Судья Логинова А.Я. Дело № 22-2815/21

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород 13 мая 2021 г.

Судья Нижегородского областного суда Парамонов С.П.,

при секретаре Бакине А.В.,

с участием:

прокурора Зятниной А.А.,

осужденного Горелова С.А.

защитника – адвоката Сидорова Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой адвоката Сидорова Ю.А. на приговор Вадского районного суда Нижегородской области от 19 февраля 2021 года, которым 

Горелов С.А., Дата года рождения, уроженец 

<

данные изъяты>, гражданин РФ, не судимый, 

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами на срок на 1 год 6 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Мера процессуального принуждения Горелову С.А. до вступления приговора в законную силу оставлена в виде обязательства о явке.

Определен порядок следования осужденного к месту отбывания наказания как самостоятельный за счет государства.

Срок отбытия наказания в виде лишения свободы исчислен с момента прибытия в колонию-поселение. 

Зачтено в срок лишения свободы время следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием из расчета один день за один день.

Зачтено в срок лишения свободы время отбытое по приговору Вадского районного суда Нижегородской области Дата. 

Вопрос о вещественных доказательствах разрешен.

УСТАНОВИЛ:

Горелов С.А. осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей Ж.

Преступление имело место Дата 

<

адрес>

В судебном заседании Горелов С.А. свою вину в совершенном преступлении не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Сидоров Ю.А. просит обвинительный приговор, как незаконный, отменить и вынести в отношении Горелова С.А. оправдательный приговор. Указывает, что суд в приговоре указал на нарушение его подзащитным пяти пунктов Правил дорожного движения РФ, которые находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями, в том числе п.п. 1.3, 1.5 ПДД. Вместе с тем нарушение общих положений Правил дорожного движения не может находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями в результате конкретного ДТП.

Проведёнными по уголовному делу экспертизами и исследованием специалиста установлено превышение Гореловым С.А. скорости движения транспортного средства, разрешенного в населенных пунктах.

В приговоре суд, критически относясь к показаниям Горелова С.А. о его непричастности к совершенному преступлению, расценил их желание избежать ответственности за содеянное. 

Однако его подзащитный никогда не отрицал факта наезда на велосипедистку Ж., повлекшего по неосторожности ее смерть. Он лишь последовательно утверждал, что, выезжая на встречную полосу для обгона двигавшегося впереди по его полосе движения в попутном направлении автомобиля «ГАЗ», убедился, что участок дороги впереди, предназначенный для движения встречного транспорта, свободен на достаточном для обгона расстоянии. Велосипедистка появилась перед ним внезапно после того, как он выехал на полосу, предназначенную для обгона. На тормоз нажал только после того, как произошло столкновение с велосипедом. Если бы он действительно, как указано в обвинении, увидел велосипедистку в начале тормозного пути, то он смог бы ее объехать и избежать наезда.

Допустимых доказательств, опровергающих показания Горелова С.А., по делу не имеется. Свидетели, допрошенные в судебном заседании, не были очевидцами ДТП, и появились на месте происшествия позднее. В протоколе осмотра места происшествия и приложенной к нему схеме не отмечено место столкновения транспортных средств.

Исследуя протокол осмотра места дорожно-транспортного происшествия от Дата в совокупности с приведёнными показаниями свидетелей, заключениями экспертов и протоколом следственного эксперимента, суд сделал необоснованный вывод о том, что версия защиты об отсутствии у Горелова С.А. технической возможности путем остановки транспортного средства, предотвратить столкновение с потерпевшей, появившейся в поле его зрения внезапно, не нашла своего подтверждения.

Для установления обстоятельств ДТП, а также расстояния, с которого Горелов С.А. был в состоянии обнаружить возникновение опасности для движения (велосипедиста), стороной защиты на предварительном следствии было заявлено ходатайство о проведении следственного эксперимента. Отказывая в удовлетворении этого ходатайства, следователь в постановлении указал, что в настоящее время воссоздать условия, при которых имело место расследуемое событие (погода, состояние дорожного покрытия), не возможно. Производство следственного эксперимента в условиях, отличающихся от тех, при которых происходило реальное событие, лишает результаты следственного действия достоверности и доказательного значения (т. № л.д. №).

Однако, Дата следственный эксперимент по уголовному делу был проведен без уведомления защиты о его проведении и без привлечения к его участию Горелова С.А. (т. № л.д. №). При этом были существенно нарушены права обвиняемого Горелова С.А., предусмотренные п. 10 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, на участие с разрешения следователя в следственных действиях, производимых по его ходатайству или ходатайству его защитника.

При этом следственный эксперимент был проведен в условиях, существенно отличающихся от тех, при которых происходило реальное событие ДТП: для воспроизводства обстоятельств ДТП следственное действие было проведено не на месте реального ДТП, а на другом участке дороги 22К-0079; в следственном действии участвовал только один автомобиль, подобный автомобилю под управлением Горелова С.А., и не участвовал грузовой автомобиль подобный автомобилю, которым управлял К. и из - за которого осужденный осматривал полосу движения, предназначенную для обгона. В протоколе не указано, по какой части дороги статист двигался навстречу автомобилю, имитирующему автомобиль под управлением Горелова С.А., а из содержания фототаблицы, приложенной к протоколу, можно предположить, что статист, в противоречие с обстоятельствами реального ДТП, двигался посередине дороги лицом вперед навстречу автомобилю, в то время как осужденный мог видеть потерпевшую, имеющую темные волосы и одетую в темную одежду, только со спины. Таким образом цветовое восприятие наблюдаемых объектов при следственном эксперименте и в реальном ДТП отличаются друг от друга.

Кроме того, в протоколе не имеется сведений о том, что погодные условия и освещенность местности во время проведения следственного эксперимента Дата в период с 20:35 по 21:40 соответствуют реальным погодным условиям ДТП, имевшего место на другом участке дороги Дата около 19:55.

Ввиду производства следственного эксперимента в условиях, отличающихся от тех, при которых происходило реальное событие, его результаты лишены достоверности и доказательного значения.

Поэтому выводы суда в приговоре, сделанные на основе указанного следственного эксперимента, о том, что дальность видимости человека без светоотражающей одежды, в темное время суток при включенном ближнем свете фар автомобиля ВАЗ 210740 составляет 47 метров, не являются относимыми к настоящему делу доказательствами.

Кроме того, следственный эксперимент был проведен после проведения автотехнических экспертиз, и не использовался экспертами при исследовании обстоятельств ДТП.

По уголовному делу в ходе предварительного расследования были проведены две автотехнические экспертизы, выводы которых защита не оспаривает и с ними согласна.

Согласно заключению эксперта ФБУ Приволжской РЦСЭ Минюста России Г. № от Дата (т. № л.д. №), установить экспертным путем, располагал ли водитель Горелов С.А. технической возможностью предотвратить наезд на велосипедистку Ж. путем торможения, и имеются ли в действиях водителя Горелова С.А. несоответствия требованиям ПДД, находящиеся с технической точки зрения в причинной связи с фактом ДТП, не представляется возможным в связи с не предоставлением следователем дополнительных сведений по его ходатайству (т. № л.д. №).

Допрошенный в судебном заседании эксперт Г. выводы своего заключения подтвердил. Показал, что место столкновения транспортных средств им не устанавливалось вследствие того, что такой вопрос перед ним не ставился, а также, что может рассчитать скорость движения автомобиля под управлением Горелова С.А. в конце тормозного пути.

Согласно заключению дополнительной авто-технической экспертизы № от Дата (т.№ л.д. №), выполненной экспертом ФБУ Мордовская ЛСЭ Минюста России Г.С.В. в случае, если столкновение транспортных средств произошло в конце следов торможения автомобиля ЛАДА-210740, тогда при движении с разрешенной в населенных пунктах скоростью 60 км/ч и при своевременном принятии мер к торможению, водитель автомобиля Горелов С.А. располагал технической возможностью путем остановки транспортного средства предотвратить столкновение с велосипедистом Ж.

Допрошенный в судебном заседании эксперт Г.С.В. показал, что он не является специалистом - трассологом (экспертная специальность 13.3 - исследование следов ТС и на месте ДТП), поэтому не может установить место столкновения транспортных средств и механизм ДТП. В схеме осмотра места происшествия не указано место столкновения. Поэтому место столкновения транспортных средств он взял из объяснений инспектора безопасности дорожного движения ГИБДД ОМВД России по г. Арзамас Т. Свое заключение Г.С.В. не считает категоричным, оно носит вероятностный характер.

Таким образом, место столкновения транспортных средств экспертным путем установлено не было, хотя для его установления необходимы специальные познания (экспертная специальность 13.3 — исследование следов ТС и на месте ДТП).

Далее, защитник, проанализировав в своей жалобе показания свидетелей Т. - инспектора ГИБДД и свидетеля С. следователя, выезжавшего на дорожно-транспортное происшествие, приходит к выводу, что их пояснения о том, что виновником ДТП является его подзащитный, носят всего лишь характер предположений, поскольку они не были очевидцами произошедших событий.

Показания указанных свидетелей противоречат заключению эксперта Г. в соответствии с которым установить экспертным путем, располагал ли водитель Горелов С.А. технической возможностью предотвратить наезд на велосипедистку Ж. путем торможения, и имеются ли в действиях водителя Горелова С.А. несоответствия требованиям ПДД, находящиеся с технической точки зрения в причинной связи с фактом ДТП, не представляется возможным в связи с не предоставлением следователем дополнительных сведений по его ходатайству (т. № л.д. №).

В связи с тем, что точное место столкновения автомобиля его подзащитного с велосипедом потерпевшей в ходе следствия, по мнению защиты, установлено не было, им в судебном заседание было заявлено ходатайство о проведении на этот предмет дополнительной автотехнической экспертизы, однако судом в этом было безосновательно отказано.

Давая оценку заключению № от Дата выполненному специалистом ООО «Независимый Исследовательский Центр Автоэкспертиз» П., согласно которому Горелов С.А. не имел технической возможности избежать столкновения в дорожной обстановке, имевшей место Дата в 19:55 на 

<

адрес>, при этом в случившемся виновата потерпевшая, не выполнившая требований, предусмотренных ГОСТ 29096-91 (ИСО 4210- 89) и правилами дорожного движения п.19.1ч.1 ПДД РФ и п.24.2 ПДД РФ, автор жалобы полагает, что оно отвечает критерию объективности, поскольку в судебном заседании специалист П. выводы своего исследования подтвердил и обосновал ссылками на специальную литературу, в которой приведены примененные им методики исследований механизма ДТП. Также данный специалист обосновал, почему нарушение потерпевшей Ж. Правил дорожного движения находятся в причинной связи с ДТП и наступившими в результате него последствиями.

Суд к данному заключению безосновательно отнесся критически, указав, что оно противоречит совокупности иных доказательств, исследованных по делу. 

В продолжение анализа пояснений, данных специалистом П. защитник указывает, что тот в своих выводах пришел к заключению, что скорость автомобиля Горелева С.А., в конце пути торможения составляла около 10 км/ч. Столкновение на такой скорости не могло бы привести велосипедистку Ж. к гибели.

В виду того, что эксперт Г. в суде пояснил, что также может рассчитать скорость движения автомобиля осужденного в конце тормозного пути, защитой было заявлено ходатайство о назначении дополнительной комплексной экспертизы для установления скорости, с которой двигался автомобиль Горелева С.А. в конце тормозного пути, а также установления механизма причинения Ж. травмы в ДТП и других обстоятельств, имеющих важное значение для выяснения всех обстоятельств случившегося. 

Однако и в удовлетворении этого ходатайства защите было немотивированно отказано.

Несоблюдение процедуры судопроизводства, по мнению автора жалобы, повлияло на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Сидорова Ю.А. государственный обвинитель Софонова Л.Е., находя доводы жалобы несостоятельными, просит оставить её без удовлетворения, а приговор суда, как советующий требованием закона, - без изменения.

В судебном заседании Горелов С.А. и его защитник по соглашению – адвокат Сидоров Ю.А. доводы апелляционной жалобы поддержали в полном объёме. 

Прокурор Зятнина А.А., находя приговор суда законным и обоснованным, просила оставить его без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Заслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности Горелова С.А. в совершении инкриминируемого ему деяния соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным по делу, при этом подтверждаются исследованными в судебном заседании и изложенными в приговоре доказательствами, а именно показаниями:

- самого осужденного Горелова С.А., не отрицавшего, что он на своей автомашине ВАЗ 210740 совершил наезд на потерпевшую Ж. ехавшую по дороге на велосипеде, в результате чего та от полученных телесных повреждений умерла на месте происшествия;

- потерпевшего Ж.Г. подтвердившего в судебном заседании факт гибели Дата его матери в результате ДТП, совершенного Гореловым С.А.;

- свидетеля Д. пояснившего, что, когда он сразу после произошедшего ДТП, остановившись на дороге, подошел к подсудимому, находившемуся рядом с лежащей на земле женщиной, тот сказал ему, что сбил её при совершении обгона грузового автомобиля марки ГАЗ;

- свидетеля С. – следователя, выезжавшего на место ДТП, из показаний которого следует, что в ходе осмотра места происшествия было установлено, что длина видимых следов торможения автомашины Горелова С.А. составляла 33,40 м, при этом в самом их конце были обнаружены часть обломков автомобиля ВАЗ 210740 и велосипед потерпевшей, от которого труп последней находился в 23 м. Полагает, что если бы Горелов С.А. двигался с установленной на данном участке автодороги скоростью не более 60 км/ч, то последствий в виде смерти Ж. можно было бы избежать, или вообще предотвратить ДТП.

В судебном заседании суда первой инстанции с общего согласия участников процесса (т.№ л.д№) были оглашены показания свидетелей, Б. Т., Р. и К., данные ими при допросах на следствии и в ходе первого судебного процесса (приговор Дата был отменен определением кассационного суда от Дата в связи с допущенными судом процессуальными нарушениями т. № л.д. №).

Из показаний указанных свидетелей усматривается следующее: 

- свидетель Б. - инспектор ДПС ОГИБДД, пояснил, что по указанию дежурного он выехал к месту ДТП для разбирательства, в ходе которого взял объяснение с водителя автомобиля ГАЗ-53 К. Со слов последнего следовало, что, двигаясь по дороге, примерно со скоростью 50 км/ч., он увидел женщину, которая ехала на велосипеде по краю проезжей части дороги навстречу движения транспортных средств со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> то есть в попутном с ним направлении. Каких-либо световозвращающих элементов на ней не заметил, при том, что было уже достаточно темно и освещения на дороге не было. В этот момент его стала обгонять автомашина ВАЗ 210740, г.н. № белого цвета, которая, двигаясь по полосе встречного движения, затем съехала в кювет противоположной стороны. Остановившись и выйдя из машины, узнал от водителя ВАЗа, что тот сбил велосипедистку. Встречных автомашин по пути его следования не проезжало;

-свидетель Т. - инспектор ГИБДД – показал, что из представленной ему в ходе допроса схемы ДТП, видно, что автомобиль ВАЗ 210740 при совершении обгона выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, где совершил наезд на велосипедистку, которая двигалась в попутном направлении. В ходе проведенного осмотра места происшествия было установлено, что данный автомобиль, совершая маневр обгона идущей впереди грузовой автомашины, двигался с превышением установленной скорости. Допустимая скорость в населенном пункте в соответствии с правилами дорожного движения составляет 60 км/час, при которой тормозной путь автомобиля равен 24 метрам. Тормозной же путь у автомобиля ВАЗ 210740 был 33,40 м. В конце видимых следов торможения были обнаружены части обломков данного автомобиля, а именно левый повторитель поворота, уплотнитель и пластиковые осколки. Далее, по ходу движения на левой обочине обнаружен велосипед «Стелс», в 12,10 м от которого на левой обочине обнаружен труп женщины. В 79,30 м от конца видимых следов торможения в кювете обнаружен автомобиль ВАЗ 210740, г.н. №. Одной из причин произошедшего ДТП, по его мнению, является скоростной режим;

-свидетель Р. – инспектор ДПС ОГИБДД – пояснил, что по прибытию на место произошедшего ДТП, он взял объяснение у водителя автомобиля ВАЗ 210740 Горелова С.А. Последний пояснил ему, что, двигаясь на своем автомобиле со стороны 

<

адрес> со скоростью примерно 80 км/ч, догнал грузовой автомобиль, который решил обогнать. Выехав на полосу встречного движения, увидел, что по ней в попутном с ним направлении на велосипеде едет женщина, в связи с чем применил экстренное торможение. Однако это не помогло, и он всё равно совершил на неё наезд с последующим съездом автомобиля в кювет. Фамилия потерпевшей, как выяснилось позже, была Ж.

Также вина Горелова С.А. в совершении инкриминируемого ему преступления подтверждается исследованными в судебном заседании 

письменными доказательствами:

- протоколом осмотра дорожно-транспортного происшествия от Дата согласно которому длина следов торможения автомашины осужденного составила 33,40 м;

- протоколом осмотра автомобиля ВАЗ 210740 гос. №, в котором зафиксированы механические повреждения имевшиеся с левой стороны;

- протоколом осмотра велосипеда потерпевшей «Стелс», имеющего механические повреждения; 

- протоколом следственного эксперимента от Дата из которого следует, что дальность видимости человека без светоотражающей одежды в темное время суток при включенном ближнем свете фар автомобиля ВАЗ 210740 составляет 47 м;

- заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому смерть Ж. наступила от автомобильной травмы;

- заключением эксперта Г. № от Дата согласно которому расчетная скорость движения автомобиля «Лада 210740» гос. № к моменту начала экстренного торможения, исходя из длины следов торможения, определяется равной более 78,2 км/ч. В действиях Горелов С.А. имеются несоответствия указанным требованиям Правил п. 10.2 Правил дорожного движения: в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч.;

- заключением эксперта Г.С.В. № от Дата из которого следует, что следам торможения (юза), оставленным на асфальте длиной 33,4 метра, соответствует скорость движения автомобиля LADA-210740, равная 78,2 км/ч. Данное значение скорости является минимальным, поскольку в расчетах не учтены затраты кинетической энергии, затраченной на деформацию соударяющихся частей транспортных средств и перемещение их от места столкновения. В случае если столкновение транспортных средств произошло в конце следов торможения автомобиля LADA-210740, тогда, при движении с разрешенной в населенных пунктах скоростью 60 км/ч и при своевременном принятии мер к торможению, водитель автомобиля LADA-210740 г.р.з. № Горелов С.А. располагал технической возможностью, путем остановки транспортного средства, предотвратить столкновение с велосипедистом Ж., тем более последняя двигалась в попутном направлении и удалялась от места происшествия. В данной дорожно-транспортной ситуации действия Горелова С.А. не соответствуют требованиям пунктов 10.1, 10.2 данных пунктов Правил дорожного движения РФ 

В действиях велосипедиста Ж. усматривается несоответствие требованиям пункта 1.4 Правил дорожного движения РФ - на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств.

и другими материалами дела.

Оценив все доказательства в их совокупности, районный суд сделал обоснованный вывод о нарушении Гореловым С.А., управлявшим транспортным средством, Правил дорожного движения, что находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями, при этом правильно констатировал, что именно в результате превышения последним скоростного режима им был совершен наезд на Ж., ехавшую на велосипеде, повлекший за собой по неосторожности смерть потерпевшей. 

Квалификация действиям осужденного по ч.3 ст. 264 УК РФ - как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, является правильной.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Сидорова Ю.А. об отсутствии в действиях Горелова С.А. указанного состава преступления являются несостоятельными по следующим основаниям.

Согласно заключениям проведенных по делу экспертиз, в момент совершения наезда на потерпевшую Ж., Горелов С.А., что не оспаривается ни им, ни его защитником, в нарушение правил дорожного движения двигался со скоростью, значительно превышающей 60 км/час, разрешенной, для передвижения в населенных пунктах.

Двигаясь с превышением допустимой скорости в темное время суток по неосвещенной дороге, совершая обгон грузового автомобиля ГАЗ 53 под управлением водителя К., осужденный, проявив невнимательность, выразившуюся в том, что он надлежащим образом не убедился, что встречная полоса свободна для выполнения указанного маневра, выехав на неё, совершил наезд на потерпевшую Ж., ехавшую на велосипеде по левой стороне дороги.

В суде первой инстанции Горелов С.А., обосновывая свою невиновность в инкриминированном ему преступлении, пояснил, что внезапность появления Ж. на дороге, на которую он по объективном причинам был не в состоянии своевременно отреагировать, объясняет тем, что потерпевшая могла выехать на дорогу с обочины, где пережидала проходящие встречные машины, прямо перед его автомобилем, когда он начал совершать обгон.

Однако эти доводы осужденного опровергаются показаниями свидетеля Б., пояснившего, что водитель автомобиля ГАЗ-53, ехавший впереди Горелова С.А., видел на дороге женщину на велосипеде, которая ехала в попутном с ним направлении. 

Указанное со всей очевидностью свидетельствует о том, что Ж. перед совершением на неё наезда Гореловым С.А., как ехала изначально по дороге, так и продолжала это делать, пока её не сбил осужденный, пошедший на обгон грузовой машины. Указанное в достаточной степени подтверждается фактическими обстоятельствами, установленным по делу, согласно которым тормозной путь автомобиля Горелова С.А. составил 33,40 метра, т.е. как минимум уже на этом расстоянии от осужденного потерпевшая попала в его поле зрение.

Из показаний осужденного, данных им как на следствии, так и в суде, следует, что водитель ГАЗ-53 ехал по дороге с небольшой скоростью, чем и было вызвано его желание совершить обгон данного транспортного средства. Скорость же автомобиля Горелова С.А. в момент обгона, согласно заключению судебной экспертизы, была не менее 78 км/час.

Именно существенное различие в скорости, при движении в темное время суток при отсутствии освещения на дороге, позволило одному водителю избежать наезда на потерпевшую, а другому нет. Данное обстоятельство в достаточной мере подтверждается показаниями свидетелей С. и Т., пояснивших, что причиной ДТП явилось нарушение водителем Гореловым С.А. скоростного режима.

Доводы жалобы защиты о том, что показания следователя С. и инспектора ГИБДД Т. не могут быть доказательством вины Горелова С.А. в произошедшем ДТП, так как они не являлись его очевидцами, признать состоятельными нельзя, поскольку пояснения последними даны исходя из фактических обстоятельств, ставших им известным в ходе выяснений всех деталей имевшего место дорожно-транспортного происшествия. 

Доводы адвоката Сидорова Ю.А. о том, что суд, отказав защите в проведении ряда экспертиз, не позволил ей выяснить обстоятельства важные для установления истины по делу, что повлияло на правосудность вынесенного судебного решения, являются необоснованными. 

Апелляционный суд с учетом конкретных обстоятельств дела считает, что районный суд обоснованно отказал защите в проведении дополнительных экспертиз, поскольку никакой необходимости в этом не имелось. Представленные суду органами следствия материалы уголовного дела позволяли рассмотреть его по существу без сбора дополнительных доказательств. 

Одновременно с этим апелляционная инстанция констатирует, что проведение следователем следственного эксперимента Дата без участия Горелова С.А. и его защитника, никоем образом не нарушает права осужденного на защиту, поскольку следователь в силу своих процессуальных полномочий, регламентированных нормами УПК РФ, вправе сам определять ход предварительного расследования и самостоятельно решать вопрос о проведении тех или иных следственных действий. 

Ссылка защитника на то, что данный следственный эксперимент был проведен при других условиях, не соответствующих тем, которые имели место Дата в связи с чем его выводы не отвечают критерию достоверности, являются необоснованными.

Эксперимент, как это было и при ДТП, проводился в темное время суток, в сухую погоду, с использованием автомобиля, аналогичного автомобилю Горелова С.А., при этом, участвующий статист, был одет в одежду, не имеющей светоотражающих элементов. 

Указанные факторы, соответствующие реальному положению вещей, являются вполне достаточными для признания результатов данного следственного эксперимента допустимым доказательством, поскольку его выводы содержат объективную информацию о расстоянии, с которого осужденной мог увидеть на дороге потерпевшую Ж. и это расстояние, как уже указано выше, составляет 47 м.

Все остальные факторы, на которые указал защитник, не соблюденные, якобы, следователем при проведении следственного эксперимента на достоверность его результатов не влияют.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, несмотря на то, что очевидцев наезда не имелось, с учетом наличия показаний свидетелей, описавших обстановку на месте происшествия, а также заключений автотехнических экспертиз, проведенных в ходе следствия, установлены механизм ДТП, место столкновения транспортных средств, а также наличие в действиях осужденного нарушений п.п. 1.3, 1.5, 10.1, 10.2, 11.1 Правил дорожного движения. Также установлено, что между действиями Горелова С.А., допустившего указанные нарушения, и наступившими последствиями имеется прямая причинная связь. 

Суд первой инстанции обоснованно признал данные доказательства допустимыми, полученными в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, при этом указал в приговоре, по каким основаниям принял одни доказательства и отверг другие, в частности, заключение специалиста П. и его пояснения, данные им в судебном заседании.

Приговор не содержит утверждений о фактах, которые бы противоречили друг другу и ставили бы под сомнение обоснованность обвинения и выводы суда о доказанности вины Горелова С.А. в совершении инкриминированного ему преступления.

Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, данных, характеризующих его личность, при этом принято во внимание имеющееся по делу смягчающее наказание обстоятельство - нарушений велосипедисткой Ж. п. 1.4 Правил дорожного движения. 

Судом приведены мотивы, по которым при назначении наказания ФИО1 им не применены к нему положения ч. 6 ст. 15, ст.ст. 53.1, 64, 73 УК РФ.

Апелляционный суд с данной мотивировкой согласен при этом оснований для смягчения назначенного осужденному наказания или назначения его условно, не усматривает. 

Каких-либо медицинских документов, свидетельствующих о наличии у ФИО1 заболеваний, исключающих возможность отбывания им наказания в местах лишения свободы, суду не представлено.

Вид исправительного учреждения ему назначен судом правильно, с учётом требований ст. 58 УК РФ. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не установлено, в связи с чем апелляционная жалоба адвоката Сидорова Ю.А. отклоняется.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Вадского районного суда Нижегородской области от 19 февраля 2021 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Сидорова Ю.А. без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно после его оглашения, но может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Осужденному разъясняется право ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья С.П. Парамонов