Судья: Боцан И.А. Дело № 22-3242/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Барнаул 18 сентября 2025 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Видюковой С.И., 

при помощнике судьи Гараниной Д.О.,

с участием:

прокурора Киреенко С.А.,

адвоката Безугловой И.А.,

осужденного ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Безугловой И.А. на приговор Бийского городского суда Алтайского края от 23 июня 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, несудимый, 

- осужден по ч.2 ст.143 УК РФ к 2 годам лишения свободы. 

В соответствии со ст.73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей, указанных в приговоре. 

Разрешены вопросы о мере пресечения до вступления приговора в законную силу, начале исчисления испытательного срока, зачете в испытательный срок периода времени со дня провозглашения приговора до дня его вступления в законную силу, процессуальных издержках и судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб и возражений, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором ФИО1 осужден за нарушение требований охраны труда, лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшее по неосторожности смерть человека. 

Преступление совершено в 

<

адрес> 

<

адрес> при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в инкриминируемом преступлении не признал.

В апелляционных жалобах адвокат Безуглова И.А. считает приговор суда не соответствующим критериям законности и обоснованности, вопреки требованиям ч.2 ст.297 УПК РФ он постановлен с существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона и основан на неправильном применении уголовного закона.

По мнению автора жалобы, суд, признавая ФИО1, виновным в совершении инкриминируемого преступления, сослался на показания свидетелей, противоречащие нормативно-технической документации, не отвечающие принципам относимости и достоверности.

Отмечает, что суд, принимая за основу заключение эксперта П.В.В., указал, что данная экспертиза выполнена профессиональным экспертом, в квалификации которого суд не усомнился, однако, при этом суд не дал оценку доводу стороны защиты о том, что указанный эксперт в двух экспертизах на один и тот же вопрос дал противоречивое заключение. Давая же оценку заключению специалиста Ф.В.К. суд указал, что его заключение, хотя и содержит суждение по вопросам, имеющим значение для уголовного дела, но доказательственной силы, присущей заключению эксперта, не обладает.

Ссылаясь на позиции Конституционного и Верховного Судов РФ, п.20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 года № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», обращает внимание на то, что суд, при наличии двух противоречивых заключений одного эксперта, отказал защите в назначении повторной экспертизы, а также на то, что никаких экспериментальных исследований эксперт П.В.В. не производил, он фактически анализировал нормативные акты, регулирующие нормы безопасности, что является полномочиями правоприменителя и никакие технические познания при производстве указанной экспертизы не применялись.

Полагает, что в судебном заседании не установлено нарушение ФИО1 правовых норм и правил техники безопасности при выполнении работ в ночь на ДД.ММ.ГГ, а, соответственно, его действия не привели к гибели потерпевшего К.А.С., органы следствия необоснованно возложили на ФИО1 обязанности иных участников расследуемых событий, что привело к необоснованному привлечению к ответственности, давая оценку всем исследуемым в указанном процессе доказательствам, вина ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении не нашла своего подтверждения.

Приводя показания ФИО1 в судебном заседании, выводы комиссии по расследованию несчастного случая, отмечает, что допрошенные в судебном заседании члены данной комиссии не все подтвердили выводы, которые были указаны в данном акте, их выводы опровергаются нормативными документами, приказами, технологическим процессом, должностными инструкциями и другими нормами и правилами, действующими на тот период времени.

Кроме того, суд в приговоре указывает на допущенные ФИО1 нарушения Инструкции о порядке обслуживания и организации движения на ж/д пути необщего пользования ООО 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, примыкающего к железнодорожной станции 

<

данные изъяты>) Западно-Сибирской железной дороги от ДД.ММ.ГГ, которая не регулирует отношения между 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, она регулирует порядок обслуживания путей необщего пользования 

<

данные изъяты> (путь 312) и локомотивной бригадой ОАО РЖД 

<

данные изъяты>. Согласно п.1.2 указанной инструкции железнодорожный путь необщего пользования ООО 

<

данные изъяты> обслуживается маневровым локомотивом эксплуатационного локомотивного депо Барнаул, закрепленным за железнодорожной станцией Бийск, серии ТЭМ2, ТЭМ18 ДМ и маневровой бригадой железной дороги. Это совершенно другие локомотивы и другие работники. Поэтому вывод о том, что ФИО1 должен был в своей работе руководствоваться указанной инструкцией, считает неверным. ФИО1 в своей работе с 

<

данные изъяты> руководствовался Правилами технической эксплуатации железных дорог РФ, утвержденных приказом министерства транспорта РФ от 23.06.2022 года №250, согласно которым Правила и приложения к ним обязательны для выполнения всеми организациями и индивидуальными предпринимателями, выполняющими работы (оказывающие услуги) для пользователей услугами железнодорожного транспорта, связанные с организацией и (или) осуществлением перевозочного процесса, работы (услуги), связанные с техническим обслуживанием и ремонтом железнодорожных путей, сооружений и устройств инфраструктуры, железнодорожных путей необщего пользования и находящихся на них сооружений и устройств, железнодорожного подвижного состава и технических средств, используемых на железнодорожном транспорте, охраной объектов железнодорожного транспорта и грузов, и работниками железнодорожного транспорта. Иного документа, регулирующего порядок обслуживания организации движения на ж/д пути необщего пользования 

<

данные изъяты>, примыкающего к железнодорожной станции 

<

данные изъяты> Западно-Сибирской железной дороги организацией 

<

данные изъяты> на тот день принято не было. Инструкцией от 20.05.2021 года о порядке обслуживания 

<

данные изъяты> бригадиры 

<

данные изъяты> пользоваться не могли, поскольку у последних были совсем другие локомотивы и это совсем другая организация. При этом, согласно п.6.1 данной Инструкции, работники железной дороги и работники ООО 

<

данные изъяты> обязаны руководствоваться Правилами технической эксплуатации железных дорог РФ, Инструкцией по движению поездов и производству маневровой работы на железнодорожном транспорте РФ, Инструкцией по сигнализации на железнодорожном транспорте РФ, Техническо-распорядительным актом станции и другими действующими документами по обеспечению безопасности движения, сохранности вагонного парка и охраны труда.

Однако, несмотря на то. что защитой было обращено внимание суда, что отношения ООО 

<

данные изъяты> и ООО 

<

данные изъяты> не регулируются указанной Инструкцией, суд указал, что данное утверждение опровергается показаниями свидетеля З.Г.Д., согласно которым комиссией по расследованию несчастного случая была установлена вина ФИО1 в нарушении положений указанной Инструкции, и что все Инструкции однотипные, во всех них указан один порядок взаимодействия представителя предприятия и локомотивно-составительской бригады, а также актом о расследовании несчастного случая, актом №2, который составлен и подписан уполномоченными должностными лицами, чем была установлена вина ФИО1

По мнению автора жалобы, данный вывод суда опровергается положениями п.6.1 указанной Инструкции, согласно которой по вопросам, не предусмотренным настоящей Инструкцией, работники железной дороги и работники ООО 

<

данные изъяты> обязаны руководствоваться Правилами технической эксплуатации железных дорог РФ, Инструкцией по движению поездов и производству маневровой работы на железнодорожном транспорте РФ, Техническо-распорядительным актом станции и другими действующими документами по обеспечению безопасности движения, сохранности вагонного парка и охраны труда. При этом, обращает внимание на то, что Инструкции о порядке движения на железнодорожном пути необщего пользования локомотивами ООО 

<

данные изъяты> на момент происшествия принято не было.

Считает несоответствующими действительности выводы суда о том, что согласно п.п.1.4-1.16 раздела Приказа №20 ФИО1 являлся ответственным за взаимодействие с ж/д станцией 

<

данные изъяты> по вопросам движения, согласования выезда маневрового состава или одиночного локомотива с ж/д станцией 

<

данные изъяты> на ж/д путь необщего пользования и обратно, должен был докладывать дежурному по ж/д станции возможности приёма маневрового состава или одиночного локомотива, а также за встречу маневрового состава у сигнального знака «Граница ж/д пути необщего пользования», согласования маневровой работы по расстановке вагонов, в том числе за участие в приёмосдаточных операциях, самоустранился от выполнения вышеуказанных обязанностей, не согласовав в нарушение п.1.4 раздела 1 Приказа №20, п.2.7 и 2.7.1 раздела 2, п.3.1 раздела 3 Инструкции от 20.05.2021 года, Порядка от 23.03.2021 года с составителем П. план маневровой работы, тем самым возложил ответственность на последнего по принятию решений, связанных с маневровой работой по выделению 11 вагонов, поскольку согласно установленным в суде обстоятельствам, ФИО1 взаимодействовал с ж/д станцией, а именно согласовал возможность приёма 4-х вагонов в ремонт и вывод 11 вагонов на станцию, встретил локомотивную бригаду у знака «граница пути необщего пользования», согласовал с составителем маневровые работы по расстановке вагонов на ремонтные позиции, проконтролировал расстановку и закрепление вагонов, дал составителю список вагонов, подлежащих выводу на станцию Чемровка, которые находились на территории другой организации на путях, не являющихся путями ООО 

<

данные изъяты> После этого локомотивная бригада уехала и ремонтная бригада под руководством ФИО1 приступила к ремонту вагонов, ФИО1 участвовал в приёмо-сдаточных операциях, т.е. убедился, что на все 11 вагонов для станции готов пакет документов и они приняты дирекцией инфраструктуры, о чём подтвердил дежурный по станции свидетель К.С.Н.

Приводя круг обязанностей составителя поездов, который является руководителем маневровых работ, п.3.3 Распоряжения ОАО «РЖД» от 08.07.2020 № 1453/р (ред. от 24.09.2024) «Об утверждении Инструкции по охране труда для составителя поездов железнодорожной станции ОАО «РЖД», Приказ Минтранса России от 23.06.2022 № 250 «Об утверждении Правил технической эксплуатации железных дорог Российской Федерации», считает, что составитель должен был поставить ФИО1 в известность о том, каким образом он будет производить маневровые работы на выработку 11 вагонов, что противоречит утверждению обвинения в том, что ФИО1 передал свои функциональные обязанности составителю, в связи с чем расценивает указанный вывод суда необоснованным, поскольку ФИО1 является ответственным за расстановку вагонов по ремонтным позициям и уборку вагонов с них, согласовывает маневровые работы только на ремонтных позициях, где производятся работы, а не на всех путях необщего пользования, как указал суд.

Кроме того, обвинение указывает, что ФИО1 не встретил маневровый состав у сигнального знака. Однако, отмечает, что при подаче вагонов на ремонтные позиции 

<

данные изъяты>, он встретил маневровый состав у сигнального знака, согласно приказу № 20, и согласовал маневровый план по расстановке и закреплению вагонов, которые были поданы составом 

<

данные изъяты> на ремонтные позиции. При этом, когда составитель оставил вагоны без тепловоза на уклоне железнодорожного пути, на котором категорически запрещается оставлять вагоны без тепловоза, он не мог знать по причине того, что составитель не поставил его в известность, что он будет оставлять вагоны на 312 путь. ФИО1 обязан встречать маневровый состав при подаче на ремонтные позиции и после их подачи – осуществить контроль за их закрепление, в том числе в случае просьбы составителя выдать тормозные башмаки.

Также автор жалобы приводит показания свидетеля П. и дает им и поведению последнего собственную оценку.

Выражая несогласие с выводами суда о виновности ФИО1 в том, что он самонадеянно направил вверенную ему бригаду для производства ремонтных работ на неэксплуатируемом ж/д пути необщего пользования, полагает, что в судебном заседании не было представлено доказательств, что ФИО1 был об этом осведомлён, поскольку бригада работала на участке ж/д пути, определенном руководителем ООО 

<

данные изъяты> и никаких самоуправных действий и указаний по месту выполнения работ ФИО1 не осуществлял.

Кроме того, необоснованными считает выводы суда о нарушении ФИО1 п.п.3.1 и 3.2 раздела 3 Инструкции от 25.12.2017 года, согласно которым ФИО1, не убедившись в безопасных условиях труда, в том числе путем предварительного осмотра нецентрализованной стрелки №141 и достоверно зная, что идут маневровые работы, дал производственное задание слесарям, на выполнение им несвойственных для них ремонтных работ, а именно «по регулированию тормозной рычажной передачи», к выполнению которой они и приступили, поскольку не существует нормативного документа, возлагающего на ФИО1 обязанность по закреплению указанной стрелки. Согласно приказу №20 от 12.01.2023 года ответственным за техническое состояние стрелки №141 назначен мастер Л.О.В., а ФИО1 его заменяет в соответствии с п.3 данного Приказа только в случае болезни либо отпуска. О возложении на ФИО1 указанных полномочий в ночное время данным приказом не предусмотрено. Более того, согласно п.1.10 Инструкции о порядке обслуживания и организации движения на железнодорожном пути необщего пользования ООО 

<

данные изъяты> ответственным лицом за обеспечение движения и взаимодействие с железнодорожной станцией по вопросам движения является начальник железнодорожного участка, а в его отсутствие - лицо, его замещающее, назначенное согласно приказу руководителя. Согласно показаниям специалиста Ф.В.К., для стрелочного перевода должен быть специальный работник, который имеет допуск для указанной работы, проходит обучение.

Также отмечает, что суд необоснованно пришёл к выводу, что ФИО1, в нарушение пунктов 2.1, 2.3, 2.6, 2.7, 2.8 и 2.11 раздела 2 Должностной инструкции, а также п.2.5 раздела 1, пунктов 4.2 и 4.5 раздела Технологического процесса, пунктов 4.6 Положения от 01.09.2022 года, не произвёл правильную расстановку бригады, не проконтролировал выбранный членами бригады безопасный способ осуществления указанных ремонтных работ, удалился с места работ, тем самым уклонился от выполнения своих непосредственных обязанностей по обеспечению безопасных условий труда, в связи с чем не имел возможности немедленно приостановить работы в случае возникновения аварийной ситуации. При этом суд основывает свой вывод на нарушении пунктов 4.2 и 4.5 Технологического процесса, которые регулируют ремонт рычажной передачи в том числе, а К. во время столкновения вагонов занимался регулировкой рычажной передачи, что подтверждал находившийся на месте крановщик С. и слесарь Ш.. Вне межвагонного пространства производят ремонт и дефектовку деталей тележки и тормозной рычажной передачи. После её ремонта, тележку К. и Ш. закатили под вагон и осуществляли регулировку тормозной рычажной передачи, которую без вагона регулировать невозможно, что следует из последующих действий, указанных в технологическом процессе, а именно в п.6.10, согласно которому при подкатке под вагон тележки вся опорная поверхность подпятника должна быть покрыта равномерным слоем одной из смазок. Проверять состояние шкворня и деталей тормозной рычажной передачи. Поэтому считает, что суд неверно пришёл к выводу относительно механизма осуществления регулировки тормозной рычажной передачи, поскольку в соответствии с Технологическим процессом, показаниями свидетелей, а также показаниями специалиста Ф.В.К. она производится в межрельсовом пространстве, в связи с чем слесари абсолютно обоснованно находились на указанных местах (Раздел 11 п.2.8). Согласно п.9.6 данного раздела, регулировку рычажной передачи производят путём замены тормозных колодок, постановки валиков в запасные отверстия тяг, серег, затяжек. В момент регулировки тормозной передачи ФИО2 не должен был находиться рядом со слесарями, поскольку он должен находиться лишь при подъёме и опускании вагона, что им и выполнялось неукоснительно, что подтверждается показаниями свидетеля С. и Ш.. Делает вывод о том, что, при расстановке бригады ФИО1 действовал в соответствии с требованиями технологического процесса и норм безопасности.

Также защита не согласна с выводом суда о том, что ФИО1 нарушил приказ №20 от 12.01.2023 п. 1.1, поскольку за обеспечение безопасности движения, безопасных условий труда работников ОАО «РЖД» при производстве работы на территории предприятия, а также за техническое состояние железнодорожных путей № 310,311,312 стрелочных переводов №117,123,141, нерегулируемых переездов и их очистку - ответственным лицом назначен мастер Л.О.В. Согласно п.3 данного приказа, ФИО1 назначается ответственным за указанные обязанности только лишь в случае его болезни и отпуска и при наличии соответствующего распоряжения либо приказа. Следовательно, он не мог нарушить пункты данного приказа 1.1, поскольку данный пункт касается работников ОАО «РЖД». а не работников ООО 

<

данные изъяты> Инструкцию от 25.12.2017 ФИО1 не нарушал, поскольку он не должен постоянно присутствовать при ремонтных работах, в связи с чем считает, что нарушений пунктов 2.16.3 раздела 1 приказа от 09.01.2023 №9/1, возлагающим на ФИО1 ответственность за обеспечение контроля за процессом технического обслуживания ремонта, он также не нарушал.

Считает вывод суда о том, что слесарь К. выполнял не порученную работу является ошибочным и противоречит требованиям профессионального стандарта 17.025, утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 2 декабря 2015 г. N 954н, предъявляемым для слесаря 2 (4) разряда, согласно которому у слесаря 2-го разряда трудовая функция заключается в выполнении работы по рассверливанию отверстий с помощью ручного и механизированного инструмента в деталях запорных механизмов подвижного состава (закидках, секторах), рамы кузова (поручнях, подножках, лестницах, кронштейнах), автосцепного устройства (расцепных рычагах, поддерживающих планках), тележек (болтах крепления коробки скользуна, валиках подвески), тормозного оборудования (вертикальных и горизонтальных рычагах, ручках концевых кранов и режимных переключателей) после наплавки изношенных отверстий, чем К. и Ш. занимались в тот день. Как установлено в судебном заседании, слесари выполняли порученную бригадиром ФИО1 работу по регулировке тормозной рычажной передачи, являющейся неотъемлемой частью работы на каждом вагоне без исключения. Данный вид работ предусмотрен п.9.6. Технологического процесса.

Согласно требованиям "Единый тарифно-квалификационный справочник работ и профессий рабочих. "Слесарные и слесарно-сборочные работы" (утв. Постановлением Минтруда РФ от 15.11.1999 N 45) (ред. от 13.11.2008) указывается, что в обязанности слесаря 2-го разряда входит Разборка и сборка простых узлов и деталей, соединенных болтами и валиками. (6. Передачи тормозные рычажные - разборка узлов.) Отсутствие в должностной инструкции подробных действий согласно технологическому процессу, не свидетельствует о том, что он выполнял непорученную ему работу. Слесари знакомы с технологическим процессом и они производили работы, согласно своей квалификации и технологическому процессу.

Также отмечает, что в вину ФИО1 ставится нарушение п.3.2 раздела 3 Договора №8-32 на ж/д обслуживание от 01.09.2020 года, согласно которому закрепление вагонов тормозными башмаками при их постановке па пути Общества производит составитель поездов ООО 

<

данные изъяты> в присутствии ответственного работника, который обязан выдать необходимое количество исправных тормозных башмаков. Данные требования также нарушены не были, поскольку при подаче вагонов на ремонтные позиции все указанное было сделано. ФИО1 при выполнении маневровых работ при подаче вагонов на ремонтные позиции обеспечил составителя необходимым количеством тормозных башмаков, закрепив тем самым вагоны для ремонта.

Считает не отвечающей принципу допустимости и достоверности железнодорожную экспертизу, поскольку эксперт П. не имеет необходимого образования в сфере отцепочного ремонта, заключение фактически копирует выводы комиссии по расследованию несчастного случая, которые противоречат действующим на ООО 

<

данные изъяты> на тот момент правилам техники безопасности и приказам, а также делает ссылку на нарушение Инструкции о порядке обслуживания и организации движения на железнодорожном пути необшего пользования ООО 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГ, которая не распространяется на отношения с 

<

данные изъяты>. Более того, эксперт, не разбираясь в особенностях технологического процесса, производит подмену понятия ремонтная позиция, где получил травмирование К.А.С. на железнодорожном пути, тем самым допустил ошибку и пришёл к выводу о недопустимости работ, выполняемых ремонтной бригадой на ремонтных позициях. Более того, по мнению автора жалобы, эксперт сделал противоречивый вывод о том, что ФИО1 возложил ответственность на составителя по принятию решений, связанных с маневровой работой, не учитывая тот факт, что руководителем маневров является составитель поездов, который распоряжается маневровой работой по согласованию с мастером. Однако, достоверно установлено, что мастер (бригадир) не был осведомлен о начале маневровой работы, поэтому все выводы эксперта П. являются ошибочными. Кроме того, эксперт ссылается на то, что техническое обслуживание колесной пары необходимо производить не в межвагонном пространстве. Данный вывод считает также ошибочным, в то время как ремонт колёсной пары производился в ДЕПО, а не на месте текущего ремонта. Ремонт производили в колёсном цехе специалисты с применением специального оборудования. Ремонт колёсных пар на текущем ремонте невозможен, ввиду отсутствия специалистов и соответствующего оборудования, в связи с чем бригада ФИО1 указанный ремонт не производила.

Обращает внимание на то, что в судебном заседании были оглашены два заключения эксперта П,, который проводил исследование в сентябре 2023 года и январе 2024 года, на разрешение обеих экспертиз ставились одинаковые вопросы. 

Согласно заключению эксперта *** от ДД.ММ.ГГ на вопрос следователя: Какова непосредственная причина травмирования потерпевшего К.А.С. эксперт П. в своём заключении делает вывод, что непосредственной причиной явилось нарушение составителем поездов П. ст. 215 Трудового кодекса Российской Федерации, пп. 2 п. 23, п. 24, пп. 8, 13 п. 26 раздела III, п. 60 Раздела VII Инструкции по организации движения и маневровой работы на железнодорожном транспорте Российской Федерации, утвержденного Приказом Минтранса России от 23.06.2022 N 250 "Об утверждении Правил технической эксплуатации железных дорог Российской Федерации», п. 1.9, п. 3.1, п. 4.1, п. 4.2, п. 4.3 и Приложения 4 и 6 Инструкции о порядке обслуживания и организации движения на железнодорожном пути не общего пользования ООО 

<

данные изъяты>, примыкающего к железнодорожной станции 

<

данные изъяты> Западно-Сибирской железной дороги, п. 2.3., абзац 8, пп. «б» п. 2.4. Должностной инструкции составителя поездов (вывода) службы подвижного состава, п. 1, п. 8. пп. 2 п. 24 Приложения № 12 к Инструкции по организации движения и маневровой работы на железнодорожном транспорте Российской Федерации, утвержденного Приказом Минтранса России от 23.06.2022 N 250 "Об утверждении Правил технической эксплуатации железных дорог Российской Федерации», абзаца 5 Порядка маневровых работ локомотивной бригады ООО 

<

данные изъяты> на путях необщего пользования ООО 

<

данные изъяты>, примыкающего к станции 

<

данные изъяты>, утвержденного 23.03.2021, а именно П., в нарушение вышеуказанных норм, осуществлено оставление группы из 11 вагонов на участке железнодорожного пути, уровень наклона которого более 0,0025% без локомотива, без проявления должной осмотрительности, закреплён не их одним тормозным башмаком, вместо 4, без уведомления и присутствия Ответственного лица ООО 

<

данные изъяты>, что привело к их самопроизвольному движению и столкновению с грузовым вагоном, установленным на 11 ремонтной позиции (вагон был установлен на переносные тумбы (ставлюги)), который впоследствии за счет накопленной силы сместил с ремонтных позиций 6 вагонов. Сопутствующими причинами явилось нарушение бригадиром (освобожденным) предприятий железнодорожного транспорта метрополитенов 7 разряда ФИО1 ч. 2 ст. 22. ч. 3 ст. 214 ТК РФ, п. 2.6, п. 4.2 - п. 4.3. п. 6.2 Инструкции о порядке обслуживания и Организации движения на железнодорожном пути необщего пользования ООО 

<

данные изъяты>

В заключении за *** от ДД.ММ.ГГ на этот же вопрос делает вывод, что непосредственной причиной несчастного случая явилось нарушения, допущенные бригадиром ФИО1 

Таким образом, приходит к выводу, что эксперт П, по одному и тому же вопросу дал абсолютно противоречивые выводы, в связи с чем сторона защиты ходатайствовала о его допросе, а потом в связи с невозможностью его участия в судебном заседании по причине состояния здоровья, заявляла ходатайство о назначении повторной экспертизы. Поскольку данные противоречия в судебном заседании не были устранены, его компетентность вызывает оправданные сомнения, полагает, что выводы эксперта П. могут быть признаны судом допустимыми доказательствами, в связи с чем не могут быть использованы при постановлении судебного решения.

Суд при наличии двух противоречивых заключений одного эксперта отказал защите в назначении повторной экспертизы. Более того, никаких экспериментальных исследований эксперт Пискун не производил. Фактически заключение повторяет акт о несчастном случае, не более того, при этом, включает показания П. и Курсиша.

Более того, следователем назначено производство железнодорожной экспертизы в АНО «Центр экспертизы» г.Иркутска, у которого не имелось полномочий на производство железнодорожной экспертизы, поскольку согласно общедоступной информации основным видом деятельности АНО «ЦЕНТР ЭКСПЕРТИЗЫ» является технические испытания, исследования, анализ и сертификация, а также дополнительные виды деятельности: деятельность по обследованию и экспертизе компьютерных систем, деятельность в области права и деятельность организаций судебно-медицинской экспертизы. Деятельности в области железнодорожной экспертизы у данного экспертного учреждения не имеется. Кроме того, в штате данного учреждения отсутствует эксперт П., который проводил экспертизу и при назначении экспертизы, следователь возлагал обязанность предупредить эксперта об ответственности по ст.306 УК РФ перед началом ее производства. Однако, в экспертизе имеются сведения о предупреждении эксперта самим следователем не на отдельной расписке, а на титульном листе экспертизы, что, по мнению автора жалобы, свидетельствует о нарушении порядка назначения экспертизы и недопустимости заключения железнодорожной экспертизы, которая положена в основу обвинительного приговора.

Обращает внимание на то, что все допрошенные свидетели подтвердили факт того, что ФИО1 не был осведомлен о том, что составитель П. стал вырабатывать вагоны на путь, на котором располагались ремонтные позиции. 

Приводя и анализируя показания свидетелей М.И.П., Ш., Б. З.С.С., обращает внимание, что они подтвердили факт того, что ФИО1 не был осведомлен о том, что составитель П. стал вырабатывать вагоны на путь, на котором располагались ремонтные позиции.

Ссылаясь на п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2018 года N 41 "О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов", выражает несогласие с выводом суда о том, что ФИО1 не вёл журнал выдачи тормозных башмаков. При этом, суд ссылается на заключение технической экспертизы от ДД.ММ.ГГ, согласно которой ФИО1 не обеспечил контроль за ходом выполнения работ и как следствие пострадавшим была нарушена инструкция по охране труда, а также что он оформил журнал тормозных башмаков и при проведении исследования установлено, что установленные нарушения требований охраны труда и правил безопасности, допущенные ФИО1, состоят в косвенной причинно-следственной связи получения травмы К.А.С. Однако, считает, что эксперт в данном случае вышел за рамки своих полномочий, поскольку установление причинно-следственной связи не относится к компетенции эксперта и является правовым вопросом.

Согласно приложению 4 к Инструкции о порядке обслуживания и организации движения на железнодорожном пути необщего пользования ООО 

<

данные изъяты> Порядка и норм закрепления вагонов на железнодорожном пути необщего пользования ООО «

<

данные изъяты> п.2, запрещается оставлять вагоны без локомотива на железнодорожном пути №50, 310, что было нарушено составителем при выборке вагонов. Выбранные вагоны были оставлены на 312 пути без локомотива на участке с уклоном.

По мнению автора жалобы, неправомерен вывод суда о том, что пути 

<

данные изъяты> являются путями необщего пользования, ввиду того, что перечень путей необщего пользования находится в Приложении 2 Инструкции о порядке обслуживания и организации движения на железнодорожном пути необщего пользования ООО 

<

данные изъяты> где имеется ведомость железнодорожных путей необщего пользования ООО 

<

данные изъяты> которые не содержат сведений о том, что пути 

<

данные изъяты> являются путями общего пользования ООО «

<

данные изъяты> а соответственно ФИО1 не должен там присутствовать. Составитель является руководителем маневровых работ и он определяет в первую очередь план указанных работ, о которой должен поставить в известность ФИО1, чтобы последний в необходимых случаях приостановил ремонтные работы.

Делает вывод, что в судебном заседании не установлено нарушение ФИО1 правовых норм и правил техники безопасности при выполнении работ в ночь на ДД.ММ.ГГ, а, соответственно, его действия не привели к гибели потерпевшего К.А.С. Органы предварительного следствия необоснованно возложили на ФИО1 обязанности иных участников расследуемых событий, что привело к необоснованному привлечению к ответственности. В связи с чем, полагает, что давая оценку всем исследуемым в указанном процессе доказательствам, вина ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении не нашла своего подтверждения, в связи с чем просит отменить приговор суда, ФИО1 оправдать за отсутствием в его действиях состава преступления, рассмотреть вопрос о назначении повторной железнодорожной экспертизы, производство которой поручить экспертной организации ООО 

<

данные изъяты> расположенный по адресу 

<

адрес>, 

<

адрес> путь 143, на разрешение которой поставить вопрос: Какова причина несчастного случая, имевшего место ДД.ММ.ГГ на территории ООО 

<

данные изъяты> повлекшего смерть К.А.С.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель по делу ФИО3 просит апелляционную жалобу адвоката оставить без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, а также глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

При рассмотрении уголовного дела судом соблюдены требования уголовно-процессуального закона, в том числе принципы состязательности и равноправия сторон, а также презумпции невиновности. Не предоставляя какой-либо из сторон преимущества, суд первой инстанции создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Как следует из материалов дела и протокола судебного заседания, нарушений процессуальных прав, которыми осужденный и его защитник активно пользовались в ходе расследования и рассмотрения дела, не усматривается. Все заявленные стороной защиты ходатайства разрешены в соответствии с требованиями ст.271 УПК РФ, по ним приняты мотивированные, основанные на установленных по делу обстоятельствах и положениях закона решения, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается. 

Виновность осужденного в совершении преступления установлена и подтверждается исследованными по делу и изложенными в приговоре доказательствами. При этом, как следует из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания, суд в соответствии с требованиями ст.15 УПК РФ обеспечил равные возможности представить доказательства, как стороне обвинения, так и стороне защиты, а при постановлении приговора сопоставил доказательства между собой, оценил их с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела по существу, как того требуют ст.ст. 87, 88 УПК РФ. 

Содержание всех представленных сторонами доказательств в приговоре изложено, приговор в соответствии со ст.307 УПК РФ содержит развернутый анализ доказательств и мотивированные выводы суда о том, почему одни из них признаны достоверными, а другие отвергнуты. Каких-либо противоречий в своих выводах суд в приговоре не допустил.

Обстоятельств, указывающих на недопустимость доказательств (ст.75 УПК РФ), положенных в основу обвинительного приговора, апелляционной инстанцией, как и судом первой инстанции, не установлено. 

Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, получивших надлежащую оценку в приговоре, обоснованно признана судом достаточной для разрешения уголовного дела, установления виновности осужденного в совершении указанного преступления, так как приведенные в приговоре доказательства взаимосвязаны между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства содеянного.

Вина ФИО1 в совершении указанного преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

- показаниями потерпевшего К.А,А. о ставших ему известными обстоятельствах гибели отца на работе, которого со слов матери придавило вагоном;

- показаниями свидетеля С. (автокрановщика 

<

данные изъяты> о проведении ремонтных работ в составе бригады со слесарями Ш. и К., бригадиром Курсишем, который в ночную смену является руководителем работ, а также об обстоятельствах, очевидцем которых он являлся, в результате которых К. придавило вагоном, поднятии вагона с целью освобождения К., сообщения о случившемся Курсишу, находившегося в это время в вагончике, К.;

- показаниями свидетеля К. (заместителя генерального директора по оперативной работе 

<

данные изъяты>») о ставших ему известными обстоятельствах гибели К.А,А., на которого со слов С. упал вагон, о причинах схода вагонов, о том, что в ночную смену ответственность за безопасность труда слесаря отвечает бригадир, поскольку мастер в ночную смену не работает, о порядке ремонта тележки вагона, колесной пары, производства регулировки тормозной рычажной передачи, проведении по факту несчастного случая расследования, в результате которого установлено, что составитель поездов закрепил вагоны одним башмаком, при необходимости закрепления тремя-четырьмя;

- показаниями свидетеля Д.А.А. (главного инженера ООО 

<

данные изъяты> о том, что ФИО1 в ночную смену с ДД.ММ.ГГ ДД.ММ.ГГ до ДД.ММ.ГГ ДД.ММ.ГГ являлся бригадиром, а также исполнял обязанности мастера, являлся руководителем работ, проводимых К.А.С. и Ш.Д.В., в связи с чем должен был присутствовать при выполнении работ последними, однако, в момент падения вагона № 6 на К.А.С., находился в вагончике, где заполнял рабочую документацию, то есть фактически отсутствовал при ведении работ, также ФИО1 отвечал за безопасность ведения работ на всей территории, где проводились указанные работы К.А.С., Ш.Д.В. по ремонту тележек вагонов, а также П., который проводил маневровые работы по железнодорожным путям. Кроме того, ФИО1 также являлся ответственным за стрелочный перевод № 141, в связи с чем, после заступления на рабочую смену, должен был убедиться в том, что стрелочный перевод № 141 закрыт на замок, что исключало бы проезд вагонов на тупиковый путь № 311, где проводились работы К.А.С. и Ш.Д.В. Кроме того, ФИО1 должен был контролировать процесс производства маневровых работ П. непосредственно на 311 и 312 путях, однако, он этого не сделал. В ночное время с ДД.ММ.ГГ на ДД.ММ.ГГ, на 310 и 311 путях имелась наледь, в связи с погодными условиями, которая должна была быть убрана силами ООО «

<

данные изъяты> однако, этого сделано не было из-за неблагоприятных погодных условий. Также свидетель пояснил о проведенном осмотре места происшествия, необходимом количестве башмаков при закреплении вагонов в данном случае, о результатах проведенной проверки по факту случившегося;

- показаниями свидетеля П. (составителя поездов (маневровый) ООО 

<

данные изъяты>) о своих обязанностях, проводимой ДД.ММ.ГГ работы по выставлению вагонов с учетом указаний, данных ему Курсишем, который не говорил ему на каких путях нужно выработать вагоны, об окончании выработки 11 вагонов на путь № 311 в связи с отсутствием других доступных путей, о фиксации состава из 11 вагонов одним тормозным башмаком, о движении указанных вагонов по пути № 311 в сторону тупика и последствиях произошедшего. Также пояснившего о том, что на пути № 311 могут работать люди он не предполагал, поскольку при проведении маневровых работ на путях прекращаются все работы, большее количество башмаков он под 11 вагонов не поставил, поскольку их не было в наличии. В соответствии с Инструкцией на путях «Новотранс» и «Терминал» проводить маневровые работы нельзя в связи с наличием большого уклона, поскольку вагоны не должны оставаться без локомотива. Курсиш во время проведения маневровых работ должен находиться с ним (П.) около стрелочного перевода;

- показаниями свидетеля Ш.С.Г. (машиниста тепловоза ООО 

<

данные изъяты>) об обстоятельствах выработки совместно с составителем поездов П. 11 вагонов под руководством последнего, и от которого он впоследствии узнал, что указанные 11 вагонов ушли с пути, а также о том, что составитель поездов является руководителем маневровых работ для него как для машиниста, и не может без указания бригадира самостоятельно брать вагоны и определять пути, на которых нужно проводить маневровые работы;

- показаниями свидетеля З.Г.Д. (ревизора по безопасности ООО 

<

данные изъяты>) о том, как ему стало известно о произошедшем ДД.ММ.ГГ, создании комиссии и проведении расследования, в результате которого установлена вина П., а также вина Курсиша в том, что он не вывел людей из опасной зоны и не проконтролировал действия П., как указано в Инструкции ООО 

<

данные изъяты> Кроме того, Курсиш должен был перевести стрелку, чтобы исключить заезд на путь, на котором работали люди. Указал, что все инструкции однотипные, во всех инструкциях написано о взаимодействии представителя предприятия и локомотивно-составительской бригады. Курсиш как представитель предприятия, должен был встретить тепловоз и П,, обсудить план маневровой работы, дать команду, что нужно сделать, выдать тормозные башмаки, составителю поездов должен был сказать, какую работу и как нужно сделать, определить пути, на которых должны производиться маневровые работы, а не только указать какие вагоны нужно отработать, выдать тормозные башмаки в положенном количестве, после завершения маневровых работ проконтролировать закрепление составителем поездов тормозных башмаков;

- показаниями свидетеля Ш.В.В. (главного специалиста – эксперта по несчастным случаям отделения фонда Пенсионного и социального страхования по Алтайскому краю) об участии в составе комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, ознакомлении с актом о несчастном случае, согласно выводам которого также была установлена вина Курсиша, который должен был находиться при формировании 11 вагонов, направление стрелки № 141 не было установлено по направлению пути № 312, что также должен был делать Курсиш, 11 вагонов стояли на том же пути, где производились ремонтные работы с участием пострадавшего, а также выявлена неудовлетворительная организация при производстве работ. Кроме того, Курсиш должен составить, оформить и вести журнал учета выдачи тормозных башмаков, выдать тормозные башмаки, составитель поездов должен был сделать в журнале отметку. По результатам расследования составлялся акт, который он подписывал; 

- показаниями свидетеля К,И.В. (бригадира ООО «

<

данные изъяты>») о проведенном расследовании по факту произошедшего ДД.ММ.ГГ, согласно которому причиной произошедшего стало отсутствие ФИО1 при закреплении группы из 11 вагонов составителем поездов, неустановление направления стрелки № 141 по направлению к железнодорожному пути № 312, не оформление журнала выдачи тормозных башмаков, неудовлетворительная организация производства работ, необеспечение контроля за ходом выполнения работы;

- показаниями свидетеля Л.О.В. (мастера ОТОР в ООО «

<

данные изъяты>») о местах для хранения тормозных башмаков и их использовании как сотрудниками ООО «

<

данные изъяты>», так и работниками ООО «

<

данные изъяты>», проведении их ревизии после случившегося ДД.ММ.ГГ, графике работы и возложенных обязанностях, часть из которых он делегировал бригадирам в ночное время, в том числе Курсишу, который в ночное время, являлся фактически ответственным лицом: за обеспечение безопасности движения, безопасных условий труда работников ОАО «РЖД» при производстве работы на территории предприятия, за техническое состояние железнодорожных путей №№ 310, 311, 312, стрелочных переводов №№ 117, 123, 141, нерегулируемых переездов и их очистку, за очистку железнодорожных путей №№ 310, 311, 312 и стрелочных переводов №№ 117, 123, 141, за сохранность подвижного состава, очистку вагонов после выгрузки, погрузку и выгрузку вагонов согласно Техническим условиям погрузки и крепления грузов, оформление перевозочных документов, за встречу маневрового состава у сигнального знака «Граница железнодорожного пути необщего пользования», согласование плана маневровой работы по расстановке вагонов; за участие в приемосдаточных операциях; за правильность и надежность закрепления подвижного состава тормозными башмаками в отсутствие локомотива железнодорожной станции; за предотвращение самопроизвольного ухода вагонов с железнодорожного пути необщего пользования; за сохранность тормозных башмаков, находящихся под вагонами, в течение всего времени нахождения вагонов на железнодорожном пути необщего пользования; за наличие, сохранность инвентарной описи, учет при выдаче тормозных башмаков составителю поездов ОАО «РЖД» и возврате от составителя поездов ОАО «РЖД», а также пояснил о порядке выработке 11 отремонтированных вагонов;

- показаниями свидетеля Ш.В.А. (технического инспектора труда Российского профсоюза) о проведении расследования по факту несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГ, установлении причин произошедшего;

- показаниями свидетеля М.Ю.А. (начальника службы эксплуатации ООО «

<

данные изъяты>») о заключенном договоре между ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>» на железнодорожное обслуживание, порядке выполнения работ, обстоятельствах произошедшего несчастного случая, по факту которого проводилось совещание на предприятии «

<

данные изъяты>», также пояснил о работе стрелки № 141 на пути № 311, наличии металлических ворот на въезде в тупик;

- показаниями свидетеля Б.С.А. (мастера контрольного пункта ремонта автосцепного устройства ООО «

<

данные изъяты>») о результатах проведенного расследования ООО «

<

данные изъяты>» по факту несчастного случая, которому способствовало отсутствие ФИО1 при закреплении группы из 11 вагонов составителем поездов, не установление направления стрелки № 141 по направлению к железнодорожному пути № 312, не оформление журнала выдачи тормозных башмаков, неудовлетворительная организация производства работ, не обеспечение контроля за ходом выполнения работы;

- показаниями свидетеля С.М.И. (начальника смены ООО «

<

данные изъяты>) о поступлении ДД.ММ.ГГ на предприятие заявки ООО «

<

данные изъяты>» на перестановку вагонов, действиях своих и сотрудников ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>», занимающихся исполнением указанной заявки, а также последствиях аварийной ситуации;

- показаниями свидетеля Ш.А.Н. (начальника службы охраны труда и обеспечения ООО «

<

данные изъяты>») об обстоятельствах случившегося при производстве маневровых работ, сообщенных ему С.М.И. ДД.ММ.ГГ, а также об обстановке на месте происшествия, пояснениях П. в ходе проведения оперативного совещания;

- показаниями свидетеля Ш.Д.В. (слесаря по ремонту подвижного состава ООО «

<

данные изъяты>») о проводимых им, К. и С. ремонтных работ с вагонами №№ 5,6,7, расположенных на 311 пути, по указанию руководителя указанных работ - ФИО1, который, сообщив о необходимости выполнения конкретной работы, присутствовал при поднятии и опускании вагонов, затем ушел в вагончик для заполнения бумажной документации. Также пояснил о том, что какой-либо инструктаж, в том числе по технике безопасности, в этот день, то есть перед началом рабочей смены, а также перед выполнением работ с указанными вагонами, ФИО1 им не проводил, о месте нахождения своем и К., регулирующих тормозную рычажную передачу тележки с колесной парой, в момент падения вагона № 6, которым придавило К., а также о том, что в случае, если маневры осуществляются на пути ООО «

<

данные изъяты>» они прекращают работу до сообщения составителя об окончании маневровых работ;

- показаниями свидетеля Ч.В.Г. (генерального директора ООО «

<

данные изъяты>») о выводах, изложенных в заключении трудовой инспекции, а именно: железнодорожный путь был некачественно очищен, тормозной башмак не ложился на головку рельса, соответственно, составитель некачественно произвел закрепление вагонов единственным башмаком, бригадир или мастер не выдал должное количество тормозных башмаков составителю, слесарь К. выполнял непорученную работу, то есть находился не там, где положено по должностной инструкции, при выполнении маневровой работы на подъездных путях люди, которые находятся на фронтах разгрузки, выгрузки, ремонтных работ, должны быть удалены с опасной зоны, тележки под вагонами, которые расставлялись на ремонтные позиции, не были закреплены тормозными башмаками, стрелочный перевод № 141 должен быть закрыт на замок, чтобы исключить заезд подвижного состава, что сделано не было, что должен был выполнить и проконтролировать мастер или бригадир ООО «

<

данные изъяты>»;

- показаниями свидетеля К.С.Н. (дежурного по железнодорожной станции) о своих обязанностях как дежурного, поступившей заявке от ООО «

<

данные изъяты>» на маневровые работы, проведение ремонтных работ, осведомленности о произошедшем чрезвычайном происшествии, а также пояснившего о том, что представитель ООО «

<

данные изъяты>» должен присутствовать при закреплении вагонов составителем поездов, убедиться, что произведено закрепление, после окончания маневровых работ состав уезжает на станцию, после чего работа представителя окончена;

- показаниями свидетеля З.А.В. (начальника железнодорожной станции «

<

данные изъяты>») о том, что участок пути, на котором произошел несчастный случай, не должен был использоваться для ремонта вагонов, поскольку на нем не было расчета норм закрепления, также на этом пути нельзя было проводить ремонт, поскольку он отсутствовал в инструкции, на него не было технических документов. Стрелка № 141, которая ведет на путь № 311, должна быть закреплена в прямом направлении, переведена на путь № 312, закреплена на закладку и замок, чтобы исключить заезд на путь № 311. Пояснил о порядке выдачи и использования тормозных башмаков, обязанности ответственного представителя перед производством подачи, уборки вагонов прекратить маневровую работу, погрузочно-выгрузочные работы, в том числе, ремонт вагонов, а также о ставших ему известными обстоятельствах произошедшего несчастного случая. Показал, что при проведении маневровых работ на путях ООО «

<

данные изъяты>» должен присутствовать представитель указанной организации от начала до конца, поскольку при проведении маневровых работ маневровый состав будет двигаться по путям ООО «

<

данные изъяты>» из-за протяженности расстояния. В случае уборки вагонов с пути ООО «

<

данные изъяты>», расстояние между стрелочными переводами № 131 и 123 составляет два вагона, если бригадир ООО «

<

данные изъяты>» дал задание составителю на выработку более двух вагонов, физически состав заедет за стрелочный перевод № 123, который принадлежит ООО «

<

данные изъяты>» и будет движение по их пути. Заявку на вывод вагонов дает ООО «

<

данные изъяты>», соответственно, представитель ООО «

<

данные изъяты>» выбирал вагоны для них. Задачи, которые ставил ООО «

<

данные изъяты>» перед ООО «

<

данные изъяты>» были невыполнимыми, поскольку путь ООО «

<

данные изъяты>» только один. Работник ООО «

<

данные изъяты>» - составитель поездов, был вынужден заезжать на пути, которые не подконтрольны ООО «

<

данные изъяты>», соответственно, о вагонах, которые стояли на пути «

<

данные изъяты>», было известно ООО «

<

данные изъяты>». Для выборки и составления нужных вагонов по заявке ООО «

<

данные изъяты>» можно было использовать путь № 311, а также путь ООО «

<

данные изъяты>», но он также не предназначен для работы ООО «

<

данные изъяты>», поэтому последний был вынужден использовать чужие пути. Заезжать на путь ООО «

<

данные изъяты>» можно, однако выполнять маневровую работу нельзя, поскольку, когда составитель занимается подборкой вагонов и расстановкой по тормозным позициям, он временно использует пути ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>», что нельзя делать, тормозные башмаки он не может взять с пути ООО «

<

данные изъяты>» и отнести на путь ООО «

<

данные изъяты>»;

- показаниями свидетеля А.Н.А. (старшего государственного инспектора труда межрегиональной государственной инспекции труда по Алтайскому краю и Республике Алтай) о своих должностных обязанностях, действиях после поступившего извещения о несчастном случае со смертельным исходом ДД.ММ.ГГ в ООО «

<

данные изъяты>», участии в составе комиссии, проводившей расследование, в ходе которого установлено, что несчастному случаю способствовало отсутствие ответственного лица ООО «

<

данные изъяты>» - Курсиша - при закреплении группы из 11 вагонов составителем поездов П., направление стрелки № 141 не было установлено по направлению к железнодорожному пути № 312, ФИО1 не оформил журнал выдачи тормозных башмаков, неудовлетворительно организовал производство работ, не обеспечив контроль за ходом выполнения работы;

- показаниями свидетелей А.С.И. (мастера контрольного пункта ремонта автотормозов ООО «

<

данные изъяты>»), О.М.Н. (начальника отдела охраны труда и окружающей среды ООО «

<

данные изъяты>) и З.С.С. (начальника технического отделения ООО «

<

данные изъяты>»), давших аналогичные показания показаниям свидетеля А.Н.А. об участии в расследовании несчастного случая и установлении причин произошедшего;

- показаниями свидетеля Е.С.А. (заместителя директора ООО «

<

данные изъяты>») об обязанностях составителя поездов и ответственного лица за безопасность маневровых работ на предприятии при проведении указанных работ;

- показаниями свидетеля Г.Н.А. (специалиста сектора по труду отдела по развитию предпринимательства, инвестиционной деятельности и вопросам труда управления стратегического развития и экономики Администрации 

<

адрес>) об установленных в ходе расследования причинах произошедшего на территории 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГ: отсутствие ответственного лица ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 при закреплении группы из 11 вагонов составителем поездов П., также ФИО1 направление стрелки не было установлено по направлению к железнодорожному пути № 312, не оформлен журнал выдачи тормозных башмаков, неудовлетворительно он организовал производство работ, не обеспечил контроль за ходом их выполнения;

- показаниями свидетеля Щ.А.Ю. (юрисконсульта ООО «

<

данные изъяты>») о ставших ей известными обстоятельствах гибели работника ООО «

<

данные изъяты>»;

- показаниями свидетелей К.Е.И., М.С.В. (фельдшеров КГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи 

<

адрес>»), М,М,В, (врача бригады КГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи 

<

адрес>»), констатировавших биологическую смерть К.А.С. до приезда СМП, а также показаниями иных свидетелей стороны обвинения;

- исследованными письменными доказательствами - должностной инструкцией, протоколами осмотра места происшествия, осмотра предметов, актами расследования несчастного случая со смертельным исходом, судебно-медицинской экспертизой, инструкцией о порядке обслуживания и организации движения на железнодорожном пути необщего пользования ООО «

<

данные изъяты>, примыкающего к железнодорожной станции 

<

данные изъяты> Западно-Сибирской железной дороги, утвержденной врио генерального директора ООО «

<

данные изъяты>» ДД.ММ.ГГ, порядком маневровых работ локомотивной бригады ООО «

<

данные изъяты>» на путях необщего пользования ООО «

<

данные изъяты>, примыкающего к станции 

<

данные изъяты> утвержденного ДД.ММ.ГГ временно исполняющим обязанности генерального директора ООО «

<

данные изъяты>» и генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>», приказом генерального директора ООО «

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГ «О назначении ответственных работников на железнодорожном пути необщего пользования ООО «

<

данные изъяты>, примыкающего к железнодорожной станции 

<

данные изъяты> инструкцией по охране труда для бригадира (освобожденного) предприятий железнодорожного транспорта и метрополитенов ИОТ-БВРП-023-17, утвержденной генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>» 25.12.2017, Технологическим процессом текущего отцепочного ремонта грузовых вагонов в Обществе № 01100.00015, утвержденного 09.02.2021 врио генерального директора ООО «

<

данные изъяты>», положениями о системе управления охраной труда, утвержденного и введенного в действие приказом генерального директора ООО «

<

данные изъяты>» от 01.09.2022 № 327/2, заключениями железнодорожных судебных технических экспертиз, иными документами.

Перечисленные доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, не содержат существенных противоречий относительно имеющих значение для дела обстоятельств, согласуются между собой, дополняют, конкретизируют друг друга и в совокупности свидетельствуют о виновности осужденного в инкриминированном преступлении, с учетом обоснованного исключения излишне вмененных нарушений требований и положений п. 2.5 и 2.12 раздела 2 Должностной Инструкции ФИО1; п. 1.1, 1.2, 1.6 раздела 1, пунктов 2.2,2.3,2.4 раздела 2 Приказа № 20 от 12.01.2023 года п. 2.16.1, 2.16.2 раздела 2 Приказа № 9/1; п. 3.1, 3.2 раздела 3 Инструкции от 25.12.2017 года, пунктов 1.4,1.6,1.6.3, 1.10 раздела 1, п. 5.1 раздела 5 Инструкции от 20.05.2021 года, п. 2.6 раздела 2, п. 3.5 раздела 3 Техпроцесса; пункта 3.2 раздела 3 Договора № 8-32, Порядка от 23.03.2021, пункта 1.3 Приказа № 22/1, статьи 214 ТК РФ, п. 3.3. и 3.5 раздела 3 Техпроцесса, указания в обвинении на ответственность ФИО1 и обязанность встречи маневрового состава у сигнального знака «Граница пути необщего пользования», в связи с чем обоснованно признаны судом достоверными и положены в основу обжалуемого приговора.

Оснований для оговора осужденного потерпевшим, свидетелями, заинтересованности последних в исходе дела суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не установил, имеющиеся противоречия в показаниях указанных лиц устранены путем оглашения их показаний, данных в ходе следствия. Каких-либо существенных противоречий в показаниях указанных лиц, ставящих под сомнение сам факт совершения данного преступления осужденным и правильность квалификации его действий, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопреки доводам жалоб, судом надлежащим образом проверена версия осужденного и в целом стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.143 УК РФ, и отсутствии причинной связи между его действиями и наступившими последствиями, которая обоснованно отвергнута.

Так, судом установлено, что приказом генерального директора ООО «

<

данные изъяты>» № 000000513-К от 21.09.2022, ФИО1 в качестве перевода назначен на должность бригадира (освобожденного) предприятий железнодорожного транспорта и метрополитенов 7 разряда отделения текущего отцепочного ремонта ООО «

<

данные изъяты>».

Правомерно сославшись на должностную инструкцию бригадира, приказ генерального директора ООО «

<

данные изъяты>» № 20 от ДД.ММ.ГГ «О назначении ответственных работников на железнодорожном пути необщего пользования ООО 

<

данные изъяты>, примыкающего к железнодорожной станции 

<

данные изъяты> приказ генерального директора Общества от 09.01.2023 № 9/1 «О распределении обязанностей в области охраны труда», суд установил, что ФИО1 являлся лицом, на которое возложены обязанности по соблюдению требований охраны труда, а потерпевший К.А,А., занимавший должность слесаря по ремонту подвижного состава, состоящий в трудовых отношениях с работодателем ООО «

<

данные изъяты>», находился в подчинении ФИО1 и ДД.ММ.ГГ выполнял работы по его поручению.

Таким образом, исполняя свои должностные обязанности, ФИО1 должен был, помимо прочего, соблюдать требования по охране и безопасности труда.

Однако, в связи с допущенными ФИО1 нарушениями правил безопасности проведения работ, и требований по охране труда, в результате неосторожных действий и бездействий подсудимого, наступила смерть потерпевшего К.А,А.., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, ФИО1 должен и мог предвидеть эти последствия. 

Суд обоснованно отнесся критически к показаниям самого ФИО1 о непричастности к совершенному преступлению, свидетеля К,И.В., данными в судебном заседании о том, что он не сообщал в ходе предварительного следствия об обязанности ФИО1 перевести стрелку № 141, о том, что слесарь К. выполнял работу по регулировке тормозной рычажной передачи под вагоном, в соответствии с технологическим процессом; свидетеля Б.С.А., данными в судебном заседании о том, что о проведении служебного расследования по факту несчастного случая ему ничего не известно, показания на предварительном следствии в части наличия сопутствующих несчастному случаю причин, не давал; свидетеля Ш.А.Н., данными в судебном заседании о том, что номер пути, номер стрелки, о нахождении вагонов в транспортном положении, он следователю не сообщал, с протоколом допроса не знакомился; свидетеля З.С.С., данными в судебном заседании о том, что ремонт и регулировка тормозной рычажной передачи в соответствии с технологическим процессом осуществляется на рельсах и под вагоном, о том, что он не сообщал в ходе допроса положения Инструкций и нормы Трудового кодекса РФ, с показаниями не знакомился; свидетеля Д.А.А. о необходимости присутствия бригадира только при проведении маневровых работ на ремонтных позициях до стрелочного перевода, о том, что составитель должен был указать, где конкретно будут проводиться маневровые работы, о выполнении работ потерпевшим К. непосредственно перед несчастным случаем в соответствии с технологическим процессом; свидетеля К. о необходимости регулировки тормозной рычажной передачи слесарем под вагоном; свидетеля Л.О.В. о возможности составителем поездов П. отставлять вагоны на иной путь, о том, что в момент несчастного случая погибший К. мог находиться в межвагонном пространстве; свидетеля Ш.Д.В. о необходимости присутствия ФИО4 при выполнении ремонтных работ, о необходимости проведения регулировки тормозной рычажной передачи на путях в межвагонном пространстве; свидетеля А.С.И. о том, что ФИО1 не должен переводить стрелочный перевод № 141, поскольку это делает составитель поездов, о необходимости выполнения К. работ на тележке вагона на рельсах; свидетеля М.И.П., о том, что причиной несчастного случая явились только неправильные действия составителя поездов, о том, что составитель должен был отставить вагоны на иной путь, а также перевести стрелку и уведомить Курсиша о том, что они подъезжают на путь ООО «

<

данные изъяты>»; свидетеля З.С.С. о том, что ремонт и регулировка тормозной рычажной передачи осуществляется на рельсах под вагоном; свидетеля защиты ФИО5 о том, что регулировка тормозной системы проводится слесарем в межвагонном пространстве на путях и входит в обязанности слесаря, о том, что выдача тормозных башмаков производится бригадиром по просьбе составителя поездов, о том, чтобы заехать на путь ООО «

<

данные изъяты>» составитель должен ему позвонить; специалиста Ф.В.К. о том, что составитель П. должен был сообщить Курсишу в какой момент и с использованием каких стрелочных переводов будет проводить маневровую работу по выборке 11 вагонов, что не было выполнено, о том, что регулировка тормозной рычажной передачи производится на ремонтных позициях (непроходном пути) в межвагонном пространстве и без выноса тележки с путей, о том, что слесарь К. выполнял свойственную работу в соответствии с требованиями профессионального стандарта, о том, что за состояние стрелочного перевода № 141 должен отвечать дежурный, должность которого в ООО «

<

данные изъяты>» отсутствовала, об отсутствии нарушений Правил и Инструкций в действиях ФИО1, дав им надлежащую оценку в приговоре, с которой суд апелляционной инстанции соглашается.

Доводы апелляционных жалоб о незаконности и необоснованности приговора, неверной оценке доказательств, неверном истолковании обстоятельств и несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам по делу являются несостоятельными и сводятся к переоценке доказательств по делу. Несогласие стороны защиты с указанной судом оценкой правильность ее не опровергает.

Следует отметить, что изложенная в апелляционных жалобах оценка ряда доказательств, основана на субъективном мнении и не соответствует материалам дела, а приведенные стороной защиты выдержки из материалов дела, показаний допрошенных по делу лиц, носят односторонний характер и не отражают в полной мере существо этих доказательств и оценены апеллянтом в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Вместе с тем, исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и сделано судом в приговоре надлежащим образом. 

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии причинно-следственной связи между нарушениями ФИО1 специальных правил и наступившими преступными последствиями, с чем, вопреки аргументам автора апелляционных жалоб, соглашается суд апелляционной инстанции.

Описание действий, признанных судом доказанными, содержат все необходимые сведения о месте, времени, способе их совершения, форме вины и иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему ФИО1 и его виновности.

Как верно установлено судом, ФИО1, являясь лицом, на которое возложены обязанности по соблюдению требований охраны труда, ненадлежаще исполнял свои должностные обязанности, нарушив требования охраны труда, не согласовал с составителем П. план маневровой работы, тем самым, возложил ответственность на последнего по принятию решений, связанных с маневровой работой по выделению 11 отремонтированных вагонов из группы, состоящей из 22 вагонов, располагавшихся на подъездных путях станции Бийск (парк Чемровка), с последующей доставкой их (11 вагонов) на станцию 

<

данные изъяты> тем самым передал в полной мере свои функциональные обязанности, в том числе по осуществлению контроля за обеспечением безопасности движения и взаимодействием с железнодорожной станцией Бийск (парк Чемровка) составителю П., допустил возникновение препятствий, угрожающих безопасности движения маневрового состава (вагонов) на путях необщего пользования, в том числе путях ООО «

<

данные изъяты>», а также условий небезопасного нахождения и осуществления вверенной ему бригадой ремонтных работ; предварительно не прекратил работы людей и передвижение средств механизации вблизи вагонов и железнодорожного пути; допустил работу при снятых блокировочных устройствах, обеспечивающих безопасность труда, не убедившись в безопасных условиях труда вверенной ему бригады на месте происшествия, в том числе путем предварительного визуального осмотра нецентрализованной стрелки № 141, которая должна была быть установлена по направлению железнодорожного пути № 312 (зашита на типовую скобу, закрыта на запорную закладку и навесной замок, составителем поездов не переводится); не произвел правильную расстановку бригады, не проконтролировал выбранный членами бригады безопасный способ осуществления указанных ремонтных работ, не обеспечил безопасные условия труда бригады.

При надлежащем исполнении ФИО1 своих должностных обязанностей, требований по охране труда, позволило бы обеспечить безопасные условия труда и предотвратить наступление общественно- опасных последствий в виде наступления смерти потерпевшего в результате падения вагона.

Доводы о нарушениях, допущенных при работе самим К.С.А. и составителем поездов П., не свидетельствуют о невиновности ФИО1 

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что, в соответствии с положениями ст.252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и в пределах предъявленного обвинения, в связи с чем, доводы о несоблюдении правил охраны труда иными лицами, выходит за рамки судебного разбирательства по данному уголовному делу. Вместе с тем, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что наступление смерти К,С.А. находится в причинно-следственной связи с ненадлежащим исполнением осужденным своих обязанностей по охране труда.

Доводы апелляционных жалоб о несогласии с заключением эксперта П.В.В., суд апелляционной инстанции признает не состоятельными, поскольку суд обоснованно положил в основу приговора, в том числе заключение судебной железнодорожной технической экспертизы от ДД.ММ.ГГ, на разрешение которой ставился наиболее широкий круг вопросов, данное заключение является наиболее полным и достоверным, полученным в соответствии с требованиями закона, на основании представленных эксперту документов, в достаточной степени аргументировано, проведено в соответствии с правилами и методиками проведения экспертиз соответствующего вида. Заключение содержит исчерпывающие ответы на поставленные вопросы, соответствует требованиям Федерального закона «О государственной судебно - экспертной деятельности» и требованиям уголовно - процессуального законодательства, не вызывает сомнений в его достоверности. Объективных данных для сомнений в компетентности и квалификации эксперта у суда апелляционной инстанции не имеется.

Кроме того, заключению специалиста Ф.В.К., а также его показаниям, судом дана надлежащая оценка с приведением убедительных доводов.

Все доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 состава уголовного преступления, на что указано и в апелляционных жалобах, являлись предметом исследования в судебном заседании, в приговоре они опровергнуты с подробным изложением мотивов принятого решения. Оснований подвергать сомнению правильность изложенных в приговоре выводов суда, в том числе и относительно правильности квалификации действий осужденного по ч.2 ст.143 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает. Каких-либо новых обстоятельств, ставящих под сомнение выводы суда об этом, в жалобе не приведено. 

Личная оценка адвокатом в жалобах доказательств, представленных стороной обвинения, лишь каждого в отдельности, не подвергает сомнению выводы суда и не свидетельствует о наличии оснований для иной оценки приведенных в приговоре доказательств, и оправдания осужденного по предъявленному обвинению. 

Суд верно квалифицировал действия ФИО1 по ч.2 ст.143 УК РФ, как нарушение требований охраны труда, совершенное лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Выводы суда о юридической оценке действий осужденного в полной мере мотивированы в приговоре, соответствуют положениям уголовного закона и являются правильными. 

Таким образом, оснований для отмены приговора по доводам жалоб не имеется.

При назначении осужденному наказания судом учитывались положения ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, то есть характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о его личности, наличие смягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом признаны и учтены в качестве обстоятельств, смягчающих наказание: наличие малолетнего ребенка у виновного, нарушение потерпевшим К.А.С. правил техники безопасности при производстве ремонтных работ.

Иных обстоятельств, уменьшающих степень общественной опасности совершенного деяния и не учтенных судом, из материалов дела не усматривается. 

Обстоятельств, отягчающих наказание, обоснованно не установлено.

Должным образом изучена и личность осужденного, что нашло соответствующее отражение в приговоре. 

С учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенного деяния, данных о личности осужденного, совокупности смягчающих и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы, размер которого определен в рамках санкции ч.2 ст.143 УК РФ, без дополнительного наказания, без реального его отбывания, то есть с применением ст.73 УК РФ, при этом не найдя оснований для применения положений ст.64 УК РФ, ч.6 ст.15 УК РФ. Выводы суда в указанной части мотивированы надлежащим образом, оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Оснований для отмены либо изменения приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Нарушений уголовного закона, уголовно-процессуального закона, влекущих отмену, изменение судебного решения, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Бийского городского суда Алтайского края от 23 июня 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката - без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор суда первой инстанции вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем может быть заявлено в кассационной жалобе, либо в течение трех суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело будет передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица. 

Председательствующий: С.И. Видюкова