УИД 30RS0012-01-2024-002347-45

№ 2-111/2025

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Астрахань 9 октября 2025 г.

Наримановский районный суд Астраханской области в составе:

председательствующего судьи Павловской А.О.,

при секретаре Сараниной П.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Торгсервис 30» о компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Торгсервис 30» (ООО «Торгсервис 30») о компенсации морального вреда, указав, что 24 апреля 2024г. она споткнулась о пустой поддон, который при выкладке товара сотрудниками магазина «Светофор», расположенного по адресу: 

<

...>, не был убран, вследствие чего, ее здоровью причинен вред. На место происшествия была вызвана «Скорая помощь», сотрудники полиции. От госпитализации она отказалась. 25 апреля 2025г. она обратилась в Наримановскую районную больницу по месту жительства, и ей был диагностирован перелом шейки левой плечевой кости. Длительное время она испытывала боль, неудобства, вынуждена была лечиться, ей причинен моральный вред. Полагает, что получение ею травмы стало возможным из-за ненадлежащего содержания ответчиком торгового зала магазина. С учетом измененных исковых требований просила взыскать компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., расходы на представителя – 5 000 руб., расходы по оплате судебной экспертизы -43 963 руб., а также штраф в размере 50% от суммы, взысканной в ее пользу.

Истец ФИО1, ее представитель по ордеру ФИО2 исковые требования поддержали, просили удовлетворить.

Представитель ответчика, третьи лица в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом.

Согласно ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 22.03.2011 г. № 435-О-О, ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает обязанность суда отложить разбирательство дела в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, в отношении которых отсутствуют сведения об их извещении, а также в случае неявки лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, при признании причин их неявки уважительными. Уважительность причин неявки определяется судом на основании анализа фактических обстоятельств, поскольку предусмотреть все причины неявки, которые могут быть отнесены к числу уважительных, в виде исчерпывающего перечня в законе не представляется возможным. Данное полномочие суда, как и закрепленное ст. 118 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации право суда считать лицо в упомянутом в ней случае надлежаще извещенным, вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти; лишение суда этих полномочий приводило бы к невозможности выполнения стоящих перед ним задач по руководству процессом.

Согласно ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в указанный в части третьей настоящей статьи срок, если суд располагает доказательствами того, что указанные лица надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания. Такие лица, получившие первое судебное извещение по рассматриваемому делу, самостоятельно предпринимают меры по получению дальнейшей информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Представитель юридического лица ООО «Торгсервис 30» о времени и месте рассмотрения дела извещался по правилам ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации: телефонограммой, судебной повесткой, направленной по почте по адресу юридического лица, указанному в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, а также в доверенности представителя. 

Согласно отчету об отслеживании внутренних почтовых отправлений извещение получено адресатом 7 октября 2025г. 

Доказательств, свидетельствующих об уважительности причины неявки ответчика, не представлено. 

Нетрудоспособность представителя ответчика, согласно ранее переданной телефонограмме, также не свидетельствует о наличии уважительности причин отсутствия юридического лица, которое не лишено возможность направить в суд иное уполномоченное лицо.

Как усматривается из материалов дела, представитель ответчика по доверенности ФИО3, ранее принимавшая участие в судебных заседаниях, в удовлетворении исковых требований просила отказать по тем основаниям, что представленные стороной истца доказательства содержат противоречивые сведения об обстоятельствах, при которых здоровью ФИО1 причинен вред, в результате чего невозможно установить причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и получением травмы истцом. Заявленный размер компенсации морального вреда сочла завышенным и несоразмерным причиненным истцу физическим и нравственным страданиям. Кроме того, полагала, что штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя, предусмотренный п. 6 с.13 Закона о защите прав потребителей, не подлежит взысканию, поскольку в действиях истца усматриваются признаки недобросовестного поведения.

Таким образом, ответчик был надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания и не представил суду доказательств, подтверждающих невозможность явиться в суд.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что реализация участниками гражданского процесса своих прав не должна нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц, в соответствии со ст. 118 ч. 3, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает, что имеются основания для рассмотрения дела в отсутствие ответчика, надлежащим образом извещенного о дате, времени и месте судебного заседания.

Выслушав истца, его представителя, заключение помощника прокурора Сизова К.В., полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению, допросив свидетелей, экспертов, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41).

Пунктом 2 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ. 

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

Согласно п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.). 

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст. 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33). 

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 14, 15, 22 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). 

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. 

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (п.25). 

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26). 

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. № 33). 

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28). 

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (п. 30). 

Как разъяснено в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. 

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела. 

Установлено, что ООО «Торгсервис 30» зарегистрировано в качестве юридического лица с 23 января 2017, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц.

Основным видом деятельности юридического лица является - торговля розничная, прочая в неспециализированных магазинах.

ООО «Торгсервис30», являясь юридическим лицом, осуществляет торговую деятельность, в том числе в магазине «Светофор», расположенном по адресу: 

<

...>. 

Как следует из материалов проверки ОМВД России по Наримановскому району Астраханской области, зарегистрированных в КУСП N2721 от 24 апреля 2024г., 24 апреля 2024г., примерно в 17 часов, ФИО1, находясь в магазине «Светофор», расположенном по адресу: 

<

...>, споткнулась о пустой поддон (палета) и, потеряв равновесие, упала, в результате чего получила травму левой руки.

В своих объяснениях, данных участковому уполномоченному полиции по Наримановскому району ФИО4, ФИО5 указала, что с марта 2024г. работала в должности кассира – контролера в магазине «Светофор» по адресу: 

<

...>. 24 апреля 2024г. прибыл товар, который сотрудники магазина раскладывали по стеллажам. Грузчики убирали поддоны и приносили товар. При раскладке товара неизвестная женщина по своей невнимательности ударилась левой ногой об деревянный поддон, они извинились перед ней и вызвали скорую помощь.

В силу ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. 

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. 

Таким образом, объяснения стороны являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду и в совокупности с иными доказательствами. 

Суд считает возможным принять в качестве доказательств факта и обстоятельств падения ФИО1 объяснения истца, изложенные в материале проверки ОМВД России по Наримановскому району Астраханской области, поскольку они последовательны, непротиворечивы и согласуются с иными доказательствами, имеющимися в материалах дела. 

Так, согласно объяснениям ФИО1, 24 апреля 2024г., находясь в магазине «Светофор» по адресу: 

<

...>, выбирая товар, она споткнулась о пустой палет (поддон) и, потеряв равновесие, упала. При падении она повредила левую руку.

Согласно сигнальному листу ГБУЗ АО «Наримановская РБ. Отделение скорой медицинской помощи» ФИО1 от оказания медицинской помощи отказалась, рекомендовано обратиться в поликлинику к хирургу по месту жительства.

В судебном заседании допрошены свидетели: ФИО6., ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12,ФИО13 

Так, свидетель ФИО6 пояснил, что состоит в должности заведующего рентгенологическим кабинетом в ГБУЗ АО «Наримановская РБ», проводил рентгенологические исследования пациенту ФИО1 25 апреля и 4 июня 2024г. На основании рентгенографического исследования было выдано заключение о наличии патологии в виде вколоченного перелома левой плечевой кости. Окончательный диагноз выставляет лечащий врач после интерпретации результатов обследования.

Свидетель ФИО7 пояснил, что состоит в должности травматолога - ортопеда в ГБУЗ АО «Наримановская РБ», 25 апреля 2024г. осуществлял прием ФИО1 Пациент обратился с жалобами на боль в плече, со слов – упала в магазине «Светофор». После рентгенографического исследования ФИО1 был выставлен диагноз «Закрытый перелом головки левой плечевой кости». Первое посещение ФИО1 было именно 25 апреля 2024г., в медицинскую карту по неизвестным для него причинам не вклеены все дневники посещений. Все данные посещений вносятся также в программу «Помед». При повторном допросе свидетель ФИО7 пояснил, что при первом посещении ФИО1 выставлен именно «Закрытый перелом головки левой плечевой кости». 

Свидетель ФИО8 пояснил, что состоит в должности врача - хирурга в ГБУЗ АО «Наримановская РБ», осуществлял прием ФИО1 через 5-6 недель после травмы, делал назначения. 

Свидетель ФИО9 – врач скорой медицинской помощи пояснила, что осуществляла выезд в магазин «Светофор». Оказывала первую медицинскую помощь ФИО1 Гражданка жаловалась на боль в плече, пояснила, что упала, споткнувшись о палет в магазине. Ею был проведен визуальный осмотр. От госпитализации ФИО1 отказалась. При визуальном осмотре отечности тканей не было, показатели пульса, давления были в пределах нормы, что не исключается в шоковом состоянии. ФИО1 была в эмоционально – возбужденном состоянии, вызванном, как ей показалось, недовольством и наличием болевого синдрома. Отечность тканей не появляется в первые часы, что также является пределом нормы.

Свидетель ФИО10 пояснила, что состоит в должности участкового уполномоченного ОМВД России по Наримановскому району с сентября 2024г. В период с марта по май 2024г. работала в магазине «Светофор», расположенном в г. ФИО14, продавцом - кассиром. График работы - сменный. 24 апреля 2024г. была ее смена. В ее обязанности, в том числе входила раскладка товара. 24 апреля 2024г. она совместно с коллегой раскладывала товар, после она сказала грузчику убрать палеты, а сама ушла на обед. После обеда она была очевидцев разговора истца и кассира. ФИО1 жаловалась, что упала и повредила руку. Она позвонила директору магазина и сообщила о произошедшем. Пустые поддоны были убраны грузчиками уже после падения истца. В этот же день она также была опрошена сотрудником полиции об обстоятельствах произошедшего.

Свидетель ФИО11 пояснила, что работает в магазине «Светофор» г. ФИО14 продавцом – кассиром. 24 апреля 2024г. она находилась в торговом зале и разбирала товар с грузчиком, услышала крик, подошла к кассе, истец ФИО1 пояснила, что упала в холодном помещении, споткнувшись о палет. В холодном помещении стоял палет с колбасными изделиями, поскольку они занимались выкладкой товара. Очевидцем произошедшего она не была. Она извинилась перед истцом. После инцидента коробки и поддон были убраны. Сотрудниками магазина была вызвана скорая медицинская помощь.

Свидетель ФИО12 пояснила, что работала в магазине «Светофор» г. ФИО14 со 2 апреля 2024г. в должности директора. О падении ФИО1 ей стало известно со слов сотрудников магазина, сотрудники магазина также пояснили, что вызвали скорую медицинскую помощь и полицию. В торговом зале имеются камеры видеонаблюдения, она их не просматривала, видеозапись никто не изымал.

Свидетель ФИО13 пояснил, что работает охранником, 24 апреля 2024г. работал в магазине «Светофор», расположенном в г. ФИО14. Непосредственным очевидцем падения ФИО1 он не был. Со слов истца – истец упала и повредила руку. В зале действительно происходила раскладка товары, поддоны он не видел. В тот день камера не работала.

Свидетель ФИО15 пояснила, что работает в должности старшего участкового – уполномоченного ОМВД России по Наримановскому району. 24 апреля 2024г. был зарегистрирован вызов гражданки ФИО1 по факту падения в магазине «Светофор», расположенном в г. ФИО14. Так как была нехватка сотрудников, она проследовала на указанный вызов. Когда она приехала, материал уже был составлен другим сотрудником полиции, ей было поручено опросить кассира. Она опросила ФИО10

Свидетели ФИО10, ФИО11 лично отметили факт нахождения в торговом зале поддона для товара и факт его уборки грузчиком после падения истца.

Ставить под сомнение достоверность обстоятельств, сообщенных свидетелями, у суда оснований не имеется. 

Свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, их показания согласуются с объяснениями истца и иными материалами дела, не имеют существенных противоречий. 

Вопреки доводам представителя ответчика, сведений о заинтересованности свидетелей в исходе дела судом не установлено. 

Доводы стороны ответчика об отсутствии доказательств падения истца именно в магазине «Светофор» 24 апреля 2024г., не могут быть приняты во внимание судом, поскольку основаны на предположениях и опровергаются вышеперечисленными материалами дела, а также показаниями свидетелей.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств тому, что истец получила травму в ином месте, ответчиком не представлено. 

В медицинской карте ФИО1, истребованной по запросу суда, также имеются сведения об осмотре истца 3 июня 2024г. врачом ФИО8 Основной диагноз «Закрытый перелом головки левой плечевой кости без смещения». Рекомендован рентгенографический контроль, дезо - повязка. 

Согласно протоколу исследования от 4 июня 2024г. определяется консолидированный перелом шейки левой плечевой кости.

Согласно сведениям РИАМС «Промед», истребованным по запросу суда, следует, что 24 апреля 2024г. зафиксировано обращение ФИО1 в службу «Скорой медицинской помощи»; 25 апреля 2024г. ФИО1 осмотра врачом - хирургом, жалобы на боли и отек плечевого сустава, со слов: травма получена в магазине «Светофор»; 25 апреля 2024г. – рентгенограмма, выставлен диагноз «Закрытый перелом головки левой плечевой кости»; 3 июня 2024г. ФИО1 осмотрена врачом – хирургом, жалобы на боли в левом плечевом суставе, диагноз «Закрытый перелом головки левой плечевой кости без смещения; 4 июня 2024г. осмотрена хирургом, жалобы на боль в левом плечевом суставе, на р-грамме сросшийся перелом; 10 июня 2024г. осмотрена врачом травматологом, жалобы на умеренную боль в левом плечевом суставе; 25 июня 2024г. осмотрена врачом – травматологом, жалобы на умеренную боль в левом плечевом суставе, усиливающуюся при движении, 4 июля 2024г. осмотрена врачом - травматологом, жалоб нет, диагноз: «Сросшийся перелом головки левой плечевой кости без смещения». Контрактура левого плечевого сустава; 26 декабря 2024г. осмотрена врачом – травматологом, жалобы на боли, ограничения движения в левом плечевом суставе, диагноз: «Артроз левого плечевого сустава», рекомендована рентгенография; 9 января 2025г. осмотрена врачом - травматологом, на р - грамме признаки сросшегося перелома шейки левой плечевой кости. Артроз левого плечевого сустава.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО16 пояснила, что работает в ГБУЗ АО «Наримановская РБ», по запросу суда подготавливала выписку из системы РИАМС «Промед», все сведения в отношении пациента ФИО1 были скопированы из базы данных, в целях упорядоченного последовательного изложения вносила кое – какие коррективы при подготовке ответа на запрос, при этом какие – либо изменения в имеющиеся в базе данных сведения, в том числе диагноз пациента, ею не вносились.

Доводы представителя ответчика о фальсификации документов признаются судом несостоятельными. Ответчиком в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств подложности представленных документов.

В рамках рассмотрения дела судом была назначена комплексная медицинская судебная экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ АО «Бюро судебно – медицинской экспертизы».

Согласно заключению комиссии экспертов № 25-ОКиКЭ следует, что данные, отмеченные в медицинских документах и материалах на имя ФИО1, позволяют сделать вывод о том, что у ФИО1 имелся полный внесуставной поперечный консолидирующийся перелом хирургической шейки левой плечевой кости со смещением, который образовался в результате воздействия тупого твердого предмета. Давность образования вышеуказанного перелома свыше 21-го дня к моменту рентгенологического исследования, проведенного ФИО1 04.06.2024г., более конкретно высказаться о давности образования вышеуказанного перелома по имеющимся данным не представляется возможным, ввиду отсутствия рентгенограмм левой плечевой кости от 25.04.2024г. на имя ФИО1 Перелом хирургической шейки левой плечевой кости со смещением не является опасным для жизни повреждением, поэтому, согласно пункту 6.11.1 Медицинских критериев определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом МЗ и СР от 24 апреля 2008 г. №194н соответствует тяжкому вреду здоровью.

В судебном заседании допрошены эксперты ФИО17, ФИО18, ФИО19, которые поддержали выводы экспертного заключения в полном объеме, аналогично друг другу пояснили, что в рамках производства экспертизы были изучены представленные материалы гражданского дела, СД-диск, медицинская карта пациента ФИО1 Эксперты ФИО17, ФИО18 пояснили, что поскольку отсутствовала рентгенограмма на электронном носителе от 24 апреля 2024 г., по представленной рентгенограмме на бумажном носителе давность образования повреждения не удалось определить, то давность образования перелома была определена по имеющиеся на СД – диске рентгенограмме от 4.06.2024г.

На повторный запрос суда ГБУЗ АО «Наримановская РБ» представлен СД – диск, содержащий рентгенограммы от 25 апреля 2024г., 4 июня 2024г. и 27 декабря 2024г.

Поскольку среди материалов гражданского дела, представленных на экспертизу, рентгенограммы от 25 апреля 2024г., 27 декабря 2024г. на электронном носителе отсутствовали, в связи с чем усматривалась неполнота проведенного комиссией экспертов исследования, а путем опроса экспертов в судебном заседании не представилось возможным устранить выявленные недостатки заключения, суд, с учетом мнения участвующих в деле лиц, пришел к выводу о необходимости проведения по делу дополнительной комплексной судебной экспертизы, производство которой поручил тому же экспертному учреждению.

Из заключения дополнительной комплексной медицинской судебной экспертизы следует, что данные и материалы, имеющиеся в медицинских документах на имя ФИО1, материалах гражданского дела, а так же результаты визуализирующих методов исследований (рентгенологические исследования) позволяют сделать вывод о том, что у ФИО1 имелся полный внесуставной поперечный перелом хирургической шейки левой плечевой кости. На основании результатов полученных при изучении электронных записей, имеющихся на представленном оптическом диске «рентгенологические исследования от 25 апреля 2024г., 4 июня 2024г., 27 декабря 2024г.», можно сделать вывод, что перелом левой плечевой кости у ФИО20 образовался не задолго до проведения ей рентгенологического исследования 25 апреля 2024 г., что не исключает возможности образования перелома левой плечевой кости у ФИО1 24 апреля 2024 г.

Указанные выводы эксперт ФИО18 поддержала в судебном заседании, пояснив, что указанные выводы сделаны с учетом представленной рентгенограммы от 24 апреля 2024 г.

Оснований не доверять представленным заключениям комиссии экспертов у суда не имеется, поскольку заключение комплексной медицинской судебной экспертизы, заключение дополнительной комплексной медицинской судебной экспертизы являются допустимыми по делу доказательствами, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, о чем свидетельствует подписки экспертов: ФИО17 - врача судебно-медицинского эксперта первой квалификационной категории отдела комиссионных и комплексных судебно –медицинских экспертиз, ГБУЗ АО «БСМЭ», имеющего высшее профессиональное образование и специальную подготовку по судебно- медицинской экспертизе, ФИО18 - врача рентгенолога высшей квалификационной категории, заведующей отделением лучевой диагностики ГБУЗ АО «АМОКБ», имеющего высшее профессиональное образование и подготовку по специальности «Рентгенология», ФИО19 - врача –травматолога – ортопеда высшей квалификационной категории ГБУЗ АО «АМОКБ», имеющего высшее профессиональное образование и подготовку по специальности «Травматология-ортопедия».

Заключения комплексной медицинской судебной экспертизы, дополнительной комплексной медицинской судебной экспертизы содержат подробное описание проведенного исследования, с учетом всех представленных материалов, приведены выводы, и на основании исследования даны ответы на поставленные вопросы. 

В соответствии со ст. 25 ФЗ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены: время и место производства судебной экспертизы; основания производства судебной экспертизы; сведения об органе или о лице, назначивших судебную экспертизу; сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы; предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; вопросы, поставленные перед экспертом или комиссией экспертов; объекты исследований и материалы дела, представленные эксперту для производства судебной экспертизы; сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. 

Проведенные по делу комплексная медицинская судебная экспертиза, дополнительная комплексная медицинская судебная экспертиза, полностью отвечают вышеприведенным требованиям закона. 

Оценив экспертные заключения по правилам, установленным в ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд соглашается с изложенными в них выводами. 

Как указано выше, в соответствии с п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить ответчик. 

Потерпевший, в свою очередь, представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. 

Таким образом, на истце лежит обязанность доказать факт, обстоятельства произошедшего и размер ущерба, а на ответчике - обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда. 

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. 

В соответствии с преамбулой Закона о защите прав потребителей данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав. 

Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности; исполнителем - организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору. 

В соответствии с п. 2 ст. 1096 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный вследствие недостатков услуги, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем). 

В силу ст. 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения. 

В соответствии со ст. 4 Закона о защите прав потребителей, исполнитель обязан оказать потребителю услугу, качество которой соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать потребителю услугу, соответствующую обычно предъявляемым к ее качеству требованиям. 

На основании ст. 7 указанного Закона потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке. 

Оказание ответчиком истцу услуги ненадлежащего качества является нарушением прав потребителя в связи с чем, на основании п. 1 ст. 13 Закона о защите прав потребителей, на ответчика должна быть возложена ответственность, предусмотренная указанным законом. 

В соответствии со ст. 14 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме. Право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет. Вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению исполнителем. Изготовитель (исполнитель) несет ответственность за вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя в связи с использованием материалов, оборудования, инструментов и иных средств, необходимых для производства товаров (выполнения работ, оказания услуг), независимо от того, позволял уровень научных и технических знаний выявить их особые свойства или нет. Изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги). 

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ). 

Из указанных нормативных положений и Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что продавец (исполнитель) без вины несет ответственность за причинение вреда здоровью потребителя вследствие недостатков товара (работы, услуги) и освобождается от возмещения вреда только в случаях, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги). 

Ответчиком как субъектом предпринимательской деятельности, оказывающим услуги потребителям, не было предпринято необходимых и достаточных мер для обеспечения безопасности покупателей при посещении магазина «Светофор». 

Таким образом, собранными по делу доказательствами подтверждена причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением ответчиком обязанностей по обеспечению безопасных условий для покупателей в помещении торгового зала магазина «Светофор» и полученной истцом травмой при падении. 

В нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относимых и допустимых доказательств того, что ответчиком предприняты все необходимые и достаточные меры для избежания падения истца, не представлено. 

Причинение вреда здоровью ФИО1, исходя из вышеприведенных норм права и установленных судом обстоятельств, является основанием для взыскания в ее пользу денежной компенсации морального вреда. 

То обстоятельство, что сотрудниками медицинской организации не были внесены в полном объеме записи о проведенных медицинских процедурах в медицинскую карту истца, то есть ненадлежащим образом ведется медицинская документация, не может являться основанием для отказа в возмещении вреда. 

Наличия в действиях истца признаков недобросовестного поведения, на что ссылается представитель ответчика, из материалов дела не усматривается.

В силу разъяснений, содержащимся в п. п. 1, 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. 

На основании п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда (ст. 15 Закона «О защите прав потребителей»). 

В соответствии с пунктом 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий, исходя из принципа разумности и справедливости. 

Травма, полученная истцом в магазина «Светофор», причинила истцу физическую боль, как в момент падения, так и в ходе последующего лечения, боли в плечевом суставе истец испытывала длительное время, что подтверждается соответствующими выписными эпикризами, представленными в материалы дела. Также истцу причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях из-за потери здоровья, длительного лечения и утраты трудоспособности, невозможности себя обслуживать, нарушения привычного образа жизни и ухудшения качества жизни в связи с полученной травмой. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает вышеуказанные обстоятельства падения истца, характер и объем причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, длительность лечения, ее индивидуальные особенности, а также принципы разумности и справедливости. При этом суд исходит из того, что здоровье человека - это состояние его полного физического и психического благополучия, право на здоровье относится к числу общепризнанных, основных прав и свобод человека и подлежит защите. 

Учитывая изложенное, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

По мнению суда, сумма компенсации в указанном размере соответствует характеру и объему физических и нравственных страданий, перенесенных истцом, а также требованиям разумности и справедливости, позволяющим с одной стороны максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда. 

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно разъяснениям, данным в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 6 ст. 13 Закона). 

Как следует из материалов дела, истец направляла ответчику претензию с требованием о компенсации морального вреда, то есть ФИО1 обращалась в досудебном порядке за возмещением причиненного вреда, однако, в добровольном порядке требования удовлетворены не были. 

Таким образом, поскольку факт нарушения прав потребителя судом установлен и его требования до разрешения спора судом в добровольном порядке ответчиком не удовлетворены, с ответчика подлежит взысканию штраф по правилам статьи 13 Закона о защите прав потребителей, размер которого составляет 100 000 руб.

Каких-либо объективных оснований для снижения указанного размера подлежащего взысканию штрафа, суд не усматривает. 

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов, определяя их размер, суд исходит из следующего. 

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

На основании п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). 

В силу п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Размер понесенных расходов определяется каждый раз индивидуально, исходя из особенностей конкретного дела. 

Истцом за оказание юридических услуг по подготовке документов в суде оплачено 5 000 руб., что подтверждается квитанцией № 97 к приходно кассовому ордеру от 30 июля 2024г. 

Указанный размер судебных расходов судом признается разумным и справедливым, подлежащим взысканию с ответчика в заявленном размере.

Также, учитывая, что судебная экспертиза, назначенная определением суда, проведена, заключение изготовлено экспертом и направлено в адрес суда, принято в качестве надлежащего доказательства по делу, а оплата стоимости экспертизы возложена на истца, как на сторону, заявившую ходатайство о назначении экспертизы, и согласно выставленному счету стоимость услуг эксперта составила 43 963 руб., суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы на производство судебной экспертизы в заявленном размере.

Часть 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Положения п. 1 ст. 333.17 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривают, что плательщиками государственной пошлины признаются: организации; физические лица. 

Указанные в п. 1 настоящей статьи лица признаются плательщиками в случае, если они выступают ответчиками в судах общей юрисдикции, и если при этом решение суда принято не в их пользу и истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с настоящей главой (п. 2 ст. 333.17 Налогового кодекса Российской Федерации). 

Поскольку истец ФИО1 в силу положений п. 3 ст. 17 Закона РФ «О защите прав потребителей» и пп. 4 п. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобождена от уплаты государственной пошлины, то с ООО «Торгсервис 30» подлежит взысканию в доход бюджета государственная пошлина в размере 3 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Торгсервис 30» о компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Торгсервис 30», ИНН 

<

***>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №, компенсацию морального вреда в сумме 200 000 руб., штраф в размере 100 000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 5 000 руб., расходы по оплате экспертного заключения в размере 43 963 руб. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Торгсервис 30», ИНН 

<

***>, государственную пошлину в доход бюджета в размере 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Астраханский областной суд через районный суд, вынесший решение.

Мотивированное решение изготовлено 23 октября 2025 г.

Судья . Павловская А.О.