Мотивированное 

решение

 Дело № 2-168/2021

вынесено 16.03.2021г. 76 RS 0011-01-2021-000097-24

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

09 марта 2021г. г. Углич

Угличский районный суд Ярославской области в составе:

председательствующего судьи Трусовой Н.В.,

при секретаре Седовой Н.В.,

помощника Угличского межрайонного прокурора Тукташева Д.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к АО «МКЭ» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, индексации, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО6 обратилась в суд с иском к АО «Малая комплексная энергетика», в котором указала, что в соответствии с трудовым договором от 14.02.2019г. она работала в обособленном подразделении ФИО7 «МКЭ» в должности руководителя группы реализации. 09.10.2020г. на основании приказа №кР с указанной должности она была уволена по п.2 ст.81 Трудового кодекса РФ в связи с сокращением штата работников. 03.08.2020г. она была уведомлена о предстоящем увольнении. В уведомлении сообщалось, что по состоянию на 03.08.2020г. в АО «МКЭ» не имеется свободных вакансий, соответствующих ее квалификации, а также вакантных нижестоящих должностей или нижеоплачиваемой работы, что не соответствовало действительности. В тот же день- 03.08.2020г. были приняты на работу ФИО1 на должность делопроизводителя и ФИО2 на должность контролера в группу реализации. Данные вакансии имелись в ОП ФИО7 «МКЭ», но ей предложены не были. 20.08.2020г. был принят на должность контролера также в группу реализации ФИО3, но ей указанная должность предложена не была. 03.09.2020г. был уволен коммерческий директор ФИО4, а 11.09.2020г.- заместитель генерального директора ФИО5 Освободившиеся вакантные должности на момент ее увольнения из штатного расписания исключены не были, но ей при этом не предлагались. В связи с незаконным увольнением работодатель обязан ей выплатить средний заработок за время вынужденного прогула со дня, следующего за увольнением, до восстановления на работе в сумме 100320,38 руб. В период ее работы АО «МКЭ» ее заработная плата не увеличивалась несмотря на то, что расходы на увеличение заработной платы ежегодно включались в тарифы на услуги теплоснабжения. Согласно расчетов Департамента ЖКХ, энергетики и регулирования тарифов Ярославской области с 01.07.2019г. расходы на оплату труда АУП филиала АО «МКЭ» должны быть проиндексированы и увеличиться в 1,03 раза, а с 01.07.2020г.- в 1,78 раза. Просит взыскать с ответчика индексацию ее заработной платы за период с 01.07.2019г. по 09.10.2020г. в сумме 92662,93 руб. исходя из увеличения расходов на оплату труда, указанного в экспертном заключении органа регулирования тарифов. В связи с незаконным увольнением ей был причинен ответчиком моральный вред, который выразился в ухудшении состояния ее здоровья и постановки ее в связи с этим на учет в онкологической больнице. Четыре раза в период работы в АО «МКЭ» она находилась на больничном, а до этого она на состояние здоровья никогда не жаловалась. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 100000 руб., восстановить ее на работе в прежней должности. 

Одновременно с подачей искового заявления истцом подано ходатайство о восстановлении срока на обращение в суд. В обоснование ходатайства указала, что 19.10.2020г. она обратилась через портал госуслуг с жалобой в Инспекцию труда. По истечении 30 календарных дней ответа на жалобу она не получила, в связи с чем обратилась с жалобой в Роструд 03.12.2020г. Ответ на данную жалобу она получила 22.12.2020г. в котором сообщалось, что о результатах ее жалобы от 19.10.2020г. она проинформирована письмом от 26.10.2020г. Однако указанного письма она не получала. В связи с этим полагает причины пропуска ею срока на обращение в суд являются уважительными и просит этот срок ей восстановить.

В судебном заседании истец ФИО6 исковые требования поддержала по указанным в иске основаниям. Дополнительно пояснила, что в период ее работы в АО «МКЭ» ее хотели уволить по статье, однако из этого ничего не вышло. Работодатель придумал сокращение штата работников, хотя никакой необходимости в сокращении ее должности не имелось. После ее увольнения штатным расписанием была введена новая должность специалиста в отдел реализации в подразделение г.Ростова, что свидетельствует о желании работодателя избавиться от нее, как от работника. Работодателем была нарушена процедура увольнения в части предложения ей имеющихся вакансий. При увольнении с ней был осуществлен полный расчет. Она встала на учет в Центр занятости населения и получила за три месяца заработную плату. Считает, что работодатель обязан ей выплатить средний заработок за время вынужденного прогула с 10.10.2020г. без зачета уже выплаченных ей сумм, поскольку увольнение было незаконным. В период ее работы работодателем не осуществлялась индексация заработной платы. Об этом ей было известно из расчетных листков, которые она ежемесячно получала. Ранее к работодателю с вопросом об индексации зарплаты она не обращалась, т.к. знала, что разрабатывается локальный акт, который должен был предусмотреть этот вопрос. Однако коллективный договор АО «МКЭ» был принят уже после ее увольнения. Поскольку ответчик является ресурсоснабжающей организацией, оказывающей услуги по поставке тепловой энергии, то ежегодно утверждаются тарифы на тепловую энергию. При увеличении тарифов закладываются также сведения об увеличении фонда оплаты труда. При расчете сумы индексации ее заработной платы ей были взяты за основу данные увеличения фонда оплаты труда, указанные в экспертном заключении органа регулирования на предложение АО «МКЭ» об установлении долгосрочных тарифов на тепловую энергию от 16.12.2019г.

Представители ответчика- АО «МКЭ» ФИО8 и ФИО9, действующие на основании доверенностей, исковые требования истца не признали. В удовлетворении исковых требований просили отказать по нескольким основаниям. Считают, что истцом пропущен установленный законом месячный срок на обращение в суд с заявлением о восстановлении на работе и трехмесячный срок для обращения с требованием об индексации заработной платы, а доказательств уважительности пропуска таких сроков истцом не представлено. Сокращение было вызвано тем, что общество прекратило осуществлять свою деятельность в качестве ЕТО на территории Ростовского района. Обществом были расторгнуты договоры аренды имущества, а имущество было возвращено. Поэтому необходимости в осуществлении деятельности на территории Ростовского района при имеющемся штате работников отсутствовала. На момент уведомления ФИО6 и до ее увольнения свободных должностей, подходящих истцу, не имелось. Считают, что должности делопроизводителя и контролеров вакантными не являлись, поскольку с принятыми на данные должности работникам ФИО1 и ФИО2 работодателем еще до вручения уведомления о сокращении ФИО6 была достигнута устная договоренность об их принятии на работу. Собеседование и принятие решения о заключении трудового договора и приеме ФИО3 на должность контролера также предшествовало дате вручения уведомления. Должности коммерческого директора и заместителя генерального директора по корпоративно-юридическим вопросам были исключены из штатного расписания, поэтому данные должности также не могли быть предложены истцу. При этом ФИО6 не имела необходимых навыков и образования для занятия должности заместителя директора по корпоративно-юридическим вопросам. Должностной инструкции коммерческого директора в обществе не имелось, поэтому руководитель общества сам определял критерии подбора кандидата на данную должность. Индексация заработной платы в 2019 и 2020 годах обществом не проводилась по причине отсутствия финансовой возможности. Полагают, что доводы истца относительно индексации заработной платы за весь период трудовых отношений не подлежат удовлетворению в связи с отсутствием в период ее работы соответствующего локального акта об индексации или утвержденного коллективного договора, а также в связи с истечением сроков исковой давности для предъявления соответствующего требования. Считают, что обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы представляет государственную гарантию, а ответчик не относится к организациям, финансируемым за счет средств бюджета, т.е. вопросы индексации заработной платы отнесены к исключительной компенсации работодателя. Коллективный договор, устанавливающий порядок индексации заработной платы был утвержден лишь 27.10.2021 г., в связи с чем АО «МКЭ» не обязано было осуществлять индексацию зарплаты. Кроме того, считают, что общество повышало уровень содержания заработной платы путем выплаты работникам премии, которая, в случае совершения дисциплинарного проступка, могла не выплачиваться. Предлагаемый истцом расчет суммы индексации применим быть не может, т.к. в приложении 3 к экспертному заключению на предложение АО «МКЭ» об установлении (корректировке) долгосрочных тарифов на тепловую энергию, поставляемую потребителям на 2020, 2021,2022 годы в рамках долгосрочного периода регулирования 2018-2022 годов от 16.12.2019 г. № 259-э/гэ, в таблице «Операционные расходы», на которую истица ссылается при осуществлении расчета индексации, приведена расшифровка статей операционных расходов по видам регулируемой деятельности и по годам долгосрочного периода регулирования. Такая расшифровка операционных расходов не предусмотрена действующим тарифным законодательством, а таблица составлена в виде справки. Увеличение фонда оплаты труда, на которое ссылается ФИО6, вызвано не увеличением расходов на заработную плату действующим работникам, а увеличением общего количество работников общества.

Представитель третьего лица- Государственной инспекции труда по Ярославской области в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела уведомлен надлежащим образом.

Дело рассмотрено судом в отсутствие неявившегося представителя третьего лица.

Выслушав истицу ФИО6, представителей ответчика АО «МКЭ» ФИО8 и ФИО9, исследовав письменные материалы дела, заключение прокурора, полагавшего необходимым исковые требования истца удовлетворить частично, суд приходит к следующему.

Установлено, что на основании трудового договора N 3-11 от 14.05.2019г. и приказа № 3-25к от 14.05.2019г. ФИО6 принята в группу по реализации ФИО7 руководителем группы. (л. д. 9-12). 

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения. (ч.2 ст.180 ТК РФ)

Согласно ч. 1 ст. 82 Трудового кодекса РФ при принятии решения о сокращении численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя и возможном расторжении трудовых договоров с работниками в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 81 настоящего Кодекса работодатель обязан в письменной форме сообщить об этом выборному органу первичной профсоюзной организации не позднее чем за два месяца до начала проведения соответствующих мероприятий.

03.08.2020г. приказом АО «МКЭ» № 116Л принято решение об исключении из штатного расписания должности руководителя группы по реализации ФИО7 с 05.10.2020г. (л.д.122) 

03.08.2020г. ФИО6 вручено письменное уведомление о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата и увольнении 05.10.2020г. В указанном уведомлении сообщалось, что на 03.08.2020г. в АО «МКЭ» не имеется свободных должностей (вакансий). ( л.д.76) 

В соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 180 Трудового кодекса РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 3 ст. 81 Трудового кодекса РФ увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Какую-либо вакантную должность или работу, в том числе нижеоплачиваемую работу АО «МКЭ» ФИО6 не предлагало.

Приказом N 373кР от 09.10.2020г. ФИО6 уволена 09.10.2020г. на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ.(л. д. 76 оборот)

Исследовав представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что ответчиком была нарушена процедура увольнения в части предложения ФИО6 всех отвечающих ее квалификации и состоянию здоровья вакансий, имеющихся у работодателя в период предупреждения истца о предстоящем сокращении ее должности.

Как установлено судом, 03.08.2020г.- в день вручения ФИО6 уведомления о предстоящем увольнении, в АО «МКЭ» были приняты два работника: ФИО2 на должность контролера 3 разряда в группу по реализации ФИО7 и ФИО1 на должность делопроизводителя в обособленное подразделение в г.ФИО7. (л.д.189-194) Указанные работники были приняты на основное место работы в АО «МКЭ».

20.08.2020г. в АО «МКЭ» на должность контролера 3 разряда был принят ФИО3 Причем указанная работа для него являлась работой по внешнему совместительству (л.д.195-197).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что на момент вручения ФИО6 уведомления о предстоящем увольнении у ответчика имелись свободные вакансии контролеров и делопроизводителя в обособленном подразделении в г.Ростове, которые ФИО6 предложены не были. При этом суд не разделяет позицию представителей ответчика относительного того, что данные вакансии свободными не являлись, т.к. договоренность с конкретными работниками о приеме их на работу были работодателем достигнуты до момента вручения ФИО6 уведомления о предстоящем увольнении. При этом наличие каких-либо предварительных устных договоренностей работодателя с указанными работниками о предстоящем приеме их на работу в данном случае правового значения не имеет, поскольку свободной вакансия является до заключения с работником трудового договора и приема его на работу. 

Должность делопроизводителя, а также должность контролера ФИО6 в силу имеющегося у нее образования занять могла, что не оспаривалось в судебном заседании представителями ответчика.

Установлено, что ФИО6 имеет высшее экономическое образование, имеет диплом Московского государственного университета экономики, статистики и информатики (МЭСИ), квалификацию экономиста по специальности бухгалтерский учет и аудит. (л.д.15)

В соответствии с должностной инструкцией делопроизводителя в обособленном подразделении в г.ФИО7, утвержденной с 01.12.2018г., на указанную должность назначается лицо, имеющее высшее профессиональное образование без предъявления требований к стажу работы. (л.д.206-210)

Согласно производственной инструкции контролера 3 разряда группы по реализации обособленного подразделения в г.Ростове, действующей с 01.12.2018г., контролер относится к категории рабочих и на указанную должность может быть принято лицо, имеющее среднее профессиональное образование, без предъявления требований к стажу работы. (л.д.211-216)

Таким образом, с имеющимся у ФИО6 образованием, она имела возможность занять указанные должности.

Однако, АО «МКЭ» ФИО6 указанные вакансии предложны не были, на должность делопроизводителя и контролеров были приняты иные лица.

Учитывая указанные обстоятельства, суд приходит к выводу о незаконности увольнения ФИО6 и необходимости восстановления ее в прежней должности и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула в соответствии с требованиями ст.394 Трудового кодекса РФ.

Должности коммерческого директора и заместителя генерального директора по корпоративно-юридическим вопросам приказом АО «МКЭ» от 01.10.2020г. были исключены из штатного расписания с 01.10.2020г., в связи с чем на день увольнения ФИО6 указанные штатные единицы в АО «МКЭ» отсутствовали. Оснований для предложения указанных вакансий истцу у ответчика не имелось. (л.д.138)

В соответствии со справкой АО «МКЭ» и представленного расчета суммы вынужденного прогула, при увольнении с ФИО6 был произведен расчет и выплачено 56847,69 руб., из которых выходное пособие за первый месяц трудоустройства в сумме 29986 руб.( за период с 10.10.2020г. по 09.11.2020г.)

ФИО6 с 19.10.2020г. зарегистрирована в Ростовском отделении ГКУ ЯО ЦЗН г.Переславля-Залесского в качестве безработной.

17.12.2020г. ФИО6 АО «МКЭ» осуществлена выплата выходного пособия за второй месяц трудоустройства ( за период с 10.11.2020г. по 09.12.2020г) в сумме 32985,48 руб.

19.01.2021г. ответчиком истице выплачено выходное пособие за третий месяц трудоустройства ( с 10.12.2020г. по 09.01.2021г.) в сумме 32985,48 руб., а всего выплачено 95957,76 руб.

Факт осуществленных выплат подтверждается представленными АО «МКЭ» платежными поручениями. ( л.д. 218-221)

Согласно представленного ответчиком расчета заработной платы ФИО6 за время вынужденного прогула с 10.10.2020г. по 09.03.2021г. составляет 146935,32 руб.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула в сумме 146935,32 руб. с зачетом выплаченных ей денежных средств в сумме 95957,76 руб., что составляет 50977,56 руб.

При этом суд не разделяет позицию истицы относительно того, что выплаченное ей работодателем выходное пособие не должно быть зачтено при взыскании в ее пользу заработной платы за время вынужденного прогула.

В соответствии с разъяснениями, которые даны в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 « О применении судами Российской Федерации норм Трудового кодекса Российской Федерации», при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету.

Истицей при подаче искового заявления заявлено ходатайство о восстановлении ей срока на обращение в суд с требованием о восстановлении на работе. Представителем ответчика в судебном заседании заявлено ходатайство о применении последствий пропуска указанного срока.

Оценив фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что ФИО6 срок для обращения в суд с требованием о восстановлении на работе пропущен по уважительной причине.

Индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами (статья 382 ТК РФ).

В соответствии с частью первой статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом (часть четвертая статьи 392 ТК РФ).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Таким образом, перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Указанный же в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Установлено, что ФИО6 была уволена 09.10.2020г. Через портал Госуслуг 19.10.2020г. ФИО6 обратилась с жалобой на ее незаконное увольнение в Государственную инспекцию труда Ярославской области. (л.д.47-49)

Не получив ответ на указанную жалобу, ФИО6 обратилась через портал Госусгуг в Федеральную службу по труду и занятости с жалобой на нарушение сроков рассмотрения обращений.

22.12.2020г. ФИО6 Рострудом направлен ответ на ее обращение, в котором было указано, что ответ на ее обращение в Государственную инспекцию труда в Ярославской области ей дан 26.10.2020г.

В течение одного месяца с момента получения ответа из Роструда- 21.01.2021г. ФИО6 обратилась в суд с настоящим исковым заявлением. 

Истец ФИО6 ответ на ее обращение в Государственную инспекцию труда в Ярославской области не получала, доказательств обратного суду не представлено. Тот факт, что ФИО6 обратилась 03.12.2020г. в вышестоящий орган с жалобой на то, что ее обращение не рассмотрено, по мнению суда, свидетельствует, что ответ на ее обращение Государственной инспекцией труда в Ярославской области в установленные сроки не направлялся.

ФИО6, направляя жалобу по вопросу незаконности ее увольнения в Государственную инспекцию труда в Ярославской области, правомерно ожидала, что в отношении ее работодателя будет принято соответствующее решение об устранении нарушений ее трудовых прав и ее трудовые права будут восстановлены во внесудебном порядке.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истицей срок на обращение в суд за разрешением спора об увольнении пропущен по уважительной причине и восстанавливает его.

Разрешая требование истицы о взыскании с АО «МКЭ» индексации заработной платы за период с 01.07.2019г. по 09.10.2020г., суд приходит к выводу о его частичном удовлетворении.

Частью 1 статьи 8 Трудового кодекса РФ определено, что работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями. В соответствии с частью 4 статьи 8 Трудового кодекса РФ нормы локальных нормативных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а также локальные нормативные акты, принятые без соблюдения установленного статьей 372 настоящего Кодекса порядка учета мнения представительного органа работников, не подлежат применению. В таких случаях применяются трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, коллективный договор, соглашения.

Частью 3 статьи 11 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В систему основных государственных гарантий по оплате труда работников статьей 130 Трудового кодекса РФ в том числе включены меры, обеспечивающие повышение уровня реального содержания заработной платы, а также ответственность работодателей за нарушение требований, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

В силу статьи 134 Трудового кодекса РФ обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы включает индексацию заработной платы в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги. Государственные органы, органы местного самоуправления, государственные и муниципальные учреждения производят индексацию заработной платы в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, другие работодатели - в порядке, установленном коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 6 статьи 135 Трудового кодекса РФ).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, индексация заработной платы направлена на обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности, по своей правовой природе представляет собой государственную гарантию по оплате труда работников (статья 130 Трудового кодекса РФ) и в силу предписаний статей 2, 130 и 134 Трудового кодекса РФ должна обеспечиваться всем лицам, работающим по трудовому договору. Предусмотренное статьей 134 Трудового кодекса РФ правовое регулирование не позволяет работодателю, не относящемуся к бюджетной сфере, лишить работников предусмотренной законом гарантии и уклониться от установления индексации, поскольку предполагает, что ее механизм определяется при заключении коллективного договора или трудового договора либо в локальном нормативном акте, принятом с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации (определения Конституционного Суда РФ от 17 июня 2010 г. N 913-О-О, от 17 июля 2014 г. N 1707-О, от 19 ноября 2015 г. N 2618-О).

Из содержания приведенных выше нормативных положений с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ следует, что статьей 134 Трудового кодекса РФ установлена императивная обязанность работодателей, в том числе не относящихся к бюджетной сфере, осуществлять индексацию заработной платы работников в целях повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности.

При этом порядок индексации заработной платы работников в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги работодателями, которые не получают бюджетного финансирования, устанавливается коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами. Такое правовое регулирование направлено на учет особенностей правового положения работодателей, не относящихся к бюджетной сфере, обеспечивает им (в отличие от работодателей, финансируемых из соответствующих бюджетов) возможность учитывать всю совокупность обстоятельств, значимых как для работников, так и для работодателя. Трудовой кодекс РФ не предусматривает никаких требований к механизму индексации, поэтому работодатели, которые не получают бюджетного финансирования, вправе избрать любые порядок и условия ее осуществления (в том числе ее периодичность, порядок определения величины индексации, перечень выплат, подлежащих индексации) в зависимости от конкретных обстоятельств, специфики своей деятельности и уровня платежеспособности.

Таким образом, право работника на индексацию заработной платы не зависит от усмотрения работодателя, то есть от того, исполнена ли им обязанность по включению соответствующих положений об индексации в локальные нормативные акты организации. Работодатель не вправе лишать работников предусмотренной законом гарантии повышения уровня реального содержания заработной платы и уклоняться от установления порядка индексации.

Установлено, и не оспаривалось представителями ответчика, что в АО «МКЭ» в период работы истца локального нормативного акта, регламентирующего порядок и условия индексации заработной платы, не имелось. Представленный в материалы дела коллективный договор, утвержден 27.10.2020г, т.е. уже после увольнения ФИО6 Однако указанный коллективный договор, вопреки доводам представителей ответчика, также не содержит положений, регламентирующих порядок индексации заработной платы в АО «МКЭ». (л.д.154-188)

Из пояснений истца ФИО6 следует, что за весь период ее работы в АО «МКЭ» с 14.05.2019г. по 09.10.2020г. работодатель не осуществлял индексацию выплачиваемой ей заработной платы. Указанные обстоятельства подтверждены и ответчиком в первоначальном отзыве на исковое заявление, в котором указано о том, что индексация заработной платы не проводилась по причине отсутствия финансовой возможности. (л.д.81)

Из условий заключенного с ФИО6 трудового договора следует, что за выполнение трудовой функции ей выплачивается должностной оклад (тарифная ставка) в размере 19140 руб., а также ежемесячно выплачивается текущая премия в соответствии с действующим Положением об организации оплаты труда в АО «МКЭ».

Согласно п.5.1.2 указанного Положения об организации оплаты труда работников АО «МКЭ», утвержденного 01.09.2017г. генеральным директором общества, размер ежемесячной премии составляет 60% тарифной ставки (должностного оклада). Указанная премия является составной частью заработной платы и выплачивается по выполнению функциональных обязанностей работниками общества за фактически отработанное время.

Размер указанной премии может быть снижен до 100% за производственные упущения работниками. ( приложение № 3 к Положению)

Вопреки доводам представителей ответчика, утверждавшим, что повышение уровня заработной платы работников АО «МКЭ» осуществляется путем выплаты им как ежемесячной премии, так и премий за особые достижения в труде, суд приходит к выводу о том, что предусмотренные Положением об организации оплаты труда премии и вознаграждения не служат механизмом, позволяющим обеспечить работникам повешения размера их заработной платы в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги. Указанные в Положении премии и вознаграждения выплачиваются работникам при надлежащем выполнении ими своих трудовых обязанностей либо не выплачиваются при свершении дисциплинарных проступков. 

Истец ФИО6 на протяжении всего периода ее работы в АО «МКЭ», не имея дисциплинарных взысканий и особых достижений в труде, ежемесячно получала заработную плату в размере должностного оклада и премии в размере 60% от должностного оклада. Повышения уровня ее заработной платы с 14.05.2019г. по 09.10.2020г. реально не происходило, что свидетельствует о нарушении работодателем требований ст.134 Трудового кодекса РФ и необходимости осуществления индексации заработной платы истца.

Представителями ответчика заявлено ходатайство о пропуске истицей срока давности обращения в суд с требованием об индексации заработной платы, которая, по их мнению, составляет три месяца с момента нарушения права.

В силу абзаца 2 статьи 392 Трудового кодекса РФ за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

С учетом обстоятельств настоящего дела суд приходит к выводу о том, что срок давности по иску о выплате денежных средств в счет индексации заработной платы надлежит исчислять помесячно применительно к каждому платежу по выплате заработной платы истице. О том, что ей не осуществляется индексация заработной платы, ФИО6 узнала в каждый месяц в день выплаты заработной платы, получив расчетный листок с проведенными начислениями, что не оспаривалось ей самой в судебном заседании.

Период индексации, заявленный в иске, составляет с 01.07.2019г. по 09.10.2020г. В суд с требованием об индексации заработной платы истица обратилась 21.01.2021г. 

Срок давности, предусмотренный трудовым законодательством по указанному основанию, составляет один год с того момента, как работник узнал о нарушении его прав и подлежит исчислению помесячно применительно к каждому платежу по выплате заработной платы.

С учетом данных обстоятельств, суд полагает, что за период выплаты заработной платы с 01.07.2019г. по 20.01.2020г. истицей пропущен срок давности, в связи с чем индексации подлежит заработная плата истицы за период с 21.01.2020г. по 09.10.2020г.

Поскольку в АО «МКЭ» отсутствует локальный нормативный акт, регламентирующий порядок индексации заработной платы, суд полагает возможным для его исчисления применить индекс роста потребительских цен в Ярославской области, сведения о котором размещены на официальном сайте Росстата.

За период с 21.01.2020г. по 09.10.2020г. в соответствии со справкой расчета заработной платы АО «МКЭ» ФИО6 выплачена заработная плата в общей сумме 208241,37 руб.

Индексация указанной суммы за период с 21.01.2020г. по 31.01.2020г. ( 11 дн.) при индексе потребительских цен 100,59 составит 435,96 руб. ( 0,59%х (11/31)х208241,37). 

Индексация за период с 01.02.2020г. по 29.02.2020г. (29 дн.) при индексе потребительских цен 100,65 составит 1356,4 руб. ( 0,65% х 208677,33). Индексация за период с 01.03.2020г. по 31.03.2020г. (31 дн.) при индексе потребительских цен 100,64 составит 1344,22 руб. ( 0,64% х 210033,73). Индексация за период с 01.03.2020г. по 09.10.2020г. (192 дн.) при индексе потребительских цен 100 составит 0 руб., т.к. рост в данный период не происходил. ( 0,00% х 192/30х 211377,95). Итого уровень заработной платы с учетом индекса потребительских цен за период с 21.01.2020г. по 09.10.2020г. с 208241,37 руб. увеличился до 211377,95 руб., т.е. на 3136,58 руб. 

При этом суд не может согласиться с расчетом суммы индексации заработной платы, предложенной истицей, поскольку механизм расчета индексации исходя из показателей экспертного заключения органа регулирования об установлении (корректировке) долгосрочных тарифов на тепловую энергию, поставляемую потребителем, законом не предусмотрен. При этом показатели увеличения фонда оплаты труда, указанные в приложении к указанному экспертному заключению, и на которые ссылается ФИО6 в обоснование своих расчетов, может свидетельствовать не об увеличении расходов работодателя на зарплаты с целью их увеличения, а об увеличении фонда оплаты труда за счет дополнительного штата сотрудников, принимаемых в общество.

Статья 237 Трудового кодекса РФ предусматривает возможность возмещения работнику морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.

При этом Трудовой кодекс РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в случае нарушения имущественных прав работника.

Соответствующее разъяснение содержится в абзаце 2 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации". Суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда должен определяться с учетом требований разумности и справедливости, при этом характер нравственных страданий должен оцениваться судом исходя из фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред.

Поскольку при рассмотрении дела судом установлены неправомерные действия ответчика АО «МКЭ», нарушившие трудовые права истца, выразившиеся в незаконном увольнении, суд приходит к выводу о необходимости взыскания в пользу ФИО6 компенсации морального вреда. Учитывая объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины работодателя, требования разумности и справедливости, суд удовлетворяет требования истца о компенсации морального вреда в сумме 5000 рублей.

В соответствии со статьей 103 ГПК РФ расходы по уплате государственной пошлины, от которых истец освобожден, подлежат взысканию с ответчика по правилам статьи 333.19 НК РФ, следовательно, с АО «МКЭ» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2217,52 руб. (1917,52 руб. за требования имущественного характера и 300 руб. за требования неимущественного характера).

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194, 198, 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Признать увольнение ФИО6 приказом генерального директора АО «МКЭ « № 373 кР от 09.10.2020г. с должности руководителя группы по реализации ФИО7 по п.2 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ незаконным и восстановить ФИО6 в должности руководителя группы по реализации ФИО7 «МКЭ с 10.10.2020г.

Взыскать с АО «МКЭ» в пользу ФИО6 заработную плату за время вынужденного прогула в сумме 50977,56 рублей.

Взыскать с АО «МКЭ» в пользу ФИО6 индексацию заработной платы за период с 21.01.2020г. по 09.10.2020г. в сумме 3136,58 руб.

Взыскать с АО «МКЭ» в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с АО «МКЭ» госпошлину в доход местного бюджета в сумме 2217,52 рубля.

Решение в части восстановлении ФИО6 на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через Угличский районный суд в течение месяца с момента вынесения мотивированного решения.

Судья Н.В.Трусова