Дело № 2- 52/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 февраля 2017 года п. Сокольское

Сокольский районный суд Нижегородской области в составе: председательствующего судьи Садчиковой Е.В.,

С участием истца ФИО1, его представителя ФИО2,

Представителя ответчика СПА «Ингосстрах» ФИО3, действующего на основании доверенности со специально оговоренными полномочиями,

Третьего лица К.,

При секретаре Мироновой Е.В.,

Рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Сокольского районного суда Нижегородской области гражданское дело по иску ФИО1 овича к СПАО «Ингосстрах» о взыскании страхового возмещения за ущерб, причиненный транспортному средству в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации судебных издержек,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с настоящим заявлением, мотивируя тем, что 06 апреля 2016 года на 18 км. автодороги Городец-Кантаурово Городецкого района Нижегородской области произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого водитель К., управляя автомобилем «***» с государственным регистрационным знаком ***, нарушил требования ПДД и создал помеху в движении автомобилю под управлением истца марки «***», *** года выпуска с регистрационным знаком ***, что явилось причиной дорожно-транспортного происшествия. Вина водителя К. в дорожно-транспортном происшествии подтверждается материалами проверки ОГИБДД по факту ДТП. Общий размер убытков, причиненных автомобилю истца составил: 412.900 руб. за восстановительный ремонт автомобиля с учетом его износа. В отношении автомобиля «***», которым в момент ДТП управлял ФИО1 с ООО СК «Росгосстрах» был заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. В отношении автомобиля третьего лица договор ОСАГО был заключен с СПАО «Ингосстрах». В связи с отсутствием прямого контакта автомобилей и неустановлением вины третьего лица в дорожно-транспортном происшествии, и как следствие в причинении вреда автомобилю истца, страховщик СПАО «Ингосстрах» отказал истцу в выплате страхового возмещения при первоначальном обращении и в рамках досудебного урегулирования убытков. Полагая данный отказ незаконным, истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу 400.000 руб. страхового возмещения до достижения лимита ответственности страховой компании, полагая вину в ДТП принадлежащей К., который своим маневром на дороге создал опасную ситуацию и спровоцировал ДТП. Также истец просил взыскать с ответчика затраты на оплату услуг оценщика и 1200 руб. расходов на оплату нотариальных услуг по выдаче доверенности представителю.

В ходе судебного разбирательства истец поддержал заявленные требовании в полном объеме, указав, что на дату судебного разбирательства денежные средства истцу перечислены не были. ФИО1, указав, что не является родственником ответчику, 06 апреля 2016 года, в дневное время, управляя собственным автомобилем «*** с гос.знаком ***, двигался по двух полосной автодороге Н.Новгород-Кантаурово по направлению из г. Н.Новгорода, в салоне автомобиля на пассажирском сидении находился С. Дорожное полотно было сухим, погода без осадков, видимость вперед ничто не ограничивало. Скорость движения составляла около 90-100 км/час. На 18 км. автодороги со встречного направления из-за грузового транспорта выехал на полосу движения истца автомобиль «***» под управлением К., перекрыв ФИО1 полосу для движения, чем создал помеху в движении. Расстояния в 5-7 метров было недостаточно для торможения вплоть до полной остановки транспортного средства, вследствие чего истец, не прибегая к торможению, совершил маневр поворота направо в сторону обочины, наехал правой группой колес на влажную обочину, в силу чего автомобиль ушел в занос. Автомобиль развернуло на дороге и он осуществил неконтролируемый съезд в кювет, где получил значительные механические повреждения, а пассажиры получили вред здоровью. К. место ДТП не оставлял и не отрицал, что создал опасность для движения автомобиля истца в заданном направлении и ранее избранной скоростью. Полагал вину третьего лица максимальной и просил об удовлетворении требований в полном объеме. Аналогичную позицию высказал представитель истца ФИО2

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» не признал заявленные требования. Указал, что ответственность водителя К. застрахована по риску ОСАГО в компании ответчика и ДТП имело место быть в период срока действия договора об обязательном страховании. Истец представил страховщику комплект документов, из которого невозможно установить вину К., при этом, в действиях самого истца было установлено нарушение п. 10.1 ПДД РФ, что послужило основанием к отказу в страховой выплате. Полагал, что истец не заявлял требований о переоценке обстоятельств ДТП, не оспаривал указанное постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении, таким образом, в распоряжении ответчика в момент принятия решения по заявлению истца не имелось убедительных оснований для признания указанного случая страховым событием. При вынесении судом решения об удовлетворении требований истца, ходатайствовал об уменьшении судебных расходов и применении к штрафу положений ст. 333 ГК РФ.

Третье лицо К. исковые требования признал частично и сообщил суду, что не признает себя в полном объеме виновным в ДТП, имевшем место 06 апреля 2016 года. Указал, что двигался по своей полосе по дороге, имеющей две полосы для движения. Дорожное покрытие было сухим, обочина -влажной, было светло, без осадков. К. двигался со скоростью около 90 км/час. в колонне автомашин, следом за грузовым транспортом. Маневру обгона дорожная обстановка не препятствовала. Желая осуществить маневр его обгона и будучи ограничен в видимости вперед, водитель К., управляя автомобилем «***», выехал на полосу встречного движения примерно на половину корпуса автомобиля и увидел на расстоянии примерно в 50 метров, что ему навстречу движется встречный транспорт. Третье лицо сразу совершил маневр перестроения на свою полосу движения за грузовик и только в зеркало заднего вида увидел, что примерно на расстоянии в 200 метров машину «***» развернуло через встречную полосу и автомобиль, потеряв управление, съехал в левый кювет по ходу своего движения. К. остановился и оказал помощь водителю и пассажиру пострадавшим в ДТП. Полагал, что виной в ДТП явились в том числе и действия водителя ФИО1, который вместо применения экстренного торможения, начал совершать маневры на дороге. Пояснил, что ширина его автомобиля около 1,6м. и 1,8м. - по зеркалам. Поддержал свои объяснения, данные в ходе проверки сотрудникам ОГИБДД.

Изучив доводы истца и позицию представителя страховой компании, а также третьего лица, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Ст. 1064 ГК РФ установлена обязанность лица, ответственного за причинение вреда, его возместить в полном объеме.

Обсудив доводы ответчика о неустановлении вины страхователя К. в причинении вреда имуществу истца, суд усматривает следующее. По результатам проведенной проверки ОГИБДД вина водителя К. в совершенном ДТП, повлекшем причинение истцу материального ущерба, была установлена. В постановлении, вынесенном ИИАЗ ОГИБДД МО МВД России «Городецский» ФИО4 от 26 мая 2016 года указано, что 06 апреля 2016 года при движении с противоположных направлений автомобилей ФИО1 и К., на 18 км автодороги Городец-Кантаурово, автомобиль «Фольксваген Поло» под управлением К. совершила частный выезд на полосу встречного движения и возвращение на свою полосу, тогда как водитель ФИО1 с целью избежать прямого столкновения, резко принял маневр вправо, не справился с управлением транспортного средства и совершил опрокидывание его в левый кювет. При этом, в действиях К. не было обнаружено состава административного правонарушения, тогда как в действиях ФИО1 инспектор усмотрел нарушение п. 10.1 ПДД, ответственность за совершение которого не предусмотрена нормой ст. 12.24 КоАП РФ.

Изучив письменное доказательство по делу- схему места дорожно-транспортного происшествия, относимость и допустимость которой сомнений у суда не вызывает, т.к. участники подтвердили, что на указанной записи отображены обстоятельства ДТП, имевшего место 06 апреля 2016 года, суд усматривает следующее. Дорога на 18 км. имеет ширину проезжей части в 7,4 метра и 11 метров с учетом обочины. Данная дорога является двухполосной дорогой с шириной каждой проезжей части в 3,7м. На дорожном полотне имеются следы юза протектора автомобиля «***» от правой обочины по ходу его движения через встречную полосу до левой обочины и следы съезда в кювет, что полностью подтверждает показания истца и третьего лица. На схеме схематично (пунктиром) указана траектория движения грузового транспорта, за которым ехал К. и его маневр по выезду на полосу встречного движения перед автомобилем «***». Принимая во внимание согласованные объяснения сторон о ширине грузового автомобиля с учетом данных сотрудниками ДПС К. и Г. разъяснений, ширина грузовика составляла не менее 2,2м., с учетом безопасного интервала движения от обочины и пояснений К., что грузовик двигался посередине своей полосы, суд признает, что грузовик двигался примерно на расстоянии 0,7м. от осевой линии, разделяющей встречные направления для движений. С учетом ширины кузова автомобиля «***» не менее 1,6м. и 1,8м. с учетом зеркал, он выехал на полосу встречного движения для получения обзорности вперед не менее чем на 1 метр, чем сократил ширину полосу для движения машины истца не менее чем до 2.7м. Суд отмечает, что в соответствии с п. 9.10 ПДД РФ водитель транспортного средства должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения. При скорости не менее чем в 90 км/час для обоих автомобилей, указанный боковой интервал нельзя признать безопасным, в силу чего при совершении К. указанного маневра перестроения для водителя ФИО1 возникла опасность для движения, т.к. он не мог продолжать движение по своей полосе без изменения направления движения либо скорости, тогда как при движении по своей полосе ФИО1 имел преимущество в движении и К. должен был выполнить п. 1.2 ПДД РФ – «Уступить дорогу (не создавать помех)» - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Обсудив доводы третьего лица о достаточном расстоянии между автомобилями в момент выезда К. на встречную полосу для движения, суд данные доводы отклоняет в силу следующего. В письменных объяснениях, отобранных у него 06 апреля 2016 года, К. указывал, что для лучшей обзорности перед маневром обгона перестроился на встречную полосу движения и сразу увидел автомобиль под управлением ФИО1, третье лицо сразу возвратился на свою полосу, чтобы избежать столкновения, а водитель автомобиля «***» также чтобы избежать столкновения повернул вправо и задев колесами обочину, не справился с управлением автомобиля и совершил съезд в кювет на противоположной стороне дороги. Данные им объяснения согласуются со схемой места ДТП, где маневр водителя автомобиля «***» отображен в непосредственной близости от машины истца. Свидетель С., допрошенный при разбирательстве дела, пояснил, что находился в салоне автомобиля истца, когда на близком к ним расстоянии машина «***» выехала на их полосу для движения, преградив движение, в силу чего водителю ФИО1 пришлось маневрировать на проезжей части дороги. Объективно, других обстоятельств, которые бы вынудили истца совершить опасную попытку уклониться от лобового столкновения, не имелось на месте ДТП, ДТП не являлось следствием заноса на дороге в виду отсутствия к этому погодных условий, дорожное покрытие было сухим, осадков не было, о чем подтвердили суду стороны и свидетели. Таким образом, суд признает развитие дорожной ситуации происходившей по версии истца и его свидетеля, а доводы третьего лица при рассмотрении дела суд признает несоответствующими фактическим обстоятельствам дела, установленных из письменных доказательств и показаний свидетелей. Кроме этого, существенных противоречий между позицией К. в суд и при административном разборе ДТП в ОГИБДД не имеется.

Допрошенные свидетели- сотрудники ДПС Г. и К. показали суду, что по прибытию на место ДТП видели дорожную ситуацию, которую отобразили на схеме, составленной в присутствии водителей и понятых, траектории движений нанесли на схему со слов водителей, существенных противоречий в их показаниях не было.

Однако, оценивая действиях обоих водителей, суд признает, что, несмотря на то, что причиной опасного маневра для истца стало невыполнение водителем К. положений п. 1.2 ПДД о предоставлении преимущества в движении, При этом, маневр ФИО1 видится суду неверной тактикой водителя при обнаружении опасности для движения, в момент обнаружения которой водитель должен руководствоваться положениями п. 10.1 ПДД и принять меры к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства. Данное положение ПДД водитель ФИО1 проигнорировал, согласно схеме места ДТП, на ней отсутствуют следы торможения автомобиля ФИО1 Суд признает, что в описываемой ситуации водитель К. не выполнил требования п. 10.1 ПДД, выбрал скорость для движения, которая с учетом его стажа вождения, реакции на сложную дорожную ситуацию, с учетом конкретных дорожных условий, интенсивности и видимости в направлении движения, не позволила обеспечить водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения п. 1.5 ПДД РФ, который гласит, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. На основании изложенного, заслуживают внимания возражения третьего лица о том, что в случае экстренного торможения автомобиля «***», указанный автомобиль не потерял бы управление. Признавая вину истца и третьего лица обоюдной в дорожно-транспортном происшествии и как следствие причинении ущерба автомобилю истца, суд полагает справедливым распределить ее в процентном соотношении следующим образом: 75% вины у К. и 25% у ФИО1 с учетом действий каждого.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 13 «Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.06.2016), при отсутствии хотя бы одного из условий для прямого возмещения убытков (например, отсутствия контактного взаимодействия между транспортными средствами) заявление о страховой выплате подается в страховую компанию, застраховавшую гражданскую ответственность причинителя вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 929 ГК РФ, по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату, при наступлении предусмотренного в договоре страхового случая, возместить другой стороне (страхователю) убытки в застрахованном имуществе (выплатить страховое возмещение), в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Порядок осуществления страховых выплат регулируется Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» № 40-фз и Положением о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (утв. Банком России 19.09.2014 № 431-П).

Ст. 12 ФЗ и п. 3.1-3.12 Правил устанавливают, что при причинении вреда имуществу потерпевший, намеренный воспользоваться своим правом на страховую выплату, обязан представить поврежденное имущество или его остатки для проведения осмотра и (или) организации независимой экспертизы (оценки) в целях выяснения обстоятельств причинения вреда и определения размера подлежащих возмещению убытков, а страховщик - провести осмотр поврежденного имущества и (или) организовать независимую экспертизу (оценку).

Страховщик проводит осмотр поврежденного имущества и (или) организует независимую экспертизу (оценку) путем выдачи направления на экспертизу (оценку) в срок не более 5 рабочих дней с даты получения от потерпевшего заявления о страховой выплате, если иной срок не согласован страховщиком с потерпевшим.

Страховщик обязан согласовать с потерпевшим время и место проведения осмотра и (или) организации независимой экспертизы поврежденного имущества с учетом графика работы страховщика, эксперта и указанного в настоящем пункте срока проведения осмотра поврежденного имущества, а потерпевший в согласованное со страховщиком время обязан представить поврежденное имущество.

В случае если после проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества страховщик и потерпевший не достигли согласия о размере страховой выплаты, страховщик обязан организовать независимую экспертизу (оценку), а потерпевший - предоставить поврежденное имущество для проведения независимой экспертизы (оценки).

Судом установлено, что произошедшее 06 апреля 2016 года дорожно-транспортное происшествие с участием автомашины ФИО1 является страховым случаем, по обстоятельствам, установленным судом выше. Вина водителя К. в совершенном ДТП, повлекшем причинение истцу материального ущерба, установлена. Страховое возмещение составило по заключению эксперта ООО «***» 412.874 руб. с учетом износа транспортного средства по средним ценам в регионе, на дату образования ущерба с применением методики, установленной Банком России. Размер убытков стороны не оспаривали, заявлений о назначении судебной товароведческой экспертизы от них не поступало. 

Суд отмечает, что согласно п. 3.12 Правил указывает, что если страховщик в установленный пунктом 3.11 настоящих Правил срок не провел осмотр поврежденного имущества и (или) не организовал независимую экспертизу (оценку), то потерпевший имеет право самостоятельно обратиться с просьбой об организации такой экспертизы, не представляя поврежденное имущество страховщику для осмотра. При решении вопроса о страховой выплате страховщик использует результаты этой независимой экспертизы, а стоимость проведенной независимой экспертизы на основании ч. 5 ст. 12 ФЗ включается в состав страховой выплаты. На основании изложенного, суд признает, что требования истца о возмещении ему затрат на производство независимой оценки у оценщика ООО «Ника» обоснованы, т.к. данное доказательство было создано для обоснования заявленного иска и стоимость документально подтвержденных расходов на оплату услуг оценщика следует компенсировать истцу пропорционально размеру удовлетворяемых судом требований по ущербу, указанная сумма включается в состав судебных издержек по делу, о включении ее в состав убытков истец не заявлял.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Размер ущерба составил по заключению эксперта ООО «Ника» 412.874 руб. (л.д. 33).

Таким образом, в пользу истца подлежит взыскать в соответствии с ч. 15 ст. 12 ФЗ «Об ОСАГО»: 412.874 руб. х 75%= 309.655 руб. 50 коп., что не превышает лимитов ответственности страховщика.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально удовлетворенным судом исковым требованиям.

Сумма судебных издержек состоит из: 15.000 руб. судебных расходов на оплату услуг оценщика и 1200 руб. расходов на выдачу нотариальной доверенности представителю, всего 16.200 руб.

Расходы по оплате госпошлины возмещаются истцу пропорционально удовлетворяемым судом требованиям к ответчику страховой компании- 75% или 12.150 руб.

На основании вышеизложенного, суд признает требования ФИО1 подлежащими удовлетворению в части.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1 овича 309.655 руб. 50 коп. в счет невыплаченного страхового возмещения за ущерб транспортного средства, причиненного в результате ДТП, 12.150 руб. судебных издержек по делу, а всего взыскать 321.805 (триста двадцать одну тысячу восемьсот пять) руб. 50 коп.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд в месячный срок от даты составления решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Сокольский районный суд Нижегородской области.

Текст решения составлен 07 марта 2017 года машинописным способом.

Председательствующий Е.В. Садчикова