Дело № 2а-58/2018

Решение

именем Российской Федерации

3 мая 2018 года город Улан-Удэ

Улан-Удэнский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Доржиева В.Д., при секретаре Бардахановой Т.А., с участием административного истца ФИО1, представителя административного истца адвоката Трушкова Д.В., представителя административного ответчика – командира войсковой части 00000 ФИО2, представителя заинтересованного лица – командира войсковой части 11111 ФИО3, прокурора – старшего помощника военного прокурора Улан-Удэнского гарнизона капитана юстиции ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда административное дело № 2а-58/2018 по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части 11111 

<

воинское звание> запаса ФИО1 об оспаривании приказа командира войсковой части 00000 об исключении его из списков личного состава воинской части, 

установил:

ФИО1, досрочно уволенный с военной службы в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта о прохождении военной службы, приказом командира войсковой части 00000 от 28 ноября 2017 года № (в редакции приказов № и № от 10 и 27 апреля 2018 г.), с 10 января 2018 года исключен из списков личного состава войсковой части 11111.

Считая свое исключение из списков личного состава воинской части необоснованным, административный истец ФИО1 через своего представителя адвоката Трушкова Д.В. оспорил состоявшийся в отношении него приказ командира войсковой части 00000 об исключении из списков личного состава воинской части, просил суд признать его незаконным, как нарушающим права административного истца, приведя следующие доводы. 

Так, в приказе № от 28 ноября 2017 года неверно было указано отчество административного истца, а именно, вместо действительного - «Владимирович», указано «Викторович», что, по его мнению, указывает на то, что, распорядительные действия в оспариваемом приказе приняты в отношении другого лица.

Далее ФИО1 указывает, что согласно этому же приказу, ему с 27 ноября 2017 года по 9 января 2018 года включительно, предоставлен основной отпуск за 2017 год с последующим исключением из списков личного состава, однако, несмотря на это, он, исходя из этого же приказа исключен из названных списков не 10, а 9 января 2018 года, то есть, в день, когда еще находился в отпуске.

Также административный истец указывает, что, на дату исключения из списков личного состава воинской части ему не были предоставлены в полном размере основные отпуска за 2015, 2016 и 2018 годы, при этом в отпуске за 2018 год ему необоснованно не выданы воинские перевозочные документы для проезда к месту проведения отпуска и обратно.

Кроме этого, командованием воинской части в период прохождения административным истцом военной службы было нарушено его право на медицинскую помощь, так как он, нуждающийся в оперативном лечении и не пройдя его в военном клиническом госпитале в городе Чита, как он того хотел, был исключен из списков воинской части.

В судебном заседании административный истец ФИО1 и его представитель адвокат Трушков Д.В. предъявленные требования, основываясь на обстоятельствах, изложенных в административном иске от 6 апреля 2018 года, поддержали в полном объеме.

Представитель административного ответчика – командира войсковой части 00000 ФИО2 требования административного истца не признала, указав, что ФИО1 был исключен из списков личного состава воинской части в рамках реализации приказа об увольнении его с военной службы и у командования отсутствовали какие-либо обстоятельства для задержки административного истца на службе, поскольку он был обеспечен всеми положенными видами довольствия. 

ФИО2 также пояснила, что в действиях командиров войсковых частей 00000 и 11111 по предоставлению основных отпусков ФИО1 за 2015, 2016 и 2018 годы нарушений действующего порядка их предоставления не допущено, за все периоды военной службы ФИО1 предоставлены положенные ему отпуска пропорционально прослуженному времени. 

Также представитель ФИО2 считает, что в действиях вышеназванных командиров воинских частей отсутствуют какие-либо нарушения прав административного истца на медицинскую помощь, так как в соответствии с его волеизъявлением, командование войсковой части 11111 до исключения ФИО1 из списков личного состава направило его на стационарное лечение в гарнизонный военный госпиталь в городе Улан-Удэ, где административный истец прошел курс лечения в соответствии с выставленным ему диагнозом, при этом ФИО1 собственноручно написав на имя начальника госпиталя соответствующий рапорт, досрочно прервал свое лечение, что подтверждается рапортом истца от 2 ноября 2017 года. Что же касается не направления ФИО1 на хирургическую операцию в окружной военный госпиталь, то сведениями о необходимости проведения административному истцу такого лечения командование войсковых частей 11111 и 00000 в отсутствии соответствующих обращений самого военнослужащего ФИО1, а также рекомендаций из военного госпиталя как в период прохождения административным истцом военной службы, так и до исключения его из списков личного состава воинской части не располагало, а поэтому оснований для направления его в военный клинический госпиталь в город Чита, не было. 

Представитель заинтересованного лица – командира войсковой части 11111 ФИО3 требования административного истца также не признал и просил суд в удовлетворении их отказать, приведя доводы, аналогичные доводам представителя административного ответчика ФИО2

Наряду с этим, ФИО3 и ФИО2 заявили в суде о пропуске ФИО1 трехмесячного срока для обращения в суд по оспариванию действий их доверителей по предоставлению административному истцу основного отпуска за 2015 год, а также второй части основного отпуска за 2016 год и просили суд, при принятии решения по административному иску учесть данное обстоятельство. 

Представитель заинтересованного лица – руководителя федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Забайкальскому краю» ФИО5 своего отношения к требованиям административного искового заявления не выразила, в суд не прибыла и просила рассмотреть дело без ее участия, в связи с чем Улан-Удэнский гарнизонный военный суд, руководствуясь частью 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, считал возможным рассмотреть дело в отсутствии указанного лица, участвующего в деле. 

Заслушав объяснения сторон и их представителей, а также показания свидетелей М.А.Л., К.А.А., Т.А.С., С.А.А.., Б.А.А., М.З.О. и С.Ю.И., допрошенных в судебном заседании, исследовав письменные доказательства, и выслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым в удовлетворении административного иска отказать, военный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктами 23 и 24 статьи 34 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 года № 1237 (в редакции от 27 декабря 2017 года) (далее – Положение), военнослужащий, уволенный с военной службы, должен быть исключен из списков личного состава воинской части не позднее чем через месяц со дня поступления в воинскую часть выписки из приказа об увольнении военнослужащего с военной службы. Военная служба оканчивается в день исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части в связи с увольнением с военной службы.

Как видно из выписки из приказа командира войсковой части 00000 от 20 октября 2017 года № 

<

воинское звание> ФИО1, личный номер №, досрочно уволен с военной службы на основании, предусмотренном подпунктом «в» пункта 2 статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части 00000 от 28 ноября 2017 года № (в редакции приказов № и № от 10 и 27 апреля 2018 г.) ФИО1, личный номер №, с 10 января 2018 года исключен из списков личного состава войсковой части 11111.

Таким образом, вопреки доводам административного истца и его представителя, о, якобы, принятых административным ответчиком в оспариваемом приказе распорядительных действий в отношении другого лица, опровергнуты исследованным в суде вышеприведенной выпиской из приказа командира войсковой части 00000 от 10 апреля 2018 года №. 

При этом как установлено в судебном заседании, и что не оспаривал сам административный истец, расчет денежным довольствием при исключении его из списков части был произведен с ним по состоянию на 9 января 2018 года, и, ранее допущенная командованием опечатка в приказе от 28 ноября 2017 года № в части неверного указании его отчества на реализацию его прав при выполнении мероприятий связанных с исключением из списков личного состава воинской части, никак не повлияла. 

Учитывая данные обстоятельства, суд, исходя из того, что командиром войсковой части 00000 до принятия решения суда добровольно исправлены допущенная ошибка в указании отчества административного истца, а также перенесена дата исключения из списков личного состава воинской части на 10 января 2018 года, приходит к выводу об отсутствии нарушений прав административного истца административным ответчиком в вышеуказанной части иска.

Принимая решение по требованиям административного истца о не предоставлении ему командиром войсковой части 11111 в полном размере основных отпусков за 2015, 2016 и 2018 годы, а также не предоставления воинских перевозочных документов в отпуске за 2018 год, суд исходит из следующего.

Порядок предоставления отпусков военнослужащим, определен статьей 29 Положения и в соответствии с частью 1 этой статьи основной отпуск военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, предоставляется ежегодно на основании приказа командира воинской части. По просьбе военнослужащих основной отпуск может быть предоставлен им по частям. 

Согласно части 3, названного Положения, продолжительность основного отпуска военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в год поступления его на военную службу по контракту и в год увольнения с военной службы исчисляется путем деления продолжительности основного отпуска, установленной военнослужащему, на 12 и умножения полученного количества суток на количество полных месяцев военной службы, прошедших от начала военной службы до окончания календарного года, в котором военнослужащий поступил на военную службу, или от начала календарного года до предполагаемого дня исключения его из списков личного состава воинской части.

В соответствии с частью 14 Положения, в случаях, когда основной отпуск не был предоставлен военнослужащему, проходящему военную службу по контракту, в текущем календарном году в связи с его болезнью или другими исключительными обстоятельствами, допускается перенос основного отпуска на следующий календарный год с учетом времени проезда к месту использования отпуска и обратно. При переносе основного отпуска на следующий календарный год он должен быть использован до его окончания.

Как видно из выписки из приказа командира войсковой части 00000 от 10 декабря 2015 года №, датой поступления ФИО1, личный номер № на военную службу по контракту в войсковую часть 11111 является 3 декабря 2015 года.

Из выписки из приказа командира войсковой части 11111 от 19 августа 2016 года № следует, что 

<

воинское звание> ФИО1 предоставлена первая часть основного отпуска за 2016 год продолжительностью 22 суток, с 22 августа по 12 сентября 2016 года с выездом к месту его проведения в город 

<

адрес>. 

Согласно выписке из приказа командира войсковой части 11111 от 25 октября 2016 года №, основной отпуск за прослуженный в 2015 году период в количестве 7 суток, ФИО1 предоставлен вместе со второй частью основного отпуска за 2016 год с 26 октября по 26 ноября 2016 года, общей продолжительностью 25 суток.

В судебном заседании ФИО1, не оспаривая факта использования им первой части основного отпуска за 2016 год, отрицал факт предоставления ему отпуска за 2015 год и второй части отпуска за 2016 год, пояснив, в то же время, что о возможности переноса неиспользованного основного отпуска на следующий календарный год, и использования его до его окончания, ему было известно, однако такой возможностью он не воспользовался. Более того, каких-либо уважительных причин препятствующих переносу оспариваемых отпусков на последующие годы административный истец не привел.

В то же время, ФИО1 не смог пояснить суду причины своего не обращения к командованию с просьбами о предоставления отпуска за 2015 год до конца 2016 года, и второй части отпуска за 2016 год – до конца 2017 года. 

В связи с изложенным, разрешая вопрос о пропуске административным истцом срока для обращения в суд с требованиями о предоставлении основного отпуска за 2015 год и второй части основного отпуска за 2016 год, суд исходит из следующего.

Согласно требованиям части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин вправе обратиться в суд с заявлением в течение трех месяцев со дня, когда ему стало известно о нарушении прав и свобод.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 поступил на военную службу по контракту в декабре 2015 года, и в этом году основной отпуск за 2015 год им не был использован. При этом каких-либо сведений о переносе неиспользованного отпуска на следующий календарный год и данных о причинах его неиспользования административным истцом до окончания 2016 года, равно как и второй части отпуска за 2016 год как самим ФИО1, так и представителями заинтересованного лица и административного ответчика суду не представлено. При этом, как пояснил в суде ФИО1, зная, что имеет возможность использовать основной отпуск за 2015 год до конца 2016 года, а вторую часть основного отпуска за 2016 год до конца 2017 года, и, будучи осведомленным о том, что ему положены эти отпуска, он к командованию с рапортами об их предоставлении как в 2016, так и в 2017 году не обращался. 

Приведенные пояснения административного истца согласуются с показаниями свидетеля К.А.А., командира подразделения, показавшего, что каких-либо препятствий для использования ФИО1 отпуска за 2015 год в 2016 году, а отпуска за 2016 год – в 2017 году не было, равно, как и не было каких-либо уважительных причин для их неиспользования и у самого административного истца. 

Таким образом, ФИО1 в соответствии с частью 14 Положения о порядке прохождения военной службы имел возможность использовать основной отпуск за 2015 год до конца 2016 года, а вторую часть отпуска за 2016 год до конца 2017 года, но не воспользовался таким правом, следовательно, он не позднее 1 января 2016 года и 1 января 2017 года соответственно, уже достоверно знал о нарушении своих законных прав на предоставление ему в полном объеме положенных отпусков за 2015 и 2016 годы.

При этом административный истец впервые обратился за судебной защитой в гарнизонный военный суд с указанными требованиями 6 апреля 2018 года, не приведя, при этом, каких-либо уважительных причин, в том числе, связанных с личностью административного истца, препятствовавших своевременному обращению в суд с заявлением о нарушении его прав. 

Согласно части 5 статьи 138 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в случае установления факта пропуска указанного срока без уважительной причины суд принимает решение об отказе в удовлетворении административного иска без исследования иных фактических обстоятельств по административному делу.

На основании изложенного суд приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении требований административного истца о предоставлении основного отпуска за 2015 год и второй части основного отпуска за 2016 год в связи с пропуском административным истцом срока на обращение в суд. 

Что же касается требований ФИО1 о предоставлении ему отпуска за 2018 год с выдачей воинских перевозочных документов к месту проведения отпуска и обратно, то, принимая по ним решение, суд приходит к следующим выводам. 

Как видно из выписки из приказа командира войсковой части 00000 от 28 ноября 2017 года № (в редакции приказов № и № от 10 и 27 апреля 2018 г.), изданного в исполнение приказа об увольнении административного истца с военной службы, ФИО1 с учетом предоставления основного отпуска за 2017 года в количестве 42 суток с 27 ноября 2017 года по 9 января 2018 года, с 10 января 2018 года исключен из списков личного состава воинской части.

Факт предоставления административному истцу в указанный выше период основного отпуска за 2017 год с выездом к месту его проведения в город 

<

адрес> подтверждается, кроме вышеуказанного приказа, также и копиями рапорта ФИО1 от 29 ноября 2017 года и отпускного билета от 7 декабря 2017 года. 

Таким образом, административному истцу, уволенному с военной службы в октябре 2017 года, основной отпуск за 2017 год был предоставлен с последующим исключением его из списков личного состава воинской части в ноябре 2017 года, с переходом на январь 2018 года, срок которого оканчивался 9 января 2018 года. 

При таких обстоятельствах, доводы ФИО1 и его представителя о том, что, поскольку, до 10 января 2018 года административный истец продолжал обладать статусом военнослужащего, а, следовательно, ему за исполнение обязанностей военной службы в январе 2018 года положен отпуск пропорционально прослуженному времени, суд находит несостоятельными. 

Разрешая требования ФИО1 о нарушении его прав командованием на медицинскую помощь, выразившегося в не направлении административного истца на лечение в федеральное государственное казенное учреждение «321 Военный клинический госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации (далее – ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ г. Чита), суд исходит из следующего. 

Согласно пунктам 75, 356 и 363 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации командир является единоначальником, в мирное и военное время отвечает в числе иного, за медицинское обслуживание подчиненного личного состава. Военнослужащий не должен скрывать своего заболевания. При заболевании он обязан немедленно доложить об этом непосредственному начальнику и с его разрешения обратиться за медицинской помощью в медицинский пункт полка. Обо всех военнослужащих, поступивших на стационарное лечение вне расположения полка, а также о выписке их по выздоровлении начальник (командир) военно-медицинского учреждения (медицинской части) обязан в тот же день сообщить командиру полка, из которого эти военнослужащие прибыли. 

Из текста административного искового заявления ФИО1 следует, что нарушение командованием воинской части его права на медицинское обслуживание заключается в не предоставлении административному истцу возможности пройти лечение в ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ г. Чита от последствий полученной им в июле 2015 года травмы руки. О необходимости такого лечения, как указывает административный истец, он заявлял во время нахождения на лечении в федеральном государственном казенном учреждение «437 Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации (далее – ФГКУ «437 ВГ» МО РФ г. Улан-Удэ), в период с 23 октября по 2 ноября 2017 года, где он проходил лечение по поводу «

<

наименование заболевания>» и руководство данного медицинского учреждения, якобы направляло в ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ г. Чита запрос на его госпитализацию в травматологическое отделение этого госпиталя о возможности прохождения лечения по поводу травмы руки и в марте 2018 года из названного военного госпиталя пришел положительный ответ. Однако, несмотря на это, командование войсковой части 11111 необоснованно не направило его на лечение в ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ г. Чита.

Как видно из копии выписного эпикриза ФГКУ «437 ВКГ» МО РФ г. Улан-Удэ от 2 ноября 2017 года № ФИО1 находился на лечении в связи с заболеванием «

<

наименование заболевания>». 

Факт нахождения административного истца в названном лечебном учреждении в период с 23 октября по 2 ноября 2017 года подтверждается сообщением начальника ФГКУ «437 ВКГ» МО РФ г. Улан-Удэ от 20 апреля 2018 года № 1553. При этом из этого же сообщения следует, что 2 ноября 2017 года ФИО1 на основании его рапорта был досрочно выписан в связи с отказом от дальнейшего лечения. 

Данное обстоятельство подтверждается копией рапорта ФИО1 от 2 ноября 2017 года. 

Также из упомянутого сообщения следует, что в связи с обращением ФИО1 20 марта 2018 года по поводу госпитализации в ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ г. Чита, 22 марта 2018 года был получен ответ о возможности госпитализации административного истца в данное медицинское учреждение с 27 марта 2018 года. 

Как видно из выписки из приказа командира войсковой части 11111 от 13 ноября 2017 года №, ФИО1, прибыв в этот день с лечения, приступил к исполнению служебных обязанностей.

При этом в материалах дела не содержится сведений, подтверждающих факт обращения ФИО1 в установленном порядке в период прохождения военной службы о направлении его на лечение в ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ г. Чита по поводу последствий, в результате полученной им травмы руки. 

Свидетель Т.А.С., - начальник медицинской службы войсковой части 11111 показал суду, что ФИО1, при выписке из ФГКУ «437 военный госпиталь» каких-либо рекомендаций о необходимости дальнейшего прохождения лечения в «321 Военном клиническом госпитале» не представил, не содержалось такой рекомендации и в его выписном эпикризе. При наличии такой рекомендации, он был обязан принять меры по направлению его на лечение в соответствующее отделение военного госпиталя. При этом в любом случае, правом принятия решения о направлении военнослужащего на стационарное лечение, за исключением экстренных случаев, обладает командир воинской части, на основании рапорта самого военнослужащего и рекомендации врача. 

Свидетель М.А.Л., - командир подразделения, показал, что ему не было известно о том, что ФИО1 нуждается в оперативном лечении в «321 Военном клиническом госпитале», поскольку с соответствующими рапортами, основанными на рекомендациях медицинских работников о необходимости прохождения административным истцом такого лечения ФИО1 к нему в период прохождения службы, не обращался. 

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО1 в период прохождения военной службы в войсковой части 11111 с рапортами о необходимости получения медицинской помощи по поводу последствий от полученной им травмы руки, как в адрес командования воинской части, так и в адрес руководства военного госпиталя не обращался. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что командованием право административного истца на получение медицинской помощи не нарушено, а поэтому суд отказывает в удовлетворении рассматриваемого требования административного иска. 

При таких обстоятельствах, суд исходя из установленного в судебном заседании считает, что оспариваемые административным истцом действия командования войсковых частей 00000 и 11111 совершены в рамках действующего законодательства и права ФИО1 как военнослужащего не нарушены, в связи с чем заявленный им административный иск удовлетворению не подлежит.

Поскольку в удовлетворении заявленных требований судом отказано, понесенные административным истцом судебные расходы возмещению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации военный суд, 

решил:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Восточно-Сибирский окружной военный суд через Улан-Удэнский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий В.Д. Доржиев