№ 2-1833/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 июля 2020 г. г. Одинцово 

Одинцовский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Тарханова А.Г. 

при секретаре Дюжеве М.П. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о признании недействительным договора залога (ипотеки), применении последствий недействительности сделки, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 и ФИО3, уточнив требования (л.д. 104-105) просил признать недействительным договор залога (ипотеки) земельного участка по адресу: АДРЕС, заключенный 22 апреля 2017 г. между ФИО2 и ФИО3, и применить последствия недействительности сделки, прекратить залог (ипотеку) земельного участка по адресу: АДРЕС, установленный в пользу ФИО3, регистрационная запись №

В обоснование исковых требований истец сослался на то, что с 09 ноября 1990 года состоит в браке с ответчиком ФИО2 В их совместной собственности находится земельный участок по адресу: АДРЕС, общей площадью 1 539 кв.м., а также дом - 144 кв.м, находящийся на указанном земельном участке. Между тем стороны ФИО2 и ФИО3 заключили договор займа от 22 апреля 2017 г. сроком на 1 год на сумму 1 670 000 руб. В обеспечение исполнения обязательств по указанному договору займа 22 апреля 2017 г. ФИО2 по договору залога (ипотеки) указанный земельный участок передала в залог ФИО3 При этом нотариальное согласие его как супруга ФИО2 на совершение указанной сделки ответчиком в нарушение требований 35 Семейного кодекса РФ получено не было. Кроме того ФИО3 знал о несогласии истца, как другого супруга, на совершение данной сделки, так как ФИО2 поставила его в известность, о том, что такого согласия супруг не даст. Однако о передаче ФИО2 в залог недвижимого имущества, являющегося их совместной собственностью, истец не знал, согласие на его отчуждение не давал. После того, как истцу 11 января 2020 г. стало известно о совершении ответчиками сделки по договору залога, посчитав свои права нарушенными, он обратился в суд с вышеуказанными требованиями. 

Истец в судебном заседании заявленные требования поддержал, просил их удовлетворить, указав, что спорное имущество является совместной собственностью супругов, ответчик ФИО2 без его согласия совершила сделку по договору залога (ипотеки) от 22 апреля 2017 г., передав ФИО3 в залог спорный земельный участок, о которой истцу стало известно только лишь 11 января 2020 г.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании требования признала, указав, что не получала согласие от истца при заключении сделки.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, направил своего представителя.

Представитель ответчика в судебном заседании заявленные требования не признал, возражал против их удовлетворения, представил письменные возражения и дополнения к ним, указав на злоупотребления правом сторон Е-ных, требования направлены на затягивания процесса реализации имущества, на которое обращено взыскание. На момент заключения спорной сделки ФИО3 не знал и не мог знать, что для заключения сделки требуется согласие истца, поскольку ФИО2 не сообщила и скрыла информацию о том, что спорный земельный участок является совместной собственностью супругов и приобретен в период брака с истцом, для того чтобы в последующем истец смог обратиться в суд с настоящими требованиями, с целью неисполнения обязательств по договору займа. Вместе с тем заявил ходатайство о пропуске срока исковой давности, применение которого является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований. Поскольку ФИО6 27 лет в браке, проживает совместно, ведут совместное хозяйство и брак между ними не расторгнут, в связи с чем, ответчик полагает, что истец не мог не знать о проведенной сделке в 2017 г.

Третье лицо - Одинцовский РОСП УФССП России по Московской области и Управление Росреестра по Московской области своих представителей в судебное заседание не направили, извещались надлежащим образом.

Выслушав доводы истца, возражения стороны ответчиков, изучив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 2 указанной статьи сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, с 09 ноября 1999 г. ФИО1 и ФИО2 состоят в зарегистрированном браке (л.д. 37).

В период брака постановлением главы администрации Большевяземского сельского совета от 28 июня 1993 г. № для индивидуального жилищного строительства ФИО4 был предоставлен земельный участок площадью 0,14 га, расположенный по адресу: АДРЕС (л.д. 41).

Указанный земельный участок прошел кадастровый учет и ему присвоен кадастровый №.

Постановлением Администрации городского поселения Большие Вяземы Одинцовского муниципального района Московской области от 26.09.2012 г№, земельному участку с кадастровым номером 50:20:0040303:48 площадью 1 400 кв.м., для индивидуального жилищного строительства, расположенному по адресу: АДРЕС, в соответствии с адресным реестром присвоен адрес – АДРЕС (л.д. 43).

Право собственности на указанный земельный участок было зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости за ФИО2 18 декабря 2012 г., о чем сделана запись регистрации № от 18 декабря 2012г. (л.д. 38, 116-119).

Между тем 22 апреля 2017 г. ФИО2 заключила с ФИО3 договор залога (ипотеки), по условиям которого ФИО2 передала ФИО3 в виде залога во исполнение обязательств заемщика по договору займа от 22 апреля 2017 г. спорные земельный участок (л.д. 48-54).

04 мая 2017 г. на основании указанного договора залога произведена регистрация ипотеки в пользу ФИО3 сроком с 04 мая 2017 г. по 22 апреля 2018 г., о чем составлен номер государственный регистрации № от 04 мая 2017 г. 

Вступившим в законную силу решением Одинцовского городского суда Московской области от 20 июля 2018 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 08 октября 2018 г., удовлетворены исковые требования ФИО3 к ФИО2 о взыскании денежных средств по договору займа, процентов, пени и обращении взыскания на заложенное имущество, постановлено взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 сумму займа по договору от 22 04.2017г. в размере 1670 000 руб., за период с 22.06.2017г. по 19.07.2018г. проценты на сумму займа в размере 644 025,21 руб. и пени в размере 39 256,44 руб., расходы по госпошлине 21 166,40 руб., а всего взыскать 2 374 448, 05 руб., взыскивать с ФИО2 в пользу ФИО3 по ставке 3% ежемесячно начисляемых на сумму просроченной задолженности по договору займа от 22.04.2017 года за период с 20.07.2018 года и по дату фактического возврата суммы займа включительно, Обратить взыскание на предмет залога с определением способа реализации в виде продажи с публичных торгов земельный участок, находящийся по адресу: АДРЕС кадастровый № с установлением начальной продажной стоимости в размере 80% рыночной стоимости, согласно экспертного заключения ООО «Бюро независимой оценки и экспертизы» № «О стоимости объекта недвижимого имущества (земельного участка) по состоянию на 02.06.2018г.

Согласно пункту 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов недвижимые вещи независимо от того, на имя кого из супругов они приобретены либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

По общему правилу владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (пункт 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (в редакции, действующей на момент заключения оспариваемого договора) установлено, что на имущество, находящееся в общей совместной собственности (без определения доли каждого из собственников в праве собственности), ипотека может быть установлена при наличии согласия на это всех собственников. Согласие должно быть дано в письменной форме, если федеральным законом не установлено иное.

Приведенная норма является общей, определяющей порядок установления ипотеки на имущество, находящееся в общей совместной собственности.

Одним из видов общей совместной собственности является общая совместная собственность супругов.

В связи с указанным при установлении ипотеки на имущество, находящееся в общей совместной собственности супругов, подлежат применению нормы Семейного кодекса Российской Федерации.

Так, согласно пункту 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. 

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки (абзац 2 данного пункта).

При этом данной нормой закона не предусмотрена обязанность супруга, обратившегося в суд, доказывать то, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, совершенной одним из супругов без нотариального согласия другого супруга, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 10 Федерального закона от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (в редакции, действующей на момент заключения оспариваемого договора) договор об ипотеке заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, и подлежит государственной регистрации. Договор об ипотеке считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации.

Положения пунктов 1 и 3 статьи 339 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на день заключения договора) также предусматривали, что договор об ипотеке заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, и должен быть зарегистрирован в порядке, установленном для регистрации сделок с соответствующим имуществом.

Таким образом, оспариваемый договор залога недвижимости подлежал обязательной государственной регистрации.

Исходя из приведенных норм права для совершения оспариваемого договора как сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, требовалось в соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации нотариально удостоверенное согласие ФИО1 на совершение сделки при условии нахождения его в браке с ФИО2 на момент совершения сделки.

Факт нахождения ФИО1 в браке с ФИО2 не оспорен в судебном заседании, опровергающих доказательств сторонами не представлено.

С учетом приведенных законоположений и установленных по делу обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что на момент заключения ФИО2 договора залога (ипотеки) от 22 апреля 2017 г. она находилась в браке с ФИО1, спорный недвижимое имущество в виде земельного участка было приобретено ФИО2 в 1993 г., то есть в период брака с ФИО1

Доказательств того, что данное имущество являлось личным имуществом ФИО2 суду не было представлено, в связи с чем на данное имущество подлежит распространению режим совместной собственности супругов. 

Исходя из вышеприведенных положений действующего законодательства, а также разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", по данному делу одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, являлось выяснение вопроса о том, давала ли ФИО1 согласие ФИО2 на отчуждение спорного недвижимого имущества.

Между тем доказательств того, что ФИО1 выдавал ФИО2 нотариально удостоверенное согласие на заключение договора залога в отношении указанного совместно нажитого имущества ответчиками представлено не было.

Учитывая, что супруги Е-ны на момент совершения сделки состояли в зарегистрированном браке, то к спорным правоотношениям подлежат применению положения Семейного кодекса Российской Федерации.

При признании сделки недействительной на основании пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации закон не возлагает на супруга, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение сделки не было получено, обязанность доказывать факт того, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.

Материалы дела не содержат сведений о том, что ФИО1 знал о состоявшейся сделке по договору залога между ее супругой и покупателем, нотариально удостоверенного согласия на совершение сделки в соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации ФИО1 не давала.

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ ответчиками не представлено доказательств получения согласия от ФИО1 на совершения спорной сделки по договору залога (ипотеки) от 22 апреля 2017 г.

Кроме того, установленные по делу обстоятельства ответчиками ФИО2 и ФИО3 не опровергнуты, доказательств опровергающие их не представлено.

При этом ФИО2 в судебном заседании подтвердила, что согласие на совершение спорной сделки от ФИО1 не получала, при условии, что он не был согласен на совершение сделок в отношении спорного земельного участка.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что договор залога (ипотеки) от 22 апреля 2014 г. между ФИО2 и ФИО3. в отношении земельного участка по адресу: АДРЕС, заключен с нарушением требований закона и нарушают имущественные права ФИО1

Согласно ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Отсчет указанного срока надо начинать со дня, когда истец узнал или должен был узнать об основаниях недействительности (п. 2 ст. 181 ГК РФ). Суд вправе выбрать момент начала срока, исходя из обстоятельств конкретного дела, что указано в Определении КС РФ от 17 февраля 2015 N 418-О).

По искам о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности законом установлен специальный, сокращенный срок исковой давности - один год. Пунктом 2 ст. 181 ГК РФ определено, что годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Таким образом, срок исковой давности по иску о признании оспоримой сделки недействительной, совершенной гражданином, не способным понимать значение своих действий и руководить ими, начинает течь со дня, когда заинтересованное лицо узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Специальные положения закона распространяются на требования о признании оспоримой сделки недействительной. 

Поскольку исковые требования ФИО5 о признании недействительным договора залога (ипотеки) основаны на признании сделки недействительной в силу ст. 167 ГК РФ, т.е. истцом заявлено о признании недействительной оспоримой сделки, течение срока исковой давности по таким требованиям начинается не со дня заключения сделки, а со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как указано в иске и как пояснил в судебном заседании истец ФИО5, о нарушении прав он узнал 11 января 2020 г. при обращении в Управление Росреестра по Москве через МБУ «МФЦ городского округа Краснознаменск Московской области» о предоставлении сведений из ЕГРН с целью получения выписки из Единого государственного реестра недвижимости в отношении спорного земельного участка (л.д. 57-59). В суд с настоящим иском истец обратился 15 января 2020 года, то есть в течение года с того момента, когда лицо узнало о нарушении права. Доказательств опровергающих указанные обстоятельства ответчиком не представлено.

При таких обстоятельствах, оснований для применения срока исковой давности по заявленному иску не имеется.

Доводы представителя ответчика о том, что истец не мог не знать о проведенной сделке в 2017 г., поскольку ФИО6 27 лет в браке, проживает совместно, ведут совместное хозяйство и брак между ними не расторгнут, судом отклоняются, поскольку доказательства того, что истцу было известно об оспариваемой сделки с момента ее заключения или он обратился в суд по истечении, установленного срока, ответчиком не представлено, и судом не установлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ, граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу положений ст. 2 ГПК РФ гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Доводы представителя ответчика о том, что со стороны истца при оспаривании договора залога имеет место злоупотребление правом с целью неисполнения ответчиком обязательств по договору займа, судом отклоняются, так как никакими допустимыми доказательствами, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, данные доводы не подтверждены, тогда как, в силу положений ч. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 12, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор залога (ипотеки) земельного участка по адресу: АДРЕС заключенный 22 апреля 2017 г. между ФИО2 и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки, прекратить залог (ипотеку) земельного участка по адресу: АДРЕС, установленный в пользу ФИО3, регистрационная запись №

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский областной суд через Одинцовский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: