РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Абаза, РХ 12 апреля 2017 года

Абазинский районный суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Пановой Н.А.,

при секретаре Буниной К.Л.,

с участием помощника прокурора Таштыпского района Дуниной А.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-73/2017 по исковому заявлению ФИО1 к ОАО «Евраз Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ОАО «Евраз Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, в котором указал, что в период с 11 июня 1996 года по 29 декабря 2001 года работал на предприятиях, входящих в состав ОАО «Западно – Сибирский металлургический комбинат» подземным крепильщиком и подземным проходчиком в шахте в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, что привело к развитию профессионального заболевания.

В соответствии с Актом о случае профессионального заболевания от 18 мая 2015 года (далее по тексту Акт) у него установлено профессиональное заболевание в виде 

<

данные изъяты>.

Согласно заключения Бюро медико-социальной экспертизы № 9 ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30%. 

При работе в качестве подземного проходчика подвергался воздействию локальной вибрации- до 125 дБ; общей вибрации 109 дБ; повышенного уровня шума до 96 дБа; пыли от 4,6 до 6,0 мг/м3, минеральных масел- до 07 мг/м; тринитролуола- 0,05 мг/м3; имеет место повышенная влажность воздуха- 72,5 %; скорость движения воздуха- 0,2 м/с; температура технической воды, используемой в процессе буровых работ +10 +12 С. Время непосредственного контакта проходчика с буровым оборудованием составляет 50 %, работа на погрузочной машине ЛС-30 составляет 25% от общей продолжительности рабочей смены. При работе проходчика при забуревании шпуров рабочая поза вынужденная до 25 %, при бурении свободная. Нахождение в позе стоя до 60 %. Подъем и перемещение (разовое) тяжестей при чередовании с другой работой до 35 кг. Перемещение в пространстве: по вертикали до 1 км., по горизонтали – до 4 км. Наклоны корпуса до 100 раз.

Причиной профессионального заболевания послужило: длительное воздействие локальной вибрации – 118(ПДУ-112дБ), вибрации общей до 109 дБ(ПДУ – 100 дБ), класс условий труда у крепильщика- вредный 3,3 и класс условий труда у проходчика 3.4.

Наличие вины работника не установлено.

В соответствии с п.21 Акта, лицами, допустившими нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов является, администрация предприятий, на которых работал ФИО1 крепильщиком, проходчиком.

В связи с полученным профессиональным заболеванием истец испытывает нравственные страдания, поскольку утрата профессиональной трудоспособности наступила в 41 год, и он переживает за свое здоровье, которое не восстановить, а также жизнь. Кроме того, нарушен привычный образ жизни, болезнь рук приводит к эмоциональным расстройствам, раздражительности, что отражается и на отношениях в семье. Просит правильно учесть характер и степень причиненных ему страданий, выраженных в частичной потере здоровья.

В соответствии с копией исторической справки с 01.08.1995 года АООТ «Абаканское рудоуправление» вошло в состав АООТ «Западно-Сибирский металлургический комбинат», с 19.05.1997 года АРУ АООТ «ЗСМК» переименовано в АРУ ОАО «ЗСМК», с 30.12.2001 года структурное подразделение АРУ ОАО «ЗСМК» ликвидировано.

Просит взыскать с ОАО «Евраз Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 150 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие с участием его представителя – адвоката Загрядского И.Л.

Представитель истца – адвокат Загрядский И.Л. исковые требования поддержал в полном объеме, приведя в обоснование доводы, указанные в заявлении. Кроме того, дополнительно пояснил, что истец ФИО1 в период со 11 июня 1996 года по 29 декабря 2001 года работал на предприятиях, входящих в состав ОАО «Западно– Сибирский металлургический комбинат» подземным крепильщиком в шахте в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, что привело к развитию профессионального заболевания, которое носит «накопительный» характер и проявилось не сразу. Из Акта о случае профессионального заболевания от 18.05.2015 года следует, что лицами, допустившими нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов являются предприятия, на которых работал ФИО1 крепильщиком и проходчиком. Просил требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ОАО «Евраз Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» в зал судебного заседания не явился по неизвестным суду причинам, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом. 10 марта 2017 года от представителя ответчика ФИО2 в суд поступили возражения относительно исковых требований, в которых указано, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, поскольку согласно медицинского заключения по экспертизе связи заболевания с профессией 

<

данные изъяты>, выданного КГБУЗ «Краевая клиническая больница» Красноярский центр профессиональной патологии, профессиональное заболевание возникло в результате работы по профессии проходчик в течение 12 лет. В период работы истца на предприятиях ответчика с 1996 года по 2001 год изменений его состояния здоровья не устанавливалось. Первые признаки профессионального заболевания появились спустя 14 лет после прекращения трудовых отношений с ответчиком. Таким образом, поскольку не установлена причинно-следственная связь между возникновением профессионального заболевания у ФИО1 и его работой в организациях, правопреемником которых является АО «ЕВРАЗ ЗСМК», исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению. 

Судом рассмотрено исковое заявление в отсутствие истца, представителя ответчика, уведомленных о времени и месте судебного заседания, что не противоречит положениям ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав представителя истца, заключение пом. прокурора Дуниной А.С., полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125 – ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Частью 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п., осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности или умысла потерпевшего.

В силу п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Судом установлено, что ФИО1 в период с 11.06.1996 года работал в должности подземного крепильщика в АООТ «Абаканское рудоуправление», с 02.10.2001 года – подземным проходчиком в АООТ «Западно-Сибирский металлургический комбинат».

Согласно исторической справки, АООТ «Абаканское рудоуправление» вошло в состав АООТ «Западно-Сибирский металлургический комбинат», которое 19.05.1997 года переименовано в АРУ ОАО «ЗСМК», структурное подразделение ликвидировано 30.12.2001 года. 01.07.2011 г. ОАО "ЗСМК" преобразовано в ОАО "ЕВРАЗ Объединенный ЗСМК".

Кроме того, с 30.12.2001 года ФИО1 работал подземным проходчиком в ООО «Абаканское рудоуправление», с 01.08.2004 года в ОАО «Евразруда», с 27.12.2013 года в ООО «Абаканский рудник», где с 11.03.2015 года переведен бурильщиком шпуров, а с 17.12.2015 года – крепильщиком, уволен 16.05.2016 года.

Таким образом, на предприятиях, правопреемником которых является ответчик, ФИО1 работал 5 лет 3 месяца 21 день в должности подземного крепильщика, 2 месяца 29 дней в должности подземного проходчика. 

Весь указанный период ФИО1 был занят на подземных работах в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов.

На основании извещения от 29.04.2015 года об установлении заключительного диагноза, составлен акт о случае профессионального заболевания от 18.05.2015 года в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работающего подземным проходчиком в шахте ООО «Абаканский рудник, со стажем работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – 20 лет (пункт 9 Акта), стажем работы по данной профессии - 13 лет 7 месяцев (пункт 8 Акта), из которого следует, что по результатам проведенного расследования случая профессионального заболевания: 

<

данные изъяты>, выявленного при медосмотре впервые (пункты 14,15 Акта), установлено, что профессиональное заболевание возникло при работе в качестве подземного проходчика и крепильщика при обстоятельствах и в условиях:

- при работе в качестве подземного проходчика подвергался воздействию локальной вибрации- до 125 дБ; общей вибрации 109 дБ; повышенного уровня шума до 96 дБа; пыли от 4,6 до 6,0 мг/м3, минеральных масел- до 0,7 мг/ м3; тринитролуола- 0,05 мг/м3; имеет место повышенная влажность воздуха- 72,5 %; скорость движения воздуха- 0,2 м/с; температура технической воды, используемой в процессе буровых работ +10 +12 С?. Время непосредственного контакта проходчика с буровым оборудованием составляет 50 %, работа на погрузочной машине ЛС-30 составляет 25% от общей продолжительности рабочей смены. При работе проходчика при забуривании шпуров рабочая поза вынужденная до 25 %, при бурении свободная. Нахождение в позе стоя до 60 %. Подъем и перемещение (разовое) тяжестей при чередовании с другой работой до 35 кг. Перемещение в пространстве: по вертикали до 1 км., по горизонтали – до 4 км. Наклоны корпуса до 100 раз.- при работе в качестве подземного крепильщика, подвергался воздействию повышенного уровня шума – 88 дБА; локальной вибрации – до 118 дБ. Температура технической воды, используемой в процессе буровых работ +10-+12 С?. при работе крепильщика рабочая поза вынужденная до 50 % времени смены, нахождение в неудобной, фиксированной позе, пребывание в вынужденной позе (на коленях, на корточках и т.п. до 25 % времени смены). Нахождение в позе стоя до 80 % времени смены. Подъем и перемещение (разовое) тяжести при чередовании с другой работой – до 30 кг., подъем и перемещение тяжести постоянно в течении рабочей смены до 15 кг. Перемещение в пространстве по вертикали до 1 км., по горизонтали – до 8 км. Наклоны корпуса – до 100 раз (Пункт 17).Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие локальной вибрации – 118(ПДУ-112дБ), вибрации общей до 109 дБ(ПДУ – 100 дБ), класс условий труда у крепильщика- вредный 3,3 и класс условий труда у проходчика 3.4. (Пункт 18).Наличие вины работника не установлено (Пункт 19).Заболевание возникло в результате конструктивных недостатков машин и оборудования, несовершенства технологических процессов и оборудования, несовершенство СИЗ. Непосредственной причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие вредных физических производственных факторов: локальной вибрации – от 118до 128 (ПДУ-112дБ) – превышение на 6-16 дБ, вибрации общей до 104 дБ(ПДУ – 100 дБ) – превышение на 4 дБ, класс условий труда у крепильщика - вредный 3,3 и класс условий труда у проходчика – вредный 3.4. (пункт 20 Акта).ФИО1 направлен в учреждение ГМСЭ (пункт 13 Акта). Установлено нарушение администрацией предприятий, на которых работал ФИО1 крепильщиком, проходчиком государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов: СП 3905-85 «Санитарные правила для предприятий по добыче и обогащению рудных, нерудных и россыпных полезных ископаемых», СанПиН 2.2.2.540-96 «Гигиенические требования к ручным инструментам и организации работ» (п. 21).Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО1 № 86 от 26.07.2013 г. следует, что работа подземного горнорабочего, крепильщика, проходчика осуществляется в условиях шахты Абаканского рудоуправления (в настоящее время ОАО «Евразруда» шахты Абаканского филиала), на глубине 240 м. и ниже от поверхности земли. Работа в подземных условиях осуществляется в ограниченном пространстве. Естественное освещение отсутствует. Указанная санитарно-гигиеническая характеристика содержит описание условий труда подземного проходчика и подземного крепильщика, аналогичных изложенным в акте о случае профессионального заболевания. При этом, результаты аттестации рабочих мест получены лабораторией промсанитарии ОАО «ЗСМК», а также данных производственного контроля с 1994 года.Согласно медицинского заключения КГБУЗ Краевая клиническая больница» (решения врачебной профпатологической подкомиссии 

<

данные изъяты> по экспертизе связи заболевания с профессией), медицинского заключения (врачебной комиссии (ВК), вопрос о связи заболевания с профессией рассматривался на основании данных профмаршрута, из которого следует, что ФИО1 работал 12 лет по профессии проходчика, а также данных санитарно-гигиенической характеристики № 86 от 26.07.2013 года, в которой указано о воздействии негативных факторов на здоровье при работе по профессии проходчика. При этом, согласно медицинского заключения (решения подкомиссии ВК по экспертизе связи заболевания с профессией, динамическое наблюдение № 22 от 12.04.2016 года) следует, что впервые профессиональный генез заболевания от воздействия локальной и общей вибрации установлен в апреле 2015 года в ККБ г. Красноярска. С учетом предоставленных результатов обследования, профессиональный генез заболевания подтвержден, отрицательная динамика по 

<

данные изъяты>. Вместе с тем, указанное медицинское заключение 

<

данные изъяты> не опровергает выводов о том, что работа в должности крепильщика так же повлекла вред здоровью, поскольку в материалах дела имеются иные доказательства, свидетельствующие о том, что причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие локальной и общей вибрации как при работе крепильщиком, так и проходчиком в период работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в течение 20 лет. Кроме того, лицами, допустившими нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, установлены: администрации предприятий, на которых работал ФИО1 крепильщиком, проходчиком (Пункты 9, 18, 21 Акта о случае профессионального заболевания от 18.05.2015 года).Таким образом, стаж и крепильщика, и проходчика вошел в общий стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, при котором возникло профессиональное заболевание.В соответствии с п. 6 Инструкции по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной Приказом Роспотребнадзора от 31.03.2008 N 103, в обязательном порядке в санитарно-гигиенической характеристике указываются характеристики ведущего и всех сопутствующих вредных факторов производственной среды и трудового процесса, режимов труда, которые могли привести к профессиональному заболеванию (отравлению).Согласно п. 32 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 N 967, в акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов.С учетом изложенного суд не соглашается с доводами представителя ответчика о том, что отсутствует вина ОАО "ЕВРАЗ Объединенный ЗСМК" в причинении вреда здоровью ФИО1, повлекшем утрату трудоспособности.ФИО1 нуждается в медицинской помощи и обеспечении лекарственными средствами, в проведении реабилитационных мероприятий (санаторно-курортное лечение в санаториях неврологического профиля 2 раза в год). Заключением учреждения 

<

данные изъяты> ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% на срок с 16.09.2016 года по 01.10.2017 года. Программой реабилитации подтверждается, что ФИО1 необходимо проходить реабилитационные мероприятия: принимать лекарственные средства, проходить санаторно-курортное лечение, противопоказана работа, связанная с вредными производственными факторами: вибрация, переохлаждение, физическое перенапряжение. В соответствии с ч. 1 ст. 150 Гражданского Кодекса РФ к нематериальным благам относится, в том числе здоровье.Согласно ч. 2 ст. 7 Конституции РФ в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в ч. 2 ст. 37 Конституции РФ. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (ст. 212 ТК РФ).В силу ст. 8 Федерального закона РФ от 30 марта 1999 года N 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» граждане имеют право: на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека; на возмещение в полном объеме вреда, причиненного их здоровью или имуществу вследствие нарушения другими гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарного законодательства, а также при осуществлении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. В соответствии со ст. 25 вышеуказанного нормативного акта условия труда, рабочее место и трудовой процесс не должны оказывать вредное воздействие на человека. Требования к обеспечению безопасных для человека условий труда устанавливаются санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Индивидуальные предприниматели и юридические лица обязаны осуществлять санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия по обеспечению безопасных для человека условий труда и выполнению требований санитарных правил и иных нормативных правовых актов Российской Федерации к производственным процессам и технологическому оборудованию, организации рабочих мест, коллективным и индивидуальным средствам защиты работников, режиму труда, отдыха и бытовому обслуживанию работников в целях предупреждения травм, профессиональных заболеваний, инфекционных заболеваний и заболеваний (отравлений), связанных с условиями труда.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ ответчик не предоставил доказательств выплаты истцу компенсации морального вреда в какой-либо сумме.

При этом, судом принимается во внимание, что АО «Евразруда» на основании соглашения от 11 января 2017 года в добровольном порядке компенсировало ФИО1 моральный вред, причиненный профессиональным заболеванием в сумме 120 000 рублей.

Решением Абазинского районного суда от 05.12.2016 года, вступившим в законную силу 10.01.2017 года, с ООО «Абаканский рудник» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в сумме 30 000 рублей. 

По настоящему делу, с учетом изложенных доказательств, судом установлено, что вред здоровью истца был причинен в результате профессионального заболевания, возникшего в результате длительной работы во вредных условиях труда и неблагоприятных производственных факторов, в том числе и на предприятиях, правопреемником которых является ОАО «ЕВРАЗ Объединенный ЗСМК», без наличия грубой неосторожности с его стороны, при этом в результате причинения вреда здоровью истца, ему были причинены моральные и нравственные страдания, которые он испытывает теперь постоянно, так как его состояние здоровья, качество его жизни в целом ухудшилось: не может вести прежний для себя образ жизни, нуждается в постоянном прохождении лечения, приеме лекарственных средств.

Суд учитывает, что в период работы у данного работодателя ФИО1 также подвергался воздействию неблагоприятных факторов, повлиявших на его здоровье, что подтверждается документами, исследованными в судебном заседании. 

Суд, определяя размер компенсации морального вреда с учётом требований разумности и справедливости, принимает во внимание степень физических и нравственных страданий ФИО1, обстоятельства, при которых причинён вред здоровью, процент утраты профессиональной трудоспособности, установленный до 01.10.2017 г., период воздействия вредных производственных факторов у данного причинителя вреда из общего стажа работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, а также суммы компенсации морального вреда, полученные от других причинителем вреда.

Все изложенные обстоятельства позволяют суду расценивать размер компенсации морального вреда, подлежащим снижению, поскольку заявленная истцом в качестве компенсации морального вреда в связи с утратой здоровья сумма в размере 150 000 рублей к ответчику не является разумной и справедливой.

Поскольку истец при подаче иска освобожден от уплаты государственной пошлины, суд считает, что в соответствии с п.3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ с ОАО «ЕВРАЗ Объединенный ЗСМК» следует взыскать в доход соответствующего бюджета госпошлину в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ суд, 

РЕШИЛ:

Взыскать с ОАО «Евраз Объединенный Западно – Сибирский металлургический комбинат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятидесяти тысяч) рублей.

Взыскать с ОАО «Евраз Объединенный Западно – Сибирский металлургический комбинат» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) рублей.

В остальной части заявленных исковых требований ФИО1 к ОАО «Евраз Объединенный Западно – Сибирский металлургический комбинат» отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, представления через Абазинский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 17 апреля 2017 года.

Председательствующий судья Н.А. Панова