№ 2-3863/2020

УИД: 22RS0068-01-2020-005092-36

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 ноября 2020 г. г. Барнаул

Центральный районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Сергеевой И.В.,

при секретаре Жильниковой Н.Б., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО11 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства в Алтайском крае о взыскании суммы компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю о взыскании суммы компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований указал, что приговором Железнодорожного районного суда г.Барнаула от 03 декабря 2019 года он был оправдан по предъявленному по 

<

данные изъяты> УК РФ обвинению на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ – за отсутствием в действиях состава преступления, то есть, по реабилитирующему основанию. 

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Алтайского краевого суда от 31 января 2020 года приговор был оставлен без изменения, а апелляционное представление прокурора и апелляционные жалобы потерпевших – без удовлетворения.

01 февраля 2019 года истец был впервые допрошен в качестве подозреваемого, а 04 февраля 2019 года истцу было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ.

Общий срок уголовного преследования составил один календарный год. 

На момент предъявления обвинения истец являлся врачом-хирургом 

<

данные изъяты>».

Все это время истец испытывал глубокие нравственные и физические страдания, чувство обиды. Следственные действия проводились часто, истцу приходилось совмещать работу врачом с регулярными дежурствами и хождение к следователю. Уголовное преследование унижало честь и достоинство истца как человека и профессионального врача, о факте привлечения к уголовной ответственности узнало большое количество людей. Данные обстоятельства подтолкнули и стали причиной увольнения истца из медицинского учреждения, в котором он работал длительное время. ФИО1 не мог уделять должного внимания своей семье. На протяжении всего времени он страдал головными болями, бессонницей, впадал в депрессивное состояние, принимал лекарственные препараты.

На основании изложенного, просит взыскать с ответчика за счет средств казны Российской Федерации сумму в размере 1820000 руб. в качестве компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении. Истец пояснил, что ему, как практикующему врачу-хирургу, посещать Следственный комитет было тяжело, так как следователь не всегда назначал точное время для встречи. Ему приходилось переносить операции, дежурства. В этот период тяжело было работать. Истец исполнял обязанности заведующего отделением, а через год панировал занять должность заведующего отделением, но он уволился вскоре после вынесения приговора, поскольку морально не смог дальше заниматься врачебной деятельностью. Несколько лет он работал в больнице, очень много сил вкладывал в свое развитие, чтобы стать хорошим врачом. Этот случай уголовного преследования был единственным. На следственные действия в качестве свидетелей вызывали докторов, учителей школ, соответственно, о привлечении его к уголовной ответственности знал большой круг лиц. В связи суголовным преследованием состояние здоровья ухудшилось.

Представитель Министерства Финансов Российской Федерации и Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве. Указала, что истцом не представлено доказательств причинения ему морального вреда, размер заявленной суммы является завышенным. 

Представители Следственного управления Следственного комитета РФ по Алтайскому краю ФИО4, Прокуратуры Алтайского края ФИО5 не оспаривали право истца на реабилитацию, пояснили, что размер заявленной суммы является чрезмерно высоким.

Выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, изучив собранные по делу доказательства, дав им оценку в совокупности по своему внутреннему убеждению, как того требует статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Установлено, что постановлением от 31 октября 2017 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ. Уголовному делу присвоен №.

Постановлением следователя от 28 января 2019 года ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т.1 л.д.53).

28 января 2019 года ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого (т.1 л.д.54).

28 января 2019 года ФИО1 в качестве подозреваемого ознакомлен с постановлениями о назначении судебной экспертизы, с заключениями эксперта, с протоколами допроса эксперт, с протоколом допроса специалиста (т.1 л.д.74-82, л.д.84-86).

01 февраля 2019 года ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого (т.1 л.д.57).

01 февраля 2019 года следователем Славгородского МСО, прикомандированного к отделу по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Алтайскому краю ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ (т.1 л.д. 62). Объявлено постановление истцу 04 февраля 2019 года.

04 февраля 2019 года ФИО1 допрошен в качестве обвиняемого (т.1 л.д. 67).

08 февраля 2019 года ФИО1 дополнительно допрошен в качестве обвиняемого (т.1 л.д. 70).

08 февраля 2019 года ФИО1 в качестве обвиняемого ознакомлен с протоколом допроса эксперта (т.1 л.д. 83).

30 апреля 2019 года была проведена очная ставка между обвиняемым ФИО1 и свидетелем (т.1 л.д. 87).

16 мая 2019 года постановлением Железнодорожного районного суда г.Барнаула наложен арест на ? долю в общей долевой собственности на жилое помещение, принадлежащую ФИО1 (т.1 л.д.163).

17 мая 2019 года следователем четвертого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Алтайскому краю вынесено новое постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого (т.1 л.д.90).

17 мая 2019 года ФИО1 допрошен в качестве обвиняемого (т.1 л.д. 95).

20 мая 2019 года ФИО1 дополнительно допрошен в качестве обвиняемого (т.1 л.д. 98).

Постановлением следователя от 20 мая 2019 года ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т.1 л.д. 104).

20 мая 2019 года ФИО1 ознакомлен с заключением специалиста (т.1 л.д.105-106).

21 мая 2019 года ФИО1 ознакомлен с материалами уголовного (т.1 л.д.107).

Судебное следствие длилось почти полгода (т. 2 л.д. 2-131). Приговором Железнодорожного районного суда г.Барнаула от 03 декабря 2019 года (дело №) ФИО1 оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.

Апелляционным определением Алтайского краевого суда от 31 января 2020 года приговор Железнодорожного районного суда г.Барнаула от 03 декабря 2019 года оставлен без изменения, апелляционное представление прокурора – без удовлетворения.

В силу ст. 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктом 2 части первой статьи 24 УПК РФ (отсутствие в деянии состава преступления).

Согласно ст. 136 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст.1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены HYPERLINK \l "consultantplus://offline/ref=AA7F0B57C5EC20DB82969F025CC894A936D8039A6B0798784C83EEE88E88EAA446BF363DC8BB1753vCT5I" статьей 1069 настоящего Кодекса. 

В соответствии со ст.1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

С учетом положений ст. ст. 151, 1099-1101, 1070-1071 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежащим ответчиком по иску является Министерство Финансов РФ. 

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Таким образом, истец должен доказать причинение морального вреда при определенных обстоятельствах и конкретным лицом, степень физических и нравственных страданий, претерпеваемых им, и в чем они выражаются, причинно-следственную связь между причинением вреда и наступившими физическими или нравственными страданиями, размер компенсации вреда.

Факт незаконности уголовного преследования подтверждается материалами дела, сторонами не оспорен. Право на реабилитацию ФИО1, включающее право на устранение последствий морального вреда, за истцом признано в установленном законом порядке.

Согласно п. 105 Постановления Европейского Суда по правам человека от 24 июля 2003 года № 46133/99, № 48183/99, некоторые формы морального вреда, включая эмоциональное расстройство, по своей природе не всегда могут быть предметом конкретного доказательства. Однако это не препятствует присуждению судом компенсации, если он считает разумным допустить, что заявителю причинен вред, требующий финансовой компенсации. Причинение морального вреда при этом не доказывается документами, а исходит из разумного предположения, что истцу причинен моральный вред незаконными действиями ответчика.

Свобода личности, неприкосновенность личности гарантируется государством и в силу Конституции РФ является одним из важнейших прав гражданина, определяет смысл и содержание всех прав гражданина и человека. Сам по себе факт уголовного преследования предполагает наличие нравственных страданий, переживаний, вызванных отрицательной, негативной оценкой личности гражданина со стороны государства, обвинением в совершении действий, которые не согласуются с общепринятыми нормами и правилами поведения в обществе. 

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что требование ФИО1 о компенсации морального вреда является обоснованным и подлежит удовлетворению. 

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд считает безусловным и не требующим доказывания то обстоятельство, что в результате незаконного уголовного преследования истцу дополнительно были причинены нравственные страдания, заключавшиеся в беспокойстве за свое будущее, негативных эмоциях в связи с совершаемыми процессуальными действиями.

Устанавливая размер компенсации морального вреда, суд учитывает следующие обстоятельства. 

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в 

<

данные изъяты>

Из пояснений ФИО1 следует, что информация о возбуждении в отношении него уголовного дела, о привлечении к уголовной ответственности, а также об обстоятельствах обвинения, стала известна по месту его работы и широкому кругу лиц, как в кругах медицинских работников, так и в иных социальных сферах. 

Из представленной характеристики следует, что по месту трудовой деятельности ФИО1 характеризовался положительно, за многолетний добросовестный труд в деле охраны здоровья детского населения в 2016 года был награжден почетной грамотой Главного управления Алтайского края по здравоохранению и фармацевтической деятельности. Трудовая деятельность занимала очень значимое место в жизни истца. 

Индивидуальные особенности личности истца, его социальный статус, возраст и положение в обществе, занимаемая должность врача-хирурга, стремление к развитию врачебной карьеры усугубили степень нравственных страданий, связанных с незаконным привлечением к уголовной ответственности. 

То обстоятельство, что информация о возбуждении уголовного дела, привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления средней тяжести стала известна широкому кругу лиц, не могло не усилить степень причиненных нравственных страданий.

С учетом общепринятых норм морали указанная информация могла сформировать отрицательное отношение к личности истца и недоверие, утере авторитета, что он прекрасно понимал и соответственно глубоко переживал за это.

При определении компенсации морального вреда, суд также учитывает, длительность уголовного преследования в отношении истца, которое имело место в период с 28 января 2019 до 31 января 2020 года, количество и длительность проведенных следственных действий, их характер, количество судебных заседаний и обстановка, в которой они проводились, тяжесть вмененного преступления, которое относится к категории средней тяжести, отсутствие у истца судимости. Большое значение при определении степени нравственных страданий истца имеет и существо вмененного ФИО1 состава, связанного с его профессиональной деятельностью. 

Длительное время истец был ограничен такой мерой пресечения, как подписка о невыезде. Также во время следствия истец продолжал работать, исполнять свои служебные обязанности, находясь в стрессовой ситуации, в состоянии усталости после дежурств и следственных действий. Анализ сведений о дежурствах и графике работы ФИО1 в период расследования и рассмотрения дела в суде при их сопоставлении с материалами уголовного дела и протоколом судебного заседания по нему позволяет сделать вывод об определенных трудностях при организации рабочего времени истца. 

В процессе рассмотрения дела в суде допрашивались коллеги истца, которые давали оценку произошедшему. В ходе судебного разбирательства был проведен следственный эксперимент, характер которого не мог не заставить истца морально переживать, поскольку была повторена та операция, которая послужила основанием для возбуждения уголовного дела.

Суд принимает во внимание доводы истца о том, что одним из последствий уголовного преследования явилось принятие решения о прекращении врачебной деятельности и увольнении. Хотя в период работы истец охарактеризовал себя исключительно с положительной стороны, летальных исходов не имелось. Истцом было проведено большое количество операций, у него имелось желание и возможность стать заведующим отделением. Из материалов дела следует и подтверждается приказом от 26 марта 2020 года, что трудовой договор между 

<

данные изъяты>» и ФИО1 прекращен 01 апреля 2020 года на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ. 

В дело представлены медицинские документы (т.1 л.д.147-154), которыми подтверждаются факты обращения истца за медицинской помощью к врачу-неврологу, в которых отражен такой анамнез, как «ухудшение состояния здоровья на фоне длительной психотравмирующей ситуации (на фоне возбужденного против пациента уголовного дела на стадии следствия), в которой находился истец. В то же время истцом не представлено надлежащих и достаточных доказательств наличия причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья (причинением вреда) и уголовным преследованием, как это закреплено ст. 56 ГПК РФ, помимо наличия нравственных переживаний, стресса, ухудшения общего самочувствия. 

Оценивая совокупность представленных доказательств по правилам ст. 67 ГПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, конкретные обстоятельства причинения вреда, требования разумности и справедливости с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 140000 руб.

Оснований для взыскания компенсации как в большем, так и меньшем размере суд не усматривает, исследовав в совокупности представленные доказательства при рассмотрении гражданского дела. Тот способ расчета размера взыскиваемой суммы, который был озвучен представителем истца в судебном заседании, суд не принимает при вынесении решения, поскольку он не основан на нормах действующего законодательства и не соответствует принципам разумности, справедливости и соразмерности. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 ФИО12 удовлетворить частично. 

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 ФИО13 денежную компенсацию морального вреда в размере 140000 рублей. 

В остальной части заявленные требования оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Алтайский краевой суд через Центральный районный суд г.Барнаула в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья И.В. Сергеева