Дело 2-2256/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 сентября 2017 года г. Благовещенск 

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

Председательствующего судьи Гоковой И.В.,

при секретаре Ушакове М.К. 

с участием представителя истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску – ФИО1, ответчика по первоначальному иску – ФИО2, ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску – ФИО3, представителя ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску – ФИО4

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО3, ФИО2, ФИО6, ФИО7, МО МВД России «Благовещенский» о признании утратившими право пользования жилым помещением, снятии сведений с регистрационного учета, встречному иску ФИО3 к ФИО5 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительной сделкой,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с данным иском к ответчикам, в обоснование заявленных требований, указав, что по договору купли-продажи от 08.12.2015 года приобрел в собственность нежилое помещение – квартиру №*** по ул. *** г. Благовещенска. В соответствии с п. 5 договора на момент его подписания в квартире зарегистрированы: ФИО3 и члены ее семьи супруг ФИО2, несовершеннолетние дети ФИО6, ФИО7 В срок до 05.05.2016 года указанные граждане обязались снять сведения о себе с регистрационного учета в связи с продажей квартиры. В нарушение договорных обязательств до настоящего времени обязательства по снятию с регистрационного учета бывшим собственником квартиры ФИО3 и членами ее семьи не исполнено, что является препятствием для осуществления законных прав истца как собственника жилого помещения. Истец неоднократно в устной форме обращался к ответчику с требованием о снятии с регистрационного учета, всех зарегистрированных по вышеуказанному адресу лиц. Однако, требования истца оставлены без удовлетворения. 23.12.2016 года в адрес ответчика ФИО3 была направлена претензия, которая осталась без удовлетворения. Просит суд признать ФИО3, ФИО2, ФИО6, ФИО7 утратившими право пользования жилым помещением – квартирой №*** по ул. *** г. Благовещенска, обязать МО МВД России «Благовещенский» снять сведения о регистрации ответчиков по адресу: ***.

Определением Благовещенского городского суда Амурской области от 28.06.2017 года к участию в деле в соответствии с положениями ст. 47 ГПК РФ привлечено Управление образования администрации города Благовещенска.

Определением Благовещенского городского суда Амурской области от 28.06.2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Амурской области.

В ходе судебного разбирательства ответчиком по делу ФИО3 представлено встречное исковое заявление к ФИО5, в соответствии с которым просит признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 08.12.2015 года, аннулировать запись о регистрации права собственности на квартиру на имя ответчика в ЕГРП, признать право собственности на жилое помещением по адресу: *** за ФИО3, прекратив право собственности на данный объект за ФИО5 

В обоснование требований встречного иска, ссылаясь на положения ст. 177 ГК РФ указывает, что по договору купли-продажи от 08.12.2015 года ФИО3 передала в собственность ФИО5 квартиру №*** по адресу: ***. При этом, денежные средства в размере 1 450 000 рублей покупателю не передавались, так как ФИО5 являлся займодавцем на сумму 1 200 000 рублей, передав ее в долг супругу истца ФИО2 Данные обстоятельства подтверждаются решением Благовещенского городского суда Амурской области от 20.01.2017 года. В момент заключения договора купли-продажи ФИО3 не могла понимать значение своих действий и руководить ими в силу психического расстройства на фоне того, что супруг находился в сложном финансовом положении и на момент подписания договора, под угрозой причинения вреда жизни и здоровью близким он должен был отдать сумму в размере 1 200 000 рублей. В этой связи, ФИО3 под влиянием психического расстройства решилась на данную сделку и на невыгодных условиях подписала все документы, однако не понимала значение своих действий и не могла ими руководить. 

В ходе судебного разбирательства истцом по встречному иску представлены уточнения оснований иска, в соответствии с которым просит признать договор купли-продажи жилого помещения недействительной сделкой, как совершенной на крайне невыгодных условиях, в связи со стечением тяжелых обстоятельств (п. 3 ст. 179 ГК РФ).

В обоснование указывает, что согласно отчету по определению рыночной стоимости №136/17 от 26.04.2017 года на квартиру №***, расположенную по адресу: *** на 08.12.2015 года данная квартира стоила 4 216 821 рубль, что свидетельствует о явном занижении стоимости при продаже со стороны истца, по крайне низкой цене, не соответствует ее рыночной стоимости. При этом, семья истца, не имеет другого жилья в собственности. Дополнительно истцом по встречному иску указывается на тот факт, что при заключении договора купли-продажи квартиры все существенные условия договора не были определены, а именно: в договоре не указан перечень лиц, за которыми в соответствии с законом сохраняется право пользования этим жилым помещением после его приобретения покупателем, в связи с чем, договор считается незаключенным. Ссылаясь на п. 1 ст. 178 ГК РФ истец по встречному иску ссылается также на совершение сделки под влиянием заблуждения. 

В судебном заседании представитель истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску ФИО1, полномочия которой подтверждены доверенностью, на требованиях первоначального искового заявления настаивала в полном объеме. С предъявленными встречными исковыми требованиями не согласилась, в обоснование возражений, пояснив, что истец по встречному исковому просит признать договор купли-продажи квартиры от 08.12.2015 года на основании п. 3 ст. 179 ГК РФ как сделку, совершенную на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка) и по п. 1 ст. 178 ГК РФ как сделку, совершенную под влиянием заблуждения. Данная сделка является оспоримой. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности в соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ составляет один год. В связи с тем, что истец знала о совершении сделки, так как сама лично в указанную дату подписывала договор купли-продажи квартиры, подавала документы на государственную регистрацию перехода права собственности, то течение срока исковой давности необходимо исчислять с 09.12.2015 года. Последний срок для обжалования договора купли-продажи квартиры по основанию п. 1 ст. 178 ГК РФ, п. 3 ст. 179 ГК РФ, приходился 07.12.2016 года. Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности для предъявления в суд иска по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 177 ГК РФ. Доказательства наличия или отсутствия психического расстройства у продавца в момент заключения договора купли-продажи, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня истцом не доказаны. Признание сделки недействительной по двум основаниям, а именно: п. 3 ст. 179 ГК РФ и п. 1 ст. 178 ГК РФ является необоснованным, так как заявленные основания являются взаимоисключающими. При подписании договора купли-продажи стороны осозновали, и желали совершения правовых последствий в виде перехода права собственности к покупателю. Вопреки доводам ответчика, продавец - ФИО3 получила денежные средства за проданную квартиру в сумме 1 450 000 рублей. Указанная сумма была определена по соглашению сторон, что подтверждается п. 4 настоящего договора и с учетом того, что в указанной квартире остаются зарегистрированными лица в срок до 05.05.2016 года. Сам договор купли-продажи квартиры содержит все существенные условия договора купли-продажи недвижимости и считается заключенным с момента его подписания. Факт намерения продать квартиру ФИО3, и факт расчета за нее было подтверждено свидетельскими показаниями. На сегодняшний день истом по встречному иску не представлено доказательств того, что он был вынужден заключить договор на крайне невыгодных условиях. Довод представителя истца по встречному иску по факту цены сделки - низкая продажная стоимость не свидетельствует о кабальности сделки, тем более, так как рыночная стоимость и продажная цена всегда отличались. 

Доводы истца по встречному иску о том, что заключенным договором существенным образом ухудшены ее с детьми жилищные условия не являются поводом для признания совершенной сделки недействительной, поскольку истец при совершении сделки была свободна в заключении договора, действовала по своему усмотрению и в своем интересе, понимала, что продает квартиру, в связи с чем обязалась сняться с регистрационного учета в установленный договором срок. Опрошенные в ходе судебного разбирательства ответчиками по первоначальному иску ФИО3 и ФИО2 устно заявили, что ФИО5 знают давно и что у них сложились нормальные отношения. При этом ими не было сообщено суду о том, что на момент совершения сделки ФИО3 не осознавала суть сделки. ФИО3 осуществляла предпринимательскую деятельность значительно долгое время, а значит хорошо понимала суть и значение сделок. Договор займа между ФИО5 и ФИО2 на сумму 1 200 000 рублей был заключен ранее договора купли-продажи квартиры, а именно 25.07.2015 года, тогда как ответчики утверждают, что договор купли-продажи заключен в качестве обеспечения исполнения договора займа. Денежные средства были переданы ФИО5 ФИО2 и никакого отношения к договору купли-продажи, данный договор займа не имеет отношения. Сумма задолженности по данному договору взыскана с заемщика. Просит отказать истцу в удовлетворении встречных исковых требований в связи с отсутствием правовых оснований к признанию договора купли-продажи от 08.12.2015 года недействительной сделкой. 

Ответчик по первоначальному иску, истец по встречному иску ФИО3, ее представитель ФИО4 в судебном заседании с требованиями первоначального иска не согласились, настаивали на удовлетворении встречного искового заявления. В обоснование встречного иска дополнительно указали, что ФИО3 не имела намерения продавать квартиру, фактически денежных средств от ее реализации не получала. Данная сделка была совершена в счет обеспечения исполнения обязательств по договору займа денежных средств от 25.07.2015 года, заключенному между ФИО5 и ее супругом ФИО2 При этом, ФИО5 ввел ее в заблуждение, указав, что оформляет право залога. Согласие истца сводилось к передаче квартиры в залог, а не на продажу. Понимая, что квартира оформляется на ФИО5, она думала, что вернут ее в собственность, когда ее супруг отдаст долг. Исходя из изложенного, считает, что договор купли-продажи заключен с целью прикрыть другую сделку - договор займа с залоговым обеспечением. О притворности данной сделки также свидетельствует тот факт, что реальной передачи квартиры в пользу ФИО5 не было. Кроме того, истец подписала данный договор под воздействием испуга, не осознавая значение своих действий, поскольку в отношении ее супруга ФИО2 осуществлялось уголовное преследование. 22.07.2015 года ФИО2 взял у ФИО8 автомобиль стоимостью 1 850 000 рублей с условием рассчитаться за его приобретение либо вернуть в срок до 15.08.2015 года, написав соответствующую расписку. Получив автомобиль, ФИО2 передал его в залог ФИО5 в счет обеспечения исполнения обязательств по договору займа. Полученные в заем денежные средства ФИО2 намеревался выгодно вложить в приобретение жилья, однако вложение не окупилось. Автомобиль находился в залоге у ФИО5 Обязательство вернуть транспортное средство в срок до 15.08.2015 года законному владельцу, ФИО2 не исполнил, в связи с чем, ФИО8 обратился в правоохранительные органы. Во избежание возбуждения в отношении него уголовного дела, в целях истребования переданного в залог автомобиля и передачи его владельцу, ФИО2 передал в залог ФИО5 квартиру по адресу: ***. Поскольку собственником жилого помещения являлась ФИО3, подписанием документов занималась она, полагая, что между ними оформляется залог, а не сделка купли-продажи. После подписания договора, автомобиль был передан ФИО5 ФИО2 и возвращен последним законному владельцу. Договор купли-продажи фактически не был исполнен. Истцы продолжали и продолжают проживать в квартире, полагая себя ее собственниками до момента обращения ФИО5 в суд с иском о признании их утратившими право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета. Спорная квартира является единственным жилым имуществом ФИО3 и членов ее семьи. ФИО5 на протяжении всего периода времени не нес бремя содержания и сохранности квартиры, не предпринимал попыток к вселению, его действия были направлены на завладение недвижимостью. Стоимость квартиры, указанная в договоре купли-продажи, намного ниже даже средней рыночной, что подтверждается отчетом об оценке. Указанная сделка является притворной, прикрывающей договор займа на сумму 1 200 000 рублей, в том числе проценты 250 000 рублей, и договор залога недвижимого имущества. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании с требованиями первоначального иска не согласился. В обоснование возражений указал, что намерения продать квартиру ФИО5 у его супруги не было. ФИО3 была введена истцом в заблуждение, полагала, что оформляет залог. ФИО5 занимался оформлением займов под залог недвижимости. В июле 2015 года между ним и ФИО2 был заключен договор займа на сумму 1 200 000 рублей. В залог был передан автомобиль, полученный ответчиком у ФИО8 по расписке. Полученные в заем денежные средства ФИО2 реализовал на приобретение строительных материалов, однако вложение не окупилось. В связи с обращением ФИО8 в правоохранительные органы, во избежание в отношении него уголовного дела, в целях истребования переданного в залог автомобиля и передачи его владельцу, ФИО2 передал в залог ФИО5 квартиру по адресу: ***. После подписания договора, автомобиль был передан ФИО5 ФИО2 и возвращен последним законному владельцу. Намерения отчуждать спорную квартиру у ответчиков не имелось. 

Представитель ответчика по первоначальному иску МО МВД России «Благовещенский», представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Амурской области, представитель Управления образования администрации города Благовещенска в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, доказательств уважительности причин неявки не представили. Представитель ответчика МО МВД России «Благовещенский» просит рассмотреть дело без своего участия. При указанных обстоятельствах, руководствуясь ч.ч. 3, 5 ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав доводы сторон, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, на основании договора купли-продажи от 08.12.2015 года ФИО5 (покупатель) приобрел в собственность у ФИО3 (продавец) квартиру №***, находящуюся в г.Благовещенске Амурской области по адресу: ул. *** за 1 450 000 рублей. Квартира состоит их трех комнат, общей площадью 62,7 кв.м.

Указанная квартира принадлежит продавцу по праву собственности на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 09.07.2007 года, выдал нотариус ФИО9 09.07.2007 года, реестровый номер 2997 и договора на безвозмездную передачу квартиры (дома) в собственность граждан №37356 от 04.04.2003 года, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 26.01.2008 года, серия ***, о чем в ЕГРП 28.01.2008 года сделана запись регистрации №28-28-01/010/2008-009.

Расчет между сторонами в соответствии с п. 4 договора произведен до его подписания. Деньги за проданную квартиру продавец получила в полном объеме до подписания настоящего договора в тот же день. Претензий по расчёту стороны настоящего договора друг к другу не имеют. 

В соответствии с п. 5 договора купли-продажи в квартире на момент подписания настоящего договора зарегистрированы 4 человека: ФИО3, ФИО2, ФИО6, *** года рождения, ФИО7, *** года рождения, которые обязуются сняться с регистрационного учета в указанной квартире до 05.05.2016 года.

Покупатель приобретает право собственности на квартиру №***, находящуюся по адресу: *** с момента внесения записи в единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним (п. 7).

Регистрация договора произведена в Управлении Росреестра по Амурской области 09.12.2015 года номер регистрации 28-28/001-28/301/048/2015-635/2. 

Право собственности на вышеуказанную квартиру зарегистрировано за ФИО5, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 09.12.2015 года.

Вместе с тем согласно справке МАУ «МФЦ г. Благовещенска» от 25.01.2017 года №93310, поквартирной карточке и карточкам регистрации в квартире проживают и зарегистрированы по месту жительства ФИО3, ФИО2, ФИО6, *** года рождения, ФИО7, *** года рождения.

19.12.2016 года в адрес ФИО3 направлялась претензия об освобождении спорного жилого помещения в срок до 25.12.2016 года и снятии с регистрационного учета всех лиц, зарегистрированных в указанной квартире. Требования истца ответчиком в добровольном порядке не исполнены, что послужило основанием к обращению в суд с рассматриваемым иском.

Гражданские права и обязанности, согласно подп. 1 п. 1 ст. 8 ГК РФ, возникают из договоров и иных сделок, а также из договоров иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В силу абз. 1 п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Пунктом 1 ст. 420 ГК РФ предусмотрено, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

По общему правилу, предусмотренному п. 1 ст. 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Данное правило применяется к договору продажи недвижимости, если иное не предусмотрено правилами настоящего Кодекса об этом виде договора (п. 5 ст. 454 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130).

Иски о признании сделки недействительной относятся к искам об оспаривании зарегистрированного права.

Поскольку исковые требования ФИО5 обоснованы принадлежностью ему на праве собственности спорной квартиры, на основании договора купли-продажи, а ответчик ФИО3 просит признать данную сделку недействительной, то рассмотрение встречного иска является первостепенным.

Из содержания встречного иска и приводимых истцом в ходе судебного разбирательства доводов усматривается, что в обоснование заявленного требования ФИО10 ссылается на различные основания недействительности сделки, полагая в частности, что:

1) договор купли-продажи от 08.12.2015 года является притворной (ничтожной) сделкой (п. 2 ст. 170 ГК РФ), прикрывающей другую сделку: договор залога недвижимости, заключенный между залогодателем ФИО3 и залогодержателем ФИО5, по условиям которого залогодатель передает залогодержателю спорную квартиру в залог, в обеспечение исполнения ее супругом ФИО2 обязательств по договору займа, заключенным между ним и ФИО5;

2) договор купли-продажи является мнимой (ничтожной) сделкой (п. 1 ст. 170 ГК РФ), совершенной лишь для вида, без намерения создать правовые последствия, соответствующие договору купли-продажи, а именно покупатель не получала от покупателя денежные средства за данную квартиру в размере согласованной в сделке стоимости;

3) договор купли-продажи является недействительной (оспоримой) сделкой, вынужденно совершенной продавцом вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем покупатель воспользовался (кабальная сделка) (п. 3 ст. 179 ГК РФ), в частности, воспользовался тем, что спорная квартира была реализована продавцу по заниженной цене;

4) договор купли-продажи является недействительной (оспоримой) сделкой, совершенной гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими (п.1 ст. 177 ГК РФ);

5) договор купли-продажи является недействительной (оспоримой) сделкой, совершенной под влиянием заблуждения (п.1 ст. 178 ГК РФ).

Разрешая встречные исковые требования, суд приходит к следующему.

На основании ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

На основании п. 1 ст. 177 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения сделки) сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из указанной нормы права следует, что для установления факта нахождения лица в момент заключения сделки в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, что является в силу п. 1 ст. 177 ГК РФ основанием для признания сделки недействительной, необходимо выяснение психического состояния лица в момент совершения им определенного действия; при этом такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в п. 1 ст. 177 ГК РФ, согласно положениям ст. 56 ГПК РФ, обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки, то есть бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных данной правовой нормой лежит на истце.

В соответствии с п. 3 ст. 179 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения сделки), сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Указанная норма закона, устанавливающая условия, при одновременном наличии которых сделка может быть признана судом недействительной как кабальная, направлена на защиту права граждан на свободное волеизъявление при осуществлении правомочия распоряжения своим имуществом с учетом необходимости соблюдения баланса прав и законных интересов обеих сторон сделки.

Из смысла п. 3 ст. 179 ГК РФ следует, что для признания сделки недействительной по данным основаниям необходимы два условия: заключение сделки под влиянием таких обстоятельств на крайне невыгодных условиях и наличие действий другой стороны, свидетельствующих о том, что она такими тяжелыми обстоятельствами воспользовалась. Только при наличии в совокупности указанных признаков сделка может быть оспорена по мотиву ее кабальности; самостоятельно каждый из признаков не является основанием для признания сделки недействительной по указанному мотиву.

При этом в п. 3 ст. 179 ГК РФ говорится не об одном тяжелом обстоятельстве, а о стечении тяжелых обстоятельств, под воздействием которых лицо совершило сделку, и не о простой невыгодности совершенной сделки, а о крайне невыгодных условиях.

Лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям ст. 179 ГК РФ в силу ст. 56 ГПК РФ в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

При этом, исходя из смысла приведенных норм, бремя доказывания факта заблуждения относительно природы совершаемой сделки также лежит на истце.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла данной нормы права, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок указанного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Совершая мнимую сделку, стороны хотят лишь создать видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ, данным в п. 86 постановления от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В отличие от мнимой притворная сделка, т.е. сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, преследует цель возникновения правовых последствий, но не тех, которые афишируются фактом ее совершения. Фактически стороны стремятся к совершению другой сделки.

Как следует из существа правоотношений, складывающихся по поводу купли-продажи недвижимости, правовой целью вступления покупателя в правоотношения по купле-продаже является приобретение право собственности на недвижимость с оформлением титульного владения, поскольку наступающий вследствие исполнения такой сделки правовой результат (возникновение титульного владения) влечет для покупателя возникновение имущественных прав и обязанностей. В свою очередь продавец недвижимости, заинтересован как в продаже недвижимого имущества, так и в получении денежных средств от продажи недвижимого имущества (правовая цель).

В силу п. 1 ст. 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено ГК РФ, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства. Правовые последствия несвоевременной оплаты покупателем товара по договору купли-продажи определены в п. 3 и 4 ст. 486 ГК РФ.

Согласно п. 4 договора купли-продажи от 08.12.2015 года расчет между продавцом и покупателем произведен полностью до его подписания. Деньги за проданную квартиру продавец получил в полном объеме до подписания настоящего договора в тот же день. Квартира продавцом передана, покупателем осмотрена и принята, претензий к техническому состоянию квартиры нет. То есть заключенный договор является одновременно документом, подтверждающим факт реальной передачи недвижимого продавцом покупателю, и является документом, имеющим силу передаточного акта.

Указанный договор прошел государственную регистрацию 09.12.2015 года, в связи с чем, выданы соответствующие свидетельства.

Оспариваемый договор купли-продажи заключен в надлежащей форме, право собственности ФИО5 на указанную недвижимость зарегистрирован в установленном законом порядке. 

Получение ФИО10 денежных средств за продажу данного недвижимого имущества в размере 1 450 000 рублей подтверждено условиями договора, распиской от 08.12.2015 года, собственноручно написанной ФИО3, свою подпись в данном документе не оспаривавшей, а также показаниями свидетеля ФИО11, в присутствии которого была совершена оспариваемая сделка. Иными допустимыми доказательствами со стороны истца установленные обстоятельства не опровергнуто, в связи с чем, доводы истца о безденежности договора купли-продажи суд отклоняет.

Исходя из фактического поведения сторон оспариваемого договора, ими были совершены все необходимые действия, направленные на создание соответствующих правовых последствий, связанных с переходом права собственности на квартиру, договор сторонами исполнен, ФИО5 в установленном порядке осуществил правомочия собственника. Все соответствующие сделке купли-продажи правовые последствия наступили. 

Доводы о том, что квартира выбыла из владения истца не по ее воле, материалами дела не подтверждаются. Истец четко понимала природу заключенной с ФИО5 сделки и ее последствия, о чем свидетельствует выполнение истцом и ответчиком всех необходимых для совершения сделки купли-продажи квартиры действий и требований законодательства.

Как видно из материалов дела, договор купли-продажи квартиры от 08.12.2015 года подписан лично ФИО3, свою подпись в договоре купли-продажи, она не оспаривала, сторонами согласованы все существенные условия договора, четко выражены его предмет и воля сторон. 

Договор купли-продажи содержит его наименование. Природа договора купли-продажи, ее правовые последствия в виде передачи ФИО5 права собственности на квартиру, вследствие чего право собственности ФИО3 прекращается, явно следуют из договора купли-продажи, который не допускает неоднозначного толкования. Из буквального толкования слов и выражений в тексте договора усматривается волеизъявление истца именно продать жилое помещение, доказательств обратного, суду не представлено.

Следовательно, ФИО3 не могла не понимать, какие последствия для нее влечет заключение такого договора. 

В связи с этим необоснованными являются доводы истца о том, что, подписывая договор, она заблуждалась относительно природы и последствий сделки, не предполагала, что лишается права собственности и права на жилище.

При таких обстоятельствах заблуждение истца относительно заключаемого договора купли-продажи исключено.

Доказательств того, что истец преследовала в действительности иную цель, чем предусматривает договор купли-продажи не представлено, также не установлено обстоятельств, свидетельствующих об обмане истца, введение ее в заблуждение, стечения у нее тяжелых обстоятельств, кабальности сделки и совершения сделок с целью заведомо противной основам правопорядка и нравственности.

Мотивируя свои требования о недействительности сделки купли-продажи, истец указала на то, что оспариваемый договор заключен в обеспечение договора займа от 25.07.2015 года, заключенного между ФИО5 и ее супругом ФИО2, то есть оспариваемой сделкой прикрыта другая сделка – договор займа под залог недвижимости, указанной в договоре купли-продажи. Фактически у сторон сделки не было прямого намерения на отчуждение объекта недвижимости, истец полагает, что оформляет право залога.

Вместе с тем, из материалов дела суд не усматривает, что воля сторон при заключении спорной сделки была направлена на передачу недвижимости в залог, ответчику, как обеспечение возврата денежных средств по договору займа от 25.07.2015 года.

В деле отсутствуют доказательства наличия между истцом и ответчиком либо ответчиком и супругом истца каких-либо обязательственных отношений на момент заключения оспариваемого договора, которые могли быть обеспечены указанным залогом.

Так, согласно материалам дела, 25.07.2015 года между ФИО5 и ФИО2 был заключен договор займа, по которому ФИО5 передал ФИО2 денежные средства в сумме 1 200 000 рублей на срок два месяца под 4% годовых.

Как следует из доводов истца, пояснений ответчика ФИО2, сумма займа была получена у ФИО5 под залог автомобиля марки Toyota Furtuner, который ФИО2 взял по расписке у ФИО8 под реализацию на срок два месяца и передал залогодержателю. В связи с отсутствием денежных средств, ФИО2 не смог в установленный срок возвратить автомобиль его законному владельцу. В связи с обращением последнего в правоохранительные органы, во избежание возбуждения уголовного дела в отношении супруга, ФИО3 передала в залог ФИО5 принадлежащую ей спорную квартиру. После совершения указанной сделки, автомобиль был возвращен ФИО2 и передан им его законному владельцу. В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 было отказано.

Проанализировав имеющиеся в материалах дела документы, суд приходит к выводу о том, что стороной истца, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, фактов, подтверждающих притворность совершенной сделки.

Согласно положениям статей 55, 56, 67 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Недоказанность обстоятельств, на которые истец ссылается в обоснование своих требований, является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Доказательств, подтверждающих, что договор займа и договор купли-продажи связаны между собой, истцом не представлено.

Договор купли-продажи квартиры №*** по ул. *** г. Благовещенска заключен между ФИО5 и ФИО3 в письменной форме 08.12.2015 года, то есть значительно позже возникновения заемных отношений, об обеспечении которых спорным объектом недвижимого имущества утверждает истец. По условиям данного договора квартира продана за 1 450 000 рублей. Деньги за проданную квартиру получены продавцом в полном объеме до подписания настоящего договора в тот же день, о чем свидетельствует имеющаяся в деле расписка, а также пояснения свидетеля ФИО11, в присутствии которого ФИО3 считала деньги за продажу квартиры. В этой связи, доводы истца о том, что воля сторон при заключении спорной сделки была направлена на передачу недвижимости в залог, опровергаются представленными в деле доказательствами. Более того, залог в силу своей правовой природы не предполагает встречного исполнения. 

В обоснование своих доводов истец ссылается на материал проверки по заявлению ФИО8, зарегистрированный в КУСП №29251 от 29.11.2015 года. При этом, указывает, что постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 вынесено в день заключения оспариваемого договора купли-продажи. Указанное, по мнению истца, подтверждает ее доводы о том, что транспортное средство, переданное в залог ФИО5 в счет обеспечения исполнения договора займа, было возвращено ФИО2 взамен полученного в залог объекта недвижимости.

Вместе с тем, в отказном материале, на который ссылается ФИО3, ФИО5 не фигурирует. Основанием к отказу в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.12.2015 года послужил не добровольный возврат имущества его законному владельцу, а усмотрение между сторонами (ФИО8 и ФИО2) гражданско-правовых отношений, предметом спора которых является автомобиль.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО8 подтвердил, что на основании расписки от 22.07.2015 года передал ФИО2 автомобиль. При этом, ФИО2 пояснил, что необходимой суммы денег у него нет, в связи с чем, обязался рассчитаться с ФИО8 либо вернуть автомобиль в указанный в расписке срок. ФИО2 написал соответствующую расписку, ФИО8 поставил подпись в договоре купли-продажи автомобиля в отношении третьего лица. Сославшись на финансовые трудности, ФИО2 перенес срок оплаты долговых обязательств, в связи с чем, ФИО8 обратился в полицию. Для кого ФИО2 приобретал автомобиль свидетелю не известно. В начале декабря 2015 года автомобиль был возвращен, в связи с чем, ФИО8 забрал заявление из полиции.

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что 09.12.2015 года вместе с ФИО2 он забирал автомобиль серого цвета 2013-2014 года выпуска. По приезду в с.Чигири, в гаражном ряду, ФИО2 подошел к человеку, они сели в машину, позже из машины вышли. ФИО2 перегнал автомобиль, отдал его другому человеку. О том, что рядом с гаражом ФИО2 разговаривал именно с ФИО5 свидетелю известно со слов ФИО2 Лично с ФИО5 он не знаком. 

Таким образом, в ходе судебного разбирательства не нашли подтверждения доводы истца о наличии между ФИО2 и ФИО5 правоотношений, основанных на залоге имущества, переданного в обеспечение исполнения договора займа. Показания свидетеля ФИО8 касаются взаимоотношений между ним и ФИО2, которые к предмету рассматриваемого спора прямого отношения не имеют. К показаниям свидетеля ФИО11 суд относится критически, поскольку его доводы о том, что автомобиль ФИО2 забирал именно у ФИО12, носят предположительный характер, основаны на пояснениях самого ФИО2 Лично с ФИО5 данный свидетель не знаком. Обстоятельства, в связи с которыми, ФИО2 забирал автомобиль из с.Чигири в описываемый им день свидетелю не известны. 

По основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. Намерения одного участника на совершение притворной сделки недостаточно. 

Истцом не представлено доказательств того, что при заключении оспариваемой сделки воля сторон была направлена на совершение иной сделки, которую прикрывает договор купли-продажи.

Каких-либо объективных доказательств фактического неисполнения оспариваемого договора купли-продажи от 08.12.2015 года сторонами, истцом не представлено. Напротив, обратное нашло свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Кроме того, ФИО3 не доказано, что волеизъявление ФИО5 было направлено не на приобретение спорной квартиры в собственность, а на получение данной квартиры в залог на период исполнения заемщиком договора займа, то есть временно.

При этом, срок возврата денежных средств по договору займа истекал 25.09.2015 года, тогда как спорная сделка была заключена 08.12.2015 года. В ходе судебного разбирательства истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что 08.12.2015 года ФИО5 передавал ей денежные средства в собственность на какой-либо срок, а не в качестве выкупной цены за квартиру, она в свою очередь должна была возвратить указанные денежные средства ФИО5

Таким образом, ФИО2 не доказано, что договор купли-продажи является прикрывающей сделкой, то есть ее совершение обусловлено общим умыслом обеих сторон, преследующих общую цель - создать для третьих лиц видимость перехода от продавца к покупателю права собственности на спорную квартиру (формальный переход права), тогда как в действительности между сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям другой, прикрываемой, сделки.

Так же ФИО2 не доказан факт осуществления для вида формального исполнения договора купли-продажи, обусловленного общим умыслом обеих сторон, преследующих общую цель - избежать обращения взыскания на спорную квартиру должника.

Договором купли-продажи, подписанным сторонами собственноручно, подтверждается факт уплаты денежных средств покупателем продавцу за продаваемую спорную квартиру и факт передачи продавцом покупателю спорной квартиры (п. 4 договора).

Из материалов дела, представленных доказательств достоверно следует, что ФИО5 имел намерение купить спорную квартиру и приобрел ее, передав продавцу денежные средства, впоследствии зарегистрировав свое право собственности на объект недвижимости в установленном законом порядке.

При этом, вопреки доводам истца, лицо, приобретающее квартиру, не обязано фактически вселяться в нее, приобретая статус собственника. То обстоятельство, что ФИО5, заключив сделку по приобретению спорной квартиры, не вселялся в нее, свидетельствует лишь о том, что указанное имущество им не рассматривалось как необходимое место для личного проживания.

По смыслу ст. 30 ЖК РФ право собственника жилого помещения по владению, пользованию и распоряжению жилым помещением, принадлежащим ему на праве собственности, ограничено лишь назначением жилого помещения - для проживания и пределами его использования, установленными жилищным законодательством, предоставление жилого помещения для проживания иным лицам к таким ограничениям не относится, находится в установленных законом пределах использования жилого помещения.

Предоставив истцу и членам ее семьи право проживания в спорной квартире, ответчик распорядился своим имуществом, не отказываясь при этом от права собственности на таковое.

Доводы истца о регистрации по месту жительства и фактическом проживании ее и членов семьи в спорной квартире и уплаты коммунальных платежей не свидетельствуют о мнимости сделки, а подтверждают факт невыполнении продавцом в срок обязательства, предусмотренного п. 5 договора купли-продажи - до 05.05.2016 года, по истечении которого указанные лица проживают в спорной квартире лишь с устного дозволения собственника.

В силу положений части 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основании договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

Истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено допустимых доказательств того, что у сторон договора купли-продажи квартиры от 08.12.2015 года была другая воля, что оспариваемый договор заключался для прикрытия договора займа, обеспечиваемого залогом квартиры.

Таким образом, квалификация истцом по встречному иску спорной сделки как притворной основана на неверном применении и толковании норм материального права.

ФИО3 также не доказано, что договор купли-продажи является кабальной сделкой, то есть совершенной ею вынужденно на крайне невыгодных для нее условиях и вследствие стечения тяжелых обстоятельств, которые ФИО5 сознательно использовал.

Наличие стечения тяжелых обстоятельств в семье Думитрашко и заключение на крайне невыгодных условиях (кабальная сделка) оспариваемой сделки купли-продажи, не подтверждено в судебном заседании ни одним доказательством.

Доводы истца о том, что заниженная цена проданной квартиры свидетельствует о кабальности сделки, суд находит несостоятельными, поскольку само по себе несоответствие стоимости проданного недвижимого имущества его рыночной стоимости не свидетельствует о заключении сделки вследствие стечения тяжелых обстоятельств и на крайне невыгодных для истца условиях. Соглашение сторон о продаже имущества по цене, отличающейся от рыночной цены, соответствует п. 1 ст. 421 ГК РФ, согласно которому граждане и юридические лица свободны в заключении договора. При этом, свобода договора позволяет сторонам обоюдно согласовывать и указывать в договоре цену, удовлетворяющую каждую из сторон. Условия договора определяются их усмотрением. Подписав собственноручно договор купли-продажи, в котором указана цена продаваемого имущества, и заключив, таким образом, сделку, ФИО3 и ФИО5 достигли соглашения о цене сделки. Стоимость имущества истцу была известна, подписав договор купли-продажи, истец была согласна с ценой объекта недвижимости, указанной в договоре. 

Более того, своими подписями в договоре стороны подтвердили, что у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершать настоящую сделку. 

Таким образом, ФИО3 не доказана и не представлена вся совокупность обстоятельств, при наличии которых оспариваемый договор мог быть квалифицирован как кабальная сделка.

Доводы истца о том, что спорный договор купли-продажи квартиры был подписан под влиянием угроз также необоснованы, поскольку сведений о том, что истец являлась потерпевшей от каких-либо преступных действий, в том числе со стороны ФИО5, в материалах дела не имеется. 

Доводы о том, что действия ФИО5 по заключению договора носят мошеннический характер, суд во внимание не принимает, поскольку уголовное дело в отношении указанного лица по заявлению истца не возбуждалось.

Доказательств в подтверждение того, что договор купли-продажи от 08.12.2015 года был заключен истцом (ФИО3) с пороком воли, т.е. в момент, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, истцом также не представлено. 

На момент заключения оспариваемого договора истец обладала полной дееспособностью, не состояла на учете и под опекой и попечительством, не страдала заболеваниями, препятствующим понять суть подписываемого договора, осознавала последствия совершения спорной сделки, доказательств, отвечающих критериям относимости и допустимости (статьи 59, 60 ГПК РФ), опровергающих данные обстоятельства истцом не представлено.

Собственноручной подписью в договоре стороны подтвердили, что не лишены и не ограничены в дееспособности, под опекой и попечительством, а также патронажем не состоят, не находятся в состоянии алкогольного, токсического, наркотического опьянения, по состоянию здоровья могут самостоятельно осуществлять и защищать свои права и исполнять обязанности, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть подписываемого документа, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершать настоящую сделку.

От проведения по делу судебной психиатрической экспертизы истец отказалась. Иных доказательств в обоснование требований о признании сделки недействительной по признакам п. 1 ст. 177 ГК РФ в деле не имеется.

Кроме того, суд полагает, что истцом пропущен срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 177, ст. 178, ст. 179 ГК РФ, что в соответствии со ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (ст. 195 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как видно из материалов дела, сделка совершена 08.12.2015 года. С иском об оспаривании договора купли-продажи по мотиву заблуждения относительно природы сделки, кабальности, совершения сделки гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими, истец обратилась в суд - 27.04.2017 года, т.е. по истечении срока исковой давности, установленного положениями ст. 181 ГК РФ.

Суд не принимает во внимание довод истца о том, что о нарушении своего права она узнала только в январе 2017 года, получив исковое заявление ФИО5 о признании утратившими право пользования жилым помещением, поскольку об обстоятельствах совершения оспариваемого договора и его условиях истцу было известно в момент заключения сделки. 

Срок исковой давности в данном случае следует исчислять с даты совершения сделки, то есть со дня составления договора, поскольку в момент совершения сделки истец понимала и осознавала ее содержание. 

Следовательно, годичный срок исковой давности начинает течь с момента заключения договора купли-продажи.

Принимая во внимание, что с настоящим иском в суд истец обратилась 27.04.2017 года, а ответная сторона в ходе судебного разбирательства заявила о пропуске срока исковой давности, суд приходит к выводу о пропуске истцом установленного ст. 181 ГК РФ годичного срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных по указанным основаниям требований в силу положений ст. 199 ГК РФ.

Доказательств, свидетельствующих о наличии предусмотренных ст. 205 ГК РФ уважительных причин пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с их личностью (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), суду не представлено.

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, из которых усматривается, что стороны не только желали наступления последствий, предусмотренных договором купли-продажи, но и совершили действия, которые породили для них предусмотренные заключенным ими договором правовые последствия, оснований для признания данной сделки ничтожной по основаниям ст. 170 ГК РФ не имеется.

Истцом по встречному иску не доказаны факты обмана, введения ее в заблуждение, а также кабальность оспариваемой сделки, ее совершение в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, пропущен срок исковой давности по основаниям, предусмотренным ст. 177, ст. 178, ст. 179 ГК РФ, совокупность чего является основанием к вынесению судом решения об отказе в удовлетворения встречного иска.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п. 1 ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

В соответствии с п. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Поскольку право пользования спорной квартирой ФИО3 было обусловлено наличием у нее права собственности, с отчуждением квартиры право пользования ФИО3 жилым помещением по адресу: *** прекращено.

Оспариваемый договор купли-продажи от 08.12.2015 года был заключен между ФИО5 и ФИО3 ФИО2 и несовершеннолетние ФИО6, ФИО7 сторонами по договору купли-продажи не являются. Право пользования квартирой указанных лиц также прекратилось при отчуждении квартиры 08.12.2015 года. 

При этом, на момент продажи спорной квартиры 08.12.2015 года ее единоличным собственником являлась ФИО3, продавая квартиру она распорядилась своей собственностью. Разрешения на сделку от проживающих совместно с ФИО3 членов ее семьи не требовалось, так как они не являлись собственниками спорной квартиры. Основанием прекращения права пользования спорной квартирой ответчиков является установленное законом основание - переход права собственности на квартиру к другому лицу. 

В соответствии с пп. «е» п. 31 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации и перечня лиц, ответственных за прием и передачу в органы регистрационного учета документов для регистрации и снятия с регистрационного учета граждан Российской Федерации по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17 июля 1995 года N713, снятие гражданина с регистрационного учета по месту жительства производится органами регистрационного учета в случае выселения из занимаемого жилого помещения или признания утратившим право пользования жилым помещением - на основании вступившего в законную силу решения суда.

Аналогичные положения содержит абз. 7 ст.7 Закона РФ от 25.06.1993 года № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации».

В соответствии со ст.4 вышеуказанного закона органами регистрационного учета граждан Российской Федерации по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации являются территориальные органы федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции.

В соответствии с пп. «б» п. 3 Указа Президента РФ от 05.04.2016 года №156 «О совершенствовании государственного управления в сфере контроля за оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсов и в сфере миграции» МВД России является правопреемником упраздняемой Федеральной миграционной службы, в том числе по обязательствам в сфере исполнения судебных решений.

Приказом ФМС России от 01 июня 2016 года №288 УФМС России по Амурской области ликвидировано. Вопросы регистрации граждан РФ по месту жительства и по месту пребывания, а также по постановке на миграционный учет иностранных граждан возложены на отделы, отделения по вопросам миграции подразделений полиции Амурской области.

Поскольку в судебном заседании установлено, что право пользования ответчиков ФИО3, ФИО2, несовершеннолетних ФИО6, ФИО7 спорным жилым помещением прекращено, на этом основании на МО МВД России «Благовещенский» подлежит возложению обязанность снять сведения об указанных лицах с регистрационного учета по адресу: ***.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Признать ФИО3, ФИО2, ФИО13, ФИО7 утратившими право пользования жилым помещением – квартирой № *** дома, *** по ул. *** в г. Благовещенске.

Обязать МО МВД России «Благовещенский» снять сведения о регистрации по месту жительства в квартире № *** дома *** по ул. *** в г. Благовещенске в отношении ФИО3, ФИО2, ФИО13, ФИО7

В удовлетворении встречного искового заявления ФИО3 к ФИО5 о признании договора купли продажи недвижимого имущества недействительной сделкой – отказать.

Решение может быть обжаловано в Амурский областной суд, через Благовещенский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Председательствующий И.В. Гокова

решение в окончательной форме принято 02.10.2017 года