Дело № 2-102/2025 УИД 22RS0067-01-2025-006504-88

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 июня 2025 года г. Барнаул

Октябрьский районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Савищевой А.В.,

при секретаре Кремень О.А.,

с участием прокурора Овсянниковой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО5, в котором просила взыскать с ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., расходов на приобретение лекарственных препаратов 5 511 руб., в связи с причинением вреда здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 40 минут в районе здания №а по 

<

адрес> в 

<

адрес>.

Указанное ДТП произошло с участием транспортных средств: автомобиля марки ФИО2, г.р.з. №, принадлежащего ФИО5 и находившегося под его управлением, и автомобиля марки Тойота ФИО1, г.р.з. №, под управлением водителя ФИО12

Как указывает истец, водитель ФИО5, управляя автомобилем марки Сузуки Гранд Витара, г.р.з. №, двигаясь по 

<

адрес> в 

<

адрес> по направлению от 

<

адрес> к 

<

адрес>, при приближении к пересечению 

<

адрес> и 

<

адрес> был, согласно данного им объяснения, ослеплен солнечным светом, однако в нарушение ч. 2 п. 19.2 ПДД РФ, мер к снижению скорости своего ФИО3 вплоть до полной остановки не принял, продолжая движение в сторону перекрестка, после чего при выезде на перекресток увидел, что светофорный объект работает в режиме «желтого» сигнала, но в нарушение ПДД РФ, продолжил двигаться, в результате выехав на проезжую часть 

<

адрес> при работающем для него светофорном объекте в режиме «красного» сигнала. В этот момент по 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> к 

<

адрес> на разрешающий сигнал светофора по левой полосе двигался собирающийся осуществить маневр поворота налево автомобиль марки Тойота ФИО1, г.р.з. №, под управлением водителя ФИО12, который неожиданно обнаружил перед собой выехавший на его полосу движения автомобиль Сузуки Гранд Витара под управлением ФИО5 и совершил с ним столкновение.

В результате столкновения пассажир автомобиля марки Тойота ФИО1, г.р.з. №, ФИО4 получила телесные повреждения, причинившие ей легкий вред здоровью.

Вина в указанном ДТП водителя ФИО5 подтверждаются заключением специалиста ООО «Экском».

В результате полученных при ДТП ДД.ММ.ГГГГ телесных повреждений ФИО4 был причинен моральный вред, выразившийся в болевых ощущениях, необходимости проходить симптоматическое лечение, сильном испуге, влияющих на ее образ жизни до сих пор. Кроме того, истец вынуждена была приобрести лекарственные препараты (ФИО6. Амелотекс, Актовегин, Мидокалм, ФИО7), назначенные в период амбулаторного лечения на общую сумму 5 511 руб.

В судебном заседании истец ФИО4, представитель истца ФИО11, третье лицо ФИО12 исковые требования поддержали.

Ответчик ФИО5 возражал против удовлетворения иска, полагая себя лицом, не виновным в дорожно-транспортном происшествии, в связи с чем на него не может быть возложена ни обязанность компенсировать причиненный истцу моральный вред, ни расходы на приобретение лекарств. Поддержал доводы, изложенные им в письменном отзыве на иск о том, что когда проезжал перекресток, стоп-линию проехал на зеленый сигнал светофора, выехал на перекресток на желтый сигнал светофора, однако в силу требований п. 6.14 Правил дорожного движения, поскольку не мог остановиться, не прибегнул к экстренному торможению на перекрестке. Транспортное средство истца в данном случае утратило преимущество в движении. Кроме того, ФИО4 в момент ДТП не пристегнута ремнем безопасности, что повлекло причинение ей телесных повреждений. Полагал доводы о том, что истец до настоящего момента находится на амбулаторном лечении, не подтвержденным, размер компенсации морального вреда – завышенным. 

Участвующий в деле помощник прокурора полагала исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом. Определение размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, оставила на усмотрение суда, просила удовлетворить иск с учетом требований разумности.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, заслушав заключение помощника прокурора, опросив эксперта, суд приходит к следующему.

На основании положений ст. 22 Конституции Российской Федерации, ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждому гарантируется право на личную неприкосновенность. 

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац 2 пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как предусмотрено статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу положений статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 указано, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ в 16:40 час. на 

<

адрес> в 

<

адрес> произошло дорожно транспортное происшествие с участием автомобиля Сузуки Гранд Витара, г.р.з. О373ТЕ22, под управлением ФИО5 и принадлежащего ему, автомобиля Тойота ФИО1, г.р.з. №, под управлением ФИО12, принадлежащего ему, пассажиром которого являлась ФИО4; и автомобиля Скания, г.р.з № с прицепом, под управлением водителя ФИО13

Согласно объяснению водителя ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, управляя автомобилем Сузуки Гранд Витара, г.р.з. №, он двигался по 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> в 

<

адрес>, на перекрестке 

<

адрес> его ослепило солнце, в данный момент горел желтый сигнал светофора, ФИО5 не остановился, продолжил движение, в это время начали движение автомобили по 

<

адрес>, произошло ДТП. 

Согласно объяснениям водителя ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительным пояснениям от ДД.ММ.ГГГГ, управлял автомобилем Тойота ФИО1, г.р.з. №, от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, двигаясь по 

<

адрес> в 

<

адрес>. Перед ДТП остановил автомобиль на перекрестке на запрещающий сигнал светофора перед 

<

адрес> зеленый сигнал светофора начал движение на перекрестке 

<

адрес>, впереди автомобилей не было, выехал на перекресток и сразу почувствовал удар в правую сторону автомобиля автомобилем Сузуки Гранд Витара, который двигался по 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, и который до удара не видел, произошла авария, автомобиль Тойота вытолкнуло на трамвайные пути, после удара с транспортным средством под управлением ФИО12 автомобиль Сузуки Гранд Витара столкнулся с грузовиком Скания, г.р.з №.

Согласно объяснениям ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, она в качестве пассажира на переднем сидении автомобиля Тойота ФИО1 под управлением супруга ФИО12 двигались по 

<

адрес> в 

<

адрес> от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, подъезжая к пересечению 

<

адрес>, остановились на запрещающий сигнал светофора. Когда загорелся зеленый сигнал светофора, все автомобили в их ряду начали движение, автомобиль Тойота ФИО1 тоже. Через несколько метров увидела мелькнувший автомобиль и сразу с ним произошло столкновение, при ударе получила телесные повреждения, на «скорой помощи» была доставлена в больницу, госпитализирована не была. 

Согласно объяснениям водителя ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ, он управлял грузовиком Скания, г.р.з. №, двигался по 

<

адрес> от пер. Канифольный сторону 

<

адрес> в 

<

адрес>, остановился на перекрестке 

<

адрес>, на запрещающий сигнал светофора, после чего когда начал движение произошло столкновение с автомобилем Сузуки Гранд Витара. 

Определением инспектора по ИАЗ отдела Госавтоинспекции УМВД России по г. Барнаулу от ДД.ММ.ГГГГ отказано возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО12, ФИО5, ФИО13

Постановлением инспектора ОИАЗ отдела Гоавтоинспекции УМВД России по г. Барнаулу от ДД.ММ.ГГГГ прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ ввиду того, что в ходе проведения административного расследования установить, кем из водителей были допущены нарушения Правил дорожного движения РФ, повлекшие причинение вреда здоровью ФИО4, не представляется возможным. 

При этом указано, что водитель ФИО12 двигался по полосе движения в нарушение требований дорожного знака 5.15.1 «Направление движения по полосам», в нарушение п. 1.3 ПДД РФ «Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки…».

В процессе рассмотрения гражданского дела, вина в ДТП ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 оспаривалась.

В обоснование вины ответчика в ДТП истцом представлено заключение досудебной экспертизы, подготовленное ООО «Экском» ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого в исследуемой дорожной ситуации водитель автомобиля Тойота ФИО1, г.р.з. №, должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ, в соответствии с которыми принять меры к снижению скорости вплоть до остановки, что в исследуемой дорожной ситуации и при торможении автомобиля Тойота ФИО1 не исключало столкновения, так как траектории транспортных средств пересекались.

Водитель автомобиля Сузуки Гранд Витара, г.р.з. №, должен был руководствоваться требованиями пунктов: 1.5 абз. 1, 6.2 абз. 3,5 ПДД РФ, в соответствии с которыми он должен был применить торможение при ослеплении солнцем, что позволило принять своевременные меры к снижению скорости и остановке, для последующей возможности осуществить движение по перекрестку соответственно разрешающего движение сигнала светофорного объекта.

По ходатайству ответчика судом назначено проведение судебной автотехнической экспертизы. 

Согласно заключению судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленному ООО «Профит Эксперт», механизм развития данного ДТП следующий.

Автомобиль Тойота ФИО1, г.р.з. №, под управлением ФИО12, движется от 

<

адрес> в 

<

адрес> в сторону регулируемого перекрестка с 

<

адрес>, в крайней левой полосе, проезжает светофор и выезжает на перекресток с 

<

адрес> на «Зеленый» сигнал светофора и с ускорение продолжает движение. 

В это же время справа по 

<

адрес> автомобиль Сузуки Гранд Витара р/з №, под управлением ФИО9, на «Красный» сигнал светофора проезжает светофор и выезжает на перекресток с 

<

адрес> и далее происходит столкновение с автомобилем «Тойота ФИО1» р/з №, после чего его отбрасывает правее и он совершает столкновение с автомобилем «Скания» г/н № с полуприцепом г/н №, и автомобили останавливаются, как зафиксировано на схеме с места ДТП.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля «Сузуки Гранд Витара» р/з №, ФИО5, при движении должен был действовать руководствуясь п.п.1.5., 6.2., 6.13., и ч.4. п. 19.2. ПДД РФ.

1.5. Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

6.2. Круглые сигналы светофора имеют следующие значения:

Зеленый сигнал разрешает движение;

Зеленый мигающий сигнал разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло);

Желтый сигнал запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов;

Желтый мигающий сигнал разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности, красный сигнал, в том числе мигающий, запрещает движение.

Сочетание красного и желтого сигналов запрещает движение и информирует о предстоящем включении зеленого сигнала.

6.13. При запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика, водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 5.33), а при ее отсутствии: на перекрестке - перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам.

19.2. Дальний свет должен быть переключен на ближний: в населенных пунктах. При ослеплении водитель должен включить аварийную световую сигнализацию и, не меняя полосу движения, снизить скорость и остановиться.

В данной дорожной ситуации пунктов ПДД РФ регламентирующих действия водителя автомобиля «Тойота ФИО1» р/з №, ФИО12, не предусмотрено.

С технической точки зрения у каждого из водителей в данной дорожной ситуации при внимательном отношении к дорожной обстановке имелась возможность заметить опасность и избежать ДТП, а именно:

у водителя автомобиля «Сузуки Гранд Витара» р/з №, ФИО5, в условиях ослепления оценить ситуацию как опасную и применить все меры к снижению скорости и остановить транспортное средство;

у водителя автомобиля «Тойота ФИО1» р/з №, ФИО12, при движении в границах перекрестка с ограничением обзорности находящимся справа автомобилем, определить возможность обнаружения автомобиля «Сузуки Гранд Витара» р/з №, экспертными методами не представляется возможным по причине невозможности определить угол обзора с рабочего места водителя.

При этом возможность оценить дорожную ситуацию как опасную в первую очередь зависит от психофизических особенностей водителей и их опыта вождения, что не относится к компетенции эксперта автотехника

При сравнении значения времени необходимого для приведения тормозной системы в действие автомобиля «Сузуки Гранд Витара» р/з №, со значением времени с момента возникновения опасности до столкновения - Тв.о = 1,0 сек, эксперт пришел к выводу, что водитель автомобиля «Сузуки Гранд Витара» р/з №, ФИО5, не располагал технической возможностью предотвратить происшествие применением экстренного торможения при любой скорости движения, так как, значение времени приведения тормозной системы в действие больше времени с момента возникновения опасности до столкновения Тоб0.= 1,175 сек > Тв.о.= 1,0 сек.

При сравнении значения времени необходимого для приведения тормозной системы в действие автомобиля «Тойота ФИО1» р/з №, со значением времени с момента возникновения опасности до столкновения - Тв.о = 1,0 сек, прихожу к выводу, что водитель автомобиля «Тойота ФИО1» р/з №, ФИО12, не располагал технической возможностью предотвратить происшествие применением экстренного торможения при любой скорости движения, так как, значение времени приведения тормозной системы в действие больше времени с момента возникновения опасности до столкновения Тоб0..= 1,175 сек > Тв.о= 1,0 сек.

Но при условии внимательного отношения к сигналам светофора расположенного по 

<

адрес>, экспертом не усматривается каких либо технических причин у водителя автомобиля «Сузуки Гранд Витара» р/з №, ФИО5, возможности избежать столкновения остановившись до «стоплинии» перед светофором по 

<

адрес>.

При исследовании представленных видеозаписей «VID-20240224-WA0006 челюс 2», «VID-20240224-WA0007 челюс1», «Челюскинцев VID-20240224- WA0007», экспертом установлено, что в момент включения «Желтого» сигнала светофора по 

<

адрес> автомобиль «Сузуки Гранд Витара» р/з №, под управлением ФИО5, в зону видеофиксации не попадает. А так же при условии что скорость данного автомобиля не задана, и определить скорость и характер его движения до «стоп-линии» по представленным видеозаписям экспертными методами не представляется возможным, то и определить его удаление до стоп-линии, так же не представляется возможным.

Ответить на поставленный вопрос располагал ли водитель ФИО5, управляя автомобилем «Сузуки Гранд Витара» р/з №, возможностью остановить свой ФИО3 до места расположения «стоп-линии» в момент включения «желтого» сигнала светофора не представляется возможным, по следующим причинам:

неизвестно удаление данного автомобиля до «стоп-линии» в момент включения «желтого» сигнала светофора по 

<

адрес>. (определить экспертными методами в рамках представленных материалов нет возможности)

неизвестна скорость и характер движения автомобиля «Сузуки Гранд Витара» р/з №, под управлением ФИО5, по 

<

адрес> до «стоплинии». (определить экспертными методами в рамках представленных материалов возможности нет).

Изложенные в экспертном заключении выводы подтвердил опрошенный в судебном заседании эксперт ФИО10

Судебная экспертиза была проведена в соответствии со ст. ст. 79 - 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", содержат подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылки на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, являются ясными, полными, последовательными, не допускают неоднозначного толкования. При проведении экспертизы эксперт проанализировал и сопоставил все имеющиеся и известные исходные данные, провел исследование объективно, на базе общепринятых научных и практических данных, в пределах своей специальности, всесторонне и в полном объеме. 

Эксперт до начала производства экспертизы был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, имеет необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, квалификацию, специальности, стаж работы. 

Таким образом, суд полагает возможным принять данное заключение в качестве доказательств по делу, а выводы эксперта в части механизма ДТП за основу при вынесении решения суда. 

Устанавливая лицо, виновное в ДТП ДД.ММ.ГГГГ, суд исходит из доказательств, представленных в материалы дела, в том числе сведений о ДТП, пояснений лиц-участников ДТП, видео момента ДТП, заключения судебной экспертизы, и приходит к выводу, что лицом, виновным в ДТП является водитель ФИО5, который допустил нарушение 1.5., 6.13, ч.4. п. 19.2 ПДД РФ ПДД РФ, допустившего выезд на перекресток на запрещающий («красный») сигнал светофорного объекта, которое состоит в причинно-следственной связи с ДТП ДД.ММ.ГГГГ, и допустил столкновение с автомобилем истца, техническая возможность предотвратить ДТП у которого отсутствовала. При этом в случае ослепления солнцем, как указал ответчик, до выезда на перекресток, он обязан был снизить скорость либо остановиться. 

Таким образом, лицом, ответственным за причинение вреда в ДТП ДД.ММ.ГГГГ, является ответчик ФИО5

Нарушение водителем ФИО14 5.15.1 «Направление движения по полосам», установленное в постановлении о прекращении дела об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ судебным экспертом не установлено, доказательств возникновения опасной дорожной ситуации, приведшей к ДТП ДД.ММ.ГГГГ вследствие этого нарушения суду не представлено. 

В рамках дела об административном правонарушении установлен факт причинения ФИО4 легкого вреда здоровью что определено с учетом заключения эксперта КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ №.

Как следует из заключения эксперта КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ № на основании данных объективного осмотра ФИО4, с учетом известных обстоятельств дела, экспертом установлено наличие следующих телесных повреждений? Ушиб левого плечевого сустава с нарушением его функции и кровоподтёком в месте ушиба, распространяющимся на плечо, ушиб правого коленного сустава с нарушением его функции и кровоподтёком в месте ушиба, распространяющимся на голень, ушиб мягких тканей теменной области слева, которые в своей совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья и срок не более 3 недель, которые образовались от действий твердых тупых предметов, что могло иметь место в условиях ДТП при столкновении нескольких движущихся ФИО3, возникли за 5-8 суток до момента осмотра (ДД.ММ.ГГГГ), что подтверждается данными объективного осмотра, в том числе цветом кровоподтеков, данными представленных медицинских документов. 

Доказательства того, что в результате ДТП истцу были причинены также иные повреждения суду не представлены. 

Кроме того из заключения следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 доставлена в КГБУЗ «ККБ СМП», где осмотрена врачом-травматологом, установлены вышеуказанные повреждения, отпущена на амбулаторное лечение, даны рекомендации по консультации невролога, осмотра окулиста, травматолога, наблюдение у невролога в поликлинике.

Как следует из представленной по запросу суда медицинской карты ФИО4 КГБУЗ «Городская больница №, Барнаул», ФИО4 неоднократно обращалась к неврологу, хирургу, терапевту с жалобами на головные боли, боли в плечевом суставе в месте удара, шаткость при ходьбе, боли в шейном отделе, сниженную трудоспособность, головокружение (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ), что свидетельствует о сохранении болевых ощущений после получения травмы в течение нескольких месяцев.

В судебном заседании ФИО4 указывала, что находилась в течение двух недель на дневном стационаре, и в стационаре сразу после ДТП в течение 48 дней, доказательств чему не представлено, и не предоставлено было при проведении экспертизы КГБУЗ «

<

адрес>вое бюро СМЭ» (период проведения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), выводы которой стороной истца не оспариваются, в связи с чем суд полагает, что надлежащих доказательств нахождения истца на дневном стационаре, а также нахождения ее в медицинском учреждении в течение 48 дней после ДТП (ДД.ММ.ГГГГ) не представлено и данные обстоятельства не учитывает при определении размера компенсации морального вреда.

Кроме того ФИО4 пояснила, что после травмы испытывала сильные болевые ощущения, появились гематомы, что подтверждается представленными в материалы дела фотографиями). Вследствие травмирования изменился привычный образ жизни истца, ей стало тяжело ходить, в том числе для выполнения простых бытовых задач, подолгу стоять на ногах не может.

С учетом изложенного, суд находит обоснованными доводы истца о том, что она в результате причинения вреда здоровью легкой степени тяжести испытывала нравственные и физические страдания, вызванные нахождением на амбулаторном лечении, претерпевала болевые ощущения в области ушиба плеча, коленного сустава, в иных частях тела, в период лечения не могла вести прежний образ жизни, принимала медицинские лекарственные препараты для восстановления здоровья после полученных травм.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает конкретные обстоятельства по делу: причинение ФИО4 легкого вреда здоровью в результате ДТП, отсутствие в действиях истца грубой неосторожности.

Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и не поддается точному денежному подсчету.

Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом степени вины причинителя вреда и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Исходя из установленного нарушения прав истца, обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, при котором автомобиль истца от удара отбросило на травмайные пути, характера повреждений, полученных истцом в результате ДТП, которые в совокупности причинили легкий вред здоровью истца, индивидуальных особенностей истца, возраста, пола, степень его физических и нравственных страданий, в том числе, претерпевание чувства физической боли, ощущения неудобства в быту, нарушение привычного образа жизни на протяжении продолжительного времени, степени вины ответчика, с учетом принципов разумности и справедливости размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, суд определяет в 80 000 рублей, которая согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции РФ), и будет соразмерна причиненному вреду, а также степени нравственных страданий истца. 

Требования истца о взыскании компенсации морального вреда в большем размере удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в части.

Разрешая требования ФИО4 о взыскании расходов на приобретение лекарственных препаратов, суд принимает во внимание, что согласно представленным в материалы дела доказательствам, в связи с полученной ДД.ММ.ГГГГ травмой ФИО4 на стационарном лечении не находилась, вместе с тем, согласно ответу ТФОМС Алтайского края, из заявленных истцом препаратов в Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов для медицинского применения (утв. распоряжением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-р) включены только церебролизин и бетагистин, однако они могли быть предоставлены истице бесплатно лишь при нахождении ее на стационарном лечении. 

ФИО6. Амелотекс, Актовегин, Мидокалм, ФИО7 назначены ФИО4 врачом-неврологом КГБУЗ «Горбольница №3, Барнаул» ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из осмотра, назначением (т.1 л.д. 243, т.2 л.д. 8), приобретение данных лекарственных препаратов подтверждается чеком от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 578 руб., чеком от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 4 368 руб., товарным чеком от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 565 руб., всего на сумму 5 511 руб., которые также подлежат взысканию с ответчика ФИО5

В силу ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО5 в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО4 (паспорт №) с ФИО5 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб., расходы на приобретение лекарственных препаратов 5 511 руб., всего взыскать 85 511 руб.

В удовлетворении остальной части требований – отказать. 

Взыскать с ФИО5 в доход муниципального образования городского округа г. Барнаул государственную пошлину в размере 300 рублей..

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Барнаула в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Председательствующий А.В. Савищева

Мотивированное решение изготовлено 01.07.2025.