Дело № 2-207/2020 УИД: 78RS0023-01-2019-004009-83

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Санкт-Петербург 08 сентября 2020 года 

Фрунзенский районный суд города Санкт – Петербурга в составе: 

председательствующего судьи Грибова И.Н.,

при секретаре Федотовой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» о защите прав потребителя, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в Фрунзенский районный суд города Санкт-Петербурга с иском к ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» и просила суд взыскать с ответчика в свою пользу страховое возмещение в размере 3 000 000 руб. 00 коп., судебные издержки в размере 112 000 руб. 00 коп., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. 00 коп.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 29.05.2017 года между ФИО1 и АО «Райффайзен Банк» был заключен кредитный договор, по условиям которого истцу были предоставлены денежные средства в размере 480 000 руб. 00 коп. При заключении договора ФИО1 стала участником программы финансовой защиты заемщиков потребительских кредитов АО «Райффайзен Банк», то есть программы страхования жизни от несчастных случаев и болезней, на случай дожития до события потери работы заемщиков потребительских кредитов АО «Райффайзен Банк». Данное страхование осуществлялось в рамках Договора добровольного группового страхования заемщиков потребительских кредитов N 03/ОД/15 от 31.07.2015 года, заключенного между АО «Райффайзен Банк», являющегося страхователем и ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф», являющегося страховщиком. В соответствии с пунктами 1.1.-1.2. Полисных условий, которые являются неотъемлемой частью Договора страхования, страховыми случаями по программе страхования являются инвалидность I и II группы. 16.08.2018 года истцу была установлена I группа инвалидности по общему заболеванию. Все документы, подтверждающие наступление страхового случая, а именно заявление на страховую выплату с предоставлением всех необходимых документов, указанных в пункте 4.2.2. Условий, были представлены истцом в ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» в кратчайший срок с момента наступления страхового случая. Вместе с этим, согласно ответу ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» N 11700 от 12.10.2018 года истцу было отказано в выплате в силу того, что истец регулярно консультировалась и обследовалась по поводу того заболевании, которое стало причиной установления ей инвалидности, до включения в программу страхования, поэтому заявленное событие не является страховым. Как указывает ФИО1, с 2013 года она обследовалась в связи с обнаружением у нее заболевания лейомиомы матки, в 2014 году ей была выполнена консервативная миомэктомия интрамурального узла, в августе 2016 года она проходила обследование и лечение в отделении гинекологии с диагнозом растущая миома матки с геррагическим синдромом, по результатам же гистологического исследования в октябре 2016 года ей был поставлен диагноз клеточная лейомиома матки, дальнейшее прогрессирование процесса. 16.08.2018 года ФИО1 была впервые освидетельствована в Бюро медико-социальной экспертизы с диагнозом по основному заболеванию С54.8 (код МКБ-10) Метастазирующая лейомиома матки, установлена I группа инвалидности. Указывая, что на момент заключения кредитного договора от 29.05.2017 года ФИО1 не являлась инвалидом I группы, в связи с чем, основания, освобождающие страховую компанию от выплаты страхового возмещения, отсутствуют. В порядке досудебного урегулирования спора истец обратилась к ответчику с претензией, вместе с этим, требования, изложенные в претензии, ответчиком удовлетворены не были, каких-либо мер к урегулированию возникшего спора ответчик не предпринял. В связи с нарушением своих прав, истец был вынужден обратиться за оказанием квалифицированной юридической помощи к ООО «ЛенЮр», стоимость услуг которого обошлась истцу в 112 000 руб. 00 коп., которые истец просит взыскать с ответчика. Кроме того, действиями ответчика истцу были причинены моральные и нравственные страдания, которые она оценивает в 100 000 руб. 00 коп. и также просит взыскать с ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф».

Истец ФИО1 в суд явилась, по устному ходатайству истца в порядке части 6 статьи 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве представителя истца допущен ФИО3, исковые требования поддержали в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске, настаивали на их удовлетворении.

Ответчик ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» извещен надлежащим образом, представителя в суд не направил, о причинах его неявки суд в известность не поставил, отложить судебное заседание не просил, ранее в материалы дела представителем ответчика был представлен письменный отзыв на исковое заявление, в соответствии с которым ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» возражало против удовлетворения заявленных ФИО2 исковых требований по причине того, что из представленной копии протокола проведения медико-социальной экспертизы усматривается, 

<

данные изъяты> ФИО1 была выявлена в 2014 году и тогда же была выполнена миомэктомия, далее в августе 2016 года ФИО2 был установлен диагноз «Растущая миома матки с теморрагическим синдромом» и выполнена надвлагалищная ампутация матки, с марта 2017 года начата терапия залодексом. Кроме того из представленных копиях консультативных заключений, выданных ФИО1 ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр онкологии имени Н.Н.Петрова» Минздрава России, также содержатся сведения данные о том, что ФИО1 с 2013 года регулярно консультировалась и обследовалась по поводу диагноза «

<

данные изъяты>. Таким образом, заболевание, ставшее причиной установления инвалидности, впервые было выявлено до заключения договора страхования, и далее ФИО1 регулярно консультировалась, обследовалась и получала медицинскую помощь по поводу этого же заболевания, также до заключения договора страхования, при том, что договор страхования начал свое действие 29.05.2017 года, в связи с чем, произошедшее с застрахованным лицом событие страховым случаем по договору страхования не является, у страховщика не возникло обязанности по осуществлению страховой выплаты. 

В связи с чем, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося представителя ответчика в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, на основании фактических обстоятельств дела, приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 927 Гражданского кодекса Российской Федерации страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Согласно статье 934 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Пунктом 2 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. В случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица.

В соответствии с пунктом 2 статьи 940 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования может быть заключен путем составления одного документа либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком. Существенные условия договора страхования в этом случае могут содержаться и в заявлении, послужившем основанием для выдачи страхового полиса или в иных документах, содержащих такие условия.

Для установления содержания договора страхования следует принимать во внимание содержание заявления страхователя, страхового полиса, а также правила страхования, на основании которых заключен договор.

В соответствии с пунктом 2 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: 1) о застрахованном лице; 2) о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); 3) о размере страховой суммы; 4) о сроке действия договора.

Условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования) (пункт 1 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

При заключении договора страхования страхователь и страховщик могут договориться об изменении или исключении отдельных положений правил страхования и о дополнении правил (пункт 3 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 года N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", страховой случай включает в себя опасность, от которой производится страхование, факт причинения вреда и причинную связь между опасностью и вредом и считается наступившим с момента причинения вреда (утраты, гибели, установления недостачи или повреждения застрахованного имущества) в результате действия опасности, от которой производилось страхование.

Срок действия договора страхования начинает течь с момента вступления его в силу, а именно после уплаты страховой премии или первого ее взноса, если иной момент не предусмотрен договором (пункт 1 статьи 957 Гражданского кодекса Российской Федерации). Договор страхования распространяется на страховые случаи, происшедшие после вступления его в силу, если в нем не предусмотрен иной срок начала действия страхования (пункт 2 статьи 957 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи.

Законом могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 29.05.2017 года между ФИО1 и АО «Райффайзенбанк» был заключен кредитный договор, по условиям которого на условиях возвратности и уплаты процентов АО «Райффайзенбанк» предоставил заемщику денежные средства в размере 480 000 руб.00 коп.

При заключении кредитного договора ФИО1 29.05.2017 года была включена в список застрахованных лиц по Договору добровольного группового страхования заемщиков потребительских кредитов N 03/ОД/15 от 31.07.2015 года, заключенного между АО «Райффайзен Банк» (страхователь) и ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» (страховщик), на основании заявления на участие в Программе страхования жизни и от несчастных случаев и болезней, на случай дожития до события потери работы заемщиков потребительских кредитов АО «Райффайзен Банк», страховым случаем по которому в соответствии с пунктом 2.1.2 является, в том числе, установление заемщику I или II группы инвалидности.

Договор добровольного группового страхования заемщиков потребительских кредитов N 03/ОД/15 от 31.07.2015 года заключен на основе Полисных условий программы страхования жизни от несчастных случаев и болезней заемщиков потребительских кредитов АО «Райффайзенбанк», утвержденных приказом Страховщика N 06-08/15 от 14.05.2015 года, являющихся Приложением N 5.1 к Договору страхования (далее - Полисные условия N 1) и на основе Полисных условий программы страхования жизни на случай дожития до события потери работы и от несчастных случаев заемщиков потребительских кредитов АО «Райффайзенбанк», утвержденными приказом Страховщика N 06-11/15 от 24.07.2015 года, являющихся Приложением N 5.2. к Договору страхования.

16.08.2018 года ФИО1 установлена инвалидность I группы по общему заболеванию.

ФИО1 обратилась в ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» с заявлением о признании указанного события страховым и выплате страхового возмещения.

По результатам рассмотрения представленного заявления ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» истцу было отказано в признании события от 16.08.2018 года страховым случаем и как следствие в выплате страхового возмещения.

При этом мотивом к принятию указанного решения послужило то обстоятельство, что ФИО1 регулярно консультировалась и обследовалась по поводу того заболевании, которое стало причиной установления ей инвалидности, до включения в Программу страхования жизни и от несчастных случаев и болезней заемщиков потребительских кредитов АО «Райффайзен Банк», поэтому заявленное событие не является страховым случаем в соответствии с пунктом 5.2.1 Полисных условий, согласно которому не признаются страховыми случаями события, если они произошли в результате умственного или физического заболевания, или отклонения (дефекта), которым болело, по поводу которого консультировалось или получало медицинскую помощь застрахованное лицо до его вступления в Программу страхования.

В соответствии с пунктом 2.1. Договора добровольного страхования группового страхования заемщиков потребительских кредитов N 03/ОД/15 от ДД.ММ.ГГГГ (далее - Договор добровольного страхования), настоящий договор страхования предусматривает покрытие следующих страховых случаев (страховых рисков), произошедших в период действия договора страхования (в отношении конкретного застрахованного лица – произошедших в течение срока страхования: инвалидность I или II группы застрахованного лица (пункт 2.1.2. Договора добровольного страхования).

Страховая сумма по страховым рискам, указанным в пунктах 2.1.1.-2.1.4 настоящего Договора, устанавливается в размере 100% от суммы первоначального долга застрахованного лица по кредитному договору. Если стороны не согласовали иное, размер страховой суммы в любом случае не может превышать 3 000 000 руб. 00 коп. по одному застрахованному лицу (пункт 3.1.1 Договора добровольного страхования).

В силу пункта 4.2.2. Договора добровольного страхования размер страховой выплаты по страховому риску «Инвалидность I или II группы» определяется как 100 % от страховой суммы, как она определена в пункте 3.1. Договора добровольного страхования.

В соответствии с пунктом 2.8. Договора добровольного страхования в части страхового покрытия «Смерть по любой причине» и «Инвалидность I или II группы» не признаются страховыми случаями события, если они произошли в отношении лиц или вследствие случаев, перечисленных в пункте 5.2. Полисных условий N 1.

Пунктом 5.2 Полисных условий N 1 предусмотрено, что не признаются Страховыми случаями события, если они произошли в результате умственного или Физического заболевания, или отклонения (дефекта), которым болело, по поводу которого консультировалось или получало медицинскую помощь Застрахованное лицо до его вступления в Программу.

Таким образом, обязанность страховщика по выплате страховой суммы наступает только после классификации заявленного события и признания его страховым случаем с учетом условий Договора добровольного группового страхования заемщиков потребительских кредитов N 03/ОД/15 от 31.07.2015 года.

Проанализировав представленные ФИО1 медицинские документы, ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» пришло к выводу об отсутствии оснований для признания заявленного события от 16.08.2018 года страховым случаем и оснований для выплаты страхового возмещения по причине того, что из представленной ФИО1 копии протокола проведения медико-социальной экспертизы усматривается, что лейомиома матки у ФИО2 была выявлена в 2014 году и тогда же была выполнена миомэктомия, далее в августе 2016 года ФИО2 был установлен диагноз 

<

данные изъяты> и выполнена надвлагалищная ампутация матки, с марта 2017 года начата терапия залодексом. Кроме того из представленных копиях консультативных заключений, выданных ФИО2 ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр онкологии имени Н.Н.Петрова» Минздрава России, также содержатся сведения данные о том, что ФИО1 с 2013 года регулярно консультировалась и обследовалась по 

<

данные изъяты> миома матки выявлена в 2011 году, с 2013 года был отмечен рост миоматозного интрамурального узла, в марте 2014 года выполнена консервативная миомэктомия интрамурального узла, в августе 2016 года выполнена надвлагалищная ампутация матки. Таким образом, заболевание, ставшее причиной установления инвалидности, впервые было выявлено до заключения договора страхования, и далее ФИО1 регулярно консультировалась, обследовалась и получала медицинскую помощь по поводу этого же заболевания, также до заключения договора страхования, при том, что договор страхования начал свое действие 29.05.2017 года.

В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела истец, выражая свое несогласие с доводами представителя ответчика, реализовала процессуальное право, предусмотренное статьей 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и заявила ходатайство о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы с целью разрешения возникшего между сторонами спора, проведение которой было поручено СПб ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

В соответствии с заключением комисионной судебно-медицинской экспертизы N 164-Т от 24.04.2020 года, заболевание ФИО1 (

<

данные изъяты> является заболеванием, в результате которого истцу ДД.ММ.ГГГГ была установлена I группа инвалидности.

Между заболеванием, диагностированным у ФИО1 в 2014 году («

<

данные изъяты> и установленной ей 16.08.2018 года I группой инвалидности имеется прямая причинно-следственная связь: 16.08.2018 года ФИО1 установлена первая группа инвалидности, вследствие наличия стойких нарушений функций организма, причиной которых является онкологическое заболевание, а именно, метастазирующая лейомиома матки.

При этом экспертами эксперты исходили из следующего анамнеза: по данным представленных медицинских документов, у ФИО1 в 2014 году выявлена 

<

данные изъяты> В августе 2016 года пациентка прошла обследование и лечение в отделении гинекологии ГКБ №, выполнена надвлагалищная 

<

данные изъяты>

Оценив представленное экспертное заключение, полноту, научную обоснованность и достоверность выводов судебных экспертов, суд приходит к выводу, что оснований не доверять ему не имеется, исследование и выводы, приведенные в заключении экспертов изложены достаточно полно и ясно с учетом вопросов, поставленных в определении о назначении судебной товароведческой экспертизы вопросам, исследовательская часть заключения базируется на непосредственном осмотре и изучении экспертами представленных на экспертное исследование объекта медицинской документации ФИО1

Экспертами изучены все материалы дела, экспертиза проведена экспертами, имеющими высокую квалификацию в данной области познаний и большой опыт экспертной работы, эксперты не заинтересованы в исходе дела, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы N 164-Т от 24.04.2020 года соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, порядок назначения экспертизы, порядок ее проведения, форма и содержание заключения, определенные статьями 79, 80, 84 - 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, соблюдены.

Доказательств, отвечающих требованиям главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду представлено не было.

В ходе рассмотрения дела истцом ходатайство в соответствии со статьей 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о назначении по делу повторной или дополнительной судебной экспертизы не заявлялось. 

Одновременно с этим суд не нашел оснований для удовлетворения ходатайства истца о вызове в порядке статьи 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в судебное заседание для допроса эксперта-организатора - государственного эксперта ФИО4 по мотиву того, что достоверность представленного экспертного заключения у суда не вызвала сомнений, экспертное заключение является полным и обоснованным, противоречий в выводах эксперта, иных обстоятельств, вызывающих сомнения в достоверности проведенной экспертизы у суда не имелось, экспертное заключение являлось достаточным для принятия его в качестве надлежащего доказательства.

В свою очередь заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы N 164-Т от 24.04.2020 года, установлено, что между заболеванием, диагностированным у ФИО2 в 2014 году 

<

данные изъяты>»), и установленной ей ДД.ММ.ГГГГ I группой инвалидности имеется прямая причинно-следственная связь.

Таким образом, исходя из анализа и оценки совокупности собранных доказательств по делу, суд, при отсутствии убедительных доказательств, с необходимой полнотой объективно свидетельствующих об обоснованности исковых требований, руководствуясь принципами состязательности и равноправия сторон, приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 

При этом суд исходит из того, что собранными по делу доказательствами, в том числе, заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы N 164-Т от 24.04.2020 года, установлено наличие причинно-следственной связи между заболеванием истца, возникшим до момента заключения Договор добровольного группового страхования заемщиков потребительских кредитов N 03/ОД/15 от 31.07.2015 года, и установлением ей I группы инвалидности в период действия Договора добровольного группового страхования, в силу приведенных положений Договора добровольного группового страхования заемщиков потребительских кредитов N 03/ОД/15 от 31.07.2015 года и Полисных условий N 1, установление ФИО1 I группы инвалидности в период действия Договора добровольного группового страхования заемщиков обоснованно не было признано ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» страховым случаем.

При этом материалами дела опровергаются доводы истца о том, что при включении 29.05.2017 года в список застрахованных лиц по Договору добровольного группового страхования заемщиков потребительских кредитов N 03/ОД/15 от 31.07.2015 года, заключенного между АО «Райффайзен Банк» и ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» ФИО1 не была осведомлена о состоянии своего здоровья, в силу специфики диагностированного у ФИО1 заболевания в 2014 года и последствий его лечения. 

О наличии заболевания при заключении Договора добровольного группового страхования, которое не относится к числу онкологических заболеваний и не предполагало установление ФИО1 какой-либо группы инвалидности, при отсутствии специальных познаний в области медицины излагает через свое субъективное восприятие, между тем, причинно-следственная связь между заболеванием, диагностированным у ФИО1 в 2014 году, и установленной ей I группой инвалидности была установлена в ходе рассмотрения дела. 

Таким образом, учитывая положения статьи 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющие принципы гражданского процесса и корреспондирующие им положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о том, что суд разрешает гражданские дела в целях защиты нарушенных прав или законных интересов, в отсутствие фактического нарушения каких-либо прав истца ответчиком, суд не находит оснований для удовлетворения его требований. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 67,167, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Страховая компания «Райффайзен Лайф» о защите прав потребителя – оставить без удовлетворения. 

На решение суда лицами, участвующими в деле, может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Фрунзенский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья И.Н. Грибов

Мотивированное решение суда составлено 30 сентября 2020 года.