Дело № 

П Р И Г О В О Р

 

Именем Российской Федерации

<

адрес> «03» августа 2017 года

Куйбышевский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Рыкалиной Л.В.,

при секретаре с/заседания ФИО4,

с участием государственного обвинителя помощника прокурора 

<

адрес> ФИО15, 

подсудимого ФИО2,

адвоката ФИО16, представившей ордер от 06.06.2017 г. и удостоверение №,

потерпевшей Потерпевший №1,

рассмотрел в открытом судебном заседании в 

<

адрес> уголовное дело в отношении 

ФИО2 ФИО22, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, холостого, с образованием средним специальным, не работающего, зарегистрированного проживающим по 

<

адрес> п. ФИО1 

<

адрес>а 

<

адрес>, фактически постоянного места жительства не имеющего, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершил убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку при следующих обстоятельствах.

Так, в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в 

<

адрес>, расположенном по адресу: 

<

адрес>, садовое товарищество собственников недвижимости «КАСКАД», имеющем координаты N 53° 7’12.92" (северной широты) и Е 87° 09’28.56" (восточной долготы), в ходе ссоры, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений с ранее знакомым ФИО5, умышленно, с целью его убийства, используя в качестве орудия преступления нож нанес последнему множественные удары клинком ножа в области шеи, головы, грудной клетки, а также нанес не менее двух ударов кулаками рук в область головы, причинив своими действиями ФИО5:- множественные колото-резаные раны: в околоушной области раны №,№; в области угла нижней челюсти справа рана №; в щечной области справа рана №; в скуловой области справа раны №; у правого угла рта рана №; в подбородочной области справа раны №,12,13; на верхней губе рана №; на красной кайме нижней губы слева рана №; на нижней губе слева рана №; на верхней губе слева рана №; в щечной области слева рана №; в левой скуловой области раны №,22; в подбородочной области слева рана №; в области нижней челюсти слева раны №, 25; на передней поверхности шеи в верхней трети раны №, 27; в проекции ветви нижней челюсти слева рана №; в околоушной области слева рана №; на левой боковой поверхности шеи в верхней и средней трети раны №; на переднебоковой поверхности шеи слева рана №, №; а также резаные раны: № в подбородочной области справа. Вред здоровью причиненный ранами №, 17-29, 35-47, квалифицируется как легкий, по признаку длительности расстройства здоровью, сроком менее 21 суток; а также ушибленные раны на верхней губе №, на нижней губе срединно №. Вред здоровью причиненный ранами № и 16 квалифицируется как легкий по признаку длительности расстройства здоровью, сроком менее 21 суток; а также поверхностные мелкоточечные колото-резаные раны /11/ на передней поверхности грудной клетки слева, поверхностные резаные раны на передней поверхности в средней трети шеи рана №, которые вреда здоровью не причинили; а также колото-резаные ранения № на левой боковой поверхности шеи в верхней и средней трети по одной вертикальной линии, как в отдельности, так и в совокупности вызвали вред здоровью, который квалифицируется как тяжкий по признаку опасности для жизни, между причинением которых и наступлением смерти причинно-следственная связь прямая.

В результате умышленных действий ФИО2 от обильной кровопотери, развившейся вследствие колото-резаных ранений шеи № повреждающих левую сонную артерию, наступила смерть ФИО5, то есть ФИО2 убил его.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину признал частично, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он, ФИО19, ФИО9 №7 приехали на дачу ФИО19 в СО «Каскад», где ФИО9 №7 оплатила долг ФИО19 за электричество, после чего они подключили электричество и распивали спиртное. В ходе распития спиртного, ФИО19 неоднократно провоцировал ссоры, предъявлял претензии ФИО9 №7 о том, что она украла в доме сапоги, оскорблял ее нецензурно, угрожал ей сначала дважды топором, потом ножом. В ходе последнего конфликта он отобрал у ФИО19 нож, при этом порезал себе руку, поскольку схватился за лезвие, а ФИО19 схватил его за горло, но в ходе борьбы потерпевший упал на диван, а он оказался сверху него и начал наносить ему ножом удары в область головы, шеи, грудной клетки, специально куда-либо не целился, возможно, что придавил ФИО19, поскольку находился сверху. Сколько он нанес ударов не помнит, поскольку у него наступило «какое-то помутнение», когда пришел в себя, потерпевший еще хрипел и возможно он мог ударить его кулаком. Возможно, что нож в пакет положил он сам, но не помнит этого, не может пояснить, зачем прикрыл лицо потерпевшего подушкой, после чего он и ФИО9 №7 уехали к ней домой, где ФИО9 №7 постирала его вещи, но только потому, что они были грязные. На следующий день он от ФИО9 №7 ушел, уехал в реабилитационный центр 

<

адрес>, но не скрывался от следствия, а необходимо был сменить обстановку и круг общения. После того как его задержали и до настоящего времени пребывает в шоке, поскольку не знал причину своего задержания, поэтому показания на предварительном следствии давал неполные, не читал свои протоколы допроса, лишь подписывал их, доверяя следователю. 

Суд считает, что вина ФИО2 в совершении данного преступления в судебном заседании установлена полностью и подтверждается показаниями самого подсудимого в ходе предварительного следствия, свидетелей в судебном заседании и на предварительном следствии, письменными доказательствами: 

Так, в ходе предварительного следствия ФИО2, будучи допрошенным ДД.ММ.ГГГГ в качестве подозреваемого (л.д. 157-163 т. 1) и ДД.ММ.ГГГГ в качестве обвиняемого (л.д. 59-61 т. 2), последовательно указывал на то, что ДД.ММ.ГГГГ, находясь в дачном доме потерпевшего ФИО19 в ходе совместного распития спиртного и возникшей с ФИО19 ссоры из-за его необоснованных претензий к ФИО9 №7 в краже имущества, увидев, что ФИО19 вернулся с кухни с ножом и стал угрожать им ФИО9 №7, он отобрал у ФИО19 нож, повалил на диван, придавив нижнюю часть тела потерпевшего своими ногами и нанес ему данным ножом более десятка ударов в область головы, шеи, грудной клетки. При этом, ФИО19 кричал, пытался встать, но не мог, удары он наносил с силой, клинок ножа при этом погнулся, удары ножом наносить перестал, когда потерпевший уже не двигался, хрипел. 

Показаниями в судебном заседании потерпевшей Потерпевший №1, которая пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ ее сын ФИО5 уехал из дома в поликлинику и больше она его не видела, на телефонные звонки он ей не отвечал. При себе у ФИО19 имелись деньги около 4000 руб. Об обстоятельствах его гибели узнала только в ходе следствия. В течение последних лет ФИО19 не работал, злоупотреблял спиртным. Но характеризует его с положительной стороны, как заботливого сына, который помогал ей материально, ухаживал за ней..

Показаниями в судебном заседании и на предварительном следствии (л.д. 105-112 т. 1) свидетеля ФИО9 №7, из совокупности которых следует, что длительное время была знакома, поддерживала отношения и периодически проживала с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ на улице она встретила ФИО2 и ранее ей не знакомого ФИО19. С их слов узнала, что живут они на даче у ФИО19. После этого она с ФИО2 и ФИО19 приехала на данную дачу, где они стали распивать спиртное. Между ФИО19 и ФИО2 произошла ссора, поскольку ФИО19 заподозрил ее в краже сапог. Во время распития спиртного ссоры между ними возникали неоднократно. ФИО19 беспричинно оскорблял ее, потом размахивал ножом, кинулся с ножом на нее, после этого ФИО2 отобрал у ФИО19 нож, повалил его на диван, на котором ФИО19 и сидел до этого и начал наносить ему удары ножом в область лица и шеи. Ударов было очень много, возможно несколько десятков. ФИО19 после первых ударов пытался сопротивляться, издавал хрипы, потом перестал подавать признаки жизни. После чего ФИО2 встал с дивана, руки у него были в крови, нож положил в пакет, после чего они с ФИО2 из данного дома уехали к ней домой, где она постирала вещи, в которых находился ФИО2, поскольку они были грязные, но на джинсах ФИО2 не отстирались и остались пятна крови. 

Показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО9 №8, из которых следует, что в ноябре 2016 г. он познакомился в реабилитационном центре с ФИО2, с ФИО19 был знаком с конца марта 2017 г. По предложению ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ они все поехали жить к нему на дачу на «Каскаде». В доме не было электричества, поэтому через два дня, ДД.ММ.ГГГГ он оттуда уехал, а ФИО19 и ФИО2 остались. 

Показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО9 №1, из которых следует, что он работает участковым, осуществлял розыск ФИО19 в связи с совершением преступления и причинением телесных повреждений ФИО3. ДД.ММ.ГГГГ он прибыл в садовое общество «Каскад» для проверки дачи, где ФИО19 периодически проживал. Дверь в дом была не заперта, в доме на диване он обнаружил труп ФИО19 со следами телесных повреждений и насильственной смерти. Обстановка в доме свидетельствовала о распитии там спиртных напитков компанией, на полу находились бутылки из-под спиртного, закуска. После чего им была вызвана опергруппа. 

Показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО6, из которых следует, что он является председателем СО «Каскад». Собственником участка № является ФИО9 №3, но в доме проживал ее бывший муж ФИО19, охарактеризовать которого может как скандального человека, злоупотребляющего спиртным. В начале апреля ФИО19 сообщил, что будет проживать в своем доме. С ФИО19 приходил ранее не знакомый ему мужчина, но не подсудимый, который со слов ФИО19 также собирался жить в его доме. 

Показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО9 №3, из которых следует, что ФИО19 ее бывший супруг. Поскольку ФИО19 жить было негде, он проживал на даче, приобретенной ими в браке. Поскольку ФИО19 периодически ее избивал, дачей она не пользовалась и туда не приезжала. ДД.ММ.ГГГГ она поехала на дачу, чтобы поговорить с ФИО19 о продаже дачи, в доме обнаружила беспорядок, на диване следы крови, от председателя Общества узнала, что ФИО19 убили в данном доме. 

Показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО9 №6, из которых следует, что периодически ее мать ФИО9 №7 с сожителем ФИО2 проживали у нее доме. ФИО9 №7 и ФИО2 пришли домой утром ДД.ММ.ГГГГ в сильной степени опьянения, где они находились, она не спрашивала. После возвращения вечером с работы видела, что одежда ФИО2 была постирана, их дом ФИО2 покинул на следующий день. Через несколько дней ФИО9 №7 рассказала ей, что они находились на даче, где распивали спиртное, у ФИО2 и его друга произошла ссора, в ходе которой ФИО2 начал бить его руками и ножом. ФИО9 №7 пояснила, что ссору спровоцировал ФИО19, который кидался на нее с топором, ударил по ноге обухом. 

Протоколом проверки показаний на месте обвиняемого ФИО2 с фототаблицей, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ следственной группе, с участием понятых, защитника, ФИО2 последовательно и подробно рассказывал о месте происшествия, указал, где находится дом, в котором он находился с ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ, а также дорогу к данному дому, в садовом обществе указал месторасположение дома потерпевшего. Затем, находясь в доме, указал место совершения убийства ФИО19 (на диване в комнате после неоднократных ссор в ходе распития спиртного). Указал, где во время происшествия находились он сам, свидетель ФИО9 №7, потерпевший ФИО19, подробно описал происходившие до преступления события, действия всех участников, в том числе, где брал нож ФИО19, куда отобрав нож, он его выбросил, где ФИО19 взял второй нож, а также подробно описывал и свои действия (как отобрал нож, повалил ФИО19 на диван, находясь сверху, придавил нижнюю часть тела ФИО19 коленями и нанес ему несколько десятков беспорядочных ударов ножом), пояснял, что не помнит, куда дел нож после совершения преступления (л.д. 63-89 т. 2). 

Показаниями в судебном заседании свидетелей ФИО23, пояснивших, из которых следует, что в их присутствии ФИО2 указывал на обстоятельства убийства потерпевшего в ходе проверки показаний на месте, где они присутствовали в качестве понятых, рассказывал, что в ходе конфликта использовался нож, ФИО24 указывала, что ФИО2 рассказывал о том, что выбрасывал какой-то топор, но в ходе проверки показаний топор не был обнаружен, поскольку там, куда указывал ФИО2 его не было, больше про топор он ничего не пояснял и не говорил, что топор был у потерпевшего.

Показаниями в судебном заседании свидетеля ФИО7, который пояснил, что все следственные действия он выполнял в соответствии с требованиями УПК РФ. В протоколе осмотра места происшествия им было отражено все, что было обнаружено на месте происшествия и изымалось там. В ходе проверки показаний на месте ФИО2 все обстоятельства произошедшего убийства воспроизводил сам в присутствии понятых и защитника. С протоколом проверки показаний на месте ФИО2 был ознакомлен, подписал его, замечаний никаких от него, от защитника не поступало. Версию о том, что ФИО19 использовал топор при проверке показаний на месте ФИО2 не выдвигал. Показания в качестве подозреваемого и обвиняемого давал добровольно. 

Протоколом очной ставки между свидетелем ФИО9 №7 и подозреваемым ФИО2, из которого следует, что во время распития спиртного между ФИО2 и ФИО19 неоднократно возникали конфликты, поскольку ФИО19 заподозрил ее в краже сапог, оскорблял ее, потом кинулся на нее и размахивал ножом, после чего ФИО2 отобрал у ФИО19 нож, повалил его на диван и начал наносить ему множественные, удары ножом около 20-30 в область лица, шеи, грудной клетки так, что нож даже погнулся. После чего нож ФИО2 был завернут в пакет, туда же они положили закуску. После чего они с ФИО2 из данного дома уехали к ней домой. ФИО2 подтвердил данные показания ФИО9 №7, в части того, что именно он нанес множественные удары ножом в ходе ссоры и убил ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ, однако, уточнил, что ФИО19 дважды с ножом пытался кинуться на ФИО9 №7, а не один раз, при этом, ножи были разные. Первый нож он отобрал и выбросил, а второй отобрал и уже им нанес удары ФИО19. Нож в пакет он не заворачивал и пакет с собой не брал. При этом, ФИО9 №7 утверждала о том, что с нож был один, а не два как указывает ФИО2 (л.д. 173-177 т. 1). 

Протоколом осмотра места происшествия 

<

адрес> Садовом обществе «Каскад» в 

<

адрес> с фототаблицей, из которого следует, что дом состоит из веранды, кухни и комнаты. В ходе проведения осмотра в доме обнаружен беспорядок, на полу лежат бутылки из-под спиртного, окурки, бытовой мусор, на столе - остатки пищи. На диване обнаружен труп мужчины. С места происшествия изъяты: отвертка (на улице у калитки), ножницы (в кухне на холодильнике), вырезы из одеяла и занавески со следами крови, окурки (на полу, на столе), смывы с косяка при входе в комнату, черный полиэтиленовый пакет (около дивана на полу), в котором находился кухонный нож. Изъятые предметы упакованы и опечатаны при понятых (л.д. 9-21 т. 1). 

Протоколом осмотра трупа мужчины, обнаруженного в 

<

адрес> Садового общества «Каскад» в 

<

адрес> с фототаблицей, из которого следует, что труп мужчины лежит на диване в комнате на спине, на лице, шее, передней поверхности грудной клетки, множественные зияющие раны различной формы; на одежде, одеяле наложения жидкости, похожей на кровь (л.д. 22-30 т.1). 

Протоколом выемки, из которого следует, что у ФИО2 были изъяты: светлый свитер, пара черных кроссовок, брюки черного цвета, куртка болотного цвета, проездные билеты за ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 168-172 т. 1) и протоколом осмотра указанных вещей, из которого следует, что на изъятых у ФИО2 кроссовках, брюках и куртке имеются неопределенной формы пятна бурого цвета, на свитере - пятна серовато-желтого цвета. Проездной билет за ДД.ММ.ГГГГ от 

<

адрес> до 

<

адрес> по маршруту №н, из 

<

адрес> в 

<

адрес> (л.д. 112-120 т. 2).

Протоколом выемки, из которого следует, что у свидетеля ФИО9 №7 были изъяты: брюки, кофта, куртка, зимние женские сапоги (л.д. 134-140 т. 1) и протоколом осмотра указанных вещей, из которого следует, что на изъятых у ФИО9 №7 сапогах, брюках, кофте и куртке каких-либо следов, пятен не обнаружено (л.д. 112-120 т. 2).

Протоколом осмотра предметов, изъятых с места происшествия (отвертки, ножниц, ножа, вырезов одеяла, занавески, смывов с косяка дома, окурков, смывов с рук ФИО2, смывов и срезов ногтей свидетелей (л.д. 112-120 т. 2).

Протоколом предъявления предмета для опознания (л.д. 163-168 т. 2), из которого следует, что ФИО9 №7 опознала нож, обнаруженный и изъятый с места происшествия, как орудие преступления (указала, что именно данным ножом ФИО2 наносил удары ФИО19).

Заключением судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО2, из которого следует, что у него были обнаружены 3 поверхностные раны 4-го пальца правой кисти, тыльной поверхности левой кисти, которые возникли от воздействий предмета с острой режущей кромкой, ссадина в области правой ключицы, возникла от скользящего воздействия предмета с выступающей поверхностью, все повреждения относятся к повреждениям, не причинившим вреда здоровью (л.д. 195-196 т. 1). 

Заключением судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО5, из которого следует, что причиной его смерти явилась обильная кровопотеря, развившаяся вследствие колото-резаных ранений шеи №, повреждающих левую сонную артерию. Колото-резаные ранения № на левой боковой поверхности шеи в верхней и средней трети по одной вертикальной линии, раневые каналы которых проходят в подкожно жировой клетчатке, поверхностных мышцах шеи, после чего повреждают стенку левой общей сонной артерии, далее проходят по глубоким мышцам шеи и слепо заканчиваются около тел шейных позвонков, раневые каналы от указанных ран имеют направление слева-направо, горизонтально длину от 4,0 до 5,0 см. указанные раны причинены от 5-ти ударных воздействий плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющего обух и лезвие; причинены в срок за несколько минут до момента наступления смерти; как в отдельности, так и в совокупности вызвали вред здоровью, который квалифицируется как тяжкий по признаку опасности для жизни, между причинением которых и наступлением смерти причинно-следственная связь прямая.

Кроме того, при исследовании трупа обнаружены множественные колото-резаные раны в околоушной области №,№; в области угла нижней челюсти справа №; в щечной области справа №; в скуловой области справа №; у правого угла рта №; в подбородочной области справа №,12,13; на верхней губе №; на красной кайме нижней губы слева №; на нижней губе слева №; на верхней губе слева №; в щечной области слева №; в левой скуловой области №,22; в подбородочной области слева №; в области нижней челюсти слева №, 25; на передней поверхности шеи в верхней трети №, 27; в проекции ветви нижней челюсти слева №; в околоушной области слева №; на левой боковой поверхности шеи в верхней и средней трети №; на переднебоковой поверхности шеи слева №, №; а также резаные раны: № в подбородочной области справа. Вред здоровью причиненный ранами №, 17-29, 35-47 квалифицируется как легкий, по признаку длительности расстройства здоровью, сроком менее 21 суток; а также причинены ушибленные раны на верхней губе №, на нижней губе срединно №. Вред здоровью причиненный ранами № и 16 квалифицируется как легкий по признаку длительности расстройства здоровью, сроком менее 21 суток; а также причинены поверхностные мелкоточечные колото-резаные раны /11/ на передней поверхности грудной клетки слева, поверхностные резаные раны на передней поверхности в средней трети шеи рана №, которые вреда здоровью не причинили. Все повреждения, обнаруженные при исследовании образовались прижизненно, в короткий промежуток времени. Причинение колото-резаных ранений лица и шеи могло сопровождаться обильным наружным кровотечением с фонтанированием. Признаков изменения позы трупа после наступления смерти, признаков волочения не обнаружено. Совершение активных действий после получения ранений головы, шеи возможно в пределах нескольких минут. 

Резаные раны на наружной поверхности левого лучезапястного сустава (№), на внутренней поверхности дистальной фаланги 1 пальца правой кисти (№) можно отнести к повреждениям, которые могли образоваться при борьбе, самообороне. Возможность образования колото-резаных ранений головы, шеи возможно при многократных ударах ножом в область головы, шеи. Концентрация спирта в крови у живых лиц соответствует тяжелой степени алкогольного опьянения. Давность наступления смерти на момент осмотра на месте происшествия ДД.ММ.ГГГГ в 18-40 часов составила около 6-9 суток до момента осмотра. 

Заключением судебной биологической экспертизы (вещественных доказательств) №, из которого следует, что на ноже, лоскутах одеяла и занавески, смывах с косяка, изъятых с места происшествия, смывах с правой руки подозреваемого ФИО2, в подногтевом содержимом ФИО19, была обнаружена кровь человека, происхождение которой как от потерпевшего ФИО19, так и от подсудимого ФИО2, так и свидетеля ФИО9 №7 не исключается. На окурках, изъятых с места происшествия, обнаружена кровь человека, слюна, эпительные клетки, происхождение которых как от потерпевшего ФИО19, так и от подсудимого ФИО2, так и от свидетеля ФИО9 №7 не исключается. На отвертке, ножницах, смывах с левой руки ФИО2, смывах с рук свидетелей ФИО9 №7 и ФИО9 №8 кровь не обнаружена (л.д. 237-247 т. 1).

Заключением судебной биологической экспертизы (вещественных доказательств) №, из которого следует, что в пятнах на свитере, изъятом у подозреваемого ФИО2 (в котором он находился во время совершения преступления), а также на одежде, изъятой у свидетелей ФИО9 №7 и ФИО9 №8, кровь не обнаружена (л.д. 6-15 т. 2).

Заключением медико-криминалистической экспертизы №, из которого следует, что рана № на кожном лоскуте трупа ФИО5 является колото-резаной, причинена плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющего "П"-образный в поперечном сечении обух и острое лезвие. Максимальная ширина погрузившейся части клинка составляет 19-22 мм. Указанная рана могла быть причинена клинком ножа, представленного на экспертизу (т.е., изъятого с места происшествия). Возможность причинения раны острием отвертки, ножницами исключается (л.д. 23-28 т. 2).

Совокупность вышеперечисленных и непосредственно исследованных судом доказательств, которые являются относимыми, допустимыми, получены в соответствии и с соблюдением требований УПК РФ, которые не противоречат друг другу, а напротив, согласуются между собой, полностью подтверждают и дополняют друг друга, - является достаточной для установления вины ФИО2 в совершении убийства потерпевшего ФИО5 

С учетом изложенного, действия ФИО2 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ - убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку. 

Суд считает, что наиболее правдивыми являются показания подсудимого, которые им были даны в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, обвиняемого, в ходе очной ставки со свидетелем ФИО9 №7 и при проверке показаний на месте. При этом, по мнению суда, у ФИО2 не было оснований для самооговора на предварительном следствии, поскольку все процессуальные действия с ним проводились в присутствии защитника, а проверка показаний на месте, кроме того, проводилась следственной группой, при понятых, что исключало возможность оказания на него какого-либо воздействия, каких-либо замечаний ни от самого ФИО2, ни от его защитника о несоответствии излагаемых им сведений и обстоятельств совершенного преступления, фактическим обстоятельствам, не имеется. До начала следственных действий ФИО2 разъяснялись положения ст. 51 Конституции Российской Федерации, ст. 46, 47 УПК РФ, он предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, в том числе, в случае последующего отказа от них, о чем свидетельствуют его подписи в указанных протоколах, а также подписи его защитника. Протокол проверки показаний на месте составлялся в ходе производства следственных действий, о чем свидетельствуют фотографии к протоколу проверки показаний на месте. 

Из указанных протоколов не усматривается нарушений порядка проведения следственных действий, установленного нормами УПК РФ. Замечаний о процедуре проведения, участвовавшие в следственных действиях лица, не заявляли.

Из показаний ФИО2 при проверке показаний на месте, а также из его показаний в судебном заседании и на следствии следует, что удары ножом потерпевшему ДД.ММ.ГГГГ нанес именно он, при этом, в руках у потерпевшего никакого оружия (иных предметов) не было, что явно исключало для подсудимого либо для ФИО9 №7 какую-либо опасность. 

Показания ФИО2 на предварительном следствии являются последовательными, подробными, содержат информацию, которая не могла быть известна постороннему лицу, в том числе сотрудникам полиции (например, о том, что во время нанесения ударов ножом, он придавил тело потерпевшего ногами к дивану, при этом о данном обстоятельстве не содержится сведений ни в явке ФИО2 с повинной, ни в показаниях свидетеля ФИО9 №7, непосредственного очевидца убийства, которая была допрошена раньше ФИО2; о том, что погнулся нож при нанесении потерпевшему ранений) и данные показания ФИО2 полностью подтверждаются совокупностью исследованных судом письменных доказательств (протоколами очной ставки, осмотра места происшествия, проверки показаний на месте), показаниями свидетелей ФИО9 №7, ФИО9 №8, Хомица, которые последовательно указывали на то, что ФИО2 с начала апреля проживал в доме ФИО19, и непосредственно, ДД.ММ.ГГГГ на момент убийства ФИО19 в данном доме кроме потерпевшего, свидетеля ФИО9 №7 и подсудимого, никого не было. При этом, ФИО2 никогда не указывал, что потерпевший пытался напасть на ФИО9 №7 еще и дважды с топором, пытался его душить за шею. Показания ФИО2 на следствии также подтверждаются показаниями свидетелей ФИО10, Берняк, Черняга и ФИО9 №6. 

Из показаний потерпевшей ФИО19 следует, что после произошедшего убийства ФИО9 №3 и ФИО3 приводили в порядок и дом и территорию участка и не находили ни в доме, ни на улице топора. ФИО9 ФИО10 утверждал, что на месте происшествия топора обнаружено не было, в ином случае, он его безусловно бы изъял, все что было обнаружено на месте происшествия было им отражено в протоколе осмотра, все что указывал ФИО2 было отражено в протоколе проверки показаний подозреваемого на месте. 

У суда также нет оснований сомневаться в достоверности и объективности показаний свидетеля ФИО9 №7 на предварительном следствии, поскольку они являлись последовательными и не противоречат иным доказательствам, в том числе, письменным по делу. Так, допрошена свидетель была через незначительное время после произошедшего, поэтому к ее показаниям в той части, что потерпевший во время распития спиртного «хватался» не только за нож, но и нападал на нее с топором, которым причинил ей травму ноги, после чего ФИО2 и причинил ему ножевые ранения, суд относится критически, поскольку о таких событиях на следствии свидетель ФИО9 №7 никогда не поясняла, в том числе на очной ставке с подсудимым, хотя иные подробности произошедшего и действий каждого участника оба описывали достаточно подробно (например, каждый настаивал на определенном количестве ножей, которые брал потерпевший). Версия о наличии у потерпевшего топора у свидетеля появилась только в судебном заседании через продолжительное время после совершенного преступления и никакими объективными данными доводы свидетеля в данной части не подтверждаются, например, какими-либо медицинскими документами о наличии после ДД.ММ.ГГГГ у нее какой-либо травмы ноги. Кроме того, в ходе осмотра места происшествия ни второй нож, ни топор ни в доме, ни на прилегающей территории обнаружены и изъяты не были, хотя, протокол осмотра является очень подробным, с места происшествия была изъята даже отвертка, обнаруженная на улице у калитки. В протоколе осмотра места происшествия не отражено на наличие топора в доме либо на улице, в том числе в том месте, куда по версии ФИО2 он выбросил топор, отобрав его у ФИО19. При этом, в протоколе подробно отражено все, что имело место быть на месте происшествия, даже предметы, не имеющие никакого доказательственного значения (например: мусор, продукты, посуда, банки на кровати, иконка на стене), отражена иная обстановка в доме (мебель, белье, бытовая техника и т.д.), что свидетельствует достаточной полноте, достоверности и объективности протокола осмотра места происшествия. Замечаний от лиц, участвующих в осмотре места происшествия о неполном его содержании не поступило и в протоколе не отражено. 

Кроме того, ФИО9 №7 никогда, в том числе, в свободном рассказе в судебном заседании не указывала о том, что с ножом на нее ФИО19 также «кидался» дважды. Напротив, свидетель ФИО9 №7 на следствии, в том числе на очной ставке с подсудимым и в суде последовательно поясняла, что ФИО19 во время застолья схватил кухонный нож, которым замахивался на нее, ФИО2 отобрал данный нож, повалил ФИО19 на диван и начал наносить ему данным ножом удары.

Сам ФИО2, свидетель ФИО9 №7 утверждают, что никакие вещи из дома они не брали, от орудия преступления не избавлялись. Согласно протокола осмотра места происшествия, второго ножа в доме, на кухне на улице, также как и топора, обнаружено и изъято не было. В доме в комнате был изъят лишь один нож, находившийся в пакете, который и являлся орудием преступления, о чем указано в выводах судебной медико—криминалистической экспертизы и который опознала свидетель ФИО9 №7 как орудие убийства потерпевшего. 

Т.о., в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что именно ФИО2, в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, в ответ на оскорбительные выражения в адрес его сожительницы и необоснованном подозрении ее в краже со стороны потерпевшего, а также его противоправные действия, выразившиеся в том, что он пытался угрожать свидетелю ножом, отобрав данный нож, нанес им ФИО5 множественные удары им в область лица, шеи, груди, причинив, в том числе, повреждения, в виде тяжкого вреда здоровью (раны № от 5 ударов ножом), которые и повлекли смерть потерпевшего. 

Как следует из показаний подсудимого ФИО2, свидетеля ФИО9 №7, кроме подсудимого потерпевшему ФИО5 ножом ранений никто не причинял. Данные показания ФИО2 и ФИО9 №7 подтверждаются протоколом осмотра одежды, изъятой у подозреваемого ФИО2 и свидетеля ФИО9 №7, а также заключения судебной биологической экспертизы (вещественных доказательств) №, из которых следует, что в пятнах на куртке, брюках, правом кроссовке, изъятых у подозреваемого ФИО2, была обнаружена кровь человека, происхождение которой возможно от потерпевшего ФИО19, на одежде, изъятой у свидетеля ФИО9 №7 кровь не обнаружена. Согласно заключения СМЭ, смерть ФИО19 наступила в течение нескольких минут после причинения ему указанных повреждений. 

Т.о., действия ФИО2 являются умышленными, направленными на лишение потерпевшего жизни, так как он осознавал общественную опасность своих действий, поскольку нанес потерпевшему значительное количество (по заключению СМЭ-50) ударов в жизненно важные органы (грудь, лицо, шею), предметом с колюще-режущими свойствами (ножом), которым безусловно можно нарушить анатомическую целостность тканей человека и его внутренних органов. Нанесенные подсудимым ФИО19 удары в шею были причинены с достаточной силой и достаточной для лишения потерпевшего жизни, что являлось для подсудимого очевидным с учетом интенсивности его действий (5 ударов, проникающих в шею на 4-5 см, которые были нанесены в короткий промежуток времени, степень погружения ножа- практически до шейных позвонков), что свидетельствует именно об умышленном характере их нанесении, что установлено судебно-медицинским экспертом при исследовании трупа, экспертом криминалистом и отражено ими в заключениях, а также об этом свидетельствуют характер и локализация повреждений, которые отражены в протоколе осмотра трупа, в заключении СМЭ. Все повреждения были прижизненными, пять из них (№) квалифицируются как тяжкий вред здоровью как в отдельности так и в совокупности и являются опасными для жизни в момент их причинения. Поэтому, оснований рассчитывать, что при таких обстоятельствах смерть потерпевшего не наступит, у подсудимого не было. Т.о., ФИО2 осознавал общественно опасную опасность своих действий и предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в результате своих действий, то есть смерть ФИО19 он причинил умышленно. 

Все повреждения, причиненные потерпевшему были прижизненными, пять из которых нанесены в шею и квалифицируются как тяжкий вред здоровью как в отдельности так и в совокупности и являются опасными для жизни в момент их причинения, от которых и наступила смерть ФИО19. Поэтому, оснований рассчитывать, что при таких обстоятельствах смерть потерпевшего не наступит, у подсудимого не было. 

Т.о., ФИО2 осознавал общественно опасную опасность своих действий и предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в результате своих действий и желал их наступления, то есть смерть ФИО5 он причинил умышленно. Об этом же свидетельствуют и его последующие действия: мер к тому, чтобы оказать потерпевшему какую-либо помощь он не предпринял, с места преступления скрылся. 

Об этом же свидетельствуют и его последующие действия подсудимого: с места происшествия он и свидетель скрылись, после чего свидетелем ФИО9 №7 была постирана его одежда (ввиду чего следов крови на свитере выявлено не было), а затем подсудимый уехал из города в 

<

адрес> (где он получил новую одежду –брюки, кроссовки, куртку) и о чем свидетельствуют изъятый у него проездной билет, подтверждающий факт прибытия ФИО2 в 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ из 

<

адрес> и чего не отрицал сам подсудимый в судебном заседании. Суд полагает, что кровь, обнаруженная экспертами на изъятых у ФИО2 кроссовках, брюках не могла принадлежать потерпевшему, поскольку в данной одежде подсудимый во время совершения преступления не находился. 

Доводы ФИО2 о том, что показания он давал в состоянии шока от того, что был задержан сотрудниками полиции по неизвестной ему причине, суд находит надуманными, поскольку показания на предварительном следствии, как уже было указано, он давал подробные, последовательные, в присутствии защитника, замечаний о несоответствии изложенных в протоколе допросов показаний фактическим обстоятельствам, не высказывал и в протоколах каких-либо замечаний ни ФИО2, ни его защитником отражено не было.

Суд полагает, что ФИО2 и не мог не знать о причинах задержания, поскольку о причине задержания он был уведомлен сразу, о чем свидетельствует соответствующий протокол с подписью подсудимого, согласно которого ему была разъяснена причина задержания: подозрение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, поскольку очевидцы указали на него, как на лицо, совершившее данное преступление (л.д. 149-153 т. 1). В этот же день ФИО2 был допрошен в качестве подозреваемого в убийстве потерпевшего ФИО5, не отрицал к этому свою причастность, подробно пояснил об обстоятельствах совершенного им убийства (л.д.156-163 т. 1). Т.о, данная версия подсудимого не нашла своего подтверждения в судебном заседании.

Как следует из заключения судебно-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, каким-либо психическим расстройством ФИО2 не страдает и не страдал им в момент совершения противоправного деяния. ФИО2 обнаруживает признаки органического поражения головного мозга сложного генеза с психопатизацией личности, о чем свидетельствуют неоднократные травмы головы, неоднократные операции под общим наркозом, массивная алкоголизация, что привело к формированию органической недостаточности головного мозга с соответствующим церебрастеническими расстройствам, усилением присущих с детства вспыльчивости, агрессивности, импульсивности. В ходе исследования выявлены элементы ригидности и торпидности в мышлении, определенной неврологической симптоматики в сочетании с церебральными жалобами и личностными проявлениями в форме аффективной неустойчивости, конфликтности, драчливости, жестокости, склонности к противоправным действиям и алкоголизации. При этом, степень указанных изменений психики у ФИО2 выражена не столь значительно, чтобы он мог в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, т.к. он способен коррегировать свое поведение с учетом конкретных ситуаций и предвидеть последствия своих действий, имеет достаточные интеллектуально-мнестические функции, понимает противоправность и наказуемость содеянного, у него сохранены критические способности. В момент совершения правонарушения ФИО2 не обнаруживал признаков временного расстройства психической деятельности, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения, о чем свидетельствуют фактические признаки опьянения, правильная ориентировка, адекватный речевой контакт с окружающими, целенаправленный и последовательный характер действий, отсутствие психопаталогических симптомов в форме бреда, галлюцинаций. Указание ФИО2 на частичное запамятование отдельных эпизодов правонарушения не противоречит клинике простого алкогольного опьянения. Анализ материалов уголовного дела, настоящего исследования позволяют прийти к выводу о том, что в период, предшествующий совершению противоправных действий ФИО2 не находился в состоянии аффекта, поскольку отсутствует клиническая картина протекания данной эмоциональной реакции. Его состояние следует расценивать как состояние эмоционального возбуждения на фоне простого алкогольного опьянения (т. 2 л.д. 50-53).

Как следует из явки с повинной ФИО2, написанной им добровольно и как в ней указано – собственноручно, которую он в судебном заседании подтвердил: в ходе конфликта с потерпевшим, он выхватил у последнего нож и нанес не менее 10 ударов в область груди. При этом, в явке с повинной ФИО2 не указано ничего о фактах неоднократного нападения на него потерпевшего с ножом и топором, а также о том, что потерпевший хватал его за шею.

Кроме того, из показаний подсудимого, свидетеля ФИО9 №7 следует, что нож ФИО2 у ФИО19 отобрал практически сразу, как только тот его взял и до того, как потерпевшим смог им каким-либо образом воспользоваться, после чего повалил на диван и уже безоружному потерпевшему нанес данным ножом около 50 ударов (о чем свидетельствует заключение судебно-медицинской экспертизы, при этом, характер ранений № и 50 у потерпевшего свидетельствует о борьбе или самообороне). 

Версия ФИО2 и ФИО9 №7, изложенная ими в судебном заседании о том, что потерпевший сначала напал на ФИО9 №7 с топором, ударил ее по ноге, который ФИО2 у него отобрал и выбросил, также не свидетельствует о том, что действовал ФИО2 во время причинения ФИО19 ранений ножом в состоянии необходимой обороны либо при превышении ее пределов. Так, из показаний самого ФИО2 и показаний ФИО9 №7 следует, что топор у ФИО19 подсудимый отобрал и выбросил на улице, после чего ФИО19 успокоился, пошел за спиртным, денег на которое дала ФИО9 №7, ФИО2 в это время в доме потерпевшего чинил телевизор, потом чинил обогреватель, после чего они втроем продолжили распитие спиртного, которое принес ФИО19. Указанные обстоятельства полностью исключают реальность какой-либо угрозы со стороны потерпевшего в момент его убийства, поскольку инцидент с топором (который имел место по версии подсудимого) был исчерпан задолго до этого. 

Таким образом, судом достоверно установлено, что в момент совершения преступления для подсудимого, либо для ФИО9 №7, потерпевший никакой реальной опасности не представлял, что свидетельствует об отсутствии в действиях подсудимого необходимой обороны либо ее превышения, о чем указано стороной защиты, поскольку судом установлено, что опасного посягательства со стороны потерпевшего не существовало в действительности и окружающая обстановка не давала подсудимому оснований полагать, что оно происходит. Факт высказывания потерпевшим нецензурной брани и оскорбительных выражений в адрес свидетеля, о чем также в своих показаниях указывали подсудимый и свидетель ФИО9 №7, не свидетельствуют о какой-либо опасности со стороны потерпевшего, а тем более о нападении на подсудимого либо свидетеля. Однако, указанные действия потерпевшего, по мнению суда, являлись неправомерными, спровоцировавшими конфликт и совершение подсудимым преступления.

Также не установлено в ходе судебного разбирательства факт того, что подсудимый действовал в состоянии аффекта, вызванного действиями потерпевшего, о чем также указано стороной защиты. Из заключения судебной психиатрической экспертизы следует, что в момент совершения преступления ФИО2 в состоянии аффекта не находился, поскольку его действия были вызваны эмоциональным возбуждением на фоне простого алкогольного опьянения. Как следует из показаний самого ФИО2 и свидетеля ФИО9 №7, после совершения преступления, ФИО2 прикрыл лицо ФИО19 подушкой, после чего они в места происшествия уехали домой к ФИО9 №7, где ФИО2 лег спать, что свидетельствует об осознанном и целенаправленном характере поведения ФИО2 после совершенного преступления и что противоречит клинической картине протекания данной эмоциональной реакции. 

Обстоятельства убийства ФИО8 потерпевшего ФИО5 объективно подтверждаются показаниями самого подсудимого на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, протоколом проверки его показаний на месте, на очной ставке, в явке с повинной. Признательные показания ФИО2 на предварительном следствии об обстоятельствах убийства потерпевшего, его явка с повинной подтверждаются протоколами осмотра места происшествия и трупа, заключением СМЭ трупа потерпевшего, заключением медико-криминалистической экспертизы, заключениями судебной биологической экспертизы, заключением судебно-психиатрической экспертизы, показаниями допрошенных судом свидетелей, в частности, ФИО9 №7. 

Суд считает установленным, что все повреждения, обнаруженные у потерпевшего в ходе судебно-медицинского исследования (в том числе, относящиеся к тяжкому вреду здоровью), были причинены именно подсудимым. Тот факт, что ФИО2 указывал, что нанес не менее 10 ударов потерпевшему, а возможно и больше, не свидетельствует о том, что ранения потерпевшему мог нанести кто-то еще, учитывая, что количество нанесенных ударов подсудимый не считал, во время совершения преступления он находился в алкогольном опьянении, свидетель ФИО9 №7 указывает, что кроме ФИО2 больше ударов ножом потерпевшему никто не наносил, и уже в процессе нанесения ФИО2 ранений, потерпевший перестал подавать признаки жизни, после чего они ушли из дома. 

Т.о., судом достоверно установлено, что кроме подсудимого, никто не мог причинить потерпевшему ранения и повреждения, повлекшие его смерть.

Суд считает, что у свидетелей, в частности, ФИО9 №7, не имелось никаких оснований оговаривать подсудимого как на следствии, так и в судебном заседании.

Решая вопрос о виде и мере наказания, в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ суд учитывает характер и общественную опасность содеянного, личность подсудимого, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление и условия жизни семьи осужденного и считает, что исправление ФИО2 возможно только при назначении наказания в виде реального лишения свободы, поскольку исправление его возможно только в условиях изоляции от общества, что будет соответствовать характеру и общественной опасности преступления, личности подсудимого. В соответствии со ст. 43 УК РФ только такая мера наказания будет достаточной для восстановления социальной справедливости, а также для исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, будет соразмерна содеянному. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание в отношении подсудимого суд учитывает, что на момент совершения преступления он являлся лицом, не судимым, вину в ходе предварительного следствия признавал полностью, явку с повинной, состояние здоровья, поскольку он имеет ряд заболеваний (о наличии которых указано в заключении судебной психиатрической экспертизы, справках ГБУЗ КО НМИАЦ (л.д. 226 т. 2) и ФКУЗ МСЧ-42 ФСИН от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 129 т. 3), противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного до или после совершения преступления, либо других обстоятельств существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления в отношении подсудимого не установлено. 

В качестве отягчающего наказания суд учитывает факт совершения ФИО2 преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, поскольку судом достоверно установлено, что нахождение ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения способствовало совершению им указанного преступления исходя из следующего. Из показаний свидетеля ФИО9 №7 как на следствии, так и в судебном заседании, следует, что в день совершения преступления ДД.ММ.ГГГГ на троих они выпили 1 литр водки, после чего ФИО19 принес еще бутылку спиртного, которую они начали распивать, все находились в состоянии сильной степени опьянения. ФИО2 в ходе проведения судебной экспертизы в отношении него, пояснял комиссии, что в пьяном виде конфликтовал, вступал в драки (л.эксп. 4, л.д. 51 т. 2). Из показаний свидетеля ФИО9 №7 в судебном заседании, на предварительном следствии следует, что ФИО2 при употреблении спиртного становился агрессивным, вспыльчивым, избивал ее (л.д. 107-108 т. 1, л.д. 137 т. 3). Из показаний свидетеля ФИО9 №6 следует, что после того, как ФИО2 и ФИО9 №7 приехали домой утром ДД.ММ.ГГГГ они были оба в сильной степени алкогольного опьянения. Согласно выводов судебной-психиатрической экспертизы в отношении ФИО2, преступление им было совершено в состоянии простого алкогольного опьянения, которое в силу особенностей его личности, состояния здоровья и образа жизни способствовало проявлению таких признаков как драчливость, вспыльчивость, агрессия. Этим же фактом экспертами объясняется «запамятование» подсудимым части произошедших событий, а не фактом нахождения его в состоянии аффекта. При этом, обстоятельства совершенного преступления и количество причиненных ФИО2 потерпевшему ранений (50 ран), по мнению суда, свидетельствует о том, что не только неправомерное поведение потерпевшего (о чем указывает подсудимый), но и нахождение подсудимого в алкогольном опьянении способствовало данным действиям и совершению убийства потерпевшего. К доводам подсудимого о том, что алкогольное опьянение не явилось способствующим совершению преступления фактором, суд относится критически, поскольку данные доводы опровергаются показаниями свидетелей ФИО9 №7, ФИО9 №6, заключением СПЭ в отношении ФИО2 и фактическими обстоятельствами совершенного преступления. 

Учитывая изложенное, суд полагает, что оснований для применения правил ст. 62 ч. 1 УК РФ при назначении наказания не имеется.

Оснований для применения при назначении наказания правил ст. 73 УК РФ не имеется.

Оснований для назначения минимального наказания, с учетом данных о личности подсудимого не имеется, поскольку такое наказание не будет соответствовать целям, для которых оно назначается и не будет являться справедливым. Суд считает возможным не назначить подсудимому дополнительное наказание в виде ограничения свободы с учетом совокупности данных о его личности и состояния здоровья. 

Оснований для изменения категории совершенного ФИО2 преступления на менее тяжкую в соответствии со ст. 15 ч. 6 УК РФ с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности не имеется.

В силу ст. 58 ч. 1 п. «в» УК РФ наказание ФИО2 надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима. 

Гражданский иск по делу, заявленный потерпевшей ФИО19 подлежит удовлетворению частично исходя из следующего.

Суд считает, что требования о взыскании расходов по похоронам подлежат удовлетворению в сумме 22409 руб. в соответствии со ст. 15, 1064, 1094 ГК РФ, поскольку указанные расходы подтверждаются представленными потерпевшей (гражданским истцом) документами (договором, квитанциями) и иск в части подтвержденный квитанциями, подсудимый не оспаривал. 

В соответствии со ст. 15 Гражданского Кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (ч. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (ч. 2).

В силу ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

Действия подсудимого, в результате которых погиб ФИО5 носили умышленный характер. Между действиями подсудимого и причиненным потерпевшей материальным и моральным вредом, связанным с гибелью потерпевшего имеется прямая причинно-следственная связь. 

Однако, относимых и допустимых доказательств имущественного вреда на сумму 60.000 руб. истцом суду не представлено, поэтому оснований для удовлетворения в остальной части заявленных имущественных требований не имеется. Так, согласно условий договора и представленных квитанций фактически расходы составили 22409 руб. (7230 руб. было компенсировано пособием на погребение органа соцзащиты). Из показаний ФИО3 и ФИО19 следует, что оформлены документы на ФИО3, но оплачивалось все расходы за счет средств ФИО19, которая давала ФИО3 для этого денежные средства, поскольку сама не могла в силу психологического состояния заниматься данными вопросами. 

Требования Потерпевший №1 о возмещении морального вреда являются обоснованными и подлежат удовлетворению частично в соответствии со ст. 150, 151, 1101 ГК РФ. 

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 ч. 2 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд считает, что смертью близкого ей человека (сына) ей, безусловно, были причинены нравственные страдания, были нарушены ее личные неимущественные права. Однако, по мнению суда, размер заявленной потерпевшей компенсации чрезмерно завышен. Решая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд учитывает, обстоятельства дела, степень виновности подсудимого, степень родственных отношений истца и погибшего, степень перенесенных потерпевшей нравственных страданий по поводу утраты сына, обстоятельств его гибели. С учетом изложенного, а также учитывая требования разумности и справедливости, индивидуальные особенности истца (возраст, состояние здоровья), а также материального положения подсудимого, который не работает (сведений об ином его имуществе в материалах дела нет, в судебное заседание не представлено), умышленной формы вины причинителя вреда, суд считает, что размер морального вреда надлежит определить в сумме 400.000 тысяч рублей. 

В соответствии со ст. 132 ч. 1 УПК РФ процессуальные издержки (суммы, выплаченные адвокатам за оказание им юридической помощи) взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Суд считает, что не имеется оснований для освобождения ФИО2 от уплаты процессуальных издержек (по защите интересов на предварительном следствии в сумме 5720 руб. (л.д. 17-20 т. 3), в связи с чем, с подсудимого следует взыскать в доход федерального бюджета указанную сумму. 

В соответствии с п. 1, 2, 3, 6 ч. 3 ст. 81, ст. 84 УПК РФ вещественные доказательства: кухонный нож, смывы, срезы с одеяла и занавесок, окурки, срезы ногтевых пластин, отпечатки (как не представляющие ценности) следует уничтожить; одежду, изъятую: у ФИО9 №7 (брюки, кофта, куртка, зимние женские сапоги), ФИО9 №8 (кроссовки, джинсы, олимпийку, ветровку), ФИО2 (свитер, кроссовки, брюки, куртку) следует возвратить законным владельцам соответственно, (поскольку доказательств того, что в отношении указанных предметов имеются основания применить правила п. 1, 2, 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ в материалах дела не имеется).

Меру пресечения ФИО2 по данному делу суд считает необходимым оставить без изменения в виде заключения под стражей для обеспечения исполнения приговора в соответствии со ст. 97 ч. 2, 108 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО2 ФИО25 признать виновным по ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде 12 (двенадцати) лет лишения свободы без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбытия наказания ФИО2 исчислять с ДД.ММ.ГГГГ. Зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ 

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу ФИО2 оставить в виде заключения под стражей.

Вещественные доказательства: кухонный нож, смывы, срезы с одеяла и занавесок, окурки, срезы ногтевых пластин, отпечатки (как не представляющие ценности) следует уничтожить; одежду, изъятую у: ФИО9 №7 (брюки, кофту, куртку, зимние женские сапоги), ФИО9 №8 (кроссовки, джинсы, олимпийку, ветровку), ФИО2 (свитер, кроссовки, брюки, куртку) следует возвратить законным владельцам соответственно. 

Взыскать с ФИО2 ФИО26 в пользу ФИО11 ФИО27 в счет возмещения имущественного ущерба 22409 рублей и компенсацию морального вреда в сумме 400.000 рублей, всего 422409 (четыреста двадцать две тысячи четыреста девять) рублей. В удовлетворении заявленных исковых требований в остальной части Потерпевший №1 отказать. 

Взыскать с ФИО2 ФИО28 в доход государства процессуальные издержки в сумме 5720 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. Осужденным, содержащимся под стражей в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в тот же срок, в том числе, путем участия в видео-конференц связи. 

В случае подачи апелляционного представления или апелляционной жалобы другим лицом, осужденный о желании принимать участие в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, должен указать в отдельном ходатайстве или возражении на жалобу, представление в течение 10 суток со дня получения копии приговора, апелляционной жалобы или представления. 

Осужденный вправе поручить осуществление своей защиты при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника. О желании иметь защитника в суде апелляционной инстанции, о рассмотрении дела без участия защитника, осужденный должен сообщить в суд постановивший приговор в письменном виде, указав об этом в апелляционной жалобе, в возражениях на апелляционные жалобу, представление, либо в виде отдельного заявления в течение 10 суток со дня получения копии приговора, апелляционных жалобы, представления.

Председательствующий: Л.В. Рыкалина