Дело № 2-1220/2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Мелеуз 24 декабря 2019 года

Мелеузовский районный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Насыровой Л.И.,

при секретаре судебного заседания Шульгиной А.В.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2,

ответчика ФИО3, его представителя – адвоката Мухамеджановой В.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с учетом уточнений с исковым заявлением, обосновывая тем, что ему на праве принадлежит земельный участок площадью 2725 кв.м., по адресу: 

<

адрес обезличен>, с кадастровым 

<

№> и расположенный на нем жилой дом площадью 45,1 кв.м. с кадастровым 

<

№>. При этом ответчику принадлежит смежный земельный участок, по адресу: 

<

адрес обезличен>. Земельные участки сторон поставлены на кадастровый учет, их границы установлены. Однако, ответчик чинит истцу препятствия в пользовании земельным участком истца, а именно использовал часть земельного участка истца на котором возвел объекты: кирпичный забор, т.е. принадлежащие ответчику объекты находятся в кадастровых границах земельного участка истца, возвел на своем участке строение – кирпичный сарай, который выходит за пределы его земельного участка, часть данного строения находится на земельном участке истца. Строения ответчика, их крыша существенно нависает над земельным участком истца, при этом расстояние от строений до границы земельного участка истца не соответствует установленным требованиям. Ответчик при строительстве гаража не учел требований градостроительных норм, возвел гараж и хозяйственные постройки на границе земельного участка, при этом водоотвод с крыши хозяйственных построек и гаража направлен на участок соседа, что приводит к стеканию атмосферных осадков на участок истца, нарушая права собственника пользования земельным участком. При этом нарушение прав возможно устранить лишь переоборудованием наклона крыши на надворных постройках ответчика во двор его домовладения. Выход крыши ответчика над земельным участком истца составляет 1 метр. У истца отсутствует возможность построить на участке земли, прилегающем к соседским постройкам, свои хозяйственные постройки. Ответчик установил забор не по юридической границе между земельными участками истца и ответчика, а на земельном участке истца, забор расположен непосредственно под окном жилого дома истца, что лишает его возможности пользоваться частью своего дома. В нарушение требований СНиП гараж и хозяйственные постройки ответчика размещены на границе участка истца. Конструкция крыш на постройках и гараже допускают сток дождевой воды с них на участок истца. 

Просит обязать ответчика устранить препятствия в пользовании земельным участком истца, а именно: перестроить скат кровли прилегающих к его земельному участку надворных построек: кирпичного гаража, деревянного сарая, деревянного летника в противоположную сторону с целью исключения затопления земельного участка и надворных построек. Восстановить смежную границу между земельными участками истца и ответчика, передвинув забор на 70 см в сторону земельного участка ответчика.

В судебном заседании истец ФИО1 иск поддержал, пояснил, что в 2010 году он приобрел жилой дом с земельным участком по адресу: 

<

адрес обезличен>. В то время на соседнем участке ответчика имелись спорные строения. Спора с соседом относительно границы никогда не было, граница не менялась. Когда он покупал дом, стоял деревянный прерывистый забор, который был установлен до начала кирпичного гаража, затем забор прерывался и продолжался перед второй деревянной постройкой. Т.е. кирпичная стена гаража служила границей их участков. При этом, расстояние между забором и крайними границами гаража составляла 70 см. Однако, в прошлом году ответчик в том месте, где забор прерывался установил забор, таким образом деревянный забор стал сплошным, чем уменьшилась площадь его участка. Считал необходимым вернуть площади участков в первоначальное положение, т.е. 9-тиметровый забор, установленный параллельно кирпичного гаража, обязать ответчика передвинуть этот забор вглубь своего участка. Кроме того, указал, что скат кровли спорных построек нарушают его права тем, что талые воды подтопляют его участок, в результате чего сгнили нижние венцы его дома. 

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 иск поддержал, просил иск удовлетворить. 

В судебном заседании ответчик ФИО3 с иском не согласился, пояснил, что земельный участок и дом достались ему в наследство. Ему принадлежит земельный участок площадью 3300 кв.м. Границы его участка соответствуют документам. Спорные строения были возведены 50 лет тому назад. Снегозадержатели на строениях им установлены, водосток установит. Ранее в установке забора вдоль кирпичного гаража не было необходимости, т.к. участок истца пустовал. Однако в настоящее время истец перекидывает снег к стене его гаража, т.е. на его участок, поэтому возникла необходимость в установке забора на смежной границе. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 – адвокат Мухамеджанова В.В. иск не признала, указала, что истец не доказал нарушение его прав тем, что из-за кровли спорных построек разрушается постройка истца. Из экспертизы следует, что снежные массы находятся на участке ФИО3, а не истца. Эксперты не установили необходимость в переустройстве ската кровли. Фактически ФИО3 использует свой участок меньшей площадью, чем принадлежит ему по документам, т.е. установлено нарушение прав ответчика.

Выслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией РФ право собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться, как единолично, так и совместно с другими лицами.

Согласно ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Статьей 304 ГК РФ установлено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. п. 45, 46 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 

<

дата обезличена> "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в силу ст. 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений прав, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

В соответствии со ст. 43 Земельного Кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица осуществляют принадлежащие им права на земельные участки по своему усмотрению.

Согласно ст. 60 Земельного Кодекса Российской Федерации нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях: признания судом недействительным акта исполнительного органа государственной власти или акта органа местного самоуправления, повлекших за собой нарушение права на земельный участок; самовольного занятия земельного участка; в иных предусмотренных федеральными законами случаях.

Действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем: признания недействительными в судебном порядке в соответствии со статьей 61 настоящего Кодекса не соответствующих законодательству актов исполнительных органов государственной власти или актов органов местного самоуправления; приостановления исполнения не соответствующих законодательству актов исполнительных органов государственной власти или актов органов местного самоуправления; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 на основании договора купли-продажи от 

<

дата обезличена> является собственником земельного участка, площадью 2725 кв.м., категории земель: земли населенных пунктов – для ведения личного подсобного хозяйства с кадастровым 

<

№>, с расположенным на нем жилым домом, общей площадью 45,1 кв.м. по адресу: 

<

адрес обезличен>, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права от 

<

дата обезличена>.

Собственником соседнего земельного участка, площадью 3300 кв. м, категории земель: земли населенных пунктов – для ведения личного подсобного хозяйства с кадастровым 

<

№>, с расположенным на нем жилым домом и хозяйственными постройками по адресу 

<

адрес обезличен>, на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 

<

дата обезличена>, является ФИО3, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 

<

дата обезличена>.

Указанные выше земельные участки поставлены на государственный кадастровый учет 

<

дата обезличена>, они являются смежными по отношению друг к другу, имеют одну общую границу, вдоль которой установлено ограждение.

На земельном участке ответчика ФИО3 по сведениям технического паспорта по состоянию на 

<

дата обезличена> вдоль смежной границы расположены гараж (Г9), сарай (Г8), летняя кухня (Г6). Указанные строения также отображены в техническом паспорте по состоянию на 

<

дата обезличена> – гараж (литер ХI), погребица (литер Х), летняя кухня (литер IХ).

Из письма 

<

№> от 

<

дата обезличена> ГБУ РБ «Государственной кадастровой оценки и технической инвентаризации» Стерлитамакского филиала Мелеузовского участка следует, что служебные постройки, а именно Г6 (летняя кухня), Г8 (сарай), Г9 (гараж), включенные в состав объекта согласно техническому паспорту по состоянию на 

<

дата обезличена>, отражены в техническом паспорте по состоянию на 

<

дата обезличена> соответственно: литер IХ (летняя кухня), литер Х (погребица), литер ХI (гараж). Данный факт подтверждает, что вышеуказанные строения вспомогательного назначения были возведены до 

<

дата обезличена> 

Из реестрового дела объекта недвижимости 

<

№> по адресу 

<

адрес обезличен>, следует, что в списке кадастровых участков в черте населенного пункта 

<

адрес обезличен> по факту площадь указанного земельного участка составляет 0,2725 га.

Согласно реестрового дела объекта недвижимости 

<

№> по адресу 

<

адрес обезличен>, следует, что в списке кадастровых участков в черте населенного пункта 

<

адрес обезличен> по факту площадь указанного земельного участка составляет 0,3300 га, по учету составляет 0,3640 га, разница -0,0340 га.

Из свидетельства на право собственности, на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей, выданного ... поселковым Советом 

<

дата обезличена> следует, что постановлением 

<

№> от 

<

дата обезличена> ФИО4 для ведения приусадебного хозяйства предоставлен земельный участок площадью 0,364 га, размерами в плане: ширина участка по уличному фронту – 24,0 м, длина границы – 140 м, ширина задней границы участка – 28 м.

Согласно выписки из похозяйственной книги от 

<

дата обезличена>, ФИО4 принадлежит на праве пользования земельный участок по адресу 

<

адрес обезличен> площадью 3300 кв.м.

В ситуационном плане земельных участков, расположенных по адресу: 

<

адрес обезличен> обозначены границы земельного участка по сведениям ГКН, площадь земельного участка 

<

№> равна 3300 кв.м., площадь земельного участка 

<

№> равна 2725 кв.м. Обозначены границы земельного участка по фактическому землепользованию – по факту площадь земельного участка 

<

№> равна 3248 кв.м. Расстояние от т.6 по фактическому использованию до границы по сведениям ГКН составляет 0,39 м.

Из имеющихся в деле фотографий, и объяснений лиц, участвующих в деле, следует, что вдоль смежной границы на участке ФИО3 расположены гараж, сарай (погребица), летняя кухня, скат крыши, которых ориентирован в сторону земельного участка истца. Между земельными участками имеется деревянный забор.

Заявляя исковые требования, ФИО1 указал, что гараж и хозяйственные постройки ответчика расположены на смежной границе. Выход крыши указанных строений на участок истца составляет 1 метр, что приводит к падению осадков на его участок, чем нарушаются его права пользования участком. Кроме того, указывает, что ответчик установил забор на принадлежащем ему земельном участке.

С целью правильного рассмотрения и разрешения возникшего между сторонами спора судом была назначена комплексная землеустроительная, строительно-техническая экспертиза.

Из экспертного заключения ООО Архитектурно-проектное бюро «Первый эксперт» 

<

№> от 

<

дата обезличена> следует, что ответ по первому вопросу – расположение фактически существующей смежной границы земельных участков с кадастровыми 

<

№>, 

<

№> (точки н14-н36) не соответствуют координатам спорной границы, указанным в кадастровой выписке в реестровом деле (точки 501, 502, 503, 504, 505) (см. приложение 2). Допустимое расхождение расположения фактически существующей смежной границы земельных участков с кадастровыми 

<

№>, 

<

№> и границы, указанной в кадастровой выписке, не должна превышать 0,10 метра. Расхождение границ в точках н23, 503, н26, н35, н36, 505 является допустимой. 

Ответ по второму вопросу: экспертом установлено, что расположение фактически существующей смежной границы земельных участков с кадастровыми 

<

№>, 

<

№> (точки н14-н36) не соответствуют координатам спорной границы по правоустанавливающим документам (точки н501, н502, н503, н504, н505) в точках (см. схему приложение 4). Допустимое расхождение расположения фактически существующей смежной границы земельных участков с кадастровыми 

<

№>, 

<

№> и границы по правоустанавливающим документам не должна превышать 0,10 метра. Расхождение границ в точках н502, н15, н16, н17, н18, н19, н20, н21, н22, н27, н504, н31, н32, н33 является допустимой. 

Причины несоответствия существующей смежной границы земельных участков правоустанавливающим документам: 1) при проведении инвентаризации земель в 

<

адрес обезличен> на местности отсутствовало закрепление смежной границы земельных участков с кадастровыми 

<

№>, 

<

№> долговременными межевыми знаками; 2) сведения о границах земельных участков с кадастровыми 

<

№>, 

<

№> внесены в ЕГРН на основании инвентаризации земель в 

<

адрес обезличен>; 3) межевание земельных участков с кадастровыми 

<

№>, 

<

№> в соответствии с инструкцией по межеванию не проводилось.

Ответ по третьему вопросу: площадь земельного участка с кадастровым 

<

№> по фактически существующим границам составляет 3285 +/- 20 кв.м., по сведениям кадастровой выписки (в реестровом деле) – 3300 кв.м., по правоустанавливающему документу – 3640 кв.м. Площадь земельного участка с кадастровым 

<

№> по фактически существующим границам составляет 3222 +/- 18 кв.м., по сведениям кадастровой выписки (в реестровом деле) – 2725 кв.м. Экспертом выявлено несоответствие фактических площадей земельных участков с кадастровыми 

<

№>, 

<

№> площадям указанных земельных участков правоустанавливающим документам. Причинами несоответствия фактических площадей площадям указанных земельных участков правоустанавливающим документам: 1) сведения о границах земельных участков с кадастровыми 

<

№> 

<

№> внесены в ЕГРН на основании инвентаризации земель в 

<

адрес обезличен>; 2) межевание земельных участков с кадастровыми 

<

№>, 

<

№> в соответствии с инструкцией по межеванию не проводилось. Для устранения несоответствия местоположения границ и площади указанных земельных участков необходимо внести верные координаты местоположения границ земельных участков в ЕГРН путем проведения кадастровых работ.

Ответ по четвертому вопросу: кирпичный гараж (лит.Г9) расположен от смежной границы по сведениям ГКН на расстоянии 0,88….0,97 (+/- 0,10) м., по фактическому землепользованию на расстоянии 0,66….0,81….0,70 (+/- 0,20) м. Деревянный сарай (лит.Г8) расположен от смежной границы по сведениям ГКН на расстоянии 1,50….1,57 (+/- 0,10) м, по фактическому землепользованию на расстоянии 1,23….1,30 (+/- 0,20) м. Деревянный летник (лит.Г6, Г7) расположен от смежной границы по сведениям ГКН на расстоянии 1,40….2,58 (+/- 0,10) м, по фактическому землепользованию на расстоянии 1,12….2,06 (+/- 0,20) м.

Ответ по пятому вопросу: кирпичный гараж (литера Г9 - 1970 год постройки) – согласно требованиям СНиП расстояния (разрывы) от гаражей размещенных на приусадебном участке до границ смежных участков не регламентировались. Деревянный сарай (литера Г8 - 1990 год постройки) нарушает требования санитарные и бытовые условия, т.к. его расстояние до окон жилого дома 

<

№> не превышает 3,75 м., противопожарное расстояние должно быть не менее 15 м. Расстояние между деревянной летней кухней (литер Г6-

<

дата обезличена> постройки) и жилым домом 

<

№> не превышает 15 м.

Ответ по шестому вопросу: крыши хозяйственных построек (литер Г6 и Г8) и гаража (литер Г9) двускатные и скаты одной из сторон ориентированы на земельный участок по адресу: 

<

адрес обезличен>, что в свою очередь несет в себе угрозу схода снега в холодный период года и ската дождевой воды в теплый период и межсезонье.

Ответ по седьмому вопросу: причиной попадания осадков в виде дождя и снега является не расположение объектов в целом, а именно ориентация скатов крыши построек, находящихся по адресу: 

<

адрес обезличен>.

Ответ по восьмому вопросу: установлено, что скат крыши кирпичного гаража (литер Г9) ориентированный на участок по адресу: 

<

адрес обезличен> уже оборудован снегозадержателями, однако они разукомплектованы (отсутствуют верхние штанги - овальная труба). Для устранения попадания атмосферных осадков в виде снега на участок истца, по адресу: 

<

адрес обезличен> следует доукомплектовать существующие снегозадержатели установленные на скате крыши кирпичного гаража (литер Г9) отсутствующими штангами. Произвести монтаж снегозадержателей на скаты крыш хозяйственных построек: сарай (литер 8) и летняя кухня (литер Г6). Не допускать скопления критической массы снега на скатах крыши – периодически счищать задержанный снегозадержателями снег. Для устранения попадания атмосферных осадков в виде дождя на участок истца следует произвести монтаж систем водостока.

Оценивая по правилам ст. 67 ГПК РФ заключение экспертов, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оснований усомниться в правильности и достоверности вывода экспертов, исходя из вида экспертного учреждения, опыта экспертов и квалификации, и не принять в качестве доказательства указанное экспертное заключение у суда не имеется. Суд принимает указанное заключение эксперта, как относимое, допустимое и достоверное доказательство по делу, поскольку эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения; его выводы являются обоснованными и последовательными. Выводы экспертов представляются ясными и понятными.

Истец ФИО1 обосновывает свои требования об изменении конфигурации кровли кирпичного гаража, деревянного сарая, деревянного летника, расположенных на участке ФИО3, падением осадков на его участок, которые нарушают его права.

Между тем падение осадков на участок истца не свидетельствует о безусловном основании для понуждения ответчика к изменению конфигурации крыши.

Из заключения судебной экспертизы следует, что устранение препятствий в пользовании земельным участком истца путем изменении конфигурации крыши строений ответчика не носит категоричного характера. Эксперт указывает на необходимость доукомплектовать снегозадержатели на скате крыши кирпичного гаража отсутствующими штангами, произвести монтаж снегозадержателей на скаты крыш сарая и летней кухни и периодически счищать снег.

Истцом требований к ответчику о выполнении мероприятий по установке снегозадерживающих устройств, указанных экспертом в заключении, с целью устранения нарушений прав истца, суду не заявлено.

Согласно ч.3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По смыслу приведенной нормы, в гражданском процессе действует презумпция, согласно которой на ответчика не может быть возложена ответственность, если истец не доказал обстоятельства, подтверждающие его требования.

В силу требований, указанных положений на истца возлагается обязанность доказать основание возникновения ответственности у ответчика в виде изменении конфигурации крыши строений, нарушения его прав и законных интересов действиями ответчика. Однако, таких доказательств истцом суду не представлено.

Таким образом, суд полагает, что истцом не доказано, что избранный им способ устранения его прав и законных интересов, путем реконструкции крыши обеспечивает баланс интересов сторон, соразмерен объему нарушенного права и не выходит за пределы действий, необходимых для его восстановления. Реконструкция крыши строений не является единственно возможным и необходимым способом, обеспечивающим защиту прав истца. Истец не лишен права требования устранения выявленных недостатков иным установленным законом способом.

При таком положении, суд не усматривает оснований для удовлетворения требований истца о возложении обязанности на ответчика перестроения ската кровли кирпичного гаража, деревянного сарая, деревянного летника в противоположную сторону.

Разрешая требования ФИО1 о переносе смежного забора между спорными земельными участками на 70 см в сторону земельного участка ответчика, суд приходит к следующему.

Учитывая, что разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируется (п. 3 ст. 10 ГК РФ), а также исходя из положений ст. 304 ГК РФ, истец должен доказать суду следующее:

принадлежность ему земельного участка на праве собственности или на ином законном основании (титульное владение);

факт установления местоположения границ принадлежащего ему земельного участка в соответствии с требованиями земельного законодательства (межевые планы, акты согласования границ земельного участка, решения органа кадастрового учета о внесении изменений объекта недвижимости земельного участка в ГКН и т.п.);

факт нарушения ответчиком границ принадлежащего ему земельного участка, установленных в соответствии с требованиями земельного законодательства, повлекших уменьшение площади его земельного участка либо иное нарушение его прав и законных интересов.

Как установлено в судебном заседании, забор между участками сторон, который прерывался на расстоянии 70 см от крайних границ кирпичного гаража, всегда существовал. ФИО3 указал, что установил фрагмент забора на месте его прерывания за кирпичным гаражом по прямой линии, т.е. на смежной границе, что соответствует правоустанавливающим документам.

В реестровых делах на земельные участки сторон с кадастровыми 

<

№>, 

<

№> смежной границей является граница по точкам 501, 502, 503, 504, 505. В ЕГРН содержатся сведения о координатах смежной границы указанных земельных участков. Из плана границ земельных участков в указанных документах следует, что смежная граница участков сторон имеет конфигурацию прямой линии.

Фрагмент забора между земельными участками с кадастровыми 

<

№>, 

<

№> был установлен по смежной границе, который соответствует границе согласно реестровых дел и выписки из ЕГРН.

Истец ФИО1 утверждает, что кирпичная стена гаража служит смежной границей их участков.

Данные утверждения истца относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждены, то есть являются не более чем голословным заявлением.

Кроме того, доводы истца о том, что возведением фрагмента забора уменьшена площадь его земельного участка, суд во внимание не принимает.

Из заключения судебной экспертизы следует, что фактические площади земельных участков сторон не соответствуют их площади согласно правоустанавливающих документов.

Земельный участок истца ФИО1 фактически имеет площадь 3222 +/- 18 кв.м., вместо указанной в документах - 2725 кв. м. Земельный участок ответчика ФИО3 имеет площадь по документам: по ЕГРН - 3300 кв. м. и по правоустанавливающему документу – 3640 кв.м., а фактически – 3285 +/- 20 кв. м. Документального подтверждения на основании чего произошло увеличение площади истца и уменьшение площади ответчика земельных участков, не имеется.

Поскольку требование истца не направлено на защиту конкретных нарушенных прав, носит предположительный характер, оно в силу ст. 3 ГПК РФ не подлежит судебной защите. Правовые основания для возложения на ответчика обязанности по переносу смежного забора в сторону земельного участка ответчика, отсутствуют, поскольку доказательств нарушения прав истца, фрагментом возведенного забора ответчиком, не представлено.

Согласно заключению судебной экспертизы причинами несоответствия фактических площадей площадям указанных земельных участков правоустанавливающим документам является то, что сведения о границах земельных участков сторон внесены в ЕГРН на основании инвентаризации земель в д.Юмаково и межевание их земельных участков в соответствии с инструкцией по межеванию не проводилось. Устранение несоответствия местоположения границ и площади спорных земельных участков экспертом указано необходимостью внесения верных координат местоположения границ земельных участков в ЕГРН путем проведения кадастровых работ.

Таким образом, суд считает необходимым отметить, что ФИО1 не лишен права на проведение кадастровых работ с целью внесения верных координат местоположения границ земельных участков в ЕГРН.

На основании изложенного, суд полагает, что требования ФИО1 о возложении обязанности на ответчика перестроения ската кровли кирпичного гаража, деревянного сарая, деревянного летника в противоположную сторону и о переносе смежного забора между земельными участками сторон на 70 см в сторону земельного участка ответчика являются необоснованными, в связи с чем в удовлетворении исковых требований следует отказать.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ.

В соответствии с ч.3 ст.95 ГПК РФ размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

На основании определения Мелеузовского районного суда РБ от 

<

дата обезличена> ООО Архитектурно-проектное бюро «Первый эксперт» изготовлено экспертное заключение 

<

№> от 

<

дата обезличена> по данному делу.

При поступлении экспертного заключения в суд одновременно поступило заявление ООО Архитектурно-проектное бюро «Первый эксперт» о взыскании расходов в размере 70 000 руб., понесенных по проведению экспертизы.

Учитывая, что в удовлетворении исковых требований отказано, суд полагает заявление ООО Архитектурно-проектное бюро «Первый эксперт» необходимо удовлетворить, взыскать с ФИО1 в пользу ООО Архитектурно-проектное бюро «Первый эксперт» расходы по проведению экспертизы в размере 70 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, отказать. 

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО Архитектурно-проектное бюро «Первый эксперт» расходы по проведению экспертизы в размере 70 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан путем подачи жалобы через Мелеузовский районный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Л.И. Насырова

В окончательной форме решение принято 27 декабря 2019 года.