7

Первая инстанция: Шегида Е.А. № 44г-16/2019

Апелляционная инстанция: председ. Игнатенкова Т.А., № 44г-17/2019 

судьи Климко Д.В. – докладчик, Фролова Е.М. 

ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

«21» ноября 2019 года г. Липецк

Президиум Липецкого областного суда в составе:

председательствующего Маркова И.И., 

членов президиума Буркова Г.А., Долбнина А.И., Бирюковой Н.К.,

при секретаре Чумариной В.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы истицы ФИО1 на решение Грязинского городского суда Липецкой области от 29 декабря 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Липецкого областного суда от 27 марта 2019 года, ответчицы ФИО2 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Липецкого областного суда от 27 марта 2019 года, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к администрации сельского поселения Плехановский сельсовет Грязинского муниципального района Липецкой области, ФИО3 о признании права собственности на жилой дом и земельный участок.

Свои требования истица обосновывала тем, что ДД.ММ.ГГГГ года заключила сФИО4 предварительный договор купли-продажи земельного участка с жилым домом, расположенных по адресу:

<

адрес>, стоимостью 1250000 рублей и передала задаток в сумме 50 000 рублей. 20 ноября 2011 года истица передала продавцу в счет оплаты указанных объектов недвижимости 300 000 рублей, 27 января 2012 года - оставшиеся 900 000 рублей, что подтверждается расписками. Таким образом, окончательный расчет по договору произведен. Затем ФИО4 зарегистрировал в указанном доме истицу, ее детей и внучку, передал все правоустанавливающие документы и домовую книгу. ДД.ММ.ГГГГ годаФИО4 умер. Истица со своей семьей продолжала проживать в спорном доме, оплачивала коммунальные платежи, ухаживала за огородом и считала дом своим. В 2018 году брат ФИО4 - ФИО3 стал предъявлять претензии в отношении спорного дома, которые истица считала необоснованными.

К участию в деле в качестве соответчика судом первой инстанции привлечена дочь ФИО4 - ФИО2

Уточнив исковые требования, ФИО1 просила признать за ней право собственности на индивидуальный жилой дом площадью 59,9 кв.м., кадастровыйномер №, с хозяйственными постройками, расположенный по адресу:

<

адрес>; прекратить заФИО2 право собственности на указанный жилой дом; признать право собственности на земельный участок из земель населенных пунктов с кадастровым № 1916 кв.м., расположенный по адресу:

<

адрес>; признать право собственности на земельный участок из земель населенных пунктов с кадастровым № площадью 500 кв.м., расположенный по адресу:

<

адрес>, прекратив право собственности ФИО2 на указанные земельные участки.

В обоснование уточненных требований ФИО1 указала, что 26 декабря 2011 года ФИО4 произвел раздел земельного участка площадью 2416 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, в результате чего на кадастровый учет поставлено два земельных участка: с КН48:№ 1916 кв.м. по адресу:

<

адрес> и с № площадью 500 кв.м. по адресу:

<

адрес>. О разделе земельного участка ФИО1 не знала. В настоящее время она проживает с сыном ФИО5 в доме № 

<

адрес>, а дочь ФИО6 с внучкойФИО8 – в неоформленном доме № 

<

адрес>.

ФИО2 предъявила встречный иск о признании ФИО1, ФИО5, ФИО6 и несовершеннолетнейФИО8 прекратившими право пользования жилым домом, расположенным по адресу: 

<

адрес> снятии с регистрационного учета по указанному адресу и выселении ФИО1 и ФИО5 из жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, выселении ФИО6 и несовершеннолетнейФИО8 из недостроенного дома, расположенного по адресу:

<

адрес>, указав, что она в установленном порядке приняла наследство после смерти отцаФИО4, получила свидетельства о праве на наследство по закону. Ответчики по встречному иску являются для нее чужими людьми, не пускают на спорные земельные участи и в жилой дом, препятствуют оформлению документов на недостроенный дом.

В судебном заседании истица ФИО1 объяснила, что ФИО4 уклонялся от заключения основного договора купли-продажи, однако оплату за проданное имущество получил полностью, каких-либо претензий истице и членам ее семьи не предъявлял. 

Представитель ответчицы ФИО2 - ФИО3 в судебном заседании объяснил, что его брат (ФИО4) заключил с ФИО1 предварительный договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, однако получил только задаток в размере 50000 рублей, все остальные расписки, подтверждающие передачу денежных средств, являются недействительными. 

Решением Грязинского городского суда Липецкой области от 29 декабря 2018 года ФИО1 отказано в удовлетворении искового заявления к ФИО2, администрации сельского поселения Плехановский сельсовет Грязинского муниципального района Липецкой области о признании права собственности на жилой дом площадью 59,9 кв.м. с хозяйственными постройками, расположенный по адресу

<

адрес> прекращении заФИО4 права собственности на указанный жилой дом; признании права собственности на земельный участок с кадастровым № 1916 кв.м., расположенный по адресу:

<

адрес>; признании права собственности на земельный участок с кадастровым номером № площадью 500 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>; прекращении за ФИО2 права собственности на указанный земельный участок.

Тем же решением ФИО1,ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ рождения, ФИО9 (ранее - ФИО7) Н.В.,ДД.ММ.ГГГГ рождения,ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признаны утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу:

<

адрес>; ФИО1, ФИО5 выселены из жилого помещения, расположенного по адресу:

<

адрес>, без предоставления другого жилого помещения; ФИО9 (ранее - ФИО7) Н.В.,ФИО8 выселены из строения, расположенного по адресу:

<

адрес>, без предоставления другого жилого помещения.

Резолютивная часть решения содержит указание на то, что настоящее решение является основанием для снятия ФИО1, ФИО5, ФИО9,ФИО8 с регистрационного учета по адресу:

<

адрес>

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Липецкого областного суда от 27 марта 2019 года решение Грязинского городского суда Липецкой области от 29 декабря 2018 года отменено в части.

Указанным апелляционным определением за ФИО1 признано право собственности на жилой дом с кадастровым номером № площадью 59,9 кв.м. с хозяйственными постройками, расположенный по адресу:

<

адрес>, и земельный участок с кадастровым № площадью 1916+/-31 кв.м., расположенный по адресу:

<

адрес>;

за ФИО2 прекращено право собственности на жилой дом с кадастровым номером № площадью 59,9 кв.м. с хозяйственными постройками, расположенный по адресу:

<

адрес>, и земельный участок с кадастровым № площадью 1916+/-31 кв.м., расположенный по адресу:

<

адрес> 

в удовлетворении исковых требований ФИО2 о признании ФИО1,ФИО5 утратившими право пользования жилым помещением и выселении из дома № 

<

адрес> области без предоставления другого жилого помещения отказано.

В остальной части решение суда оставлено без изменения.

30 августа 2019 года ответчица ФИО2 обратилась с кассационной жалобой на постановление суда апелляционной инстанции.

24 сентября 2019 года истица ФИО1 обратилась с кассационной жалобой на постановления судов первой и апелляционной инстанций. 

В апелляционных жалобах стороны ссылаются на существенные нарушения судами норм материального и процессуального права.

Для проверки доводов кассационных жалоб судьей Липецкого областного суда 09 сентября 2019 года истребовано гражданское дело, которое поступило в областной суд 20 сентября 2019 года. 

Заслушав доклад судьи Липецкого областного суда Торговченковой О.В., истицу ФИО1 и её представителя – ФИО10, поддержавших кассационную жалобу ФИО1 и возражавших против кассационной жалобы ФИО2, президиум находит жалобы подлежащими удовлетворению. 

Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. 

Президиум Липецкого областного суда приходит к выводу о том, что такие нарушения норм права были допущены судом апелляционной инстанции.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ года между ФИО1 (покупатель) иФИО4 (продавец) состоялся предварительный договор купли-продажи, по условиям которого стороны обязались в срок до 20 ноября 2011 года заключить основной договор купли-продажи земельного участка площадью 2416 кв.м. и жилого дома общей площадью 60,3 кв.м., расположенных по адресу:

<

адрес>.

Цена продаваемого земельного участка с жилым домом определена в сумме 1250 000 рублей (1000000 рублей – жилой дом, 250000 рублей – земельный участок), которые покупатель обязался уплатить продавцу в день подписания основного договора купли-продажи.

Согласно приобщенным к материалам дела оригиналам расписок, 20 сентября 2011 годаФИО4 получил от ФИО1 задаток в размере 50 000 рублей в счет оплаты земельного участка с жилым домом, а 20 ноября 2011 года, то есть в последнюю дату, когда стороны обязались заключить основной договор купли-продажи земельного участка и жилого дома, - 300 000 рублей. 

Таким образом, в установленный предварительным договором срок заключения основного договора денежные средства в той сумме, в которой покупатель обязался уплатить продавцу за жилой дом и земельный участок, ФИО4 уплачены не были. 

До истечения срока, установленного предварительным договором, основной договор заключен не был, ни одна из сторон другой стороне предложение заключить договор купли-продажи не направляла.

Из материалов дела также следует, что 26 декабря 2011 года ФИО4 произвел раздел земельного участка площадью 2416 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> в результате чего на кадастровый учет поставлено два земельных участка: с №:12площадью 1916 кв.м. по адресу:

<

адрес> и с № площадью 500 кв.м. по адресу:

<

адрес>.

Согласно расписке, имеющейся в материалах дела, 27 января 2012 года ФИО4 получил 900000 рублей в виде задатка за проданный им ФИО1 дом. 

ДД.ММ.ГГГГ годаФИО4 умер.

Наследником ФИО4 является его дочь - ФИО2, обратившаяся к нотариусу с заявлением о принятии наследства и которой нотариусом выданы свидетельства о праве на наследство по закону,а также ФИО2 зарегистрировано право собственности на земельные участки с кадастровыми № площадью 500 кв.м. по 

<

адрес> и № 1916 кв.м. по адресу:

<

адрес>, жилой дом площадью 59,9 кв.м., расположенный по адресу

<

адрес>.

Разрешая спор и отказывая ФИО1 в удовлетворении требований о признании права собственности на объекты недвижимости, суд первой инстанции руководствовался пунктом 6 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того обстоятельства, что поскольку в установленный предварительным договором от 20 сентября 2011 года срок основной договор купли-продажи жилого дома и земельного участка заключен не был, то обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращены. Как указал суд, сама по себе передача денежных средств по распискам в отсутствие основного договора не влечет возникновения права собственности на спорное недвижимое имущество. Кроме того, по передаточному акту имущество от продавца к покупателю не передавалось, в настоящее время в права на имущество, в отношении которого заявлен спор, вступила наследник продавца - ФИО2 

Частично отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя в этой части требования ФИО1, суд апелляционной инстанции, ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», исходил из того, что, коль скоро, приобретатель имущества до заключения основного договора уплатил его полную покупную стоимость, то предварительный договор между ФИО4 и ФИО1 от 20 сентября 2011 года следует квалифицировать как договор купли-продажи с условием о предварительной оплате. Придя к выводу, что обязательства по данному договору сторонами исполнены, суд апелляционной инстанции указал на отсутствие оснований для применения к правоотношениям сторон положений статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

С учетом данных обстоятельств, а также принимая во внимание, что при жизни ФИО4 государственная регистрация перехода права собственности от продавца к покупателю не произведена и в настоящее время в связи со смертью продавца имущества утрачена, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о признании за ФИО1 права собственности на жилой дом с кадастровым номером № площадью 59,9 кв.м. с хозяйственными постройками, расположенный по адресу:

<

адрес>, и земельный участок с кадастровым № площадью 1916+/-31 кв.м., расположенный по адресу:

<

адрес>, а право собственности ФИО4 на указанное имущество счел прекращенным на основании статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В связи с отчуждением ФИО4 своего имущества другому лицу – ФИО1, суд апелляционной инстанции указал, что отчужденное имущество не могло являться объектом наследования. 

Соглашаясь с решением суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 о признании за ней права собственности на земельный участок с № площадью 500 кв.м., расположенный по адресу

<

адрес>, суд апелляционной инстанции исходил из того обстоятельства, что вновь образованный участок при жизни ФИО4 поставлен на кадастровый учет как самостоятельный объект недвижимости с присвоением отдельного адреса, и данный объект не являлся предметом заключенного между ФИО4 и ФИО1 предварительного договора от 20 сентября 2011 года. 

Президиум Липецкого областного суда с выводами суда апелляционной инстанции согласиться не может по следующим основаниям.

Основания приобретения права собственности регламентированы статьей 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 2 которой предусматривает, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно пункту 1 статьи 429 названного кодекса по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор (пункт 4 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указано в пункте 6 статьи 429 названного кодекса, обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор.

Исходя из анализа приведенных правовых норм, обязательство устанавливается для того, чтобы оно было исполнено. До тех пор, пока обязательство не нарушено ни одной из сторон, оно должно исполняться в точном соответствии с его содержанием. Эта обязанность возлагается на обе стороны в обязательстве. Не только одна сторона обязана надлежаще исполнить обязательство, но и другая сторона не вправе уклониться от принятия производимого надлежащего исполнения. Такое обязательство предполагает определенное сотрудничество между сторонами, обусловленное взаимностью обязательства. Сторона, нарушившая это требование, лишается права на применение к другой стороне санкций.

Надлежащее исполнение обязательств по предварительному договору состоит в совершении его сторонами действий, направленных на заключение основного договора, результатом которых является его заключение в обусловленный срок, в связи с чем незаключение основного договора всегда есть результат нарушения кем-либо из сторон предварительного договора принятых на себя обязательств по заключению основного договора.

Согласно пункту 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Нарушение какой-либо из сторон или обеими сторонами условий предварительного договора возможно как в результате виновных действий в форме уклонения от заключения основного договора, так и в результате невиновных действий в форме бездействия обеих сторон относительно заключения основного договора в связи с взаимной утратой интереса в заключении основного договора.

Из положений приведенных выше правовых норм в их взаимосвязи следует, что виновность действий, нарушающих условия предварительного договора, повлекших незаключение основного договора, предполагается, пока не доказано иное.

Следовательно, освобождение стороны предварительного договора от ответственности за незаключение основного договора возможно, если этой стороной в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации будет доказана невиновность своих действий, в результате которых основной договор не был заключен.

Отсутствие вины обеих сторон предварительного договора в незаключении основного договора возможно в частности в случае утраты заинтересованности сторон в заключении основного договора и отказа от намерений по его заключению в форме несовершения действий, предусмотренных предварительным договором, направленных на заключение основного договора.

Делая вывод об отсутствии оснований для применения к спорным правоотношениям положений статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не учел того обстоятельства, что в установленный предварительным договором срок заключения основного договора денежные средства в той сумме, в которой покупатель ФИО1 обязалась уплатить продавцу за жилой дом и земельный участок, ФИО4 уплачены не были, каких-либо дополнительных соглашений об изменении срока, в который стороны обязуются заключить основной договор, между ФИО4 и ФИО1 не заключалось. 

При таких обстоятельствах вывод суда апелляционной инстанции об исполнении сторонами своих обязательств по предварительному договору не соответствует фактическим обстоятельствам дела. 

По делу бесспорно установлено, что до истечения срока, установленного предварительным договором, основной договор заключен не был, ни одна из сторон другой стороне предложение заключить договор купли-продажи не направляла.

Учитывая данное обстоятельство, а также то, что в предусмотренный предварительным договором срок принятые сторонами договора обязательства исполнены не были, судам следовало применить приведенные правовые нормы и установить, имело ли в данном случае нарушение какой-либо из сторон или обеими сторонами условий предварительного договора в результате виновных действий в форме уклонения от заключения основного договора, или в результате невиновных действий в форме бездействия обеих сторон относительно заключения основного договора в связи с взаимной утратой интереса в заключении основного договора. В том случае, если стороны взаимно утратили интерес в заключении основного договора, судам надлежало установить, было ли между сторонами достигнуто соглашение о заключении договора на иных условиях. 

При установлении указанных юридически значимых обстоятельств по делу судам следовало предложить сторонам представить доказательства в соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, дать оценку действиям ФИО4 по разделу спорного земельного участка, совершенным им по истечению срока, на который был заключен предварительный договор, а также дать оценку расписке от 27 января 2012 года, согласно которой ФИО4 получил 900000 рублей в виде задатка за проданный им ФИО1 дом, как того требует статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из буквального толкования содержащихся в ней слов и выражений. 

С учетом изложенного президиум находит выводы суда апелляционной инстанции не соответствующими нормам материального права, основанными на неверном установлении существенных для дела обстоятельств, которым не дана надлежащая правовая оценка. 

Поскольку суд апелляционной инстанции при проверке законности решения суда первой инстанции не установил все юридически значимые обстоятельства по делу и представленным по делу доказательствам не дал оценки, а суд кассационной инстанции правом оценки доказательств не наделен, принятое по делу постановление суда апелляционной инстанции нельзя признать законным и обоснованным, оно постановлено с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможно восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителей кассационных жалоб, что, согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является основанием для его отмены и направления дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом разбирательстве суду апелляционной инстанции необходимо устранить отмеченные недостатки и постановить новое определение при точном выполнении требований закона. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум 

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Липецкого областного суда от 27 марта 2019 года отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. 

Председательствующий И.И. Марков