Дело №2-4319/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 ноября 2018 года г. Зеленодольск РТ

Зеленодольский городской суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Панфиловой А.А.

при секретаре Елизаровой А.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ПАО «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхования вкладов» о взыскании удержанной суммы налога на доходы физических лиц,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ПАО «Татфондбанк» о взыскании необоснованно удержанного налога на доходы физических лиц в размере 18 664 руб., указав, что она состояла в трудовых отношениях с ПАО «Татфондбанк», которое решением Арбитражного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ признано несостоятельным (банкротом). ДД.ММ.ГГГГ между истицей и работодателем заключено соглашение об увольнении с ДД.ММ.ГГГГ с выплатой компенсации в размере трех среднемесячных заработных плат. При этом работодателем с указанных выплат был удержан налог на доходы физических лиц в сумме 18 664 руб. Истица полагает, что выплаченная ей сумма носит компенсационный характер и не подлежит налогообложению, в связи с чем вынуждена обратиться в суд.

Истец в судебном заседании на исковых требованиях наставала, мотивируя доводами, изложенными в исковом заявлении.

Представитель ответчика по доверенности – ФИО2 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ исковые требования не признала, пояснив, что пропущен срок исковой давности, поскольку ст. 392 ТК РФ предусматривает срок три месяца по индивидуальным трудовым спорам о нарушении прав, а по спорам о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причиняющихся работнику – один год со дня установленного срока выплаты указанных сумм. Также считает, что выплаты подлежат налогообложению при увольнении работника согласно абз.6 п.3 ст.217 НК РФ от взимания НДФЛ освобождаются все виды установленных действующим законодательством России, законодательными актами субъектов РФ, решениями представленных органов местного самоуправления компенсационных выплат, связанных с увольнением работников за рядом исключений, в числе которых обозначены, в частности, «компенсации за неиспользованный отпуск». Поскольку расторжение трудового договора было произведено по соглашению сторон и выплата в связи с этим денежной суммы работнику не является мерой компенсационного характера, освобождение от налогообложения сумм выплат работнику в связи с расторжением трудового договора по соглашению сторон не попадает под действие указанного абз.6 п.3 ст.317 НК РФ, представлен отзыв на исковое заявление (л.д.16-20). 

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ так же исковые требования не признала, представила расчетную ведомость организации, в которой указана сумма НДФЛ на ФИО1

Третье лицо – МРИ ФНС № по РТ своего представителя на судебное заседание не направила, извещена надлежаще.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации установлена обязанность работодателя соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии с частью 1 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных данным Кодексом и иными федеральными законами.

Из материалов дела следует, что ФИО1 и ответчик ПАО «Татфондбанк» состояли в трудовых отношениях в качестве работника и работодателя. Истица работала в должности заместителя начальника офиса Дополнительного офиса, расположенного по адресу: РТ, 

<

адрес> (розничный) (л.д.8-13).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Татфондбанк» признано несостоятельным (банкротом).

ДД.ММ.ГГГГ между сторонами заключено соглашение о прекращении действия трудового договора, из которого следует что работодатель ПАО «Татфондбанк» и работник ФИО1 договорились о том, что трудовой договор между ними прекращается с ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с подпунктом 1 части 1 статьи 77 ТК РФ по соглашению сторон. Работодатель обязуется выплатить работнику сумму в размере трех среднемесячных заработков (л.д.15).

Из справки о доходах истца за 2017 год (л.д.14), расчетной ведомости за май 2017 усматривается, что работодателем обязанность по выплате трех среднемесячных заработков была исполнена ДД.ММ.ГГГГ, однако из данной суммы удержан налог на доходы физических лиц в сумме 18 664 руб.(л.д.28).

В силу пункта 1 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации законодательство о налогах и сборах основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения. При установлении налогов учитывается фактическая способность налогоплательщика к уплате налога.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что в налогообложении равенство понимается, прежде всего, как равномерность, нейтральность и справедливость налогообложения. Налогоплательщики, особенно если это плательщики налога на доходы физических лиц, при одинаковой платежеспособности должны нести равное бремя налогообложения. Обеспечение неформального равенства граждан требует учета фактической способности гражданина (в зависимости от его заработка, дохода) к уплате публично-правовых обязательных платежей в соответствующем размере.

В пункте 1 статьи 210 Налогового кодекса Российской Федерации закреплено, что при определении налоговой базы для исчисления налога на доходы физических лиц учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах,

Доходы физических лиц, не подлежащие налогообложению, перечислены в статье 217 Налогового кодекса Российской Федерации.

В частности, согласно пункту 3 статьи 217 Налогового кодекса РФ не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения) все виды установленных действующим законодательством Российской Федерации, законодательными актами субъектов Российской Федерации, решениями представительных органов местного самоуправления компенсационных выплат (в пределах норм, установленных в соответствии с законодательством Российской Федерации), связанных, в том числе, с увольнением работников, за исключением компенсации за неиспользованный отпуск; суммы выплат в виде выходного пособия, среднего месячного заработка на период трудоустройства, компенсации руководителю, заместителям руководителя и главному бухгалтеру организации в части, не превышающей в целом трехкратный размер среднего месячного заработка или шестикратный размер среднего месячного заработка для работников, уволенных из организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

Налоговое законодательство не содержит определения понятия компенсационных выплат, связанных с выполнением трудовых обязанностей, следовательно, в силу пункта 1 статьи 11 Налогового кодекса Российской Федерации этот термин используется в смысле, который придает ему трудовое законодательство.

Гарантии и компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора, предусмотрены главой 27 Трудового кодекса Российской Федерации.

Выходные пособия, как отдельный вид компенсаций в сфере труда, установлены статьей 178 Трудового кодекса Российской Федерации и выполняют социальную функцию защиты работника от временной потери дохода при увольнении.

В указанной выше правовой норме законодатель предусмотрел ряд случаев выплаты выходного пособия, например, при ликвидации организации, сокращении численности или штата работников организации, отказе работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, восстановлении на работе работника, ранее выполнявшего эту работу и, одновременно, допустил возможность предусмотреть в трудовом договоре или коллективном договоре иные случаи выплаты выходных пособий (часть 4 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации).

Следовательно, определение конкретных случаев выплаты выходного пособия в результате соглашения, достигнутого между работодателем и работником, не исключает эти компенсационные выплаты из сферы законодательного установления и, с учетом положений пункта 1 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации, не означает, что на данные компенсации не распространяется освобождение от налогообложения, предусмотренное пунктом 3 статьи 217 данного Кодекса для такой категории налогоплательщиков, как работники, увольняемые по соответствующему основанию. При этом мерой защиты публичных интересов при предоставлении работнику выходного пособия в размере, который несовместим с компенсационным характером данной выплаты, является установленное этой же правовой нормой ограничение освобождения данного дохода от налогообложения трехкратным (в отдельных случаях шестикратным) заработком.

Как следует из объяснений участвующих в деле лиц, прекращение между сторонами трудовых правоотношений было связано с финансовым положением банка, находящегося в стадии банкротства. При этом согласно достигнутой договоренности увольнение ФИО1 было произведено не на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (сокращение численности или штата работников), а по соглашению сторон с условием выплаты работнику денежной суммы в размере трех средних месячных заработков, что свидетельствует о компенсационном характере этой выплаты.

Заключая упомянутое выше соглашение, ответчик принял на себя обязательство по выплате истцу установленной в нем компенсации, не оговаривая при этом ее уменьшение на сумму налога на доходы физических лиц.

Таким образом, денежная сумма в размере трехкратного среднего месячного заработка, предусмотренная дополнительным соглашением к трудовому договору, заключенным между ПАО «Татфондбанк» в лице представителя конкурсного управляющего – ГК «АСВ» и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, в рассматриваемом случае по своей сути является компенсационной выплатой, связанной с увольнением последней, в связи с чем удержание ответчиком из этой суммы налога на доходы физических лиц суд считает неправомерным.

С доводами представителя ответчика о пропуске исковой давности суд также не может согласиться на основании следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Федеральный законодатель, осуществляя налоговое регулирование на основании Конституции Российской Федерации, имеет дискреционные полномочия в выборе правовых средств, что позволяет ему при установлении общих правил исполнения обязанности по уплате налогов и сборов учитывать специфику поступления в бюджетную систему Российской Федерации отдельных видов налогов и сборов.

Пунктом 1 статьи 231 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что излишне удержанная сумма налога на доходы физических лиц налоговым агентом из дохода налогоплательщика подлежит возврату налоговым агентом.

В соответствии с пунктом 7 статьи 78 Налогового кодекса Российской Федерации заявление в налоговый орган о возврате суммы излишне уплаченного налога может быть подано в течение трех лет со дня уплаты указанной суммы.

В отношении налога на доходы физических лиц, излишне удержанного с налогоплательщика и уплаченного (перечисленного) в бюджет налоговым агентом, применяются специальные положения пункта 1 статьи 231 Налогового кодекса Российской Федерации, согласно которым излишне удержанная налоговым агентом из дохода налогоплательщика сумма налога подлежит возврату налоговым агентом на основании письменного заявления налогоплательщика.

В соответствии с предписаниями статьи 231 Налогового кодекса Российской Федерации только при отсутствии налогового агента налогоплательщик вправе подать заявление в налоговый орган о возврате излишне удержанной с него и перечисленной в бюджетную систему Российской Федерации налоговым агентом суммы налога.

Анализ приведенных выше положений закона и их системное толкование позволяют сделать вывод о том, что статья 231 Налогового кодекса Российской Федерации устанавливает специальный порядок взыскания и возврата сумм налога, для случаев, когда исчисление и удержание сумм налога производится налоговым агентом.

Тогда как положения статьи 78 Налогового кодекса Российской Федерации устанавливает порядок осуществления зачета или возврата сумм, излишне уплаченных налога при обращении в налоговый орган налогового агента или налогоплательщика, в случае отсутствия налогового агента и настоящего спора не касаются.

Как следует из буквального содержания оспариваемых законоположений и их места в системе норм Налогового кодекса Российской Федерации, статьей 78 данного Кодекса установлен порядок зачета или возврата сумм излишне уплаченных налога, сбора, пеней, штрафа; статьей 79 - порядок возврата сумм излишне взысканных налога, сбора, пеней и штрафа; пунктом 1 статьи 231 - порядок возврата сумм налога на доходы физических лиц, излишне удержанных налоговым агентом из дохода налогоплательщика.

Таким образом, переплата сумм налога, возникшая у налогоплательщика в результате действий налогового агента - с учетом приоритета действия специальных норм над общими - подлежит возврату в особом порядке (пункт 1 статьи 231 данного Кодекса); в остальных случаях при возврате налога следует руководствоваться общими нормами, а именно статьями 78 и 79 Налогового кодекса Российской Федерации. Само по себе подобное регулирование, осуществленное законодателем в рамках предоставленной ему дискреции в налоговой сфере, направлено на восстановление имущественных прав налогоплательщиков в случаях излишней уплаты, излишнего взыскания и (или) излишнего удержания налога.

При обращении налогоплательщика в суд действует срок, установленный специальной нормой (ст.78 НК РФ) – три года со дня уплаты налога.

В данном случае этот срок, исчисляемый с ДД.ММ.ГГГГ, не прошел. Истицей порядок возврата налога соблюден, с заявлением к работодателю о возврате налога она обращалась, что не оспаривается ответчиком. Поскольку в рассматриваемом случае иск заявлен не столько о взыскании заработной платы, а о возврате неправомерно удержанного налога, применению подлежит срок, установленный специальной нормой ст.78 НК РФ – три года. Спора о размере заработной платы, о сроке ее выплаты нет.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что срок обращения в суд истицей не пропущен, а иных оснований для отказа в иске не имеется, иск ФИО1 к ПАО «Татфондбанк» подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ размер подлежащей взысканию с ответчика в местный бюджет государственной пошлины, исчисленный пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, составит 746 рублей 56 копеек.

На основании ст. 5,15,21,22,56,135,136 ТК РФ, и руководствуясь ст.56, 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с ПАО «Татфондбанк» в пользу ФИО1 взыскании удержанную сумму налога на доходы физических ли в размере 18664 руб.

Взыскать с ПАО «Татфондбанк» в доход Зеленодольского муниципального района государственную пошлину в размере 746 рублей 56 коп.

С мотивированным решением стороны могут ознакомиться с 5 декабря 2018 г.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд РТ через Зеленодольский городской суд в течение 1 месяца со дня вынесения мотивированного решения.

Судья: