Дело № 2-379/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

13 июля 2018 года г.Маркс

Марксовский городской суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Уварова А.С.,

при секретаре Денисовой О.Н.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО1,

ответчика ФИО2, 

представителя ответчика ФИО3 по доверенности ФИО4,

представителя ответчика ООО «Ф-Авто» по доверенности ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО3, ФИО2, Обществу с ограниченной ответственностью «Ф-авто» о признании недействительными договоров купли-продажи автотранспортного средства и применении последствий недействительности сделок,

установил:

ФИО6 с учетом уточненных исковых требований обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО2, ООО «Ф-авто» о признании недействительными договоров купли-продажи автотранспортного средства и применении последствий недействительности сделок. В обосновании заявленных требований указал, что с 23.11.2007 года состоял в зарегистрированном браке с ФИО7 В период брака 15.10.2013 года был приобретен автомобиль FORDKUGA, 2013 года выпуска VIN: №, который являлся совместно нажитым имуществом супругов. Данный автомобиль приобретался на денежные средства, полученный в кредит по кредитному договору 

<

***> от 15.10.2013 года, заключенному с ОАО «БыстроБанк». 10.10.2017 года обязательства по возврату денежных средств по вышеуказанному кредитному договору были досрочно исполнены в полном объеме. При этом для досрочного погашения автокредита им был заключен новый потребительский кредит от 09.10.2017 года. Впоследствии его супруга ФИО7 вынудила переписать вышеуказанный автомобиль на нее, виду чего 19.12.2017 года между ними был заключен мнимый договор купли продажи. Ввиду вахтового характера его работы автомобилем как до заключения договора купли продажи, так и после его заключения в основном пользовалась ФИО7 Каких-либо денежных средств по вышеуказанному договору купли-продажи ему супругой не передавалось, в том числе потому, что у нее отсутствовали денежные средства в сумме 650000 рублей, то есть в сумме, которая была указана ценой автомобиля. Он же при этом стал оплачивать новый потребительский кредит, взятый с целью погашения автокредита и продолжает это делать по настоящее время. 02.02.2018 года его супруга вместе с их совместной дочерью погибли, отравившись угарным газом. При этом до смерти супруги он не подозревал ее в обмане, поскольку автомобиль находился в ее пользовании, а он нес расходы по его содержанию и ремонту. Однако после смерти ФИО7 он обнаружил в документах договор купли-продажи транспортного средства от 19.01.2018 года, согласно которому вышеуказанный автомобиль был продан ФИО7 ее матери ФИО3 за 800000 рублей. По факту смерти его родственников правоохранительными органами было возбуждено уголовное дело по ст. 238 УК РФ. В дальнейшем от следователя, ведущего расследование уголовного дела, ему стало известно, что подлинник ПТС, обнаруженный в автомобиле, 13.02.2018 года передан вместе с автомобилем его собственнику ФИО3 При этом ФИО3, получив указанный автомобиль в этот же день его продала ООО «Ф-авто», а указанная организация в свою очередь 24.02.2018 года перепродала автомобиль ответчику ФИО2 Считает, что сделки с вышеуказанным автомобилем, заключенные между ним и ФИО7, а также между ФИО7 и ФИО3 являются мнимыми, поскольку совершены лишь для вида, а фактической передачи спорного имущества, так же как и прав и обязанностей не происходило. При этом считает, что при совершении указанных ничтожных следок его супруга ФИО7 и ФИО3 преследовали цель вывести данное имущество из совместной собственности супругов для избежания его дальнейшего раздела, следовательно, они вели себя недобросовестно, что в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ также является основанием для признания вышеуказанных сделок недействительными. 15.02.2018 года на сайте ООО «Ф-авто» он увидел фото спорного автомобиля и сразу же связался с указанной организацией, сообщив ее сотрудникам о наличии гражданского иска в отношении авто. Кроме того 21.02.2018 года представитель ООО «Ф-авто» связывался с представителем истца ФИО1 и интересовался судьбой его иска, однако получив соответствующую информацию вышеуказанное Общество решило избавиться от автомобиля и реализовало его ФИО2, который в свою очередь имея возможность узнать о судьбе автомобиля намеренно не стал собирать о нем сведения. Указанное, по мнению истца, свидетельствует о злоупотреблении правом данными сторонами следок, что в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ является основанием для признания сделок недействительными. На основании изложенного просил признать недействительными - договор купли продажи транспортного средства ФОРД КУГА, 2013 года выпуска, заключенный 19.12.2017 года между ФИО6 и ФИО7, договор купли-продажи транспортного средства ФОРД КУГА, 2013 года выпуска, заключенный 19.01.2018 года между ФИО7 и ФИО3, договор купли продажи автомобиля, заключенный 13.02.2018 года между ФИО3 и ООО «Ф-авто», а также договор купли продажи транспортного средства, заключенный 24.02.2018 года между ООО «Ф-авто» и ФИО2. Применить последствия недействительности сделок. Прекратить право собственности ФИО2 на вышеуказанный автомобиль и восстановить его право собственности на спорное имущество в полном объеме.

Истец ФИО6, будучи извещенным о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, обеспечив явку своего представителя по доверенности ФИО1, которая в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме, дав пояснения, аналогичные изложенным в иске.

Ответчик ФИО3, будучи извещенной о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, обеспечив явку своего представителя по доверенности ФИО4, которая в судебном заседании возражала относительно заявленных требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск.

Представитель ответчика ООО «Ф-авто» по доверенности ФИО5 и ответчик ФИО2 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требования указывая на то, что имеющиеся в деле доказательства, безусловно подтверждают то обстоятельство, что супруги К-вы с марта 2017 года фактически прекратили брачные отношения и заключенный между ними договор купли-продажи автомобиля был совершен с целью фактического раздела имущества. Основания для признания указанной сделки, также как и последующей следки по продаже данного автомобиля ФИО3 мнимыми не имеется. ООО «Ф-авто», так же как и ФИО2 являются добросовестными приобретателями спорного автомобиля и доказательств обратного стороной истца представлено не было.

В соответствии с положениями статьи 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников судебного разбирательства.

Выслушав пояснения сторон, их представителей, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами (п. 1 ст. 160 ГК РФ).

В силу положений ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе.

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью, прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из смысла приведенной нормы материального и процессуального права, мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, обращаясь в суд с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена. При этом сделки, которые являются мнимыми, совершаются лишь для того, чтобы создать ложное представление об их заключении у третьих лиц, тогда как в действительности стороны не намерены ничего изменять в своем правовом положении. При доказывании в суде мнимости спорной сделки истцу необходимо доказать, что при совершении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Из определения мнимой сделки, данного в ст. 170 ГК РФ, следует, что в результате ее заключения не происходит никакой фактической передачи имущества, прав или обязанностей, а сделка совершается лишь для вида.

Судом установлено, что с 23.11.2007 года истец ФИО6 состоял в зарегистрированном браке с ФИО8, что подтверждается соответствующим свидетельством о заключении брака (т. 1 л.д. 93).

02.02.2018 года брак прекращен в связи со смертью ФИО7, что подтверждается свидетельством о смерти (т. 1 л.д. 94).

В период брака 15.10.2013 года был приобретен автомобиль FORDKUGA, 2013 года выпуска VIN: №, который являлся совместно нажитым имуществом супругов, и был зарегистрирован на имя истца ФИО6, что не оспаривается сторонами по настоящему делу.

Данный автомобиль приобретался на денежные средства, полученный в кредит по кредитному договору 

<

***> от 15.10.2013 года, заключенному между ФИО6 и ОАО «БыстроБанк» сроком до 01.10.2018 года на сумму 1168254 рубля 74 копейки.

Согласно условиям кредитного договора обеспечением исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору являлся залог вышеуказанного транспортного средства.

Также суд считает установленным, что в марте 2017 года брачные отношения между сторонами были фактически прекращены, и они перестали вести совместное хозяйство.

Указанное подтверждается: - заявлением ФИО7 от 20.03.2017 года, адресованным мировому судье судебного участка № 4 Марксовского района Саратовской области, исполняющему обязанности мирового судьи судебного участка № 1 Марксовского района Саратовской области о взыскании с ФИО6 в пользу последней алиментов на содержание их общего несовершеннолетнего ребенка ФИО9 (т. 2 л.д. 122); 

- постановлением судебного пристава исполнителя о возбуждении исполнительного производства о взыскании алиментов с ФИО9 от 11.04.2017 года, в котором адресом должника ФИО9 указан: 

<

...>, а адресом взыскателя ФИО19 указан: 

<

...>, что свидетельствует о раздельном проживании супругов К-вых;

- показаниями свидетелей: ФИО10 и ФИО11, которые пояснили о том, что с марта 2017 года совместная жизнь и ведение общего хозяйства ФИО9 и ФИО19 прекратились, так как ФИО6 избивал ФИО7, перестал давать денежные средства на содержание ребенка и стал проживать отдельно.

Кроме того, суд учитывает то обстоятельство, что после смерти ФИО7 и ФИО9 организацией похорон занялась ФИО10 и ФИО3, которые оплатили расходы связанные с погребением тел умерших, а также организацией поминальных обедов, что подтверждается представленными в материала дела договорами, чеками на оплату ритуальных услуг и поминальных обедов, установки ограды, лавочки на могиле усопших и т.д. 

Доводы ФИО9 о том, что он не знал до 02.02.2018 года (дня смерти ФИО19), что его бывшая супруга ФИО19 встречается с другим молодым человеком, суд отклоняет, поскольку они опровергаются показаниями свидетеля ФИО12, являющегося другом ФИО13 погибшего вместе с ФИО7 и с которым последняя встречалась с лета 2016 года. Так указанный свидетель показал, что в ноябре 2017 года между ФИО13 и ФИО9 произошла драка в ходе которой, ФИО9 сообщил ФИО13 что он бывший супруг ФИО14. 

Помимо изложенного, суд считает необходимым обратить внимание на противоречия, которые имеются в письменных объяснениях ФИО6, а именно, в его письменном объяснении от 27.06.2018 года, о приобщении которого было заявлено его представителем в ходе рассмотрения дела, он указал дословно: «Подозревая любовника в измене, она ночью помчалась в съемную квартиру, которую открыла своим ключом и видимо не ошиблась, ее любовник был там с молодой девушкой. А дочку она брала всегда с собой, для того чтобы она не рассказала мне о наличии любовника. Я жил ради дочери и мне было все равно на похождения супруги». 

Таким образом, из указанных письменных пояснений в совокупности с вышеперечисленными материалами дела можно сделать вывод об осведомленности ФИО6 о встречах его супруги со ФИО13

К показаниям свидетелей ФИО15 и ФИО16 в части того, что они не подтвердили факт прекращения брачных отношений, а лишь указали на намерение ФИО7 в будущем развестись с ФИО6, суд относится критически, поскольку они опровергаются вышеприведенными доказательствами, кроме того, данные свидетели находятся в дружеских отношениях с самим ФИО6 

Также судом установлено, что 19.12.2017 г. между ФИО6 и ФИО7 был заключен договор купли-продажи вышеуказанного автомобиля, по условиям которого стоимость авто составила 650000 руб. 

Расчет между сторонами произведен полностью в момент подписания договора, о чем свидетельствует акт приема передачи транспортного средства и денежных средств от 19.12.2017 г.

При этом из буквального толкования условий договора купли-продажи от 19.12.2017г. следует, что Продавец в лице ФИО6 получил с Покупателя ФИО7 сумму в размере 650000 рублей в счет оплаты стоимости данного автомобиля, претензий по оплате к покупателю не имеет.

На основании заключенного договора купли-продажи собственником вышеуказанного автомобиля стала ФИО7, о чем в ПТС данного транспортного средства регистрирующим органом в лице РЭО ГИБДД ОМВД России по Марксовскому району были внесены соответствующие изменения о его владельце (т. 1 л.д. 156-157).

При этом наличие у ФИО19 денежной суммы в размере 650000 рублей подтверждается показаниями свидетелей ФИО10 и ФИО11, показавших, что для выкупа 1/2 доли данного автомобиля ФИО7 заняла денежные средства у своего племянника ФИО17 в сумме 300000 рублей, являвшиеся личными сбережениями последнего (факт их наличия и снятия со счета 06.12.2017 года подтверждается выпиской из лицевого счета ФИО17 т. 1 л.д. 187) и самой ФИО10 в размере 135000 рублей, которые ФИО10 в свою очередь взяла в кредит 21.11.2017 года (т. 1 л.д. 186) и передала ФИО7 перед совершением сделки.

Возможность накопления ФИО7 оставшейся суммы подтверждается сведениями о доходах последней по месту работы за 2017 год, которые составили 465886 рублей.

В соответствии со ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. 

Согласно ч. 1 ст. 39 СК РФ, при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

При этом в соответствии со статьей 38 СК РФ раздел совместно нажитого имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов.

С учетом изложенного, размер доли каждой из сторон признается равными и составляет 1/2 долю от общего имущества супругов. 

В силу положений ст. 133 ГК РФ вещь, раздел которой в натуре невозможен без изменения ее назначения, признается неделимой. 

Поскольку автомобиль является неделимой вещью участник общей долевой собственности (супруг) вправе передать неделимую вещь в собственность одному из участников долевой собственности (супруге), с компенсацией стоимости доли. 

Учитывая установленные обстоятельства дела и приведенные нормы права, принимая во внимание показания свидетелей ФИО10 и ФИО11 об имевшейся между супругами К-выми договоренности о разделе совместно нажитого имущества, суд приходит к выводу о том, что приобретение ФИО7 у ФИО6 спорного автомобиля произошло в период, когда фактически брачные отношения были прекращены, данная покупка осуществлялась за счет личных денежных средств (в том числе заемных) ФИО18 и заключив указанный договор купли-продажи супруги К-вы фактически произвели раздел совместно нажитого имущества в виде автомобиля FORDKUGA, 2013 года выпуска VIN: №, а именно ФИО6 распорядился принадлежащей ему 1/2 долей автомобиля продав свою долю автомобиля за 650000 рублей исходя из стоимости данной доли автомобиля и размера выплаченных по автокредиту процентов.

Доводы истца о том, что и после приобретения спорного автомобиля ФИО19 в январе 2018 года он ездил в автосалон и оплачивал ремонт данного авто суд отклоняет, поскольку согласно договора на выполнения работ по ремонту автомобиля от 07 декабря 2017 года, то есть заключенному еще тогда когда собственником автомобиля еще значился ФИО6, (п. 2.1 «стоимость работ по ремонту автомобиля заказчика составляет 13409 рублей и оплачивается в следующем порядке: 7000 рублей в момент подписания договора, 6409 рублей заказчик оплачивает не позднее 20 января 2018 года включительно). То есть условиями вышеуказанного договора предусматривалась рассрочка платежа. Следовательно, внесение денежных средств 17.01.2018 года - после перехода права собственности на вышеуказанный автомобиль другому лицу нельзя расценивать в том контексте, который придается данному обстоятельству стороной истца для подтверждения мнимости данной сделки.

При этом суд считает необходимым отметить, что квитанция от 17.01.2018 года подтверждает лишь факт внесения в кассу предприятия наличной суммы в размере 6409 рублей. Однако ФИО6 не мог лично внести в кассу вышеуказанной организации данную сумму, так как согласно представленного графика работы ФИО6 07.01.2018 года находился в г. Сургуте.

При этом сторонами суду не было достоверно доказано кто именно вносил в кассу вышеуказанной организации названную сумму.

Кроме того, суд считает, что заключение истцом потребительского кредита от 09.10.2017 года на сумму 369500 рублей не опровергает выше установленные обстоятельства дела и может лишь свидетельствовать о том, что сделка купли продажи общей долевой собственности между супругами планировалась заранее и ФИО9 был согласен с отчуждением своей части доли в автомашине, ввиду чего был вынужден изыскать денежные средства для погашения ранее взятого автокредита и снятия обременения в виде залога с вышеуказанного автомобиля, для последующего заключения договора купли продажи от 19.12.2017 г. 

Каких-либо доказательств, подтверждающих утверждение истца и его представителя о том, что ФИО7 вынудила переписать вышеуказанный автомобиль на нее стороной истца суду не представлено.

Кроме того, суд принимает во внимание следующее.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

С учетом вышеприведенных обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дела, а также того, что истцом даже не указано о том, перед какими третьими лицами и для чего стороны вышеуказанного договора купли-продажи собирались создать ложное представление о его заключении, суд приходит к выводу о том, что имеет место быть недобросовестное поведение со стороны истца, ввиду чего считает, что необходимым отказать в удовлетворении требования о признании недействительным вышеуказанного договора купли-продажи, заключенного между ФИО6 и ФИО7 

Также судом установлено, что 19.01.2018 года вышеуказанный автомобиль по договору купли продажи, заключенному между ФИО7 м ФИО3 был продан последней.

По условиям указанного договора купли-продажи стоимость автомобиля составила 800 000 руб. Расчет между сторонами произведен полностью в момент подписания договора, о чем свидетельствует акт приема передачи транспортного средства и денежных средств от 19.01.2018 г. 

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как нарушающая требования закона.

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор.

Между тем, суд считает, что истец, заявляя о злоупотреблении правом со стороны обоих участников указанной сделки, не приводит доказательств того, что на момент ее заключения стороны действовали исключительно с намерением причинить ему вред, в том числе не предоставляет доказательств о наличия долговых или иных материальных обязательств у ФИО7 перед ним, исполнение которых могло бы обеспечиваться ее имуществом.

При этом судом установлено, что супруги К-вы несмотря на нахождение в браке, фактически прекратили брачные отношения и ведение совместного хозяйства, а также произвели раздел совместно нажитого имущества в виде спорного автомобиля.

Таким образом, ФИО7 могла распоряжаться данным автомобилем по своему усмотрению, без получения согласия супруга.

То обстоятельство, что в случае смерти ФИО7 указанное имущество могло войти в наследственную массу, на которую будет претендовать ФИО6 как наследник первой очереди, не позволяет суду прийти к выводу о том, что при заключении оспариваемого договора купли-продажи его стороны (ФИО7 и ФИО3) действовали исключительно с намерением причинить вред ФИО6 

Доказательствами, опровергающим доводы истца о мнимости данного договора купли-продажи суд считает заказ наряд от 28.01.2018 года плательщиком и собственником автомобиля в котором указана ФИО3, о чем имеется подпись клиента, которая обратилась совместно с ФИО19 для ремонта спорного автомобиля, а также выписка из налоговой инспекции, в которой указано, что ФИО3 являлась собственником спорного автомобиля.

Помимо указанного, в материалы дела также представлен страховой полис серия МММ № №, достоверность которого не опровергнута сторонами, в котором указано, что собственником FORD KUGA, 2013 года выпуска VIN: № числится ФИО3, а управлять транспортным средством имеет право только ФИО7 

Кроме того, о реальности передачи денежных средств по вышеуказанному договору, помимо самого договора и акта приема передачи, также свидетельствует и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 03 марта 2018 года, в котором указывается на осведомленность ФИО6 о наличии у его супруги ФИО8 800 000 рублей.

Доводы же о том, что как до заключения оспариваемого договора, так и после его заключения спорным автомобилем продолжала пользоваться ФИО7 о мнимости данного договора не свидетельствуют.

В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно статье 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из владения иным путем помимо их воли.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 35 и 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав», если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. По смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Из материалов дела следует, что 13.02.2018 года, то есть вопреки доводам стороны истца до подачи им иска в суд, между ФИО3, являющейся собственником вышеуказанного автомобиля и ООО «Ф-авто», были заключены договора купли продажи спорного автомобиля. В последующем 24.02.2018 года между ООО «Ф-авто» и ФИО2 также был заключен договора купли продажи, в соответствии с которым конечным собственником транспортного средства FORDKUGA, 2013 года выпуска VIN: № в настоящее время является ФИО2

Материалами дела подтверждается проведение оплат по вышеуказанным договорам купли продажи от покупателей продавцам, а также совершение регистрационных действий по изменению сведений о владельце транспортного средства.

Каких-либо доказательств, того, что у ФИО3 и ООО «Ф-авто», как собственников отсутствовала воля на передачу спорного транспортного средства, так же как и доказательств, что стороны вышеуказанных договоров действовали исключительно с намерением причинить вред ФИО6 материалы дела не содержат и доказательств этому стороной истца не представлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО6 отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Марксовский городской суд.

Судья А.С. Уваров