Дело №1-А45/2023г.

УИД: 48RS0023-02-2023-000137-47

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

17 ноября 2023 года г.Задонск 

Задонский районный суд Липецкой области в составе:

председательствующего судьи Леоновой Л.А.

при секретаре Шатских С.А., Стуровой Н.А.

с участием государственных обвинителей Бредихина Ю.Д., Зудина И.Н. 

подсудимого ФИО7

защитника Печенева И.В.

потерпевшего, гражданского истца ФИО3

представителя потерпевшего, гражданского истца ФИО8

гражданских истцов ФИО56 ФИО57

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО7, 

<

данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.4 ст.264 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО7 совершил нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения. 

Преступление совершено ФИО7 при следующих обстоятельствах.

30 ноября 2020 года в период времени с 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут до 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут, ФИО7, в нарушении требований п.2.7 ПДД РФ управляя в состоянии алкогольного опьянения, ставящем под угрозу безопасность движения, принадлежащим ему технически исправным автомобилем «

<

данные изъяты>» («

<

данные изъяты>») регистрационный знак №, осуществляя движение по проезжей части 

<

адрес>, двигаясь со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, со скоростью около 50 км/ч, которая не обеспечивала ему возможности постоянного контроля над движением транспортного средства, для выполнения требований Правил дорожного движения, чем нарушил п.10.1. ПДД РФ, при возникновении опасности для движения, в виде неустановленного в ходе следствия легкового автомобиля двигавшегося во встречном направлении с включенным дальним светом фар, тем самым ухудшавшим ему видимость в направлении движения, не принял возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, чем нарушил п.10.1 ПДД РФ, при ослеплении светом фар встречного автомобиля в нарушении п.19.2 ПДД РФ не включил аварийную сигнализацию и, не меняя полосу движения, не снизил скорость и не остановился, проявил невнимательность и непредусмотрительность продолжил движение, разъехавшись со встречным автомобилем, при возникновении опасности для движения которую он в состоянии был обнаружить в виде пешехода двигавшегося в попутном направлении по правому краю проезжей части, не принял возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, чем нарушил п.10.1. ПДД РФ, не выбрал необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, чем нарушил п.9.10 ПДД РФ, в результате чего по неосторожности в районе 

<

адрес>, правой передней частью автомобиля «

<

данные изъяты>» («

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>») регистрационный знак №, допустил наезд на пешехода ФИО2 

В результате дорожно-транспортного происшествия пешеходу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, причинена тупая сочетанная травма тела, в состав которой входят: закрытая черепно-мозговая травма - 1 ссадина в лобной области слева, 1 ушибленная рана в правой теменной области, 2 ушибленные раны на границе левой теменной и затылочной области, 1 ушибленная рана в затылочной области по средней линии; 1 кровоизлияние в слизистой оболочке нижней губы справа, на уровне 2-3 зубов нижней челюсти справа; 1 ссадина в подбородочной области по средней линии, в проекции подбородочного выступа; множественные разрывы твердой мозговой оболочки конвекситальной и базальной поверхностей; субарахноидальное кровоизлияние конвекситальной правой лобной и теменной долей головного мозга; субарахноидальное кровоизлияние конвекситальной левой теменной доли головного мозга, в проекции прецентральной извилины; перелом свода и основания черепа (лобной, височных, теменных и затылочной костей, передних, средних и задних черепных ямок, верхних стенок орбит); размозжение базальных поверхностей правой и левой височных долей головного мозга. Закрытая тупая травма груди - неполные переломы 2,3 правых ребер по среднеключичной линии. 1 кровоподтек и 13 ссадин на задней поверхности средней и нижней трети левого бедра; кровоизлияние в мягких тканях задней поверхности средней трети левого бедра. Неполный перелом наружной костной пластинки верхней ветви правой лобковой кости с переходом на переднюю стенку левого тазобедренного сустава; неполный разрыв левого крестцово-подвздошного сочленения. 1 ушибленная рана в поясничной области слева, 1 ссадина на передневнутренней поверхности области левого коленного сустава, 1 ссадина на задней поверхности средней трети левой голени, 1 ссадина на внутренней поверхности верхней трети левой голени, 1 ссадина на задней поверхности области левого голеностопного сустава, 1 ссадина на задней поверхности области левого локтевого сустава, 1 ушибленная рана на передней поверхности нижней трети левого предплечья, 1 ушибленная рана на внутренней поверхности нижней трети левого предплечья, 1 ссадина на тыльной поверхности левой кисти в проекции 1 пястной кости, 1 ссадина на тыльной поверхности левой кисти в проекции 1 пястно-фалангового сустава, 1 ссадина на тыльной поверхности левой кисти в проекции сустава между средней и ногтевой фалангой 3 пальца, 1 ссадина на тыльной поверхности левой кисти в проекции средней фаланги 4 пальца, 1 ссадина на тыльной поверхности левой кисти в проекции средней фаланги 5 пальца.

Смерть ФИО2 наступила в период времени с 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут до 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут 30 ноября 2020 года в результате тупой сочетанной травмы тела, включающей: закрытую черепно-мозговую травму, закрытую тупую травму грудной клетки, переломы костей таза, кровоподтеки, ссадины и ушибленные раны на различных поверхностях тела.

Комплекс повреждений, в составе тупой сочетанной травмы обнаруженной при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО2, как сам по себе, так и ввиду закономерно развившегося осложнения, расценивается как, причинивший тяжкий вред здоровью, по квалифицирующему признаку опасности для жизни человека и находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

В соответствии с Правилами дорожного движения Российской Федерации, утвержденными Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090 «О правилах дорожного движения», введенными в действие с 1 июля 1994 года, с последующими изменениями и дополнениями:

пункт 2.7. ПДД РФ - водителю запрещается: управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения;

пункт 9.10. ПДД РФ - водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы ему избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения;

пункт 10.1. ПДД РФ - водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства;

пункт 19.2. ПДД РФ - дальний свет должен быть переключен на ближний: в населенных пунктах, если дорога освещена; при встречном разъезде на расстоянии не менее чем за 150 м до транспортного средства, а также и при большем, если водитель встречного транспортного средства периодическим переключением света фар покажет необходимость этого; в любых других случаях для исключения возможности ослепления водителей как встречных, так и попутных транспортных средств. При ослеплении водитель должен включить аварийную сигнализацию и, не меняя полосу движения, снизить скорость и остановиться.

Таким образом, ФИО7 нарушил требования п.п.2.7., 9.10., 10.1. и 19.2.ПДД РФ, что находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО7 вину в совершении преступления признал частично и показал, что 30 ноября 2020 года около 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> мин. он управлял принадлежащим ему автомобилем «

<

данные изъяты>», стояла пасмурная погода, было темно, была мга (дымка). Разметка на асфальте отсутствовала. В автомобиле он ехал один, Освещение на том участке дороги отсутствовало. Видимость была в пределах света фар. Двигался он со скоростью около 50 км/ч, с включенным ближним светом фар, противотуманные фары на автомобиле не работали и в момент ДТП не горели. Он двигался по 

<

адрес>. Повернув с 

<

адрес>, вдалеке увидел свет фар, который был ярче, чем обычно светит ближний. Возможно, фары были «задраны», или это был дальний свет фар, но лампочки точно не галогеновые, а скорее ксеноновые или светодиодные. Кроме основных фар ниже на встречном автомобиле горели ещё две фары такого же свечения. На всём протяжении их сближения режим света фар встречного автомобиля не менялся. Он не был ослеплён светом фар встречного автомобиля, потому что, несмотря на яркий, чем обычно, свет его фар - пока они сближались со встречным автомобилем – его глаза адаптировались, так как он видел его издалека на всём протяжении сближения. Поэтому свет фар встречного автомобиля не мешал ему продолжать дальнейшее прямолинейное движение, не ограничивал ему видимость, и у него не возникало оснований применять торможение и включать аварийную сигнализацию. После произошедшего ДТП он очень переживал, испытывал сильный стресс, на почве которого бывали периоды, что он употреблял спиртное. В общении со знакомыми и окружающими, чтоб не вдаваться в подробности и избежать обсуждения деталей случившегося, он всё объяснял тем, что его якобы ослепил встречный автомобиль. Он настаивает, что ослеплён не был, встречный автомобиль не ограничивал ему видимость, ему незачем было тормозить и включать аварийную сигнализацию. Опасности для движения у него не было, но после того, как он разминулся со встречным автомобилем, то неожиданно для себя услышал удар о правую переднюю часть автомобиля. Он не понял, как совершил наезд на что-то. Он проехал ещё около 10 метров вперёд, потом развернул свой автомобиль, чтобы посмотреть, на что он совершил наезд. Где именно он развернулся, по какой траектории двигался, сейчас пояснить не может, так как прошло значительное время, да он и не запоминал этого. При встречном разъезде он двигался прямо, направления движения не менял и не маневрировал. Он не понял, как совершил наезд на что-то. Экстренное торможение он не применял. Если бы видел на проезжей части пешехода, то он бы постарался объехать его, либо применить экстренное торможение, чтобы остановить свой автомобиль, как только заметил бы его. После того, как он остановил автомобиль на обочине, он вышел из машины и увидел в правом кювете лежащую на спине женщину. Он подбежал к ней, стал ощупывать пульс, но он не прощупывался, он стал трясти её, чтобы она очнулась, но женщина не подавала признаков жизни. Было видно, что её голова и лицо в крови. Он был очень сильно взволнован, стал искать в автомобиле свой телефон, чтобы вызвать скорую и полицию, но никак не мог сразу его найти. В это время он увидел ФИО48 и ФИО49, которые подошли к нему. Он попросил ФИО9 вызвать помощь, он позвонил по номеру «112» и вызвал скорую и полицию. Как женщина оказалась на дороге, ему неизвестно, возможно она шла в попутном направлении по проезжей части дороги, возможно, вышла, шагнула с обочины на проезжую часть перед наездом. Он узнал, что совершил наезд на пешехода только после того, как вышел из своего автомобиля. Каких-либо светоотражающих элементов на её одежде не было, она была одета в тёмные штаны и светлую куртку. Вскоре приехали сотрудники полиции и скорая. Фельдшер осмотрел женщину и констатировал её смерть. До прибытия экстренных служб он не перемещал никакие предметы или тело женщины, и не видел, чтобы это делал кто-либо другой. Наезд на пешехода произошёл на проезжей части по направлению его движения, где-то перед местом обнаружения осколков и шапки, а по ширине дороги - левее от них. Где именно произошёл разъезд со встречным автомобилем, он пояснить не может, всё произошло неожиданно для него, было темно, и со дня ДТП прошло много времени. В случившемся дорожно-транспортном происшествии невозможно было избежать наезда на пешехода. Был встречный автомобиль, свет фар. Пешеход был на неосвещенной дороге и без светоотражающей одежды. Пешеход оказался в той части дороги, где его не должно было быть. В такой ситуации невозможно было не наехать на данного пешехода.

По ходатайству государственного обвинителя, в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, были оглашены показания ФИО7, данные им в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого 03 февраля 2021 года (т.3 л.д.249-251) из которых следует, что 30 ноября 2020 года он находился дома, примерно в 

<

данные изъяты> часов выпил спиртного – около 150 грамм вина. Доза выпитого им спиртного никак не повлияла на его самочувствие, координацию, реакцию и адекватное осознание окружающей обстановки. Он знал, что нельзя управлять транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, но все равно сел за руль.

При дополнительном допросе в качестве подозреваемого 28 сентября 2021 года ФИО7 полностью подтвердил данные им показания 03 февраля 2021 года (т.4 л.д.14-16).

В судебном заседании подсудимый ФИО7 полностью подтвердил показания, данные им на предварительном следствии в части употребления им спиртного 30 ноября 2020 года.

Показания, данные ФИО7 на предварительном следствии при допросе 03 февраля 2021 года и 28 сентября 2021 года в части употребления им спиртного 30 ноября 2020 года суд расценивает как достоверные, поскольку они согласуются между собой, подтверждаются объективными доказательствами.

Каких-либо данных, свидетельствующих об ограничении прав ФИО7 на стадии предварительного расследования, судом не установлено, а к показаниям подсудимого в той части, в которой он выражает свое несогласие с предъявленным обвинением, суд относится критически, поскольку его доводы полностью опровергнуты в судебном заседании совокупностью доказательств, представленных стороной обвинения. 

Из материалов дела следует, что как в ходе допросов, так и при проведении других следственных действий ФИО7 давал показания после разъяснения ему прав, с участием защитника, подписывал протоколы только после их прочтения. Данные обстоятельства также подтверждаются подписями адвоката в указанных протоколах. По окончании допросов никаких замечаний и дополнений к протоколам допроса ФИО7 и его защитник не сделали, удостоверили своими подписями правильность отражения показаний в протоколе. 

Несмотря на отрицание ФИО7 своей вины в совершении преступления, виновность подсудимого ФИО7 в совершении преступления, подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Потерпевший ФИО3 показал суду, что 30 ноября 2020 года он был на работе, по дороге домой около 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут по телефону общался с женой. После 

<

данные изъяты> часов телефон супруги не отвечал. В дальнейшем от своего брата он узнал, что его жена погибла. Они выехали сразу же на место ДТП, когда приехали, там уже никого не было. По дороге сыну написали, что это сделал ФИО7, который был пьян.

Свидетель ФИО13 показал суду, что 30 ноября 2020 года в вечернее время к нему зашел ФИО14, и они решили пойти в помещение совхоза Елецкая Лозовка, чтобы там употребить спиртное. На улице было темно, дул сильный ветер. В какой-то момент они услышали хлопок. Затем по дороге чуть-чуть правее перекрестка, они увидели машину и ФИО7, который был в шоковом состоянии, бегал вокруг машины и как будто что-то искал, при этом постоянно твердил «телефон». На расстоянии 2-5 метров от машины лежал человек. Близко к машине и лежащему человеку он не подходил, поэтому сказать, кто это был – мужчина или женщина, он не может. ФИО14 начал звонить в полицию и скорую. Они поняли, что произошла авария. Когда приехала скорая, ему стало известно, что сбили женщину по фамилии ФИО44.

Согласно показаниям свидетеля ФИО13 на предварительном следствии от 14 октября 2021 года, перед тем как он вместе с ФИО14 вышли от его дома он общался с ФИО7 по телефону, о чем они общались, он не помнит (т.2 л.д.103-104).

После оглашения данных показаний в судебном заседании свидетель ФИО13 их подтвердил.

Свидетель ФИО14 показал суду, что 30 ноября 2020 года в вечернее время он и ФИО13 шли в сторожку ЗАО «Зерос», чтобы там выпить. На улице было темно. Около 

<

данные изъяты> часов возле конторы в районе перекрестка он увидел машину «

<

данные изъяты>», которая стояла по направлению в с.Воробьевка Хлевенского района, около неё был ФИО7. Он попросил телефон, сказал, что сбил человека, попросил вызвать скорую. Он позвонил в службу «112», пытался что-то объяснить, отвечал на вопросы. По телефону его спрашивали, в каком состоянии находится человек, он отвечал, что недвижимо лежит. ФИО7 сказал, что женщину сбил. Они дождались, когда приехала скорая, полиция, ДПС, после чего разошлись по домам.

Согласно показаниям свидетеля ФИО14 на предварительном следствии от 02 февраля 2021 года, 30.11.2020 он встретился с ФИО13, после чего около 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут он с ФИО10 пешком пошли к АО «Зерос». Примерно в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут они проходили мимо магазина. В это время он услышал сильный удар со стороны 

<

адрес>. На улице было темно. После чего, они подошли к 

<

адрес> и на перекрестке, на правой обочине увидели автомобиль «

<

данные изъяты>» регистрационный знак №, который принадлежал ФИО7, также возле автомобиля они увидели последнего. Подойдя ближе, он увидел в кювете женщину, лежащую на спине. После этого он понял, что произошло ДТП. ФИО7 попросил его вызвать скорую помощь, что он и сделал. Спустя время, приехала фельдшер и констатировала смерть женщины. На месте ДТП тот с ФИО7 не общался, последний лишь говорил, что сбил человека. На месте ДТП он видел, что в автомобиле «

<

данные изъяты>» была разбита правая передняя часть автомобиля (правая фара, бампер в правой части, лобовое стекло в правой части автомобиля, разбито правое зеркало заднего вида). Он не знает, был ли ФИО7 в состоянии алкогольного опьянения, ему показалось, что тот был взволнован. В автомобиле с ФИО7 он в момент ДТП не находился, момент наезда на пешехода он не видел (т.2 л.д.110-111). 

После оглашения данных показаний в судебном заседании свидетель ФИО14 их подтвердил.

Свидетель ФИО15 показал суду, что 30 ноября 2020 года в вечернее время было темно, он стоял около своего дома по 

<

адрес> совместно с ФИО17 и ФИО16 Услышали хлопок, подумали, что в мусорный бак кто-то въехал и не придали этому значения. Расстояние от того места, где произошел хлопок, до места удара было около 200 метров. Также они видели стоящий автомобиль, у которого горели фары, стоп-сигналы, но не придали этому значение. К месту ДТП он не подходил, впоследствии он узнал, что произошло ДТП, ФИО7 сбил человека.

Свидетель ФИО16 показал суду, что 30 ноября 2020 года около 5-6 вечера он подъехал к дому ФИО15, в это же время приехал ФИО17, они стояли на улице, был сильный ветер, уже смеркалось, вдруг они услышали удар, он выглянул из-за машины и увидел, что какая-то машина завернула к конторе, ФИО17 сказал, что кто-то зацепил мусорный бак, и они этому значения не придали. После чего они разошлись, и он поехал в магазин. Когда он ехал в магазин увидел машину «

<

данные изъяты>», которая стояла повернутой чуть-чуть в сторону конторы, перпендикулярно проезжей части. Когда возвращался обратно, около данной машины стояли 2 или 3 человека, через полчаса ему позвонил ФИО11 и сообщил, что ФИО7 сбил тетю ФИО6.

По ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании были оглашены показания свидетеля ФИО16, данные им на предварительном следствии, из которых следует, что 30.11.2020 он находился возле 

<

адрес>, он с ФИО17, ФИО15, ФИО18 находились рядом с грузовым автомобилем. Примерно в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут они услышали хлопок со стороны дороги, где расположен филиал ПАО «Сбербанк», после этого они вышли из-за грузового автомобиля и увидели на дороге автомобиль, на нем загорелись стоп-сигналы и автомобиль сначала остановился на дороге, а затем заехал на обочину между зданиями. Где точно он остановился, он сказать не может, так как на улице было темно, он увидел, что это был автомобиль «Нива». На улице было темно, освещение на данной дороге отсутствует. По поводу хлопка, ФИО17 предположил, что остановившийся автомобиль задел ограждение мусорного бака. Был ли встречный автомобиль у автомобиля, который остановился на обочине, он не знает, так как на это он не обращал внимание. Через несколько часов он узнал, что мужчина, житель данного села, управляя автомобилем «

<

данные изъяты>» допустил наезд на пешехода ФИО2 (т.2 л.д.146-147).

После оглашения данных показаний в судебном заседании свидетель ФИО16 их подтвердил.

Свидетель ФИО18 показал суду, что 30 ноября 2020 года он находился около дома ФИО17, который проживает по адресу: 

<

адрес>. Там с ним находились ФИО16, ФИО15 и ФИО17, пили кофе. На улице было темно, ФИО12 сказал, что слышал хлопок. На дорогу они не смотрели, спустя некоторое время он поехал домой.

По ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании были оглашены показания свидетеля ФИО18, данные им на предварительном следствии, из которых следует, что 30.11.2020 он находился возле 

<

адрес>, он с ФИО17, ФИО15, ФИО16 находились рядом с грузовым автомобилем. Примерно в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут они услышали хлопок со стороны дороги, где расположен филиал ПАО «Сбербанк», после этого они вышли из-за грузового автомобиля и увидели, что на одном автомобиле загорелись стоп сигналы и автомобиль остановился. Как только данный автомобиль остановился, то он увидел, что в сторону памятника, то есть навстречу данному автомобилю проехал второй автомобиль. Когда он посмотрел на 

<

адрес> этот легковой автомобиль уже проехал от остановившегося автомобиля около 300 метров в сторону г.Липецка. На улице было темно, освещение на данной дороге отсутствует. Они подумали, что остановившийся автомобиль, где произошел хлопок, сбил собаку. По его мнению, автомобиль двигался либо с дальним, либо с ближним светом фар. Через несколько часов он узнал, что ФИО7 управляя автомобилем «

<

данные изъяты>» допустил наезд на пешехода ФИО2 (т.2 л.д.144-145).

После оглашения данных показаний в судебном заседании свидетель ФИО18 их подтвердил частично, указав, что хлопка он не слышал.

Свидетель ФИО17 показал суду, что точную дату и время не помнит в ноябре, в темное время суток он совместно с ФИО15, ФИО16, ФИО18 находились у его дома в 

<

адрес>, у 

<

адрес>, стояли за грузовой машиной, пили кофе. Затем услышали хлопок, вышли из-за машины, увидели, что по дороге едет легковая машина с ярким светом, дальним или ближним, он не знает, навстречу другая машина – внедорожник, он подумал, что машина въехала в мусорки, машина проехала один метр вперед, затем два метра назад и встала. Они не придали этому значение, и ушли по домам. Через 30-40 минут ему позвонил сын и сообщил, что ФИО7 сбил тетю ФИО6.

В судебном заседании свидетели ФИО1, ФИО19, ФИО20 воспользовавшись ст.51 Конституции РФ отказались от дачи показаний. По ходатайству государственного обвинителя на основании ч.4 ст.281 УПК РФ показания указанных свидетелей, данные ими на предварительном следствии были оглашены в судебном заседании.

Согласно показаниям свидетеля ФИО1, данных им при допросе 04.07.2021, он является братом ФИО7, брат ему подробно не рассказывал об обстоятельствах ДТП, а лишь сообщил, о том, что его ослепил встречный автомобиль, после чего он допустил наезд на пешехода (т.2 л.д.150-151).

Из показаний свидетеля ФИО19 при допросе на предварительном следствии 07.07.2021 следует, что он является сыном ФИО7, отец подробно ему не рассказывал об обстоятельствах ДТП, он сообщил ему, что перед наездом на пешехода при встречном разъезде его ослепил встречный автомобиль, в связи с чем, он не увидел женщину пешехода (т.2 л.д.152-153).

Свидетель ФИО20 на предварительном следствии показала, что является супругой ФИО7, отец подробно ей не рассказывал об обстоятельствах ДТП, он сообщил ей, что после того, как он разминулся со встречным автомобилем, ехавшим с дальним светом фар, он совершил наезд на что-то, на что именно он сначала не понял, так как был ослеплен светом фар встречного автомобиля (т.2 л.д.154-155).

Вопреки утверждению защиты существенных нарушений уголовно-процессуального закона при проведении и процессуальном оформлении показаний свидетелей ФИО19, ФИО20, ФИО1, являющихся сыном, супругой и братом подсудимого ФИО7, суд не усматривает, при этом сам факт предупреждения близких родственников подсудимого об уголовной ответственности по ст.308 УК РФ за отказ от дачи показаний, безусловным основанием для признания указанных доказательств недопустимыми не является, поскольку, по смыслу ст.51 Конституции РФ и ст.56 УПК РФ, наличие родственных отношений исключает их ответственность по указанной норме уголовного права.

Как видно из соответствующих протоколов, указанным свидетелям были разъяснены положения ст.51 Конституции Российской Федерации и ч.4 ст.56 УПК РФ о том, что они вправе отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга и других близких родственников, после чего они согласились дать и дали показания об известных им обстоятельствах дела.

Свидетель ФИО21 показал суду, что в 2020 году работал следователем СО отделения МВД по Хлевенскому району. 30 ноября 2020 года произошло ДТП, он находился в составе дежурной оперативно-следственной группы. От дежурного поступило сообщение о наезде на пешехода – женщину по 

<

адрес>. Когда они прибыли на место, увидели автомобиль «

<

данные изъяты>» на правой обочине, в кювете между стадионом и дорогой лежал труп женщины. Медики констатировали смерть женщины. После чего при понятых проводился осмотр места происшествия, фиксировались обстоятельства ДТП, были опрошены очевидцы. На месте был ФИО7, который пояснял, что это он сбил женщину. После оформления ДТП автомобиль был изъят, труп женщины отправлен в морг. Затем ФИО7 был доставлен в отделение МВД России по Хлевенскому району, где он его опрашивал. 

Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля ФИО21 на предварительном следствии следует, что он выезжал на место ДТП 30 ноября 2020 года, водитель ФИО7 на месте ДТП ему пояснил, что управляя автомобилем «

<

данные изъяты>», двигался по проезжей части 

<

адрес>. Со слов ФИО7 в автомобиле тот находился один, он разъехался со встречным автомобилем и сразу после этого почувствовал удар в правой передней части автомобиля. Как двигался пешеход по дороге и располагался относительно автомобиля в момент наезда тот пояснить не смог. Сказал, что женщину не видел. Позже, после того как он окончил оформление ДТП, он проследовал с ФИО7 в отдел полиции, где получил от него объяснение. Он оказывал помощь в организации проведения следственного эксперимента 03.12.2021. Считает, что погодные и дорожные условия при проведении следственного эксперимента 03.12.2021 были такие же, как и ДД.ММ.ГГГГ. Была пасмурная погода, уличное освещение в месте ДТП отсутствовало, покрытие проезжей части было мокрым (т.2 л.д.158-162).

После оглашения данных показаний в судебном заседании свидетель ФИО21 их подтвердил полностью.

Свидетель ФИО22 показал суду, что работает инспектором ДПС ГИБДД отделения МВД России по Хлевенскому району, точную дату и время не помнит, он находился на службе во второй смене, по линии 112 пришло сообщение, что в 

<

адрес> совершен наезд на пешехода. Дежурный его направил на место ДТП. Было темно, пасмурно, капал небольшой дождик, освещения на месте ДТП не было. Видимость была плохая - при включенном свете фар освещалась только дорога, а обочины при этом не было видно. На месте ДТП они увидели автомобиль «

<

данные изъяты>», у которого было треснуто лобовое стекло, передняя правая блок-фара, в обочине в метрах шести лежала погибшая женщина. От водителя «

<

данные изъяты>» ФИО7 исходил запах алкоголя изо рта, в отношении него в присутствии понятых было проведено освидетельствование при помощи технического средства - алкотестера. Было установлено, что ФИО7 находится в состоянии алкогольного опьянения. Результаты освидетельствования ФИО7 не оспаривал. Он также участвовал в качестве статиста при проведении следственного эксперимента по данному уголовному делу – управлял автомобилем «

<

данные изъяты>» при дальнем свете фар, при ближнем свете фар, измеряли общую видимость, был статист с листом А4, по метражу измеряли откуда его было видно, и не видно. И также навстречу ему ехал автомобиль с дальним светом фар и ближним светом фар. Когда был включен навстречу дальний свет фар, то не было видно ничего, происходило ослепление. ФИО7 также участвовал при проведении следственного эксперимента, говорил, что было ослепление глаз, на каком расстоянии, он (ФИО22) уже не помнит. По результатам проведения следственного эксперимента был составлен протокол, с которым все ознакомились и расписались.

Свидетель ФИО23 показал суду, что работает заместителем начальника отдела СЧ СУ УМВД России по Липецкой области. Точную дату не помнит, со следственного отдела отделения МВД Хлевенского района в следственную часть было передано уголовное дело по факту совершения ФИО7 ДТП, в результате которого ФИО44 причинены телесные повреждения не совместимые с жизнью, в результате ДТП она погибла. Им проводились следственные действия по данному делу, направленные на установление обстоятельств подлежащих доказыванию в рамках уголовного дела, в последующем дело было изъято из производства и передано для дальнейшего расследования следователю ФИО53 В ходе расследования уголовного дела им проводилось следственное действие – следственный эксперимент, перед началом проведения следственного эксперимента у ФИО7 в присутствии понятых выяснялось, соответствуют ли погодные условия тем, которые были в момент ДТП, никаких замечаний от участников следственного эксперимента не поступало. Пояснения о том, что была мга и дымка, были сделаны уже после составления протокола следственного эксперимента и после того, как участники следственного эксперимента соответственно с ним ознакомились, на что также обращалось внимание. Им в протоколе было указано, что перед началом следственного эксперимента данного заявления не поступало. Кроме того, мга и дымка по сути дела на общую видимость не влияет. Для проведения следственного эксперимента был привлечен специалист, перед началом всем участникам разъяснялись их права во время следственного действия, выяснялась обстановка соответствует/не соответствует, выяснили, что все соответствует, транспортное средство аналогичное было предоставлено, следовательно, в дальнейшем проводился следственный эксперимент. Сначала определялась общая видимость (видимость при которой различимы элементы дороги), затем определялась конкретная видимость пешехода (видимость пешехода в условиях дорожной обстановки). Также проводился эксперимент с участием проезжающего транспортного средства. Все расстояния замерялись, все отражалось в протоколе следственного эксперимента. 

Свидетель ФИО24 показала суду, что участвовала в качестве понятой при проведении следственного эксперимента. В следственном эксперименте принимали участие два сотрудника ГАИ, подсудимый, защитник, потерпевший и его представитель, понятой ФИО54, следователь. При проведении следственного эксперимента использовалось два автомобиля, один – «

<

данные изъяты>», марку второго автомобиля она не помнит. Производились замеры, моделировались ситуации со встречным автомобилем – когда он стоял, а также двигался при включенном дальнем и ближнем свете, а также с противотуманными фарами. Когда выставили машины навстречу и включили дальний свет и противотуманные фары, ослепления не было, силуэт человека можно было видеть. По окончании проведения следственного эксперимента был составлен протокол, который был зачитан им вслух, после чего они в нем расписались, в протоколе все соответствовало тому, что происходило в ходе следственного эксперимента.

Согласно показаниям свидетеля ФИО24, данным ею на предварительном следствии 23 апреля 2023 года и 20 ноября 2022 года, 03 декабря 2021 года она и ФИО25 участвовали в следственном действии в качестве понятых. Обстоятельства производства данного следственного действия, в котором она участвовала 03 декабря 2021 года в качестве понятой, помнит хорошо. Следственный эксперимент проводился в вечернее время. Кроме нее и ФИО26 в данном следственном действии участвовали следователь, сотрудник ГИБДД был статистом водителем, кроме того, в следственном эксперименте участвовали еще какие-то лица и их адвокаты, точно был еще подозреваемый. Перед началом следственного эксперимента следователем всем участвующим лицам разъяснены права, ответственность, а также порядок производства следственного эксперимента. Кроме того, ей и ФИО26 до начала следственного эксперимента разъяснены права, обязанности и ответственность, как понятых. Перед началом следственного эксперимента, следователь спросил у подозреваемого и его адвоката, соответствуют ли погодные и дорожные условия, тем, которые были в момент произошедшего там ДТП с его участием, на что тот ответил, что соответствуют. Следственный эксперимент проводился в связи с произошедшим на указанном месте ДТП. Как пояснил следователь, следственный эксперимент проводился с целью установления общей и конкретной видимости на месте ДТП. На момент следственного эксперимента была пасмурная погода, без осадков, темное время суток, фонари уличного освещения не работали, проезжая часть была мокрая. Сначала при проведении следственного эксперимента они определяли расстояние общей видимости. Для этого автомобиль 

<

данные изъяты>» под управлением одного из статистов, им был сотрудник ГИБДД, был расположен на полосе движения автодороги 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>. Автомобиль был заведен, на нем был включен ближний свет фар. В машине находился один статист. Она, ФИО26 и следователь стояли рядом с автомобилем. Статист пешеход с белым листом бумаги в левой руке, двигаясь по правому краю проезжей части в сторону 

<

адрес>, стал удаляться от автомобиля. По указанию следователя они должны были остановить статиста-пешехода в тот момент, когда край проезжей части и обочина «сольются», т.е. перестанет быть различимым, что они и сделали. После остановки статиста каждый понятой, то есть она и ФИО26 занимали водительское место и подтверждали, что данное место определено верно. После этого, производился замер от автомобиля «

<

данные изъяты>» до статиста пешехода. Следователь им называл числовое значение расстояние до статиста, но в настоящее время она его не помнит. После определения расстояния общей видимости они определяли расстояние конкретной видимости пешехода. Для этого пешеход статист был удален от автомобиля «

<

данные изъяты>», на расстояние с которого его не видно. После этого, статист водитель, управляя автомобилем «

<

данные изъяты>» с включенным ближним светом фар двигался на минимальной скорости в направлении статиста-пешехода и при его обнаружении она и ФИО26, должны были незамедлительно остановить автомобиль. Указанное испытание они проводили несколько раз, при обнаружении статиста пешехода они сообщали об этом следователю и статист водитель останавливал автомобиль. После чего, производились соответствующие замеры от автомобиля «

<

данные изъяты>» до статиста пешехода. Статист водитель (сотрудник ГИБДД) сообщил, что когда ими (понятыми) останавливался автомобиль, ему плохо видно статиста и тот видит «белое пятно» на проезжей части. Хотя она и ФИО26 четко видели силуэт человека на проезжей части. После указанного заявления статиста водителя (сотрудника ГИБДД), следователь предложил ему приблизиться на автомобиле «

<

данные изъяты>» на такое расстояние, с которого ему было бы очевидно, что на проезжей части именно человек. После этого, статист водитель (сотрудник ГИБДД) приблизился и остановил автомобиль в тот момент, когда, по его мнению, тот четко видел, что на проезжей части находится человек. Когда автомобиль был им остановлен, можно было распознать пол человека, а именно женский, и во что одета статист-пешеход, та одета в светлую куртку, темные штаны и черные ботинки, то есть в темное время суток можно было распознать элементы одежды и то, что статист пешеход находилась в капюшоне. После этого, они устанавливали конкретную видимость пешехода при свете фар встречного автомобиля. Для этого оба автомобиля «

<

данные изъяты>» под управлением статиста водителя (сотрудника ГИБДД) и «

<

данные изъяты>» под управлением другого статиста водителя, были равноудалены от статиста пешехода на расстояние, с которого статиста пешехода на проезжей части не видно, затем на минимальной скорости автомобили стали двигаться навстречу друг другу. Статист водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» (сотрудник ГИБДД) должен был остановить автомобиль при обнаружении пешехода понятыми, то есть ею и ФИО26 Данное испытание они проводили несколько раз. Все полученные результаты замеров им оглашал следователь. Последним, они проводили следственный эксперимент следующим образом. Автомобиль «

<

данные изъяты>» был выставлен на встречной полосе движения с включенным дальним светом фар и противотуманными фарами и находился без движения, а они двигались ему навстречу. В данном случае необходимо отметить, что при приближении к автомобилю «

<

данные изъяты>», наступало полное ослепление, то есть дорогу полностью не было видно. Когда они почти приблизились к встречному автомобилю и пучок света фар автомобиля «

<

данные изъяты>», светил, уже за спиной, а глаза привыкли к яркому свету, ею и ФИО26 был обнаружен статист-пешеход, о чем они сообщили следователю и автомобиль «

<

данные изъяты>» был остановлен статистом водителем. После этого был произведен замер от автомобиля до пешехода. Все замеры, сделанные при проведении следственного эксперимента, следователем были занесены в протокол и соответствовали действительности. После проведения следственного действия следователь зачитал им протокол вслух. В протоколе все было записано правильно, поэтому она подписала протокол. «Ослепление» по ее мнению, это воздействие яркого света фар на глаза, при котором ничего не видно, в том числе и окружающую обстановку, то есть не видно, проезжую часть, пешеходов. Ослепление наступало еще до начала движения автомобиля «

<

данные изъяты>» навстречу пешеходу, но они все равно провели следственный эксперимент (т.2 л.д.191-194, 196-198).

Показания, данные на предварительном следствии, свидетель ФИО24 подтвердила полностью, уточнила, что при приближении автомобиля наступало ослепление, затем они просили остановить автомобиль, глаза к свету уже привыкли, и статиста было видно.

Свидетель ФИО26 показал суду, что точное число и месяц не помнит, он участвовал в качестве понятого при проведении следственного эксперимента. Вторым понятым была ФИО35, им разъяснили их права и обязанности. При проведении следственного эксперимента была машина, похожая на ту, которая участвовала в ДТП, затем производились замеры, с целью понять, когда происходило ослепление водителя. Ставился статист, и проверяли, на каком расстоянии его не видно. Аналогично проверяли все со встречным автомобилем. По окончании проведения следственного эксперимента был составлен протокол, который следователь зачитал им вслух, в протоколе все было отражено верно, после чего они в нем расписались.

Согласно показаниям свидетеля ФИО27, данным на предварительном следствии (показания были оглашены в судебном заседании на основании ст.281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в связи с неявкой свидетеля в судебное заседание) в ГУЗ «Хлевенская РБ» она работает с 2000 года в должности фельдшера скорой медицинской помощи. 30.11.2020 она находилась на дежурстве в ГУЗ «Хлевенская РБ», им поступило сообщение от диспетчера ЕДДС «112» о том, что на 

<

адрес> произошел наезд на женщину пешехода. Около 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут они выехали на место ДТП, в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут прибыли на него. На месте ДТП она увидела автомобиль «

<

данные изъяты>», какой не помнит, так как было темно. Возле автомобиля стояли не менее двух мужчин. Она спросила у них, что случилось, на что кто-то из них сообщил, что сбили женщину, она шла по дороге. Она подошла, чтобы осмотреть женщину. При осмотре было установлено, что та погибла. Время смерти она установила в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут. На месте происшествия было очень темно, фонарей освещения не было, снега на улице не было, более подробнее, она не помнит. Мужчины, стоявшие в стороне, неохотно шли на контакт (т.2 л.д.215-218).

Суд признает достоверными и кладет в основу приговора показания указанных свидетелей на стадии предварительного расследования и согласующиеся с ними показания, данные в суде, поскольку показания на следствии были даны свидетелями по истечении небольшого промежутка времени после произошедшего, с соблюдением требований УПК РФ, являются достаточно подробными, не содержат существенных противоречий по значимым для дела обстоятельствам, согласуются с другими доказательствами по делу.

Свидетель ФИО28 показал суду, что точную дату и время не помнит, в период его работы инспектором ДПС ГИБДД Отд МВД России по Хлевенскому району поступила информация о наезде на пешехода, он прибыл на место ДТП совместно с инспектором ГИБДД ФИО22, там находился ФИО7, автомобиль «

<

данные изъяты>» стоял на обочине по правой стороне по ходу движения, немного под углом, в кювете с правой стороны лежала погибшая. Было темно, пасмурно, ветрено, тумана не было. У автомобиля были повреждены фара, зеркало. Потом приехали начальник следствия со следователем, они проводили процессуальные действия. ФИО7 не отрицал, что он управлял автомобилем. Им в присутствии понятых составлялся протокол осмотра технического состояния транспортного средства. Инспектор ГИБДД ФИО22 проводил освидетельствование ФИО7

Свидетель ФИО29 показал суду, что около 2-3 лет назад, точную дату не помнит, он совместно с ФИО30 ехали на машине по 

<

адрес>, было темное время суток, их остановили сотрудники полиции, пояснили, что был совершен наезд на пешехода. Он участвовал в качестве понятого при осмотре автомобиля «

<

данные изъяты>», у которого имелись повреждения в правой части, какие конкретно, он в настоящее время не помнит. На месте ДТП находился ФИО7, со слов инспекторов ДПС он был в нетрезвом состоянии, совершил наезд на пешехода. Однако по виду ФИО7 не был пьян. Он не помнит, чтобы в его присутствии сотрудники полиции предлагали ФИО7 пройти освидетельствование на состояние опьянения. В акте освидетельствования ФИО7 на состояние опьянения стоит его подпись.

Свидетель ФИО30 показал суду, что очевидцем произошедшего дорожно-транспортного происшествия он не был. Точную дату и время не помнит, совместно со своим товарищем ФИО55 они ехали на автомобиле, были остановлены сотрудниками ГАИ, которые предложили им побыть понятыми, они согласились, уточнили, что произошло, им сказали, что произошло ДТП, ФИО7 сбил женщину. Автомобиль «

<

данные изъяты>» стоял на обочине. Было темно, холодно, осень. Затем они расписались в документах сотрудников ГАИ как понятые, после чего на месте происшествия производили замеры - от проезжей части до переднего колеса, до заднего колеса, осмотр автомобиля на предмет каких-либо повреждений. У автомобиля была фара разбита, повреждено крыло. Затем сотрудник полиции сказал им также расписаться в акте освидетельствования ФИО7 на состояние алкогольного опьянения, они спросили у сотрудников: «Что он пьяный?», сотрудники сказали: «Да, пьяный». Они расписались, но не результатов прибора, ни чека они не видели, в их присутствии сотрудники ДПС не предлагали ФИО7 пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, не демонстрировали им результаты на бумажном носителе.

Виновность подсудимого ФИО7 в совершении преступления, также подтверждается исследованными в судебном заседании письменными материалами дела:

- рапортом оперативного дежурного Отд МВД России по Хлевенскому району Липецкой области ФИО31, зарегистрированным в КУСП 30.11.2020 года №, согласно которому 30.11.2020 в 

<

данные изъяты> час. 

<

данные изъяты> мин. в дежурную часть поступило сообщение от диспетчера ЕДДС Хлевенского района Липецкой области ФИО32 о том, что 30.11.2020 в 

<

адрес> водитель автомашины «

<

данные изъяты>» государственный номер № совершил наезд на пешехода (т.1 л.д.119);

- протоколом следственного эксперимента от 03.12.2021, согласно которому в ходе следственного эксперимента использовались автомобили «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № регион, автомобиль «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № регион, следственный эксперимент проведен в условиях пасмурной погоды, темного времени суток, при отсутствии искусственного освещения, фонарей ЛЭП. Перед началом следственного эксперимента, на вопрос следователя соответствуют ли погодные и дорожные условия, тем которые были в момент ДТП 30.11.2020, подозреваемый ФИО7 ответил, что соответствовали, была такая же пасмурная погода, уличное освещение отсутствовало в момент ДТП. После этого определена общая видимость, которая составила 22,6 м. Далее определена конкретная видимость пешехода, для чего женщина – статист пешеход, схожая по росту и комплекции, одетая в похожую одежду с пешеходом ФИО2 удалена, на расстояние, с которого ее не видно. Водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» двигался в направлении пешехода с минимальной скоростью. Понятым необходимо остановить автомобиль при обнаружении статиста-пешехода. Расстояние конкретной видимости при данных условиях составило: 40 м, 69 м, 64 м, 30 м. Далее определена конкретная видимость пешехода при дальнем свете фар встречного автомобиля, автомобили «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» выставлены друг напротив друга и удалены от статиста-пешехода на 100 м, на автомобиле «

<

данные изъяты>» включен дальний свет фар. Водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» двигался в направлении автомобиля «

<

данные изъяты>» и статиста пешехода со скоростью 5 км/ч. Понятым необходимо остановить автомобиль при обнаружении статиста пешехода. Расстояние конкретной видимости при дальнем свете фар встречного автомобиля в данных условиях составило 34,3 м. После чего, подозреваемый ФИО7, заявил, что свет фар был ярче, и заявил о необходимости включить дальний свет фар у автомобиля «

<

данные изъяты>». После чего проводился еще один эксперимент на определение конкретной видимости пешехода при свете фар встречного автомобиля с включенным дальним светом фар и противотуманными фарами. Расстояние конкретной видимости пешехода при дальнем свете фар и противотуманных фар встречного автомобиля составило 30,3 м. После чего, подозреваемый ФИО7 заявил, что почувствовал удар при разъезде с автомобилем. В связи с чем, проведен еще один эксперимент на конкретную видимость пешехода, при тех же условиях, что и предыдущие, за исключением того, что автомобиль двигался до момента разъезда. Расстояние конкретной видимости в этом случае составило 22 м (т.3 л.д.52-60);

- протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 30.11.2020, схемой ДТП и фототаблицей к нему, согласно которым в присутствии понятых осмотрен участок автодороги по 

<

адрес> между зданием № 

<

адрес> и зданием ДК 

<

адрес>. В протоколе осмотра места ДТП отражена обстановка на месте, зафиксированы следы оставленные в результате ДТП, осмотрен и изъят автомобиль «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, сумка, пакет полиэтиленовый с личными вещами, куска пластика и шапка. На момент осмотра дорожное покрытие мокрое, трещин и выбоин в месте ДТП не имеется. За перекрестком с правой стороны в направлении движения в сторону ДК 

<

адрес> на обочине находится автомобиль «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № регион, автомобиль находится на обочине параллельно автодороге, лицевой стороной обращен в сторону пересечения автодороги 

<

адрес> с 

<

адрес>, тыльной стороной в сторону 

<

адрес>. В правом кювете находится труп женщины, расстояние от переднего правого колеса автомобиля до трупа составляет 4,0 м. Позади автомобиля на расстоянии 4,30 м от заднего колеса куски пластика черно-синего цвета. Возле автомобиля также находится несколько небольших осколков от бампера автомобиля (т.1 л.д.121-132);

- протоколом осмотра технического состояния транспортного средства - автомобиля «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № от 30.11.2020, согласно которому автомобиль находится в технически исправном состоянии, имеет повреждения лобового стекла, передней правой двери, переднего правого крыла, капота, переднего бампера, правой фары, оторвано правое зеркало заднего вида (т.1 л.д.133-134);

- постановлением о признании и приобщении вещественных доказательств от 01.02.2021, согласно которому в качестве вещественного доказательства признан и приобщен автомобиль «

<

данные изъяты>» регистрационный знак № регион (т.1 л.д.141);

- протоколом осмотра предметов от 06.08.2021 с фототаблицей, согласно которому осмотрены две части пластика от бампера автомобиля и женская шапка (т.1 л.д.145-148);

- постановлением о признании и приобщении вещественных доказательств от 06.08.2021, согласно которому в качестве вещественных доказательств признаны и приобщены две части пластика от бампера автомобиля и женская шапка (т.1 л.д.149);

- постановлением о производстве выемки от 26.01.2021, согласно которому в Задонском межрайонном судебно-медицинском отделении ЛОБ СМЭ изъята одежда с трупа ФИО2 (т.1 л.д.151);

- протоколом выемки от 26.01.2021 одежды ФИО2 в Задонском межрайонном СМО ЛОБ СМЭ по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д.152-153);

- протоколом осмотра предметов от 26.01.2021, согласно которому осмотрена одежда трупа ФИО2, изъятая в ходе выемки 26.01.2021 (брюки, свитер, куртка, сапог) (т.1 л.д.154-155);

- постановлением о признании и приобщении вещественных доказательств от 09.03.2021, согласно которому в качестве вещественных доказательств признана и приобщена одежда (брюки, свитер, куртка, сапог) с трупа ФИО2 (т.1 л.д.154-156);

- протоколом осмотра и прослушивания фонограмм от 01.04.2021, согласно которому прослушаны фонограммы, содержащиеся на двух материальных носителях CD-R рег. 23/7916 и DVD+R рег. 23/7917, с результатами контроля и записи телефонных переговоров ФИО7, из содержания которых следует факт наличия встречного автомобиля в момент ДТП, также факт ослепления встречным автомобилем ФИО7 (т.2 л.д.228-253);

- ответом на запрос из ОКУ «Центр обработки вызовов системы «112» Липецкой области от 10.12.2021, согласно которому предоставлен диск формата DVD с аудиозаписями поступивших сообщений от ФИО14 по факту ДТП по 

<

адрес> (т.3 л.д.42);

- протоколом осмотра предметов от 18.12.2021 с фототаблицей, согласно которому осмотрен материальный носитель ДиВиДиЭр идентификационный номер «№», на котором содержатся аудиозаписи сообщений о дорожно-транспортном происшествии, произошедшем 30.11.2020 на 

<

адрес>, предоставленный с ответом на запрос из ОКУ «Центр обработки вызовов системы «112»». Из содержания телефонных разговоров следует, что по номеру «112» поступил телефонный звонок от ФИО14 с сообщением о том, что в 

<

адрес>, водитель автомашины «

<

данные изъяты>» ФИО7 государственный номер 

<

***> регион сбил женщину, которая шла по асфальту (т.3 л.д.43-47);

- постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 18.12.2021, согласно которому в качестве вещественного доказательства признан и приобщен материальный носитель ДиВиДиЭр идентификационный номер «№», на котором содержатся аудиозаписи сообщений о ДТП, произошедшем 30.11.2020 на 

<

адрес>, предоставленный с ответом на запрос из ОКУ «Центр обработки вызовов системы «112»», имеющий доказательственное значение для уголовного дела (т.3 л.д.48);

- заключением эксперта (экспертиза трупа) № от 30.12.2020, согласно выводам которой при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО2 обнаружена тупая сочетанная травма тела, в которую входят:

Закрытая черепно-мозговая травма - 1 ссадина в лобной области слева, 1 ушибленная рана в правой теменной области, 2 ушибленные раны на границе левой теменной и затылочной области, 1 ушибленная рана в затылочной области по средней линии; 1 кровоизлияние в слизистой оболочке нижней губы справа, на уровне 2-3 зубов нижней челюсти справа; 1 ссадина в подбородочной области по средней линии, в проекции подбородочного выступа; множественные разрывы твердой мозговой оболочки конвекситальной и базальной поверхностей; субарахноидальное кровоизлияние конвекситальной правой лобной й теменной долей головного мозга; субарахноидальное кровоизлияние конвекситальной левой теменной доли головного мозга, в проекции прецентральной извилины; перелом свода и основания черепа (лобной, височных, теменных и затылочной костей, передних, средних и задних черепных ямок, верхних стенок орбит); размозжение базальных поверхностей правой и левой височных долей головного мозга.

Данные повреждения причинены прижизненно, на что указывает наличие на уровне повреждений кровоизлияний; в результате 2 ударно-травматических воздействий тупых твердых предметов в направлении сзади наперед относительно сторон тела пострадавшей, с точками приложения действующих сил в теменной и затылочной областях головы, далее спереди назад относительно сторон тела пострадавшей, с точками приложения действующих сил в области лица потерпевшей; состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти.

3.1.2. Закрытая тупая травма груди - неполные переломы 2,3 правых ребер по среднеключичной линии.

Данные повреждения причинены прижизненно, на что указывает наличие на уровне повреждений кровоизлияний; в результате ударно-травматических воздействий тупых твердых предметов с точкой приложения действующих сил на удалении от формирования переломов; состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти.

3.1.3. 1 кровоподтек и 13 ссадин на задней поверхности средней и нижней трети левого бедра; кровоизлияние в мягких тканях задней поверхности средней трети левого бедра.

Данные повреждения причинены прижизненно, на что указывает наличие на уровне повреждений кровоизлияний; в результате ударно-травматических воздействий тупых твердых предметов в направлении сзади наперед, с точкой приложения действующих сил в проекции задней поверхности средней трети левого бедра; состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти.

3.1.4. Неполный перелом наружной костной пластинки верхней ветви правой лобковой кости с переходом на переднюю стенку левого тазобедренного сустава; неполный разрыв левого крестцово-подвздошного сочленения.

Данные повреждения причинены прижизненно, на что указывает наличие на уровне повреждений кровоизлияний; в результате ударно-травматических воздействий тупых твердых предметов в направлении сзади наперед с точкой приложения действующих сил в области крестца слева; состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти.

3.1.5. 1 ушибленная рана в поясничной области слева, 1 ссадина на передневнутренней поверхности области левого коленного сустава, 1 ссадина на задней поверхности средней трети левой голени, 1 ссадина на внутренней поверхности верхней трети левой голени, 1 ссадина на задней поверхности области левого голеностопного сустава, 1 ссадина на задней поверхности области левого локтевого сустава, 1 ушибленная рана на передней поверхности нижней трети левого предплечья, 1 ушибленная рана на внутренней поверхности нижней трети левого предплечья, 1 ссадина на тыльной поверхности левой кисти в проекции 1 пястной кости, 1 ссадина на тыльной поверхности левой кисти в проекции 1 пястно-фалангового сустава, -1 ссадина на тыльной поверхности левой кисти в проекции сустава между средней и ногтевой фалангой 3 пальца, 1 ссадина на тыльной поверхности левой кисти в проекции средней фаланги 4 пальца, 1 ссадина на тыльной поверхности левой кисти в проекции средней фаланги 5 пальца.

Данные повреждения причинены прижизненно, на что указывает наличие на уровне повреждений кровоизлияний; в результате ударно-травматических воздействий тупых твердых предметов с точками приложения действующих сил в проекциях повреждений; состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти.

3.2. Смерть ФИО2 наступила в результате тупой сочетанной травмы тела, включающей: закрытую черепно-мозговую травму, закрытую тупую травму грудной клетки’ переломы костей таза, кровоподтеки, ссадины и ушибленные раны на различных поверхностях тела.

Согласно п.6.1.2 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», тупая сочетанная травма тела у ФИО2, при жизни квалифицировалась бы, как причинившая тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, человека, которая по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни.

3.3. При газохроматографическом исследовании в крови из трупа ФИО2 этиловый спирт не обнаружен.

3.4. Все повреждения, обнаруженные при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО2, имеют признаки прижизненного происхождения - наличие кровоизлияний в мягкие ткани на уровне повреждений, причинены в короткий промежуток времени перед наступлением смерти, исчисляемый минутами.

3.5. Анализ данных, полученных при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО2 и данных протокола осмотра места происшествия от 30.11.2020 года, даёт основание полагать, что гражданка ФИО2 получила телесные повреждения, изложенные в п.3.1, в условиях дорожно-транспортного происшествия, в результате соударения передней правой части движущегося автомобиля 

<

данные изъяты> регистрационный знак № с телом пострадавшей.

Столкновение произошло правой передней частью движущегося автомобиля с телом ФИО2, когда она находилась в вертикальном положении, и была обращена задней поверхностью тела к движущемуся транспортному средству.

В данном конкретном случае столкновение движущегося автомобиля с телом ФИО2 происходило последовательно и состояло из 4-х фаз:

В первой фазе - произошел удар передней правой частью автомобиля в заднюю поверхность тела ФИО2 с соударением задней поверхностью средней трети левого бедрами заднюю поверхность средней трети левой голени, в результате чего образовались повреждения в вышеуказанных областях.

Во второй фазе - падение ФИО2 на автомобиль и соударение затылочной областью головы и задней левой поверхностью туловища и таза, с правыми частями транспортного средства, в результате чего образовались: часть повреждений в составе закрытой черепно-мозговой травмы (п.п.3.1.1), закрытая тупая травма грудной клетки (п.п.3.1.2), часть повреждений, указанных в п.п. 3.1.5 и повреждения в области таза (п.п.3.1.4);

В третьей и четвертой фазах - отбрасывание тела ФИО2 и скольжение по дорожному покрытию, в результате чего у потерпевшей образовались остальные телесные повреждения.

3.6. Характер трупных явлений, зафиксированных в ходе судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО2 01.12.2020, соответствует средним показателям трупных явлений, соответствует средним показателям давности наступления смерти около 16-24 часов до момента их фиксации (т.3 л.д.75- 87).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО33 подтвердил выводы проведенной им по делу судебно-медицинской экспертизы, указав, что учитывая предоставленные материалы уголовного дела, возможно, что смерть ФИО2 наступила в период времени с 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут до 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут 30.01.2020.

- заключением эксперта № от 11.01.2021, согласно выводам которого, автомобиль «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № находится в исправном техническом состоянии и у эксперта не имеется оснований утверждать, что на момент ДТП автомобиль находился в технически неисправном состоянии (т.3 л.д.106-114);

- заключением экспертов № от 26.01.2021, согласно выводам которого, на представленных предметах одежды, а именно: на задней нижней части манжеты левого рукава свитера; на левой брючине и на задней левой части брюк; в районе левого и правого боковых карманов куртки; на левом рукаве и задней нижней части куртки, имеются статико-динамические повреждения материала в виде разрезов и разрывов материала. На подошве представленного сапога имеются повреждения в виде частичного разрыва подошвы, а также динамические следы скольжения на подметочной и каблучной части подошвы. Данные повреждения и следы могли образоваться как в момент совершения ДТП при наезде, в результате высокоскоростного взаимоконтакта с деталями автотранспортного средства, так и после него при падении, перекатах, волочении в результате взаимодействия с дорожным покрытием (т.3 л.д.128-133);

- заключением эксперта № от 15.02.2021 (комиссионная медико-автотехническая судебная экспертиза), согласно выводам которого, при ответе на вопросы №№ (исходя из механических повреждений автомобиля «

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак № регион и телесных повреждений, полученных ФИО2 каков механизм дорожно-транспортного происшествия? Где было расположено место наезда на пешехода?) на основании результатов проведенного исследования можно сделать вывод о том, что механизм наезда на пешехода ФИО2 автомобилем «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № регион под управлением ФИО7, произошедшего 30.11.2020 около 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут на 

<

адрес> в 

<

адрес>, был следующим (при условии принадлежности данному наезду всей вещественной обстановки на участке ДТП): 30.11.2020 перед 

<

данные изъяты> часами 

<

данные изъяты> минутами автомобиль «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № регион под управлением ФИО7 двигался по дороге 

<

адрес> в 

<

адрес> в направлении от 

<

адрес> к 

<

адрес>, приближаясь к 

<

адрес> этой улицы. Около 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут, в районе нерегулируемого перекрестка равнозначных дорог около 

<

адрес> и 

<

адрес>, перед которым относительно направления от 

<

адрес> к 

<

адрес> имелся нерегулируемый пешеходный переход, автомобиль «

<

данные изъяты>» в продолжении своего движения вступил в контактное взаимодействие с пешеходом ФИО2 причем: место наезда по длине дороги находится перед (относительно направления движения автомобиля от 

<

адрес> к 

<

адрес>) расположением осколков и шапки по ширине дороги - ориентировочно левее них; при условии неизменности ориентации тела пешехода относительно автомобиля перед ДТП - перед наездом пешеход двигалась попутно автомобилю и впереди него. В первоначальный момент взаимодействия автомобиль своей правой краевой частью облицовки переднего бампера контактировал с задней поверхностью тела (нижние конечности, область таза (поясничная область) вертикально ориентированного тела пешехода. Затем произошло проскальзывание (обкатывание) пешехода по переднему правому крылу (его боковой стороне) автомобиля и запрокидывание тела ФИО2 в зону ветрового стекла автомобиля с соударением задней поверхностью туловища и теменно-затылочной областью головы с передней стойкой рамки стекла правой передней двери, правой краевой частью ветрового стекла, правым зеркалом заднего вида автомобиля. После контакта автомобиль, отбросив пешехода перед собой и вправо, в продолжении своего движения переместился вперед с дополнительным смещением право и с осыпанием осколков на дорогу, выехал за дальний правый край асфальтированной поверхности перекрестка и с конечным смещением влево остановился на травянистой поверхности. А пешеход с отделением от нее шапки, сумки, сапога на левую ногу был отброшен за дальний правый край асфальтированной поверхности перекрестка, на травянистую поверхность, впереди автомобиля. Определить механизм данного ДТП в более полном, объеме (в том числе точные траекторию движений автомобиля и пешехода перед наездом, их расположения на дороге в момент наезда и координаты места наезда) экспертным путем не представилось возможным по причине не достаточной информативности вещественно-следовой информации на месте ДТП (т.3 л.д.153-196);

- заключением эксперта № от 31.03.2022, согласно выводам которого, безопасная (максимально допустимая) скорость движения автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак № по условиям видимости проезжей части дороги должна составлять не более 45.1 км/ч.

При обстоятельствах ДТП, изложенных в условии вопроса (располагал ли водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак № ФИО7 технической возможностью предотвратить ДТП, путем применения экстренного торможения, при обнаружении пешехода на расстоянии 40, 69, 64 и 30 м, двигаясь со скоростью 50 км/час и безопасной скоростью, рассчитанной экспертным путем?) водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак №, осуществляя движение с максимально допустимой скоростью по условиям видимости проезжей части дороги, располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода экстренным торможением с момента начала движения последнего на пути, указанном в исходных данных.

При обстоятельствах ДТП, изложенных в условии вопроса (располагал ли водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак № ФИО7 технической возможностью предотвратить ДТП путем применения экстренного торможения, при обнаружении пешехода на расстоянии 34, 30,3 м, двигаясь со скоростью 50 км/час и безопасной скоростью, рассчитанной экспертным путем?) водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак №, осуществляя движение с максимально допустимой скоростью по условиям видимости проезжей части дороги, располагал (технической возможностью предотвратить наезд на пешехода экстренным торможением с момента начала движения последнего на пути, указанном в исходных данных.

При обстоятельствах ДТП, изложенных в условии вопроса (располагал ли водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак № ФИО7 технической возможностью предотвратить ДТП путем применения экстренного торможения, при обнаружении пешехода на расстоянии 22 м, двигаясь со скоростью 50 км/час и безопасной скоростью, рассчитанной экспертным путем, при условии, что перед обнаружением пешехода за 100 м наступает ослепление?) водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак №, выполняя требования п.19.2 ПДД РФ, располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода экстренным торможением с момента его ослепления встречным транспортным средством.

При обстоятельствах ДТП, изложенных в условиях 2 и 3 вопросов (располагал ли водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» технической возможностью предотвратить ДТП, путем применения экстренного торможения, при обнаружении пешехода на расстоянии 40, 69, 64 и 30 м, двигаясь со скоростью 50 км/час и безопасной скоростью, рассчитанной экспертным путем (вопрос 2), а также при обнаружении пешехода на расстоянии 34, 30,3 м, двигаясь со скоростью 50 км/час и безопасной скоростью, рассчитанной экспертным путем (вопрос 3), водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак № должен был действовать в соответствии с требования п.10.1 ПДД РФ, согласно которым:

«10.1 Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства».

При обстоятельствах ДТП, изложенных в условии 4 вопроса (располагал ли водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак № ФИО7 технической возможностью предотвратить ДТП путем применения экстренного торможения, при обнаружении пешехода на расстоянии 22 м, двигаясь со скоростью 50 км/час и безопасной скоростью, рассчитанной экспертным путем, при условии, что перед обнаружением пешехода за 100 метров наступает ослепление), водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак № должен был действовать в соответствии с требованиями п.19.2 ПДД РФ, согласно которым:

«19.2. Дальний свет должен быть переключен на ближний: в населенных пунктах, если дорога освещена; при встречном разъезда на расстоянии не менее чем за 150 м до транспортного средства, а также и при большем, если водитель встречного транспортного средства периодически переключением света фар покажет на необходимость этого; в любых других случаях для исключения возможности ослепления водителей как встречных, так и попутных транспортных средств.

При ослеплении водитель должен включить аварийную сигнализацию и, не меняя полосу движения, снизить скорость и остановиться» (т.3 л.д.223-228).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО34 подтвердил выводы проведенной им по делу дополнительной автотехнической экспертизы и показал, что экспертиза проводилась им на основании исходных данных, указанных в постановлении о назначении экспертизы, им также исследовался протокол осмотра места происшествия, схема ДТП. 

Виновность ФИО7 в совершении преступления также подтверждается:

- актом 

<

адрес> освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, с приложением, согласно которому у водителя ФИО7 30.11.2020 в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут установлено состояние алкогольного опьянения, показания прибора 0.85 мг/л (т.1 л.д.135-136);

- справкой 

<

адрес> от 30.11.2020 о дорожно-транспортном происшествии с приложением, согласно которой 30.11.2022 в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут на 

<

адрес> водитель ФИО7 управляя автомобилем «

<

данные изъяты>» регистрационный знак № допустил наезд на пешехода ФИО2, которая погибла. В результате ДТП у автомобиля «

<

данные изъяты>» повреждено лобовое стекло, передняя правая дверь, переднее правое крыло, капот, передний бампер, правая фара, оторвано правое зеркало заднего вида (т.1 л.д.137-138);

- ответом на запрос из Липецкого ЦГМС от 17.06.2022, согласно которому 30.11.2020 по данным метеостанции Конь-Колодезь, в 

<

адрес> в период с 

<

данные изъяты> часов до 

<

данные изъяты> часа наблюдалась облачная погода без осадков, со слабой дымкой. Метеорологическая дальность видимости в период с 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут до 

<

данные изъяты> часа 00 минут 4-6 километров (т.3 л.д.66);

- ответом на запрос из Липецкого ЦГМС от 27.07.2022, согласно которому «дымка» - сильно разреженный туман; возникает в результате конденсации водяного пара с образованием мельчайших капелек воды (значительно мельче капелек тумана), создающий слабое помутнение атмосферы. Метеорологическая дальность видимости при дымке измеряется от 1 километра до 10-ти километров, по интенсивности характеризуется как слабая и умеренная. Слабая дымка отмечается при метеорологической дальности видимости от 2-х до 10-ти километров (т.3 л.д.68).

У суда нет оснований сомневаться в заключениях, проведенных по делу экспертиз, поскольку они соответствуют требованиям ст.ст.80, 204 УПК РФ, содержат информацию о проведенных исследованиях, выполнены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального и отраслевого законодательства, не содержат противоречий, выводы достаточно аргументированы, основаны на данных, взятых из протоколов осмотров места происшествия и схемы дорожно-транспортного происшествия, на показаниях свидетелей, подтвержденных в судебном заседании, на данных следственного эксперимента, подтверждены расчетами, позволяющими проверить выводы экспертов. Экспертизы проведены экспертами, имеющими соответствующую квалификацию и стаж работы по специальности, сомневаться в компетентности экспертов и не доверять их выводам оснований не имеется.

Выводы эксперта о тяжести причиненного ФИО2 вреда здоровью сомнений в своей обоснованности не вызывают.

По заключению эксперта-автотехника ФИО34, проводившего по делу дополнительную автотехническую экспертизу, при обстоятельствах ДТП, изложенных в условии вопроса (по результатам проведенного в ходе предварительного следствия следственного эксперимента) водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак №, осуществляя движение с максимально допустимой скоростью по условиям видимости проезжей части дороги, располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода экстренным торможением с момента начала движения последнего на пути, указанном в исходных данных.

При обстоятельствах ДТП, изложенных в условиях вопроса (располагал ли водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак № ФИО7 технической возможностью предотвратить ДТП путем применения экстренного торможения, при обнаружении пешехода на расстоянии 22 м, двигаясь со скоростью 50 км/час и безопасной скоростью, рассчитанной экспертным путем, при условии, что перед обнаружением пешехода за 100 метров наступает ослепление), водитель автомашины «

<

данные изъяты>» ФИО7, выполняя требования п.19.2 ПДД, располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода экстренным торможением с момента его ослепления встречным транспортным средством.

При этом, выводы эксперта сделаны на основе как объективных данных, полученных в ходе осмотра места происшествия, следственного эксперимента, проведенного 03.12.2021 года с участием подсудимого ФИО7 и его защитника.

Выводы эксперта научно обоснованы, полны, в связи с чем, признать данное заключение недостоверным оснований не имеется.

Каких-либо объективных данных, указывающих на фальсификацию доказательств, в том числе при составлении и проведении следственного эксперимента, по делу не установлено.

Вопреки доводам защиты указанное следственное действие проводилось в соответствии с положениями ст.181 УПК РФ, с участием понятых, с разъяснением участвующим лицам их процессуальных прав. Следственный эксперимент проведен с целью установления общей и конкретной видимости на месте дорожно-транспортного происшествия. При этом условия следственного эксперимента были максимально приближены к указанным в показаниях очевидцев и участников дорожно-транспортного происшествия, при проведении следственного эксперимента также производились замеры с учетом движения встречного автомобиля с включенным дальним светом фар и противотуманными фарами.

Составленный по итогам данного следственного действия протокол следственного эксперимента соответствует требованиям ч.4 ст.166 УПК РФ, в нем указаны примененные технические средства, условия и порядок их использования, объекты, к которым эти средства применены, и полученные результаты; отмечено, что лица, участвующие в следственном действии, были заранее предупреждены о применении при производстве следственного действия технических средств, а допрошенные в суде ФИО26 и ФИО24, участвовавшие в качестве понятых при проведении следственного эксперимента, подтвердили содержание протокола и полученные в ходе эксперимента результаты. Протокол не содержит неясных либо двояких формулировок, искажающих зафиксированные в нем данные.

Вопреки доводам защиты каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, повлиявших на достоверность результата следственного эксперимента, при его проведении не допущено. Протокол следственного эксперимента является допустимым доказательством, так как в ходе его составления требования ч.4 ст.166, ст.181 УПК РФ не нарушены, поскольку в нем описаны произведенные процессуальные действия, выявленные при его производстве существенные для уголовного дела обстоятельства, а также изложены замечания участвующих лиц.

Доводы защиты о том, что показания допрошенных в судебном заседании понятых ФИО26, ФИО24, следователя ФИО23, статиста-водителя ФИО22, потерпевшего ФИО3 не соответствовали содержанию протокола следственного эксперимента несостоятельны, поскольку все указанные лица при допросе в суде указывали на достоверность протокола следственного эксперимента от 03.12.2021 и изложенных в нем сведений.

Вопреки доводам стороны защиты, нарушений требований УПК РФ, которые бы ставили под сомнение саму суть проведенного следственного действия и составленного на его основе заключения автотехнической экспертизы, при получении оспариваемых доказательств допущено не было.

Правильность отражения в протоколе результатов следственного эксперимента была удостоверена подписями понятых и других участвовавших в нем лиц.

Протокол следственного эксперимента оформлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства; замечаний по поводу порядка проведения следственного действия, а также содержания отраженных в нем сведений, касающихся произведенных замеров, от ФИО7 и его защитника не поступало.

Нахождение ФИО7 при управлении транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения наряду с его показаниями (ФИО7 на предварительном следствии не отрицал, что в день ДТП употреблял спиртное), подтверждается показаниями свидетеля ФИО22, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения 

<

адрес> от 30 ноября 2020 года, составленным инспектором ДПС ОГИБДД Отд МВД России по Хлевенскому району Липецкой области ФИО22.

Вопреки доводам защиты, нарушений процедуры освидетельствования ФИО7 на состояние алкогольного опьянения, не установлено.

Освидетельствование проведено прибором «ALCOTEST 6810» заводской номер прибора «ARАL 1748», дата последней поверки прибора 07.05.2020, запись результатов исследования на бумажном носителе обеспечена, что подтверждается чеком прибора. Данных, свидетельствующих о том, что исследование выдыхаемого водителем воздуха показало отсутствие паров алкоголя, не имеется.

Замечаний при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО7 не было принесено. ФИО7 не возражал против проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения находившимся в распоряжении инспектора ГИБДД прибором. Результат исследования был ему продемонстрирован инспектором ГИБДД, с результатом освидетельствования ФИО7 согласился, что подтверждается его собственноручной записью в акте освидетельствования - «согласен».

Освидетельствование проведено в присутствии двух понятых ФИО30 и ФИО29

Суд критически относится к показаниям свидетелей ФИО30 и ФИО29, участвовавших в качестве понятых при освидетельствовании на состояние алкогольного опьянения ФИО7 30 ноября 2020 года в части того, что они не видели сам процесс освидетельствования ФИО7 и результаты освидетельствования, указанные на приборе, поскольку все документы были составлены в присутствии понятых и подписаны ими лично, какие-либо замечания в акте освидетельствования от понятых отсутствуют.

Из показаний свидетелей ФИО30 и ФИО29 усматривается, что они не помнят все обстоятельства по делу, при этом их показания противоречат совокупности собранных по делу доказательств, содержанию составленного в присутствии понятых акта освидетельствования ФИО7 на состояние опьянения от 30.11.2020, в котором приведены сведения о личностях понятых, их подписи, и которыми они подтвердили факт освидетельствования ФИО7 на состояние опьянения техническим средством - прибором «ALCOTEST 6810», результаты освидетельствования, согласно которым показания прибора 0,85, результат освидетельствования – установлено состояние алкогольного опьянения.

Учитывая, что данные о понятых имеются в акте освидетельствования, а также имеются их подписи, оснований сомневаться в том, что понятые не присутствовали при совершении соответствующего процессуального действия и оформлении его результатов, удостоверенных подписями, не имеется.

Кроме того, в акте освидетельствования на состояние опьянения ФИО7 не указывал на отсутствие понятых при применении мер обеспечения производства по делу. Замечаний иных участников процессуальных действий материалы дела также не содержат.

Не доверять показаниям сотрудника полиции ФИО22 и составленным им процессуальным документам у суда оснований не имеется, данных о какой-либо заинтересованности в исходе настоящего дела должностных лиц, находящихся при исполнении служебных обязанностей, не установлено, доводов, ставящих под сомнение факты, приведенные в составленных ими документах, представлено не было.

Указанные свидетели – понятые ФИО30 и ФИО29, подтвердившие наличие своих подписей в соответствующем акте, допрашивались в суде по прошествии длительного периода времени после событий 30 ноября 2020 года – 03 октября 2023 года, в связи с чем, могли добросовестно заблуждаться относительно последовательности и существа процессуальных действий, совершенных с их участием инспектором ДПС по настоящему делу.

Вопреки доводам защиты акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и приложенный к нему результат отвечают требованиям допустимости. Каких-либо оснований полагать, что в акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения внесены изменения, исправления, дополнения в отсутствие ФИО7 не имеется. Содержание акта на иное, в том числе на иные показания прибора при проведении освидетельствования ФИО7, вопреки доводам защиты, не указывает. Само по себе обведение ручкой результатов показаний прибора на бумажном носителе не ставит под сомнение сам результат его проведения, поскольку данные сведения с результатов прибора были перенесены в акт освидетельствования.

То обстоятельство, что бумажный носитель с записью результатов освидетельствования ФИО7 на состояние опьянения частично не читаем, что некоторые записи сделаны ручкой, а не в результате распечатывания текста, не является основанием для признания данных документов недопустимыми доказательствами.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО22, инспектор ДПС ГИБДД отделения МВД России по Хлевенскому району Липецкой области, проводивший 30.11.2020 освидетельствование на состояние алкогольного опьянения ФИО7 показал, что записи ручкой на бумажном носителе по результатам освидетельствования ФИО7 сделаны им после проведения освидетельствования, так как результат освидетельствования на бумажном носителе был плохо читаем, показания прибора были указаны им на бумажном носителе и в акте освидетельствования с учетом показаний на приборе алкотестера, с которыми ФИО7 согласился. 

Оснований для сомнений в подлинности, как чека, так и зафиксированного в нем результата не имеется, в чеке отражен результат, имеется подпись должностного лица, проводившего исследование, а также подпись ФИО7 При этом то обстоятельство, что чек (бумажный носитель с записью результатов исследования) с учетом качества чернил в некоторых строках не читаем, не ставит под сомнение полученный в ходе освидетельствования результат, который внесен в акт освидетельствования, и записи в котором заверены подписями должностного лица, понятых и ФИО7

Как следует из материалов дела, после произошедшего дорожно-транспортного происшествия ФИО7 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, пройти такое освидетельствование ФИО7 согласился, с показаниями технического прибора измерения о наличии количества абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе - 0, 85 мг/л, он был ознакомлен, о чем зафиксировано в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, а также подтверждено подписями понятых в протоколе. Данные результаты исследования имеются в бумажном носителе. Никаких возражений и замечаний относительно занесенных в процессуальные документы сведений о наличии у него признаков опьянения, а также касаемо проводимой в отношении него процедуры освидетельствования и его результатов ФИО7 не сделал.

Вопреки утверждениям защиты и подсудимого показания прибора со значением 0,85 мг/л свидетельствуют о том, что водитель ФИО7 находился в состоянии алкогольного опьянения.

Доводы подсудимого ФИО7 и защиты о том, что понятых при освидетельствовании не было, показания прибора ему инспектором не демонстрировались, а только со слов инспектора у него было установлено состояние алкогольного опьянения являются несостоятельными. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО22 последовательно описал ход и результаты освидетельствования ФИО7 на состояние алкогольного опьянения, указав, в том числе, на привлечение им к участию в этом понятых. Оснований сомневаться в правдивости и достоверности сведений, сообщенных указанным свидетелем, не имеется.

Участие понятых при проведении освидетельствования ФИО7 на состояние опьянения, а также результат освидетельствования (показания прибора) вопреки доводам защиты подтверждаются не только показаниями инспектора ФИО22, но и актом 

<

адрес> от 30.11.2020 года ФИО7 на состояние алкогольного опьянения. 

Тот факт, что сотрудник ГИБДД ФИО22 является должностным лицом, наделенным государственно-властными полномочиями, не может служить поводом к тому, чтобы не доверять его устным показаниям и составленным им документам. Оснований для оговора ФИО7 инспектором ГИБДД, который находился при исполнении своих служебных обязанностей и составлял необходимые процессуальные документы, не установлено.

Доводы защиты о том, что понятые ФИО29 и ФИО30 также участвовали в качестве понятых при осмотре проверки технического состояния транспортного средства, при этом осмотр был начат 30.11.2020 в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут и окончен в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> мин., а согласно бумажному носителю акта освидетельствования ФИО7 инспектором ФИО22 в присутствии тех же понятых ФИО29 и ФИО30, освидетельствование было проведено в 

<

данные изъяты> час. 

<

данные изъяты> мин., то есть в тот же период времени, что и производился осмотр, также не могут являться основанием для признания акта освидетельствования 

<

адрес> от 30.11.2020 года недопустимым доказательством.

Как следует из материалов дела, протокол осмотра проверки технического состояния транспортного средства и акт освидетельствования ФИО7 на состояние алкогольного опьянения составлены разными должностными лицами, с участием одних и тех же понятых, в одном и том же месте, в одну и ту же дату. Само по себе указание в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения времени, которое в части совпадает по времени с проведением другого осмотра, не свидетельствует о нарушении требований закона. Данное обстоятельство не позволяет усомниться в том, что освидетельствование ФИО7 прибором «ALCOTEST 6810» фактически инспектором ГИБДД ФИО22 проводилось, что не оспаривалось самим ФИО7, данное освидетельствование проводилось с участием понятых ФИО30 и ФИО29, от имени которых имеются соответствующие подписи, данный акт составлен в соответствии с требованиями действующего законодательства, в связи с чем данный довод защиты является необоснованным.

Поскольку акт освидетельствования ФИО7 на состояние алкогольного опьянения был составлен с участием понятых, то отсутствие видеозаписи не свидетельствует о процессуальном нарушении.

При составлении процессуальных документов ФИО7 не был лишен возможности выразить свое отношение к производимым в отношении него процессуальным действиям, однако каких-либо замечаний и возражений относительно нарушений, по его мнению, не сделал.

Таким образом, факт управления ФИО7 в момент ДТП транспортным средством в состоянии опьянения объективно подтвержден совокупностью собранных по делу доказательств, которые получены с соблюдением процессуальных требований, последовательны, не противоречивы, и признаются судом достоверными относительно события преступления.

Довод жалобы о том, что в распечатанном прибором бумажном носителе все дописано вручную инспектором ДПС, не свидетельствует о недостоверности показаний прибора технического средства измерения и не опровергает факт управления ФИО7 транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. Доказательств того, что освидетельствование в тот же момент проходило иное лицо, суду не представлено. В случае сомнений в достоверности показаний технического средства, при наличии допущенных должностными лицами нарушений, носящих процедурный характер, действующее законодательство предоставляет лицу право не согласиться с результатами и пройти медицинское освидетельствование на предмет установления состояния опьянения либо его отсутствия. Однако данным правом ФИО7 не воспользовался, поскольку, как следует из акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, с результатами освидетельствования ФИО7 был согласен, что также им собственноручно отражено в указанном акте.

Содержание составленных в отношении ФИО7 процессуальных документов, в том числе акта освидетельствования, изложено в достаточной степени ясности, поводов, которые давали бы основания полагать, что ФИО7 не осознавал содержание и суть подписываемых им документов и вносимых в них записей, не имеется. Никаких возражений и замечаний, относительно занесенных в процессуальные документы сведений о наличии у него признаков опьянения, а также касаемо проводимой в отношении него процедуры освидетельствования, ФИО7 не сделал.

Доводы защиты о том, что подсудимому ФИО7 необоснованно было вменено нарушение п.19.2 ПДД РФ, а именно, что при ослеплении светом фар встречного автомобиля в нарушении п.19.2 ПДД РФ он не включил аварийную сигнализацию и, не меняя полосу движения, не снизил скорость и не остановился, поскольку в данном случае ослепления водителя ФИО7 не было, встречный автомобиль не ограничивал видимость ФИО7, оснований применять торможение и включать аварийную сигнализацию у него не было, суд находит несостоятельными.

Согласно абзацу 2 пункта 19.2 ПДД РФ при ослеплении водитель должен включить аварийную сигнализацию и, не меняя полосу движения, снизить скорость и остановиться.

Поскольку зрительное восприятие ослепленного светом фар водителя временно нарушено, он не сможет адекватно оценить дорожную обстановку. Совершать в подобной ситуации любые маневры запрещено. Правила предписывают снизить скорость и остановиться, то есть не менять направления движения. Продолжать движение при ослеплении также запрещено.

При этом исходя из фактически сложившейся дорожной обстановки, доводы подсудимого о том, что он не был ослеплен фарами встречного транспортного средства, суд находит несостоятельными, поскольку ФИО7, действуя в соответствии с ПДД, при возникновении опасности для движения был обязан, не меняя направления движения, принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В этой связи, на основании приведенных доказательств, суд приходит к выводу о том, что именно нарушение ФИО7 п.2.7, 10.1, 19.2, 9.10 ПДД состоит в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием и его последствиями.

Кроме того, из показаний допрошенных в ходе предварительного следствия свидетелей ФИО1 (брата подсудимого), ФИО20 (супруги подсудимого), ФИО19 (сына подсудимого) следует, что ФИО7 рассказывал им о том, что перед наездом на пешехода при встречном разъезде его ослепил встречный автомобиль, в связи с чем, он не увидел женщину-пешехода.

В судебном заседании ФИО7 также показал, что в общении со знакомыми он объяснял причину ДТП тем, что якобы его ослепил встречный автомобиль. 

Объясняя причину ДТП, подсудимый ФИО7 показал, что избежать столкновения было невозможно, так как был встречный автомобиль и свет фар, потерпевшую он не видел.

Кроме того, суд отмечает, что подсудимый ФИО7 в судебном заседании не отрицал факт движения встречного автомобиля перед произошедшим ДТП, однако показал, что ослеплён он им не был, встречный автомобиль не ограничивал ему видимость, ему незачем было тормозить и включать аварийную сигнализацию, опасности для движения у него не было, но после того, как он разминулся со встречным автомобилем, то неожиданно для себя он услышал удар о правую переднюю часть моего автомобиля.

Таким образом, из показаний подсудимого ФИО7 также косвенно следует об ослеплении его в момент ДТП встречным автомобилем.

Ссылка защиты на предупреждение близких родственников подсудимого ФИО7 об уголовной ответственности по ст.308 УК РФ не влечет недопустимость протоколов допросов указанных лиц, поскольку, как видно из соответствующих протоколов, им были разъяснены положения ст.51 Конституции Российской Федерации и ч.4 ст.56 УПК РФ о том, что они вправе отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга и других близких родственников, после чего они согласились дать и дали показания об известных им обстоятельствах произошедшего дорожно-транспортного происшествия.

Кроме того, вопреки доводам защиты, суд отмечает, что из протокола осмотра и прослушивания фонограмм от 01.04.2021, содержащиеся на двух материальных носителях CD-R рег. 23/7916 и DVD+R рег. 23/7917, с результатами контроля и записи телефонных переговоров ФИО7, также следует об указании ФИО7 на наличие встречного автомобиля в момент ДТП и факт его ослепления встречным автомобилем (т.2 л.д.228-253).

Таким образом, показания ФИО7 в указанной части являются противоречивыми, поскольку он указывает о том, что не был ослеплен встречным автомобилем, в связи с чем ему незачем было тормозить, и в то же время, он показал, что после того, как он разминулся со встречным автомобилем, то неожиданного услышал удар в правую часть автомобиля, пешехода ФИО2 в момент ДТП он не видел, столкновение избежать было невозможно, был встречный автомобиль и свет фар.

При проведении следственного эксперимента 03 декабря 2021 года ФИО7 также показал, что почувствовал удар только после разъезда со встречным автомобилем, пешехода он не видел. 

Для проверки версии ФИО7 при проведении следственного эксперимента 03 декабря 2021 года автомобиль был удален на расстояние 100 метров от статиста, то есть расстояние, с которого не было видно пешехода статиста, после этого статист водитель начал двигаться по направлению к статисту пешеходу, при обнаружении пешехода автомобиль был остановлен, расстояние до статиста пешехода составило 22 метра.

Согласно заключению проведенной по делу судебной автотехнической экспертизы № от 31.03.2022 водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» регистрационный знак 

<

***>, выполняя требования п.19.2 ПДД РФ, располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода экстренным торможением с момента его ослепления встречным транспортным средством.

Таким образом, доводы подсудимого ФИО7 и защиты об отсутствии ослепления встречным автомобилем и адаптации зрения к яркому свету с учетом расстояния, на котором произошло ослепление встречным автомобилем, суд находит несостоятельными, поскольку они опровергаются совокупностью представленных стороной обвинения доказательств. Указанные доводы являются способом защиты от предъявленного обвинения, которое было подтверждено исследованными доказательствами.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 декабря 2008 года №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», при анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие в условиях темного времени суток или недостаточной видимости следует исходить из того, что водитель в соответствии с п.10.1 Правил должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

С учетом собранных по делу доказательств суд приходит к выводу о том, что подсудимый ФИО7, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в нарушение требований пунктов 2.7, 9.10, 10.1, 19.2 Правил дорожного движения РФ, двигаясь со скоростью около 50 км/час, которая не обеспечивала ему возможности постоянного контроля над движением транспортным средством, при ослеплении светом фар встречного автомобиля не включил аварийную сигнализацию, не снизил скорость и не остановился, проявил невнимательность и непредусмотрительность продолжил движение, разъехавшись со встречным автомобилем, при возникновении опасности для движения которую он в состоянии был обнаружить в виде пешехода, двигавшегося в попутном направлении по правому краю проезжей части, не принял возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, не выбрал необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, не обнаружил пешехода ФИО36, двигавшуюся в попутном направлении по краю проезжей части дороги, в результате чего совершил дорожно-транспортное происшествие, повлекшее по неосторожности смерть пешехода.

Совокупностью исследованных доказательств также подтверждается, что в нарушение п.10.1 ПДД РФ подсудимый ФИО7, управляя автомобилем «

<

данные изъяты>» выбрал скорость движения без учета дорожных и метеорологических условий, видимости в направлении движения, и данная скорость не обеспечивала ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства.

При ослеплении светом фар встречного автомобиля на водителе лежит обязанность выполнить требования п.19.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно, снизить скорость и остановиться без изменения направления движения, включить аварийную сигнализацию. Препятствий для выполнения этого требования у ФИО7 не имелось. Продолжать движение при ослеплении запрещается Правилами.

Согласно ответу на запрос директора Тамбовского филиала ФГАУ «Национальный медицинский исследовательский центр «Межотраслевой научно-технический комплекс «Микрохирургия глаза» имели академика ФИО37» Министерство здравоохранения РФ Тамбовский филиал от 29.03.2022 № в условиях недостаточной освещенности наблюдается снижение остроты зрения, а в условиях недостаточной освещенности в сочетании с засветом происходит еще большее снижение остроты зрения. 

Допрошенный в судебном заседании специалист ФИО38 показала суду, что в случае ослепления ярким светом происходит либо снижение, либо потеря зрения. Субъективно только сам водитель (пациент) может сказать наступило ослепление или нет. Ослепление может наступать от нескольких минут до нескольких секунд.

Таким образом, исходя из фактических обстоятельств ДТП, представленных доказательств, суд вопреки доводам защиты приходит к выводу о нарушении водителем ФИО7 п.19.2 ПДД РФ, поскольку при ослеплении его светом фар встречного автомобиля он не включил аварийную сигнализацию и, не меняя полосу движения, не снизил скорость и не остановился, проявил невнимательность и непредусмотрительность продолжил движение, что привело к наезду на пешехода ФИО2 и её смерти от полученных в результате ДТП травм.

Какие-либо существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу подсудимого ФИО7, которые могут повлиять на выводы суда о доказанности его вины, по делу отсутствуют.

Доводы стороны защиты о неправильно произведенных следователем замерах при проведении следственного эксперимента от 03 декабря 2021 года, поскольку замеры были произведены от оси переднего колеса, в то время как они должны были быть произведены до передней части автомобиля, суд находит несостоятельными. Ссылка стороны защиты на то, что данные замеры привели к неправильным выводам проведенной по делу экспертом ФИО39 автотехнической экспертизы допустимыми доказательствами не подтверждена, является голословной и фактически направлена на оспаривание данной экспертизы.

При движении в темное время суток безопасность дорожного движения обеспечивается выбором водителем скоростного режима по условиям видимости в направлении движения, при этом водителю следует учитывать общий и конкретный виды дальности. При этом дальность общей видимости предполагает то расстояние от передней части транспортного средства, на котором водитель со своего места четко различает элементы дороги на пути движения, ориентирование на которые позволяет вести транспортное средство в соответствующей полосе, а дальность конкретной видимости - расстояние от передней части транспортного средства, на котором водитель со своего места может по характерным признакам распознать препятствие.

Доводы подсудимого ФИО7 и защитника ФИО41 о том, что в расчетах по 3 и 4 вопросу экспертизы не учтены требования корректировки времени реакции водителя на 0,6 секунд, не учтено фактическое расстояние от передней части автомобиля до статиста пешехода, в связи с чем, полученные результаты не могут быть приняты в качестве доказательств виновности ФИО7, суд находит необоснованными.

Вопреки указанным доводам снований ставить под сомнение выводы эксперта, изложенные в заключении эксперта, проводившего дополнительную автотехническую экспертизу от 31 марта 2023 года № у суда не имеется.

Судом установлено, что каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при назначении экспертизы допущено не было, экспертиза выполнена в государственном экспертном учреждении, компетентность эксперта, имевшего стаж экспертной работы в соответствующей области более 30 лет, сомнений не вызывает, эксперт был предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 200, 204 УПК РФ, оно содержит ясные и полные ответы на все поставленные перед экспертом вопросы.

Кроме того, в судебном заседании эксперт ФИО34 подтвердил выводы, изложенные в заключении, дав подробные пояснения на все имеющиеся у сторон как защиты, так и обвинения вопросы, в том числе в части примененного им метода исследования, порядка проведения экспертного исследования, а также относительно наличия допуска к самостоятельному экспертному исследованию. Требования к полноте судебной экспертизы не нарушены, противоречий в выводах эксперта нет. Оснований для назначения дополнительной либо повторной экспертизы не имеется.

Произвольные суждения подсудимого и защитника, связанные с анализом результатов судебно-автотехнической экспертизы и оценкой её результатов, - голословны и не имеют под собой каких-либо оснований, поскольку не соответствует материалам дела.

Эксперт ФИО34 в суде показал, что при проведении экспертизы он отвечал на конкретно поставленные вопросы, в соответствии с исходными данными, указанными в вопросах, которые не интерпретируются ни в одну, ни в другую сторону, а также учитывал дорожные и метеорологические условия (состояние дороги, уклон, спуск, поворот, снег, дождь, видимость по направлению движения). С учетом информации, содержащейся в постановлении о назначении экспертизы, время реакции водителя он принял 1.0 секунды.

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста ФИО40 показал суду, что при малозаметности объекта время реакции водителя должно быть увеличено экспертом на 0,6 секунд.

Вместе с тем, показания, допрошенного по ходатайству стороны защиты, специалиста ФИО40 не дают оснований сомневаться в достоверности выводов эксперта, поскольку в соответствии с ч.1 ст.58 УПК РФ специалист - лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду, вопросов входящих в его профессиональную компетенцию.

Указывая фактически на недопустимость полученного органами следствия заключения дополнительной автотехнической экспертизы, как доказательств по делу, специалист вышел за пределы своей компетенции, установленной уголовно-процессуальным законом.

Специалистом в отличие от эксперта ФИО34 не исследовались обстоятельства дела, относящиеся к предмету экспертной оценки, а в выводах эксперта отсутствуют противоречия, требующие устранения путем проведения повторной или дополнительной экспертиз, привлечения к участию в деле иных специалистов. 

Доводы защиты о несогласии с заключением эксперта, а также критика методики проведения судебной экспертизы, направлены на оспаривание ее результатов, однако, каких-либо бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов, подсудимый и защитник не представили. 

По смыслу закона уголовная ответственность по ст.264 УК РФ наступает в случаях, когда у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь.

При решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

Судом установлено, что опасность для движения водителя ФИО7 возникла в момент, когда потерпевшая двигалась по краю проезжей части и располагалась на расстоянии видимости с места водителя, установленной следователем при проведении следственного эксперимента 03 декабря 2021 года с участием ФИО7 и его защитника.

Результаты следственного эксперимента были указаны следователем в вопросах, поставленных перед экспертом автотехником.

Сведений о заинтересованности как должностного лица, составившего процессуальные документы, так и о заинтересованности в исходе дела эксперта стороной защиты не представлено, материалы дела не содержат, а потому оснований не доверять изложенному, как в процессуальных документах, так и в экспертизе, не имеется.

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд считает их допустимыми, так как они получены в соответствии с требованиями закона, достоверными, относимыми и достаточными для признания доказанной вины ФИО7 в инкриминируемом ему преступлении, предусмотренном п. «а» ч.4 ст.264 УК РФ.

Действия подсудимого ФИО7 суд квалифицирует по п. «а» ч.4 ст.264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения.

Судом установлено и подтверждается представленными доказательствами, что ФИО7 30 ноября 2020 года в период времени с 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут до 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут, в нарушении требований п.2.7 ПДД РФ управляя в состоянии алкогольного опьянения принадлежащим ему технически исправным автомобилем «

<

данные изъяты>» регистрационный знак №, осуществляя движение по проезжей части 

<

адрес>, двигаясь со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, со скоростью около 50 км/ч, которая не обеспечивала ему возможности постоянного контроля над движением транспортного средства, для выполнения требований Правил дорожного движения, чем нарушил п.10.1. ПДД РФ, при ослеплении светом фар встречного автомобиля в нарушении п.19.2 ПДД РФ не включил аварийную сигнализацию и, не меняя полосу движения, не снизил скорость и не остановился, проявил невнимательность и непредусмотрительность, продолжил движение, разъехавшись со встречным автомобилем, при возникновении опасности для движения которую он в состоянии был обнаружить в виде пешехода двигавшегося в попутном направлении по правому краю проезжей части, не принял возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, не выбрал необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, чем нарушил п.9.10 ПДД РФ, в результате чего по неосторожности в районе 

<

адрес>, правой передней частью автомобиля «

<

данные изъяты>» («

<

данные изъяты>») регистрационный знак № допустил наезд на пешехода ФИО2, которой были причинены телесные повреждения, от которых она скончалась на месте происшествия.

Преступление совершено подсудимым во вменяемом состоянии, оснований сомневаться в психическом здоровье подсудимого у суда не имеется.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

ФИО7 совершил тяжкое преступление по неосторожности.

ФИО7 по месту жительства и работы характеризуется положительно, на учете у врача нарколога и психиатра не состоит.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО7, на основании п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, ч.2 ст.61 УК РФ, суд признает иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, выразившиеся в принесении публичных извинений в судебном заседании, положительные характеристики с места жительства и работы, частичное признание вины, наличие почетных грамот с места военной службы, частичное возмещение ущерба, причиненного преступлением, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, несоблюдение пешеходом ФИО45 Правил дорожного движения РФ, двигавшейся в попутном направлении по правому краю проезжей части дороги.

Оснований для признания, предусмотренного п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ обстоятельства смягчающего наказание ФИО7 - оказание медицинской и иной помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления, выразившееся в вызове «скорой помощи», не имеется. Названное обстоятельство расценивается судом как осознание подсудимым последствий содеянного, исключающее его действия, направленные на оказание помощи потерпевшей, смерть которой, по заключению судебно-медицинской экспертизы, наступила до приезда «скорой помощи» на месте дорожно-транспортного происшествия. Иных действий в указанный период времени ФИО7 не совершал. Кроме того, согласно материалам дела, «скорую помощь» по телефону вызвал свидетель ФИО14. Суд также учитывает, что обязанность принять меры для оказания первой помощи пострадавшим в результате дорожно-транспортного происшествия, вызвать скорую медицинскую помощь, возложена на водителя п.2.6 Правил дорожного движения.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО7, нет.

Принимая во внимание фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, с учетом личности виновного, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного, в целях предупреждения совершения им новых преступлений и восстановления социальной справедливости, суд полагает, что исправление подсудимого и его перевоспитание возможно только в условиях изоляции от общества и считает необходимым назначить ФИО7 наказание в виде реального лишения свободы, поскольку менее строгий вид наказания не может обеспечить достижение его целей. При этом суд также применяет дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Оснований для назначения наказания подсудимому ФИО7 с применением ст.73 УК РФ не имеется.

Оснований для применения положений ст.64 УК РФ суд не усматривает, поскольку установленные в отношении подсудимого ФИО7 смягчающие обстоятельства, не уменьшают существенно степень общественной опасности преступления и потому не являются исключительными.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категории совершенного ФИО7 преступления на менее тяжкую, не имеется.

Оснований для применения положений ст.53.1 УК РФ в отношении подсудимого ФИО7 суд также не усматривает.

При назначении наказания в виде лишения свободы подсудимому ФИО7 суд учитывает требования ч.1 ст.62 УК РФ, так как по делу имеется смягчающее обстоятельство, предусмотренное пунктом «к» ч.1 ст.61 УК РФ и отсутствуют отягчающие обстоятельства.

Дополнительное наказание, предусмотренное санкцией п. «а» ч.4 ст.264 УК РФ в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами надлежит исполнять самостоятельно в порядке, предусмотренном ч.4 ст.47 УК РФ.

Решая вопрос о виде исправительного учреждения, в котором надлежит отбывать ФИО7 наказание, суд, с учетом фактических обстоятельств совершения преступления и данных о личности виновного, принимая во внимание, что ФИО7 совершил неосторожное преступление, руководствуясь п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ, учитывая разъяснения, содержащиеся в п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года №9 «О практике назначения и изменения судами видов исправительных учреждений», назначает для отбывания колонию-поселение.

В соответствии с п.12.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» в срок отбытия дополнительного наказания по уголовному делу засчитывается срок лишения права управления транспортными средствами, если лицо в связи с этим правонарушением было привлечено к административной ответственности и лишено права управления транспортным средством.

В соответствии с ч.1 ст.32.6 КоАП РФ исполнение постановления о лишении права управления транспортным средством осуществляется путем изъятия водительского удостоверения. Согласно ч.3 ст.32.7 КоАП РФ течение срока лишения специального права начинается со дня сдачи лицом либо изъятия у него соответствующего удостоверения, при этом в случае уклонения лица, лишенного специального права, от сдачи соответствующего удостоверения срок лишения специального права прерывается.

Как следует из материалов дела, постановлением мирового судьи Хлевенского судебного участка Задонского судебного района Липецкой области от 21 октября 2021 года, оставленным без изменения решением судьи Задонского районного суда Липецкой области от 02 декабря 2021 года и постановлением заместителя председателя Первого кассационного суда общей юрисдикции от 15 апреля 2022 года, ФИО7 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 9 месяцев.

Согласно справке инспектора по ИАЗ отделения ГИБДД Отд МВД России по Хлевенскому району Липецкой области от 06.03.2023 года, ФИО7 сдал водительское удостоверение 07 декабря 2021 года.

Постановлением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 28 февраля 2023 года производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО7 прекращено на основании пункта 7 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ, в связи с чем, отбытое ФИО7 наказание в виде лишения права управления транспортным средством, назначенного по делу об административном правонарушении подлежит зачету в срок дополнительного наказания, назначенного по уголовному делу, в период с 07 декабря 2021 года (дата сдачи водительского удостоверения) по 28 февраля 2023 года (дата отмены постановления мирового судьи судом кассационной инстанции).

Доводы потерпевшего ФИО3 и его представителя ФИО42 о том, что после сдачи водительского удостоверения ФИО7 продолжал управлять транспортным средством, о чем свидетельствует представленная суду видеозапись, а поэтому, указанный срок не подлежит зачету, суд находит необоснованными. Суд в соответствии с ч.3 ст.15 УПК Российской Федерации не является органом уголовного преследования, и не выступает на стороне обвинения или защиты. Кроме того, согласно ст.252 УПК РФ, суд при рассмотрении дела не вправе выходить за пределы судебного разбирательства, которое производится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению. В данном случае, потерпевший по изложенному им в судебном заседании факту вправе обратиться с соответствующим заявлением в правоохранительные органы в установленном законом порядке.

Супругом погибшей ФИО2 – ФИО3, а также детьми погибшей ФИО2 – ФИО4, ФИО5 предъявлен иск к ФИО7 о взыскании денежной компенсации морального вреда в сумме по 1500 000 рублей в пользу каждого. 

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО7 исковые требования ФИО3, ФИО4, ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда признал частично, полагал, что данная сумма является завышенной.

В соответствии с п.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

В соответствии со ст.151 ГК РФ требование истца о взыскании компенсации морального вреда основано на законе. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ФИО7 в пользу ФИО3, ФИО5 и ФИО4, суд исходит из того, что гражданские истцы, как близкие родственники лица, смерть которого наступила в результате преступных действий подсудимого, вправе требовать компенсации морального вреда за причиненные им нравственные страдания, поскольку в результате дорожно-транспортного происшествия, совершенного ФИО7 и смертью супруги ФИО3 и матери ФИО4 и ФИО5, им причинены невосполнимые нравственные и физические страдания в связи с утратой близкого человека. Причинение смерти ФИО2 при установленных судом обстоятельствах, безусловно, повлекло причинение её супругу и детям сильнейших нравственных страданий.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает конкретные обстоятельства совершенного преступления, степень физических и нравственных страданий потерпевших, гражданских истцов, индивидуальные особенности их личности. Суд также учитывает материальное положение подсудимого, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, а также требования разумности и справедливости. При этом суд учитывает также возраст подсудимого, что он трудоспособен и не лишен возможности своим трудом заработать необходимые для возмещения вреда средства. 

Суд определяет размер компенсации морального вреда в связи с гибелью ФИО2, подлежащего взысканию с ФИО7 в пользу ФИО3, ФИО5, ФИО4 в размере по 700 000 рублей в пользу каждого.

Поскольку ФИО7 частично возмещена компенсация морального вреда в размере 100000 рублей ФИО3, то с ФИО7 в пользу ФИО3 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 600 000 рублей.

При решении вопроса о вещественных доказательствах, суд руководствуется правилами ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.299, 302, 307-309 УПК РФ, суд 

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО7 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.4 ст.264 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 3 (три) года.

Меру пресечения в отношении ФИО7 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – подписку о невыезде и надлежащем поведении. 

После вступления приговора в законную силу ФИО7 следует в колонию-поселение самостоятельно за счет государства в порядке, предусмотренном ст.75.1 УИК РФ. 

После вступления приговора в законную силу территориальному органу уголовно-исполнительной системы не позднее 10 суток со дня получения копии приговора суда вручить ФИО7 предписание о направлении к месту отбывания и обеспечить его направление в колонию-поселение.

В указанном предписании с учетом необходимого для проезда времени установить срок, в течение которого осужденный должен прибыть к месту отбывания наказания.

Срок отбывания наказания исчислять со дня прибытия осужденного ФИО7 в колонию-поселение.

Зачесть время следования осужденного ФИО7 к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной инспекции в срок лишения свободы из расчета: один день - за один день.

Разъяснить ФИО7 положения ч.6 ст.75.1 УИК РФ о том, что в случае уклонения его от получения предписания о направлении к месту отбывания наказания, а также в случае неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок осужденный объявляется в розыск и подлежит задержанию.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исполнять самостоятельно, и его срок исчислять в соответствии с ч.4 ст.47 УК РФ с момента отбытия основного наказания в виде лишения свободы. 

В срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, зачесть наказание, отбытое ФИО7 по постановлению мирового судьи Хлевенского судебного участка Задонского судебного района Липецкой области от 21 октября 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.8 КоАП РФ в период с 07 декабря 2021 года по 28 февраля 2023 года.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 600000 (шестьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 700000 (семьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО5 в счет компенсации морального вреда 700000 (семьсот тысяч) рублей.

Вещественные доказательства: 

автомобиль «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, возвращенный ФИО7, оставить у последнего;

шапку, два куска пластика от бампера автомобиля, хранящиеся в Отд МВД России по Хлевенскому району Липецкой области, уничтожить;

свитер, брюки, куртку, один сапог, хранящиеся в Отд МВД России по Хлевенскому району Липецкой области, уничтожить;

материальные носители CD-R рег. 23/7916 (LH№) и DVD+R рег. 23/7917 (№), материальный носитель ДиВиДи Эр - диск идентификационный номер «№», - хранить в материалах уголовного дела. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Липецкий областной суд в течение 15 суток со дня его провозглашения.

Председательствующий Л.А. Леонова