определить наличие каких - либо иных повреждений и описать их характеристики не представляется возможным. Сущность и морфологические особенности ран головы ФИО2: линейная (прямолинейная или дугообразная) форма ран при сопоставленных краях; наличие мелконеровных, не размозженных, узкоосадненных краев с чётким внешним контуром осаднения; тупые концы (а при наличии в ранах равного компонента – остроугольные); наличие мелконеровных стенок с вывихнутыми в просвет раны волосяными луковицами; наличие соединительно-тканных перемычек в концах раны; несквозной либо частично сквозной характер ран с перемычками повреждённого апоневроза в дне), а также многооскольчатого перелома плоских костей черепа (линейные многооскольчатый перелом не вдавленного характера) свидетельствуют о том, что тупая открытая проникающая травма головы была причинена в результате ударного травмирующего воздействия тупым твёрдым предметом, который имел на следообразующей поверхности прямоугольное ребро. Тупая открытая проникающая травма головы ФИО2 причинена пожизненно, на что указывает наличие кровоизлияний в мягких тканях головы в области повреждений. Согласно результатам медико-криминалистического исследования, совокупное число ран на голове ФИО2 (10) и их отрезков с соответствующими ранам повреждениями черепа указывает на то, что все повреждения головы образовались не менее, чем от 17 травмирующих воздействий». Тупая закрытая травма груди ФИО2 в виде перелома тела грудины и перелома 7 ребра причинена в результате ударного травмирующего воздействия тупым твёрдым предметом, на что указывает сущность повреждений. Тупая закрытая травма груди ФИО2 причинена пожизненно, на что указывает кровоизлияние подкожных покровов, прилежащих к переломам грудины и 7 левого ребра. Тупая закрытая травма груди ФИО2 могла быть причинена как от однократного травмирующего воздействия тупым твёрдым предметом в нижнюю треть передней поверхности груди слева, так и от двукратного травмирующего воздействия тупым твёрдым предметом по передней поверхности груди в места, расположенные рядом с переломами, на что указывает сгибательный характер переломов грудины и 7 левого ребра. Достоверно определить причину наступления смерти ФИО2 из-за выраженности трупных изменений (мумифицированное состояние трупа, гнилостные изменения и частичное высыхание внутренних органов трупа) не представляется возможным. При этом, смерть ФИО2 могла наступить от тупой открытой проникающей травмы головы, на что указывает: открытый проникающий характер повреждений костей черепа прижизненность причинения травмы головы, выраженность и объём повреждений черепа и мягких тканей головы, которые представляют непосредственную опасность для жизни и для которых характерно повреждение структур головного мозга, в результате чего, при условии отсутствия оказания медицинской помощи, происходит наступление смерти (как от непосредственного повреждения жизненноважных структур головного мозга, так и от развития осложнений). Установленные при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО2 прижизненные повреждения могли быть причинены в результате травмирующего воздействия представленной на исследование ножкой от мебели, на что указывает: представленная на исследование ножка от мебели является тупым твёрдым предметом, обладает достаточной массой (652 грамм) для причинения её ударным воздействием ран кожи и переломов костей черепа; представленная на исследование ножка от мебели имеет в своём основании (верхней следообразующей части) плоские грани, сходящиеся под прямыми углами и образующие, хорошо выраженные прямолинейные рёбра, для которых характерно причинение ушибленных либо ушиблено-рваных кожных ран с переломами подлежащих плоских костей черепа линейного либо оскольчатого характера: морфологические особенности ран, характерные для действия тупого твёрдого предмета, линейная (прямолинейная либор дугообразная) форма ран при сопоставленных краях, наличие мелконеровных, не размозжённых, узкоосаднённых краёв с чётким внешним контуром осаднения, тупые концы (а при наличии в ранах рваного компонента – остроугольные); наличие мелконеровных стенок с вывихнутыми в просвет раны волосяными луковицами; наличие соединительно-тканных перемычек в концах раны; несквозной либо частично сквозной характер ран с перемычками поврежденного апоневроза в дне, морфологические особенности многооскольчатого перелома плоских костей черепа, характерные для действия тупого твёрдого предмета, линейный многооскольчатый перелом (не вдавленного характера); сходность по общегрупповым признакам и соизмеримость параметров представленного травмирующего предмета (ножки от мебели) с параметрами модели травмирующего предмета, установленного при исследовании кожных ран и многооскольчатого перелома костей черепа, морфологические особенности переломов тела грудины и 7 левого ребра, характерные для действия тупого твёрдого предмета: сгибательный неоскольчатый характер и при этом прямая линия переломов. Исходя из результатов проведённого исследования представленных материалов следует, что образование всего комплекса повреждений на голове ФИО2 (включающий раны головы (10) и многооскольчатый перелом подлежащих костей черепа) и груди (включающий переломы тела грудины и 7 левого ребра) в результате неоднократных ударных воздействий представленной ножкой от мебели (при которых в следообразующей части её травмирующей поверхности находилось любое их хорошо выраженных прямолинейных ребер, имеющихся в основании ножки) возможно (том 3 л.д. 29-60);

- заключением комиссии экспертов № 118-О от 25.07.2018 года, согласно выводам которого, ФИО3 в ходе проведения проверки на месте указано на наличие у ФИО2 возможности к совершению активных целенаправленных действий при нахождении в сознании (передвижение, поддержание двустороннего диалога, употребление алкогольных напитков). В представленной на исследование видеозаписи проверки показаний на месте с участием ФИО3 26.06.2018 года не описываются собственно обстоятельства получения ФИО2 повреждений, установленных на его трупе. Однако, показания ФИО3 о наличии у ФИО2 продолжавшегося кровотечения из имевшихся на голове повреждений, указывают на течение ранней стадии посттравматического периода, непосредственно после причинения повреждений. При этом из показаний ФИО3 следует, что ФИО2, несмотря на имеющуюся травму головы, находился в сознании и совершал активные целенаправленные действия, а именно, самостоятельно передвигался, поддерживал двусторонний диалог, употреблял алкогольные напитки. Следует отметить, что возможность к активным действиям определяется тяжестью черепно-мозговой травмы и наличием (отсутствием) сознания. Имевшаяся у ФИО2 тупая открытая проникающая травма головы, состоящая из многооскольчатого перелома костей черепа (комплекс переломов костей свода и основания черепа – лобной кости слева, лобной кости справа, правой височной кости, правой и левой теменных костей, правой и левой височных костей, клиновидной кости, лицевых костей черепа кроме нижней челюсти) и десяти ран головы со сквозными повреждениями твёрдой мозговой оболочки в проекции лобной и теменных костей черепа, согласно ранее установленному механизму, образовались не менее чем от 17 травмирующих воздействий. Для подобной травмы головы (учитывая её открытый и проникающий характер, наличие обширного многооскольчатаго перелома костей черепа, наличие множественных ран головы) характерны грубые повреждения жизненно-важных структур головного мозга, что сопровождается потерей сознания в момент получения травмы. При этом, в случае восстановления сознания спустя промежуток времени (минуты-часы), возможно совершение комплекса неосознанных действий характера рефлекторного автоматизма (с кажущейся целенаправленностью и отсутствием адекватности окружающей обстановки). Совершение же активных сложных целенаправленных действий при наличии подобных обширных разрушений костей черепа, в том числе основания черепа, с сопутствующим повреждением мозговых оболочек, нехарактерно. Таким образом, комиссия экспертов считает, что ФИО2, после получения им тупой открытой проникающей травмы головы, установленной при судебно-медицинской экспертизе его трупа, с учётом грубого характера и большого объёма травмы, не мог находиться в сознании и совершать активные целенаправленные действия самостоятельно (том 3 л.д. 65-71);

- заключением эксперта №27/Э/293-18 от 16.03.2018 года, согласно выводам которого след пальца руки на эмульсионном слое липкой ленты №6 изъятой с поверхности металлической двери, ведущей в подвал в ходе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес> принадлежат ФИО3 (том 2 л.д. 164-166);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 13.03.2018 года, согласно которому у ФИО3 в помещении следственного отдела по 

<

адрес> Главного следственного управления следственного комитета РФ по 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>, каб. 1, получены образцы отпечатков пальцев рук (том 2 л.д. 112-113);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 13.03.2018 года, согласно которому у ФИО3 в помещении СПБ ГБУЗ «Городская больница №20» по адресу: 

<

адрес>, лит. А. получены образцы крови (том 2 л.д. 116-117);

- протоколом осмотра предметов от 20.04.2018 года, согласно которому в помещении следственного отдела по Московскому району Главного следственного управления Следственного комитета РФ по 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>, было осмотрено две тёмные дактилоплёнки со следами обуви прямоугольной формы; ватный тампон, окрашенный веществом серо-бурового цвета; семь липких лент со следами рук; вырез бумажных обоев; вырез ковра; деревянная ножка стола; семь фрагментов паркета; предметы одежды ФИО3 футболка красного цвета, куртка зелёного цвета; спортивные брюки тёмно-серого цвета; ключи коричневого цвета; блокнот чёрного цвета, мобильный телефон чёрного цвета, марки «SENSEIT», мобильный телефон чёрного цвета, марки «Jinga Simple F170» (том 2 л.д. 118-122);

- протоколом проверки показаний обвиняемого ФИО3 на месте от 26.06.2018 года, согласно которому он, находясь по адресу: 

<

адрес>, сообщил, что ДД.ММ.ГГГГ к нему домой пришёл ФИО2 с повреждениями головы. Он не наносил удары в область головы ФИО2, а нанёс только не более 2 ударов в живот ФИО2 Так как ФИО2 умер, то он, ФИО3, скрыл труп последнего в подвальном помещении 

<

адрес> (том 1 л.д. 203-211);

- протоколом предъявления предмета для опознания от 26.04.2018 года, согласно которому ФИО3 опознал мебельную ножку стола, изъятую в ходе обыска по адресу: 

<

адрес>, пояснив, что данная ножка принадлежит ему, но удары ФИО2 данной ножкой не наносил (том 1 л.д. 199-202);

- вещественными доказательствами, изъятыми в ходе предварительного следствия, среди которых: куртка зелёного цвета, две тёмные дактилоплёнки со следами обуви прямоугольной формы; ватный тампон окрашен веществом серо-буроватого цвета; семь липких лент со следами рук; вырез бумажных обоев; вырез ковра; деревянная ножка стола; семь фрагментов паркета; футболка красного цвета; футболка чёрного цвета; спортивные брюки тёмно-серого цвета; ключи коричневого цвета; блокнот чёрного цвета; мобильный телефон чёрного цвета, марки «SENSEIT», мобильный телефон чёрного цвета, марки «Jinga Simple F170»; выписки информации о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами ПАО «Мегафон» по абонентскому номеру №; выписки информации о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами ПАО «ВымпелКом» по абонентскому номеру №; выписки информации о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами ПАО «ВымпелКом» по абонентскому номеру № (том 3 л.д. 111-112);

- иным документом - заявлением ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированным в книге учёта № сообщение о преступлении в 31 отделе полиции УМВД России по 

<

адрес>, согласно которому Потерпевший №1 просит установить местонахождение ФИО2, так как утратил связь с последним (том 1 л.д. 97).

Анализируя собранные по настоящему делу доказательства, суд считает их относимыми, поскольку обстоятельства, которые они устанавливают, относятся к предмету доказывания по делу в соответствии со ст. 73 УПК РФ, допустимыми и объективными, не усматривая нарушений требований УПК РФ при их получении, и достоверными, поскольку они носят непротиворечивый взаимодополняющий характер, а в совокупности достаточными для разрешения настоящего уголовного дела, а вину подсудимого ФИО3 в совершении убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, установленной и доказанной.

Свидетели, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании давали показания, изобличающие ФИО3 в совершении инкриминируемого ему преступления. При этом свидетель Свидетель №5, пояснила, что находилась в соседских отношениях с ФИО3, последний пришел к ней в квартиру, в которой она находилась со свидетелем ФИО20, при этом ФИО3 показал ей жестом, что хочет рассказать ей что-то, но не в присутствии ФИО20, когда свидетель ФИО20 покинул комнату, в которой находилась Свидетель №5 с ФИО3, последний ей подробно рассказал, что он в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ нанёс удар рукой в область лица своего знакомого ФИО2, после чего отнёс последнего в подвал дома. Свидетель Свидетель №5, пояснила, что у ФИО3 мог возникнуть бытовой конфликт с ФИО2, так как когда ФИО3 находится в состоянии алкогольного опьянения, то ведёт себя агрессивно и может ударить. Свидетелю Свидетель №5 известно, что у ФИО3 есть ключ от подвального помещения указанного дома, так как он помогал ей искать кошку в подвале. При этом ФИО3 открывал дверь в подвал самостоятельно имеющимся у него ключом. 

Суд полностью доверяет показаниям потерпевшего ФИО6, а также показаниям свидетелей Свидетель №5, Свидетель №2, ФИО7, Свидетель №6, допрошенных в ходе судебного следствия, и показаниям свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, оглашенным в ходе судебного разбирательства в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, поскольку показания вышеуказанных лиц последовательны, подробны, логичны, и непротиворечивы, взаимно дополняют друг друга, согласуются как между собой, так и с исследованными письменными доказательствами стороны обвинения. 

Причин для оговора свидетелями подсудимого судом не установлено, поскольку, как пояснили свидетели в ходе судебного следствия, личной неприязни они к подсудимому не испытывают.

Как в ходе предварительного, так и в ходе судебного следствия, свидетелям и потерпевшему перед началом допроса были разъяснены права, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, положения ст. 51 Конституции РФ. Также свидетели и потерпевший были предупреждены об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний в соответствии со ст.ст. 307-308 УК РФ. С протоколами следственных действий свидетели и потерпевший ознакомились лично в полном объеме, подтвердили правильность их составления своими подписями, замечаний на протоколы допроса не приносили. Учитывая изложенное, суд не усматривает оснований сомневаться в перечисленных показаниях свидетелей. 

Доводы подсудимого о том, что он, ФИО3, не наносил удары ножкой стола ФИО2, а также о том, что ФИО2 выходил из 

<

адрес>, в то время, как он, ФИО3, ходил в магазин, и получение ранений ФИО2 от другого лица, а также о получении ранений от ударов об лестницу подвального помещения повлекшие смерть последнего, были тщательно проверены судом и не нашли подтверждения в ходе судебного следствия, поскольку они полностью опровергаются исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела, показаниями свидетелей и подсудимого, данными им в ходе предварительного следствия. 

Так, в ходе проведения следственных действий 12 марта 2018 года, при производстве обыска в жилище подсудимого, в 

<

адрес>, была изъята ножка стола коричневого цвета, на которой согласно экспертному заключению № 558 от 16 марта 2018 года в следах на вырезе обоев, вырезе ковра, верхней части ножки стола и фрагментах деревянного паркета, изъятых с места происшествия, обнаружена кровь ФИО2 Вышеуказанная ножка стола была изъята, согласно протоколу обыска от 12 марта 2018 года, слева от входа в квартиру в кладовом помещении. Более того, при производстве обыска подсудимый ФИО3 уверенно поясняет где, в каком месте, в каком количестве наносил удары ФИО2

Данные обстоятельства опровергают версию подсудимого о том, что он не наносил удары ФИО2 данной ножкой стола, а также о том, что потерпевший получил травмы выходя из квартиры. Данный документ составлен без нарушений уголовно-процессуального закона, оснований не доверять ему у суда не имеется.

Давая показания в качестве подозреваемого и обвиняемого 13 марта 2018 года, ФИО3 подробно, последовательно описывал механизм нанесения им ударов потерпевшему и их локализацию, также подробно описывал положение потерпевшего в момент нанесения ударов. 

Из приведенных протоколов допросов ФИО3 в качестве подозреваемого и обвиняемого от 13 марта 2018 года усматривается, что каждый допрос проводился с участием защитника, в каждом случае ФИО3 было разъяснено, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе, и в случае его последующего отказа от них. ФИО3 с протоколами допросов был ознакомлен в полном объеме и подтвердил правильность их составления своей подписью. Какие-либо замечания от подсудимого и защитника на неточность, неполноту протоколов, либо нарушение закона при производстве данных следственных действий, отсутствуют. 

Показания, данные подсудимым в ходе предварительного следствия 13 марта 2018 года, описывают всю картину фактических обстоятельств произошедшего, логичны, согласуются между собой и иными доказательствами по делу. 

Суд также полагает необходимым доверять показаниям подсудимого, данным им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого 13 марта 2018 года, поскольку ФИО3 давал данные показания сразу же после произошедших событий, в присутствии защитника в момент, когда защитная версия еще не была выстроена подсудимым.

С целью проверки позиции ФИО3, признававшего вину в совершении инкриминируемого ему преступления, на стадии предварительного следствия 26 июня 2018 года с участием понятых и защитника, с соблюдением требований ст. 194 УПК РФ, была проведена проверка показаний на месте происшествия, где ФИО3 подробно, уверенно продемонстрировал свои действия в момент совершения преступления, фактически подтвердив каким образом, избавлялся от трупа с целью укрытия совершенного им преступления. Из текста протокола проверки показаний на месте также следует, что ФИО3 давал пояснения добровольно, самостоятельно, без вмешательства иных лиц, в присутствии защитника.

Также, показания ФИО3 в части характера нанесения телесных повреждений потерпевшему, данные им на предварительном следствии 13 марта 2018 года, подтверждаются заключением судебно-медицинских экспертов № 90-О от 28 июня 2018 года, согласно которому установленная обнаружена тупая открытая проникающая травма головы была причинена в результате ударного травмирующего воздействия тупым твёрдым предметом, который имел на следообразующей поверхности прямоугольное ребро. Тупая открытая проникающая травма головы ФИО2 причинена пожизненно, на что указывает наличие кровоизлияний в мягких тканях головы в области повреждений. Тупая закрытая травма груди ФИО2 могла быть причинена как от однократного травмирующего воздействия тупым твёрдым предметом в нижнюю треть передней поверхности груди слева, так и от двукратного травмирующего воздействия тупым твёрдым предметом по передней поверхности груди в места, расположенные рядом с переломами, на что указывает сгибательный характер переломов грудины и 7 левого ребра. При этом, смерть ФИО2 могла наступить от тупой открытой проникающей травмы головы, на что указывает: открытый проникающий характер повреждений костей черепа прижизненность причинения травмы головы, выраженность и объём повреждений черепа и мягких тканей головы, которые представляют непосредственную опасность для жизни и для которых характерно повреждение структур головного мозга, в результате чего, при условии отсутствия оказания медицинской помощи, происходит наступление смерти (как от непосредственного повреждения жизненноважных структур головного мозга, так и от развития осложнений). 

Установленные при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО2 прижизненные повреждения могли быть причинены в результате травмирующего воздействия представленной на исследование ножкой от мебели, на что указывает: представленная на исследование ножка от мебели является тупым твёрдым предметом, обладает достаточной массой (652 грамм) для причинения её ударным воздействием ран кожи и переломов костей черепа.

Исходя из результатов проведённого исследования представленных материалов следует, что образование всего комплекса повреждений на голове ФИО2 (включающий раны головы (10) и многооскольчатый перелом подлежащих костей черепа) и груди (включающий переломы тела грудины и 7 левого ребра) в результате неоднократных ударных воздействий представленной ножкой от мебели (при которых в следообразующей части её травмирующей поверхности находилось любое их хорошо выраженных прямолинейных ребер, имеющихся в основании ножки) возможно (том 3 л.д. 29-60).

Версия ФИО3 о непричастности к совершению данного преступления, данные в ходе судебного следствия о том, что ФИО2 мог получить травмы головы выйдя из квартиры, либо иное лицо могло нанести ему удары, в последствии от которых ФИО2 скончался, опровергается как показаниями самого подсудимого данными им в ходе предварительного следствия 13 марта 2018 года, так и заключением комиссии экспертов № 118-О от 25.07.2018 года, согласно выводам которого, для подобной травмы головы (учитывая её открытый и проникающий характер, наличие обширного многооскольчатого перелома костей черепа, наличие множественных ран головы) характерны грубые повреждения жизненно-важных структур головного мозга, что сопровождается потерей сознания в момент получения травмы. При этом, в случае восстановления сознания спустя промежуток времени (минуты-часы), возможно совершение комплекса неосознанных действий характера рефлекторного автоматизма (с кажущейся целенаправленностью и отсутствием адекватности окружающей обстановки). Совершение же активных сложных целенаправленных действий при наличии подобных обширных разрушений костей черепа, в том числе основания черепа, с сопутствующим повреждением мозговых оболочек, нехарактерно. Таким образом, комиссия экспертов считает, что ФИО2, после получения им тупой открытой проникающей травмы головы, установленной при судебно-медицинской экспертизе его трупа, с учётом грубого характера и большого объёма травмы, не мог находиться в сознании и совершать активные целенаправленные действия самостоятельно (том 3 л.д. 65-71).

Судом не установлено и нарушений права на защиту подсудимого, поскольку все следственные действия проводились строго в соответствии с действующим законодательством в присутствии защитника подсудимого. В исследованных судом письменных доказательствах по делу, при проведении следственных действий с участием подсудимого участвовал защитник, о чем свидетельствует наличие его подписи в представленных суду документах, а также подтверждает невозможность оказания какого-либо давления на подсудимого в ходе предварительного следствия.

Исследованные судом протоколы следственных действий составлены строго в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, содержат подписи понятых, а также иных лиц, участвующих при проведении следственных действий, которые замечаний по их проведению не имели, в связи с чем оснований для признания указанных доказательств недопустимым не имеется. 

У суда также не имеется оснований сомневаться в компетенции экспертов и обоснованности данных ими заключений, поскольку заключения экспертов № 556 от 13.04.2018 года, № 558 от 09.04.2018 года, № 177/1596-1 от 28.04.2018 года, № 90-О от 28.06.2018 года, № 118-О от 25.07.2018 года, № 27/Э/293-18 от 16.03.2018 года, полностью отвечают требованиям ст. ст. 195, 196, 199, 204 УПК РФ, регламентирующим порядок назначения и производства судебных экспертиз, а также Федеральному закону "О государственной экспертной деятельности в РФ" от 31 мая 2001 года, и являются допустимыми доказательствами. Более того, заключения экспертов составлены компетентными специалистами, не заинтересованными в исходе дела и предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений, предусмотренной ст. 307 УК РФ.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что при производстве вышеуказанных экспертиз нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили бы гарантированные стороне защиты права и повлияли бы каким-либо образом на достоверность или допустимость заключения эксперта, не допущено. Экспертиза проведена на основании постановления следователя, экспертами соответствующей специальности и квалификации, которым были разъяснены их права, предусмотренные ст. 57 УПК РФ и ответственность, предусмотренная ст. 307 УК РФ. Заключения экспертов соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, дано на основании представленных следователем материалов, а также материалов, поступивших экспертам в порядке, установленном Приказом Минздрава России от 06 июня 2013 года № 354н «О порядке проведения патолого-анатомических вскрытий», которые эксперты посчитала достаточными для дачи заключения. Правом, представленным ч. 5 ст. 199 УПК РФ эксперты не воспользовались. 

Кроме того, оснований сомневаться в достоверности выводов судебно-медицинской экспертизы не имеется, поскольку они научно обоснованы, в них изложены все необходимые данные и обстоятельства, исследованы необходимые документы и материалы дела, даны ответы на все поставленные вопросы, которые являются типичными для производства подобного рода экспертиз. В сделанных выводах, в том числе касающихся причин смерти неизвестного мужчины, не содержится противоречий, требующих устранения путем проведения повторной или дополнительной судебно-медицинских экспертиз, привлечения к участию в деле иных специалистов. 

В ходе судебного следствия приведенными выше доказательствами со всей очевидностью установлено, что после того, как в результате преступных действий подсудимого ФИО3 наступила смерть ФИО2, ФИО3 действуя из своих интересов предпринял меры на сокрытие совершенного им особо тяжкого преступления - убийства, переместил тело убитого в подвал дома.

Принимая во внимание, в том числе и признательные показания подсудимого ФИО3 данные им в ходе предварительного следствия ДД.ММ.ГГГГ, суд исключает возможность самооговора с его стороны, поскольку данные показания дополняются и согласуются с показаниями свидетелей, данными, как в ходе судебного следствия, так и на предварительном следствии, оглашенными в ходе судебного разбирательства, не доверять которым у суда оснований не имеется, поскольку показания свидетелей являются последовательными, дополняющими друг друга.

Учитывая изложенное, суд критически относится к версии подсудимого о том, что возможно ФИО2 сам открыл дверь, впустил кого-то кто его и убил, так как данная версия полностью опровергается исследованными судом письменными доказательствами, показаниями свидетелей, признанными судом достоверными и согласующимися между собой. Суд полагает, что указанная версия подсудимого, является позицией защиты, направленной на уход подсудимого от уголовной ответственности за совершенное особо тяжкого преступление.

Кроме того, данная версия появилась спустя продолжительный период времени с момента начала предварительного следствия, задержания ФИО3, его допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого и начала судебного следствия, а потому суд приходить к выводу, что указанная версия направлена на смягчение ответственности ФИО3 за содеянное.

Кроме того, версия подсудимого ФИО3 о том, что признательные показания он на предварительном следствии давал под давлением сотрудников полиции, которые оказывали на него, пожилого человека, физическое и психологическое давление, поставив на колени и требуя, чтобы он сразу все признал, опровергаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей и расцениваются судом как способ уйти от ответственности за содеянное.

Так, свидетель ФИО8, являющийся оперуполномоченным ОУР УМВД России по Московскому району Санкт-Петербурга и допрошенный в судебном заседании по ходатайству стороны обвинения пояснил, что принимал участие в задержании ФИО3 у него дома на 

<

адрес>, при этом никакого физического или психологического воздействия на ФИО3 никто из сотрудников полиции не оказывал, на состояние здоровья он не жаловался. Задержанного сразу доставили к следователю следственного комитета.

Следователь ФИО9, допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны обвинения пояснила, что допрашивала задержанного ФИО3, при этом никто из оперативных сотрудников никакого физического или психологического воздействия на ФИО3 не оказывал, показания он давал добровольно. На допросе ФИО3 в качестве подозреваемого присутствовали сотрудники полиции, а также защитник, показания были занесены в протокол допроса подозреваемого строго с его слов. На состояние здоровья не жаловался. 

Суд учитывает, что действия, в совершении которых установлена вина ФИО3, были совершены последним во вменяемом состоянии, что подтверждается заключением комиссии экспертов № 2156.731.3 от 19 апреля 2018 года, согласно которому ФИО3 хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием и иным болезненным состоянием психики не страдал, обнаружены признаки синдрома зависимости от алкоголя средней стадии. При настоящем клиническом исследовании у ФИО3 выявлены изменения личности алкогольного характера в виде эмоциональной неустойчивости и огрубленности, эгоцентричности, склонности к внешнеобвиняющим высказываниям, морально-этнического снижения, при сохранности интеллекта, критических и прогностических способностей, что не лишает ФИО3 в полной мере осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения.

В период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, ФИО3 также не страдал хроническим и временным психическим расстройством, слабоумием и иным болезненным состоянием психики. Он находился в состоянии простого (не патологического) алкогольного опьянения. Как видно из материалов уголовного дела, он находился в предметном и смысловом контакте с окружающими, контакт и ориентировку не утрачивал, в его поведении и высказываниях не было признаков какого-либо психического расстройства (нарушенного сознания, бреда, галлюцинаций). Он мог тогда и может в настоящее время осознавать в полной мере фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он способен понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, а также самостоятельно осуществлять действия, направленные на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей. У ФИО3 на фоне интеллектуального уровня, соответствующего полученному образованию, жизненному опыту и социальной микросреде, выявлены следующие индивидуально-психологические особенности: морально-этническая нивелированность и огрубленность, снижение дифференцированности эмоциональных реакций, легко возникающие реакции раздражительности, склонность к аффективно неустойчивым формам реагирования, повышенная конфликтность, ригидность и застреваемость на своих негативных переживаниях. В период инкриминируемых действий индивидуально-психологические особенности ФИО3 не оказали существенного негативного влияние на его поведение и сознание, поскольку сопровождаются достаточным уровнем саморефлексии и сформированностью критических способностей, а также отсутствуют признаки патологического искажения и грубой дефицитарности мотивационно-потребностной сферы. Кроме того в указанный период времени ФИО3 находился в состоянии алкогольного опьянения, которое детерминирует ослабление сдерживающих механизмов и облегчает прорыв негативных эмоций в открытое поведение.

Согласно представленным сведениям из Психоневрологического диспансера Московского района Санкт-Петербурга, ФИО3 на учете в указанном учреждении не состоит, за консультативной, лечебной помощью не обращался. Кроме того, поведение подсудимого как в процессе предварительного, так и судебного следствия адекватно, последовательно и не вызвало сомнений в его психической полноценности.

Учитывая изложенное, суд считает ФИО3 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

Таким образом, совокупность всех обстоятельств содеянного, а также учитывая, что ФИО3, в ходе разговора с ФИО2 находясь в состоянии алкогольного опьянения, вышел в кладовое помещение, взял ножку от стола, вернувшись в комнату, нанес потерпевшему не менее 17 ударов, с учетом того, что повреждения были нанесены подсудимым, в жизненно-важные органы потерпевшего, не вызвав скорую медицинскую помощь потерпевшему, выждав наступления ночного времени суток, ФИО3 целенаправленно, цинично, переместил в подвальное помещение дома тело ФИО2, для сокрытия совершенного преступления., свидетельствуют о том, что ФИО3, совершая противоправные действия в отношении ФИО2, будучи согласно заключению комиссии экспертов вменяемым, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления смерти и желал смерти потерпевшему, то есть действовал умышленно.

Письменные доказательства, предоставленные стороной обвинения, соответствуют требованиям уголовно-процессуального законодательства РФ, составлены надлежащими лицами, в пределах предоставленной законом компетенции.

При признании и приобщении к делу вещественных доказательств нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих порядок получения этих доказательств, судом не установлено. 

При оценке доказательств суд исходит из того, что ни одно из приведенных доказательств – ни показания подсудимого ФИО3, ни потерпевшего ФИО6, и свидетелей Свидетель №5, Свидетель №2, ФИО7, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №6, ни другие доказательства, приведенные выше и положенные в основу приговора, не имеют заранее установленной силы сами по себе, но в своей совокупности, подтверждая и дополняя друг друга, свидетельствуют о виновности подсудимого ФИО3 в совершении инкриминируемого ему преступления.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что вина ФИО3 в совершении убийства, то есть в умышленном причинении смерти другому человеку, полностью доказана. 

При таких обстоятельствах, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО3 по ч. 1 ст. 105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, конкретные обстоятельства его совершения, смягчающие и отягчающие наказание вину обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве данных о личности подсудимого, суд учитывает, что ФИО3 является гражданином Российской Федерации, имеет регистрацию и постоянное место жительства на территории Санкт-Петербурга, холост, несовершеннолетних детей не имеет, пенсионер, на учете в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоит, страдает рядом тяжелых заболеваний, юридически не судим. При решении вопроса о назначении наказания суд также учитывает пожилой возраст подсудимого.

Суд учитывает, что ФИО3 совершил особо тяжкое преступление, с применением насилия, дерзкое по своему характеру, имеющее высокую общественную опасность. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, предусмотренных ч.2 ст. 61 УК РФ, суд усматривает наличие у подсудимого ряда тяжелых хронических заболеваний, его пожилой возраст.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, предусмотренных ст. 63 УК РФ, суд также не усматривает. 

Указание в заключении комиссии экспертов № 2156.731.3 от 19 апреля 2018 года на нахождение ФИО3 в момент совершения преступления в состоянии простого (не патологического) алкогольного опьянения, с учетом характера и степени общественной опасности, обстоятельств, совершенного ФИО3 преступления, личности подсудимого, индивидуально-психологические особенности которого не оказали существенного влияния на его поведение в момент совершения им преступления, исходя из правой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», не может быть признано в качестве обстоятельства, отягчающего наказание подсудимого, предусмотренного ч. 1.1 ст. 63 УК РФ.

С учетом тяжести совершенного ФИО3 преступления, степени общественной опасности, обстоятельств совершения данного преступления, суд не усматривает оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую.

Оснований для применения положений ст. 64, ст. 73 УК РФ при назначении ФИО3 наказания, суд с учетом тяжести совершенного преступления, обстоятельств его совершения не усматривает и считает, что назначение более мягкого наказания ФИО3, чем лишение свободы, не будет отвечать целям наказания, а именно, восстановлению социальной справедливости и исправлению осужденного, а потому полагает необходимым назначить подсудимому наказание в виде реального лишения свободы, при этом дополнительное наказание в виде ограничения свободы за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, с учетом личности подсудимого, суд полагает в отношении ФИО3 не применять. 

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО3 надлежит отбывать наказание определить в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ с учетом совершения ФИО3 особо тяжкого преступления, в исправительной колонии строгого режима.

При разрешении судьбы вещественных доказательств суд руководствуется требованиями ст.ст. 81, 82 УПК РФ, учитывая значение вещественных доказательств для уголовного дела, их свойство и принадлежность.

Процессуальные издержки, связанные с участием в уголовном деле защитника в соответствии со ст. 132 УПК РФ, с учетом материального положения подсудимого, подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета. 

Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307 - 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л: 

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО3 в виде заключения под стражей оставить без изменения, срок отбытия наказания исчислять с 17 января 2019 года, то есть с момента провозглашения приговора.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального Закона от 03 июля 2018 года) зачесть ФИО3 в срок лишения свободы (из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима) время содержания под стражей с даты фактического задержания 13 марта 2018 года до вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства по делу: 

- куртка зелёного цвета, две тёмные дактилоплёнки со следами обуви прямоугольной формы; ватный тампон окрашен веществом серо-буроватого цвета; семь липких лент со следами рук; вырез бумажных обоев; вырез ковра; деревянная ножка стола; семь фрагментов паркета; футболка красного цвета; футболка чёрного цвета; спортивные брюки тёмно-серого цвета; ключи коричневого цвета; блокнот чёрного цвета; мобильный телефон чёрного цвета, марки «SENSEIT», мобильный телефон чёрного цвета, марки «Jinga Simple F170»; выписки информации о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами ПАО «Мегафон» по абонентскому номеру №; выписки информации о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами ПАО «ВымпелКом» по абонентскому номеру №; выписки информации о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами ПАО «ВымпелКом» по абонентскому номеру №; - уничтожить по вступлении приговора в законную силу.

Процессуальные издержки, связанные с участием в уголовном деле защитников Федоровой Ю.Н., Пчалиной Е.В. на предварительном следствии по назначению следователя и защитника Пчалиной Е.В. в судебном следствии суда первой инстанции по назначению судьи в соответствии со ст. 132 УПК РФ, с учетом материального положения подсудимого, отнесены возмещением за счет средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение десяти суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции (о чем указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления), имеет право на приглашение защитника для участия в суде апелляционной инстанции, в том числе о назначении защитника бесплатно.

Председательствующий: подпись Шамок С.Н.