РЕШЕНИЕ

20 декабря 2017 года город Самара

Заместитель председателя Приволжского окружного военного суда Ментов Вадим Геннадьевич, при секретаре Кальшевой А.Ж., с участием посредством видеоконференц-связи защитника лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, Бесаева Т.И., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу последнего на постановление судьи Оренбургского гарнизонного военного суда от 30 октября 2017 года о привлечении военнослужащего войсковой части № ФИО4, родившегося ДД.ММ.ГГГГ , к административной ответственности по части 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации),

установил:

Судья Оренбургского гарнизонного военного суда своим постановлением от 30 октября 2017 года признал Кафяна виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации, и подверг его административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 8 месяцев. 

Как видно из названного постановления, правонарушение выразилось в том, что около 4 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ Кафян, управляя автомобилем «Hyundai Grandeur», государственный регистрационный знак №, будучи остановленным инспектором ДПС около 

<

адрес>, в нарушение пункта 2.3.2. Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – ПДД), не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Выражая несогласие с названным выше постановлением, защитник лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, Бесаев подал жалобу, в которой просит его ввиду незаконности и необоснованности отменить и вернуть дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование жалобы, приводя собственный анализ обстоятельствам дела, её автор утверждает, что Кафян был введён в заблуждение инспектором ДПС относительно совершённого им правонарушения, вследствие чего подписал составленные последним процессуальные документы. Однако, проконсультировавшись со знакомым, который разъяснил основания и последствия привлечения к административной ответственности по части 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации, Кафян самостоятельно в тот же день прошёл медицинское освидетельствование на состояние опьянения, по результатам которого состояние опьянения у него установлено не было. 

Далее в жалобе указывается, что от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения Кафян отказался в присутствии только одного понятого и по указанию инспектора ДПС.

Кроме того, Бесаев в жалобе поясняет, что инспектором ДПС нарушен порядок привлечения понятых, поскольку понятые не присутствовали при совершении им процессуальных действий, а лишь поставили подписи в уже заполненных протоколах. 

Также автор жалобы полагает незаконным отказ судьи Оренбургского гарнизонного военного суда в удовлетворении заявленных им ходатайств о вызове и допросе в судебном заседании в качестве свидетелей понятых и инспектора ДПС, а также истребовании и просмотре видеозаписи с видеорегистратора автомобиля сотрудников ДПС, поскольку по делу имеются противоречия, которые необходимо устранить. 

В заключение жалобы защитник лица, привлекаемого к административной ответственности, обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что при составлении протокола об административном правонарушении в отношении Кафяна были допущены существенные нарушения, в том числе указана несуществующая статья КоАП Российской Федерации, а именно – 1226, на основании которой Кафян привлекается к административной ответственности, а протокол об отстранении от управления транспортным средством содержит многочисленные исправления.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы, изложенные в жалобе, а также выслушав защитника лица, привлекаемого к административной ответственности, не нахожу оснований для отмены либо изменения обжалуемого постановления судьи Оренбургского гарнизонного военного суда по следующим основаниям.

Пунктом 2.3.2 ПДД на водителя транспортного средства возложена обязанность по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Невыполнение водителем законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, влечёт административную ответственность, установленную частью 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации, в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Как видно из материалов дела, около 4 часов ДД.ММ.ГГГГ Кафян, управляя автомобилем «Hyundai Grandeur», государственный регистрационный знак №, был остановлен сотрудниками ДПС, после чего в присутствии двух понятых в связи с наличием у него признаков алкогольного опьянения (запаха алкоголя из полости рта, нарушения речи) был отстранён от управления транспортным средством.

В связи с тем, что на предложение инспектора ДПС Кафян отказался пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, но имелись основания полагать, что он находится в состоянии опьянения, Кафяну было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения с составлением соответствующего протокола, однако от прохождения такого освидетельствования он отказался, о чём произведена соответствующая запись в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование, заверенная его подписью. 

Факты управления Кафяном автомобилем при вышеизложенных обстоятельствах, обоснованных подозрений в нахождении его в состоянии алкогольного опьянения и невыполнения им законного требования инспектора ДПС о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения подтверждены исследованными судом первой инстанции доказательствами, не доверять которым оснований не имеется, а именно:

- протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому Кафян при вышеизложенных обстоятельствах в нарушение п. 2.3.2 ПДД при наличии признаков алкогольного опьянения отказался от прохождения всех видов освидетельствования на состояние опьянения, заверив этот отказ своей подписью;

- протоколом о направлении на медицинское освидетельствование от ДД.ММ.ГГГГ №, из которого следует, что Кафян в присутствии двух понятых отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, также заверив это своей подписью;

- объяснениями понятых ФИО1 и ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым Кафян при наличии у него признаков опьянения отказался от освидетельствования на состояние опьянения на месте, а также от предложения пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения. 

В судебном заседании суда первой инстанции 25 октября 2017 года Кафян признал факт своего отказа от прохождения соответствующего медицинского освидетельствования, пояснив, что отрицал факт нахождения ДД.ММ.ГГГГ в состоянии алкогольного опьянения, но подписал составленные инспектором ДПС процессуальные документы, чтобы его отпустили.

Факт отказа Кафяна от прохождения соответствующего медицинского освидетельствования не оспаривается и в рассматриваемой жалобе.

Согласно приведённым выше нормам ППД и КоАП Российской Федерации для констатации совершения лицом административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации, фактическое пребывание этого лица в состоянии опьянения, что отрицается Кафяном и его защитником, существенного значения не имеет, равно как и обстоятельства, побудившие лицо отказаться от прохождения медицинского освидетельствования.

Таким образом, выводы судьи об установлении события рассматриваемого административного правонарушения и виновности Кафяна в его совершении являются правильными.

Опровергается материалами дела и довод жалобы относительно якобы допущенных инспектором ДПС нарушений. В частности, как видно из названных выше протоколов, Кафяну были разъяснены его права и обязанности, предусмотренные статёй 25.1 КоАП Российской Федерации, а также положения статьи 51 Конституции Российской Федерации, что заверено его подписями. 

Довод якобы об отсутствии одного понятого при составлении процессуальных документов надлежит признать необоснованным.

Подписи указанных лиц в необходимых процессуальных документах имеются, равно как и письменные объяснения от них по данному поводу; сам Кафян каких-либо заявлений по рассматриваемому вопросу не делал.

В настоящем судебном заседании должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении в отношении Кафяна, инспектор ДПС ФИО3 на вопросы защитника и судьи пояснил, что для оформления необходимых документов были приглашены двое понятых, именно в присутствии которых Кафян отказался от всех предложенных ему способов медицинского освидетельствования, при этом каких-либо замечаний, ходатайств и возражений он не заявлял, вследствие чего и не были предприняты меры по сохранению производимой видеозаписи, которая к настоящему времени по объективным причинам отсутствует.

В соответствии с частями 2 и 6 статьи 25.7 КоАП Российской Федерации в случаях, предусмотренных главой 27 этого же Кодекса, обязательно присутствие понятых или применение видеозаписи. 

В протоколах, составленных по настоящему делу об административном правонарушении, отсутствуют отметки о применении инспектором ДПС видеозаписи при отстранении Кафяна от управления транспортным средством и направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, но имеются подписи понятых.

Неточность, допущенная инспектором ДПС в протоколе об административном правонарушении при указании статьи, на основании которой Кафян привлекается к административной ответственности, следует отнести к явной технической описке, которая не влияет на законность обжалованного судебного постановления.

Исследованные судьёй первой инстанции и положенные им в основу постановления документы, в числе которых протоколы об отстранении от управления транспортным средством, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и об административном правонарушении, составлены уполномоченным должностным лицом, отвечают положениям КоАП Российской Федерации. Содержание протоколов согласуется с объяснениями инспектора ДПС в рапорте и в настоящем судебном заседании, письменными объяснениями понятых.

Исходя из вышеприведенных фактических обстоятельств по делу, ссылки в жалобе на якобы наличие по делу неустранимых сомнений в доказанности вины Кафяна в совершении вменённого административного правонарушения нельзя признать обоснованными.

Кроме того, вопреки утверждению в жалобе, судьёй гарнизонного военного суда дана надлежащая оценка прохождению Кафяном по собственной инициативе медицинского освидетельствования на состояние опьянения спустя 6 часов после остановки транспортного средства под его управлением.

Наличие акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения от ДД.ММ.ГГГГ №, по результатам которого у него не установлено состояние опьянения, не свидетельствуют о необоснованности подозрений сотрудника ДПС о наличии у Кафяна признаков опьянения и о незаконности последующих требований о прохождении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и медицинского освидетельствования на состояние опьянения. 

В соответствии с пунктом 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475 (в ред. от 10 сентября 2016 года), основанием для направления на медицинское освидетельствование водителя транспортного средства является наличие хотя бы одного основания закреплённого в вышеуказанных Правилах. 

Из материалов дела следует, что в протоколах указано наличие нескольких оснований: запах алкоголя изо рта, нарушение речи, неустойчивость позы, что свидетельствует о правомерности действий сотрудников ГИБДД. 

Каких-либо объективных доказательств того, что сотрудник ДПС ФИО3 каким-либо образом ввёл Кафяна в заблуждение относительно совершённого им правонарушения и ответственности за него в суды обеих инстанций не представлено.

На основании изложенного прихожу к выводу о том, что виновность Кафяна в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации, подтверждена достоверными и объективными доказательствами, содержащимися в материалах дела. Сделанные на их основе выводы судьи гарнизонного военного суда получили должное и убедительное обоснование в постановлении. 

Административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 8 месяцев назначено судом в пределах санкции части 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации с учётом характера совершённого административного правонарушения, личности виновного и его имущественного положения.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену постановления, в ходе рассмотрения настоящего дела допущено не было. 

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 30.7 КоАП Российской Федерации,

решил:

Постановление судьи Оренбургского гарнизонного военного суда от 30 октября 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО4 оставить без изменения, а жалобу его защитника Бесаева Т.И. – без удовлетворения.

"Согласовано"

Заместитель председателя Приволжского окружного военного суда В.Г. Ментов