Гражданское дело № 2-50/2021 (2-1123/2020)

УИД № 44RS0028-01-2020-001378-41

Решение

 изготовлено 26 июля 2021 года

РЕШЕНИЕ 

Именем Российской Федерации

Город Кострома

12 июля 2021 года 

Костромской районный суд Костромской области в составе:

председательствующего судьи К.А.Батухиной,

при секретаре судебного заседания Е.С.Темниковой,

рассмотрев в открытом судебном заседании объединённые в одно производство гражданское дело № 2-50/2021 (2-1123/2020) по первоначальному исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ИРА» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользуемый отпуск, задолженности по расчёту по больничным листам, денежной компенсации за задержку выплат, по встречному исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «ИРА» к ФИО1 о взыскании денежных средств, и гражданское дело № 2-968/2021 по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Ира» о признании незаконными действий работодателя по удержанию сумм из заработной платы в связи с отсутствием оснований для удержания,

УСТАНОВИЛ:

2 сентября 2020 года ФИО1 обратился в Костромской районный суд Костромской области с исковым заявлением к ООО «ИРА» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, задолженности по расчету по больничным листам. 

В обоснование заявленных требований истец ФИО1 указал, что с 2 ноября 2016 года по 10 июня 2020 года он работал в ООО «ИРА» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в должности ..., что подтверждается трудовым договором от 2 ноября 2016 года, записью в трудовой книжке. Размер заработной платы за выполняемые истцом должностные обязанности с 1 июля 2019 года составлял 50 000 рублей в месяц, что подтверждается дополнительным соглашением от 1 июля 2019 года. Истец отмечает, что ООО «ИРА» является системообразующим предприятием, осуществляет пассажирские перевозки по муниципальным маршрутам ... №... и №... в рамках муниципального контракта с администрацией .... Он (истец) как заместитель директора в период распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) при исполнении своих служебных обязанностей ежедневно контактировал с большим количеством водителей автобусов ООО «ИРА», обслуживающими указанные муниципальные маршруты, принимал транспортные документы, кассовые чеки на ГСМ и прочие документы у водителей после смены в вечернее время и наличную выручку. Средствами индивидуальной защиты органов дыхания, средствами дезинфекции рук он (истец) работодателем обеспечен не был, в результате чего тяжело заболел 20 апреля 2020 года, что подтверждается электронным больничным листком №... (период с 20 апреля 2020 года по 27 апреля 2020 года), а далее у него (истца) последовало осложнение, в результате чего ему был выдан электронный больничный лист №... (период с 25 мая 2020 года по 8 июня 2020 года) и №... (период с 9 июня 2020 года по 18 июня 2020 года). С момента нахождения его (истца) на больничном листе (с 20 апреля 2020 года) и до увольнения (10 июня 2020 года) работодатель не произвёл ему ни одной выплаты заработной платы, хотя он (истец) неоднократно обращался за помощью устно. Все расходы, в том числе: расходы на ... 22 апреля 2020 года, а также многочисленные расходы на медицинские услуги и медицинские препараты, оплачивали родственники истца. В результате перечисленных обстоятельств он (истец) был вынужден написать заявление на увольнение по собственному желанию. Приказом от 10 июня 2020 года он (истец) был уволен с должности ... ООО «ИРА» в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 ТК Российской Федерации на основании заявления от 10 июня 2020 года. С 9 июня 2020 года он (истец) находился на больничном листе, что подтверждается электронным листком нетрудоспособности №... от 9 июня 2020 года, в связи с чем отработка 14 дней согласно статье 80 ТК Российской Федерации не представлялась возможной, о чём так же было указано в заявлении об увольнении от 10 июня 2020 года. В заявлении на увольнение от 10 июня 2020 года ФИО1 указал способ получения причитающихся на день увольнения ему выплат – на счет в .... В заявлении были указаны полные реквизиты счета банка получателя. Истец отмечает, что при увольнении ему не были выплачены: заработная плата за период с 1 марта 2020 года по 10 июля 2020 года в сумме 105 842 рублей 76 копеек; компенсация за неиспользованный отпуск за отработанный период с 2 ноября 2018 года по 10 июня 2020 года в сумме 78 850 рублей 76 копеек; расчет по больничному листу ЭЛН №... от 20 апреля 2020 года (период с 20 апреля 2020 года по 27 апреля 2020 года) в части выплаты первых трех дней за счет работодателя ООО «ИРА» в сумме 1 914 рублей 38 копеек; расчет по больничному листу ЭЛН №... от 25 мая 2020 года (период с 25 мая 2020 года по 8 июня 2020 года) в части выплаты первых трех дней за счет работодателя ООО «ИРА» в сумме 1 917 рублей 97 копеек. По состоянию на 7 июля 2020 года денежных средств на счет ФИО1 не поступило, сведений о начисленном расчете и приказе об увольнении ему представлено не было. 8 июля 2020 года он обратился с заявлением о нарушении трудовых прав в Государственную инспекцию труда в Костромской области. В конце августа 2020 года им был получен ответ от 7 августа 2020 года исх. №...-ОБ о том, что со стороны Государственной инспекции труда в Костромской области не представляется возможным осуществить административное расследование соблюдения требований трудового законодательства в отношении ООО «ИРА» по фактам, изложенным в общении в связи с тем, что документы ООО «ИРА» представлены не в полном объеме. Ведение бухгалтерского учета в ООО «ИРА» генеральный директор ФИО2 возложил на себя, что подтверждается приказом от 17 апреля 2018 года №....Трудовая книжка в соответствии со статьёй 66.1 ТК Российской Федерации и на основании поданного в ООО «ИРА» заявления о согласии на предоставление сведений о трудовой деятельности (переходе на электронную трудовую книжку) от 22 мая 2020 года находилась на хранении у истца. При увольнении ФИО1 не была выдана справка о причитающихся ему суммах к выплате. 

С учётом изложенного и со ссылкой на статьи 140, 236, 390-393 ТК Российской Федерации истец ФИО1 просит суд взыскать с ООО «ИРА»: задолженность по заработной плате за период с 1 марта 2020 года по 10 июня 2020 года, причитающуюся истцу при увольнении в размере 105 842 рублей 76 копеек; задолженность по компенсации за неиспользованный отпуск за отработанный период с 2 ноября 2018 года по 10 июня 2020 года в сумме 78 850 рублей 76 копеек; задолженность по расчету по больничному листу ЭЛН №... от 20 апреля 2020 года (период с 20 апреля 2020 года по 27 апреля 2020 года) в части выплаты первых трех дней за счет работодателя ООО «ИРА» в сумме 1 914 рублей 38 копеек; задолженность по больничному листу ЭЛН №... от 25 мая 2020 года (период с 25 мая 2020 года по 8 июня 2020 года) в части выплаты первых трех дней за счет работодателя ООО «ИРА» в сумме 1 917 рублей 97 копеек; задолженность по расчету по больничному листу ЭЛН №... от 9 июня 2020 года (период с 9 июня 2020 года по 18 июня 2020 года) в части выплаты первых трех дней за счет работодателя ООО «ИРА» в сумме 1 917 рублей 97 копеек.

В ходе рассмотрения дела стороной истца заявленные требования были неоднократно уточнены, в окончательном виде истец просит взыскать с ООО «ИРА»: задолженность по заработной плате за период с 16 декабря 2019 года по 10 июня 2020 года, причитающуюся истцу при увольнении в размере 214 592 рублей 76 копеек; задолженность по компенсации за неиспользованный отпуск за отработанный период с 2 ноября 2018 года по 10 июня 2020 года в сумме 78 850 рублей 76 копеек; задолженность по расчету по больничному листу ЭЛН №... от 20 апреля 2020 года (период с 20 апреля 2020 года по 27 апреля 2020 года) в части выплаты первых трех дней за счет работодателя ООО «ИРА» в сумме 1 914 рублей 38 копеек; задолженность по больничному листу ЭЛН №... от 25 мая 2020 года (период с 25 мая 2020 года по 8 июня 2020 года) в части выплаты первых трех дней за счет работодателя ООО «ИРА» в сумме 1 917 рублей 97 копеек; задолженность по расчету по больничному листу ЭЛН №... от 9 июня 2020 года (период с 9 июня 2020 года по 18 июня 2020 года) в части выплаты первых трех дней за счет работодателя ООО «ИРА» в сумме 1 917 рублей 97 копеек; проценты за нарушение срока выплат при увольнении на сумму невыплаченных: заработной платы, листков нетрудоспособности, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, в размере 22 867 рублей 71 копейки; компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства к производству суда принято встречное исковое заявление ООО «ИРА» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в размере 308 060 рублей. Требования обоснованы тем, что в соответствии с трудовым договором от 2 ноября 2016 года размер заработной платы был установлен в размере 9 000 рублей. В дальнейшем он индексировался согласно МРОТ. В качестве подтверждения своей позиции стороной истца была предоставлена копия дополнительного соглашения к трудовому договору от 1 июля 2019 года. Генеральный директор ООО «ИРА» - ФИО2 полагает, что данное доказательство, представленное ФИО1, фальсифицировано, так как им, ФИО2, как генеральным директором ООО «ИРА», не подписывалось. Не смотря на это, ФИО1 с июля 2019 года по февраль 2020 года получал заработную плату из расчета 50 000 рублей на основании доверенности. В исковом заявлении ФИО1 указано, что сумма выплат и иных вознаграждений, начисленных ООО «ИРА» в пользу ФИО1 за первый квартал 2020 года составила 150 000 рублей. Таким образом, сумма денежных средств, полученных ФИО1 за период с июля 2019 года по февраль 2020 года составила 400 000 рублей (50 000 рублей х 8 месяцев). В действительности же, согласно трудовому договору, ему причиталось к получению с июля по декабрь 2019 года 11 280 рублей (МРОТ) х 6 месяцев = 67 680 рублей. С января по февраль 2020 года 12 130 (МРОТ) х 2 месяца = 24 260 рублей, а всего 91 940 рублей. Таким образом, ФИО1 сознательно, без его ведома, получил неосновательное обогащение в размере 308 060 рублей.

4 июня 2021 года ФИО1 обратился в Костромской районный суд Костромской области с самостоятельным исковым заявление к ООО «Ира» о признании незаконными действий работодателя по удержанию сумм из заработной платы в связи с отсутствием оснований для удержания. Гражданскому делу присвоен номер 2-968/2021.

В обоснование заявленных требований ФИО1 указал, что после получения результатов судебной почерковедческой экспертизы по гражданскому делу № 2-50/2021 ООО «Ира» произвело незаконные действия по перерасчёту заработной платы ФИО1 за 2, 3, 4 кварталы 2019 года, представив в УФНС России по Костромской области корректировочные налоговые декларации «Расчёт по страховым взносам» за 2-4 кварталы 2019 года, в которых произвело корректировку заработной платы ФИО1 путем удержания из официальной заработной платы большей её части (77,4%). Истцу И.С.Шаме стало известно об указанных незаконных действиях работодателя 14 мая 2021 года в ходе судебного заседания по гражданскому делу № 2-50/2021. Фактически ООО «Ира» спустя 2 года после начисления заработной платы и спустя 11 месяцев после увольнения, не поставив в известность работника, не представив оснований законности своих действий, произвело удержание из начисленной официальной заработной платы ФИО1. 

С учётом изложенного и со ссылкой на статьи 137 ТК Российской Федерации, 1109 ГК Российской Федерации, истец ФИО1 просит суд (с учётом уточнения от 30 июня 2021 года): признать незаконными действия ООО «ИРА» по удержанию из заработной платы ФИО1 276 209 рублей за 2019 год в связи с отсутствием оснований для удержания; обязать ООО «Ира» представить в налоговый орган корректировку налоговых деклараций в отношении ФИО1, а именно: справку о доходах и суммах налога физического лица по форме 2-НДФЛ (Форма по КНД 1151078) за отчётные 2019-2020 годы; расчёт по страховым взносам (форма по КНД 1151111) за расчётный (отчётный) период (код) 31, 33, 34 (2-4 кварталы 2019 года), с указанием начисленной заработной платы ФИО1 в размере: 1) за 2019 год в общей сумме 406 940 рублей 16 копеек, из которой за 2-4 кварталы 2019 года в сумме 377 909 рублей 96 копеек, а именно: апрель 2019 года – 25 000 рублей, май 2019 года – 25 000 рублей, июнь 2019 года – 25 000 рублей, июль 2019 года – 50 000 рублей, август 2019 года – 50 000 рублей, сентябрь 2019 года – 52 909 рублей 96 копеек, октябрь 2019 года – 50 000 рублей, ноябрь 2019 года – 50 000 рублей, декабрь 2019 года – 50 000 рублей; 2) 1) за 2020 год в общей сумме 307 118 рублей 84 копейки, из которой: январь 2020 года – 50 000 рублей, февраль 2020 года – 50 000 рублей, март 2020 года – 50 000 рублей, апрель 2020 года – 38 564 рубля 2 копейки, май 2020 года – 35 294 рубля 12 копеек, июнь 2020 года – 83 260 рублей 70 копеек. 

Определением суда от 16 июня 2021 года постановлено объединить для рассмотрения в одно производство гражданское дело № 2-50/2021 (2-1123/2020) по первоначальному исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ИРА» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользуемый отпуск, задолженности по расчёту по больничным листам, денежной компенсации за задержку выплат, по встречному исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «ИРА» к ФИО1 о взыскании денежных средств, и гражданское дело № 2-968/2021 по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Ира» о признании незаконными действий работодателя по удержанию сумм из заработной платы в связи с отсутствием оснований для удержания. Объединенному гражданскому делу присвоен № 2-50/2021.

Истец по первоначальному иску, ответчик по встречному иску ФИО1, извещённый о времени и месте судебного заседания в суд не явился, воспользовался правом на участие в деле посредством услуг представителя в порядке статьи 48 ГПК Российской Федерации.

Представитель ФИО1 - З.М.Шама, действующая на основании доверенности от 17 сентября 2020 года (сроком действия 1 один год), в судебном заседании заявленные требования поддержала по доводам и основаниям, указанным в исковых заявлениях, а также в письменных пояснениях, представленных в материалы дела; встречные исковые требования ООО «Ира» сочла необоснованными и не подлежащими удовлетворению по доводам, изложенным в письменном отзыве. 

Ответчик по первоначальному иску, истец по встречным требованиям ООО «ИРА» в лице генерального директора ФИО2, его представителей ФИО3, ФИО4, действующих на основании доверенности от 16 октября 2020 года, в судебном заседании заявленные встречные требования поддержали по доводам и основаниям указанным в иске; по исковым требованиям ФИО1 указали на частичное признание наличия задолженности по заработной плате и иным выплатам, но исходя из минимального размера оплаты труда, указав, что доказательств согласования между работником и работодателем заработной платы в размере 50 000 рублей в материалах дела не имеется. 

С учётом мнения представителя истца З.М.Шама, представителей ответчика ООО «Ира» ФИО2, ФИО3, ФИО4, в соответствии со статьёй 167 ГПК Российской Федерации, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца ФИО1.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, материалы проверки №..., суд приходит к следующим выводам.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года принята Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении.

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (часть 1 данной нормы).

Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Ира» зарегистрирована в реестре с 17 апреля 2006 года, ОГРН 

<

***>, адрес места нахождения: .... Лицом, имеющим право действовать от имени юридического лица без доверенности, определен ФИО2, должность – генеральный директор.

Личное дело ФИО1 (с личной карточкой Т-2 и другими документами, соответствующими надлежащему ведению кадровой работы) суду стороной ответчика ООО «Ира» не представлено.

Однако, факт сложившихся в период с ноября 2016 года по июнь 2020 года трудовых отношений между ООО «Ира» и ФИО1, а равно осуществляемые последним трудовые обязанности по должности ..., сторонами не оспаривался, подтверждается сведениями о трудовой деятельности ФИО1, содержащимися в Пенсионном Фонде Российской Федерации, а также записью, имеющейся в трудовой книжке ФИО1 о приёме с 2 ноября 2016 года в ООО «Ира».

Согласно сведениям о трудовой деятельности, предоставляемым из информационных ресурсов Пенсионного фонда Российской Федерации, ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в ООО «Ира» в должности ... в период с 2 ноября 2016 года по 10 июня 2020 года. В качестве основания для внесения сведений о дате увольнения имеется ссылка на приказ работодателя от 10 июня 2020 года №....

Не доверять указанным сведениям у суда оснований не имеется; данные стороной истца не оспорены, а сведения о трудовой деятельности ФИО1 с заявленным периодом передавались в Пенсионный Фонд Российской Федерации работодателем ООО «Ира». 

В то же время, ФИО1, обращаясь в суд с выше названными исковыми требованиями, указал на невыплату ему работодателем заработной платы (в том числе, выплат по листам временной нетрудоспособности) за период с 16 декабря 2020 года по 10 июня 2021 года и отсутствием окончательного расчёта в день увольнения (с выплатой компенсации за неиспользованный отпуск). В свою очередь, стороной ответчика ООО «Ира» заявлено о необоснованности требований ФИО1 в части расчёта задолженности исходя из начислений ежемесячной заработной платы в сумме 50 000 рублей, указав на отсутствие письменных соглашений о повышении размера заработной платы до указанной суммы. 

В соответствии со статьёй 57 ТК Российской Федерации в трудовом договоре указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (фамилия, имя, отчество работодателя - физического лица), заключивших трудовой договор; сведения о документах, удостоверяющих личность работника и работодателя - физического лица; идентификационный номер налогоплательщика (для работодателей, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями); сведения о представителе работодателя, подписавшем трудовой договор, и основание, в силу которого он наделен соответствующими полномочиями; место и дата заключения трудового договора.

Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы, а в случае, когда работник принимается для работы в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности, - место работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы). Если в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами с выполнением работ по определенным должностям, профессиям, специальностям связано предоставление компенсаций и льгот либо наличие ограничений, то наименование этих должностей, профессий или специальностей и квалификационные требования к ним должны соответствовать наименованиям и требованиям, указанным в квалификационных справочниках, утверждаемых в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации, или соответствующим положениям профессиональных стандартов; дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте; условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами; другие условия в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. (часть 2 указанной статьи)

Если при заключении трудового договора в него не были включены какие-либо сведения и (или) условия из числа предусмотренных частями первой и второй настоящей статьи, то это не является основанием для признания трудового договора незаключенным или его расторжения. Трудовой договор должен быть дополнен недостающими сведениями и (или) условиями. При этом недостающие сведения вносятся непосредственно в текст трудового договора, а недостающие условия определяются приложением к трудовому договору либо отдельным соглашением сторон, заключаемым в письменной форме, которые являются неотъемлемой частью трудового договора. (часть 3 указанной статьи) 

Согласно статье 72 ТК Российской Федерации изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В соответствии с частью 1 статьи 129 ТК Российской Федерации - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (часть 1 статьи 135 ТК Российской Федерации).

Стороной истца при подаче иска суду была представлена копия соглашения между ООО «Ира» и И.С.Шамой, датированная 1 июля 2019 года, в соответствии с которым стороны согласовали размер заработной платы ФИО1, равный 50 000 рублей. 

Подлинник соглашения ни одной из сторон трудового спора суду не представлен. ФИО2 (генеральным директором ООО «Ира») факт существования и подписания им данного соглашения с И.С.Шамой отрицался. 

С учётом положений части 2 статьи 71 ГПК Российской Федерации, обязывающих представлять в суд письменные доказательства в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии, принимая во внимание правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, отражённой в Определении от 27 марта 2018 года № 724-О, суд не принимает в качестве допустимого доказательства копию соглашения от 1 июля 2019 года, как не имеющего юридической силы.

В целях подтверждения доводов об установлении иного размера оплаты труда ответчиком ООО «Ира» суду были представлены подлинники трудового договора от 2 ноября 2016 года и приказ (распоряжение) от 2 ноября 2016 года №..., в соответствии с которыми за выполнение трудовых обязанностей работнику (И.С.Шаме) устанавливается должностной оклад в размере 9000 рублей в месяц. Порядок выплаты заработной платы в соответствии с пунктом 3.2 трудового договора предусматривал перечисление на счёт работника или выдачу наличными денежными средствами в кассе работодателя каждые полмесяца. 

В ходе судебного разбирательства по делу стороной истца ФИО1 был поставлен под сомнение факт выполнения от имени ФИО1 подписей в представленных трудовом договоре и приказе от 2 ноября 2016 года.

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По ходатайству стороны истца определением суда от 22 января 2021 года по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ФГБУ Ярославская лаборатория судебной экспертизы.

Согласно заключению эксперта ФГБУ Ярославская лаборатория судебной экспертизы подпись от имени ФИО1, расположенная в приказе (распоряжении) №... от 2 ноября 2016 года о приёме работника ФИО1 на работу в строке «С приказом (распоряжением) работник ознакомлен» выполнена не И.С.Шамой, а другим лицом с подражанием подлинной подписи ФИО1. Подпись от имени ФИО1, расположенная в трудовом договору б/н от 2 ноября 2016 года, заключенном между ООО «Ира» и И.С.Шамой, в размере «12. Адреса и реквизиты сторон. Работник: ФИО1» выполнена не И.С.Шамой, а другим лицом с подражанием подлинной подписи ФИО1. 

При указанных обстоятельствах, трудовой договор и приказ, датированные 2 ноября 2016 года, нельзя признать допустимыми и достоверными доказательствами в части согласования между сторонами трудового спора размера заработной платы ФИО1.

В то же время, как следует из ведомостей на выплату заработной платы, представленных ООО «Ира» за январь 2019 года по 15 декабря 2019 года: 15 января 2019 года ФИО1 была начислена и выплачена (выдана на руки) заработная плата в размере 3 000 рублей, 31 января 2019 года – 2 594 рубля 20 копеек; с 15 февраля 2019 года – 3 000 рублей, 28 февраля 2019 года – 6 831 рубль; 15 марта 2019 года – 3 000 рублей, 31 марта 2019 года – 6 831 рубль; с 15 апреля 2019 года – 10 875 рублей, 30 апреля 2019 года – 10 875 рублей; 15 мая 2019 года - 10 875 рублей, 31 мая 2019 года – 10 875 рублей; 15 июня 2019 года – 10 875 рублей, 30 июня 2019 года – 10 875 рублей; с 15 июля 2019 года – 21750 рублей, 31 июля 2019 года – 21 750 рублей; 15 августа 2019 года – 21 750 рублей, 31 августа 2019 года 21 750 рублей; 15 сентября 2019 года – 21 750 рублей, 30 сентября 2019 года – 21 750 рублей; 15 октября 2019 года – 21 750 рублей, 31 октября 2019 года – 21 750 рублей; 15 ноября 2019 года – 21 750 рублей, 30 ноября 2019 года – 24 281 рубль 96 копеек; 15 декабря 2019 года – в размере – 21 750 рублей.

Доказательств получения (выдачи) заработной платы ФИО1 в период с 16 декабря 2019 года по 10 июня 2020 года в материалах дела не имеется, стороной ответчика ООО «Ира» суду не представлено. Равно как, и не имеется доказательств расчёта и осуществления выплат по больничным листам в части выплаты первых трех дней за счет работодателя в период временной нетрудоспособности ФИО1: с 20 апреля 2020 года по 27 апреля 2020 года, с 25 мая 2020 года по 8 июня 2020 года, с 9 июня 2020 года по 18 июня 2020 года. 

Из представленных ведомостей следует, что размер выплачиваемой И.С.Шаме заработной платы менялся в сторону увеличения: февраль 2019 года размер заработной платы к выдаче (за минусом подоходного налога) составил 5594 рублей 20 копеек; с февраля 2019 года - 9 831 рубль; с апреля 2019 года – 21 875 рублей; с июля 2019 года – 43 500 рублей. 

В представленных платёжных ведомостях имеется подпись ФИО1 наряду с иными работниками. 

Кроме того, как следует из материалов дела, работодателем ООО «Ира» были переданы в налоговый орган в отношении застрахованного лица ФИО1 персонифицированные сведения о доходах последнего, исходя из размера заработной платы: с 1 апреля 2019 года – 25 000 рублей, с 1 июля 2019 года – 50 000 рублей. Указанное подтверждается справками о доходах и суммах налога физического лица по форме 2-НДФЛ (Форма по КНД 1151078) за отчётные 2019-2020 годы; сведениями о состоянии индивидуального лицевого счёта застрахованного лица (форма СЗИ-ИЛС).

Сторона ответчика ООО «Ира», заявляя встречный иск и возражая против применения при расчёте задолженности размера ежемесячной заработной платы большем нежели установленный минимальный размер оплаты труда, указала, что ведение бухгалтерского учёта в ООО «Ира», передача отчётности в соответствующие органы и фонды осуществлялось З.М.Шама, которая в интересах своего супруга (ФИО1) фактически совершила мошеннические действия, приведшие к неосновательному обогащению ФИО1 путём получения последним необоснованно завышенной заработной платы. В связи с чем, в июне 2021 года ООО «Ира» с привлечением специалиста в области ведения бухгалтерского учёта осуществило действия по перерасчёту заработной платы ФИО1 за 2, 3, 4 кварталы 2019 года, представив в УФНС России по Костромской области корректировочные налоговые декларации «Расчёт по страховым взносам» за 2-4 кварталы 2019 года, в которых произвело корректировку заработной платы ФИО1 в сторону уменьшения до 11 300 рублей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Конвенции МОТ от 1 июля 1949 года № 95 «Относительно защиты заработной платы» установлено, что удержания из заработной платы возможны в условиях и пределах, предписанных национальным законодательством или определенных в коллективном договоре либо решении арбитражного органа. 

В соответствии частью 1 статьи 137 ТК Российской Федерации удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами. 

Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться, в частности: для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое. (абзац четвертый части 2 указанной статьи)

В указанном случае, работодатель вправе принять решение об удержании из заработной платы работника не позднее одного месяца со дня окончания срока, установленного для погашения задолженности или неправильно исчисленных выплат, и при условии, если работник не оспаривает оснований и размеров удержания. (часть 3 указанной статьи)

Заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом. (часть 4 указанной статьи)

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьёй 1109 данного кодекса.

По смыслу положений подпункта 3 статьи 1109 ГК Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.

При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.

Данные нормы ГК Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться и за пределами гражданско-правовой сферы, в частности при разрешении спора, возникшего из трудовых отношений.

По ходатайству стороны ответчика ООО «Ира» судом были допрошены свидетели М.А.А., И.Д.А., Ж.М.В., С.Л.П..

Свидетель М.А.А., допрошенная в судебном заседании 30 ноября 2020 года, суду показала, что работает в ООО «...» в должности бухгалтера с 2018 года. ООО «Ира» заправляло свои транспортные средства на заправках ООО «...». С сентября 2018 года в её (свидетеля) обязанности входило выставление в конце месяца счетов за реализацию газа. Генеральный директор ООО «Ира» ФИО2 дал ей (свидетелю) контакты их бухгалтера З.М., а именно: номер телефона и адрес электронной почты для того, чтобы направлять документы на сверку. Взаимодействовала она с ней раза 2-3 в месяц по телефону (последние цифры 80-80). Лично с З.М. она (свидетель) была не знакома, но по телефону отвечала женщина, отзывавшаяся на обращение «З.М.». За документами на подпись приезжал лично ФИО2. С ФИО1 она (свидетель) не знакома, никогда с ним не контактировала. С З.М. она по телефону решала вопросы по расчётам, порядку оплаты счетов. Фамилия З.М. ей (свидетелю) не известна. Деятельность в ООО «...» она (свидетель) осуществляла до 31 декабря 2018 года. 

Свидетель И.Д.А., допрошенный в судебном заседании 30 ноября 2020 года, суду показал, что в период с 2016 года по конец 2018 года он работал в ООО «Ира», знает ФИО2 (генеральный директор), И.С.Шаму (...). З.М.Шама, насколько ему известно, помогала по бухгалтерии. ФИО1 непосредственно .... ФИО1 контролировал деятельность каждого работника, собирал документы по трудоустройству работников, он (свидетель) также этим занимался. Он (свидетель) табелировал слесарей, потом передавал табели И.С.Шаме, куда потом уходили эти документы он не знает; равно как не знает, кто табелировал его рабочее время. З.М.Шама он первый раз увидел на работе (...), когда та приехала с ФИО1. Он (свидетель) тогда был вместе с ФИО2, который сказал, что З.М.Шама будет помогать с бухгалтерией, поскольку бухгалтер не справляется. Точное содержание разговора между ними не помнит. Ему известно, что З.М.Шама платила по счетам, участвовала в судебных заседаниях. Ему это известно, потому что несколько раз обращался к ней с просьбой оплатить услуги ..., запчасти и т.п. Это было до конца 2018 года, на момент его (свидетеля) ухода из ООО «Ира». З.М.Шама помогала решать какие-то бухгалтерские вопросы, но с ноября 2019 года, когда он (свидетель) снова устроился в ООО «Ира», он уже не знает как обстояли дела. Свидетель предполагает, что З.М.Шама работала на дому, в ООО «Ира» на рабочем месте её не было; пару раз он (свидетель) привозил ей документы для суда. Размер заработной платы ФИО1 ему не был известен, он не обращал внимания на её размер, поскольку просто расписывался в ведомостях за себя. 

Свидетель Ж.М.В., допрошенный в судебном заседании 11 декабря 2020 года, суду показал, что более 15 лет работает в ОАО «...». С июля 2019 года он по роду деятельности стал общаться с ООО «Ира», которое обратилось в банк за выдачей кредита. Контактировал в основном с ФИО2, но последний давал ему (свидетелю) контакты своего бухгалтера – З.М., с которой он созванивался по номеру телефону №... в июле 2019 года при оформлении кредита и в последующем ежеквартально по вопросам предоставления бухгалтерских документов. Лично З.М.Шама он (свидетель) не видел, общение происходило исключительно по телефону, обмен письмами и документами происходил по электронной почте. Сведения по начисляемой заработной плате работникам ООО «Ира» ему не известны; подобные документы в ОАО «...» не предоставлялись. 

Свидетель С.Л.П., допрошенная в судебном заседании 8 июля 2021 года, суду пояснила, что в трудовых отношениях с ООО «Ира» не находится. Генеральный директор ООО «ИРА» обратился к её генеральному директору К.Е.В. (ООО «...») с просьбой подготовить отчетную документацию. Она ей дала задание встретиться с Р.А. и решить его проблемы с отчетностью: провести аудит, проверить все ли сдано, все ли стыкуется. Период, за который осуществлялась ею проверка, 2019-2020 годы. В её распоряжение для проведения аудита был предоставлен доступ ко всей отчетности ООО «Ира» в электронном виде, также были предоставлены ведомости получения заработной платы. Трудовые договоры с работниками запрашивала у ФИО2 по спорным моментам. Ей (свидетелю) был предоставлен ключ электронной цифровой подписи под расписку для работы в электронной отчетности ООО «Ира». Отчётность изучала дома, со своего компьютера. Ведомости по заработной плате ей были представлены в подлиннике за 2019-2020 годы. Имеющиеся в распоряжении суда подлинники ведомостей отличаются от подлинников ведомостей, представленных ей (свидетелю) от ООО «Ира»: там не было подписи Шама, у остальных были. Запрашивала трудовые договоры и соглашения к ним, когда выявляла резкие различия в заработной плате. Так, резко отличалась заработная плата от всех остальных у ФИО1, вдруг 50 тысяч рублей нарисовалось. Также не было трудового договора на З.М.Шама. Есть в ООО «Ира» бухгалтер или нет – ей (свидетелю) неизвестно. Она (свидетель) проверяла и корректировала отчётность в пенсионный фонд, в ФСС, в налоговую инспекцию. По И.С.Шаме возникли расхождения по размеру заработной платы; у него не было дополнительного соглашения об увеличении заработной платы: он проходил везде, как все работники, а потом у него резко выросла заработная плата. Она (свидетель) попросила дополнительное соглашение на него, - его не оказалась. В среднем заработная плата в ООО «ИРА» в районе 13 000 рублей, а у ФИО1 заработная плата оказалась в районе 50 000 рублей. ФИО2 сказал, что такую зарплату своему сотруднику он не подписывал и приказал ей (свидетелю) уменьшит до уровня, как у всех остальных работников. Ей (свидетелю) поступило задание, что сделать, как сделать, кому сделать. На момент осуществления проверки отчетной документации она знала о наличии спора в суде с И.С.Шамой о заработной плате. Корректирующая отчетность на И.С.Шаму была составлена, исходя из устных распоряжений генерального директора ООО «ИРА».

В силу статьи 67 ГПК Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд полагает, что к показаниям свидетелей М.А.А., Ж.М.В., И.Д.А. следует отнестись критически, поскольку их показания какими-либо иными материалами дела не подтверждаются. Показания М.А.А. относятся к периоду до декабря 2018 года, равно как и показания И.Д.А., работавшего в ООО «Ира» в период с 2016 по 2018 год. Его показания в части ведения З.М.Шама бухгалтерского учёта в ООО «Ира» (после его возвращения в ООО «Ира» в ноябре 2019 года) носят вероятностный характер, основанный на личных предположениях. Достоверных данных, ставящих под сомнение ведомости выдачи заработной платы работникам (в частности, И.С.Шаме), переданную в 2019-2020 годах в соответствующие органы отчетность, в материалах дела не имеется. 

Обеспечение организации надлежащего ведения бухгалтерского учёта и соблюдение финансового порядка расходования денежных средств Общества возложено на руководителя юридического лица, что следует из смысла статей 7, 9 Федерального закона «О бухгалтерском учёте» от 6 декабря 2011 года № 402-ФЗ, Устава Общества с ограниченной ответственностью ООО «Ира». 

Достоверных доказательств о возложении указанной обязанности на иное лицо (в частности, на З.М.Шама и (или) И.С.Шаму) в материалах дела не имеется. Представленная суду переписка между ФИО2 и З.М.Шама (фотографические снимки с телефонного аппарата) об оплате счетов, поступлении субсидий и т.п. таковыми не являются. 

Равно как, суду не представлено объективного подтверждения, приведённых стороной ответчика ООО «Ира» доводов относительно наличия у З.М.Шама ключа электронной подписи и доступа в электронное приложение Клиент-Банк в отношении ООО «Ира» и совершение с их помощью действий по искажению бухгалтерской (налоговой) отчётности в части сведений о трудовой деятельности и заработной плате ФИО1. Из материалов проверки, запрошенной судом в УМВД России по городу Костроме, указанного не следует. Напротив, как следует из материала проверки, на который сторона ответчика неоднократно ссылалась в своих возражениях, мотивом (поводом) обращения ФИО2 в правоохранительные органы явилось его несогласие с отражением в данных бухгалтерского учёта и налоговой отчётности в части сведений о трудоустройстве З.М.Шама в ООО «Ира», а вовсе не ФИО1. Уголовного дела в отношении ФИО5 и (или) ФИО1 по обстоятельствам, составляющим предмет настоящего судебного разбирательства, не возбуждалось; приговора суда, вступившего в законную силу, также не имеется. 

Кроме того, достоверных и убедительных доказательств недобросовестности со стороны ФИО1, а также доказательств наличия счетной ошибки при начислении ему заработной платы за период с апреля 2019 года по 10 июня 2020 года суд не усматривает, стороной ответчика в материалы дела не представлено. 

По мнению суда, в рассматриваемом случае отсутствие оформленного в письменной форме трудового договора и (или) дополнительного соглашения к трудовому договору об изменении размера оплаты труда (при том, что фактически с июля 2019 года истцу выплачивалась заработная плата исходя из размера в 50 000 рублей) в силу системного толкования статей 57, 72, 129, 135 ТК Российской Федерации не свидетельствует о недостижении сторонами трудового спора такого соглашения, а подтверждает лишь тот факт, что работодатель ООО «Ира» не предпринял мер к оформлению в надлежащей форме трудовых отношений с ФИО1 и, в последующем, имевшему место неоднократному изменению в период работы условий оплаты его труда. 

При указанных обстоятельствах, суд полагает доказанным факт того, что размер заработной планы ФИО1 составил: с 1 апреля 2019 года - 25 000 рублей, с 1 июля 2019 года – 50 000 рублей, что подтверждается платёжными ведомостями, справками о доходах и суммах налога физического лица по форме 2-НДФЛ за отчётные 2019-2020 годы; сведениями о состоянии индивидуального лицевого счёта застрахованного лица, поданными в том числе в апреле и августе 2020 года.

С учётом изложенного, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании задолженности по заработной плате с 16 декабря 2019 года по 10 июня 2020 года в размере 214 592 рублей 76 копеек, компенсации за неиспользуемый отпуск, задолженности по расчёту по больничным листам, а равно требований об обязании ООО «Ира» представить в налоговый орган корректирующую налоговую отчётность, с указанием начисленной заработной платы ФИО1 в соответствующем размере. Оснований для удовлетворения встречных исковых требований ООО «Ира» суд не усматривает.

Согласно статье 139 ТК Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Согласно пункту 4 Постановления Правительства Российской Федерации «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» от 24 декабря 2007 года № 922 средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев.

При определении среднего заработка используется средний дневной заработок в следующих случаях: для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска; для других случаев, предусмотренных ТК Российской Федерации, кроме случая определения среднего заработка работников, которым установлен суммированный учет рабочего времени. (пункт 9 указанного Постановления)

Средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (29,3). (пункт 10 указанного Постановления)

Сумма заработной платы, фактически начисленной И.С.Шаме за отработанные дни в расчетном периоде (с 1 июня 2019 года по 31 мая 2020 года), предшествующего увольнению, составила 575 000, из расчёта, с учётом положений пунктов 4, 9 Постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922. Исходя из требований пункта 10 Постановления Правительства Российской Федерации «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» от 24 декабря 2007 года № 922, средний дневной заработок ФИО1 составил 1 635 рублей 38 копеек, из расчёта: 575000 рублей / 12 месяцев / 29,3.

Принимая во внимание, что стороной ответчика ООО «Ира» заявленный объём неиспользованного отпуска не оспорен, документального подтверждения (приказов об использованных отпусках, личной карточки Т-2 с данными о количестве и продолжительности использованных дней отпуска с момента трудоустройства и т.п.) в материалы дела не представлено, суд принимает как обоснованно применённый расчётный показатель при определении компенсации за неиспользованный отпуск «количество дней, за которые положена компенсация», равный 55,42 дням. 

С учётом изложенного, с ответчика «Ира» в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск при увольнении в размере 78 850 рублей 76 копеек (за вычетом НДФЛ в размере 11 782 рублей), исходя из расчета: 1 635 рублей 38 копеек (средний заработок ФИО1) * 55,42 дня (количество неиспользованных дней отпуска). 

Расчёт задолженности по временной нетрудоспособности в части выплаты первых трех дней за счет работодателя по больничным листам ЭЛН №... от 20 апреля 2020 года (период с 20 апреля 2020 года по 27 апреля 2020 года) в сумме 1 914 рублей 38 копеек; ЭЛН №... от 25 мая 2020 года (период с 25 мая 2020 года по 8 июня 2020 года) в сумме 1 917 рублей 97 копеек; ЭЛН №... от 9 июня 2020 года (период с 9 июня 2020 года по 18 июня 2020 года) в сумме 1 917 рублей 97 копеек – судом проверен и признан правильным; обоснованного контррасчёта стороной ответчика не представлено.

В соответствии со статьёй 236 ТК Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Спорные выплаты (заработная плата за период с 16 декабря 2019 года по 10 июня 2020 года, выплата по листам временной нетрудоспособности, компенсация за неиспользованный отпуск при увольнении) не произведены истцу И.С.Шаме до настоящего времени.

С учётом заявленного истцом периода взыскания процентов (по состоянию на 30 ноября 2020 года) суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ООО «Ира» в пользу истца денежной компенсации, предусмотренной статьёй 236 ТК Российской Федерации, и устанавливает её в размере 22 867 рублей 71 копейки, из которой: компенсация за задержку выплаты заработной платы в размере 18 581 рубля 61 копейки (за период просрочки с 1 января 2020 года по 30 ноября 2020); компенсации за задержку выплаты по больничному листу от 20 апреля 2020 года в размере 125 рублей 49 копеек (за период просрочки с 1 мая 2020 года по 30 ноября 2020 года); компенсации за задержку выплаты по больничному листу от 25 мая 2020 года в размере 93 рублей 37 копеек (за период просрочки с 16 июня 2020 года по 30 ноября 2020 года); компенсации за задержку выплаты по больничному листу от 9 июня 2020 года в размере 83 рубля 97 копеек (за период просрочки с 1 июля 2020 года по 30 ноября 2020 года); проценты за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск в размере 3 983 рублей 27 копеек (за период просрочки с 11 июня 2020 года по 30 ноября 2020 года).

Разрешая требования истца ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 237 ТК Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с частью 9 статьи 394 ТК Российской Федерации в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Из материалов дела усматривается, что неправомерными действиями ответчика ООО «Ира», выразившимися в невыплате заработной платы, компенсации на неиспользованный отпуск, выплат по листкам временной нетрудоспособности И.С.Шаме причинен моральный вред. Истец ФИО1 указал, что испытывал нравственные страдания в связи с отсутствием средств к существованию, вынужден был обращаться к супруге и дочери за материальной поддержкой, которые оплачивали его лечение и визиты к врачам. 

Суд соглашается с доводами стороны истца, что в результате нарушения ответчиком ООО «Ира» трудовых прав ФИО1, в результате незаконных действий в виде невыплаты причитающихся выплат, в том числе при увольнении выплат, истец испытывал нравственные страдания. Оценив степень нравственных страданий истца, степень вины ответчика, а также требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.

Разрешая требования истца ФИО1 о взыскании с ответчика судебных расходов суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на оплату услуг представителей, в соответствии со статьёй 94 ГПК Российской Федерации относятся к издержкам, связанным с рассмотрением дела.

В силу части 1 статьи 98 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со статьёй 393 ГК Российской Федерации при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» указано, что по смыслу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 части второй НК Российской Федерации и статьи 393 ТК Российской Федерации работники при обращении в суд с исками о восстановлении на работе, взыскании заработной платы (денежного содержания) и иными требованиями, вытекающими из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, освобождаются от уплаты судебных расходов.

Принимая во внимание, что необходимость проведения почерковедческой экспертизы обусловлена непризнательной позицией стороны ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску ООО «ИРА», суд согласно определению суда о назначении экспертизы возложил данную обязанность на сторону ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску ООО «ИРА», которая от исполнения возложенной обязанности самоустранилась. Данные расходы были фактически понесены истцом ФИО1, что подтверждается чеками-ордерами Сбербанк онлайн от 18 марта 2021 года на общую сумму 16 000 рублей. 

При указанных обстоятельствах суд полагает необходимым взыскать понесенные расходы истца ФИО1 по оплате служебной почерковедческой экспертизы с ответчика ООО «Ира» в полном объёме. 

В соответствии со статьёй 103 ГПК Российской Федерации, статьёй 333.19 НК Российской Федерации с ответчика ООО «Ира» в доход бюджета Костромского муниципального района Костромской области подлежит взысканию госпошлина в размере 6 421 рубля, от уплаты которой истец ФИО1 при подаче иска был освобождён.

Руководствуясь статьями 194-198 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ИРА» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользуемый отпуск, задолженности по расчёту по больничным листам, денежной компенсации за задержку выплат, о признании незаконными действий работодателя по удержанию из заработной платы – удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «ИРА» в пользу ФИО1: задолженность по заработной плате за период с 16 декабря 2019 года по 10 июня 2020 года в размере 214 592 рублей 76 копеек; задолженность по компенсации за неиспользованный отпуск за отработанный период с 2 ноября 2018 года по 10 июня 2020 года в сумме 78 850 рублей 76 копеек; задолженность по расчету по больничному листу ЭЛН №... от 20 апреля 2020 года (период с 20 апреля 2020 года по 27 апреля 2020 года) в части выплаты первых трех дней за счет работодателя ООО «ИРА» в сумме 1 914 рублей 38 копеек; задолженность по больничному листу ЭЛН №... от 25 мая 2020 года (период с 25 мая 2020 года по 8 июня 2020 года) в части выплаты первых трех дней за счет работодателя ООО «ИРА» в сумме 1 917 рублей 97 копеек; задолженность по расчету по больничному листу ЭЛН №... от 9 июня 2020 года (период с 9 июня 2020 года по 18 июня 2020 года) в части выплаты первых трех дней за счет работодателя ООО «ИРА» в сумме 1 917 рублей 97 копеек; проценты за нарушение срока выплат при увольнении на сумму невыплаченных: заработной платы, листков нетрудоспособности, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, в размере 22 867 рублей 71 копейки; компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, итого на общую сумму: 342 061 рубля 55 копеек.

Обязать ООО «ИРА» предоставить в налоговый орган корректировку налоговых деклараций в отношении ФИО1, а именно: справку о доходах и суммах налога физического лица по форме 2-НДФЛ (Форма по КНД 1151078) за отчётные 2019-2020 годы; расчёт по страховым взносам (форма по КНД 1151111) за расчётный (отчётный) период (код) 31, 33, 34 (2-4 кварталы 2019 года), с указанием начисленной заработной платы ФИО1 в размере:

1) за 2019 год в общей сумме 406 940 рублей 16 копеек, из которой за 2-4 кварталы 2019 года в сумме 377 909 рублей 96 копеек, а именно: апрель 2019 года – 25 000 рублей, май 2019 года – 25 000 рублей, июнь 2019 года – 25 000 рублей, июль 2019 года – 50 000 рублей, август 2019 года – 50 000 рублей, сентябрь 2019 года – 52 909 рублей 96 копеек, октябрь 2019 года – 50 000 рублей, ноябрь 2019 года – 50 000 рублей, декабрь 2019 года – 50 000 рублей;

2) 1) за 2020 год в общей сумме 307 118 рублей 84 копейки, из которой: январь 2020 года – 50 000 рублей, февраль 2020 года – 50 000 рублей, март 2020 года – 50 000 рублей, апрель 2020 года – 38 564 рубля 2 копейки, май 2020 года – 35 294 рубля 12 копеек, июнь 2020 года – 83 260 рублей 70 копеек. 

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 - отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований Общества с ограниченной ответственностью «ИРА» к ФИО1 о взыскании денежных средств – отказать.

Взыскать с ООО «ИРА» в пользу ФИО1 расходы по оплате судебной почерковедческой экспертизы в размере 16 000 рублей. 

Взыскать с ООО «ИРА» в доход бюджета Костромского муниципального района Костромской области государственную пошлину в размере 6 421 (Шести тысяч четырёхсот двадцати одного) рубля.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Костромской районный суд Костромской области в течение месяца со дня изготовления (составления) мотивированного решения.

Федеральный судья

К.А.Батухина