Дело № 2-1135/2023

УИД: 24RS0018-01-2023-001300-92

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 декабря 2023 года город Зеленогорск

Зеленогорский городской суд Красноярского края в составе: председательствующего судьи Жукова К.М., с участием 

истца ФИО1,

при секретаре ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «ЭОС» о защите прав потребителя,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «ЭОС» о защите прав потребителя, в котором просила обязать ООО «ЭОС» внести в БКИ АО «ОКБ» информацию о том, что у нее не имеется обязательств и задолженности перед ООО «ЭОС» по договору №-MSC-R62-VQ44-0047 от 10/07/2012 года в сумме 372321.71 рубля, взыскать с ООО «ЭОС» в ее пользу компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями, в размере 30000 рублей.

Требования мотивированы тем, что истец ФИО1 обратилась в банк для получения кредита, на что был получен отказ в связи с плохой кредитной историей и наличием задолженности. После чего она обратилась в АО «ОКБ» для получения отчета по кредитной истории, из которого узнала, что у нее по данным ООО «ЭОС», разместившим информацию о задолженности, имеется задолженностью. В адрес ООО «ЭОС» истцом была направлена претензия. Между истцом и ООО «ЭОС» никаких правоотношений никогда не было и нет до настоящего времени. С иском в суд к ней данная организация никогда не обращалась, поэтому ей ничего не известно о существовании задолженности. Ответчик сообщил, что между ним и ОАО АКБ «Росбанк» был заключен договор цессии, однако не представил истцу информации о том, что оплатил обязательства, возникшие перед банком, а также, что задолженность истца перед банком была включена в этот договор цессии. 11.08.2022 года истцом был получен кредитный отчет с информацией, содержащейся в АО «ОКБ», где в разделе «Счета» отражена информация о неисполненном кредитном обязательстве по кредитному договору в сумме 464697 рубля, о наличии просрочек по кредитному договору № от 10/07/2012 года, заключенному между истцом и ОАО АКБ «Росбанк». На основании решения Центрального районного суда 

<

адрес> по делу № от 22.05.2014 года указанный договор был расторгнут. До настоящего момента ООО «ЭОС» не передало достоверную информацию об отсутствии у нее задолженности по данному кредитному договору, несмотря на предоставление ею соответствующих документов и направление ответчику претензии. Ни в анкете, ни в заявлении согласия на предоставление такой информации, данного ФИО1 ООО «ЭОС», либо кому-то еще, не содержится. Без согласия заемщика такую информацию может предоставить либо займодавец, либо тот, в отношении кого вынесено решение суда. Сам банк такую информацию в ОКБ не предоставлял, ответчик решение суда о наличии задолженности также не предоставил. Таким образом, ООО «ЭОС» предоставил некорректную информацию и в соответствии со ст. 5.9 ФЗ «О кредитных историях» обязан самостоятельно внести исправления, чего не сделал. В данном случае последний платеж был в 2013 году, соответственно срок хранения данной информации истек. Договор был расторгнут судом более 9 лет назад, никто нее обращался с иском к истцу о взыскании задолженности по кредитному договору. Срок исковой давности составляет 3 года по каждому самостоятельному платежу, поэтому информация, предоставленная ответчиком, некорректна ни по форме, ни по содержанию. АО «ОКБ» в соответствии с нормами ст. 4, 5 и 8 ФЗ «О кредитных историях» вправе вносить изменения в состав сведений кредитной истории истца только на основании информации, предоставленной источником формирования кредитной истории. Ответственность за невнесение достоверной информации/передачу недостоверной информации в бюро кредитных историй несет источник формирования кредитной истории. 

Определением суда от 14.08.2023 года по делу в качестве третьего лица привлечено ПАО «Росбанк».

Ответчик ООО «ЭОС», третьи лица АО «Объединенное кредитное бюро», ПАО «Росбанк», будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, на рассмотрение дела представителей не направили, о причинах неявки суд не уведомили, ответчик ООО «ЭОС» представил отзыв на исковое заявление, в котором просил рассмотреть дело в отсутствие его представителя, в удовлетворении иска отказать по тем основаниям, что ООО «ЭОС» является кредитором ФИО1 по кредитному договору № № от 10.07.2012 года в размере 372321,71 рублей на основании договора уступки прав требования № № от 10.10.2016 года от ПАО «РОСБАНК». Уступка требования произведена в соответствии с требованиями законодательства. Истечение срока исковой давности предъявления требования о взыскании долга по кредитному договору не является основанием прекращения обязательств по нему. Истец не представил доказательств отсутствия задолженности по кредитному договору. Банк несет ответственность за недействительность переданного требования. Истец злоупотребляет правом. Истцом не доказан факт причинения нравственных и физических страданий, неправомерных действий со стороны ответчика, не обоснован размер компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 167 ГПК РФ суд пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие представителей ответчика и третьих лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания. 

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала исковые требования в полном объеме по указанным в иске основаниям. 

Выслушав истца, исследовав письменные доказательства по делу, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

Согласно пункту 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 857 ГК РФ сведения, составляющие банковскую тайну, могут быть предоставлены только самим клиентам или их представителям, а также представлены в бюро кредитных историй на основаниях и в порядке, которые предусмотрены законом. Государственным органам и их должностным лицам, а также иным лицам такие сведения могут быть предоставлены исключительно в случаях и порядке, которые предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. 

В силу статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. 

Согласно части 2 статьи 12 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» при уступке прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) кредитор вправе передавать персональные данные заемщика и лиц, предоставивших обеспечение по договору потребительского кредита (займа), в соответствии с законодательством Российской Федерации о персональных данных.

В целях обеспечения защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, принят Федеральный закон от 27.07.2006 №152-ФЗ «О персональных данных» (далее - Закон о персональных данных), регулирующий отношения, связанные с обработкой персональных данных, осуществляемой федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, иными государственными органами, органами местного самоуправления, не входящими в систему органов местного самоуправления муниципальными органами, юридическими лицами, физическими лицами (часть 1 статьи 1, статья 2). 

Данный Закон определяет принципы и условия обработки персональных данных, права субъекта персональных данных, права и обязанности иных участников правоотношений, регулируемых этим законом.

Согласно статье 3 Закона о персональных данных под персональными данными понимается любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

Под обработкой персональных данных понимается любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.

По общему правилу обработка персональных данных допускается с согласия субъекта персональных данных (пункт 1 части 1 статьи 6 Закона о персональных данных).

Оператор вправе поручить обработку персональных данных другому лицу с согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом, на основании заключаемого с этим лицом договора, в том числе государственного или муниципального контракта, либо путем принятия государственным или муниципальным органом соответствующего акта (далее - поручение оператора).

Статьей 7 Закона о персональных данных предусмотрено, что операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 9 Закона о персональных данных согласие субъекта на обработку его персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным (часть 1).

Обязанность доказать наличие такого согласия или обстоятельств, в силу которых такое согласие не требуется, возлагается на оператора (часть 3).

Согласие должно содержать перечень действий с персональными данными, общее описание используемых оператором способов обработки персональных данных (пункт 7 части 4).

В соответствии со статьей 17 указанного Закона субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и компенсацию морального вреда в судебном порядке.

Из системного толкования приведенных норм следует, что сбор, обработка, передача, распространение персональных данных возможны только с согласия субъекта персональных данных, при этом согласие должно быть конкретным. Под персональными данными понимается любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному физическому лицу.

Прекращение неправомерной обработки персональных данных оператором или лицом, действующим по поручению оператора, закреплено требованиями частей 3 и 4 статьи 21 Закона о персональных данных в случае выявления неправомерной обработки персональных данных, в срок, не превышающий трех рабочих дней с даты этого выявления.

В случае, если обеспечить правомерность обработки персональных данных невозможно, оператор в срок, не превышающий десяти рабочих дней с даты выявления неправомерной обработки персональных данных, обязан уничтожить такие персональные данные или обеспечить их уничтожение. Об устранении допущенных нарушений или об уничтожении персональных данных оператор обязан уведомить субъекта персональных данных или его представителя, а в случае, если обращение субъекта персональных данных или его представителя либо запрос уполномоченного органа по защите прав субъектов персональных данных были направлены уполномоченным органом по защите прав субъектов персональных данных, также указанный орган.

Согласно части 2 статьи 24 Закона о персональных данных моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях» (далее - Закон о кредитных историях) под кредитной историей понимается информация, состав которой определен настоящим Федеральным законом и которая хранится в бюро кредитных историй; запись кредитной истории - информация, входящая в состав кредитной истории и характеризующая исполнение субъектом кредитной истории принятых на себя обязательств по одному договору займа (кредита), а также иному договору или обязательству, предусмотренным настоящим Федеральным законом. При этом источником формирования кредитной истории является в том числе организация, являющаяся заимодавцем (кредитором) по договору займа (кредита).

Статьей 4 Закона о кредитных историях определено содержание кредитной истории. 

Так, в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 4 Закона о кредитных историях в основной части кредитной истории физического лица содержатся следующие сведения в отношении обязательства заемщика, поручителя, принципала, лизингополучателя (для каждой записи кредитной истории): о фактах рассмотрения судом, арбитражным и (или) третейским судом споров по договору займа (кредита), договору лизинга, договору залога, договору поручительства, выданной независимой гарантии и содержании резолютивных частей судебных актов, вступивших в законную силу, за исключением информации, входящей в состав дополнительной (закрытой) части кредитной истории (подп. «з»).

Частью 10 статьи 4 Закона о кредитных историях установлено, что в состав кредитной истории включается информация о всех изменениях, содержащихся в ней сведений.

В силу положений статьи 7 Закона о кредитных историях бюро кредитных историй обеспечивает хранение кредитной истории в течение 10 лет со дня последнего изменения информации, содержащейся в кредитной истории. Кредитная история аннулируется (исключается из числа кредитных историй, хранящихся в соответствующем бюро кредитных историй): по истечении 10 лет со дня последнего изменения информации, содержащейся в кредитной истории; на основании решения суда, вступившего в силу; по результатам рассмотрения указанного в части 3 статьи 8 настоящего Федерального закона заявления субъекта кредитной истории в случае, если по результатам рассмотрения такого заявления принято решение о полном оспаривании информации, содержащейся в его кредитной истории.

В соответствии с частью 3 статьи 8 Закона о кредитных историях субъект кредитной истории вправе полностью или частично оспорить информацию, содержащуюся в его кредитной истории, подав в бюро кредитных историй, в котором хранится указанная кредитная история, заявление о внесении изменений и (или) дополнений в эту кредитную историю.

Частью 4.1 статьи 8 Закона о кредитных историях установлено, что источник формирования кредитной истории обязан в течение 14 дней со дня получения запроса бюро кредитных историй, а в случае наличия у субъекта кредитной истории обоснованных причин для получения такой информации в более короткий срок - в срок, указанный бюро кредитных историй, представить в письменной форме в бюро кредитных историй информацию, подтверждающую достоверность ранее переданных сведений или правомерность запроса кредитного отчета, оспариваемые субъектом кредитных историй, либо исправить его кредитную историю в оспариваемой части, направив соответствующие достоверные сведения или просьбу об удалении неправомерного запроса в бюро кредитных историй.

В соответствии с частью 3.1 статьи 5 Закона о кредитных историях источники формирования кредитной истории - кредитные организации, микрофинансовые организации, кредитные кооперативы и операторы инвестиционных платформ обязаны представлять всю имеющуюся информацию, определенную статьей 4 настоящего Федерального закона, в отношении заемщиков, поручителей, принципалов хотя бы в одно бюро кредитных историй, включенное в государственный реестр бюро кредитных историй, без получения согласия на её представление, за исключением случаев, в которых Правительством Российской Федерации установлены ограничения на передачу информации в соответствии с частью 7 настоящей статьи, а также лиц, в отношении которых Правительством Российской Федерации установлены указанные ограничения.

В гражданском законодательстве неприкосновенность частной жизни и личная тайна рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1 статьи150 Гражданского кодекса РФ).

Требования истца о компенсации морального вреда на основании Закона о персональных данных следует рассматривать во взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса РФ, регулирующими вопросы компенсации морального вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право пользования своим именем, право авторства), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 ГК РФ).

Статьей 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием для возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как установлено в судебном заседании, 10.07.2012 года между ФИО3 и ОАО АКБ «РОСБАНК» был заключен кредитный договор №, согласно которому банком ФИО3 предоставлен кредит в сумме 450000 рублей под 17,4% годовых сроком на 36 месяцев.

Вступившим в законную силу 01.07.2014 года решением Центрального районного суда г. Красноярска от 22.05.2014 года по гражданскому делу № спорный кредитный договор № №-№ от 10.07.2012 года по иску ФИО1 к ОАО «РОСБАНК» расторгнут. 

В силу пунктов 2, 3 статьи 453 Гражданского кодекса РФ в редакции, действовавшей до 01.07.2014 года, при расторжении договора обязательства сторон прекращаются.

В случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

Пунктом 1 Обзора практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса РФ о некоторых основаниях прекращения обязательств (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2005 № 104) разъяснено, что, если иное не вытекает из соглашения сторон, расторжение договора влечет прекращение обязательств на будущее время и не лишает кредитора права требовать с должника образовавшиеся до момента расторжения договора суммы основного долга и имущественных санкций в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора.

На основании пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» суды, разрешая споры, связанные с расторжением договоров, должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора.

Таким образом, с даты расторжения кредитного договора, то есть с 01.07.2014 года обязательства сторон по кредитному договору № от 10.07.2012 года прекратились на будущее время, в связи с чем ПАО «РОСБАНК» вправе было требовать с ФИО1 только образовавшиеся до момента расторжения договора суммы основного долга, процентов за пользование кредитом и имущественных санкций в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора.

Между тем, как следует из расчета задолженности ПАО «РОСБАНК» из материалов гражданского дела № по заявлению ООО «ЭОС» о выдаче судебного приказа о взыскании с ФИО1 задолженности по кредитному договору, просроченная задолженность у ФИО1 возникла 29.11.2013 года, после указанной даты платежи в погашение кредита не производились. При этом после расторжение 01.07.2014 года кредитного договора банк продолжил начислять ФИО4 задолженность по 10.10.2016 года. 

10.10.2016 года между ПАО «РОСБАНК» и ООО «ЭОС» заключен договор цессии (об уступке права (требования) № №, согласно которому ООО «ЭОС» было уступлено, в том числе право требования задолженности ФИО1 по кредитному договору № от 10.07.2012 года в сумме 372321.71 рублей. 

Договор уступки права требования заключен после расторжения сторонами кредитного договора №-№ от 10.07.2012 года, в связи с чем предусмотренные данным договором условия о праве банка передать полностью или частично свои права требования третьему лицу и о согласии ФИО1 на предоставление третьим лицам информации и документов, удостоверяющих права требования и относящихся к правам требования, в том числе её персональных данных и информации о ней, предоставленном ей кредите, её задолженности перед банком, номерах её счетов, операций по ним прекратили свое действие.

27.02.2018 года мировым судьей судебного участка № 30 в ЗАТО г. Зеленогорск Красноярского края на основании заявления ООО «ЭОС» был вынесен судебный приказ № о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «ЭОС» задолженности, в том числе по кредитному договору №-№ от 10.07.2012 года, за период с 29.11.2013 года по 10.10.2016 года в сумме 372321.71 рубля и расходов по оплате государственной пошлины в размере 3461.61 рубля.

Определением мирового судьи судебного участка № 30 в ЗАТО г. Зеленогорск от 31.05.2018 года данный судебный приказ № был отменен в связи с возражениями должника относительно исполнения судебного приказа, взыскателю ООО «ЭОС» разъяснено право на предъявление заявленного требования в порядке искового производства. 

Однако доказательств обращения ООО «ЭОС» с исковыми требованиями к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору в материалы дела ответчиком не представлено. 

При этом в кредитном отчете, сформированном АО «ОКБ» 24.08.2022 года в отношении субъекта кредитной истории ФИО1, указана полученная от источника данных ООО «ЭОС» информация о действующем обязательстве – кредитном договоре №-MSC-R62-VQ44-0047 от 10.07.2012 года в размере 372321.71 рублей с платежным статусом 114 месяцев просроченной задолженности, с остатком задолженности на дату последнего платежа 372321.71 рубля, с просроченной задолженностью 372321.71 рубля, с плановой датой исполнения обязательств 10.10.2016 года. Также в кредитном отчете содержится информация об отказах кредитных организаций в период с 05.10.2018 года по 14.07.2022 года в предоставлении ФИО1 кредита в связи с кредитной историей заемщика. 

27.06.2023 года в адрес ООО «ЭОС» и АО «ОКБ» истцом была направлена претензия с требованием к ООО «ЭОС» об исключении из БКИ информации о наличии у нее непогашенной задолженности перед ООО «ЭОС» по договору №-MSC-R62-VQ44-0047 от 10.07.2012 года в сумме 464697 рубля в течение 7 суток с момента получения данной претензии, к АО «ОКБ» - требование внести в кредитную историю корректную информацию о наличии либо отсутствии задолженности перед АО «Росбанк». 

Указанная претензия была получена ООО «ЭОС» и АО «ОКБ» 03.07.2023 и 04.07.2023 года соответственно, что подтверждается отчетами об отслеживании отправления с почтовыми идентификаторами 80088865791235, 80088685795424.

Доказательства рассмотрения данной претензии ответчиком ООО «ЭОС», направления истцу ответа на неё, исключении из БКИ информации о наличии у заявителя непогашенной задолженности перед ООО «ЭОС» по договору №-MSC-R62-VQ44-0047 от 10.07.2012 года в сумме 464697 рубля в материалы дела ответчиком не представлены. 

Из ответа АО «ОКБ» от 24.11.2023 года следует, что по состоянию на 15.11.2023 года кредитная история ФИО1 осталась без изменений. 

Согласно кредитному отчету АО «ОКБ» субъекта кредитной истории ФИО1 на 15.11.2023 года в разделе «Сводка по кредитной истории» вновь были указаны сведения, представленные источником ООО «ЭОС» (лицом, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности (коллекторская организация)), в том числе о кредитном договоре с кредитором ООО «ЭОС» от 10.07.2012 года на сумму обязательства 450000 рублей, с общей задолженностью 372321.71 рублей (просрочка 85 месяцев), указано, что просроченная задолженность возникла в период с 11.11.2013 года по 10.10.2016 года, дата прекращения обязательства субъекта по условиям сделки 10.06.2015 года. Данная информация, как указано выше, не соответствует действительности.

Согласно части 5 статьи 5, части 4 статьи 10 Закона о кредитных историях внесение в кредитную историю записи, характеризующей исполнение заемщиком принятых на себя обязательств по договору займа (кредита), осуществляется бюро кредитных историй исходя из информации, предоставленной источниками формирования кредитной истории, то есть организациями, являющимися кредиторами. 

По сообщению ОСП по г. Зеленогорску от 01.09.2023 года в отношении должника ФИО1 в пользу взыскателя ООО «ЭОС» в ОСП по г. Зеленогорску исполнительный документ на исполнение не поступал. 

Обращаясь с настоящим иском, истец ссылается на нарушение своих прав, поскольку не может получить кредит в связи с плохой кредитной историей. 

При этом ответчиком не представлены доказательства наличия действующего согласия заемщика ФИО1 на передачу (уступку) ПАО «РОСБАНК» права требования по договору № от 10.07.2012 года.

Как указано в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией, выраженной в Определении Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 11-КГ15-29, уступка требования по кредитному договору с заемщиком-гражданином лицу, не имеющему банковской лицензии, допускается, если уступка осуществлена после предъявления иска к заемщику о расторжении кредитного договора и взыскании задолженности по нему, а заемщик при рассмотрении дела в суде не возражал по поводу замены кредитора и не оспаривал определение о замене истца по иску.

В силу отсутствия действующего согласия ФИО1 на передачу банком права требования долга с заемщика по кредитному договору № от 10.07.2012 года лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, договор уступки прав требования, заключенный между ПАО «РОСБАНК» и ООО «ЭОС» в части уступки права требования по кредитному договору № от 10.07.2012 года в отношении ФИО1 нарушает права последней как потребителя, противоречит положениям статьи 388 Гражданского кодекса РФ и в силу статьи 168 Гражданского кодекса РФ является недействительным в той части, в какой допускает такую уступку прав требования третьим лицам, не имеющим лицензии на осуществление банковской деятельности.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что к ответчику ООО «ЭОС» не перешло в установленном законом порядке право требования к истцу ФИО1 исполнения обязательств по кредитному договору. 

Также из материалов гражданского дела усматривается, что данное ПАО «РОСБАНК» согласие ФИО1 на передачу третьим лицам её персональных данных и их обработку третьими лицами утратило силу в связи с расторжением кредитного договора, при этом она обращалась к ответчику с претензией в целях урегулирования спорной ситуации.

Суд соглашается с доводами ответчика о том, что само по себе истечение срока исковой давности по платежам по кредитному договору как основание прекращения обязательств главой 26 Гражданского кодекса РФ не предусмотрено. 

Согласно материалам дела, ни ПАО «РОСБАНК», ни ООО «ЭОС» в суд с иском о взыскании с ФИО1 задолженности по спорному кредитному договору не обращалась, доказательств обратного суду не представлено. 

Вместе с тем суд полагает, что действия ООО «ЭОС» по передаче информации в бюро кредитных историй спустя значительный период времени с момента образования просроченной задолженности и с момента отмены судебного приказа в связи с возражениями должника, без предъявления ФИО1 в судебном порядке исковых требований о взыскании просроченной задолженности в данном конкретном случае не могут считаться разумными и добросовестными по следующим основаниям. 

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что добросовестность предполагает также учет прав и законных интересов другой стороны и оказание ей содействия, а в случае отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения может принять меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

При этом оказание содействия другой стороне является ожидаемым от лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность по отношению к потребителю услуг.

Уклонение кредитной организации и коллекторской организации, являющихся, в отличие от гражданина-заемщика, профессиональными участниками данных правоотношений, от реализации своих прав на взыскание просроченной задолженности с заемщика в судебном порядке и одновременно предоставление в бюро кредитных историй информации о такой просроченной задолженности в данном конкретном случае суд оценивает как не соответствующее требованиям закона о добросовестном осуществлении участниками этих правоотношений своих прав и обязанностей.

Также суд принимает во внимание, что ООО «ЭОС», действуя как хозяйствующий субъект, осуществляющий предпринимательскую деятельность на свой риск, обязано было принять все меры по проверке информации, поступившей ему от правопредшественника, относительно уступки права требования и наличия действующего согласия на обработку персональных данных физического лица, в нарушение положений части 1 статьи 9 Закона о персональных данных передало персональные данные истца, а также сведения о наличии у истца задолженности по кредитному договору №-MSC-R62-VQ44-0047 от 10.07.2012 года в бюро кредитных историй, при этом всех необходимых, своевременных и действенных мер для исключения информации из бюро кредитных историй о неисполнении условий расторгнутого кредитного договора не предприняло, что повлекло за собой последствия для истца в виде негативной кредитной истории.

При таких обстоятельствах действия ООО «ЭОС» по передаче в бюро кредитных историй персональных данных истца без его согласия и недостоверной информации о просроченной кредитной задолженности по расторгнутому кредитному договору истца являются незаконными, данными действиями нарушены права истца ФИО1 на защиту её персональных данных, её личные неимущественные права, такие как неприкосновенность частной жизни, личная тайна, действиями ответчика истцу причинены нравственные страдания.

В нарушение требований статьи 56 ГПК РФ доказательств, освобождающих ООО «ЭОС» от ответственности за нарушение прав истца, в том числе о достоверности размещенной в кредитной истории истца информации о том, что ООО «ЭОС» на законных основаниях является новым кредитором ФИО1, о наличии у ответчика правовых оснований для направления в отношении истца информации в бюро кредитных историй, о наличии действующего кредитного договора № от 10.07.2012 года, о размере просроченной задолженности, образовавшейся до расторжения кредитного договора, ответчиком в нарушение статьи 56 ГПК РФ не представлено.

Доводы ответчика о том, что банк несет ответственность за недействительность переданного требования со ссылкой на пункт 2.1 договора уступки не являются основанием для освобождения ООО «ЭОС» от ответственности перед истцом, поскольку ФИО1 не является стороной данного договора уступки, при этом пунктом 3.4 договора уступки предусмотрено, что в случае выявления несоответствия действительности любого из заявлений, указанных в пункте 2.1 договора уступки, цессионарий вправе направить письменную претензию цеденту и расторгнуть договор в одностороннем порядке в части прав (требований), по которым допущены указанные нарушения, а также в соответствии с пунктом 5.4 договора уступки обратиться в арбитражный суд к цеденту. 

При этом в силу статьи 24 Федерального закона «О персональных данных» сам по себе факт нарушения прав истца как субъекта персональных данных является достаточным основанием для компенсации причиненного ему морального вреда.

Принимая во внимание, что кредитный договор между истцом и банком был расторгнут 01.07.2014 года, правоотношений, предусмотренных Законом о защите прав потребителей при оказании банковских, финансовых услуг между истцом и ответчиком не имеется, следовательно, отсутствуют правовые основания для взыскания штрафа в соответствии с положениями части 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей. 

Решая вопрос о сроке исполнения обязанности по внесению изменений в бюро кредитных историй в соответствии со статьей 204 ГПК РФ, суд полагает разумным назначить срок исполнения в течение одного месяца с момента вступления решения в законную силу, полагая такой срок разумным и достаточным при установленных обстоятельствах. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает степень вины ответчика, не прекратившего нарушение прав истицы после её обращения с претензией к ответчику и в суд, характер и степень причиненных истице нравственных страданий, выразившихся в испытываемых ею негативных эмоциях и чувствах в связи с отсутствием права на получение кредитов в кредитных организациях, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, продолжительность причинения вреда, имущественное положение ответчика, являющегося коллекторской организацией, и приходит к выводу о том, что с ответчика ООО «ЭОС» в пользу истца ФИО1 следует взыскать компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей, поскольку полагает, что данная сумма соответствует требованиям разумности и справедливости, будет способствовать целям восстановления баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику.

В соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК РФ, согласно которой государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, суд считает необходимым взыскать с ООО «ЭОС» в доход местного бюджета муниципального образования г. Зеленогорск Красноярского края государственную пошлину в размере 300 рублей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 частично удовлетворить. 

Обязать ООО «ЭОС» (ИНН 

<

***>/ОГРН 

<

***>) в течение месяца с момента вступления в законную силу настоящего решения передать в БКИ АО «Объединенное кредитное бюро» (ОГРН 

<

***>) информацию об отсутствии обязательств и задолженности ФИО1 перед ООО «ЭОС» по кредитному договору № от 10.07.2012 года в сумме 372321.71 рубля. 

Взыскать с ООО «ЭОС» (ИНН 

<

***>/ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт серия 0406 №) компенсацию морального вреда в размере 2000 (две тысячи) рублей. 

Взыскать с ООО «ЭОС» в доход местного бюджета муниципального образования г. Зеленогорск Красноярского края государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Зеленогорский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья К.М. Жуков

Мотивированное решение составлено 22 декабря 2023 года.