УИД 31RS0022-01-2025-000099-42 производство № 2-762/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 октября 2025 года город Белгород

Свердловский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи Раповой А.П. 

при секретаре Счастливенко Д.Е., 

с участием: помощников прокурора города Белгорода Матвиенко О.А. и ФИО1, представителя истца по первоначальному иску (ответчика по встречному иску) ФИО5, ответчика по первоначальному иску (истца по встречным требованиям) ФИО4, его представителя ФИО6

в отсутствие истца (ответчика по встречному иску) ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о выселении из жилого помещения, по встречному иску ФИО4 к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО3 обратился в суд с вышеуказанным иском, которым просил выселить из занимаемого жилого помещения (квартиры), находящегося по адресу: 

<

адрес>, ФИО4

В обоснование требований указал, что по договору купли-продажи от 23 мая 2024 года ФИО4 продал, а ФИО3 приобрел в собственность двухкомнатную квартиру, общей площадью 64,9 кв.м, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Стоимость квартиры по договору составила 2 600 000 руб. 

Сделка зарегистрирована 23 мая 2024 года за №.

Пунктом 6 договора сторонами определено, что ФИО4 обязался выписаться и освободить квартиру до 27 мая 2024 года. В указанный срок ответчик требования не исполнил, высказав отказ добровольно выселиться из жилого помещения.

В досудебной претензии от 24 декабря 2024 года истец предложил ответчику освободить квартиру в добровольном порядке в срок до 10 января 2025 года, от исполнения которого ФИО4 также отказался.

ФИО4 подал встречное исковое заявление, в котором просил признать договор купли-продажи квартиры от 23 мая 2024 года недействительным, применении последствий недействительности сделки. В обоснование требований указал, что никогда не имел намерения продавать свое недвижимое имущество, поскольку иным жильем не располагает. 

Пояснил, что с 10 мая 2024 года по 16 мая 2024 года, находясь под влиянием неустановленных лиц, перевел данным лицам из своих накоплений и заемных денежных средств более 1 200 000 руб. Эти же неустановленные лица убедили ФИО4 продать спорную квартиру, а вырученные деньги перевести на «безопасный» счет, что ФИО4 и сделал при следующих обстоятельствах.

10 мая 2024 года в 09 часов 03 минуты ответчик (истец по встречному иску) находился по месту жительства по вышеуказанному адресу, когда на его мобильный телефон в мессенджере «Вотс Апп» поступил видеозвонок от его руководителя - ФИО7, его имя и отчество ФИО4 не помнит. Однако, видеосвязь не прошла, но поступило сообщение от данного абонента, в котором он написал, что это он, и что ФИО4 перезвонят из ФСБ по поводу утечки персональных данных. В настоящее время контактный номер ФИО7 и переписка с ним не сохранились.

После этого в мессенджере «Вотс Апп» ответчику (истцу по встречному иску) поступил телефонный звонок с незнакомого абонентского номера №. Звонил незнакомый мужчина, который представился именем ФИО2, сотрудником ФСБ. Он сказал, что злоумышленники через банк ПАО «ВТБ» получили доступ к расчетному счету ФИО4, оформленному в ПАО «Сбербанк», и таким образом пытались оформить кредитную карту на третье лицо. В ПАО «Сбербанк» у ответчика (истца по встречному иску) оформлен вклад, на счету которого находились накопления в сумме 1 090 000 руб. ФИО2 сказал, что данным делом будут заниматься ФИО9 и ФИО10 На этом разговор с ФИО2 прекратился, и с ФИО4 в мессенджере «Телеграмм» стал общаться ФИО9

Так ФИО9 повторил слова ФИО2, и сказал, что необходимо обезопасить накопления, для чего их необходимо обналичить с вклада в ПАО «Сбербанк», и положить денежные средства на резервный счет. ФИО4 согласился с его доводами, поскольку говорил он очень убедительно.

Далее, 11 мая 2024 года ФИО4 пришел в центральный офис ПАО «Сбербанка», расположенный по адресу: 

<

...>, где обналичил со своего вклада деньги в сумме 1 090 000 рублей, и закрыл его, о чем сообщил ФИО9, который был с ФИО4 на постоянной связи. 

Далее по указанию ФИО9 ФИО4 приехал в банк ПАО «Сбербанк», расположенный по адресу: 

<

...>, где перевел 1 090 000 руб. на номер банковской карты, который указал ФИО9, транзакциями по 500 000 руб. в 12 часов 38 минут, в 12 часов 40 минут. На данные транзакции чеки сохранились. А на перевод в 90000 руб. чек не сохранился. В настоящее время номер карты, на которую переводил денежные средства, ответчик не помнит. О переводе денежных средств ФИО4 сообщил ФИО9 и отослал фотографии переводов.

Далее в период с 11 мая 2024 года по 16 мая 2024 года ФИО9 неоднократно звонил ответчику и говорил, что тот должен оказать содействие в поимке мошенников, для чего ФИО4 должен подать заявку на оформление кредита, а они уже в свою очередь будут ставить прослушку, и осуществлять свои поисковые мероприятия. ФИО4 удалось подать заявку на оформление кредита в сумме 120 000 рублей. На руки он получил деньги в сумме 115 800 руб. в ПАО «Россельхозбанке». ФИО9 сумел убедить ФИО4 в том, чтобы и данные денежные средства тот также перевел на резервный счет. ФИО4 согласился. Далее по указанию ФИО9 он приехал в центральный офис ПАО «Сбербанк» по адресу: 

<

...>, где через банкомат внес все полученные кредитные денежные средства на счет указанный последним. В настоящее время ФИО4 данный счет не помнит. О переводе денежных средств ФИО4 сообщил ФИО9 Справку о зачислении денежных средств на резервный счет в этот раз не присылали.

После этого ФИО9 стал говорить, что злоумышленники пытаются переоформить квартиру ФИО4, и для того, чтобы этого избежать, ответчику (истцу по встречному иску) необходимо совершить продажу его квартиры. Затем в течение 10 дней, которые даются на проверку сделки, нужно будет отменить куплю-продажу, деньги вернуть покупателю, а ответчику квартиру. То есть, по сути должна была быть совершена фиктивная сделка купли-продажи. ФИО4 не соглашался, однако позже поддался на уговор ФИО9, который стал присылать ФИО4 абонентские номера потенциальных покупателей с сайта «Авито». Из всех присланных абонентских номеров, ответчик созванивался с несколькими людьми, однако смотреть квартиру пришел только один человек ФИО3 После осмотра ФИО3 сказал, что купит квартиру. Стороны сторговались в цене 2 600 000 руб. Данная цена существенно ниже кадастровой стоимости, поскольку это последний 10 этаж, ремонта в квартире никогда не было, а также с учетом оперативной обстановки на территории Белгородской области.

Стороны вместе пришли в МФЦ, где и произошел расчет за квартиру. 23 мая 2024 года сделка по купле-продаже спорной квартиры завершена, о чем был составлен соответствующий договор. ФИО4 получил наличными 2 600 000 руб., и больше ФИО3 никогда не видел. Обо всех своих действиях ответчик сообщил ФИО9 24 мая 2024 года ФИО4 снят с регистрационного учета.

После того как ФИО4 сообщил ФИО9, что получил денежные средства, тот сказал, что все их нужно внести на расчетный счет виртуальной банковской карты. С этой целью ФИО4 пришел в ПАО «ВТБ», расположенный по адресу: 

<

...>, где посредством банкомата внес все денежные средства на виртуальный счет, номер которого продиктовал ФИО9 Номер этой виртуальной карты №. ФИО4 совершил несколько транзакций по внесению денежных средств.

Все имеющие чеки ФИО4 сфотографировал и отправил ФИО9 Он сказал, что ответчик (истец по встречному иску) все сделал правильно, что дело будет закрыто, и деньги будут возвращены. Также 03 июня 2024 года ФИО9 прислал повестку о вызове в ФСБ для закрытия дела на 10 июня 2024 года к 15 часам 00 минутам. Больше с ним ФИО4 не созванивался. Ответчик постоянно созванивался с ФИО9 в мессенджере «Вотс Апп», при этом его абонентский номер был скрыт. Несколько раз ФИО4 присылались документы об открытии банковских ячеек и повестки о вызове в ФСБ.

1 июня 2024 года к назначенному времени ФИО4 пришел в ФСБ, показав дежурному повестку. В этот момент узнал, что все это время с ним общались не сотрудники данного ведомства, а мошенники.

Таким образом, в результате совершенного преступления ФИО4 причинен материальный ущерб в особо крупном размере на общую сумму 3 805 800 рублей. 

Сотрудники полиции ни по месту жительства, ни по месту работы ФИО4 не посещали, профилактическую работу с ним не проводили. О фактах мошенничества в банковской сфере он слышал, но не думал, что может сам стать жертвой мошенников.

10 июня 2024 года от ФИО4 УМВД России по 

<

адрес> принято заявление о причинении ему материального ущерба в особо крупном размере и 11 июня 2024 года возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

ФИО4 признан потерпевшим.

Истец по встречным требованиям полагает, что имеются достаточные основания полагать, что имущество, ранее принадлежащее ему на праве собственности, выбыло из его владения под влиянием заблуждения, обмана со стороны неустановленных лиц. Фактически ФИО4 не выражал своего согласия на заключение договора купли продажи. Он заблуждался в отношении природы сделки, был уверен, что его действия направлены на сохранение права собственности на квартиру, а не на отчуждение единственного жилья.

С момента совершения сделки 23 мая 2024 года ФИО4 продолжает владеть и пользоваться квартирой, проживает в квартире, производит оплату коммунальных услуг

Фактически сделка совершена лишь для вида без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

На основании вышеизложенного, просит признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 23 мая 2024 года, заключенный между ФИО4 и ФИО3

Признать за ФИО4 право собственности на квартиру общей площадью 64,9 кв.м. с кадастровым номером №, расположенную по адресу 

<

адрес>.

Обязать ФИО4 выплатить ФИО3 денежную сумму 2 600 000 руб. 

Истец по первоначальному иску ФИО3 о дате и времени судебного заседания извещен в установленном законом порядке, обеспечил участие своего представителя.

В судебном заседании представитель истца по первоначальным требованиям (ответчика по встречному иску) ФИО5, подтвердил надлежащее извещение своего доверителя, поддержал заявленные требования в полном объеме, в удовлетворении встречных требований просил отказать. Квартира его доверителем приобреталась за семейные накопления для использования в личных целях, а именно для проживания с супругой и своей мамой. Иного жилья у ФИО3 не имеется, и в результате действий ФИО4 он не только лишен возможности пользоваться принадлежащим ему жилым помещением, но и несет дополнительные расходы на аренду жилья.

О том, что сделка совершается ФИО4 под влиянием третьих лиц и с иной целью, ФИО3 не знал, в известность ответчик по первоначальным требованиям не поставил. Сообщил, что его доверителем предпринимались меры для разрешения возникшей ситуации с учетом положения ФИО4, а именно, чтобы ФИО3 продал квартиру, возвратил свои денежные средства в размере 2 600 000 руб., возместил сумму, потраченную на представителя, а остальные средства от продажи передал ФИО4 Ответчик (истец по встречному иску) категорически отказался от такого разрешения спора. 

Относительно доводов о том, что квартира продана за 2 600 000 руб., что значительно ниже ее рыночной цены, в процессе рассмотрения дела стороной истца в процессе рассмотрения дела было пояснено, что весной 2024 года, особенно в мае, когда произошло обрушение дома и г. Белгород подвергался массированным обстрелам, цены на недвижимость в тот период сильно упали, люди массово переезжали, продавая жилье, и цена продажи квартиры, учитывая отсутствие в ней какого-либо ремонта, не вызвала никаких сомнений

Ответчик по первоначальным требованиям ФИО4 в судебном заседании исковые требования ФИО3 не признал, поддержал доводы встречного иска. По существу указал, что его действия по поиску и продаже недвижимости были направлены исключительно на защиту своей собственности от мошенников. Воли на отчуждение квартиры у него не было. Он лишь выполнял требования представителей государственной власти. О том, что с ним связывались третьи лица, и он производит отчуждение не с целью продажи, он в известность ФИО3 не ставил. Относительно обязанности возвратить полученные денежные средства по договору указал, что денег у него нет, и все полученные по сделке деньги находятся у государства.

Представитель ответчика (истца по встречным требованиям) ФИО6 первоначальные требования не признал, поддержав доводы встречного иска, по существу указал, что его доверитель в результате мошеннических действий лишился своего имущества, которое никогда не намеревался продавать.

Фактически ФИО4 не выразил своего согласия на заключение договора купли-продажи. Он заблуждался относительно природы сделки и их последствий, был уверен, что его действия направлены на сохранение права собственности на квартиру, а не на отчуждение единственного жилья. Заключение судебной психиатрической экспертизы сторона ответчика не оспаривает, однако просит оценивать его в совокупности с другими обстоятельствами. Наличие обмана в отношении ответчика по первоначальному иску объективно подтверждено материалами уголовного дела №, по которому ФИО4 признан потерпевшим, поэтому имеются основания для признания сделки недействительной.

Относительно возможности исполнения судебного акта в случае удовлетворения встречного иска представитель ФИО13 пояснил, что ФИО4 суммой в 2 600 000 руб. не располагает, однако, это не говорит о том, что решение не может быть исполнено. ФИО4 официально трудоустроен, является получателем пенсии.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК Российской Федерации, заслушав заключение прокурора, полагавшей подлежащими удовлетворению требования ФИО3 о выселении и об отказе в удовлетворении встречных требований ФИО4 о признании договора недействительным, приходит к следующему.

На основании подп. 1 п. 1 статьи 8 ГК Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно п. 1 статьи 420 ГК Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу п. 1 и 2 статьи 421 ГК Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодекса, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В соответствии со статьями 432, п. 1 статьи 433, п. 3 статьи 434, п. 3 статьи 438 ГК Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной. Договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 настоящего Кодекса. Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

В соответствии со статьей 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1).

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2).

Пунктом 2 статьи 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними (пункт 1 статьи 154 ГК РФ).

По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130) (пункт 1 статьи 549 ГК РФ).

Основной целью заключения договора купли-продажи является переход права собственности на товар от продавца к покупателю.

Договор купли-продажи является встречным, синаллагматическим договором, поскольку исполнение покупателем обязательств по оплате товара обусловлено исполнением продавцом своих обязательств по передаче товара покупателю (пункт 1 статьи 328 ГК РФ).

Статьей 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе (пункт 2).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (пункт 3).

В силу пункта 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Пунктом 2 указанной статьи определено, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п. (подпункт 1); сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные (подпункт 2); сторона заблуждается в отношении природы сделки (подпункт 3); сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой (подпункт 4); сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (подпункт 5).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что статья 178 ГК РФ, устанавливающая ориентиры, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной, а также последствия признания такой сделки недействительной, обеспечивает защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена (определения от 22 апреля 2014 г. N 751-О, 228 марта 2017 г. N 606-О, 8 февраля 2019 г. N 338-О, 31 мая 2022 г. N 1313-О и др.).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса (пункт 6 статьи 178 ГК РФ).

Как указано в пункте 2 статьи 167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Судом установлено, что 23 мая 2024 года между ФИО3 и ФИО4 заключен договор купли-продажи квартиры площадью 64,9 кв.м, по адресу: 

<

адрес>.

Согласно п. 3 договора, цена квартиры, передаваемой по настоящему договору, составляет 2 600 000 руб.

Отчуждаемая квартира приобретается за счет собственных денежных средств покупателя, которые покупатель оплатил продавцу до подписания настоящего договора (п. 3 договора).

Пунктом 6 договора сторонами определено, что ФИО3 обязуется выписаться и освободить квартиру до ДД.ММ.ГГГГ. 

При заключении договора купли-продажи стороны договора подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях (п.8 договора).

Из расписки от 23 мая 2024 года следует, что ФИО4 получил от ФИО3 наличными денежные средства в сумме 2 600 000 руб. по договору купли-продажи за отчуждамое недвижимое имущество. Купюры пересчитаны, сомнений в их подлинности не имеется, Расписка собственноручно составлена ФИО4 в единственном экземпляре и хранится у ФИО3, о чем указано в ее тексте.

Сторонами при рассмотрении дела пояснено, что расчет по договору происходил непосредственно в МФЦ при сдаче документов на регистрацию, на что сотрудники МФЦ еще сделали замечание.

Обстоятельства получения денежных средств от ФИО3 ответчиком (истцом по встречному иску) не оспариваются.

Таким образом, суд приходит к выводу, что между сторонами был заключен договор купли-продажи от 23 мая 2024 года, согласно которому ответчик по первоначальным требованиям продал квартиру истцу по первоначальному иску по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, площадью 64,9 кв.м за 2 600 000 руб.

На основании статьи 309 ГК Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу п. 1 статьи 310 ГК Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

11 июня 2024 года на основании заявления ФИО4 от 10 июня 2024 года возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 статьи 159 УК Российской Федерации.

ФИО4 признан потерпевшим. При проведении следственных действий ФИО3 не привлекался к участию в уголовном деле ни в качестве свидетеля, ни в качестве подозреваемого.

Постановлением от 11 августа 2025 года предварительное следствие приостановлено в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

В процессе рассмотрения настоящего гражданского дела по ходатайству ответчика (истца по встречным исковым требованиям) определением суда от 25 июля 2025 года назначалась судебная психиатрическая экспертиза.

Согласно выводам поступившего в суд заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов от 10 сентября 2025 года № ФИО4 хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдал на момент совершения сделки 23 мая 2024 года и не страдает в настоящее время каким-либо психическим расстройством. Об этом свидетельствуют данные анамнеза о правильном, в соответствии с возрастом психофизическом развитии, способности к усвоению и накоплению социального, трудового опыта, удовлетворительной социальной адаптаций. При настоящем психолого-психиатрическом обследовании у подэкспертного выявлены: удовлетворительные процессы памяти, внимания, отсутствие нарушений мышления, соответствие уровня общей осведомленности жизненному опыту, достаточный волевой контроль поведения в субъективно-значимой для него ситуации, а также сохранные критические прогностические способности. ФИО4 мог понимать значение своих действий и руководить ими на момент совершения сделки по отчуждению квартиры 23 мая 2024 года.

Заключение комиссии экспертов ОГКУЗ «Белгородская областная клиническая психоневрологическая больница» от 10 сентября 2025 года № изложено достаточно ясно, сомнений в правильности или обоснованности не вызывает, противоречивых выводов не содержит. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 статьи 56 ГПК Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Каких-либо достоверных и допустимых доказательств того, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО4 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, понимать их последствия, суду не представлено. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что совершаемые ФИО4 действия по заключению с ответчиком договора купли-продажи спорной квартиры носили добровольный характер, являлись реализацией правомочий, представленных законом, и повлекли именно те правовые последствия, на которые они были направлены.

Заблуждение относительно правовых последствий сделки не является основанием для признания ее недействительной по статье 178 ГК РФ.

В обоснование встречного иска ФИО4 утверждал, что заблуждался относительно природы данной сделки, указывая, что совершил ее под влиянием неустановленных лиц, и не понимал, что фактически утратит право собственности на квартиру.

Заблуждение относительно природы сделки (статья 178 ГК РФ) выражается в том, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить (например, думая, что заключает договор ссуды, дарит вещь). ФИО4 не доказал, что при совершении сделки по купле-продаже спорной квартиры его воля была направлена на совершение какой-либо другой сделки. Более того, из представленных ответчиком по первоначальному иску доводов усматривается, что он желал совершить именно оспариваемую сделку. Поскольку заблуждение истца относилось только к правовым последствиям сделки, не может быть признано существенным заблуждением неправильное представление этой стороны сделки о правах и обязанностях по ней.

Материалами дела подтверждается, что в оспариваемом договоре стороны согласовали все существенные условия для данного вида договора, в том числе его предмет, который не позволяет предполагать возникновение иных правоотношений сторон, чем купля-продажа недвижимого имущества, оспариваемый договор подписан ФИО4, не имевшим при его подписании возражений относительно условий сделки, воля сторон при заключении оспариваемого договора не была искажена, а направлена именно на заключение договора купли-продажи квартиры.

В самом договоре с достаточной очевидностью указано на возмездность отчуждения квартиры ФИО4 в пользу ФИО3 Кроме того, в договоре рядом с подписью ФИО4 написано «Продавец». Из условий подписанного ФИО4 договора купли-продажи следует, что он реализовал принадлежащие ему единоличные права собственника квартиры добровольно, его воля была направлена на отчуждение квартиры и переход права собственности к ФИО3

При этом из пояснений сторон при рассмотрении дела установлено, что ФИО4 лично предоставил в МФЦ заявление в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области о государственной регистрации перехода права собственности на спорную квартиру. С учетом этого он не мог не знать, что подписывает договор купли-продажи, и что заключение данного договора влечет для него прекращение права собственности на объект недвижимости. Учитывая, что договор купли-продажи заключался сторонами в МФЦ, ФИО4 не мог не осознавать, что им подписывается договор купли-продажи.

Оснований полагать, что недвижимое имущество по сделке выбыло из владения ФИО4 под влиянием заблуждения, обмана и злоупотреблением правом со стороны покупателя ФИО3, в судебном заседании не установлено.

В силу статьи 12 ГПК Российской Федерации, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. 

Согласно статье 55 ГПК Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств. 

В силу статьи 288 ГК Российской Федерации, собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением. 

В соответствии со статьей 304 ГК Российской Федерации, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. 

Статьей 30 ЖК Российской Федерации предусмотрено, что собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом. 

Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом. 

Собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и, если данное помещение является квартирой, общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме, а собственник комнаты в коммунальной квартире несет также бремя содержания общего имущества собственников комнат в такой квартире, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором. 

В силу статьи 31 ЖК Российской Федерации, к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи. 

В случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. 

Согласно пункту 2 статьи 292 ГК Российской Федерации, переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом. 

Из материалов дела следует, что по договору купли-продажи от 23 мая 2024 года истцу по первоначальному иску передано в собственность жилое помещение – квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>.. 

24 декабря 2024 года истцом в адрес ответчика направлено уведомление об освобождении жилого помещения в срок до 10 января 2025 года, которое последним проигнорировано. 

Из справочной информации УВМ УФМС России по Белгородской области следует, что в квартире с 02 октября 2024 года зарегистрированы: ФИО3 и его мать ФИО12 ФИО4 снят с регистрационного учета по вышеназванному адресу 24 мая 2024 года.

В силу части 1 статьи 67 ГПК Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

В соответствии со статьей 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статей 12, 35 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Судом установлено, что истец по первоначальному иску является собственником вышеуказанной квартиры, членом его семьи ответчик не является, какого-либо соглашения о порядке пользования квартирой между собственником и последним не заключено, следовательно, право пользования данным помещением за ФИО4, который проживает в квартире, не сохраняется и подлежит прекращению в силу закона. 

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание, что проживание ответчика в квартире нарушает права собственника жилой площади, поскольку последний лишен возможности распорядиться ею по собственному усмотрению, суд считает требования о выселении ФИО4 подлежащими удовлетворению. 

Оценив представленные доказательства по правилам статей 67, 71 ГПК РФ, исходя из того, что поведение ФИО4 после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки, а именно: личная подача заявления на регистрацию сделки в МФЦ, самостоятельное снятие с регистрационного учета по адресу спорной квартиры, отсутствие претензий к ФИО3 по совершенной сделке, суд приходит к выводу, что в оспариваемом договоре стороны согласовали все существенные для данного вида договора условия, договор подписан сторонами, истец по встречному иску не возражал относительно условий, содержащихся в договоре, что свидетельствует о воле сторон заключить именно договор купли-продажи квартиры, суд признает встречный иск ФИО4 необоснованным и подлежащим отклонению.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО3 (паспорт гражданина РФ №) к ФИО4 (паспорт гражданина РФ №) о выселении из жилого помещения удовлетворить.

Выселить ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, из жилого помещения – квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО4 (паспорт гражданина РФ №) к ФИО3 (паспорт гражданина РФ №) о признании недействительным договора купли-продажи, применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд г. Белгорода.

Судья 

Мотивированное решение изготовлено 11 ноября 2025 года.