Дело №

УИД 33RS0№-87

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

29 января 2020 года 

<

адрес> 

Гусь-Хрустальный городской суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего Карповой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания 

помощником судьи Дубровиной А.С.,

с участием истца ФИО2,

представителя ответчика и третьего лица ФИО3 

представителя третьего лица ФИО4,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес>, следственному отделу по 

<

адрес> следственного управления Следственного комитета по 

<

адрес> о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к следственному отделу по 

<

адрес> следственного управления Следственного комитета по 

<

адрес> (далее СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес>) о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в размере 13 000 000 рублей.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство финансов РФ в лице Управления федерального казначейства 

<

адрес> (далее Министерство финансов в лице УФК по 

<

адрес>), в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены следственное управление Следственного комитета по 

<

адрес> (далее СУ СК РФ по 

<

адрес>) и прокуратура 

<

адрес>.

Истец ФИО2, в судебном заседании исковые требования поддержал. Пояснил, что приговором Гусь-Хрустального городского суда от ДД.ММ.ГГГГ он был оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 158 УК РФ в связи с отсутствием события преступления, за ним признано право на реабилитацию и на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием. ДД.ММ.ГГГГ приговор вступил в законную силу. Просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда за незаконное уголовное преследование по обвинению его в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 158 УК РФ, которое он не совершал. Указал, что признательные показания о краже планшета были даны им под давлением следователя, с применением к нему насилия. Считает, что в результате незаконных действий сотрудников СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес>, он испытал нравственные страдания, эмоциональные переживания. Он испытал стресс в связи с процессом привлечения его к уголовной ответственности за преступление, которое он не совершал. При этом указал, что мера пресечения и мера процессуального принуждения в связи с привлечением его к уголовной ответственности по указанной статье ему не избирались, следственные действия по данному обвинению практически не проводились. Полагает, что предъявление ему обвинения по ч.1 ст. 158 УК РФ, в том числе, могло повлиять на решение суда при решении вопроса о продлении ему меры пресечения в виде заключения под стражу. Просил удовлетворить исковые требования и взыскать в его пользу компенсацию морального вреда за незаконные действия следователя СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес> ФИО3 в связи с его незаконным уголовным преследованием за совершении указанного преступления в размере 13 000 000 рублей.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице УФК по 

<

адрес> в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела был извещен надлежащим образом. В заявлении представитель ответчика по доверенности ФИО5 просила о рассмотрении дела в отсутствие представителя ответчика. В письменном отзыве по существу заявленных исковых требований указано, что приговором Гусь-Хрустального городского суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, признан виновным в совершении ряда преступлений, в том числе ч.1 ст. 105 УК РФ, оправдан лишь по одному эпизоду (ч.1 ст. 158 УК РФ), т.е. реабилитирован частично. Истец не представил доказательств, свидетельствующих о степени нравственных и физических страданий в связи с уголовным преследованием. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда не обоснован, не соответствует требованиям разумности и справедливости, в связи с чем требования ФИО2 в заявленном размере удовлетворению не подлежат.

Представитель ответчика СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес> и третьего лица СУ СК РФ по 

<

адрес> ФИО3 возражал против удовлетворения заявленных исковых требований. Пояснил, что все процессуальные действия по уголовному делу в отношении ФИО2, связанные с возбуждением уголовного дела, предъявления ему обвинения, в том числе по ч.1 ст. 158 УК РФ, направлением дела в суд, производились законно. Полагает, что в исковом заявлении и материалах дела отсутствуют доказательства причинения истцу физических и нравственных страданий, связанных с расследованием уголовного дела по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 158 УК РФ. Считает, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда в размере 13 000 000 рублей завышен, не отвечает требованиям разумности, не доказан истцом. Ссылаясь на п.2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от ДД.ММ.ГГГГ «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей», считает, что ФИО2 не имеет права на возмещение вреда в связи с реабилитацией, поскольку препятствовал расследованию уголовного дела путем самооговора. Указал, что уголовное дело в отношении ФИО2 по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 158 УК РФ, было возбуждено ДД.ММ.ГГГГ на основании его признательных показаний, мера пресечения ФИО2 избрана ДД.ММ.ГГГГ в связи с подозрением в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, за которое он впоследствии был осужден к лишению свободы. Полагает, что доказательств причинения морального и физического вреда в связи с привлечением к уголовной ответственности по ч.1 ст. 158 УК РФ, истцом не представлено, в связи с чем просил в иске отказать. Представил письменный отзыв на исковое заявление.

Представитель третьего лица Прокуратуры Владимирской области, помощник Гусь-Хрустального межрайпрокурора ФИО4 указала, что уголовное дело в отношении ФИО2 действительно было прекращено по реабилитирующим основаниям, однако указала на завышенный размер компенсации морального вреда, не соответствующий степени перенесенных ФИО2 нравственных страданий, доказательств причинения физического насилия в связи с незаконным уголовным преследование не приведено. Просила отказать в удовлетворении исковых требований в заявленном размере.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, ознакомившись с письменными отзывами на исковое заявление, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

Конституция РФ, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина – обязанностью государства (ст. 2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53). 

Конституционными гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда корреспондируют положения Всеобщей декларации прав человека 948 года (ст. 8), международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года (подп. «а» п. 3 ст. 2, п. 5 ст. 9, п. 6 ст. 14), Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года (п. 5 ст. 5) и Протокола № 7 к данной Конвенции (ст. 3), закрепляющие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за преступление, на компенсацию. 

В уголовном судопроизводстве право граждан на реабилитацию и порядке его реализации закреплены в нормах главы 18 УПК РФ.

Согласно ч. 1, ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности.

В указанном случае установление вины должностных лиц не происходит. Действия правоохранительных органов и суда могут быть законными на момент совершения, но незаконными в конечном итоге.

В пунктах 13, 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что с учетом положений статей 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации. Иски о компенсации морального вреда в денежном выражении в соответствии со ст. 136 УПК РФ предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. 

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес> возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ по подозрению в совершении указанного преступления задержан ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. ДД.ММ.ГГГГ ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ дознавателем ОД МО МВД России «Гусь-Хрустальный» в отношении ФИО2 было возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, которое ДД.ММ.ГГГГ было соединено в одно производство с уголовным делом № №. ДД.ММ.ГГГГ обвинительное заключение утверждено Гусь-Хрустальным межрайпрокурором. ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.105 УК РФ, ч.1 ст.166 УК РФ, ч.1 ст.166 УК РФ, п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, ч.1 ст.158 УК РФ, ч.2 ст.167 УК РФ направлено в Гусь-Хрустальный городской суд для рассмотрения по существу.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 постановлен обвинительный приговор, которым ФИО2 осужден по ч.1 ст.105 УК РФ, ч.1 ст.166 УК РФ, ч.1 ст.166 УК РФ, п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, ч.2 ст.167 УК РФ, с применением ч.3 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 14 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. По предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.158 УК РФ, ФИО2 оправдан в связи с отсутствием события преступления. За ФИО2 признано право на реабилитацию, включающую в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в иных правах. 

Апелляционным постановлением Владимирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Гусь-Хрустального городского суда от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения и вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, в судебном заседании достоверно установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец был незаконно подвергнут уголовному преследованию по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 158 УК РФ.

Поскольку вынесение оправдательного приговора в отношении ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 158 УК РФ, указывает на незаконность уголовного преследования по данному преступлению, то одной из составляющих реабилитации, является компенсация морального вреда за счет средств казны Российской Федерации.

С учётом изложенного, суд считает, что требование ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, является обоснованным.

Сам по себе факт незаконного уголовного преследования, безусловно влечет причинение ФИО2 нравственных страданий, так как в отношении него производились процессуальные действия, он был вынужден защищаться от предъявленного ему обвинения, как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства.

Вместе с тем, возмещение морального вреда не может быть эквивалентно действительным переживаниям и страданиям лица, незаконно подвергнутого уголовному преследованию, и не может служить средством обогащения.

При определении размера компенсации морального вреда, судом учитываются характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, период уголовного преследования.

Судом установлено, что ФИО2 обвинялся в совершении преступления небольшой тяжести, мера пресечения по данному уголовному делу в отношении ФИО2 не избиралась. Мера пресечения в виде заключения под стражу была избрана ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, т.е. до возбуждения уголовного дела по ч.1 ст. 158 УК РФ, в связи с подозрением в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, отнесенного уголовным законом к категории особо тяжких преступлений, в совершении которого, в том числе, он был признан виновным и осужден приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ. 

В силу ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств, свидетельствующих о причинении истцу физических страданий (ухудшение состояния здоровья), применения к нему физического насилия в связи с расследованием уголовного дела № по обвинению его в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 158 УК РФ, истцом суду не представлено.

Доводы истца о том, что факт привлечения его к уголовной ответственности по ч.1 ст.158 УК РФ учитывался при продлении в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу, носят предположительный характер, в связи с чем судом не принимаются.

Ссылка представителя ответчика и третьего лица ФИО3 на самооговор как основание для отказа ФИО2 в удовлетворении иска, судом не принимается, поскольку не нашла своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, кроме того, основана на неверном толковании норм права.

Как установлено Указом Президиума Верховного Совета СССР от ДД.ММ.ГГГГ «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей», утвержденного Законом СССР от ДД.ММ.ГГГГ, ущерб, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается государством в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Ущерб не подлежит возмещению, если гражданин в процессе дознания, предварительного следствия и судебного разбирательства путем самооговора препятствовал установлению истины и тем самым способствовал наступлению указанных в части первой настоящей статьи последствий (ст. 2).

Пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда СССР № от ДД.ММ.ГГГГ по вопросам применения данного Указа было разъяснено, что ущерб не подлежит возмещению, если гражданин в процессе дознания, предварительного следствия и судебного разбирательства путем самооговора препятствовал установлению истины и тем самым способствовал своему незаконному осуждению, незаконному привлечению к уголовной ответственности, незаконному применению в качестве меры пресечения заключения под стражу, незаконному наложению административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. Под самооговором следует понимать заведомо ложные показания подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, данные с целью убедить органы предварительного расследования и суд в том, что именно им совершено преступление, которое он в действительности не совершал.

Вместе с тем определением Конституционного Суда РФ №-О от ДД.ММ.ГГГГ разъяснено, что в настоящее время Указ от ДД.ММ.ГГГГ хотя и сохраняет юридическую силу, может применяться лишь во взаимосвязи с положениями главы 18 УПК РФ, регламентирующей основания возникновения права на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения различных видов вреда, а также с положениями статьи 1070 и § 4 главы 59 ГК Российской Федерации, устанавливающими как общие правила возмещения вреда, причиненного гражданину в результате незаконного осуждения, привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, так и правила компенсации морального вреда. При этом следует иметь в виду, что, как отметил Конституционный Суд РФ в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ, в случае коллизии между принятыми в разное время нормативными актами равной юридической силы действует последующий закон, даже если в нем отсутствует специальное предписание об отмене ранее принятых законоположений.

Положения ст. 53 Конституции РФ, ст. 133, 135 УПФ РФ, ст. 1070, 1100 ГК РФ, регулирующие возникшие правоотношения, не предусматривают самооговор сам по себе как препятствие к возмещению вреда, причиненного реабилитированному лицу незаконным привлечением его к уголовной ответственности и незаконным применением меры пресечения.

Кроме того, следует учесть, что ФИО2 оправдан вступившим в законную силу приговором суда по ч.1 ст. 158 УК РФ в связи с отсутствием события преступления, наличие самооговора в действиях ФИО2 в ходе рассмотрения уголовного дела установлено не было.

При определении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер и степень нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, данные о личности истца, семейное положение, род занятий, а также иные заслуживающие внимание обстоятельства, в том числе длительный срок уголовного преследования ФИО2

Учитывая перечисленные обстоятельства в их совокупности, суд считает, что определенный истцом размер компенсации морального вреда чрезмерно завышен. С учетом требований разумности и справедливости, суд полагает, что исковые требования ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием подлежат частичному удовлетворению в размере 7 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 7 000 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Гусь-Хрустальный городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Е.В.Карпова

Мотивированное решение суда изготовлено 05.02.2020