Суд первой инстанции: Сабельникова Н.К.

Апелляционная инстанция: 

председательствующий и докладчик Ковелин Д.Е.,

судьи Подкорытова Н.П., Хазиева Е.М. 

44Г-25/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Свердловского областного суда

г. Екатеринбург 10 июля 2019 года

Президиум Свердловского областного суда в составе: председательствующего Дмитриева В.А., членов президиума Васильевой А.С., Жернова С.Р., Поляковой Т.Н., Силиной И.А., Смагиной И.Л., при секретаре Демановой Ю.А., рассмотрев гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 об обращении взыскания на имущество по кассационной жалобе ФИО3 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 января 2019 года, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 как должнику по исполнительному производству, ФИО3 как зарегистрированному единоличному собственнику квартиры, расположенной по адресу: ..., об обращении взыскания на имущество, принадлежащее ФИО2, в виде 5/8 долей в праве собственности на указанную квартиру.

Ответчики в судебное заседание не явились. Представитель ФИО3 иск не признал.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 27 сентября 2018 года исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда 15 января 2019 года решение суда первой инстанции отменено, принято новое решение, которым исковые требования удовлетворены, обращено взыскание на 5/8 долей в праве собственности на спорную квартиру путем продажи с публичных торгов.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить апелляционное определение как существенно нарушающее нормы материального и процессуального права. 

Определением судьи Свердловского областного суда Шестаковой С.А. от 17 июня 2019 года доводы кассационной жалобы признаны заслуживающими внимания, кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Свердловского областного суда.

В судебное заседание президиума Свердловского областного суда ответчики и третьи лица, извещенные надлежащим образом, не явились, ходатайств об отложении разбирательства дела не заявили. На основании статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации президиум считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав доклад судьи Шестаковой С.А., объяснения представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, поддержавшего доводы кассационной жалобы, возражения истца и его представителя ФИО5, проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на жалобу, президиум приходит к следующему.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такого рода нарушения допущены при рассмотрении настоящего дела.

В соответствии с частью 4 статьи 69 Федерального закона от 02 октября 2007 года от N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» при отсутствии или недостаточности у должника денежных средств взыскание обращается на иное имущество, принадлежащее ему на праве собственности, хозяйственного ведения и (или) оперативного управления.

Пунктом 1 статьи 237 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что изъятие имущества путем обращения взыскания на него по обязательствам собственника производится на основании решения суда, если иной порядок обращения взыскания не предусмотрен законом или договором.

Рассматривая настоящий иск об обращении взыскания по долгам ФИО2 на доли в праве собственности на спорную квартиру, принадлежащую ФИО3, мотивированный тем, что квартира приобретена в браке родителей должника в совместную собственность, ФИО2 принял наследство в виде долей в праве собственности на эту квартиру вначале после смерти отца ФИО6, а затем после смерти матери ФИО7 как наследник по закону, имеющий право на обязательную долю в наследстве, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 3,12,24,237,255 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 4 статьи 69 Федерального закона «Об исполнительном производстве», статьей 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

При этом суд исходил из того, что ответчики приняли наследство после смерти ФИО7: спорная квартира перешла в собственность внучки наследодателя ФИО3 как наследника ФИО7 по завещанию от 20 марта 2003 года на основании свидетельства о праве на наследство от 27 января 2015 года, в свою очередь к сыну ФИО7 - ФИО2 как к наследнику ФИО7 по закону перешло право собственности на автомобиль, денежный вклад в ...», акции ...», дивиденды по акциям на основании свидетельств о праве на наследство от 27 января 2015 года и 16 ноября 2016 года; истец в силу закона не наделен правом требования признания за ответчиком права собственности в отношении какого-либо имущества в порядке наследования. 

Наряду с этим, суд пришел к выводу о том, что данный иск направлен на оспаривание преюдициальных обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 23 июня 2015 года, вынесенным по иску того же истца к тем же ответчикам по тем же основаниям, ранее признанным решением суда не соответствующими действительности.

Отказывая в удовлетворении иска к ФИО3, суд первой инстанции указал, что в силу положений статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации ФИО3 не обязана исполнять за счет своего имущества обязательство иного лица. Кроме того, счел пропущенным срок исковой давности по требованиям к указанному ответчику.

Отменяя данное решение, суд апелляционной инстанции исходил из того, что поскольку спорная квартира приобретена в браке, независимо от регистрации права единоличной собственности за ФИО7, она являлась совместной собственностью супругов, ФИО7 могла распорядиться в завещании от 20 марта 2003 года только 1/2 долей в праве собственности на квартиру; решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 28 февраля 2017 года с учетом апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 11 августа 2017 года, принятым по ранее рассмотренному делу по иску ФИО1 к ФИО2 об обращении взыскания на имущество должника, установлено, что ФИО7 приняла наследство после смерти мужа, названными актами также установлен факт принятия наследства ФИО2 после смерти родителей. Таким образом, судебная коллегия пришла к выводам, что после смерти отца ФИО2 - ФИО6 в состав наследства вошла 1/2 доля в праве собственности на квартиру, супруга умершего и ее сын наследовали по 1/4 доле в праве собственности на квартиру, соответственно после смерти ФИО7 в состав наследства по завещанию вошло 3/4 доли в квартире, учитывая право на обязательную долю, у ФИО2 возникло право собственности на 5/8 долей в праве собственности на спорную квартиру.

Такие выводы суда апелляционной инстанции основаны на неправильном применении норм материального и процессуального права.

Согласно статье 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 года N 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», статье 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

В целях обеспечения обязательности постановлений, выносимых судом в условиях действия принципа состязательности, часть 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Необходимость неукоснительного соблюдения данных норм особо отмечена в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 (в редакции от 23 июня 2015 года) «О судебном решении», пунктом 9 которого разъяснено, что исходя из смысла части 4 статьи 13, частей 2 и 3 статьи 61, части 2 статьи 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лишь лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами.

Как следует из материалов настоящего гражданского дела, споры с участием сторон по поводу наследственного имущества, оставшегося после смерти родителей ФИО2, ранее неоднократно рассматривались судами.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 23 июня 2015 года рассмотрен по существу иск ФИО1 к ФИО2, ФИО3, содержащий следующие требования: признать ФИО2 принявшим наследство после смерти отца ФИО6 в силу закона, после смерти матери ФИО7 на обязательную долю в наследстве в виде 3/8 доли квартиру по адресу: ...; признать за ФИО2 право собственности на 5/8 доли названной квартиры; признать недействительным свидетельство о праве на наследство, выданное ФИО3 на указанную квартиру, применить последствия недействительности в виде аннулирования записи о праве собственности ФИО3 на всю долю в праве собственности на квартиру.

Названным решением установлено, что ФИО2, проживавший отдельно от родителей, наследство после смерти отца фактически не принимал, факт управления им автомобилем 19 апреля 2014 года не может расцениваться как принятие наследства; с заявлениями к нотариусу либо в суд о принятии наследства после смерти ФИО6 не обращался, все наследство ФИО6 фактически приняла его супруга ФИО7; после смерти 19 июня 2014 года ФИО7 нотариусом заведено наследственное дело по заявлению ФИО3 как наследника по завещанию и ФИО2 как наследника первой очереди по закону, 27 января 2015 года выданы свидетельства о праве на наследство: ФИО3 по завещанию в отношении спорной квартиры, ФИО2 о праве на наследство по закону – в отношении автомобиля и денежных средств на счете в ...». Принимая во внимание положения пункта 2 статьи 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что право на обязательную долю реализуется за счет оставшейся незавещанной части имущества, сопоставив имеющиеся сведения о кадастровой стоимости квартиры и ее цене по договору купли-продажи со стоимостью автомобиля, суд пришел к выводу об отсутствии оснований считать, что стоимости имущества, унаследованного ФИО2 по закону, не хватило для реализации его права на обязательную долю в наследстве. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам от 09 октября 2015 года данное решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба истца - без удовлетворения. Установочная часть решения судом апелляционной инстанции также не изменялась: судебная коллегия констатировала, что обстоятельства дела установлены полно и правильно, решение суда первой инстанции соответствует нормам материального и процессуального права.

Принимая по настоящему делу новое решение, суд апелляционной инстанции в нарушение требований статьи 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», статей 13, 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации проигнорировал обстоятельства, установленные ранее вынесенным, вступившим в законную силу решением Орджоникидзевского районного суда 23 июня 2015 года, оставив представленную ответчиками копию решения (л.д.64-69) без какой-либо оценки.

Устанавливая противоположные обстоятельства на основании заочного решения Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 28 февраля 2017 года, копия которого в материалах дела отсутствует, в суд апелляционной инстанции не представлялась, согласно протоколу от 15 января 2019 года (л.д.182-186) в судебном заседании судом апелляционной инстанции по правилам статей 67,157, части 1 статьи 327.1, части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не исследовалась и не оценивалась, суд апелляционной инстанции нарушил принцип непосредственного исследования доказательств. 

Аналогичные нарушения допущены судом апелляционной инстанции и при установлении обстоятельств предъявления ФИО1 настоящего иска в пределах трехлетнего срока исковой давности с даты регистрации права собственности ФИО3 на спорную квартиру 05 июня 2015 года. 

В этой связи президиум находит заслуживающими внимания доводы представителя ФИО3 о том, что суд апелляционной инстанции пришел к выводам о доказанности принятия наследства ФИО2 в виде долей в праве собственности на спорную квартиру и предъявлении иска в пределах срока исковой давности, не читая ранее вынесенные судебные постановления по двум делам, которыми установлены иные обстоятельства, не оценивая доказательства, представленные с возражениями на иск, в том числе копию свидетельства о регистрации права собственности ФИО3 на квартиру 25 марта 2015 года.

С учетом изложенного президиум полагает необходимым отменить постановленное по делу апелляционное определение как существенно нарушающее нормы материального и процессуального права, право заявителя кассационной жалобы на судебную защиту, направить дело на новое апелляционное рассмотрение.

Руководствуясь статьями 386-388, пунктом 2 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 января 2019 года отменить. Дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции в ином составе судей.

Председательствующий Дмитриев В.А. 

Копия верна. Судья Шестакова С.А.