Дело № 2-71/2020 

18RS0023-01-2019-001539-69

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

21 января 2020 года г. Сарапул УР 

Решение принято в окончательной форме 03.02.2020 года

Сарапульский городской суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующий судья Косарев А.С.,

при секретаре Елесиной А.Е.,

с участием представителя истца

посредством видеоконференц-связи ФИО12,

ответчика ФИО9.,

представителя ответчика адвоката Захарова С.А.,

третьего лица ФИО26.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО9 о восстановлении срока на принятие наследства, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, признании недействительной регистрации права собственности, признании принявшим наследство, признании права собственности в порядке наследования,

установил:

ФИО6 обратился в суд с иском к ФИО9 о восстановлении срока на принятие наследства, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, признании недействительной регистрации права собственности, признании принявшим наследство, признании права собственности в порядке наследования (л.д. 6-7).

Заявленные требования истец мотивировал следующим.

Они с ответчиком являются наследниками наследодателя ФИО8, умершего ДД.ММ.ГГГГ, который являлся им дядей, а его (истца) матери ФИО7 и отцу ответчика ФИО10 – родным братом. Его мать ФИО7 и отец ответчика ФИО13 В.В. являются наследниками второй очереди после смерти ФИО8, как полнородные братья и сестры, а он и ответчик наследуют по праву представления, поскольку мать истца ФИО7 и отец ответчика ФИО13 В.В. умерли.

После смерти ФИО8 осталось наследство в виде квартиры общей площадью 27,9 кв.м., находящейся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес>, принадлежащей наследодателю на праве собственности.

После смерти ФИО13 В.В. ответчик обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства и оформил наследственную квартиру в свою пользу полностью, ему об открывшемся наследстве не сообщал.

Он долгое время находится на лечении с диагнозом первично-множественный метахронный рак, и в силу своего заболевания не смог своевременно принять наследство, в связи с чем просит восстановить срок принятия наследства. Обстоятельства того, что он по уважительным причинам пропустил срок принятия наследства являются многочисленные выписки из больницы, больничные листы, а также приказ и распоряжение об отстранении от работы по медицинским показателям. Кроме него и ответчика есть еще один наследник по праву представления ФИО1.

Просил восстановить ему срок на принятие наследства; признать недействительным свидетельство о праве на наследство, выданное на имя ФИО9 на квартиру общей площадью 27,9 кв.м., находящейся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес>; признать регистрацию права собственности в Росреестре за № от 08.04.2019 г. недействительной; признать ФИО9 принявшим наследство умершего ФИО8 1/3 долю квартиры общей площадью 27,9 кв.м., находящейся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес>40; признать его (истца) принявшим наследство умершего ФИО8 1/3 долю квартиры общей площадью 27,9 кв.м., находящейся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес>; признать право собственности на 1/3 долю в квартире общей площадью 27,9 кв.м., находящейся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес> в порядке наследования по праву представления после умершего ФИО8 за ним, ФИО6; признать право собственности на 1/3 долю в квартире общей площадью 27,9 кв.м., находящейся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес> в порядке наследования по праву представления после умершего ФИО8 за ФИО9; взыскать с ответчика в его пользу судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб., а также уплаченную госпошлину в размере 5978 руб.

В судебном заседании 22.10.2019 г. (л.д. 151) истец письменно уточнил исковые требования и просил суд: восстановить ему срок на принятие наследства; признать недействительным свидетельство о праве на наследство, выданное на имя ФИО9 на квартиру общей площадью 27,9 кв.м., находящейся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес>; признать регистрацию права собственности в Росреестре за № от ДД.ММ.ГГГГ недействительной; признать ФИО9 принявшим наследство умершего ФИО8 1/2 долю квартиры общей площадью 27,9 кв.м., находящуюся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес>; признать его (истца) принявшим наследство умершего ФИО8 1/2 долю квартиры общей площадью 27,9 кв.м., находящуюся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес>; признать право собственности на 1/2 долю в квартире общей площадью 27,9 кв.м., находящуюся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес> в порядке наследования по праву представления после умершего ФИО8 за ним, ФИО6; признать право собственности на 1/2 долю в квартире общей площадью 27,9 кв.м., находящейся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес> в порядке наследования по праву представления после умершего ФИО8 за ФИО9; взыскать с ответчика в его пользу судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб., а также уплаченную госпошлину в размере 5978 руб.

Истец ФИО6 в суд не явился, судебная корреспонденция была возвращена за истечением срока хранения, поскольку сторона не явилась в орган почтовой связи за судебной корреспонденцией по своей воле, истец считается извещенным должным образом о времени и месте судебного заседания.

Интересы истца в суде представлял его представитель ФИО12, действующий на основании письменной доверенности, который поддержал исковые требования с учетом их уточнения.

Ответчик ФИО13 Д.В., и его представитель адвокат Захаров С.А., действующий на основании ордера, с иском не согласились.

Третье лицо ФИО13 Э.В. с иском не согласен.

Выслушав пояснения участников процесса, показания свидетелей, исследовав письменные доказательства, проверив и оценив все доказательства в совокупности, суд считает, что оснований для удовлетворения иска ФИО6 не имеется. 

Согласно справке о рождении ФИО5, она родилась ДД.ММ.ГГГГ, ее родителями являлись ФИО2 и ФИО3 (л.д. 34).

ФИО4 и ФИО5 заключили брак ДД.ММ.ГГГГ, после заключения брака жене присвоена фамилия ФИО21, что подтверждается свидетельством о браке (бланк II-ЯА №), л.д. 33. 

Согласно свидетельству о рождении II-ЯА № ФИО6 родился ДД.ММ.ГГГГ, его родителями являлись ФИО4 и ФИО7 (л.д. 35). Указанное обстоятельство подтверждается также выпиской из записи акта о рождении Комитета ЗАГС Пермского края от 16.09.2019 г. (л.д. 140).

Мать истца ФИО7 умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти (бланк I-ПН №), л.д. 29.

Согласно письменному сообщению нотариуса нотариального округа «Город Сарапул Удмуртской Республики» ФИО17 значится наследственное дело № после смерти ФИО8, умершего ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 67).

Из наследственного дела, заведенного нотариусом после смерти ФИО8, усматривается следующее:

- на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию, удостоверенного нотариусом г. Сарапула ФИО17 02.12.2010 г. (л.д. 79), ФИО8 являлся собственником квартиры по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес>, указанное обстоятельство подтверждается свидетельством о государственной регистрации права (бланк 18-АБ №) от 16.12.2010 г. (л.д. 80), выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 30.11.2018 г. (л.д. 81-82), выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 15.03.2018 г. (л.д. 84);

- из ответа ПАО Сбербанк, данного нотариусу, следует, что в ПАО Сбербанк на имя наследодателя ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р., имеются вклады, поименованные в ответе (л.д. 86-87);

- согласно свидетельству о смерти (бланк II-НИ №) ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 69);

- согласно свидетельству о рождении (бланк ЯА №) родителями ФИО8 являлись ФИО2 и ФИО3 (л.д. 71);

- согласно свидетельству о рождении (бланк I-НИ №) ФИО9 родился ДД.ММ.ГГГГ, его родителями являлись ФИО10 и ФИО11 (л.д. 74), указанное обстоятельство подтверждается также ответом Управления ЗАГС Администрации г. Сарапула от 03.09.2019 г. (л.д. 123);

- согласно свидетельству о смерти (бланк II-НИ №) ФИО10 умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 75).

Согласно письменному сообщению Управления ЗАГС Администрации г. Сарапула от 03.09.2019 г. ФИО1 родился ДД.ММ.ГГГГ, его родителями являлись ФИО10 и ФИО11 (л.д. 124).

В соответствии с письменным сообщением Управления ЗАГС Администрации г. Сарапула от 03.09.2019 г. ФИО8 заключал брак с Свидетель №1 (после заключения брака ей была присвоена фамилия Свидетель №1) л.д. 125. Из свидетельства о расторжении брака (бланк I-НИ №) усматривается, что брак между ФИО8 и Свидетель №1 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ на основании совместного заявления супругов, не имеющих общих детей, не достигших совершеннолетия (л.д. 72). Указанное обстоятельство подтверждается также письменным сообщением Управления ЗАГС Администрации г. Сарапула от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 127).

Из письменного сообщения Управления ЗАГС Администрации г. Сарапула от 03.09.2019 г. следует, что запись акта о рождении детей у ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р. отсутствует (л.д. 126).

Из анализа указанных доказательств усматривается, что истец ФИО6 и ответчик ФИО9 являются двоюродными братьями и племянниками наследодателя ФИО8 – мать ФИО6 (ФИО7) и отец ФИО9 (ФИО10) являлись родными братом и сестрой умершего ФИО8, их общими родителями являлись отец ФИО2 и мать ФИО3. Следовательно, истец ФИО6 и ответчик ФИО9 являются наследниками умершего дяди ФИО8 по праву представления, поскольку их родители (ФИО7 и ФИО10) умерли ранее, детей у умершего ФИО8 не имелось.

Из наследственного дела также следовало, что 29.11.2018 г. наследник по праву представления родной племянник умершего ФИО8 ФИО9 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства (л.д. 70), указав при этом, что наследственное имущество состоит из квартиры, находящейся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес> и права требования денежных средств во вкладе, хранящемся в ПАО Сбербанк с причитающимися процентами и компенсациями.

Согласно свидетельствам о праве на наследство по закону, удостоверенным нотариусом нотариального округа «Город Сарапул Удмуртской Республики» ФИО17 05.04.2019 г., наследником имущества ФИО8, умершего ДД.ММ.ГГГГ, является по праву представления родной племянник ФИО9, отец которого ФИО10 умер ДД.ММ.ГГГГ Наследство состоит из: квартиры, находящейся по адресу: Удмуртская Республика, 

<

адрес> и права требования денежных средств, хранящихся во вкладах ПАО Сбербанк Волго-Вятского банка подразделение № 8618/0195 (л.д. 88-89).

Истец в ходе судебного разбирательства не оспаривал того факта, что с заявлением о принятии наследства после смерти дяди ФИО8 он к нотариусу не обращался и 24.07.2019 г. обратился в Сарапульский городской суд с иском к наследнику, принявшему наследство, ФИО9 о восстановлении срока на принятие наследства, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, признании недействительной регистрации права собственности, признании его принявшим наследство, признании права собственности в порядке наследования. Истец утверждал в исковом заявлении, что им якобы был пропущен срок на принятие наследства после смерти дяди ФИО8 по уважительной причине – по болезни.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать в суде те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований или возражений.

Суд находит, что истцом не представлено доказательств обоснованности заявленных требований. Доводы, приведенные истцом в обоснование иска, не нашли в суде своего подтверждения, опровергаются имеющимися в деле доказательствами, при этом суд исходит из следующего.

Согласно ст. 218 ГК РФ, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии со ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Согласно ст. 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст.ст. 1142-1145 и 1148 настоящего Кодекса.

В силу ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя, в соответствии с правилами ст. 1143 ГК РФ если нет наследников первой очереди, наследниками второй очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры наследодателя, его дедушка и бабушка как со стороны отца, так и со стороны матери. Дети полнородных и неполнородных братьев и сестер наследодателя (племянники и племянницы наследодателя) наследуют по праву представления.

Согласно ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось. Не допускается принятие наследства под условием или с оговорками. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Согласно ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство. Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник: вступил во владение или управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

В соответствии со ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Из анализа указанных норм закона следует, что любые действия, направленные на принятие наследства: как подача заявления нотариусу, так и фактическое принятие наследства, должны быть осуществлены наследником в пределах установленного законом срока: в течение 6 месяцев со дня открытия наследства (со дня смерти наследодателя).

Согласно ст. 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (ст. 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

Как разъяснено в п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 г. № 9 (ред. От 23.04.2019) «О судебной практике по делам о наследовании» споры, связанные с восстановлением срока для принятия наследства и признанием наследника принявшим наследство, рассматриваются в порядке искового производства с привлечением в качестве ответчиков наследников, приобретших наследство, независимо от получения ими свидетельства о праве на наследство.

Далее, как следует из п. 40 указанного Постановления требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких уважительных причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (ст. 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Из материалов наследственного дела, представленного суду нотариусом ФИО17, следует, что завещание наследодателем ФИО8 не составлялось. Как следует из имеющихся в деле доказательств истец ФИО6 и ответчик ФИО9 являются наследниками умершего дяди ФИО8 и относятся к наследникам второй очереди, наследуют после его смерти по праву представления.

Судом установлено из материалов наследственного дела, что наследником, приобретшим наследство после смерти наследодателя ФИО8, является ответчик ФИО9, который и является надлежащим ответчиком по иску. Кроме того, суд учитывает то обстоятельство, что в ходе рассмотрения дела судом установлено, что родной брат ответчика ФИО9 – ФИО1 (потенциальный наследник наравне с истцом и ответчиком), наследства после смерти дяди не принимал, о чем он заявил в судебном заседании 10.12.2019 г. (л.д. 228). ФИО13 Э.В. является третьим лицом по делу. Указанный вывод суда подтверждается и материалами наследственного дела.

Обращаясь с иском в суд о восстановлении ему срока для принятия наследства после смерти дяди ФИО13 В.В., истец ФИО6 как на основание своих исковых требований указал лишь на то, что он пропустил срок для принятия наследства по уважительной причине – якобы долгое время находился на лечении и в силу своего заболевания не смог своевременно принять наследство.

Эти доводы истца не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела и не были доказаны истцом относимыми и допустимыми доказательствами.

Дядя истца, ФИО8, умер ДД.ММ.ГГГГ Юридически значимым по делу является период с 01.09.2018 г. по 28.02.2019 г. включительно, (далее – юридически значимый период), то есть 6 месяцев, в течение которых наследники могли обратиться к нотариусу с заявлением о принятии наследства или принять наследство фактически.

В судебном заседании 27.08.2019 г. истец утверждал, что он якобы узнал о смерти дяди в мае 2019 г. из телефонного разговора с бывшей женой дяди (л.д. 102).

В судебном заседании 24.09.2019 г. (л.д. 136) истец утверждал, что ему стало известно о смерти дяди в апреле 2019 г., об этом ему якобы сообщили его родственники (какие родственники истец при этом не указал).

В судебном заседании 19.11.2019 г. (л.д. 165) истец утверждал, что о смерти дяди он узнал в марте 2019 г. и об этом ему якобы сообщила Свидетель №1 через неких людей, которые истцом в суде названы не были.

Таким образом, пояснения истца в этой части носили противоречивый, декларативный и бездоказательный характер. Однако, из утверждений истца в любом случае следовало, что он не знал о смерти наследодателя.

Суд исходит из того, что в своих пояснениях, которые он давал в суде, истец не отрицал того обстоятельства, что он не поддерживал какой-либо связи с дядей и другими родственниками в г. Сарапуле в течение длительного времени. Представители истца в судебном заседании 10.12.2019 г. (л.д. 227) также не смогли пояснить, каким образом и когда истец поддерживал отношения с наследодателем или его родственниками.

При этом суд приходит к выводу о том, что истец не был лишен возможности поддерживать отношения с дядей, интересоваться его судьбой, состоянием его здоровья, то есть он в течение длительного времени по своему выбору не общался с наследодателем ФИО13 В.В. При должной осмотрительности и заботливости он мог и должен был знать о смерти дяди и об открытии наследства.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что нежелание истца, претендующего на восстановление срока для принятия наследства, поддерживать родственные отношения с наследодателем ФИО13 В.В., отсутствие интереса к его судьбе не отнесено ни законом, ни Пленумом Верховного Суда РФ к уважительным причинам пропуска срока для принятия наследства. Данное обстоятельство носило субъективный характер и могло быть преодолено при наличии соответствующего волеизъявления истца. У иных наследников ФИО13 В.В. отсутствует обязанность сообщать истцу о смерти наследодателя, истец должен в силу действующего гражданского закона самостоятельно проявлять интерес и инициативу по своевременному принятию наследства.

Стороной ответчика в порядке возражения против иска и утверждения о том, что истец знал о смерти дяди представлено доказательство, обозначенное как «Оказанные услуги связи за период с 17.02.2019 г. по 17.04.2019 г.» (л.д. 193-217). Суд считает это доказательство не соответствующим принципам относимости и допустимости, поскольку письменное доказательство не подписано и не заверено уполномоченным лицом, из доказательства не усматривается принадлежность сим-карты тому или иному лицу, которое бы имело сведения, юридически значимые по делу.

Представленный ответчиком СD-диск с записью 7 телефонных переговоров (л.д. 220-221) также не содержит в себе какой-либо значимой для разрешения дела информации, в частности о наличии переговоров истца с кем бы то ни было в юридически значимый период.

Суд приходит к выводу о том, что доказательств, свидетельствующих об объективных, не зависящих от истца обстоятельствах в юридически значимый период, препятствующих ему связаться с дядей или другими родственниками, осведомленными о состоянии его жизни, здоровья, истцом представлено не было. Не следует такой вывод и из представленных истцом медицинских документов. 

Из представленной истцом выписки из медицинской карты стационарного больного (выписной эпикриз) (л.д. 13) следует, что истец находился в юридически значимый период в стационаре с 16.08.2018 г. по 12.09.2018 г., затем с 28.01.2019 г. по 31.01.2019 г., с 11.02.2019 г. по 14.02.2019 г., с 25.02.2019 г. по 28.02.2019 г. (л.д. 14-16). Из текста выписных эпикризов следует, что истец находился в отделении химиотерапии, выписывался из медучреждения, ему было рекомендовано, в частности, амбулаторное лечение, на которое он должен был являться самостоятельно. Врачом указано было лишь на ограничение физической нагрузки до 2 месяцев, иных ограничений указано не было.

Кроме того, из представленных истцом доказательств следовало, что он, имея лишь некоторые ограничения по здоровью, в юридически значимый период оставался трудоспособным, о чем его представитель также подтвердил в судебном заседании 10.12.2019 г. (л.д. 227). Из пояснений истца в судебном заседании 19.11.2019 г. (л.д. 165) следовало, что в октябре 2018 г. он вышел на работу, ездил на работу на расстояние 60 км от места жительства. Согласно приказу по АО «Самотлорнефтегаз» от 03.12.2018 г. № 1682 (п.2.2) надлежало подготовить предложения по переобучению ФИО6 на вакантные должности, перевести его на другую работу, соответствующую его квалификации и состоянию здоровья (л.д. 30). Из представленных истцом больничных листов (л.д. 36-44) следует, что в юридически значимый по делу период он находился на больничном с 13.09.2018 г. по 14.09.2018 г. (надлежало приступить к работе 21.09.2018 г.), с 26.11.2018 г. по 03.12.2018 г., с 04.12.2018 г. по 10.12.2018 г., с 11.12.2018 г. по 14.12.2018 г. (надлежало приступить к работе с 15.12.2018 г.), в дальнейшем находился на амбулаторном лечении по 26.02.2019 г. – л.д. 39, 40. Из больничных листов следовало, что больничные выдавались на время амбулаторного лечения истца. Каких-либо ограничений для истца в больничных листах не содержалось.

Следовательно, истец мог в юридически значимый по делу период после смерти дяди тем или иным способом обратиться с заявлением о принятии наследства (подать заявление по почте, пригласить нотариуса домой или в иное удобное ему место и т.п.), каких-либо препятствий к этому в юридически значимый по делу период у истца не имелось. В силу состязательности гражданского судопроизводства (ст. 12 и 56 ГПК РФ) именно на истце лежала процессуальная обязанность доказывания уважительности им пропуска срока для принятия наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Доводы истца о том, что болезнь якобы препятствовала его обращению за принятием наследства не были подтверждены какими-либо относимыми и допустимыми доказательствами. Представленные истцом документы эти доводы не подтверждают.

Иные представленные истцом выписные эпикризы (л.д. 17-23, 99-101, 112-117) судом не оцениваются, поскольку относятся к иным периодам времени, которые не имеют правового значения для разрешения иска по существу.

Указанные выводы суда подтверждаются также следующим обстоятельством, установленным судом, которое истцом не отрицалось и не было опровергнуто. В апреле 2019 г. он связывался с наследником ФИО13 Д.В., принявшим наследство, и решал с ним вопросы о получении денежных средств после смерти дяди, каких-либо препятствий, связанных с его здоровьем, при этом не усматривалось, таких доказательств суду истцом не представлено. Согласно представленному ответчиком скрин-шоту (л.д. 223) истец направил ему 11.04.2019 г. номера счетов, на которые ответчик, как вступивший в наследство после дяди наследник, намеревался часть денежных средств по своей инициативе перечислить истцу (л.д. 222-223), что и сделал в дальнейшем согласно платежному поручению № от 12.04.2019 г. и чеку от 12.04.2019 г. на сумму 32 644,10 руб. (л.д. 219). 

Доводы представителя истца ФИО12 в суде о том, что в силу гражданского законодательства истцу было необходимо подать заявление о принятии наследства после смерти ФИО13 В.В. путём личной явки к нотариусу г. Сарапула – по месту открытия наследства, тогда как истец был лишён такой возможности в силу имеющегося у него тяжёлого заболевания, суд находит основанными на ошибочном толковании закона, позволяющего передать такое заявление нотариусу другому лицу либо переслать его по почте с подписью наследника на заявлении, засвидетельствованной нотариусом, должностным лицом, уполномоченным совершать нотариальные действия, или лицом, уполномоченным удостоверять доверенности (абз. 2 п. 1 ст. 1153 ГК РФ).

Таким образом, судом не установлено оснований для восстановления истцу срока для принятия наследства после смерти наследодателя ФИО13 В.В., доказательств для восстановления истцу такого срока истцом суду не представлено.

Показания допрошенных в суде свидетелей ФИО13 Л.А., ФИО18 суд при этом находит не относимым к настоящему делу доказательством, поскольку из содержания данных показаний не следует каких-либо юридически значимых сведений, они показали, что лишь слышали разговоры на похоронах и на поминальном обеде на 9 день после смерти наследодателя, из которых сделали вывод, что ФИО6 не приехал, так как болеет.

По указанным основаниям исковые требования ФИО6 к ФИО13 Д.В. о восстановлении срока на принятие наследства, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, признании недействительной регистрации права собственности, признании принявшим наследство, признании права собственности в порядке наследования удовлетворены быть не могут в полном объеме.

Поскольку истцу в иске отказано, то в силу ст. 98 ГПК РФ не могут быть удовлетворены его требования о взыскании судебных расходов.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО9 о восстановлении срока на принятие наследства, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, признании недействительной регистрации права собственности, признании принявшим наследство, признании права собственности в порядке наследования -

отказать в полном объёме.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня вынесения в окончательной форме, через Сарапульский городской суд УР.

Судья Косарев А.С.