дело №2-331/2020

26RS0008-01-2020-000195-56

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 мая 2020 года город Буденновск

Буденновский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Никитиной М.В.,

при секретаре Крикуновой В.И.,

с участием:

истца ФИО1 и ее представителя ФИО3, действующего на основании доверенности 26АА2426097 от 11.01.2020 года, 

представителя ответчика ФИО4, адвоката АК г. Буденновска Дьяковой М.Н., действующей на основании ордера №17С 027269 от 6.02.2020 года и доверенности 26АА3676277 от 6.02.2020 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о восстановлении срока для принятия наследства и по встречному исковому заявлению ФИО4 к ФИО1 о признании завещания недействительным, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4, в котором просит восстановить срок для принятия наследства, открывшегося после смерти 22 июня 2019 года ФИО5, мотивировав исковые требования тем, что 22 июня 2019 года умер ФИО5, после смерти которого открылось наследство, состоящее из домовладения и земельного участка по адресу: 

<

адрес> денежного вклада ПАО «Сбербанк России» на сумму 

<

данные изъяты> и легкового автомобиля ФИО6 119930, государственный регистрационный знак 

<

***>, 2010 года выпуска. ФИО1 является наследником после смерти ФИО5 на основании завещания от 26 ноября 2002 года, в соответствии с которым ФИО5 оставил ФИО1 в наследство все свое имущество, принадлежащее ему на день смерти. В установленный шестимесячный срок истец не приняла наследство по уважительным причинам: о кончине ФИО5 она не знала, о смерти ФИО5 ее не известили ни нотариус ФИО7, в производстве которой находилось наследственное дело, ни соседи ФИО5, ни его сожительница ФИО4, знавшая о завещании и о месте нахождения ФИО1

18 февраля 2020 года ответчиком ФИО4 подано встречное исковое заявление к ФИО1 о признании завещания недействительным.

Истец по встречному исковому заявлению ФИО4 в обоснование заявленных требований указала, что является наследником в 1/2 доле наследственного имущества ФИО5, умершего 22 июня 2019 года на основании свидетельства о праве на наследство по закону, выданного 24 декабря 2019 года нотариусом Буденновского районного нотариального округа Ставропольского края ФИО7 После смерти наследодателя ей стало известно, что 26 ноября 2002 года было составлено завещание, по которому все имущество умершего завещано ФИО1, которая не является родственником ФИО5 ФИО1 в установленный законом срок не обратилась к нотариусу о принятии наследства, в настоящее время в судебном порядке восстанавливает наследственные права. Завещание от 26 ноября 2002 года зарегистрировано в реестре за №5278 и удостоверено нотариусом ФИО8, нотариусом по Буденновскому нотариальному округу Ставропольского края на ФИО1, является недействительным, так как совершено с нарушением п.2 ст. 1124 ГК РФ и п. 27 Постановления Пленума ВС РФ от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании» присутствие при составлении, подписании, удостоверении завещания лица, в пользу которого оно составлено, является основанием для признания завещания недействительным. Согласно протоколу судебного заседания Буденновского городского суда от 10 февраля 2020 года, на вопрос представителя ФИО4 к ФИО1, последняя пояснила, что была рядом с ним (ФИО5) когда писалось завещание. ФИО1 в судебном заседании 10 февраля 2020 года признала факт нарушения тайны завещания. Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием. ФИО1 в настоящее время не оспаривает права ФИО4 на 1/2 долю наследственного имущества, кроме того, существующее завещание препятствует ФИО4 оформить остальную часть наследственного имущества.

Истец ФИО1 в судебном заседании настаивала на удовлетворении заявленных требований о восстановлении срока для принятия наследства, пояснила, что с 1996 года проживала с ФИО5 в ее доме в 

<

...> Ставропольского края, брак не регистрировали. Сестра ФИО5 Мария проживала в его доме в г. Буденновске, потом заболела, они ее забрали к себе в с. Архангельское, досматривали и похоронили. После похорон сестры ФИО5 стал предлагать ей переехать к нему в 

<

...>. ФИО5 говорил ей, чтобы она продавала свое жилье в с. Архангельском и переезжала к нему. Продав дом в с. Архангельском, на вырученные деньги они сделали ремонт в домовладении ФИО5, она перевезла свою мебель. ФИО5 говорил, что все принадлежащее ему имущество будет её имуществом. 18 ноября 2004 года ФИО5 зарегистрировал ее в своем домовладении №113 по ул. Кумской г. Буденновска, где она имела регистрацию 5 лет. Они с ФИО5 купили автомобиль «Ока» в г. Гуков. В 2009 году она ушла от ФИО5, он помог перевезти часть вещей, остальные ее вещи оставались в доме ФИО5 Впоследствии ФИО5 просил ее вернуться и проживать совместно, периодически приезжал к ней, говорил, что она хозяйка в его доме. Когда ФИО5 купил автомобиль, приезжал ей его показать. Номер телефона ФИО5 ей был известен, она звонила ему с целью поздравить с днем рождения, 23 февраля, общались не часто. Ей было известно, что ФИО5 стал общаться с ФИО4 С ФИО4 она была знакома и ФИО4 было известно, что она проживает в с. Архангельском. В течение последних двух лет она заболела, дочь ее забрала жить в г. Ставрополь, она перенесла две сложных операции на позвоночнике и на головном мозге, 62 дня пролежала в больнице г. Ставрополя. После выписки из больницы жила в г. Ставрополе у дочери, врачи не разрешали выезжать, находилась под постоянным наблюдением врачей. В 2002 году ФИО5 было необходимо заехать к нотариусу по поводу документов на домовладение, они поехали вместе. ФИО5 остался в кабинете нотариуса, а ее нотариус попросила выйти в коридор. ФИО5 сказал, что хочет сделать завещание. На вопрос нотариуса Трощак: «На кого?», ФИО5 повернулся, она стояла у двери и ответил: «Вот, на нее». Завещание ей никто не давал, вслух не зачитывал, при подписании завещания она не присутствовала, сидела в коридоре. С ФИО5 о завещании после его написания они никогда не разговаривали и она думала, что он все завещал своим родственникам. 9 января 2020 года ей позвонила дочь и сообщила, что ее разыскивают специалисты администрации с. Архангельского, поскольку 22 июня 2019 года ФИО5 умер и она является наследницей по завещанию.

Представитель истца ФИО1 ФИО3 в судебном заседании просил удовлетворить заявленные исковые требования о восстановлении срока для принятия наследства ФИО1, отказать в удовлетворении встречных исковых требований ФИО4, пояснив, что ФИО1 не могла знать ни о факте смерти ФИО5, ни о сохраненном завещании. О факте смерти ФИО5 ФИО1 стало известно 9 января 2020 года, тогда как срок для обращения к нотариусу истек 22 декабря 2019 года, в связи с чем в установленный законом шестимесячный срок обращения к нотариусу с заявлением ФИО1 не имела возможности. Встречные исковые требования полагал не подлежащими удовлетворению по тем основаниям, что утверждения представителя ответчика ФИО4 о том, что ФИО1 не отслеживала личную жизнь бывшего сожителя и судьбу наследственного имущества не основаны на законе. Фраза ФИО1, отраженная в протоколе судебного заседания о том, что в момент составления завещания она была рядом, не имеет значение, что ФИО1 находилась рядом с ФИО5, она находилась в помещении нотариальной конторы, а не в кабинете нотариуса. ФИО1 о тексте завещания не знала, хотя текст завещания зачитывается вслух. С момента составления завещания до дня смерти у ФИО5 было 17 лет, в течение которых он мог отменить или изменить завещание. Факт отсутствия ФИО1 в кабинете нотариуса в момент составления ФИО5 завещания установлен, завещание удостоверено нотариусом в соответствии с требованиями закона. ФИО1 не являлась свидетелем при составлении завещания. По волеизъявлению ФИО5 тайны завещания не было, поскольку ФИО5 говорил и нотариусу и ФИО1, что все принадлежащее имущество им будет оформлено на ФИО1 

Представитель ответчика ФИО4 адвокат Дьякова М.Н. просила отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 о восстановлении срока для принятия наследства, удовлетворить встречные исковые требования ФИО4 о признании завещания ФИО5 недействительным на основании статьи 1124 ГК РФ и п. 27 Постановления Пленума ВС РФ «О судебной практике по делам о наследовании». В судебном заседании нотариус разъяснил, что в завещании должна быть отметка о присутствии наследника при его составлении. Она приходит к выводу, что наследник, в пользу которого составлено завещание при его составлении не присутствовал. ФИО5 был заинтересован в сохранении тайны завещания, так как в завещании нет отметки о согласии ФИО5 на присутствие ФИО1 при составлении завещания, а ФИО1 там присутствовала.

Нотариус Буденновского районного нотариального округа ФИО7 заявленные требования оставила на усмотрение суда, пояснив, что в соответствии со ст. 61 Основ законодательства о нотариате нотариус извещает наследников, место жительства которых известно. В данном случае адреса проживания, даты рождения ФИО1 известно не было ввиду отсутствия указания этих данных в завещании. Когда ей позвонили родственники умершего ФИО5 и сообщили, что ФИО1 проживает в 

<

...>, она связалась с сотрудниками администрации с. Архангельского, которые сказали, что известят ФИО1 об открытии наследства. Существует два оригинала завещания, один из которых находится у нотариуса, второй выдается завещателю. Когда к ней обратилась ФИО4 с заявлением о принятии наследства, она приняла документы и начала проверку по базе, не только по г. Буденновску, но и по всей России. После принятия нотариусом заявления, открывается наследственное дело, которое вводится в базу и идет проверка, имеется ли наследственное дело у другого нотариуса, имеется ли завещание, либо банкротство. В ходе проверки появляется весь список завещаний, после чего она должна сделать запрос нотариусу, у которого находится завещание. Завещание ФИО5 находилось у нотариуса ФИО9 Когда при составлении завещания присутствует свидетель, об этом делается отметка в завещании. Завещание составляется нотариусом наедине с наследодателем. Наследник, указанный в завещании может не знать о составлении завещания в его пользу. 

Свидетель А., допрошенная по ходатайству истца, в судебном заседании показала, что является управляющей делами администрации муниципального образования с. Архангельского Буденновского района Ставропольского края. 9 января 2020 года в администрацию поступил телефонный звонок нотариуса ФИО7, которая разыскивала наследника ФИО1 На вопросы нотариуса она пояснила, что ФИО1 ей известна и в настоящее время находится в больнице г. Ставрополя на лечении. Она написала в Инстаграм дочери ФИО1 ФИО10, попросила чтобы ФИО1 ей перезвонила. При разговоре с ФИО1 она объяснила ситуацию и сообщила, что ей необходимо позвонить нотариусу ФИО7 До 9 января 2020 года ей не было известно ни о существовании ФИО5, ни о его смерти, ни о завещании на ФИО1

Свидетель П допрошенная по ходатайству истца, в судебном заседании показала, что ее мать, ФИО11 – вторая племянница ФИО5 и наследница шестой очереди, есть еще пять таких наследников и есть завещание ФИО5 При наличии завещания, племянники теряют право на обязательную долю. У ее родителей была традиция ездить на кладбище на Пасху в Буденновский район, где захоронены родственники и в такие поездки они навещали ФИО5 О составлении завещания ФИО5 ее родителям ничего не говорил. С ФИО4 общались ее родители. ФИО5 в брак с ФИО4 не вступал, в своем домовладении не регистрировал, завещание на ее имя не оставлял. 22 июня 2019 года им позвонила ФИО4 и сказала, что ФИО5 умер, о дате, времени и месте похорон обещала сообщить дополнительно. На похороны ФИО5 ФИО4 их не позвала. Через два дня ФИО4 позвонила ее матери ФИО11 и сказала, что завещания на свое имя не нашла. 29 июня 2019 года она с родителями приехали в дом ФИО5, где ФИО4 передала ее матери свидетельство о смерти ФИО5 и копию свидетельства о смерти. Ее мать ФИО11 стала делать запросы для подтверждения родства с ФИО5 и вступления в наследство. ФИО5 в брак не вступал, детей не имел. В середине июля 2019 года ФИО4 позвонила ее матери ФИО11 и сказала, что готовит заявление в суд о нахождении на иждивении ФИО5 В конце июля 2019 года ФИО4 вновь позвонила ее матери и сказала: «Плохие новости, нашлось завещание на Райку из Архангельского», после чего ФИО11 сказала, что сбором документов для вступления в наследство больше заниматься не будет. Срок для вступления в наследство истекал 22 декабря 2019 года. 31 декабря 2019 года ФИО11 позвонила ФИО4, которая сообщила, что получила статус иждивенки, наследница по завещанию не пришла. ФИО4 знала ФИО1 более 10 лет, с 2008 года, когда умер сожитель ФИО4 Меркулов. 9 января 2020 года ФИО11 попросила ее найти наследницу ФИО5 по завещанию, она зашла на сайт нотариальной палаты из которого узнала, что наследственное дело находится у нотариуса ФИО7, позвонила нотариусу ФИО7, представилась родственницей ФИО5 и попросила помочь найти наследницу по завещанию. Нотариус ФИО7 сказала, что ими пропущен срок для вступления в наследство, имеется завещание и обещала позвонить в администрацию с. Архангельского. Когда ФИО11 позвонила нотариусу ФИО7, она сказала, что наследница нашлась. Через 5 минут она (свидетель ФИО12) позвонила в администрацию с. Архангельского, где сказали, что нашлась дочь наследницы, проживающая в г. Ставрополе. В течение дня 9 января 2020 года они созванивались с дочерью наследницы Оксаной, которая только тогда сказала, что наследницей по завещанию является ФИО1. ФИО1 узнала о завещании только 9 января 2020 года. Если бы они знали наследницу по завещанию ранее, они бы сообщили ей о завещании. От ФИО4 о составленном завещании узнали в конце июля 2019 года, до этого наследницу искать не пытались, на наследственное имущество не претендуют.

Свидетель П., допрошенная по ходатайству истца, в судебном заседании показала, что умершей ФИО5 являлся двоюродным братом ее матери, приходится ей дядей. ФИО4 знает около 10 лет, она сожительствовала с ФИО5 ФИО1 ей не знакома, видит ее впервые. ФИО5 сожительствовал с разными женщинами. В 2007-2008 году они (свидетель ФИО11 с супругом) приобрели автомобиль, приезжали раз в год проведать ФИО5, никогда у него не оставались. О личной жизни ФИО5 не рассказывал, детей не имел. О составленном завещании ФИО5 никогда не упоминал. ФИО5 общался со всеми племянниками, был одиноким. 22 июня 2019 года ФИО4 позвонила и сообщила, что ФИО5 умер, дату похорон не сообщила. ФИО4 надеялась найти завещание в вещах ФИО5 На третий день после похорон ФИО4 сообщила ей, что не нашла завещание и хочет проживать в доме ФИО5 О завещании узнала из телефонного разговора с ФИО4, которая позвонила в конце июля 2019 года и сказала: «Есть неприятная новость, я была у нотариуса, есть завещание на Райку из Архангельского». На девятый день после похорон ФИО5 ФИО4 отдала ей свидетельство о рождении ФИО5 и ксерокопию свидетельства о смерти. В середине июля 2019 года ФИО4 позвонила и сказала, что будет с адвокатом готовить документы на иждивенчество. Наследницу по завещанию никто не искал. Она сказала ФИО4, что поскольку имеется завещание она (свидетель ФИО11) не имеет права на обязательную наследственную долю. Дочь посредством сети Интернет выяснила, что наследственное дело находится у нотариуса ФИО7, позже нашли наследницу. До истечения шести месяцев, до 22 декабря 2019 года они ФИО1 не искали, думали сама найдется. 

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 4 ст. 35 Конституции РФ право наследования гарантируется. Это право включает в себя как право наследодателя распорядиться своим имуществом на случай смерти, так и право наследников по закону и по завещанию на его получение.

Статьей 218 ГК РФ определено, что в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Статьей 1111 ГК РФ предусмотрено, что наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных данным Кодексом.

Согласно ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1114 Гражданского кодекса Российской Федерации временем открытия наследства является момент смерти гражданина.

На основании ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания через представителя не допускается. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В соответствии со ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами ст. 1130 настоящего Кодекса. Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (ст. 1149) (п. 1). Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания (п. 2).

В силу ст. 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст. ст. 1142 - 1145 и 1148 настоящего Кодекса. Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (ст. 1117), либо лишены наследства (п. 1 ст. 1119), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства (пункт 1).

Исходя из изложенного, основанием восстановления в судебном порядке срока, установленного для принятия наследства, по заявлению наследника, пропустившего срок, закон связывает обстоятельства, свидетельствующие об уважительности причин пропуска срока принятия наследства, например, когда наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства.

Согласно ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления.

На основании ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять (пункт 1).

В соответствии со ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Положениями ст. 1154 ГК РФ предусмотрено, что наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства (пункт 1).

Как следует из положений ст. 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (ст. 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали. По признании наследника принявшим наследство суд определяет доли всех наследников в наследственном имуществе и при необходимости определяет меры по защите прав нового наследника на получение причитающейся ему доли наследства (п. 3 настоящей статьи) (п. 1).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 22 июня 2019 года в г. Буденновске Ставропольского края умер ФИО5, 27 января 1938 рождения, являющийся наследодателем (л.д.71). 

В соответствии с ч. 1 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В состав наследства умершего ФИО5 вошли, в том числе жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, автомобиль марки Лада 111930 ФИО6, 2010 года выпуска, денежные средства, внесенные в денежные вклады, хранящиеся в ПАО Сбербанк, что подтверждается материалами наследственного дела (л.д.22-27).

В установленный законом шестимесячный срок ФИО4 обратилась к нотариусу по месту открытия наследства с заявлением о принятии наследства, указав, что наследником по закону является иждивенец ФИО4 (л.д. 23).

25 июля 2019 года постановлением нотариуса ФИО4 отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство после умершего 22 июня 2019 года ФИО5 ввиду отсутствия документов, подтверждающих факт нахождения на иждивении и наличия завещания не в пользу ФИО4 (л.д.27 оборотная сторона).

В материалах наследственного дела также имеется завещание, выполненное 26 ноября 2002 года ФИО5, согласно которого все свое имущество он завещает ФИО1, в том числе принадлежащие ему жилой дом и земельный участок по 

<

адрес>. Завещание удостоверено нотариусом по Буденновскому нотариальному округу ФИО8 (л.д.25).

24 декабря 2019 года иждивенцем ФИО4 получены свидетельства о праве на наследство по закону в 1/2 доле на наследственное имущества ФИО5, состоящее из: прав на денежные средства, внесенные в денежные вклады, хранящиеся в ПАО Сбербанк; жилой дом и земельный участок по 

<

адрес> края; автомобиля марки Лада 111930 ФИО6, 2010 года выпуска (л.д.24, 25 оборотная сторона).

При обращении 14 января 2020 года ФИО1 к нотариусу с заявлением о принятии наследства по завещанию, получен отказ в связи с пропуском срока для принятия наследства. Указано, что в соответствии со статьей 1149 ГК РФ выданы свидетельства о праве на наследство на 1/2 долю другому наследнику, который находился на иждивении наследодателя (л.д.22 оборотная сторона, л.д.27).

Согласно ст. 61 "Основ законодательства Российской Федерации о нотариате", нотариус, получивший сообщение об открывшемся наследстве, обязан известить об этом тех наследников, место жительства или работы которых ему известно.

В силу ст. 62 "Основ законодательства Российской Федерации о нотариате" нотариус по месту открытия наследства в соответствии с законодательством Российской Федерации принимает заявления о принятии наследства или об отказе от него. Заявление о принятии наследства или об отказе от него должно быть сделано в письменной форме.

Пунктом 5.16 "Методических рекомендаций по оформлению наследственных прав", утвержденных решением Правления Федеральной нотариальной палаты от 25.03.2019, предусмотрено, что заявление о принятии наследства должно быть подано в письменной форме.

При этом закон связывает принятие наследства с личным инициативным поведением наследника при его желании принять наследство, и не обязывает нотариуса каким-либо образом проводить розыск наследников,

Пунктом 11.1. "Методических рекомендаций по оформлению наследственных прав", утвержденных решением Правления Федеральной нотариальной палаты от 25.03.2019, предусмотрено, что при установлении нотариусом по сведениям ЕИС содержания завещания наследодателя нотариус извещает об открывшемся наследстве наследников по завещанию, место жительства или работы которых ему стало известно (ст. 61 Основ).

При отсутствии в тексте завещания информации о месте жительства или работы наследников по завещанию информацию о них нотариус получает от наследников по закону, принявших наследство.

При отсутствии у указанных наследников информации о месте жительства или работы наследников по завещанию нотариус размещает на официальном сайте Федеральной нотариальной палаты вызов наследников по завещанию.

В наследственное дело помещается отображение на бумажном носителе скан-образа завещания наследодателя, хранящегося в реестре регистрации нотариальных действий ЕИС.

Поскольку в тексте завещания информация о месте жительства или работы наследника ФИО1 отсутствовала, наследником по закону ФИО4 информация о месте жительства ФИО1 от нотариуса была сокрыта, более того ФИО4 указано о себе как о единственном наследнике по закону, нотариусом на официальном сайте Федеральной нотариальной палаты вызов наследников по завещанию не размещался, суд приходит к выводу, что ФИО1 не знала и не должна была знать об открытии наследства, была лишена возможности узнать об открытии наследства со смертью ФИО5 

Обращаясь в суд с иском о восстановлении пропущенного срока для принятия наследства, ФИО1 указывала, что она как наследник не знала и не должна была знать не только об открытии наследства, но и об оформлении на ее имя завещания, в связи с чем считала, что пропустила этот срок по уважительной причине.

Судом установлено, что 24 декабря 2019 года ФИО4 обратилась с заявлением о принятии наследства к нотариусу, сообщив, что иных наследников не имеется. ФИО4 сообщила, что в случае обнаружения других наследников и предъявления ими претензий на наследственное имущество, состоящее из всего движимого и недвижимого имущества обязуется самостоятельно урегулировать с ними все имущественные споры, без привлечения новых собственников указанного имущества, в том числе выплатить обнаруженным наследникам денежную компенсацию, соответствующую рыночной стоимости причитающейся им доли в указанном наследственном имуществе (л.д. 22).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 9 от 29 мая 2012 г. "О судебной практике по делам о наследовании", требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств: а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (ст. 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.; б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Исходя из приведенных норм материального права, в том их смысле, который ему придается в данном постановлении, наследник, пропустивший срок для принятия наследства, может обратиться в суд за его восстановлением исключительно в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока.

Таким образом, из смысла вышеуказанных норм права и разъяснений по их применению, основаниями для восстановления срока принятия наследства являются исключительные обстоятельства, лишившие наследника возможности принять наследственное имущество. При этом юридически значимым обстоятельством для восстановления срока принятия наследства является обстоятельство того, знал ли или должен был знать наследник о смерти наследодателя, то есть о самом факте открытия наследства.

Кроме того, приведенная выше норма ГК РФ предоставляет суду право восстановить наследнику срок для принятия наследства только в случае представления последним доказательств не только тому обстоятельству, что он не знал об открытии наследства - смерти наследодателя (ст. 1113 ГК РФ), но и не должен был знать об этом событии по объективным, не зависящим от него обстоятельствам.

При отсутствии хотя бы одного из этих условий срок на принятие наследства, пропущенный наследником, восстановлению судом не подлежит.

Закрытого перечня уважительных причин пропуска срока принятия наследства закон не предусматривает.

Как установлено судом и следует из объяснений истца, причиной пропуска срока для принятия наследства явился тот факт, что о смерти ФИО5 истец узнала только 9 января 2020 года от сотрудников администрации муниципального образования с. Архангельского, где проживает. Узнать о смерти ФИО5 ранее указанного времени истец не могла, поскольку она не состояла в брачно-семейных отношениях с ФИО5, после того, как они расстались, истец с ним общалась редко.

Доказательств обратного в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду не представлено.

Кроме того, суд принимает во внимание, что в указанный шестимесячный срок имело место стечение тяжелого семейного положения ФИО1, связанного с ее здоровьем, что подтверждается имеющимися в материалах дела медицинскими документами.

Так, в ходе судебного заседания истец ФИО1 поясняла, что в 2018 году перенесла две сложные операции, более двух месяцев находилась на стационарном лечении в больнице г. Ставрополя, в августе 2019 года ненадолго приезжала по месту жительства в с. Архангельское, после чего возвращалась в г. Ставрополь, где находилась под наблюдением врачей.

В материалах дела имеется заявление ФИО1 от 16 марта 2018 года, в котором просит заведующего ГБУЗ СК «Городская клиническая поликлиника №6 г. Ставрополя» прикрепить ее для обслуживания к ГБУЗ СК «Городская клиническая поликлиника №6 г. Ставрополя».

13 декабря 2017 года ФИО1 установлен диагноз «

<

данные изъяты>

С 1 февраля 2018 года по 20 февраля 2018 года ФИО1 находилась на стационарном лечении в нейрохирургическом отделении ГБУЗ Ставропольской краевой клинической больницы. 12 февраля 2018 года проведена операция: ВМП ОМС: 

<

данные изъяты>

14 марта 2018 года ФИО1 установлен диагноз «Susp церебральный инсульт в левой СМА. Моторная афазия, гемипарез справа». Состояние после операции 12.02.2018 года – 

<

данные изъяты>. Нижний периферический парапарез умеренной степени.

15 марта 2018 года ФИО1 выполнены магнитно-резонансная томография грудного отдела позвоночника и головного мозга после проведенных операций. Рекомендована консультация нейрохирурга.

С 30 марта 2018 года по 28 апреля 2018 года ФИО1 находилась на стационарном лечении в нейрохирургическом отделении ГБУЗ Ставропольской краевой клинической больницы. 

2 апреля 2018 года проведена операция: церебральная ангиография тотальная селективная. 18 апреля 2018 года проведена операция ВМП ОМС: тотальное микрохирургическое удаление опухоли левой лобной области. Отмечено нарушение речи, слабовыраженное нарушение психики. 

Поскольку закрытого перечня уважительных причин пропуска срока принятия наследства закон не предусматривает, суд относит к уважительным причинам пропуска срока для принятия наследства обстоятельства, связанные с личностью истца ФИО1, а именно: состояние здоровья ФИО1, которая в течение 2018-2019 г.г. находилась на лечении в г. Ставрополе, тяжелую, длящуюся болезнь, с перенесением неоднократных оперативных хирургических вмешательств, что в числе прочего повлекло нарушение речи и слабовыраженное нарушение психики, которые нельзя отнести к кратковременному расстройству здоровья.

По мнению суда указанные обстоятельства препятствовали ФИО1 принять наследство.

Осведомленность ФИО1 о наличии оформленного на ее имя завещания, исходя из положений статьи 1155 ГК РФ и указанных разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в названном постановлении, юридически значимым для существа данного спора не является и в предмет доказывания не входит.

По указанным основаниям суд отклоняет доводы представителя ответчика адвоката Дьяковой М.Н. об отсутствии у ФИО1 уважительных причин пропуска срока для принятия наследства ввиду осведомленности истца о наличии завещания в ее пользу. 

Обращаясь в суд с иском о восстановлении пропущенного срока для принятия наследства, ФИО1 указывала, что она как наследник не знала и не должна была знать об открытии наследства, в связи с чем пропустила этот срок по уважительной причине.

Удовлетворяя исковые требования, суд исходит из того, что истцу ФИО1 о смерти ФИО5 не сообщали, судом учитывается расстояние между местом жительства наследника и наследодателя и отсутствие родственников и знакомых в месте открытия наследства. При этом сведений о том, что ответчик сообщала истцу о смерти ФИО5, материалы дела не содержат. В связи с чем пришел к выводу о том, что ФИО1 не могла узнать о смерти наследодателя, то есть о самом факте открытия наследства и своевременно обратиться к нотариусу.

Истица, не располагавшая сведениями о смерти наследодателя, об открытии наследства, была объективно лишена возможности своевременно реализовать свои правопритязания на наследственное имущество, совершив необходимые для этого действия, предусмотренные законом.

При рассмотрении спора установлено, что о смерти наследодателя истцу ФИО1 стало известно лишь 9 января 2020 года. 

Доводы истца в этой части подтверждены пояснениями нотариуса ФИО7 в судебном заседании о том, что ей позвонили родственники умершего ФИО5 и сообщили, что ФИО1 проживает в 

<

...>, после чего она связалась с сотрудниками администрации с. Архангельского; показаниями свидетелей П. и П. о том, что после сообщения ФИО4 о наличии завещания на «Райку из Архангельского» они самостоятельно занялись поисками наследницы, сведения о которой им стали известны лишь 9 января 2020 года; показаниями свидетеля А., управляющей делами администрации с. Архангельского, подтвердившей осуществление телефонных звонков в администрацию 9 января 2020 года нотариуса ФИО7 и родственников ФИО5 в поисках ФИО1 

Доказательств обратного стороной ответчика суду представлено не было.

При этом судом учитывается, что ФИО1 в течение не более одного месяца с момента своей осведомленности об открытии наследства обратилась с соответствующими заявлениями к нотариусу (14.01.2020 года) и в суд (22.01.2020 года), что подтверждает ее волеизъявление на вступление в наследство.

Суд отмечает, что при подаче заявления о праве на наследство ответчик ФИО4 проявила недобросовестность, не указав при подаче заявления о принятии наследства о наличии наследника по завещанию – ФИО1, хотя располагала информацией о месте жительства ФИО1, что подтверждено показаниями свидетелей ФИО12 и ФИО11, пояснивших в судебном заседании, что ФИО4 сообщала о найденном ею завещании «на Райку из Архангельского». 

Такое поведение ответчика не может быть признано добросовестным осуществлением гражданских прав.

При таких обстоятельствах факт не извещения истца ФИО1, как наследника, об открытии наследства и обращении ответчицы с заявлением о принятии наследства, факт сокрытия информации о наличии иных наследников, во взаимосвязи и в совокупности, также могут является основанием для восстановления ФИО1 пропущенного срока в порядке, установленном ст. 1155 ГК РФ. 

Требование ФИО1 о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя суд считает подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к числу которых согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относятся расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

Правилами части 1 статьи 48 ГПК РФ предусмотрено, что граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

В соответствии с частью 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

По смыслу указанной нормы суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя критерий разумности понесенных расходов.

Верховный Суд РФ в Постановлении Пленума от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснил, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (п. 12). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле (п. 13).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, неоднократно выраженной в принятых Судом решениях (Определении от 21 декабря 2004 г. N 454-О, Определении от 25 февраля 2010 г. N 224-О-О, Определении от 17 июля 2007 г. N 382-О-О, Определении от 22 марта 2011 г. N 361-О-О) обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другой стороны в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции РФ. Именно поэтому речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Вместе с тем, принимая мотивированное решение об определении размера сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Из совокупности вышеприведенных норм процессуального права и данных вышестоящими судами разъяснений относительно их применения, следует, что суд наделен правом уменьшать размер судебных издержек в виде расходов на оплату услуг представителя, если этот размер носит явно неразумный (чрезмерный) характер, в том числе и в тех случаях, когда другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, при этом суд не вправе уменьшать его произвольно без приведения соответствующей мотивировки.

В соответствии с абз. 2 п. 2 разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", перечень судебных издержек, предусмотренный ГПК РФ, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Таким образом, признание обоснованности несения тех или иных расходов относится к компетенции суда.

Интересы истца ФИО1 в суде первой инстанции представлял на основании нотариально удостоверенной доверенности 26АА2426097 от 11.01.2020 года ФИО3 (л.д.70). 

Оплата гонорара представителю истца подтверждена распиской о получении 

<

данные изъяты> рублей от 22 февраля 2020 года и договором об оказании юридических услуг, заключенного 22 февраля 2020 года ФИО3 и ФИО1 (л.д.75,76). 

Как следует из материалов дела, истицей при рассмотрении настоящего спора судом были понесены издержки на оплату услуг представителя в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Принимая во внимание тот факт, что представитель истицы активно реализовывал принадлежащие ее доверителю процессуальные права: представил доказательства в подтверждение заявленных требований, принимал участие в судебных заседаниях по рассмотрению настоящего дела, суд считает заявление ФИО1 подлежащим удовлетворению.

Учитывая категорию спора, уровень его сложности, результат и продолжительность рассмотрения дела, объем работы, проделанной представителем, его процессуальную активность в ходе подготовки дела к судебному разбирательству и в судебном заседании, сложившуюся в регионе стоимость оплаты юридических услуг, а также требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что сумма в размере 

<

данные изъяты> рублей будет соответствовать критерию разумности и справедливости. В удовлетворении требования ФИО1 о взыскании с ФИО4 судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 

<

данные изъяты> рублей суд отказывает.

Рассматривая встречные исковые требования ФИО4 о признании завещания недействительным, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, разумность участников гражданских правоотношений, то есть осознание ими правовой сути и последствий совершаемых действий предполагается, пока не доказано обратное.

Соответственно суд исходит из презумпции дееспособности наследодателя, в том числе добросовестности действий нотариуса, удостоверившего завещание и проверившего волю наследодателя на распоряжение имуществом.

В соответствии с п. 1 ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Согласно положениям ст. 1124 ГК РФ завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, предусмотренных п. 7 ст. 1125, ст. 1127 и п. 2 ст. 1128 ГК РФ.

В силу абз. 3 п. 2 ст. 1124 ГК РФ в случае, когда в соответствии с правилами ГК РФ при составлении, подписании, удостоверении завещания или при передаче завещания нотариусу присутствуют свидетели, не могут быть такими свидетелями и не могут подписывать завещание вместо завещателя, в том числе лицо, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруг такого лица, его дети и родители.

В соответствии со статьей 1131 ГК РФ при нарушении положений ГК РФ, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", завещание может быть признано недействительным по решению суда, в частности, в случаях: несоответствия лица, привлеченного в качестве свидетеля, а также лица, подписавшего завещание по просьбе завещателя (абзац второй часть 3 ст. 1125 ГК РФ), требованиям, установленным пунктом 2 ст. 1124 ГК РФ; присутствия при составлении, подписании и, удостоверении завещания или при его передаче нотариусу лица, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей (п. 2 ст. 1124 ГК РФ); в иных случаях, если судом установлено наличие нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волю завещателя.

Таким образом, при разрешении вопроса о признании завещания недействительным законодатель требует учитывать подлинность воли наследодателя.

По смыслу вышеуказанных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации присутствие при составлении, подписании, удостоверении завещания лица, в пользу которого оно составлено, является основанием для признания завещания недействительным.

Таким образом, пункт 2 статьи 1124 ГК РФ запрещает присутствие при составлении завещания лиц, в пользу которых составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей в качестве свидетелей.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации указывает на присутствие указанных лиц при составлении завещания, вне зависимости от их статуса, как на основание для признания завещания недействительным.

В силу пункта 34 Методических рекомендаций по удостоверению завещаний, принятию нотариусом закрытого завещания, вскрытию и оглашению закрытого завещания утвержденных решением Правления Федеральной нотариальной палаты (Протокол N 04\04 от 1-2 июля 2004 года) нотариус принимает меры, позволяющие завещателю изложить волю свободно, без влияния третьих лиц на ее формирование. Нотариус обязан выяснить волю завещателя, направленную на определение судьбы имущества завещателя на день его смерти. Воля завещателя может быть выяснена в ходе личной беседы нотариуса и завещателя о действительном и свободном намерении завещателя составить завещание в отношении определенных лиц и определенного имущества. Нотариус принимает меры, позволяющие завещателю изложить волю свободно, без влияния третьих лиц на ее формирование.

Согласно пункту 39 Методических рекомендаций, при нотариально удостоверении завещания допускается присутствие помимо завещателя и нотариуса только переводчика, исполнителя завещания, свидетеля, лица, подписывающего завещание вместо завещателя (далее - рукоприкладчика).

В соответствии с завещанием, удостоверенным нотариусом по Буденновскому нотариальному округу 

<

адрес> ФИО8 за N5278, ФИО5 26 ноября 2002 года завещал все свое имущество, в том числе принадлежащие жилой дом и земельный участок по 

<

адрес> края ФИО2 (л.д.25).

Впоследствии наследодателем данное завещание отменено или изменено не было.

Из свидетельства о смерти III - ДН №563490, выданного повторно 16 января 2020 года усматривается, что ФИО5 скончался 22 июня 2019 года, о чем составлена запись акта о смерти 

<

данные изъяты> (л.д.9).

Основанием для обращения ФИО4 со встречным исковым заявлением послужило то, обстоятельство, что завещание, по мнению истца, не соответствует требованиям п. 2 ст. 1124 ГК РФ, и должно быть признано недействительным. В качестве доказательств нарушения тайны завещания истец сослалась на показания заинтересованного лица ФИО1, данных в судебном заседании 10 февраля 2020 года.

Как разъяснено в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Завещание составлено нотариусом со слов наследодателя ФИО5 в г. Буденновске. Согласно тексту завещания нотариусом проверена личность завещателя и его дееспособность. Завещание имеет подпись наследодателя, составленная им собственноручно с полной ее расшифровкой, текст завещания полностью прочитано завещателем до подписания.

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст. 1123 ГК РФ нотариус, другое лицо, удостоверяющее завещание, переводчик, исполнитель завещания, свидетели, а также гражданин, подписывающий завещание вместо завещателя, не вправе до открытия наследства разглашать сведения, касающиеся содержания завещания, его совершения, изменения или отмены. В случае нарушения тайны завещания завещатель вправе потребовать компенсацию морального вреда, а также воспользоваться другими способами защиты гражданских прав, предусмотренными настоящим Кодексом.

Статья 1124 ГК РФ предусматривает общие правила, касающиеся формы и порядка совершения завещания. В соответствии с частью 3 указанной статьи "...В случае, когда в соответствии с правилами настоящего Кодекса при составлении, подписании, удостоверении завещания или при передаче его нотариусу присутствие свидетеля является обязательным, отсутствие свидетеля при совершении указанных действий влечет за собой недействительность завещания, а несоответствие свидетеля требованиям, установленным пунктом 2 настоящей статьи, может являться основанием признания завещания недействительным."

Как следует из материалов дела, наследник ФИО1 не выступала свидетелем с тем статусом, который определен ст. 1125 ГК РФ, и не подписывала завещание.

Тот факт, что наследник присутствовал при составлении оспариваемого завещания, не является в силу закона основанием для признания завещания недействительным, поскольку законодатель защищает тайну завещания, если сам наследодатель заинтересован в сохранении этой тайны.

При нарушении тайны завещания только завещатель вправе защищать свои права, предусмотренные ст. 1123 ГК РФ. Доказательств того, что наследодатель возражал против присутствия иных лиц, кроме него и нотариуса, судом не добыто и истцом не предоставлено.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Сведений о том, что воля наследодателя сформирована под воздействием факторов, неблагоприятно повлиявших на ее формирование, истцом по встречному исковому заявлению не представлено, как и не представлено каких-либо доказательств того, что завещание составлено с нарушением действующего законодательства и подлежит признанию недействительным.

Каких-либо доказательств нарушения порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также наличия недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя, судом не установлено, а истцом по встречному исковому заявлению ФИО4 в суд не представлено.

В качестве доказательств недействительности завещания истцом по встречному исковому заявлению ФИО4 представлена копия протокола судебного заседания от 10 февраля 2020 года.

Доводы, указанные ФИО4 во встречном исковом заявлении и изложенные ее представителем адвокатом Дьяковой М.Н. в судебном заседании о присутствии ФИО1 при составлении ФИО5 завещания, суд отклоняет, поскольку они основаны на субъективном восприятии показаний ФИО1 в судебном заседании и толкование их истцом в свою пользу.

В ходе судебного следствия при рассмотрении настоящего гражданского дела истец ФИО1 дала подробные показания, свидетельствующие о том, что в день составления ФИО5 завещания она находилась с ним в нотариальной конторе. При подготовке к составлению завещания нотариус попросила ее покинуть кабинет, она находилась в коридоре.

Само по себе присутствие в коридоре помещения нотариальной конторы наследника в день составления, подписания и удостоверения завещания не является достаточным основанием для признания оспариваемого завещания недействительным, поскольку не свидетельствует о нарушении тайны завещания. 

Однако, доказательств присутствия ответчика ФИО1 в кабинете нотариуса при составлении ФИО5 завещания 26 ноября 2002 года в материалы дела не представлено. 

Кроме этого, то обстоятельство, что наследнику при жизни наследодателя от него стало известно о составлении завещания в его пользу, не относится к основаниям признания завещания недействительным, поскольку законодатель защищает тайну завещания, если сам наследодатель заинтересован в сохранении этой тайны. В данном случае ответчик ФИО1 лишь проводила наследодателя к нотариусу и при оформлении завещания не присутствовала.

При этом, суд также исходил из того, порядок составления, подписания и удостоверения завещания не был нарушен. Как усматривается из завещания от 26 ноября 2002 года, оно лично было подписано ФИО5 в присутствии нотариуса и удостоверено им (л.д. 25).

Каких-либо действий со стороны ФИО1, искажающих волеизъявление завещателя, судом не было установлено.

При таких обстоятельствах, на основании оценки представленных сторонами в материалы гражданского дела доказательств суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания завещания от 26 ноября 2002 года недействительным и отказе в удовлетворении встречных исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 1118, 1124, 1155 ГК РФ, ст.ст. 98, 100,194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Восстановить ФИО1 срок для принятия наследства, открывшегося после смерти ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 

<

данные изъяты>) рублей.

Отказать ФИО1 в удовлетворении требования о взыскании с ФИО4 судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

Отказать ФИО13 в удовлетворении исковых требований о признании недействительным завещания от 26 ноября 2002 года город Буденновск, зарегистрированного в реестре №5278 на ФИО1, удостоверенного ФИО8 нотариусом по Буденновскому нотариальному округу Ставропольского края.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Буденновский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Мотивированное решение суда составлено 2 июня 2020 года.

Судья Никитина М.В.