РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 июня 2019 года город Ангарск

Ангарский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Зайцевой Т.Л., при секретаре Галиулиной А.Ф., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, взыскании невыплаченной заработной платы, взыскание заработной платы на время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, обязании произвести отчисления в страховые фонды, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ИП ФИО2 об установлении трудовых отношений, взыскании невыплаченной заработной платы, взыскание заработной платы на время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, обязании произвести отчисления в страховые фонды, указав (с учетом уточнений), что с 01.06.2018 он фактически состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО2 в качестве подсобного рабочего, что подтверждается заключенным с ним договором №р возмездного оказания услуг, в соответствии с которым он оказывал услуги, необходимые для выполнения муниципального контракта по содержанию цветников, газонов и древесно-кустарниковой растительности в соответствии с Техническим заданием. Срок услуг был определен в договоре по 08.10.2018. Считает, что указанный договор по своей природе и по своему содержанию является срочным трудовым договором, заключенным с целью выполнения сезонных работ, когда в силу природных условий работа может производится только в течении определенного периода (сезона). Он подчинялся правилам трудового распорядка, ему был установлен следующий режим рабочего времени: начало рабочего дня с 09.00 часов, окончание рабочего дня в 18.00 часов, а также ему предоставлялось время для отдыха и питания с 13.00 часов по 14.00 часов. Работодатель вела табель учета рабочего времени, в своей работе он непосредственно подчинялся руководителю ФИО3 За выполненную работу он получал заработную плату, которая зависела от количества дней и часов, проработанных за месяц. Все указанные обстоятельства свидетельствуют о сложившихся трудовых отношениях. Ответчик оплатила ему заработную плату в размере 23 000 рублей, остальную часть заработной платы осталась не выплаченной. 31.08.2018 ему сообщили о том, что его работы приостановлены, в связи с чем, он был отстранен от работы. Однако с приказом об увольнении его никто не знакомил. Полагает, что работодатель должен ему выплатить невыплаченную заработную плату, а также заработную плату за время вынужденного прогула. Действиями ответчика ему причинен моральный вред, который он оценивает в 100 000 рублей. На основании изложенного, истец просит суд установить факт трудовых отношений между ним и ИП ФИО4 с 01.06.2018 по 08.10.2018 в должности разнорабочего; обязать ответчика внести соответствующие записи о приеме его на работу, увольнении и произвести соответствующие отчисления и предоставить расчеты в Пенсионный фонд Российской Федерации и Фонд социального страхования Российской Федерации; взыскать в его пользу с ответчика заработную плату за период с 01.06.2018 по 31.08.2018 в размере 105 032 рублей, заработную плату за время вынужденного прогула за период с 01.09.2018 по 08.10.2018 в сумме 44 090,54 руб., а также компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о дате, времени и дате судебного заседания извещен надлежащим образом, суду представлено заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истца ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования истца с учетом уточнений поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в иске и уточнении к нему.

Ответчик ИП ФИО2 и ее представитель ФИО6, действующий на основании доверенности, в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте извещены надлежаще, о причинах неявки не сообщили, об отложении дела слушанием не просили. Ранее в судебном заседании представитель ФИО6 исковые требования истца не признавал, давал пояснения, аналогичные изложенным в письменных возражениях, которые приобщены к материалам дела, а также полагал, что истцом пропущен срок исковой давности, предусмотренный ст. 392 ТК РФ.

Третьи лица ООО «Фито-Флер», ГУ УПФ РФ в АГО Иркутской области, Филиал № 8 Иркутского регионального отделения ФСС РФ своих представителей в судебное заседание не направили, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В связи с тем, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, суд пришел к выводу о возможности рассмотрения дела при данной явке, поскольку неявка сторон не является препятствием к разбирательству дела.

Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих по делу, изучив материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, находит требования истца подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

Согласно ч.3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на труд.

Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19.05.2009 N 597-О-О, суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 ТК РФ.

Статья 15 ТК РФ определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работы работнику), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ч. 2 ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Частью 4 ст. 11 ТК РФ установлена презумпция существования между организатором и исполнителем работ трудового договора.

Согласно официальным разъяснениям, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17.03.2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Статьей 19.1 ТК РФ предусмотрено, что в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей настоящей статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Как следует из материалов дела, 01.06.2018 между ИП ФИО2 (заказчик) и ФИО1 (исполнитель) был заключен договор возмездного оказания услуг №р, согласно которому исполнитель обязался по заданию заказчика оказать услуги, необходимые для выполнения муниципального контракта по содержанию цветников, газонов и древесно-кустарниковой растительности в соответствии с техническим заданием (Приложение № 1 к договору), а заказчик обязался оплачивать оказанные услуги из расчета 152,28 рублей в час. Общий срок оказания услуг определен договором с 01.06.2018 по 08.10.2018.

Как установлено в судебном заседании, истец приступил к работе по исполнению муниципального контракта 01.06.2018, что подтверждается ежедневными списками рабочих, составленными ФИО3, которая являлась уполномоченным лицом ИП ФИО2, что подтверждается доверенностью на ФИО3, свидетельскими показаниями ФИО3, пояснениями истца и не оспорено ответчиком.

Факт выполнения истцом для ИП ФИО2 работ, связанных с озеленением в период с 01.06.2018 по 31.08.2018, спорным не является, ответчиком в судебном заседании не опровергнут.

Как следует из пояснений истца и его представителя в суде, он в период с 01.06.2018 по 31.08.2018 состоял в трудовых отношениях с ответчиком. О приеме на работу заявление он писал, трудовую книжку работодателю не отдавал, с приказом о приеме на работу ознакомлен не был. Ежедневно выходил на работу на территорию г.Ангарска, работал в качестве подсобного рабочего.

Проверяя доводы истца, судом установлено, что согласно выписке из ЕГРИП, ФИО2 зарегистрирована в качестве Индивидуального предпринимателя 19.11.2014.

Из информации, предоставленной суду Администрацией Ангарского городского округа, установлено, что 17.04.2018 между ИП ФИО2 и УКСЖКХТиС был заключен Муниципальный контракт на выполнение работ по содержанию цветников, газонов и древесно-кустарниковой растительности, в соответствии с которым подрядчик по заданию заказчика обязался на условиях, установленных контрактом, выполнить работы в соответствии с техническим заданием (Приложение № 1 к контракту), сдать результат выполненных работ заказчику, который обязался их принять и оплатить. Объемы и содержание работ определены техническим заданием, сметной документацией (Приложение № 2 к контракту). Место выполнения работ - территория Ангарского городского округа согласно перечня, указанного в техническом задании. Срок выполнения работ: с момента заключения до 08.10.2018.

В целях исполнения указанного муниципального контракта ИП ФИО2 были выданы доверенности на ФИО7, ФИО8 (№ 3 от 25.04.2018) и ФИО3 (б/н от 17.05.2018).

Как следует из документов, представленных третьим лицом ООО «Фито-Флер», для исполнения муниципального контракта были привлечены ресурсы ООО «Фито-Флер» в виде оборудования, техники, материалов (Договор аренды спецтехники № от 16.05.2018, Договор поставки № от 16.05.2018).

Судом также установлено и не оспорено стороной ответчика, что ИП ФИО2 не располагала собственными трудовыми ресурсами для выполнения работ по муниципальному контракту, что подтверждается представленными ответчиком Книгами регистрации трудовых договоров, штатными расписаниями, табелями учета рабочего времени, из которых следует, что в распоряжении ответчика в 2018 году имелся только один подсобный рабочий, остальные должности штатных расписаний не соответствуют характеру работ, которые подлежали выполнению по муниципальному контракту.

Из системного анализа статей 15, 16, 56, 57, 65 - 68 ТК РФ следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд). 

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном ТК РФ, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (часть 4 статьи 11 ТК РФ).

В силу статьи 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

В статье 19.1 ТК РФ установлено, что в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Неустранимые сомнения толкуются в пользу наличия трудовых отношений. Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Совокупность установленных обстоятельств позволяет суду прийти к выводу о том, что спорные правоотношения, возникшие между истцом и ответчиком, фактически имеют признаки трудовых.

Как следует из п.1 ст.2 ГК РФ гражданское законодательство в том числе, определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Согласно п.1 ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (п. 1 ст.779 ГК РФ).

В соответствии с п.1 ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Как следует из сличения Технического задания к Договору возмездного оказания услуг №р, заключенного с ФИО1 и Технического задания к Муниципальному контракту, заключенному 17.04.2018 с ИП ФИО2, работы, порученные ответчику и, соответственно, ответчиком истцу, являются идентичными по наименованию и объемам.

Кроме того, указанные работы полностью по объему и содержанию соответствуют работам, порученным ИП ФИО2, ФИО3, что подтверждается Техническим заданием к Договору возмездного оказания услуг №Б от 24.05.2018, заключенному между ответчиком и ФИО3

Таким образом, из Договора возмездного оказания услуг №р, заключенного между ИП ФИО2 и ФИО1 01.06.2018, невозможно установить, какие конкретно работы или услуги были поручены истцу, что свидетельствует о несогласованности предмета договора, и, как следствие, о его незаключенности.

Кроме того, как следует из Договора возмездного оказания услуг №р срок выполнения работ установлен как 08.10.2018 (пункт 1.3), а Техническое задание к договору содержит работ, подлежащие выполнению только до 15.06.2018. 

Судом установлено, что работы по муниципальному контракту выполнялись ни одним истцом, а большим количеством работников. 

Судом также установлено, что при выполнении работ истец не являлся самостоятельным хозяйственным субъектов в понимании п.1 ст.2 ГК РФ, не нес риска, связанного с осуществлением своего труда, а выполнял работу ежедневно, в течение рабочего дня, по поручению ФИО3, координирующей работу целой группы граждан, осуществлявших работу по озеленению.

Указанные обстоятельства подтверждаются письменными доказательствами и показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО3, ФИО9, ФИО10, которые показали, что истец и другие работники работали на объектах муниципального контракта по воле ИП ФИО2 ежедневно, в течение рабочего дня с перерывом на обед в один час, получали задание от уполномоченных ИП ФИО2, а именно от ФИО8 и ФИО3, затем доставлялись на объекты транспортом, арендованным ИП ФИО2 у ООО «Фито-Флер», и обеспечивались всем необходимым оборудованием.

Анализируя исследованные доказательства в их совокупности и взаимной связи, а также установленные фактические обстоятельства по делу, суд приходит к выводу, что с 01.06.2018 истец с ведома и по поручению уполномоченного представителя работодателя приступил к выполнению трудовых обязанностей разнорабочего, с указанной даты и до 31.08.2018 между сторонами существовали трудовые отношения, характеризующиеся стабильностью, длящимся характером, повторяющимися трудовыми функциями, подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездностью трудовых отношений за выполняемые трудовые функции. Указанные признаки характеризуют наличие трудовых правоотношений. 

Данные обстоятельства стороной ответчика в судебном заседании не были оспорены.

В соответствии с положениями, предусмотренными ст. 19 ТК РФ трудовые отношения возникают на основании трудового договора в результате назначения на должность или утверждения в должности в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации.

Таким образом, суд приходит к выводу о трудовом характере отношений между истцом и ответчиком в спорный период с 01.06.2018 по 31.08.2018.

Совокупность имеющихся доказательств, свидетельствует о том, что между истцом и ответчиком фактически за указанный период сложились трудовые отношения, отвечающие требованиям ст. ст. 15, 56 ТК РФ, основанные на личном выполнении истцом конкретной трудовой функции.

В соответствии со ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В соответствии со ст.139 ТК РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренного настоящим кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. 

В силу ст.139 ТК РФ при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Суд принимает в качестве допустимых доказательств списки разнорабочих, составленные ФИО3, из которых исходит при исчислении подлежащей выплате истцу заработной платы. Как следует из списков в период трудовых отношений с 01.06.2018 по 31.08.2018 истцом было отработано 604 часов, которые суд принимает за фактически отработанные.

Истцу при увольнении не были произведены выплаты заработной платы причитающейся при увольнении. 

В соответствии со ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на вознаграждение за труд.

Согласно статье 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы.

Как следует из договора возмездного оказания услуг следует, что оплата труда составляет 152,28 рублей в час.

Суд соглашается с расчетом истца, касающимся произведения фактически отработанных часов и часовой ставки (604 часов*152,28) – 91 977,12 рублей.

Произведенный расчет соответствует установленным истцом и ответчиком договоренностям и последним не опровергнут.

Как установлено в судебном заседании и не оспаривалось сторонами, за весь период работы истца у ИП ФИО2, ФИО1 было выплачено 23 000 рублей, которые суд учитывает при определении размера заработной платы, подлежащей взысканию.

Таким образом, размер невыплаченной истцу заработной платы за период с 01.06.2018 по 31.08.2018 составляет 68 977,12 рублей (604*152,28-23 000).

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности, ответчик просил восстановить пропущенный срок.

Оценивая заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей – физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

Учитывая фактические обстоятельства дела, суд полагает, что срок исковой давности для обращения в суд с настоящим иском пропущен, но подлежит восстановлению. 

Установлено, что фактически трудовые отношения между сторонами были прекращены 31.08.2018; 12.09.2018 истец направил в адрес ответчика претензию, в которой, ссылаясь на сложившиеся между ним и ответчиком трудовые отношения, просил выплатить задолженность по заработной плате.

Однако ИП ФИО2 не дала ответ на указанную претензию. Сведений о том, когда ответчиком была получена претензия, материалы дела не содержат, поэтому суд исходит из того, что о нарушенном праве истец знал уже 12.09.2018. Между тем, с настоящим иском в суд обратился спустя три месяца после указанной даты - 29.12.2018, направив его почтой.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации ТК РФ» в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы…).

В рассматриваемом споре, суд полагает возможным восстановить срок для обращения в суд с настоящим иском, связав причины пропуска с личностью истца, являющегося гражданином немолодого возраста, рабочей профессии, не обладающим необходимыми познаниями в сфере трудового законодательства. При этом суд учитывает незначительность пропущенного срока, а также то, что в пределах срока исковой давности истец обратился с претензией к ответчику о выплате ему задолженности по заработной плате, обоснованно ожидая, что его требования должны быть удовлетворены.

Указанные обстоятельства позволяют суду прийти к выводу о наличии оснований для восстановления срока исковой давности, следовательно, требования истца подлежат рассмотрению по существу.

Поскольку по результатам рассмотрения настоящего дела суд пришел к выводу о том, что отношения, сложившиеся между истцом и ответчиком в период с 01.06.2018 по 31.08.2018 являются трудовыми, и оплата труда за указанный период в полном объеме истцу произведена не была, исковые требования о взыскании с ИП ФИО2 в пользу ФИО11 заработной платы в сумме 68 977,12 подлежат удовлетворению.

При этом суд находит неправомерным требование истца о взыскании с ответчика указанной суммы, увеличенной на районный коэффициент и процентную надбавку.

В соответствии со статьей 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Из системного толкования норм статьи 57 ТК РФ и основной задачи трудового законодательства - создание необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений - следует, что условия оплаты труда, включающие в себя оклад, доплаты и иные выплаты устанавливаются по соглашению сторон трудового договора.

Как усматривается из пункта 3.1 Договора возмездного оказания услуг №р, заключенного между ИП ФИО2 и истцом 01.06.2018, стороны достигли такой договоренности и установили размер оплаты труда - 152,28 руб. в час. 

Доказательства того, что указанный размер не включает в себя районный коэффициент, процентную надбавку или иные компенсационный выплаты и представляет собой оклад, в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, как следует из произведенного расчета, размер месячного заработка ФИО1 превышает минимальный размер оплаты труда с учетом районного коэффициента и процентной надбавки (11 163 руб.*30% районного+30% процентной надбавки). 

Как следует из ст.ст. 121, 373 ТК РФ, пункта 41 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации ТК РФ» под вынужденным прогулом понимается невыход работника на работу со дня издания работодателем приказа об увольнении, т.е. прекращения отношений по односторонней инициативе работодателя. 

Как установлено в судебном заседании, невыход истца на работу к ИП ФИО2 после 31.08.2018 обусловлен не волей ответчика, а инициативой истца.

Как следует из пункта 1.3 Договора возмездного оказания услуг №р, заключенного между ИП ФИО2 и ФИО1 01.06.2018, между сторонами были достигнуты договоренности о выполнении работ до 08.10.2018.

При таких обстоятельствах, учитывая, что прекращение выполнения работ не повлекло для истца негативных последствий со стороны ответчика, суд не признает такое прекращение вынужденным прогулом и полагает, что исковые требования о взыскании с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула за период с 01.09.2018 по 08.10.2018 в размере 44 090,54 рублей удовлетворению не подлежат.

Исковые требования в части возложения на ИП ФИО12 обязанности произвести за период трудовых отношений с 01.06.2018 по 31.08.2018 в отношении истца отчисления в соответствующие страховые фонды обусловлены обязанностями работодателей, установленными главой 34 Налогового кодекса Российской Федерации, Законом РФ от 16.07.1999 № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», Федеральными законами от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», являются производными от требований о взыскании заработной платы, а потому являются правомерными.

Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяется судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку ответчиком допущены нарушения трудовых прав истца, выразившиеся в не оформлении трудовых отношений, задержке выплаты заработной платы, что само по себе предполагает наличие нравственных страданий, суд считает подлежащим удовлетворению требования истца в части компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства дела, характер нарушений, допущенных ответчиком, принцип разумности и справедливости, и полагает возможным удовлетворить требования истца в данной части в размере 5000 рублей. 

Согласно ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворённой части исковых требований.

В связи с чем, с ИП ФИО13 подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 2 563,31 рублей, из них 300 рублей по иску о компенсации морального вреда.

В силу ст.211 ГПК РФ решение суда о выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев подлежит немедленному исполнению в связи с чем, решение суда в части взыскания заработной платы следует обратить к немедленному исполнению, в остальной части – с момента вступления решения суда в законную силу.

В силу ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход государства также подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1237 рублей (937+300), так как истец в силу закона был освобожден от ее уплаты при обращении в суд с исковым заявлением.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Восстановить ФИО1 срок обращения в суд с иском к Индивидуального ФИО2 предпринимателя об установлении факта трудовых отношений, взыскании невыплаченной заработной платы, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Исковые требования ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, взыскании невыплаченной заработной платы, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между Индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО1 в период с 01.06.2018 по 31.08.2018 в должности разнорабочего.

Возложить на Индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанность внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу с 01.06.2018 на должность разнорабочего, а также запись о прекращении трудового договора с 31.08.2018 в связи с истечением срока трудового договора, пункт 2 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 заработную плату за период работы с 01.06.2018 по 31.08.2018 в размере 68 977,12 рублей (в том числе, налог на доходы физических лиц в размере 13%), компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

Возложить на Индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанность произвести за период трудовых отношений с 01.06.2018 по 31.08.2018 в отношении ФИО1 отчисления страховых взносов в соответствии с главой 34 Налогового кодекса Российской Федерации, Законом РФ от 16.07.1999 №165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», Федеральными законами от 29.11.2010 №326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», от 29.12.2006 №255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», от 15.12.2001 №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».

Возложить на Индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанность предоставить в отношении ФИО1 за период трудовых отношений с 01.06.2018 по 31.08.2018 расчеты страхового стажа для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в соответствии с Федеральным законом от 01.04.1996 №27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования».

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 2 569,31 рублей. 

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании заработной платы в размере 36 054,88 рублей, заработной платы за время вынужденного прогула за период с 01.09.2018 по 08.10.2018 в размере 44 090,54 рублей - отказать.

Решение в части взыскания заработной платы в размере 68 977,12 рублей подлежит немедленному исполнению, в остальной части, после вступления решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд в течение одного месяца через Ангарский городской суд Иркутской области, со дня изготовления мотивировочной части судебного решения, которое будет изготовлено 03.07.2019. 

Судья Т.Л. Зайцева

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>