УИД 54RS0007-01-2020-006011-03

Дело № 2-713/2021 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29 июня 2021 года 

г. Новосибирск 

Октябрьский районный суд города Новосибирска в составе:

председательствующего судьи 

ФИО1 

секретаря 

ФИО2 

помощника судьи Поречневой Т.В. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Министерству финансов РФ, ФСИН России, Главному управлению внутренних дел по Новосибирской области о возмещении вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ, Главному управлению внутренних дел по Новосибирской области о возмещении вреда, просит обязать ответчиков выплатить ему как потерпевшей стороне компенсацию в размере 2000000 руб. за нарушение его прав, свобод, за незаконное содержание в камерном режиме (1 год 6 месяцев).

В ходе рассмотрения, исходя из характера спорных правоотношений, доводов истца, приведенных в исковом заявлении, к участию в деле в качестве соответчика была привлечена ФСИН России. 

В обоснование исковых требований указано, что /дата/ Черепановским районным судом Новосибирской области в отношении ФИО3 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу с содержанием в СИЗО-3 р.н. Линево Искитимского района Новосибирской области.

/дата/ в отношении ФИО3 был вынесен приговор по ч.1 ст.109 УК РФ и ему было назначено наказание в виде 1 года 10 месяцев лишения свободы с отбывание наказания в исправительной колонии – поселении. Срок отбытия наказания исчислен с /дата/.

Истец полагает, что нарушение его прав заключается в том, что он содержался строже, чем ему было назначено судом.

В порядке ст. 128, «а» ст.129 УИК РФ истец должен содержаться на территории колонии-поселения, а истца содержали с нарушением данных статей, поскольку истец содержался в камерной системе, что является нарушением его прав. 

ФИО3 отбывал наказание по приговору от /дата/, в ФКУ СИЗО-3 ГУ ФСИН России по Новосибирской области содержался в период с /дата/ по /дата/.

В колонии поселении отбывал наказание с /дата/ по /дата/. 

Истец полагает, что приговор от /дата/ является доказательством и доказывает, что истца незаконно и необоснованно содержали в СИЗО-3 р.п. Линево.

Истец полагает, что причиненный ему моральный и материальный вред подлежит возмещению в полном объеме независимо от вины следователя или суда. Истец утверждает, что подвергался пыткам и бесчеловечному, унижающему его достоинство обращению со стороны администрации ФКУ СИЗО03 р.п. Линево. 

Истец полагает, что должностными лицами (следователем, прокурором, судьей) были нарушены его Конституционные права и свободы в результате незаконного содержания под стражей в камерном режиме.

Часть 1 ст. 109 УИК РФ не предусматривает наказание в виде содержания под стражей в камерной системе. Тем самым истец полагает, что ему подлежит выплате за каждый день в отдельности за все его страдания. Истец считает, что его должны были содержать с /дата/ по /дата/ на территории колонии – поселения.

ФИО3, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, исковые требования поддержал в полном объеме, ранее представил суду подробные пояснения к своему первоначальному исковому заявлению (л.д. 58, 82, 110).

Представитель ответчика ФСИН России, ГУ ФСИН России по Новосибирской области ФИО, действующая на основании доверенностей, в судебном заседании исковые требования не признала, ранее суду был представлен отзыв на исковое заявление.

Представитель ответчика ГУ МВД России по Новосибирской области ФИО, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, суду представлены письменные возражения на исковое заявление. 

Представитель третьего лица прокуратуры Новосибирской области ФИО, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований.

Третье лицо ФКУ СИЗО-3 ГУ ФСИН России по Новосибирской области о времени и месте рассмотрения дела было извещено, представитель в судебное заседание не явился, направил ходатайство о разбирательстве дела в его отсутствие (л.д. 142). 

Суд, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, оценив в совокупности представленные доказательства, приходит к следующему. 

Из материалов дела следует, что постановлением судьи Федерального районного суда общей юрисдикции Черепановского района Новосибирской области в отношении ФИО3 по результатам рассмотрения представления следователя прокуратуры Черепановского района была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу с содержанием в СИЗО-3 р.п. Линево Искитимского района Новосибирской области, в связи с тем, что ФИО3 обвинялся в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человек, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего (по ч.4 ст.111 УК РФ) (л.д. 59, 79).

Постановлениями Черепановского районного суда Новосибирской области от /дата/, /дата/ срок содержания под стражей ФИО3 в СИЗО-3 р.п. Линево Искитимского района Новосибирской области был продлен (д.д. 78, 80). 

Данное постановление не было отменено судом кассационной инстанции, вступило в законную силу. 

Приговором Черепановского районного суда Новосибирской области от /дата/, ФИО3 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ и ему назначено наказание в виде одного года десяти месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии поселении. Мера пресечения оставлено прежней – содержание под стражей в СИЗО №3 р.п. Линево. Срок отбытия наказания исчислен с /дата/ (л.д. 9-15, 50-56).

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от /дата/ приговор Черепановского районного суда Новосибирской области от /дата/ в отношении ФИО3 оставлено без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя ФИО – без удовлетворения (л.д. 45-49) 

Согласно ответу заместителя начальника ГУ ФСИН России по Новосибирской области от /дата/ на УКП при ФКУ ИК-8 ГУ ФСИН России по Новосибирской области ФИО3 отбывал наказание в период с /дата/ по /дата/ (л.д. 8). В соответствии с п. 2 ст. 150 ГК РФ, - нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Реабилитация лиц, незаконно подвергнутых уголовному преследованию, регламентирована нормами гл. 18 УПК РФ, исходя из содержания которой, - право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования).

Из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ, которые даны в Постановлении от дата N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" следует, - основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

К лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его.

Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении него уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями ст. 134 УПК РФ они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.

ФИО3 не относится к лицам, имеющим право на реабилитацию.

При этом необходимость наличия реабилитирующих оснований для возникновения права на компенсацию вреда, причиненного действиями государственных органов в результате осуществления незаконного уголовного преследования, предусмотрена положениями УПК РФ (статьи 133 - 139).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Согласно ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор. Право на реабилитацию согласно данной норме права включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьи 105 УК РФ на часть 4 статьи 111 УК РФ).

В пункте 9 указанного выше Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 г. N 17 разъяснено, что основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанных в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за второй квартал 2008 года переквалификация действий лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, на менее тяжкое обвинение либо исключение из обвинения части эпизодов или квалифицирующих признаков судом, постановившим обвинительный приговор, сами по себе не являются реабилитирующими обстоятельствами.

В статье 133 УПК РФ перечислен исчерпывающий перечень лиц, имеющих право на реабилитацию в связи с незаконным уголовным преследованием, в котором не указаны лица, чьи действия в процессе рассмотрения уголовного дела в суде были переквалифицированы на другой состав уголовно наказуемого деяния.

ФИО3 не приобрел право на возмещение вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.

В силу ч. 2 ст. 22 Конституции РФ содержание под стражей допускается только по судебному решению.

В соответствие с ч. 3 ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей до судебного разбирательства засчитывается в сроки лишения свободы из расчета один день за один день.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

Из анализа приведенных норм материального права следует, что компенсация морального вреда подлежит выплате в случае неправомерного виновного действия или бездействия причинителя вреда, в результате которых были нарушены принадлежащие потерпевшему нематериальные блага, при наличии причинной связи между неправомерным действием (бездействием) и наступившими последствиями.

Согласно ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года, участником которой является Российская Федерация, никто не должен подвергаться бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу ст. 14 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих человеческое достоинство видов обращения и наказания, каждое государство - участник Конвенции обеспечивает право на справедливую и адекватную компенсацию.

В соответствии со ст. ст. 4, 15, 17, 23, 24 Федерального закона N 103-ФЗ от 15.07.1995 "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - ФЗ от 15.07.1995 г. N 103-ФЗ) содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В силу ст. 22 ФЗ от 15.07.1995 г. N 103-ФЗ в соответствующей редакции, подозреваемые и обвиняемые подлежали обеспечению бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

ФИО3 содержался в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Новосибирской области в период с /дата/ по /дата/.

При этом из материалов дела следует, что ФИО3 обвинялся в совершении преступления предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. 

В данном случае отсутствия основания для вывода о том, что истец незаконно содержался под стражей до постановления в его отношении приговора.

Обвинение ФИО3 в совершении указанного преступления давало основания для избрания и применения в его отношении в соответствии со ст. 108 УПК РФ меры пресечения в виде заключения под стражу.

С учетом изложенного, само по себе то обстоятельство, что срок содержания ФИО3 под стражей был зачет в срок отбытия наказания в виде лишения свободы в колонии – поселении не свидетельствует о том, что истец незаконно содержался под стражей до постановления в его отношении приговора.

Доказательств того, что в период пребывания истца в следственном изоляторе, условия его содержания не отвечали предъявляемым к ним требованиям, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ представлено не было и в ходе рассмотрения дела.

Согласно справке по личному делу от /дата/ ФИО3 был осужден /дата/ Черепановским районным судом Новосибирской области по ст.109 ч.1 УК РФ на срок 1 год 10 месяцев лишения свободы колонии – поселения. Начало срока /дата/, конец срока /дата/. Приговор вступил в законную силу с /дата/, справка в учреждение поступила /дата/. /дата/ в ИЦ ГУВД России по Новосибирской области направлено извещение об оставлении осужденного в учреждении до конца срока. /дата/ направлен в ФКУ СИЗО-1 ГУ ФСИН России по Новосибирской области для дальнейшего распределения в исправительную колонию для отбытия наказания (л.д. 88).

Согласно справочным данным материалы личного дела ФИО3 уничтожены по акту №вн от /дата/ в связи с истечением срока хранения (л.д. 96). 

Истцом во исполнение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, подтверждающих, что в результате действий (бездействия) должностных лиц нарушены его личные неимущественные права либо принадлежащие ему иные материальные блага и причинен моральный вред. Истцом не приведено доказательств того что, действия должностных лиц по созданию условий содержания истца являются незаконными. В связи с указанной нормой права обязанность по доказыванию факта причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам возлагается на истца. Именно истец должен доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями, бездействием государственного органа и имеющимся у истца имущественным и моральным вредом. Поскольку факт незаконности действий (бездействия) должностных лиц государственного органа не установлен и причинно-следственная связь между предполагаемыми незаконными действиями (бездействием) должностных лиц и вредом, на который ссылается истец, отсутствует, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

При таких обстоятельствах, в связи с неустановлением в ходе судебного разбирательства оснований для взыскания с ответчиков компенсации морального вреда, связанного с нарушением правил содержания под стражей истца в указанный им в исковом заявлении период, в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда по данному основанию истцу надлежит отказать.

Кроме того, требования к ГУ МВД России по Новосибирской области заявлены необоснованно, поскольку по смыслу ст. 158 БК РФ, ст. 1069 ГК РФ, надлежащим ответчиком по заявленным требованиям является главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска ФИО3 к Министерству финансов РФ, ФСИН России, Главному управлению внутренних дел по Новосибирской области о возмещении вреда, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения суда с подачей жалобы через Октябрьский районный суд г. Новосибирска. 

Председательствующий (подпись)