Дело №

Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

Октябрьский районный суд 

<

адрес>

В составе председательствующего судьи Коноваловой С.А.,

с участием представителя истцов ФИО7, ФИО6 – адвоката ФИО12, действующей на основании ордера,

представителя ответчика ФИО8 - ФИО17, действующей на основании доверенности,

при секретаре ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании в р.

<

адрес> 12 сентября 2023 года дело по иску ФИО6, ФИО7 к ФИО8 о признании договора дарения недействительным, включении имущества в наследственную массу,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО6, ФИО7 обратились в суд с иском к ФИО8 о признании договора дарения недействительным, включении имущества в наследственную массу, в обоснование иска указывая следующее. 

Истцы и ответчик являются детьми ФИО11, умершего ДД.ММ.ГГГГ и ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ. На момент смерти отца истцы полагали, что наследство после него фактически приняла их мать ФИО4 После смерти матери истцам стало известно о том, что принадлежащие умершей 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу 

<

адрес>, р.

<

адрес>, были отчуждены по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО8 и в наследственную массу после смерти матери не включены. Кроме того, право собственности на оставшиеся доли в праве собственности на указанное имущество также перешли ответчице по завещанию от умершего в 2018 году отца. 

Договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ от имени собственника ФИО4 по доверенности был подписан ФИО5, действующим на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ. Истцы полагают, что в силу нарушения зрения, а также особенностей психиатрического статуса, умершая ФИО4 не могла понимать значение своих действий при выдаче доверенности на имя ФИО5, что, в свою очередь, влечет недействительность договора дарения, заключенного от ее имени доверенным лицом.

Ссылаясь на положения гражданского законодательства о недействительных сделках, просят суд признать недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, прекратив право общей долевой собственности ФИО8 на ? долю в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, а также включить указанное имущество в наследственную массу после смерти наследодателя ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

Истец ФИО6 о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, просил исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Истец ФИО7 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ иск поддержал, показал, что является сыном ранее умерших ФИО11 и ФИО4 В семье ФИО18 трое детей – истцы ФИО6, ФИО7 и ответчик ФИО8 После смерти отца в 2018 году полагал, что наследство, состоящее, в том числе из ? доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные в р.

<

адрес>, фактически приняла мать, которая проживала в указанном домовладении. ФИО7 на момент смерти обоих родителей и по настоящее время проживал и проживает в 

<

адрес>. После смерти отца в 2018 году, мать проживала самостоятельно в р.

<

адрес>, однако, в силу пожилого возраста все больше нуждалась в постороннем уходе. И примерно в апреле 2020 года сестра ФИО8 забрала ФИО4 жить к себе в 

<

адрес>. Полагает, что в период проживания у ФИО8, ФИО4 страдала психическим расстройством, так как во время ее посещений замечал, что мать часто плачет, жалуется. Кроме того, у нее было очень плохое зрение, она не могла читать тексты, написанные обычным шрифтом. Также от людей в поселке Равнинный слышал, что ФИО8 возила ФИО4 на прием к психиатру. 

После смерти ФИО4, вместе с братом ФИО6 узнали от сестры ФИО8, что спорный жилой дом и земельный участок по 

<

адрес>, не включены в наследственную массу, так как ? доли в праве собственности на указанное имущество перешли на праве собственности ответчику по завещанию после смерти в 2018 года их отца - ФИО11, а ? доли отчуждены в пользу ответчика матерью ФИО4 по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, ему стало известно, что договор дарения подписан от имени ФИО4 доверенным лицом – ФИО5, который является мужем дочери ответчика ФИО8

По его мнению, психиатрическое состояние и плохое зрение ФИО4 на момент выдачи в 2020 году доверенности ФИО5 не позволяли ей в полной мере осознавать значение совершаемых ею действий. В этой связи, просил удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчиков – адвокат ФИО12 в судебном заседании иск поддержала и показала, что на момент подписания доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которой доверенным лицом ФИО5 был совершен спорный договор дарения, умершая ФИО4 страдала заболеваниями, которые могли повлиять на ее психическое состояние. Кроме того, из-за заболевания глаз ФИО4 практически ничего не видела. Данные обстоятельства вызывают сомнения в том, что умершая отдавала отчет в своих действиях при выдаче доверенности и, следовательно, приводят к недействительности договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Считает, что заключение проведенной по делу судебной экспертизы содержит позицию экспертов о том, что не исключается вероятность наличия у умершего наследодателя в юридически значимый период психического расстройства, что является основанием для удовлетворения исковых требований в полном объеме. Кроме того, полагала ходатайство представителя ответчика о взыскании с истцов судебных расходов не подлежащим удовлетворению, поскольку заявленная сумма чрезмерно завышена.

Ответчик ФИО8 о месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, в судебное заседание не явилась.

Представитель ответчика ФИО8 – ФИО17 в судебном заседании иск не признала, пояснила, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что даритель ФИО4 в момент совершения сделки была лишена способности понимать значение своих действий. Учитывая, что в основание исковых требований приводятся положения статья 177 ГК РФ, истцы должны доказать наличие у умершей ФИО4 психического расстройства, которое на момент заключения оспариваемой сделки, не позволяло ей отдавать отчет в своих действиях и понимать значение и последствия выданной доверенности и заключенного договора дарения. Однако проведенная по делу судебно-психиатрическая экспертиза не подтвердила наличие у умершей в юридически значимый период психиатрического состояния, с объективной достоверностью влияющего на осознание своих действий и их последствий. Вероятность наличия такого расстройства не может служить доказательством по рассматриваемому делу.

Кроме того, позиция Верховного суда РФ, изложенная в Постановлении Пленума от 29 мая 2012 года, заключается в том, что наследники вправе обратится с иском об оспаривании сделки, совершенной при жизни наследодателем, но при этом действуют общие нормы о сроке исковой давности по оспоримым сделкам, которые составляют один год. Полагает, что годичный срок исковой давности следует исчислять с момента совершения спорного договора, следовательно, на момент подачи иска, срок исковой давности истек. Просит применить по делу последствия пропуска истцами срока исковой давности.

Вместе с тем, на момент подачи искового заявления, истцами пропущен срок на принятие наследства после умершей ФИО4 Факт принятия ими наследства, материалы дела не содержат. Учитывая названные обстоятельства, истцы не являются лицами, чьи права нарушены оспариваемым договором дарения.

На основании изложенного, просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Кроме того, представителем ответчика заявлено ходатайство о взыскании с истцов судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.

Третье лицо нотариус 

<

адрес> ФИО13 в судебном заседании отсутствовала, о месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, в заявлении просила рассмотреть дело в ее отсутствие, принять законное решение.

Выслушав истца, представителя истцов, представителя ответчика, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с частями 1-2 статьи Гражданского кодекса РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно статьям 9, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, добросовестность участников гражданского оборота предполагается.

В силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Как установлено в судебном заседании, ФИО4 на праве общей долевой собственности принадлежали ? доля в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № и ? доля в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером №, расположенные по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>. 

В соответствии с частью 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО8 был заключен договор дарения, удостоверенный нотариусом 

<

адрес>, в силу которого даритель ФИО4 отчуждает указанные доли в праве общей долевой собственности в пользу одаряемого ФИО8

Спорный договор дарения от имени дарителя был подписан доверенным лицом ФИО5, действующим на основании доверенности, удостоверенной нотариусом 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла.

Статьи 185, 185.1 Гражданского кодекса РФ устанавливают, что доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами. Доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, на подачу заявлений о государственной регистрации прав или сделок, а также на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами должна быть нотариально удостоверена.

Из показаний истца ФИО14 следует, что после смерти ФИО4 ее сыновья ФИО14 и ФИО7, не осведомленные о заключении договора дарения, обратились к своей сестре ФИО8 с целью согласования порядка вступления в наследство на имущество умершей матери. От ответчика ФИО8 истцы узнали о заключенном при жизни матери договоре дарения. Полагая, что на момент выдачи доверенности ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 обладала психиатрическими расстройствами, не позволяющими ей отдавать отчет в своих действиях, истцы обратились в суд с указанным иском.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству представителя истцов, в целях подтверждения доводов истцов относительно психического расстройства умершей ФИО4 были допрошены свидетели:

- ФИО2, которая показала, что является супругой истца ФИО7 В 2020 году ФИО4 переехала в 

<

адрес> к своей дочери ФИО8 До переезда в Равнинный, проживая в р.

<

адрес>, ФИО4 очень часто вызывала «Скорую помощь», жаловалась на плохое самочувствие. По мнению врачей, которое последние выражали в устной беседе, жалобы ФИО18 имели не столь соматический характер, сколько указывали на необходимость постоянного ухода за ней. В этой связи в 2020 году ее забрала к себе дочь для совместного проживания и ухода. Свидетель часто навещала ФИО4, при этом последняя часто плакала и вела себя капризно, наивно. Это свидетельствует о том, что у нее были психиатрические проблемы;

- ФИО3, которая показала, что является супругой истца ФИО6 В период проживания ФИО18 в 

<

адрес>, ее дочь ФИО8 неоднократно в ходе телефонных переговоров жаловалась свидетелю на неадекватное поведение пожилой матери, которая совершала странные поступки, как то порчу обивки мягкой мебели, разматывание рулонов туалетной бумаги. Эти обстоятельства подтверждают психиатрические особенности умершей.

Судом по делу назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению посмертной судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной экспертами ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница №», эксперты не исключают, что ФИО4 при жизни, в том числе ДД.ММ.ГГГГ обнаруживала признаки психического расстройства в форме органического расстройства личности и поведения. Однако, в юридически значимый период 2020 года врачом-психиатром ФИО4 не осматривалась и ее психическое состояние не оценивалось, в связи с чем дать однозначный, обоснованный ответ на вопрос «страдало ли подэкспертное лицо каким-либо психическим расстройством, которое препятствовало бы ей осознавать свои действия и их значение при составлении и подписании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ на отчуждение недвижимого имущества и договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ?», не представляется возможным.

Заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в их правильности отсутствуют, неясностей, исключающих однозначное толкование выводов экспертов, судом не установлено.

В силу статей 166, 167 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Сделка, совершенная гражданином, впоследствии ограниченным в дееспособности вследствие психического расстройства, может быть признана судом недействительной по иску его попечителя, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими и другая сторона сделки знала или должна была знать об этом.

В силу п. 1 ст. 182 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Согласно п. 2 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

По смыслу п. 1 ст. 185 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи со ст. ст. 167, 177, 153, 154 Гражданского кодекса Российской Федерации выдача одним лицом другому доверенности для представительства перед третьими лицами по своей юридической природе является односторонней сделкой, которая может быть признана судом недействительной по заявлению заинтересованного лица по основаниям, предусмотренным положениями ст. ст. 168 - 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, по смыслу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Вместе с тем, суду не представлено доказательств того, что доверенность ФИО5 на заключение договора дарения спорного имущества была выдана ФИО15 в период, когда доверитель был недееспособен, ограничено дееспособен, либо находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Приведенные истцами и их представителем обоснования и доказательства заявленных исковых требований требований не могут быть основанием для удовлетворения иска о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, оспариваемый договор дарения был заключен в письменной форме и удостоверен нотариусом. Сделка совершена от имени дарителя его доверенным лицом ФИО16, действующим на основании нотариальной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ. Как следует из содержания доверенности, она содержит конкретизированные полномочия на совершение сделки дарения подробно описанного в доверенности имущества определенному лицу – ФИО8 Из текста доверенности следует, что ее содержание, в том числе сведения о представителе, полномочиях, имуществе записано нотариусом со слов доверителя верно и соответствует ее намерениям. Личность доверителя, а также ее дееспособность нотариусом проверены. 

К показаниям свидетелей ФИО2 и ФИО2 суд относится критически, так как указанные лица являются супругами истцов, кроме того, указанные лица не проживали с ФИО4 в 2020 году совместно, не осуществляли уход за ней. Показания свидетелей, во многом, строятся на пересказе чужих слов и не могут быть объективно проверены.

Проведенная по делу посмертная судебно-психиатрическая экспертиза выводов о достоверном наличии у умершего дарителя в момент совершения сделок психических расстройств не сделала. 

Вместе с тем, из исследованного в судебном заседании наследственного дела следует, что завещанием от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенным нотариусом 

<

адрес>, ФИО4 все свое имущество, какое ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое не заключалось и где бы не находилось, завещала ФИО8. После смерти наследодателя, ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, чем, в соответствии со статьей 1153 ГК РФ, приняла наследство.

На момент подачи искового заявления, ДД.ММ.ГГГГ, установленный ст. 1154 ГК РФ шестимесячный срок принятия наследства истцами пропущен, требований о восстановлении указанного срока в судебном порядке не заявлено. Истцы не включены в завещание ФИО4, наличие права на обязательную долю в наследстве суду не представлено.

Кроме того, согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, нашедшей свое отражение в пункте 73 Постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о наследовании», наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Суд соглашается с позицией представителя ответчика о том, что к данному спору применим срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной, который в соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, составляет один год.

Течение срока исковой давности исчисляется со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В рассматриваемом случае срок течения исковой давности должен исчисляться с момента фактического исполнения договора дарения - государственной регистрации прав на недвижимое имущество за одаряемой ФИО8

Поскольку сведения о том, что спорное имущество принадлежит ФИО8 на праве собственности имелись в доступе, право собственности за ней на указанное имущество зарегистрировано в органах Росреестра ДД.ММ.ГГГГ, соответственно истцы имели возможность узнать о совершенной сделке ранее смерти ФИО4 

Поскольку исковое заявление подано в суд ДД.ММ.ГГГГ, представляется обоснованным довод представителя ответчика о том, что истцами пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ? доли жилого дома общей площадью 48,5 кв.м, кадастровый № и ? доли земельного участка площадью 1041 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, заключенного между ФИО4, за которую по доверенности действовал - ФИО5 и ФИО8, недействительным, а следовательно, в удовлетворении иска в указанной части требований следует отказать. 

Учитывая, что в удовлетворении основного требования отказано, в удовлетворении требований о прекращении права собственности ФИО8 на доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, а также о включении указанного имущества в наследственную массу после смерти ФИО4, также следует отказать.

Рассматривая требования ответчика о взыскании с истцов судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 20000 рублей, суд приходит к следующему.

Исходя из положений ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11). 

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13).

В судебном заседании представителем истцов заявлено о чрезмерности суммы заявленных требований о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя ответчика. 

Как следует договора на оказание юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, ответчик поручает ФИО17 представление своих интересов в 

<

адрес> районном суде 

<

адрес> по иску ФИО6, ФИО7 к ФИО8 В рамках договора, представитель принимает на себя обязательства по юридической экспертизе документов, осуществлении представления интересов доверителя в судебных заседаниях.

Из материалов дела следует, что представитель ФИО17 приняла участие в 3 судебных заседаниях по делу. Информации о представлении письменных возражений, иных материалов, проведения иных процессуальных действий вне рамок судебных заседаний суду не представлено.

С учетом проведенной представителем работы, сложности дела, работы по сбору доказательств, суд считает, что сумма в размере 20000 рублей является завышенной, и в целях обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон и интересов, суд считает, что с учетом требований разумности подлежат взысканию с истцов расходы на оплату услуг представителя ответчика в размере 15 000 рублей, то есть по 7500 рублей с каждого, а в остальной части требований надлежит отказать.

На основании изложенного, ст.177 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО6 и ФИО7 к ФИО8 о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ 1/2 доли жилого дома общей площадью 48,5 кв.м, кадастровый № и 1/2 доли земельного участка площадью 1041 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, заключенного между ФИО4, за которую по доверенности действовал - ФИО5 и ФИО8, недействительным; прекращении права собственности ФИО8 на 1/2 долю жилого дома и 1/2 долю земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>; включении 1/2 доли жилого дома общей площадью 48,5 кв.м., кадастровый № и 1/2 доли земельного участка площадью 1041 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, в наследственную массу, открывшуюся после смерти ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения - отказать.

Взыскать с ФИО6 и ФИО7 в пользу ФИО8 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 7500 (семь тысяч пятьсот) рублей с каждого, а в остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий