Гр. Дело № 2-87/16-2024 (2-4154/16-2023;)

46RS0030-01-2023-005186-52

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 мая 2024 года город Курск

Ленинский районный суд г. Курска в составе:

председательствующего судьи Костиной К.А.,

с участием помощника прокурора ЦАО г. Курска ФИО1,

при секретаре – помощнике ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, ФИО4 к Областному бюджетному учреждению здравоохранения «Курская областная многопрофильная клиническая больница», Областному бюджетному учреждению здравоохранения «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при оказании медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, ФИО4 обратилась в суд с иском к Областному бюджетному учреждению здравоохранения «Курская областная многопрофильная клиническая больница», Областному бюджетному учреждению здравоохранения «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда при оказании медицинской помощи.

В обоснование указано, что ФИО5, который приходился отцом ФИО3, супругом ФИО4, был госпитализирован в «Курская областная многопрофильная клиническая больница» КЗ КО с диагнозом «

<

данные изъяты>», что требовало неотложного хирургического вмешательства. После госпитализации в тот же день он был переведен в ОБУЗ городская клиническая больница скорой медицинской помощи» с диагнозом «

<

данные изъяты>» в «красную зону», где сотрудники ОБУЗ «КГКБ СМП», не получив результаты тестирования на COVID-19, назначили ему лечение от коронавирусной инфекции.

Операция в связи с заболеванием «

<

данные изъяты>», причиной которого послужила госпитализация ФИО5, была проведена лишь ДД.ММ.ГГГГ.

Утром ДД.ММ.ГГГГ наступила смерть ФИО5, что связано с несвоевременным и некачественным оказанием медицинской помощи.

Указывая, что случившееся видится недопустимым, негативно сказалось на психологическом и физическом состоянии истцов, обращаясь с настоящим иском, просили суд взыскать солидарно с Областного бюджетного учреждения здравоохранения «Курская областная многопрофильная клиническая больница», Областного бюджетного учреждения здравоохранения «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» в пользу ФИО3 и ФИО4 компенсацию морального вреда за некачественное оказание услуг, повлекшее смерть родственника, в размере 1 000 000 руб. каждому.

В судебное заседание истец ФИО4, надлежаще извещенная, не явилась.

ФИО3, его представитель по доверенности ФИО6 в судебном заседании просили иск удовлетворить в полном объеме по основаниям, в нем изложенным.

Представитель ответчика Областного бюджетного учреждения здравоохранения «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» по доверенности ФИО7 в судебном заседании требования иска не признала, просила отказать в его удовлетворении. Пояснила, что действия врачей медицинского учреждения в полном объеме производились в соответствии с существующим порядком оказания медицинской помощи. Так, в 2021 г. больные пациенты с подозрением на ковид-инфекцию подлежали направлению в профильные учреждения. ФИО8 поступил в лечебное с диагнозом подозрение на ковид-инфекцию. Были проведены необходимые обследования. Смерть пациента наступила от острого перитонита. Симптомы имелись у него на протяжении недели с его слов. Причинение вреда должно обладать причинно-следственной связью, которая в данном случае отсутствует. В заключении эксперта, установлена косвенная причинно-следственной связь между смертью пациента и действиями врачей. Полагала, что медперсоналом учреждения было сделано всё возможное в сложившейся ситуации.

Представитель ответчика ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» по доверенности ФИО9 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении заявленных требований. Пояснила, что, поскольку больной был доставлен с подозрением на двустороннюю пневмонию, первоочередной задачей было исключить у него ковид-заболевание. Это возможно было только путем проведения КТ-исследования. По признакам исследования имелись основания подозревать у пациента ковид-инфекцию. В связи с чем, ФИО5 в тот же день был переведен в БСМП по профилю инфекционного стационара. В ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница»пациент пробыл очень короткий промежуток времени. Полагала, что вины медперсонала больницы в неблагоприятном исходе в столь короткий промежуток времени не имелось.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, относительно предмета спора, Министерства здравоохранения Курской области по доверенности ФИО10 в судебном заседании поддержала позицию ответчиков, просила в иске отказать.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО11 в судебном заседании оставил разрешение спора на усмотрение суда.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО12, ФИО13 надлежаще извещенные, в судебное заседание не явились.

С учетом мнения участников процесса, в соответствии со ст.ст.12, 35, 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть гражданское дело при имеющейся явке по имеющимся в деле доказательствам.

Выслушав объяснения участвующих лиц, показания свидетелей, заключение прокурора, полагавшего заявленные требования частичному удовлетворению, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 данного Федерального закона закреплены основные принципы охраны здоровья граждан, в числе которых соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5-7).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п. 21 ст. 2 этого же Федерального закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.2 и 3 ст.98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 ГК РФ).

Согласно п.1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда (п. 32 Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Согласно пп.14,25,26,27,30,48,49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). 

Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

При разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. 

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. 

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда. 

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Пунктом 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Согласно пунктам 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (ст. 1068 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Судом установлено, чтоДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 26 минут ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., доставлен машиной скорой помощи в приемное отделение ОБУЗ «КОМКБ». В приемном отделении ФИО5 осмотрен хирургом, выполнено КТ легких, на основании чего установлен диагноз: «

<

данные изъяты>?». В связи с тем, что на момент ДД.ММ.ГГГГ на территории Курской области действовал приказ № от ДД.ММ.ГГГГ «О временной маршрутизации населения с инфекционными заболеваниями, внебольничными пневмониями», сотрудниками ОБУЗ «КОМКБ» ФИО5 был направлен в ОБУЗ «КГКБ СМП».

В тот же день - ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 поступил в ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» с жалобами на острые боли в животе, сопровождающиеся повышенной температурой и вздутием живота, где ему был установлен диагноз: 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ, находясь в ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи», ФИО5 скончался.

Данные обстоятельства подтверждаются записями медицинской документации, имеющейся в деле, свидетельством о смерти ФИО5

ФИО5 приходился истцу ФИО3 отцом, а ФИО4 супругом, что подтверждается представленными в материалы дела копиями свидетельств о рождении, браке.

Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ в отношении сотрудников ОБУЗ «КГКБ СМП» ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО12, ФИО17, ФИО18 и сотрудников ОБУЗ «КГССМП» ФИО19, ФИО20 в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием в их действиях признаков преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 109, ч. 2 ст. 293 УК РФ, по основаниям п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ.

Также согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ также отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО11 по основанию, предусмотренному п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.

В соответствии с выводами проведенной по настоящему делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы ФГБУЗ КБ № ФМБА России № от 29.03.2024на основании изучения предоставленных медицинских документов и материалов настоящего гражданского дела, данных представленных медицинских документов, с учетом обстоятельств дела и в соответствии с поставленными вопросами, комиссия экспертов установила следующее.

При обращении ФИО5 за медицинской помощью в ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница», согласно медицинской документации у него имелись жалобы, характерные для острого холецистита и механической желтухи: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

История заболевания: считает себя больным около 1 недели, когда впервые появились вышеуказанные жалобы».

Наличие острой хирургической патологии подтверждено и данными объективного осмотра хирургом ДД.ММ.ГГГГ в 14:21: «

<

данные изъяты>. Тоны сердца приглушены, ритм правильный. Язык влажный.

Живот не вздут, участвует в акте дыхания. При пальпации мягкий, болезненный в эпигастрии, правом подреберье».

Согласно «Клиническим рекомендациям «Острый холецистит» разработанных Общероссийской общественной организацией "Российское общество хирургов", одобренных Научно-практическим советом Минздрава РФ и утвержденных Министерством здравоохранения РФ в 2021: «...

Острый холангит - острое воспаление желчных протоков неспецифического и специфического (чаще всего паразитарного) характера, сопровождающееся при генерализации процесса развитием холангиогенного сепсиса и полиорганной дисфункции.

Холедохолитиаз - конкременты желчных протоков, объединяемые общим понятием, представляющим одну из форм желчнокаменной болезни.

Механическая желтуха (синонимы: подпеченочная, обтурационная,

обструктивная) - синдром нарушений гомеостаза с прогрессированием в полиорганную недостаточность, возникающий при нарушении оттока желчи из печени в желудочно- кишечный тракт.

Развитию острого калькулезного холецистита обычно предшествует приступ желчной колики, спровоцированный употреблением жирной пищи, большим перерывом в еде, тряской ездой и резкими изменениями положения тела.

При сборе анамнеза 45 - 80% таких пациентов сообщают о наличии в прошлом подобных приступов. Продолжительность колики, приводящая к развитию острого холецистита, обычно превышает несколько часов. При развитии острого холецистита боль нарастает, захватывая правое подреберье и эпигастральную область, может иррадиировать в межлопаточную область, правую лопатку или плечо. Боль по характеру постоянная или схваткообразная, тупая, иногда мучительная. Присоединяются признаки раздражения брюшины - усиление боли при сотрясении брюшной стенки и глубоком вдохе. Возможны рвота, вздутие живота и одышка вследствие вынужденного ограничения глубины вдоха. Наблюдается лихорадка низких градаций, реже - высокая с ознобом. Позднее возможно присоединение желтухи вследствие вовлечения в воспаление прилегающей ткани печени, желчных протоков и лимфоузлов. Признаки разлитого перитонита определяются при перфорации желчного пузыря. В большинстве случаев продолжительность острого холецистита составляет 1-4 дня. Возможно самопроизвольное стихание воспалительного процесса или его прогрессирование с развитием жизнеугрожающих осложнений. У 10 - 30% пациентов с острым холециститом развиваются гангрена, эмпиема или перфорация желчного пузыря; возможно развитие восходящего холангита.

Вариабельность симптомов острого холецистита весьма значительна, в связи с чем, исключить это заболевание на основании только клинических данных весьма затруднительно. При развитии признаков механической желтухи, острого холангита или острого панкреатита следует исключить сопутствующий холедохолитиаз. Острый холангит развивается у пациентов с холедохолитиазом и в классических случаях проявляется триадой Шарко - болью и наличием болезненности при пальпации в правом верхнем квадранте живота, гектической лихорадкой с ознобами, и механической желтухой.

Диагноз острый холецистит устанавливается на основании следующих данных:

- клинических (боль в правом подреберье);

- лабораторных (увеличение лейкоцитов крови более 10 109/л с увеличением числа нейтрофильных и палочкоядерных форм);

- инструментальных (характерные ультразвуковые признаки ОХ: увеличение размеров желчного пузыря; утолщение стенки более 3 мм с признаками ее отека и нарушением эхоструктуры; наличие блокирующего конкремента в шейке желчного пузыря в случае острого калькулезного холецистита; наличие перивезикального жидкостного скопления.

Дифференциальный диагноз при подозрении на острый холецистит включает ряд экстра- и интраабдоминальных заболеваний:

- правосторонняя нижнедолевая пневмония;

- инфаркт миокарда;

- опоясывающий лишай;

- язвенная болезнь в ст. обострения;

- перфоративная язва;

- острый панкреатит; - гепатит;

- острая кишечная непроходимость;

- острый аппендицит.

Лечение, включая медикаментозную и немедикаментозную терапии, диетотерапию, обезболивание, медицинские показания и противопоказания к применению методов лечения:

Консервативное лечение

- Пациентам с желчной коликой и острым холециститом с целью купирования боли рекомендуется назначение спазмолитиков (АТХ Папаверин и его производные) парентерально до момента разрешения симптомов или проведения ранней холецистэктомии.

- Пациентам с острым холециститом рекомендуется инфузионная терапия с целью коррекции метаболических нарушений (использование растворов, влияющих на водноэлектролитный баланс, кровезаменителей и препаратов плазмы крови, перфузионных растворов.

Начальное лечение осуществляют с помощью инфузионной терапии, антибиотиков и спазмолитиков (АТХ Папаверин и его производные), с мониторингом артериального давления, пульса и темпа диуреза. Следует считаться с тем, что приконсервативном лечении острого холецистита клинические проявления заболевания стихают примерно у 50% пациентов, тогда как у остальных заболевание либо прогрессирует, либо длительно сохраняются симптомы воспаления, что затягивает сроки выздоровления.

Консервативное лечение ОХ, особенно у пациентов пожилого и старческого возраста часто затушевывает клиническую симптоматику, не предотвращая прогрессирования деструктивных изменений в желчном пузыре и воспалительных явлений в брюшной полости. Продолжительное консервативное лечение при сомнительном эффекте от его проведения может существенно осложнить последующее хирургическое лечение и повысить риск осложнении.Для инфузионной терапии могут быть использованы кристаллоидные плазмозаменители (АТХ кровезаменители и препараты плазмы крови или растворы, влияющие на водно-электролитный баланс). Контрольными показателями эффективности проводимого в ОРИТ лечения являются: центральное венозное давление на уровне от 8 до 12 мм рт. ст., среднее АД - более 65 мм рт. ст., сатурация венозной крови - более 70%, а темп диуреза - более 0,5 мл/кг/ч.

Вазопрессорные препараты показаны при сохраняющейся гипотонии, несмотря на проводимую адекватную инфузионную терапию.

Лечение осуществляется на фоне коррекции сопутствующей патологии, для чего привлекаются профильные специалисты.

Антибактериальная терапия.

- Пациентам с острым холециститом в назначении антибиотиков рекомендуется индивидуальный подход на основании данных клинических, лабораторных и инструментальных методов обследования. В начальном периоде антимикробное лечение является профилактическим, предотвращая прогрессирование инфекции. В других случаях, с клиническими проявлениями воспаления, она уже является терапевтическим мероприятием и может потребоваться до тех пор, пока желчный пузырь не будет удален. Антибиотикотерапия играет роль предоперационной подготовки и способствует улучшению течения периода после холецистэктомии.

При назначении противовоспалительной терапии следует учитывать несколько положений, с которыми следует считаться при выборе конкретных антибактериальных средств: тяжесть состояния пациента, наличие сопутствующих заболеваний, аллергии, местные уровни устойчивости и история предыдущего использования антибиотиков. -

Хирургическое лечение.

- Хирургическое лечение пациентам с острым холециститом рекомендуется выполнять в ранние сроки (до 72 часов) от начала заболевания.

В настоящее время наиболее предпочтительной является активная хирургическая тактика, при которой вопрос о необходимости операции решается тот час при установлении диагноза обтурапионного или деструктивного холецистита Grade I и Grade II.

- Пациентам с ОХ рекомендуется выполнять раннюю лапароскопическую холецистэктомию, как только подготовлены соответствующие условия для оперативного вмешательства.

Большинство экспертов считают, что раннюю холецистэктомию следует выполнять, как только подготовлены соответствующие условия для оперативного вмешательства.

При необоснованном затягивании оперативного вмешательства в первые 5 - 7 суток, на второй неделе часто наблюдается развитие инфильтрата в подпеченочном пространстве, включающего измененный желчный пузырь (с явлениями флегмонозного или гангренозного воспаления), сальник, петли тонкой и толстой кишки, элементы печеночно-двенадцатиперстной связки, что затрудняет холецистэктомию и повышает риск интраоперационных осложнений.

- Пациентам с острым холециститом рекомендуется выполнять холецистэктомию из минилапаротомного доступа в качестве альтернативы лапароскопическойхолецистэктомии.

- Пациентам с ОХ с высоким операционно-анестезиологическим риском, обусловленным декомпенсацией сопутствующих заболеваний, возрастом, осложнениями ЖКБ или выраженными воспалительно-инфильтративными изменениями, у которых, однако, имеются перспективы проведения радикальной хирургической операции, рекомендуется наложить чрескожную чреспеченочную холецистостому под контролем ультразвукового исследования с последующим решением вопроса о выполнении холецистэктомии в плановом порядке.

При высоком уровне операционно-анестезиологического риска у пациента с острым холециститом возможно двухэтапное лечение с преимущественным применением минимально инвазивных технологий:

а) I этап - декомпрессия или дренирование желчного пузыря (чрескожная пункция желчного пузыря или чрескожная чреспеченочная холецистостомия под контролем ультразвукового исследования);

б) II этап - отсроченная операция – лапароскопическая холецистэктомия (ЛХЭ), холецистэктомия из минилапаротомного доступа (МХЭ) или открытая холецистэктомия (ОХЭ).

- Пациентам с острым холециститом, осложненным перитонитом, рекомендуется выполнять экстренную операцию в первые 2-3 часа с момента поступления.

Хирургическое лечение пациентов с острым холециститом, осложненным механической желтухой.

- У пациентов с острым холециститом, осложненным механической желтухой без признаков перитонита, рекомендуется выполнение эндоскопической папиллосфинктеротомии и литоэкстрации конкрементов из холедоха с последующей холецистэктомией, выполненной одномоментно или в течение ближайших дней.

Согласно «Временным методическим рекомендациям «Профилактика,диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19). Версия 10» (утв. М3 РФ ДД.ММ.ГГГГ): «...

Подозрительный на COVID-19 случай:

Клинические проявления острой респираторной инфекции (ОРИ) (температура (t) тела выше 37,5 °С и один или более из следующих признаков:

кашель - сухой или со скудной мокротой, одышка, ощущение заложенности в грудной клетке, насыщение крови кислородом по данным пульсоксиметрии (Sp02) 

<

 95%, боль в горле, заложенность носа или умеренная ринорея, нарушение или потеря обоняния (гипосмия или аносмия), потеря вкуса (дисгевзия), конъюнктивит, слабость, мышечные боли, головная боль, рвота, диарея, кожная сыпь) при отсутствии других известных причин, которые объясняют клиническую картину вне зависимости от эпидемиологического анамнеза.

Вероятный (клинически подтвержденный) случай COVID-19

1. Клинические проявления ОРИ (t тела > 37,5 °С и один или более признаков: кашель, сухой или со скудной мокротой, одышка, ощущение заложенности в грудной клетке, Sp02 

<

 95%, боль в горле, заложенность носа или (умеренная ринорея, нарушение или потеря обоняния (гипосмия или аносмия), потеря вкуса идисгевзия), конъюнктивит, слабость, мышечные боли, головная боль, рвота, диарея, кожная сыпь) при наличии хотя бы одного из эпидемиологических признаков:

- Возвращение из зарубежной поездки за 14 дней до появления симптомов;

- Наличие тесных контактов за последние 14 дней с лицом, находящимся под наблюдением по COVID-19, который в последующем заболел;

- Наличие тесных контактов за последние 14 дней, с лицом, у которого лабораторно подтвержден диагноз COVID-19;

- Наличие профессиональных контактов с лицами, у которых выявлен подозрительный или подтвержденный случай заболевания COVID-19.

2. Наличие клинических проявления, указанных п. 1 в сочетании с характерными изменениями в легких по данным компьютерной томографии (КТ) вне зависимо от результатов однократного лабораторного исследования на наличие РНК SARS-Co-V-2 и эпидемиологического анамнеза.

3. Наличие клинических проявлений (указаны в п.1), в сочетании с характерными изменениями в легких по данным лучевых исследований (указаны в п.2) при невозможности проведения лабораторного исследования на наличие PHKSABS- CoV-2.

При наличии факторов, свидетельствующих о случае, подозрительном на COVID- 19, пациентам вне зависимости от вида оказания медицинской помощи проводится комплекс клинического обследования для определения степени тяжести состояния, включающий: сбор анамнеза, физикальное обследование, исследование

диагностического материала с применением метода амплификации нуклеиновых кислот, пульсоксиметрию. По результатам проведенного комплекса клинического обследования решается вопрос о виде оказания медицинской помощи и объеме дополнительного обследования.

Диагноз устанавливается на основании клинического обследования, данных эпидемиологического анамнеза и результатов лабораторных исследований.

Рекомендации по формулировке заключения КТ: вероятность связи выявленных изменений с пневмонией COVID-19 (рекомендации RSNA/ACR/BSTI/ESR-ESTI)

Признаки патологии при КТ

Возможная формулировка в заключении:

Типичная картина

Многочисленные двусторонние субплевральные уплотнения легочной ткани по типу «матового стекла», о в том числе с консолидацией и/или с симптомом «булыжной мостовой»;

Многочисленные двусторонние округлые участки уплотнения по типу «матового стекла» в глубине легочной ткани, о в том числе в сочетании с консолидацией и/или симптомом «булыжной мостовой»;

Участки уплотнения легочной ткани в виде сочетания «матового стекла» и консолидации с симптом «обратного ореола» как признаки организующейся пневмонии.

Высокая вероятность пневмонии COVID-19, с

учетом клинической картины имеются типичные КТ-признаки заболевания. Схожие изменения могут встречаться при других вирусных пневмониях, а также при болезнях соединительной ткани, быть связанными с токсическими действиям лекарств или иметь другую этиологию.

Неопределенная картина

Участки «матового стекла» преимущественно прикорневой локализации;

Мелкие участки «матового стекла» без типичного (периферического) распределения, не округлой формы;

Односторонние участки «матового стекла» в пределах одной доли, в сочетании с консолидацией или без нее.

Средняя (неопределенная) вероятность пневмонии COVID-19 Выявленные изменения могут быть проявлением COVID-19 пневмонии, но они неспецифичны и могут встречатьсяпри

других заболеваниях легких (указать каких, если

возможно: например, сердечная недостаточность.

бактериальная пневмония и др.)Следует

осторожно интерпретировать результаты КТ у пациентов с хроническим сопутствующими заболеваниями, при которых высока вероятность появления изменений в грудной полости ГИБС, онкологические заболевания, патология почек и др.)

Нетипичная картина

Консолидация доли (сегмента);

Очаги (в том числе симптом «дерево в почках»);

Объемные образования;

Полости в легких и в участках консолидации; • Равномерное утолщение междольковых перегородок с жидкостью в плевральных полостях (картина отека легких);

Субплевральные ретикулярные (сетчатые) изменения; • Лимфаденопатия без изменений в легких

Альтернативный диагноз Выявленные изменения не характерны для COVID-19 пневмонии. Следует рассмотреть возможность других заболеваний и патологических состояний (указать каких, если возможно; например, туберкулез, рак легкого, бактериальная пневмония и др.).

Нормальная картина

Нет признаков пневмонии или других патологических изменений*

Согласно Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ № н "Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи": «...

3.11.9. Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым при остром холецистите (коды по МКБ-10: К80.0; К81.0)

N

п/п

Критерии качества

Оценка

выполнения

1.

Выполнен осмотр врачом-хирургом не позднее 1 часа от момента поступления в стационар

Да/Нет

2.

Выполнен анализ крови биохимический общетерапевтический (билирубин, щелочная фосфатаза, аланинаминотрансфераза, аспартатаминотрансфераза, амилаза, мочевина, глюкоза)

Да/Нет

->

2).

Выполнено ультразвуковое исследование органов брюшной полости (комплексное) не позднее 2 часов от момента поступления в стационар

Да/Нет

4.

Начато проведение консервативной терапии не позднее 2 часов от момента поступления в стационар (при отсутствии медицинских противопоказаний)

Да/Нет

На основании изложенных требований приведенных документов, содержании медицинских документов пациента ФИО5 эксперты пришли к выводу, что за период его нахождения в Областном бюджетном учреждении здравоохранения «Курская областная многопрофильная клиническая больница» ДД.ММ.ГГГГ имели место дефекты оказания медицинской помощи больному с клинической картиной острого холецистита и механической желтухи:

- не выполнен анализ крови биохимический общетерапевтический (билирубин, щелочная фосфатаза, аланинаминотрансфераза (АЛТ), аспартатаминотрансфераза (ACT), амилаза, мочевина, глюкоза);

- не выполнено ультразвуковое исследование органов брюшной полости (комплексное) не позднее 2 часов от момента поступления в стационар;

- не начато проведение консервативной терапии не позднее 2 часов от момента поступления в стационар (при отсутствии медицинских противопоказаний);

- при наличии неопределенной рентгенологической картины по результатам компьютерной томографии органов грудной клетки, при отсутствии эпидемиологических данных и типичных симптомов острой респираторной инфекции, клинически случай неверно истолкован как подозрительный на COVID-19.

Сделан вывод о том, что указанные выше дефекты привели к выбору неправильной тактики лечения - медицинская эвакуация пациента с явными клиническими признаками острого холецистита с механической желтухой в ковидарный госпиталь, при отсутствии на то достаточных оснований, вместо госпитализации в хирургический стационар.

Также отмечено, что обращают на себя внимание противоречия во временных промежутках, указанных в медицинской карте № пациента, получающего медицинскую помощи в амбулаторных условиях (приемное отделение) из ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница». Так, согласно указанной карте, ФИО5 пребывал в данном учреждении с 14:26 до 18:49 ДД.ММ.ГГГГ. Согласно записям врача- хирурга, в 16:00 ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 был повторно осмотрен после проведения КТ органов грудной клетки, затем была вызвана бригада скорой медицинской помощи для транспортировки пациента в ОБУЗ «КГКБСМП». При этом, согласно справки № от ДД.ММ.ГГГГ по вызову скорой медицинской помощи из ОБУЗ «Курская городская станция скорой медицинской помощи», вызов № от ДД.ММ.ГГГГ для медицинской эвакуации пациента поступил 14:59 (за час до повторного осмотра врачом- хирургом), а в ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» ФИО5 поступил ДД.ММ.ГГГГ в 15:31 (за 29 минут до повторного осмотра хирургом ОБУЗ «КГКБСМП»).

При ответе на вопрос: «На основании всех представленных материалов дела, в том числе, медицинской документации, установить имеются ли дефекты оказания медицинской помощи ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (умершего ДД.ММ.ГГГГ) в период его нахождения в Областном бюджетном учреждении здравоохранения «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ? Если да, то какие именно?», экспертами установлено следующее.

Указано, что в первую очередь обращает на себя внимание то, что представленная медицинская карта № стационарного больного имеет исправления и дописки, что нарушает требования Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н "Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи".

Как следует из медицинской карты № стационарного больного из отделения для пациентов с новой коронавирусной инфекцией ОБУЗ Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» основным заболеванием у ФИО5 с момента поступления ДД.ММ.ГГГГ до наступления смерти ДД.ММ.ГГГГ в 10:00 рассматривалась новая коронавирусная инфекция COVID-19.

При этом, в нарушение «Временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19). Версия 10» (утв. М3 РФ ДД.ММ.ГГГГ) имели место невыполненные и несвоевременно выполненные лечебные мероприятия:

- не назначена и не проведена этиотропная (противорядная) терапия: Фавипиравир, Ремдесивир, Умифеновир, ФИО21, Интерферон-альфа;

- не назначено антиковидной плазмы;

- не проведена терапия глюкокортикостероидами (уровень интелейкина-6 в материале от ДД.ММ.ГГГГ - 894,2, при норме - до 10 пг/мл).

Отмечено, что диагноз «

<

данные изъяты> не нашел своего подтверждения ни при прижизненном, ни при постмортальном лабораторном исследовании, т.е., как отмечалось в ответе на вопрос №, не имел основания с первых часов обследования и лечения ФИО5

ФИО5 поступил в стационар ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» с достоверными признаками полиорганной недостаточности на фоне явлений механической желтухи и системно воспалительным синдромом:

- дыхательной: дыхание поверхностное, частотой 23-25 в 1 мин в покое, Sp02 - 80 % (без оксигенотерапии) - 96% на НИВЛ;

- почечной: уровень креатинина в биохимическом анализе крови от ДД.ММ.ГГГГ - 148,6 µmol/L при норме 62,9-114,9, уровень мочевины 10,6 mmol/1 при норме до 9,16;

- печеночной: незначительно заторможен, кожный покров и конъюнктивы субиктеричные, уровни билирубина и трансаминаз в биохимическом анализе крови от ДД.ММ.ГГГГ резко повышены;

- резко воспалительные изменения в общем анализе крови.

Воспалительные изменения в крови от ДД.ММ.ГГГГ (лейкоцитоз 15.9*109/л, количество палочкоядерных лейкоцитов - 30% ), резко повышенный уровень Д-димера (>5000, при норме до 400) в анализе от ДД.ММ.ГГГГ, тромбоцитопения (90*109/л при нижнем значении нормы 180*109/л), повышение уровня лактата в биохимическом анализе крови от ДД.ММ.ГГГГ (2,29 ммоль/л при норме до 2,2), повышение уровня ферритина до 186,2 нг/л (норма - до 150) при резко повышенном уровне С-реактивного белка до 152,4 mg/1 (норма - до 10) в совокупности с наличием пузырных симптомов (Симптом Ортнера, Кера, Калька слабо положительные.Симптом Керте сомнительный) свидетельствуют о развитии синдрома диссиминированного внутрисосудистого свертывания на фоне инфекционно-токсического состояния, обусловленного острой хирургической патологией желчного пузыря и желчевыводящих путей.

Экспертами указано, что согласно «Клиническим рекомендациям «

<

данные изъяты>», при клинической картине, имевшей место у ФИО5, с учетом возраста и сопутствующей патологии дыхательной и сердечно-сосудистой систем (хроническая обструктивная болезнь легких 3 ст., перибронхитический пневмосклероз, эмфизема легких, дыхательная недостаточность 3, хроническое скомпенсированное легочное сердце, хроническая сердечная недостаточность 2Б, 3 функциональный класс, гипертоническая болезнь 3 стадии, гипертрофия миокарда левого желудочка, риск 4) в условиях высокого операционно-анестезиологического риска, ФИО5 целесообразно было применение двухэтапного лечения с преимущественным применением минимально инвазивных технологий:

а) I этап - эндоскопическая ретроградная холангиопанкреатография (ЭРХПГ) или дренирование желчного пузыря (чрескожная пункция желчного пузыря или чрескожнаячреспеченочнаяхолецистостомия под контролем ультразвукового исследования);

б) II этап - отсроченная операция - лапароскопическаяхолецистэктомия (ЛХЭ), холецистэктомия из минилапаротомного доступа (МХЭ) или открытая холецистэктомия (ОХЭ).

Согласно Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н "Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи": «...

3.11.9. Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым при остром холецистите (коды по МКБ-10: К80.0; К81.0)

N

п/п

Критерии качества

Оценка

выполнения

4.

Начато проведение консервативной терапии не позднее 2 часов от момента поступления в стационар (при отсутствии медицинских противопоказаний)

Да/Нет

5.

Выполнено хирургическое вмешательство (при отсутствии эффекта от консервативной терапии на протяжении 24 часов от момента поступления в стационар)

Да/Нет

6.

Выполнена интраоперационноехолангиография во время хирургического вмешательства (при диаметре общего желчного протока свыше 10 мм)

Да/Нет

7.

Выполнено морфологическое (гистологическое) исследование препарата желчного пузыря (при хирургическом вмешательстве)

Да/Нет

8.

Выполнено бактериологическое исследование экссудата из брюшной полости с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам и другим лекарственным препаратам (при хирургическом вмешательстве)

Да/Нет

9.

Выполненахолецистостомия (при наличии медицинских противопоказаний к хирургическому вмешательству)

Да/Нет

12.

Отсутствие гнойно-септических осложнений в период госпитализации

Да/Нет

Экспертами сделан вывод, что при оказании медицинской помощи ФИО5 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» и в ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» имели место тактические дефекты, которые привели к прогрессированию имевшейся хирургической патологии, перфорации стенки желчного пузыря, развития желчного перитонита и инфекционно-токсическому шоку, что на фоне полиорганной недостаточности привело к наступлению неблагоприятного исхода в виде смерти пациента.

Согласно пункту 25 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утверждённых Приказом МЗиСР РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью.

Согласно пункту 6.2.7 (гнойно-септическое состояние: сепсис или перитонит, или гнойный плеврит, или флегмона) «Медицинских критериев», осложнения, развившиеся у ФИО5 по причине тактических и диагностических дефектов оказания медицинской помощи, по признаку вреда здоровью, опасный для жизни человека, вызвавший расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью, квалифицируются, как ТЯЖКИЙ вред здоровью.

Имевшие место дефекты оказания медицинской помощи ФИО5 как ОБУЗ«КОМКБ» так и в ОБУЗ «КГКБСМП» не явились первопричиной хирургической патологии желчного пузыря и желчевыводящих протоков, послужившей поводом для обращения за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ, однако создали благоприятные условия для прогрессирования имевшегося заболевания и возникновения осложнений у возрастного пациента с сопутствующей патологией дыхательной и сердечно-сосудистой систем, т.е. не являются непосредственной причиной смерти пациента, но состоят в косвенной причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом.

Суд принимает данное заключение экспертизы и кладет его в основу решения, так как экспертиза проведена на основании представленных медицинских документов и в соответствии с требованиями процессуального законодательства. В Заключении приведены ссылки на нормативную и методическую документацию, использованную при производстве экспертизы, данное заключение соответствует вопросам, поставленным перед экспертом, содержит полные и обоснованные выводы, эксперты имеют соответствующую квалификацию, судебная экспертиза проведена с соблюдением требований статей 84 - 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Вопреки доводам представителей ответчиков, отсутствие прямой причинно-следственной связи между оказанием ненадлежащим образом медицинской помощи ФИО5 и наступлением его смерти не является основанием для освобождения ответчиков от гражданско-правовой ответственности в связи с наличием косвенной (опосредованной) связи между вышеуказанными действиями врачей и наступившим ухудшением состояния здоровья и последовавши неблагоприятным исходом.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителей вреда и моральным вредом означает, что противоправное поведение влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага. 

Суд считает, что в данном случае юридическое значение имеет и косвенная (опосредованная) причинная связь, поскольку недостатки оказания работниками больниц медицинской помощи могли способствовать ухудшению состояния здоровья и привести к неблагоприятному исходу. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания, причиняет страдания, т.е. причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда. 

Таким образом, оценив представленные и исследованные в судебном заседании доказательства в порядке ст. 67 ГПК РФ в совокупности с материалами дела, суд приходит к выводу, что истцам безусловно причинены нравственные страдания, которые они испытывают до настоящего времени, и приходит к выводу о возложении на ответчиков обязанности по возмещению истцам причиненного морального вреда.

Ответчиками не представлено доказательств тому, что сотрудниками медицинских учреждений(ответчиков по делу) были предприняты возможные и необходимые лечебные мероприятия с целью предотвращения дальнейшего неблагоприятного исхода.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, а именно степень и форму вины ответчиков,характер родственных отношений истцов с погибшим, характер и тяжесть самого заболевания, степень переживаний и глубину нравственных страданий истцов, связанных с потерей родного человека, смерть которого, несомненно, является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, а также требования разумности и справедливости.

Факт близких отношений между погибшим и истцами и, как следствие, причинения последним нравственных страданий подтверждается пояснениями стороны истцов в судебных заседаниях.

Суд учитывает, что истцы имели с ФИО5 тесные и близкие отношения, он практически всю свою жизнь прожил со своей супругой ФИО4, они вырастили сына. Истцы лишились заботы и любви, а также остались без моральной поддержки своего близкого человека. 

Истцы, являясь близкими родственниками ФИО5, получившего медицинскую помощь с дефектами, в силу приведенных выше правовых норм имеют право на компенсацию причиненного им морального вреда, вызванного нравственными страданиями, переживаниями по поводу состояния здоровья близкого человека, его смерти в лечебном учреждении, осознанием того, что в медицинских учреждениях не смогли ему помочь.

Вместе с тем, с учетом степени разумности и справедливости суд полагает необходимым удовлетворить требования истцов частично и взыскать с ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» и ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб. 00 коп.с каждого ответчика.

Также взыскать с ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» и ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб. 00 коп.с каждого ответчика.

В остальной части иска отказать.

В соответствии с положениями ст.ст.98,103 ГПК РФ с ответчиков в доход местного бюджета надлежит взыскать судебные расходы по оплате государственной пошлины, от несения которых истец освобожден, в размере 300 рублей с каждого.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3, ФИО4 к Областному бюджетному учреждению здравоохранения «Курская областная многопрофильная клиническая больница», Областному бюджетному учреждению здравоохранения «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при оказании медицинской помощи, удовлетворить частично.

Взыскать с ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб. 00 коп.

Взыскать с ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб. 00 коп.

Взыскать с ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб. 00 коп.

Взыскать с ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб. 00 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница», ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» госпошлину в доход бюджета МО «город Курск» по 300 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курский областной суд через Ленинский районный суд г. Курска в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

В окончательной форме решение суда изготовлено 22.05.2024 года.

Судья: