Копия.

Судья Караневич О.А. Дело № 22-1350/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ижевск 05 августа 2021 года

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Муллануровой Э.З., 

с участием прокурора Мальцева А.Н., 

подсудимых Сырчина И.В., Бадан Е.А., Загребина А.В. 

защитников по назначению, адвокатов Логинова О.С., Задорина А.В., Альтаповой К.Р., по соглашению Дегтяревой О.Н.,

при помощнике судьи в качестве секретаря судебного заседания Зелениной Т.С., 

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционному представлению старшего помощника Воткинского межрайонного прокурора Воложаниновой Ю.Ф. на постановление Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 26 мая 2021 года о возвращении прокурору уголовного дела в отношении Сырчина ИВ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Бадан ЕА, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Загребина АВ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ. 

Изучив доводы апелляционного представления, заслушав выступления участников процесса, прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления, подсудимых, защитников, не усматривающих оснований для отмены решения суда, суд 

УСТАНОВИЛ:

постановлением Воткинского районного суда УР от 26 мая 2021 года уголовное дело в отношении Сырчина И.В., Бадан Е.А., Загребина А.В., обвиняемых в совершении преступления предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении старший помощник Воткинского межрайонного прокурора Воложанинова Ю.Ф. выражает несогласие с постановлением Воткинского районного суда УР от 26 мая 2021 года. Считает незаконным и необоснованным вывод суда о наличии препятствий к доступу каждого обвиняемого к правосудию, что влечет нарушение права на защиту. Ссылается на положения ч. 1 ст. 50, ч. 2 ст. 49, ч. 1 ст. 72 УПК РФ. Поясняет, что согласно материалам дела при допросах в качестве подозреваемых ФИО1, Бадан Е.А., являясь соучастниками инкриминируемого им преступления, давая показания по обстоятельствам совершенного им преступления, пользовались услугами защитников Поповой Е.Н. и Даниловой Е.А.; указанный факт свидетельствует о том, что право на защиту на указанной стадии следствия нарушено не было. Далее уточняет, что в дальнейшем, воспользовавшись правом, предусмотренным ч. 1 ст. 50 УПК РФ, ФИО1 и Бадан Е.А. заключили соглашение с защитником Дегтяревой О.Н.; при этом, данные ими с участием указанного защитника показания друг друга не изобличали, интересам обоих не противоречили. Отмечает, что вину в предъявленном обвинении в окончательном виде ФИО1 и Бадан Е.А. не признали, от дачи показаний отказались, воспользовавшись правом, предусмотренным уголовно-процессуальным законом. Считает, что нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые бы свидетельствовали о наличии препятствий к доступу каждого обвиняемого к правосудию, нарушении их прав на защиту, наличии неустранимых нарушений требований УПК РФ, и, как следствие, невозможности вынесения итогового решения по делу, не допущено. Обращает внимание на то, что, суд, разрешив 13 апреля 2021 года ходатайство государственного обвинителя об отводе защитника Дегтяревой О.Н., принимая решение об отводе адвоката от защиты Бадан Е.А., предоставив ему защитника по назначению суда, не поставил последнего в положение нарушения его права на защиту; сами обвиняемые при разрешении вопроса об отводе адвоката о нарушении их прав на защиту не заявляли, решение суда не обжаловали. Полагает, что, суд, удовлетворив ходатайство об отводе защитника Дегтяревой О.Н. от защиты Бадан Е.А. фактически поставил его в неравное положение с положением подсудимого ФИО1, однако данное препятствие не явилось не устранимым, поскольку судом как по ходатайству сторон, так и по собственной инициативе может быть разрешен вопрос об отводе защитника Дегтяревой О.Н. и от защиты ФИО1, если по мнению суда участие данного защитника будет нарушать право подсудимых на защиту. При этом уточняет, что после отвода защитника подсудимые не лишены возможности защищаться любыми способами, не запрещенными законом, в том числе, как давать изобличающие друг друга показания, так и отказаться от них, а также получать консультации от вновь избранных защитников. По ее мнению, оценивая законность и обоснованность обвинительного заключения, суд не учел позицию Конституционного Суда РФ о фундаментальном характере нарушений уголовно-процессуального закона, являющихся основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. Ссылается на практику Конституционного Суда РФ. Кроме того указывает, что судом не учтено, что при принятии решения о возвращении уголовного дела прокурору, в том числе по собственной инициативе, суду необходимо учитывать правовую позицию участников уголовного судопроизводства с целью недопущения нарушения их прав и законных интересов, в первую очередь, на рассмотрение уголовного дела судом в разумные сроки. Просит обжалуемое постановление суда отменить, направить уголовное дело в Воткинский районный суд для рассмотрения по существу.

Проверив представленные материалы, обсудив и проверив доводы апелляционного представления, выслушав стороны, прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления, подсудимых и их защитников, не усматривающих оснований для отмены решения суда, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного судебного решения на основе данного заключения или постановления.

Согласно обжалуемого постановления, суд по ходатайству стороны защиты, а именно защитника подсудимого Бадан Е.А. – адвоката Поповой Е.В. возвратил уголовное дело прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В обосновании своих выводов о необходимости возврата дела прокурору суд первой инстанции указал на нарушение права обвиняемого Бадан Е.А. на защиту при расследовании уголовного дела.

В соответствии с ч. 6 ст. 49 УПК РФ, одно и тоже лицо не может быть защитником двух подозреваемых или обвиняемых, если интересы одного из них противоречат интересам другого.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он, в том числе, ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого.

Согласно разъяснению, содержащемуся в абзаце третьем пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2015 года N 29 "О практике применения законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве", следует, если между интересами обвиняемых, защиту которых осуществляет один адвокат, выявятся противоречия (признание обвинения одним и оспаривание другим по одним и тем же эпизодам дела; изобличение одним обвиняемым другого и т.п.), то такой адвокат подлежит отводу (пункт 3 части 1 статьи 72 УПК РФ, подпункт 2 пункта 4 статьи 6 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", пункт 1 статьи 13 "Кодекса профессиональной этики адвоката" (принят Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года).

Так, согласно материалам дела ФИО2, Бадан Е.А., ФИО1 обвиняются в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ – незаконная рубка лесных насаждений, совершенная в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору.

При первоначальных допросах ФИО1, Бадан Е.А. в качестве подозреваемых, обвиняемых давали изобличающие друг друга показания. Их защитниками были адвокаты Попова Е.Н. и Данилова Е.А. Далее указанные подсудимые заключили соглашения с адвокатом Дегтяревой О.Н. (Бадан Е.А. 18 июня 2020 года, ФИО1 – 15 июня 2020 года) на защиту их интересов и данный адвокат осуществляла их защиту до окончания предварительного следствия. В период осуществления защиты адвокатом Дегтяревой О.Н., подозреваемый Бадан Е.А. частично изменил свои первоначальные показания в пользу ФИО1 (т. 2 л.д. 177 протокол дополнительного допроса в качестве подозреваемого); подозреваемый ФИО1 дал показания против Бадан Е.А. При предъявлении обвинения оба вину по уголовному делу не признали, в протоколах допросов в качестве обвиняемых отказались от дачи показаний.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание, что Бадан Е.А. вину не признал, а подозреваемый ФИО1, с участием защитника Дегтяревой О.Н., дал показания против Бадан Е.А., изобличение одним соучастником другого по одним и тем же эпизодам преступлений, свидетельствует о наличии противоречий интересов и исключает защиту одним адвокатом интересов указанных лиц по уголовному делу.

Постановлением суда от 13 апреля 2021 года, по ходатайству государственного обвинителя, в связи с невозможностью осуществления одним и тем же адвокатом защиты двоих соучастников преступления, дающих изобличающие друг друга показания, защитник Дегтярева О.Н. была отведена от защиты интересов Бадан Е.А.. Решение суда вступило в законную силу.

Таким образом, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции считает, что было существенно нарушено право Бадан Е.А. на защиту в ходе предварительного следствия.

В соответствии с установленным в Российской Федерации порядком уголовного судопроизводства предшествующее рассмотрению дела в суде, досудебное производство призвано служить целям полного и объективного судебного разбирательства по делу.

С учетом содержания и значимости досудебного производства уголовно-процессуальный закон гарантирует обвиняемому на стадии предварительного расследования его право на защиту.

Нарушение процессуальных прав обвиняемого на стадии предварительного расследовании лишает его эффективной судебной защиты.

С учетом этих положений закона нарушение права обвиняемого на защиту в ходе предварительного расследования не может быть восполнено в судебном заседании.

При таких обстоятельствах и наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ч.1 ст. 237 УПК РФ, изложенные в постановлении суда доводы в обоснование возвращения дела, свидетельствуют о правильном применении уголовно-процессуального закона. 

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения доводов апелляционного представления и для отмены постановления суда, признавая его законным, обоснованным и мотивированным.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, при принятии судом решения, допущено не было.

По настоящему уголовному делу ФИО2, Бадан Е.А., ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. При решении вопроса о мере пресечения, суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для ее отмены либо изменения, поскольку обстоятельства, послужившие основанием для ее избрания, не изменились и не отпали.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.14, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 26 мая 2021 года, о возвращении прокурору уголовного дела в отношении ФИО2, Бадан Е.А., ФИО1, - оставить без изменений. 

Апелляционное представление старшего помощника Воткинского межрайонного прокурора Воложаниновой Ю.Ф., - оставить без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения, может быть обжаловано в суд кассационной инстанции – судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. 

Председательствующий

Копия верна. Судья :