Дело № 2-1059/2025 69RS0039-01-2025-000951-97

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Тверь 09 июня 2025 года

Пролетарский районный суд г. Твери в составе:

председательствующего судьи Самухиной О.В.,

при секретаре Ашмаровой Е.В., 

с участием истца ФИО1, представителей ответчиков ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Генеральной прокуратуре Российской Федерации, Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуре о признании незаконным и подлежащим отмене приказа Генерального прокуратура Российской Федерации № 177-к от 18 февраля 2025 года об увольнении, восстановлении в занимаемой должности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, премии, компенсации за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы и других выплат, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с заявлением к Генеральной прокуратуре Российской Федерации, с учетом уточнения исковых требований просит суд признать незаконным и отменить приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 18 февраля 2025 года № 177-к об увольнении ФИО1, восстановить ее в должности первого заместителя Волжского межрегионального природоохранного прокурора с 19 февраля 2025 года, взыскать в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула с 19 февраля 2025 года по день восстановления на работе, взыскать в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 500000 руб., взыскать с ответчика в ее пользу невыплаченную премию по итогам работы за 1 квартал 2025 года в размере 12844,28 руб., взыскать денежные средства в качестве компенсации за задержку выплат при увольнении в размере 3357,58 руб.

Свои требования мотивировала тем, что работала в Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуре с 1998 года по 18 февраля 2025 года. За время работы неоднократно поощрялась, в том числе, ведомственными и государственной наградами.

С 2021 года работала в должности первого заместителя Волжского межрегионального природоохранного прокурора, трудовую деятельность осуществляла в городе Твери по месту нахождения Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры, но работа имела разъездной характер, она часто посещала 17 регионов вдоль реки Волги. 

У нее сложились личные неприязненные отношения с Волжским межрегиональным природоохранным прокурором, который чинил ей препятствия в работе и оказывал моральное и психологическое давление. В результате того, что прокурор злоупотреблял своими правами и возможностями, сообщал о ней лживые данные в Генеральную прокуратуру Российской Федерации, 15 ноября 2024 года приказом Генерального прокурора Российской Федерации №52-ш должность первого заместителя Волжского межрегионального природоохранного прокурора была сокращена.

О сокращении ее уведомили 04 декабря 2024 года, освобождена от занимаемой должности она была 18 февраля 2025 года.

Полагает, что решение о сокращении является фиктивным, имеющим целью уволить конкретно ее. Указывает, что функционал обязанностей по ее должности не сократился, а был полностью сохранен и перераспределен между иными заместителями Волжского межрегионального природоохранного прокурора. При увольнении ей не предложили вакантные должности, соответствующие ее квалификации и опыту: должности заместителя Волжского природоохранного прокурора, заместителя прокурора Тверской области; первого заместителя прокурора Оренбургской области; заместителя прокурора республики Татарстан. После уведомления ее о предстоящем сокращении была организована ее травля: был прекращен доступ в рабочий кабинет, заблокирован доступ к рабочему компьютеру, заблокирована учетная запись в системе органов прокуратуры, ее лишили права пользования служебным автомобилем, она незаконно была привлечена к дисциплинарной ответственности.

Незаконными действиями работодателя ей причинен моральный вред, выразившийся в претерпевании нравственных и моральных страданиях. Из-за потери работы она испытывает большой стресс, что привело к бессоннице, расстройству нервной системы.

Ей не была выплачена в полном объеме ежеквартальная премия, выплачено 5% вместо положенных 100 %. Возможность снижения премии предусмотрена в случае наличия рапорта непосредственного руководителя и протокола оперативного совещания, в которых должны быть отражены причины, являющиеся основанием для принятия такого решения, работник должен быть ознакомлен с рапортом и протоколом совещания. Таковые в действительности отсутствуют.

Также указала, что допущена просрочка выплат сумм окончательного расчета при увольнении. Вместо установленного законодательством срока -18 февраля 2025 года, расчет с ней произведен только 19 и 20 февраля 2025 года.

Свои требования истец основывает на положениях статей 81,180,236, 394 Трудового кодекса Российской Федерации, положениях Федерального закона от 17.01.1992 N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации", приказе Генпрокуратуры России от 16.01.2013 N 28 "Об утверждении положений о порядке премирования, выплаты материальной помощи и единовременных поощрений прокурорским работникам, федеральным государственным гражданским служащим и работникам, замещающим должности, не являющиеся должностями федеральной государственной гражданской службы, в органах и организациях прокуратуры Российской Федерации».

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 06 мая 2025 года, на основании части 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по инициативе суда для участия в деле в качестве соответчика привлечена Волжская межрегиональная природоохранная прокуратура.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала. Пояснила суду, что ее должность сокращена лишь формально, полномочия прокуратуры не уменьшились, ее должностные обязанности перераспределены между оставшимися тремя заместителями. Оснований для принятия Генеральным прокурором Российской Федерации приказа от 15 ноября 2024 №52-ш о сокращении штата не имелось, приказ стал следствием неприязни к ней Волжского межрегионального природоохранного прокурора. Генеральная прокуратура как работодатель не предлагала ей никаких вакансий, вопреки требованиям трудового законодательства. Несколько вакансий было ей предложено Волжской природоохранной прокуратурой, однако, та не является ее работодателем. От предложенных вакансий она отказалась, поскольку, ее не устроил размер заработной платы по тем должностям. Полагает, что ей должны быть предложены все вакантные должности в системе органов прокуратуры в Российской Федерации. Как первый заместитель прокурора она постоянно посещала все регионы, относящиеся к бассейну Волги, в трудовом договоре место ее работы не определено, поэтому ей должны были быть предложены вакантные должности, в том числе, в Астрахани, где имелась вакантная должность заместителя Волжского межрегионального природоохранного прокурора. Также ей должна быть предложена должность заместителя прокурора Тверской области, ставшая вакантной с ноября 2024 года и занятая лишь в марте 2025 года. Но ей не предложили ни одной должности уровня субъекта РФ, в то время как по России были вакантные должности как первых заместителей прокуроров субъектовых прокуратур, так и заместителей. Также ей должны были предложить должность старшего прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе, которая освободилась 11 февраля 2025 года. По поводу премии по итогам работы за 1 квартал 2025 года пояснила, что точный размер подлежащей выплате ей премии она не знает. Обычно максимальный размер премии составляет 50% от должностного оклада и надбавки за классный чин. Ей премию снизили до 5%, что не обосновано и не оформлено надлежащим образом. 

Относительно компенсации морального вреда сообщила, что фактически была организована ее травля, ей неоднократно поступали угрозы, угрожали также членам ее семьи. Для нее стало большим шоком и стрессом тот факт, что орган прокуратуры может так относиться к своим работникам. Это повлекло ухудшение здоровья, бессонницу, скачки давления. 

Представители ответчиков Генеральной прокуратуры Российской Федерации, Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры ФИО2,ФИО3, а ранее – ФИО4, ФИО5 против иска возражали. Пояснили, что принятие решения о сокращении численности органов прокуратуры относится к полномочиям Генерального прокурора Российской Федерации, которым и было принято решение о сокращении должности первого заместителя Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры, указанная штатная единица не занята, зачислена в общий резерв органов прокуратуры. По поручению Генеральной прокуратуры Волжская межрегиональная природоохранная прокуратура предложила ФИО1 все имеющиеся в ее штатном расписании вакансии. Рабочее место ФИО6 определено в городе Твери, это определено тем, что аппарат прокуратуры находится в городе Твери, и, соответственно, должность первого заместителя и кабинет располагаются вгороде Твери. Волжская прокуратура имеет двух заместителей, которые располагаются не в городе Твери, тогда в приказах о назначении таких заместителей указывается место дислокации- Астрахань, Казань.

Действительно, должности заместителя Волжского природоохранного прокурора с дислокацией в городе Астрахани, заместителя прокурора Тверской области, первого заместителя прокурора Оренбургской области, заместителя прокурора республики Татарстан в указанный период были вакантными, но ФИО1 эти должности не предлагались, поскольку она не обладает необходимыми деловыми и личными качествами, у нее отсутствует требуемая для этих должностей квалификация, а, кроме того, недавно она привлекалась к дисциплинарной ответственности в виде предупреждения о неполном служебном соответствии. В органах прокуратуры, расположенных в городе Твери, возможно и были вакантные должности, но они ФИО1 не предлагались, поскольку Волжский природоохранный прокурор не уполномочен и не обязан это делать; ФИО6 должны быть предложены вакансии только в том органе, в котором она работала, и только в Тверской области.

Также была свободной должность старшего прокурора отдела по обеспечению участия прокурора в гражданском и арбитражном процессе Волжской природоохранной прокуроры, но иной сотрудник уже дал согласие на назначение на эту должность, поэтому данная вакансия также не предложена истцу.

Доводы ФИО1 о неприязненных отношениях прокурора и о чинении ей препятствий в осуществлении трудовых обязанностей не соответствуют действительности, у нее был доступ в рабочий кабинет, к служебному компьютеру, она была обеспечена служебным автомобилем.

Что касается размера премии по итогам квартала, то этот вопрос отнесен на усмотрение Генерального прокурора, только он может определить размер премии. Требования о компенсации морального вреда ничем не обоснованы, истец не представила доказательств, что испытывала страдания. Указанная ею сумма завышена.

При увольнении ФИО6 были произведены все выплаты своевременно, финансовые документы отправлены в Сбербанк и Казначейство 18 февраля. Вероятно, это было сделано по окончанию рабочего дня, поэтому Казначейство зарегистрировало заявки только 19 февраля. 

В письменных возражениях на иск Генеральная прокуратура Российской Федерации указала, что с учетом места нахождения юридического лица - Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры (

<

...>) место работы (службы) ФИО1 установлено в г. Твери. В целях оптимизации штатного расписания Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры приказом Генерального прокурора Российской Федерации из аппарата исключена должность первого заместителя Волжского межрегионального природоохранного прокурора. Указанный приказ издан Генеральным прокурором Российской Федерации в пределах полномочий, предоставленных статьей 17 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации».

ФИО1 предупреждена 04.12.2024 о возможном увольнении. С учетом знаний, умений, профессиональных навыков и опыта работы ФИО1 неоднократно предлагались все имеющиеся в Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуре вакансии (25.12.2024, 13.01.2025, 27.01.2025 и 30.01.2025), от которых она в письменной форме отказалась. Принятие решения о назначении на должность и освобождение от должности заместителей прокуроров субъектов относится к исключительной компетенции Генерального прокурора Российской Федерации.

Приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 06.12.2024 № 16-н ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде предупреждения о неполном служебном соответствии.

С учетом деловых и личных качеств, имеющейся квалификации, опыта работы лишь в сфере исполнения природоохранного законодательства, а также наличия действующего дисциплинарного взыскания должности заместителей Волжского межрегионального природоохранного прокурора (с дислокацией в г. Астрахани), первого заместителя прокурора Оренбургской области, заместителей прокурора Республики Татарстан и Тверской области ФИО1 не предлагались. При таких обстоятельствах обязанность по предложению работнику, подлежащему сокращению, иных вакансий, исполнена.

Доводы истца об ограничении доступа в рабочий кабинет, к рабочему компьютеру и рабочему автотранспорту не соответствуют фактическим обстоятельствам. В связи с оптимизацией рабочих мест ФИО1 предоставлен отдельный оборудованный кабинет, ограничений в использовании служебного автотранспорта в служебных целях не имелось.

Также Генеральная прокуратура Российской Федерации представила письменные пояснения, в которых указано, что ФИО1 состояла в трудовых отношениях с Волжским природоохранным прокурором, Волжская межрегиональная природоохранная прокуратура является юридическим лицом, прокуратуры иных субъектов Российской Федерации, в том числе прокуратура Тверской области, являются самостоятельными юридическими лицами, имеют собственный баланс и штатное расписание. Следовательно, обязанность предлагать ФИО1 вакансии в иных прокуратурах отсутствует.

Относительно произведенных при увольнении выплат представлены письменные пояснения, в которых указано, что срок выплаты компенсации взамен форменного обмундирования и возмещения расходов, связанных с оказанием медицинских услуг и приобретением лекарственных средств, не регламентирован, в законодательстве не указано, что компенсация выплачивается в последний день работы сотрудника. Срок выплат не нарушен.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные сторонами письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам. 

Федеральным законом от 17.01.1992 N 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» установлены особенности в правовом регулировании труда работников прокуратуры, что обусловлено спецификой их профессиональной деятельности, которая связана с реализацией функций государства по осуществлению от имени Российской Федерации надзора за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации.

Согласно статье 40 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» прокурорские работники являются федеральными государственными служащими, исполняющими обязанности по должности федеральной государственной службы с учетом требований настоящего Федерального закона. Правовое положение и условия службы прокурорских работников определяются настоящим Федеральным законом. Трудовые отношения работников органов и организаций прокуратуры регулируются законодательством Российской Федерации о труде и законодательством Российской Федерации о государственной службе с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В силу положений статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации одним из оснований прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работодателя.

В силу пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Часть 3 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части 1 данной статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Статьей 180 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью 3 статьи 81 настоящего Кодекса. О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

Работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки (статья 392 Трудового кодекса Российской Федерации ).

Исходя из содержания статьи 8, части 1 статьи 34, частей 1 и 2 статьи 35 Конституции Российской Федерации и абзаца второго части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом самостоятельно, под свою ответственность принимает необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, прием на работу, увольнение персонала), вопрос комплектования кадров также относится к компетенции работодателя. Определение экономической целесообразности кадровых перестановок относится к исключительной компетенции работодателя в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом. Трудовое законодательство не вменяет в обязанность работодателя обоснование принятого им решения о сокращении численности или штата сотрудников.

Согласно частям 1 и 2 статьи 17 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» Генеральный прокурор Российской Федерации руководит системой прокуратуры Российской Федерации, издает обязательные для исполнения всеми работниками органов и организаций прокуратуры приказы, указания, распоряжения, положения и инструкции, регулирующие вопросы организации деятельности системы прокуратуры Российской Федерации и порядок реализации мер материального и социального обеспечения указанных работников. Генеральный прокурор Российской Федерации в пределах выделенной штатной численности и фонда оплаты труда устанавливает штаты и структуру Генеральной прокуратуры Российской Федерации, определяет полномочия структурных подразделений, устанавливает штатную численность и структуру подчиненных органов и организаций прокуратуры.

Судом установлено, что истец ФИО1 с 1998 года проходила службу в органах прокуратуры. Приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 22 декабря 2021 года № 1185-к ФИО1 назначена на должность первого заместителя Волжского межрегионального природоохранного прокурора, при этом освобождена от должности Чебоксарского межрайонного природоохранного прокурора Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры. 

Трудовой договор с работником был заключен 15 марта 2004 года, впоследствии в него неоднократно вносились изменения. Соглашением об изменении условий трудового договора от 22 декабря 2021 года, заключенным между представителем работодателя в лице Волжского межрегионального природоохранного прокурора Илюшина А.А. и прокурорским работником ФИО1, определено, что прокурорский работник назначается на государственную должность первого заместителя Волжского межрегионального природоохранного прокурора. 

Приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 15 ноября 2024 года № 52-ш из штатного расписания аппарата Волжской межрегиональной природоохранной прокуроры исключена должность первого заместителя прокурора, высвободившуюся штатную единицу определено зачислить в общий резерв органов прокуратуры Российской Федерации, Волжскому межрегиональному природоохранному прокурору поручено внести соответствующие изменения в штатное расписание прокуратуры.

04 декабря 2024 года ФИО1 вручено уведомление о предстоящем возможном прекращении трудовых отношений, подписанное Генеральным прокурором Российской Федерации.

Письмом от 12 декабря 2024 года № 61/3-12-2024 начальник Главного управления кадров Генеральной прокуратуры Российской Федерации поручил Волжскому межрегиональному природоохранному прокурору предложить ФИО1 имеющиеся в Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуре вакантные должности с учетом ее квалификации.

В материалы дела представлены уведомления о наличии вакантных должностей в организации от 25 декабря 2024 года, 13 января 2025 года, 27 января 2025 года, 30 января 2025 года, направленные Волжским межрегиональным природоохранным прокурором в адрес ФИО1 От всех предложенных вакантных должностей последняя отказалась.

Приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 18 февраля 2025 года № 177- к истец ФИО1 освобождена от должности первого заместителя Волжского межрегионального природоохранного прокурора и уволена 18 февраля 2025 года из органов прокуратуры по сокращению штата работников Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры (пункт 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" даны разъяснения о применении части третьей статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, а именно указано, что увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы. При этом необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части первой статьи 81 Кодекса возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 ТК РФ) и был предупрежден персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (часть вторая статьи 180 ТК РФ).

Из приведенных выше положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работодатель, реализуя в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом право принимать необходимые кадровые решения, в том числе об изменении численного состава работников организации, обязан обеспечить в случае принятия таких решений закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

К гарантиям прав работников при принятии работодателем решения о сокращении численности или штата работников организации относится установленная Трудовым кодексом Российской Федерации обязанность работодателя предложить работнику, должность которого подлежит сокращению, все имеющиеся у работодателя в данной местности вакантные должности, соответствующие квалификации работника, а также вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемую работу. Данная обязанность работодателя императивно установлена нормами трудового законодательства, которые работодатель должен соблюдать. Являясь элементом правового механизма увольнения по сокращению численности или штата работников, указанная гарантия (наряду с установленным законом порядком увольнения работника) направлена против возможного произвольного увольнения работников в случае принятия работодателем решения о сокращении численности или штата работников организации. Обязанность работодателя предлагать работнику вакантные должности, отвечающие названным требованиям, означает, что работодателем работнику должны быть предложены все имеющиеся у работодателя в штатном расписании вакантные должности как на день предупреждения работника о предстоящем увольнении по сокращению численности или штата работников, так и образовавшиеся в течение периода времени с начала проведения работодателем организационно-штатных мероприятий (предупреждения работника об увольнении) по день увольнения работника включительно. Неисполнение работодателем такой обязанности в случае спора о законности увольнения работника с работы по названному основанию влечет признание судом увольнения незаконным.

Согласно статье 1 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" прокуратура Российской Федерации - единая федеральная централизованная система органов, осуществляющих надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, надзор за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, уголовное преследование в соответствии со своими полномочиями, а также выполняющих иные функции. В статье 4 названного закона указано, что прокуратура Российской Федерации составляет единую федеральную централизованную систему органов (далее - органы прокуратуры) и организаций и действует на основе подчинения нижестоящих прокуроров вышестоящим и Генеральному прокурору Российской Федерации.

Таким образом, для рассмотрения настоящего спора юридически значимым обстоятельством является установление следующего факта: имелись ли в централизованной системе органов прокуратуры, расположенных в городе Твери, как на момент уведомления ФИО1 о сокращении занимаемой ею должности, так и на протяжении всего периода проведения работодателем организационно-штатных мероприятий, связанных с сокращением занимаемой ФИО1, по день ее увольнения вакантные должности, соответствующие ее квалификации, а также вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемая работа; если такие должности имелись, то предлагались ли они работодателем ФИО1

Как указано в части 3 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

В пункте 3 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 09 декабря 2020 года разъяснено, что при расторжении работодателем трудового договора по пункту 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с сокращением численности или штата работников организации с работником, местом работы которого является филиал или иное обособленное структурное подразделение организации, расположенное вне места ее нахождения, работодатель обязан предложить такому работнику все вакантные должности, соответствующие его квалификации, а также вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемую работу, имеющиеся как в самой организации работодателя, так и во всех иных ее филиалах и обособленных структурных подразделениях, находящихся в данной местности.

Одним из доводов незаконности своего увольнения ФИО1 указывает на то, что в системе органов прокуратуры имелись вакантные должности, которые могли бы быть ей предложены с учетом ее квалификации и состояния здоровья, однако работодатель Генеральная прокуратура Российской Федерации не предложил ей перевод на вакантную должность. В том числе ФИО1 указывает, что ей не предложили вакантную должность заместителя прокурора Тверской области, которая имелась начиная с 28 ноября 2024 года по день увольнения истца.

Представители Генеральной прокуратуры Российской Федерации в судебном заседании подтвердили суду, что на момент увольнения ФИО1 названная должность была вакантна, также сообщили суду, что никакой кандидат на данную должность не был приглашен, однако, должность не предлагалась, поскольку ФИО1 до увольнения работала в специализированной прокуратуре.

В письменных возражениях на исковое заявление Генеральная прокуратура Российской Федерации, не оспаривая наличие такой вакансии, указывает, что вакантная должность заместителя прокурора Тверской области не была предложена истцу с учетом ее деловых и личных качеств, имеющейся квалификации, опыта работы лишь в сфере исполнения природоохранного законодательства, а также наличия действующего дисциплинарного взыскания.

Вместе с тем, доказательств того, что квалификация ФИО1 не соответствует требованиям, предъявляемым к должности заместителя прокурора Тверской области, либо что она имеет ограничения по здоровью, препятствующие ей замещать названную должность, не представлено. Наличие дисциплинарных взысканий закон не называет в качестве основания для освобождения работодателя от необходимости предлагать сокращаемому работнику все имеющиеся вакансии. Таим образом, суд приходит к выводу, что названная должность являлась вакантной и необоснованно не была предложена ФИО1 

Также судом установлено, что в юридически значимый период в Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуре имелась вакантная должность старшего прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе. Так, согласно приказу Волжского межрегионального природоохранного прокурора от 30 января 2025 года № 36-к ФИО14 освобождена от должности старшего прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе в связи с выходом на пенсию и уволена 11 февраля 2025 года. Приказом от 26 марта 2025 года № 103-к на эту должность назначена ФИО15 с 26 марта 2025 года.

Представитель ответчиков ФИО2, занимающий должность начальника отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе, пояснил суду, что в возглавляемом им отделе действительно освободилась указанная должность, квалификация и опыт работы ФИО1 позволяли ее занять, однако, на данную вакансию уже была согласована кандидатура ФИО16. Пояснил суду, что согласование ФИО19 заключалось только в написании ею соответствующего рапорта и предварительном согласии Волжского межрегионального природоохранного прокурора. Какие-либо проверочные мероприятия не проводились, никакие документы помимо рапорта ФИО20 не подавались. В подтверждении доводов о согласовании на названную вакантную должность ФИО17 ответчиками представлена копия рапорта от 02 декабря 2024 года, в котором ФИО21 соглашается с предложением о назначении на должность старшего прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры.

Суд критически относится к представленному ответчиками рапорту ФИО22., датированному 02 декабря 2024 года. Так, ФИО18 была назначена на названную должность спустя полтора месяца после увольнения ФИО23. и более чем через три месяца после составления названного рапорта. При этом никакие организационные, проверочные, согласительные процедуры в отношении ФИО24. не проводились, следовательно, оснований для составления такого рапорта 02 декабря 2024 года не имелось. Также не имелось оснований предлагать 02 декабря 2024 года эту должность ФИО25., так как на тот момент уже был издан приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 15 ноября 2024 года № 52-ш и было известно о возможном предстоящем сокращении ФИО1 Истец ФИО1 была уведомлена о предстоящем сокращении только 04 декабря 2024 года в связи с временной нетрудоспособностью в период с 11 ноября 2024 года по 03 декабря 2024 года.

Суд также находит заслуживающими внимание доводы истца ФИО1 о наличии сомнений в действительной дате составления названного рапорта. Истец полагает, что рапорт был изготовлен «задним числом» непосредственно перед судебным заседанием. 

Так, порядок приема, регистрации, учета документов в органах прокуратуры определяется Инструкцией по делопроизводству в органах и учреждениях прокуратуры Российской Федерации, утвержденной Приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 29 декабря 2011 года № 450. В нарушение положений пунктов 1.3, 2.2.2, 2.2.4, 2.2.5, 3.1 Инструкции рапорт ФИО26 от 02 декабря 2024 года не прошел регистрацию в установленном порядке, вообще не имеет отметок о поступлении в Волжскую межрегиональную природоохранную прокуратуру. 

На основании изложенного, принимая во внимание, что 02 декабря 2024 года рапорт ФИО27 о переводе на указанную должность в действительности в установленном порядке не поступал, суд приходит к выводу, что названная должность являлась вакантной и необоснованно не была предложена ФИО1 

Кроме того, судом неоднократно разъяснялся ответчикам предмет доказывания, в том числе, необходимость доказать отсутствие у работодателя вакантной должности, соответствующей квалификации работника, а также отсутствие нижестоящей, нижеоплачиваемой работы, которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Суд неоднократно предлагал Генеральной прокуратуре Российской Федерации представить доказательства исполнения работодателем обязанности предложить работнику все имеющиеся вакансии (определение суда от 21 марта 2025 года, протокольное определение от 14 апреля 2025 года, письмо от 14 апреля 2025 года, протокольное определение от 23 апреля 2025 года, письмо от 23 апреля 2025 года, протокольное определение от 06 мая 2025 года, письмо от 12 мая 2025 года, протокольное определение от 27 мая 2025 года).

Генеральная прокуратура Российской Федерации уклонилась от предоставления сведений о вакантных должностях, таковые суду не предоставлены. В письме в адрес суда от 26 мая 2025 года представитель Генеральной прокуратуры Российской Федерации указал, что правовые основания для предоставления запрашиваемых судом сведений отсутствуют. Аналогичную позицию высказал представитель Генеральной прокуратуры Российской Федерации в судебном заседании 09 июня 2025 года. Таким образом, ответчик Генеральная прокуратура Российской Федерации не представила доказательств того, что в юридически значимый период отсутствовали вакансии, соответствующие квалификации истца ФИО1 

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что со стороны работодателя Генеральной прокуратуры Российской Федерации были нарушены положения Трудового кодекса Российской Федерации. Приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 18 февраля 2025 года № 177-к об увольнении ФИО1 необходимо признать незаконным и отменить, восстановить ФИО1 в ранее занимаемой должности первого заместителя Волжского межрегионального природоохранного прокурора с 19 февраля 2025 года.

Вынужденный прогул в данном случае имеет место быть с 19 февраля 2025 года по день вынесения решения судом (09 июня 2025 года), и, соответственно, в ее пользу подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула. Средний заработок должен быть взыскан с ответчика Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры, поскольку именно указанное лицо производило начисление и выплату заработной платы истцу во время работы в названной должности.

Порядок расчета среднего заработка установлен статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации и постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы". Определено, что расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Таким образом, для расчета должен учитываться период с 01 февраля 2024 года по 31 января 2025 года.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Ответчиком Волжской межрегиональной природоохранной прокуратурой представлены сведения о фактически начисленной за указанный период заработной плате (2338636,31 руб.) и о количестве фактически отработанных в этот период дней (168 дней).

Таким образом, средний дневной заработок ФИО1 в юридически значимый период составил 13920,45 руб.

Согласно разделу 5 трудового договора № 725 работнику установлена 40- часовая рабочая неделя, с двумя выходными днями (суббота и воскресенье). Согласно производственному календарю рабочее время в часах при 40- часовой рабочей неделе в период 19 февраля 2025 года по 09 июня 2025 года составляет 75 дней. 

Таким образом, заработная плата истца за время вынужденного прогула составит 1044033,75 руб. (75 дней*13920,45 руб.), в том числе налог на доходы физических лиц. Налог подлежит удержанию работодателем при выплате истцу денежных средств за время вынужденного прогула.

Согласно пункту 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету.

Из объяснений обеих сторон следует, что ФИО1 было выплачено выходное пособие, однако, размер такового суду не предоставлен.

Расчет выходного пособия, начисленного и выплаченного ФИО1, рассчитан судом следующим образом.

Из обжалуемого приказа от 18 февраля 2025 года следует, что в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» ФИО1 выплачено выходное пособие в размере 20 месячных должностных окладов с доплатой за классный чин. Таким образом, ФИО1 выплачено 871308,4 руб. (25902,50 + 10101,98 +7560,94) *20). 

Согласно статье 217 Налогового кодекса Российской Федерации не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения), если иное не предусмотрено настоящим пунктом, все виды компенсационных выплат, установленных законодательством Российской Федерации, законодательными актами субъектов Российской Федерации, решениями представительных органов местного самоуправления (в пределах норм, установленных в соответствии с законодательством Российской Федерации), связанных с увольнением физических лиц, за исключением сумм выплат в части, превышающей в целом трехкратный размер среднего месячного заработка (дохода, денежного довольствия), исчисляемого в порядке, аналогичном применяемому при назначении пособия по беременности и родам и ежемесячного пособия по уходу за ребенком, а для физических лиц, уволенных из организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в части, превышающей шестикратный размер такого среднего месячного заработка (дохода, денежного довольствия).

Из справки НДФЛ за 2025 год следует, что в феврале 2025 года ФИО1 была произведена выплата в размере 291442,40 руб. с кодом доходов 2014 (выходные пособия), 13 % от указанной суммы составляет 37888 руб. Таким образом, после уплаты НДФЛ ФИО1 подлежало выплате 833420,40 руб. (871308,40 -37888). Такая сумма и была перечислена ей платежным поручением от 19 февраля 2025 года № 165.

Таким образом, после произведенного судом зачета с ответчика Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула в размере 172725,35 руб. (1044033,75 - 871308,4).

Разрешая требования истца о взыскании недоплаченной премии по итогам работы за 1 квартал 2025 года, суд исходит из следующего.

Частью 1 статьи 44 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" установлено, что денежное содержание прокурорских работников состоит из должностного оклада; доплат за классный чин, за выслугу лет, за особые условия службы (в размере 175 процентов должностного оклада), за сложность, напряженность и высокие достижения в службе (в размере до 50 процентов должностного оклада); процентных надбавок за ученую степень и ученое звание по специальности, соответствующей должностным обязанностям, за почетное звание "Заслуженный юрист Российской Федерации" и (или) почетное звание "Заслуженный работник прокуратуры Российской Федерации"; премий по итогам службы за квартал и год; других выплат, предусмотренных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Таким образом, премия по итогам службы за квартал входит в состав заработной платы (денежного содержания прокурорского работника), связана непосредственно с выполнением трудовых обязанностей, выплата премии не зависит от усмотрения работодателя и является обязательной.

Приказом Генпрокуратуры России от 16.01.2013 № 28 утверждено Положение о порядке выплаты премий по итогам службы, материальной помощи и единовременного поощрения прокурорским работникам в органах и организациях прокуратуры Российской Федерации. Пунктами 1.4,2.1,2.2, 2.3, 2.6, 2.12 определено, что решение о выплате и размере премий, материальной помощи и единовременного поощрения оформляется прокурорам субъектов Российской Федерации и их заместителям, приравненным к ним прокурорам специализированных прокуратур и их заместителям- приказом Генерального прокурора Российской Федерации.

Премирование прокурорских работников производится по итогам службы, связанной с выполнением задач и обеспечением функций, возложенных на органы и организации прокуратуры Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом о прокуратуре, а также в целях повышения их материальной заинтересованности в добросовестном и качественном исполнении служебных обязанностей, повышения уровня ответственности за их выполнение. Премии исчисляются исходя из должностных окладов и доплат за классный чин, установленных в соответствии с Федеральным законом о прокуратуре и постановлением Правительства Российской Федерации от 01.03.2018 N 206 "Об установлении должностных окладов прокурорских работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации и о признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации", а также иными законодательными и нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Должностные лица, указанные в пункте 2.4 настоящего Положения, в пределах установленного фонда оплаты труда (денежного довольствия) подготавливают письменные предложения, содержащие список прокурорских работников с указанием размера причитающейся каждому прокурорскому работнику премии в зависимости от итогов его службы, а также предложения о снижении размера премии или лишении премии полностью с указанием причины.

Размер премии, выплачиваемой прокурорскому работнику, устанавливается в процентах к его должностному окладу и доплате за классный чин, установленным на дату подписания приказа о выплате премии. Премия максимальным размером не ограничивается. В качестве премируемого (отчетного) периода для начисления премии принимается квартал.

При определении размера премии прокурорскому работнику основаниями для снижения ее размера являются:

несоблюдение установленных сроков выполнения поручений руководителей, некачественное их выполнение при отсутствии уважительных причин;

ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, некачественное их выполнение при отсутствии уважительных причин;

ненадлежащее качество работы с документами;

недостаточный уровень исполнительской дисциплины;

недостаточный уровень профессиональной ответственности за выполнение служебных обязанностей и поручений руководителей;

нарушение трудовой дисциплины и правил внутреннего трудового распорядка.

Снижение размера премии с указанием причины оформляется приказом руководителя органа прокуратуры, наделенного правом принятия решения о премировании, и производится только за тот период, в котором имело место нарушение.

Руководитель структурного подразделения при внесении предложения о снижении премии подчиненному прокурорскому работнику указывает в рапорте конкретные причины, явившиеся основанием для принятия такого решения. К рапорту прилагается копия протокола оперативного совещания, на котором принято соответствующее решение, с подписью прокурорского работника об ознакомлении с ним.

Рапорты о снижении размера премии прокурорам субъектов Российской Федерации, приравненным к ним специализированным прокурорам, их заместителям должны содержать конкретные причины, явившиеся основанием для принятия такого решения.

Согласно материалам дела ФИО1 при увольнении была выплачена премия по итогам службы за 1 квартал 2025 года в размере 5% должностного оклада и доплаты за классный чин пропорционально отработанному времени.

Истец ФИО1 сообщила суду, что ежеквартальная премия всегда устанавливалась в разном размере, но в любом случае, в размере не более 50 % должностного оклада и доплаты за классный чин. Какой был установлен максимальный размер премии в первом квартале 2025 года ей неизвестно, поэтому она в исковых требованиях и указала 100 %. 

Суд соглашается с позицией истца о необоснованном снижении размера премии. Так, доводы представителей прокуратуры о том, что премия является одним из видов поощрения работника за добросовестный и эффективный труд, применение либо неприменение которого относится к исключительной дискреции Генерального прокурора Российской Федерации и является его правом, а не обязанностью, судом отклоняются, поскольку реализация этого права не должна быть произвольной и без учета правил, установленных вышеназванным Положением. 

В целях соблюдения процедуры депремирования прокурорского работника, наличие рапорта руководителя структурного подразделения является обязательным, и не зависит от факта проведения в отношении него служебной проверки. Предусмотренный указанным Положением порядок снижения размера премии направлен на соблюдение прав работника прокуратуры, является гарантией исключения возможности произвольного и безосновательного лишения премии во избежание возможных негативных последствий такой меры в отношении работника прокуратуры.

Вопреки требованиям пунктов 2.5, 2.7, 2.12 Положения решению Генерального прокурора Российской Федерации об установлении премии ФИО1 в размере 5 % не предшествовало составление соответствующего рапорта и протокола оперативного совещания. Более того, обстоятельства, перечисленные в пункте 2.7 Положения, послужившие основанием для снижения размера премии, нигде не зафиксированы. Доводы представителей ответчиков о снижении размера премии в связи с привлечением ФИО1 к дисциплинарной ответственности приказом от 06 декабря 2024 года № 16-н отвергаются судом, поскольку привлечение ФИО6 к ответственности состоялось в 2024 году, а спорная премия выплачивалась по итогам работы в 1 квартале 2025 года (пункт 2.6,2.8 Положения). Об иных фактах ненадлежащего выполнения возложенных на истца должностных обязанностей суду не сообщалось.

Ответчиками не предоставлены суду сведения о размере фонда оплаты труда и лимитах бюджетных обязательств, предусмотренных на выплату премии за 1 квартал 2025 года. ФИО1 сообщила суду, что максимальный размер премии составляет 50% от должностного оклада и доплаты за классный чин, за какие-то периоды премия выплачивалась в меньшем размере.

Приказом Волжского межрегионального природоохранного прокурора от 30 января 2025 года № 36-к при увольнении ФИО28 ей была установлена премия за 1 квартал 2025 года в размере 50% должностного оклада. Поскольку каких-либо сведений, позволяющих установить, что в 1 квартале 2025 года премия выплачивалась в меньшем размере, не представлено, то суд приходит к выводу, что ФИО1 за 1 квартал 2025 года должна быть выплачена премия в размере 50% должностного оклада и доплаты за классный чин пропорционально отработанному времени.

Размер должностного оклада и доплаты за классный чин составляет 43565,42 руб. (25902,50+10101,98+7560,94). Согласно справке от 18 февраля 2025 года № 1 в феврале 2025 года ФИО1 отсутствовала на работе в связи с нетрудоспособностью с 03 февраля по 17 февраля, то есть отработала в 1 квартале 18 дней. Согласно производственному календарю в 1 квартале 2025 года при 5-ти дневной рабочей неделе– 58 рабочих дней. На основании указанного судом рассчитан размер премии, подлежащий выплате ФИО1 – 6760,15 руб. ( 43565,42*50%/58*18). Из справки НДФЛ за 2025 год следует, что в феврале 2025 года ФИО1 была произведена выплата в размере 676,02 руб. с кодом доходов 2002 (суммы премий), таким образом, взысканию в пользу истца подлежит 6084,13 руб.(6760,15-676,02). Оснований для взыскания премии в большем размере не имеется.

ФИО7 также указала, что положенные ей в связи с увольнением выплаты произведены несвоевременно, расчет с ней произведен не 18 февраля 2025 года, а 20 и 21 февраля 2025 года. Просит взыскать компенсацию за просрочку выплат на 2 и 3 дня. 

Согласно статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Частью 4 статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в день прекращения трудового договора работодатель обязан произвести с работником расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. 

На основании части 1 статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника.

Частью 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Судом установлено, что в связи с увольнением истцу ФИО1 на счет, открытый в кредитном учреждении, произведены следующие выплаты: компенсация за неиспользованный отпуск- 153225,44 руб., пособие по нетрудоспособности – 14808,91 руб., окончательный расчет при увольнении -15129,56 руб., выходное пособие -833420,40 руб., возмещение расходов, связанных с оказанием медицинских услуги приобретением лекарственных средств- 20002,50 руб., 3650 руб., 4477 руб., 20744,50 руб., денежная компенсация взамен форменного обмундирования – 44823 руб., а всего 1110281,3 руб.

Ответчиком Волжской межрегиональной природоохранной прокуратурой представлены следующие финансовые документы в подтверждение произведенных выплат:

-заявка на кассовый расход №226 от 18 февраля 2025 года на сумму 153225,44 руб., на заявке имеется отметка Федерального казначейства о регистрации Заявки на кассовый расход 19 февраля 2025 года, платежное поручение от 19 февраля 2025 года № 242,

-заявка на кассовый расход №227 от 18 февраля 2025 года на сумму 15129,56 руб., на заявке имеется отметка Федерального казначейства о регистрации Заявки на кассовый расход 19 февраля 2025 года, платежное поручение от 19 февраля 2025 года № 136,

-заявка на кассовый расход №228 от 18 февраля 2025 года на сумму 833420,40 руб., на заявке имеется отметка Федерального казначейства о регистрации Заявки на кассовый расход 19 февраля 2025 года, платежное поручение от 19 февраля 2025 года № 165,

-заявка на кассовый расход №229 от 18 февраля 2025 года на сумму 14808,91 руб., на заявке имеется отметка Федерального казначейства о регистрации Заявки на кассовый расход 19 февраля 2025 года, платежное поручение от 19 февраля 2025 года № 150,

-заявка на кассовый расход №230 от 18 февраля 2025 года на сумму 20002,50 руб., на заявке имеется отметка Федерального казначейства о регистрации Заявки на кассовый расход 19 февраля 2025 года, платежное поручение от 19 февраля 2025 года № 1054,

-заявка на кассовый расход №231 от 18 февраля 2025 года на сумму 3650 руб., на заявке имеется отметка Федерального казначейства о регистрации Заявки на кассовый расход 19 февраля 2025 года, платежное поручение от 19 февраля 2025 года № 1055,

-заявка на кассовый расход №232 от 18 февраля 2025 года на сумму 4477 руб., на заявке имеется отметка Федерального казначейства о регистрации Заявки на кассовый расход 19 февраля 2025 года, платежное поручение от 19 февраля 2025 года № 563,

-заявка на кассовый расход №233 от 18 февраля 2025 года на сумму 20744,50 руб., на заявке имеется отметка Федерального казначейства о регистрации Заявки на кассовый расход 19 февраля 2025 года, платежное поручение от 19 февраля 2025 года № 1048,

-заявка на кассовый расход №238 от 18 февраля 2025 года на сумму 44823 руб., на заявке имеется отметка Федерального казначейства о регистрации Заявки на кассовый расход 19 февраля 2025 года, платежное поручение от 19 февраля 2025 года № 574.

На вопрос суда о причинах регистрации всех заявок Федеральным казначейством только 19 февраля 2025 года представитель ответчика пояснил, что заявки были подготовлены 18 февраля 2025 года, но направлены в Федеральное казначейство после окончания рабочего дня, поэтому регистрация произведена на следующий день. 

Поскольку в силу статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудовых отношений 18 февраля 2025 года ответчик должен был произвести с истцом окончательный расчет, однако, данную обязанность не выполнил, то с ответчика в пользу истца подлежит взысканию денежная компенсация. Взыскивая такую компенсацию, суд принимает во внимание, что на ответчике Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуре лежала обязанность по своевременной выплате денежных средств увольняемому работнику и у ответчика имелась возможность своевременно произвести выплату. Направляя заявки на кассовый расход в Федеральное казначейство после окончания рабочего дня, ответчик заведомо знал, что перечисление денежных средств будет произведено не ранее 19 февраля 2025 года, то есть с нарушением установленного законом срока. О каких-либо объективных препятствиях для заблаговременного направления заявок ответчиками не сообщалось. Таким образом, ответчиком не были предпринятые необходимые и разумные меры по своевременной выплате ФИО1 денежных средств.

Размер денежной компенсации за 1 день просрочки составляет 1554,40 руб. и рассчитан судом следующим образом: 1110281,3*21%/150.

Оснований для исчисления денежной компенсации за 2 и 3 дня не имеется, поскольку, как указано выше, заявки на причитающиеся ФИО1 выплаты из бюджета поступили в казначейство 19 февраля 2025 года, в тот же день подготовлены платежные поручения. Несвоевременность зачисления денежных средства на расчетный счет истца в ПАО Сбербанк обусловлена особенностями банковских расчетов. Согласно статье 849 Гражданского кодекса Российской Федерации банк обязан зачислять поступившие для клиента денежные средства не позднее дня, следующего за днем поступления в банк соответствующего платежного документа, если более короткий срок не предусмотрен законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами или договором банковского счета. Из представленной ФИО1 выписке по счету усматривается, что все причитающиеся ей денежные средства были зачислены на ее расчетный счет 20 февраля 2025 года. Сумма 59235,64 руб., зачисленная на расчетный счет 21 февраля 2025 года, Волжской межрегиональной природоохранной прокуратурой не перечислялась. Из устного пояснения ФИО1 следует, что данная выплата произведена ОСФР по Тверской области.

Также должна быть взыскана компенсация за несвоевременную выплату премии 6084,13 руб. Поскольку истцом ФИО1 заявлены требования о взыскании компенсации за несвоевременную выплату причитающихся при увольнении сумм в течении двух дней, то расчет компенсации произведен судом следующим образом: 6084,13*21%*2=17,04 руб. 

Всего в пользу ФИО1 подлежит взысканию денежная компенсация в размере 1571,44 руб. В требованиях о взыскании денежной компенсации большем размере должно быть отказано.

Позицию ответчиков о том, что сроки выплаты денежной компенсации взамен форменного обмундирования не установлены, суд отвергает как не основанную на нормах материального права.

В соответствии с частью 1 статьи 41.3 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" прокурорские работники обеспечиваются форменным обмундированием или военной формой одежды в порядке и по нормам, которые устанавливаются Правительством Российской Федерации. В случаях и порядке, определяемых решением Генерального прокурора Российской Федерации, прокурорскому работнику выплачивается денежная компенсация взамен форменного обмундирования в размере, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 августа 2016 г. N 855 "О форменном обмундировании прокурорских работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации" утверждены Правила обеспечения форменным обмундированием прокурорских работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации и Нормы обеспечения форменным обмундированием прокурорских работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации.

Согласно пункту 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 4 октября 2018 г. N 1190 "О размерах денежной компенсации, выплачиваемой прокурорским работникам органов и организаций прокуратуры Российской Федерации взамен форменного обмундирования" прокурорские работники органов и организаций прокуратуры Российской Федерации в случаях и порядке, определяемых решением Генерального прокурора Российской Федерации, имеют право на получение взамен форменного обмундирования, положенного по нормам, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 27 августа 2016 г. N 855 "О форменном обмундировании прокурорских работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации", денежной компенсации. 

Приказом Генеральной Прокуратуры Российской Федерации от 31 мая 2017 г. N 372 введена в действие Инструкция об обеспечении форменным обмундированием прокурорских работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации, о порядке его ношения, учета хранения и выдачи, согласно пункту 1.14 которой денежная компенсация взамен положенного по норме форменного обмундирования выдается за последний календарный год службы при увольнении прокурорских работников, имеющих право на пенсию за выслугу лет, при увольнении в отставку, по достижении предельного возраста нахождения на службе, по инвалидности и состоянию здоровья, а также в связи с организационно-штатными мероприятиями. Компенсация выплачивается за предметы форменного обмундирования, право на получение которых наступило в соответствии с действующими нормами и сроками, в размере, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Как уже указывалось выше, трудовые отношения работников органов и организаций прокуратуры регулируются законодательством Российской Федерации о труде и законодательством Российской Федерации о государственной службе с учетом особенностей, предусмотренных Федеральным законом "О прокуратуре Российской Федерации". Трудовой кодекс Российской Федерации в части седьмой статьи 11 установил, что на государственных служащих и муниципальных служащих действие трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, распространяется с особенностями, предусмотренными федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации о государственной службе и муниципальной службе.

Следовательно, указанными нормами предусмотрено субсидиарное применение норм трудового законодательства и законодательства о государственной службе к отношениям, связанным со службой в органах прокуратуры. А значит, положения части 1 статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации распространяются и на выплаты денежной компенсации взамен форменного обмундирования. То же касается возмещения расходов, связанных с оказанием медицинских услуг и приобретением лекарств. 

Истцом также заявлены требования о компенсации морального вреда в размере 500000 рублей.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая то обстоятельство, что со стороны ответчика Генеральной прокуратуры Российской Федерации было допущено нарушение трудовых прав истца, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца и взыскании с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 30000 руб. Истцом не предоставлено допустимых доказательств ухудшения состояния ее здоровья, травли, организованной работодателем, поэтому исходя из конкретных обстоятельств дела, нравственных страданий, причиненных работнику самим фактом нарушения трудовых прав, длительности нарушения трудовых прав истца, требований разумности и справедливости, суд полагает, что заявленная истцом сумма в размере 500000 руб. не разумная и не обоснованная. Представленная истцом аудиозапись в подтверждение организованной травли и угроз, по мнению суда, не может быть положена в основу решения, поскольку судом не установлен собеседник истца, чей голос отображается на аудиозаписи.

В силу статьи 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда о восстановлении истца на работе подлежит немедленному исполнению.

Руководствуясь статьями 195-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 18 февраля 2025 года № 177-к об увольнении ФИО1 с должности первого заместителя Волжского межрегионального природоохранного прокурора, признать увольнение незаконным.

Восстановить ФИО1 на работе в должности первого заместителя Волжского межрегионального природоохранного прокурора с 19 февраля 2025 года. 

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры в пользу ФИО1 средний заработок за период вынужденного прогула с 19 февраля 2025 года по 09 июня 2025 года включительно в размере 172725,35 руб., премию в размере 6084,13 руб., денежную компенсацию за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы и других выплат в размере 1571,44 руб., а всего взыскать 180380,92 руб.

Взыскать с Генеральной прокуратуры Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30000 руб.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Тверского областного суда с подачей жалобы через Пролетарский районный суд г. Твери в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Идентификаторы сторон: ФИО1 паспорт №, Генеральная прокуратура Российской Федерации ИНН 

<

***>, Волжская межрегиональная природоохранная прокуратура ИНН 

<

***>.

Решение в окончательной форме изготовлено 24 июня 2025 года. 

Председательствующий О.В.Самухина