2-786/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

13 июля 2017 г. г. Уфа

Уфимский районный суд РБ в составе председательствующей судьи Мозжериной Г.Ю.,

при секретаре Файрузовой Э.Р.,

с участием старшего помощника прокурора Уфимского района РБ Гафиятуллина Д.И., 

истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2, доверенность № от ДД.ММ.ГГГГ. сроком по ДД.ММ.ГГГГ.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО6 к ООО «Лукойл - Западная Сибирь» ТПП «Когалымнефтегаз» о возмещении морального вреда, в связи с повреждением здоровья и развитием профессионального заболевания, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском с последующими уточнениями, указав, что он работал на предприятии ООО «Лукойл - Западная Сибирь» ТПП «Когалымнефтегаз» с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. 

В общей сложности 30 лет и 9 месяцев он работал на производстве с вредным производственными факторами в виде: Прил.1 п. ДД.ММ.ГГГГ.1 Углеводороды алифатические предельные, непредельные, циклические, в том числе: метан, этан, пропан, парафины, этилен, пропилен, ацитилен, циклогексан; Прил.1 п.3.4.2 Общая вибрация; Прил.1 п.3.5 Производственный шум на рабочих местах с вредными и (или) опасными условиями труда, на которых имеется технологическое оборудование, являющееся источником шума; Прил.2 п.4.1 Работы в нефтяной и газовой промышленности, выполняемые в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, пустынных и других отдаленных и недостаточно обжитых районах, а также при морском бурении; Прил.2 п.5 Работы, непосредственно связанные с обслуживанием сосудов, находящихся под давлением; Прил.2 п. 13 Работы, выполняемые с применением изолирующих средств индивидуальной защиты и фильтрующих противогазов с полной лицевой частью (Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ)

ДД.ММ.ГГГГ. он принят на работу в Нефтегазодобывающее управление «Ватьеганнефть» машинистом насосных установок (5 разряда) на участок добычи нефти и газа №, вахтово-экспедиционным методом.

ДД.ММ.ГГГГ. цех добычи нефти и газа № переименован в цех №.

ДД.ММ.ГГГГ. он переведен в цех подготовки и перекачки нефти машинистом насосной станции (4 разряда) по закачке рабочего агента в пласт, в цех поддержания пластового давления.

ДД.ММ.ГГГГ. он переведен в НГДУ «Дружбанефть» по приказу п/о «Когалымнефтегаз».

ДД.ММ.ГГГГ. он принят переводом машинистом (4 разряда) насосной станции по закачке рабочего агента в цех поддержания пластового давления, вахтовым методом. ДД.ММ.ГГГГ. ему присвоен 5 разряд по той же специальности. ДД.ММ.ГГГГ. в связи с изменение организационной структуры ООО «Лукойл -Западная Сибирь», он переведен в ТПП «Когалымнефтегаз» ООО «Лукойл - Западная Сибирь».

ДД.ММ.ГГГГ. он принят переводом из НГДУ «Дружбанефть» в цех по поддержанию пластового давления Дружненского месторождения машинистом (5 разряда) насосной станции по закачке рабочего агента в пласт, вахтовым методом.

ДД.ММ.ГГГГ. он переведен машинистом (5 разряда) насосной станции по закачке рабочего агента в пласт в цех добычи нефти и газа № месторождения «Дружное»

ДД.ММ.ГГГГ. Расторжение трудового договора в связи с выходом на пенсию.

За время работы он получил следующие поощрения:

ДД.ММ.ГГГГ. - премирован за высококачественное изготовление продукции на экспорт.

ДД.ММ.ГГГГ. - премирован за 1 место в конкурсе «Лучший рабочий».

ДД.ММ.ГГГГ. - награжден почетной грамотой ТПП «Когалымнефтегаз».

ДД.ММ.ГГГГ.-награжден почетной грамотой Министерства топлива и энергетики Российской Федерации за заслуги в развитии топливно-энергетического комплекса.

ДД.ММ.ГГГГ. - присвоено Почетное звание «Ветеран труда ООО «Лукойл Западная Сибирь».

В процессе всей трудовой деятельности у работодателя на истца оказывали воздействие такие вредные производственные факторы как шум, производственная вибрация, тяжесть трудового процесса.

За более чем 30 лет работы во вредных условиях труда в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, работодателем, ТПП «Когалымнефтегаз» ООО «Лукойл - Западная Сибирь», ему предоставлены всего лишь три санаторно-курортные путевки.

Уровень заботы работодателя о здоровье своего работника на предприятии фактически стремится к нулю. Средства индивидуальной защиты слуха не соответствовали существующим требованиям охраны труда; до образования ООО «Лукойл» вообще не было предоставлено наушников, а до 2000-х годов в машинных залах не предоставлялись даже каски.

Единственным способом реализации прав работников на охрану здоровья были разве что ежегодные профилактические осмотры, скорее направленные лишь на отсев работников, приближающихся к пенсионному возрасту.

Так при проведении очередного профилактического осмотра в поликлинике при БУ «Когалымская городская больница» ДД.ММ.ГГГГ. у истца установлено некоторое снижение слуха и истец был направлен на дополнительное обследование. Однако никакого лечения или санаторно-курортного оздоровления ему предложено не было.

Позднее, заключением периодического медицинского осмотра (обследования) от ДД.ММ.ГГГГ. у истца установлены противопоказания к продолжению работы на том же вредном производстве, а именно продолжающееся снижение слуха

В сентябре 2016г. работодатель настоятельно предложил истцу уволиться по собственному желанию в связи с выходом на пенсию, мотивирую тем, что в противном случае истец лишится единовременной выплаты, предусмотренной коллективным договором, в размере № рублей, для проработавших на предприятии более 20 лет. Никакого иного вида работы работодатель истцу не предлагал и никаких компенсаций по стойкой утрате здоровья не выплачивал.

В настоящий момент истец вынужден проходить обследование в ФБУН «Уфимский НИИ медицины труда и экологии человека» чтобы подтвердить, что ухудшение здоровья произошло в связи с длительной работой на должностях с вредными условиями труда и является профессиональным заболеванием.

Его фактическое состояние здоровья позволяло и позволяет истцу на настоящий момент продолжить работу на той же должности, где он планировал проработать ещё как минимум два года, до 60 лет. В год он зарабатывал порядка № рублей, что подтверждается справками о доходах № и № от ДД.ММ.ГГГГ. Рассчитывая на получение этих денежных средств в виде заработной платы истец заключил кредитные договоры с ПАО Банк «ФК Открытие» на сумму № тысяч рублей от ДД.ММ.ГГГГ. и на сумму № рублей от ДД.ММ.ГГГГ. Ежемесячные платежи по данному кредитным договорам составляют №. и №., что в сумме составляет № рубль 57 коп. Ежемесячная пенсия, согласно справки № от ДД.ММ.ГГГГ., составляет № коп., то есть ежемесячный платёж по кредиту фактически равен размеру пенсии истца, что не оставляет ему средств к существованию, поскольку на оставшиеся № рублей невозможно ни оплатить коммунальные платежи, ни приобрести продукты питания. В настоящий момент его доходы упали в четыре раза, что не позволяет сохранить прежний уровень жизни и продолжать необходимые обследования здоровья.

Фактическая «прибавка к пенсии по вредности» от ТПП «Когалымнефтегаз» ООО «Лукойл - Западная Сибирь» составляет сейчас № рублей в месяц, что больше похоже на «подачку», чем на прибавку к пенсии за 30 лет работы на вредном производстве.

Сам факт столь халатного отношения к истцу со стороны работодателя, необходимость доказывать причинно-следственную связь между ухудшением здоровья и вредными условиями труда, о которых работодатель осведомлён как никто другой, причиняет истцу сильнейшие нравственные страдания. Истец вынужден был покинуть своё привычной место работы, а также ограничен теперь в выборе видов работ для дальнейшего трудоустройства, хотя ранее он был здоров и ограничений ни на какие виды работ, даже с тяжелыми или вредными, условиями труда не имел. Кроме того сейчас он вынужден подать иск о защите своих нарушенных прав, ещё даже не пройдя до конца обследование здоровья, чтобы не пропустить срок обращения в суд для обжалования действий своего работодателя.

Причинённый моральный вред истец оценивает в № рублей.

Еще ДД.ММ.ГГГГ. ФБУН «Уфимский НИИ медицины труда и экологии человека» в адрес ТПП «Когалымнефтегаз» ООО «Лукойл - Западная Сибирь» направлен запрос о предоставлении сведений о состоянии здоровья истца по данным периодических медицинских осмотров и об аттестации его рабочего места, с целью дачи экспертного заключения о состоянии его здоровья на настоящий момент. Однако до настоящего времени никакого ответа ТПП «Когалымнефтегаз» ООО «Лукойл - Западная Сибирь» не предоставил.

Просит суд взыскать с ООО «Лукойл - Западная Сибирь» ТПП «Когалымнефтегаз» № рублей в счёт компенсации причинённого морального вреда.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, просила удовлетворит.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, привел доводы, изложенные в отзыве на иск.

Выслушав стороны, старшего помощника прокурора Гафиятуллина Д.И., полагавшего, что иск не подлежит удовлетворению, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 210 Трудового кодекса Российской Федерации определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает в том числе возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Между тем названная норма закона не устанавливает ни размер компенсации морального вреда, причиненного работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, ни критерии его определения. Вместе с тем согласно этой норме стороны трудового договора вправе урегулировать эти отношения посредством заключения соглашения.

Соответственно, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) (статья 1099 ГК РФ).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом (пункт 3 статьи 1064 ГК РФ).

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. N 6), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда может быть возложена на работодателя при наличии его вины в причинении вреда. Если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам норм главы 59 ГК РФ отсутствуют.

Что касается компенсации морального вреда, причиненного правомерными действиями причинителя вреда (в отсутствие противоправности деяния), то она должна быть прямо предусмотрена законом.

Судом установлено, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. принят на работу в Нефтегазодобывающее управление «Ватьеганнефть» машинистом насосных установок (5 разряда) на участок добычи нефти и газа №, вахтово-экспедиционным методом.

ДД.ММ.ГГГГ. цех добычи нефти и газа № переименован в цех №.

ДД.ММ.ГГГГ. он переведен в цех подготовки и перекачки нефти машинистом насосной станции (4 разряда) по закачке рабочего агента в пласт, в цех поддержания пластового давления.

ДД.ММ.ГГГГ. он переведен в НГДУ «Дружбанефть» по приказу п/о «Когалымнефтегаз».

ДД.ММ.ГГГГ. он принят переводом машинистом (4 разряда) насосной станции по закачке рабочего агента в цех поддержания пластового давления, вахтовым методом. ДД.ММ.ГГГГ. ему присвоен 5 разряд по той же специальности. ДД.ММ.ГГГГ. в связи с изменение организационной структуры ООО «Лукойл - Западная Сибирь», он переведен в ТПП «Когалымнефтегаз» ООО «Лукойл - Западная Сибирь».

ДД.ММ.ГГГГ. он принят переводом из НГДУ «Дружбанефть» в цех по поддержанию пластового давления Дружненского месторождения машинистом (5 разряда) насосной станции по закачке рабочего агента в пласт, вахтовым методом.

ДД.ММ.ГГГГ. он переведен машинистом (5 разряда) насосной станции по закачке рабочего агента в пласт в цех добычи нефти и газа № месторождения «Дружное»

ДД.ММ.ГГГГ. со ФИО1 расторгнут трудовой договор в связи с выходом на пенсию.

В обоснование своих требований истец приводит доводы о том, что в процессе всей трудовой деятельности у работодателя на истца оказывали воздействие такие вредные производственные факторы как шум, производственная вибрация, тяжесть трудового процесса, в связи с чем, у него образовалось профессиональное заболевание.

Исходя из заявленных ФИО1 исковых требований и возражений против них ответчика, на основании подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права обстоятельствами, имеющими значение для разрешения спора по иску ФИО1, являются: установление наличия или отсутствия неправомерных действий работодателя, повлекших причинение работнику вреда вследствие возникновения у него профессионального заболевания; установление наличия спора между работником и работодателем по факту причинения работнику неправомерными действиями работодателя морального вреда или о размере его возмещения; наличие и степень вины ответчика в причинении вреда здоровью истца вследствие профессионального заболевания; степень нравственных и физических страданий, причиненных работнику (ФИО1) в связи с повреждением здоровья; разумность и справедливость заявленных требований.

Определением Уфимского районного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ. по ходатайству истца судом назначена комплексная медико-социальная экспертиза, производство которой поручено ФБУН «Уфимский НИИ медицины, труда и экологии человека».

Согласно заключению экспертов ФБУН «Уфимский НИИ медицины, труда и экологии человека» от ДД.ММ.ГГГГ. № у ФИО1 профессиональных заболеваний не имеется.

Суд, оценивая в порядке ст. 67 ГПК РФ доказательства в их совокупности, приходит к выводу, что экспертное заключение, подготовленное ФБУН «Уфимский НИИ медицины, труда и экологии человека» на основании определения суда, достоверное, допустимое, относимое и достаточное доказательство по делу. Приведенное экспертное заключение представляет собой письменный документ, отражающий ход и результаты исследований, заключение экспертов соответствует Федеральному закону от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Доводы истца о том, что экспертиза проведена без его непосредственного участия, суд не принимает, поскольку Федеральный закон от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" не содержит требований о непосредственном участии лица при проведении экспертизы. Остальные доводы истца также не являются основанием для признания заключения экспертов недопустимым доказательством.

Кроме того, представителем ответчика суду представлена справка № от ДД.ММ.ГГГГ. Профсоюза ООО «ЛУКОЙЛ-Западная Сибирь», согласно которой ФИО1 и его супруге предоставлялись в ДД.ММ.ГГГГ. санаторно-курортные путевки на лечение в санаторий «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> и в ДД.ММ.ГГГГ. санаторий «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>.

Согласно личной карточки учета выдачи средств индивидуальной защиты ФИО1 05.2014г. выдавались наушники противошумные со сроком носки 24 мес., о чем имеется подпись ФИО1

Таким образом, в ходе рассмотрения данного дела в нарушение требований статей 55, 56 ГПК РФ не представлено доказательств того, что заболевание, имеющееся у ФИО1 является профессиональным заболеванием и что данное заболевание возникло вследствие неправомерных действий ответчика, в связи с чем, оснований для удовлетворения требований истца у суда не имеется. 

На основании ст.103 ГПК РФ со ФИО1 в пользу Федерального бюджетного учреждения науки «Уфимский научно-исследовательский институт медицины труда и экологии человека» подлежат взысканию расходы на проведение экспертизы в размере 18000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ФИО1 ФИО6 к ООО «Лукойл-Западная Сибирь» ТПП «Когалымнефтегаз» о возмещении морального вреда, в связи с повреждением здоровья и развитием профессионального заболевания отказать.

Взыскать со ФИО1 ФИО6 в пользу Федерального бюджетного учреждения науки «Уфимский научно-исследовательский институт медицины труда и экологии человека» расходы на экспертизу в размере 18000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд РБ через Уфимский районный суд РБ в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Г.Ю. Мозжерина

Решение в окончательной форме принято 17.07.2017г.