Судья первой инстанции Дело № 22-59/2020

ФИО1 №1-8/2020

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Анадырь 25 августа 2020 года

Судебная коллегия по уголовным делам суда Чукотского автономного округа в составе:

председательствующего Курочкина Д.Н.,

судей Васильева С.М., Цвелева С.А.

при секретаре Петрове М.А.,

с участием прокурора Талаевой О.И.,

осуждённой ФИО2,

защитника осуждённой – адвоката Михайлова В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осуждённой ФИО2 – адвоката Кустова И.С., апелляционному представлению и.о. Анадырского межрайонного прокурора Пономарева А.В. на приговор Анадырского районного суда Чукотского автономного округа от 03 июня 2020 года, которым

ФИО2, родившаяся 

<

дата> в 

<

адрес>, имеющая среднее общее образование, невоеннообязанная, неработающая, незамужняя, имеющая на иждивении несовершеннолетнего ребенка, зарегистрированная по адресу: 

<

адрес>; проживающая без регистрации по адресу: 

<

адрес>, судимая:

– 29.05.2015 Анадырским районным судом Чукотского автономного округа по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением ст. 73 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев, условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев; 12.02.2016 постановлением Анадырского районного суда Чукотского автономного округа испытательный срок ФИО2 по приговору Анадырского районного суда Чукотского автономного округа от 29.05.2015 продлен на 2 месяца; 19.08.2016 постановлением Анадырского районного суда Чукотского автономного округа условное осуждение ФИО2 по приговору Анадырского районного суда от 29.05.2015 отменено и постановлено исполнить наказание в виде лишения свободы на срок 1 год и 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; 16.02.2018 ФИО2 освобождена из мест лишения свободы по отбытию наказания;

осуждена по части 4 статьи 111 УК РФ к лишению свободы на срок 7 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу изменена на заключение под стражу, под стражу взята немедленно в зале судебного заседания. Срок отбытия наказания в виде лишения свободы ФИО2 исчислен со дня вступления приговора в законную силу; на основании пункта «б» части 3.1 статьи 72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчёта один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; в приговоре разрешены вопросы о вещественных доказательствах, процессуальных издержках.

Заслушав доклад судьи Васильева С.М., изложившего содержание приговора суда, доводы апелляционной жалобы защитника осуждённой ФИО2 – адвоката Кустова И.С., апелляционного представления и.о. Анадырского межрайонного прокурора Пономарева А.В.; мнение прокурора Талаевой О.И., полагавшей отменить приговор по доводам апелляционного представления; осуждённую ФИО2 и её защитника Михайлова В.В., поддержавших апелляционную жалобу, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО2 признана виновной в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Как следует из приговора, преступление совершено при следующих обстоятельствах.

06 ноября 2019 года, в период времени с 13 часов до 14 часов 30 минут между ФИО2 и Ч.А.И., находившимися в состоянии алкогольного опьянения в 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, произошла ссора, в ходе которой у ФИО2 возник преступный умысел, направленный на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, реализуя который ФИО2 на почве личных неприязненных отношений, умышленно, осознавая общественную опасность своих действий и неизбежность наступления общественно опасных последствий с целью причинения тяжкого вреда здоровью, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий, но не желая наступления смерти потерпевшего, нанесла удар ножом Ч.А.И. в область расположения жизненно-важных органов – в область боковой поверхности шеи слева в нижней трети на границе с надплечьем.

В результате умышленных преступных действий ФИО2 причинила Ч.А.И. телесное повреждение в виде колото-резанной раны на боковой поверхности шеи слева в нижней трети на границе с надплечьем с повреждением левой внутренней яремной вены, с поверхностной раной в области нижнего конца раны, сопровождавшееся обильной кровопотерей, квалифицированной экспертом как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и находящееся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Ч.А.И. по неосторожности, которая наступила на месте совершения преступления в период времени с 14 часов 30 минут до 15 часов 06.11.2019 в результате ранения нижней трети шеи слева с повреждением левой внутренней яремной вены, осложнившегося обильной кровопотерей. 

В апелляционной жалобе защитник Кустов И.С., выступая в защиту интересов осуждённой ФИО2, полагает приговор подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением уголовного закона. По мнению автора жалобы, суд неверно оценил доказательства, не принял во внимание, что ФИО2 защищала свою жизнь от преступного посягательства со стороны потерпевшего Ч.А.И., который хватал свою сожительницу за волосы, а затем, схватив кухонный нож, стал угрожать убийством. Полагает несостоятельными мотивы, по которым суд отверг версию о необходимой обороне от посягательства потерпевшего, указывает, что ФИО2 имела право на защиту от посягательства (т.5, л.д.24-27).

В апелляционном представлении и.о. Анадырского межрайонного прокурора Пономарев А.В. находит приговор суда незаконным и подлежащим изменению в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Полагает, что, признавая ФИО2 виновной по ч. 4 ст. 111 УК РФ, суд не в полной мере учёл её действия, выразившиеся в нанесении со значительной силой одного удара ножом, длиной лезвия 199 мм, в область жизненно-важных органов – шею, где находятся крупные кровеносные сосуды, и носившие умышленный и целенаправленный характер. Считает, что указанные обстоятельства существенно влияют на квалификацию преступления. Кроме того, по мнению автора представления, суд необоснованно признал в качестве обстоятельств смягчающих наказание – аморальность поведения потерпевшего, добровольное возмещение имущественного и морального вреда, а также оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления. Полагает, что суд неверно определили сумму процессуальных издержек, подлежащих взысканию за счёт средств федерального бюджета. Просит приговор изменить, квалифицировать действия ФИО2 по части 1 статьи 105 УК РФ, назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима без ограничения свободы, исключить из приговора суда указание на наличие квалифицирующего признака – «с использованием предмета в качестве оружия», взыскать с осуждённой процессуальные издержки в полном объёме.

Изучив материалы дела, выслушав мнение участников процесса, проверив доводы, изложенные в апелляционном представлении, апелляционной жалобе, судебная коллегия считает, что обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит отмене с постановлением по делу нового обвинительного приговора по следующим основаниям.

В силу статьи 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации и основан на правильном применении уголовного закона.

По данному уголовному делу указанное требование норм законодательства судом не соблюдено.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 38915, части 1 статьи 38916 УПК РФ основаниями для отмены судебного решения в апелляционном порядке являются существенное нарушение норм уголовно-процессуального закона, а также несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Органами предварительного следствия ФИО2 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ, которое выразилось в умышленном причинении смерти Ч.А.И.. 

Излагая в приговоре установленные по итогам судебного разбирательства фактические обстоятельства совершённого ФИО2 преступления, суд первой инстанции указал, что телесное повреждение потерпевшему, повлекшее смерть последнего, осуждённая нанесла с целью причинения тяжкого вреда его здоровью, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий, не желая наступления смерти. 

Данный вывод суда противоречит фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства на основании исследованных доказательств, свидетельствующих об иной направленности умысла осуждённой, что существенно влияет на квалификацию её действий, а также носит противоречивый характер, поскольку из приговора не ясно, наступление каких именно общественно-опасных последствий, по мнению суда, предвидела ФИО2.

Кроме того, установив в ходе рассмотрения дела обстоятельства преступления, признанные смягчающим наказание, в виде противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, суд не привёл данные обстоятельства при описании деяния подсудимого, на необходимость чего обращено внимание в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре».

Судебная коллегия полагает, что допущенные судом первой инстанции существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона при постановлении приговора существенно повлияли на его законность, в связи с чем приговор подлежит отмене.

Согласно статье 38923 УПК РФ в случае, если допущенное судом первой инстанции нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, то суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор, определение, постановление суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Преступление ФИО2 в отношении Ч.А.И. совершено 06 ноября 2019 года в период времени с 13 часов до 14 часов 30 минут, по месту их совместного жительства - в 

<

адрес>, при следующих обстоятельствах.

ФИО2 и её сожитель Ч.А.И. в указанное время и в указанном месте распивали спиртные напитки. 

Между ними возник конфликт по причине некачественного приготовления ФИО2 пищи и высказанного её желания уехать на постоянное место жительство в Провиденский район. 

В ходе конфликта Ч.А.И. схватил ФИО2 правой рукой за волосы, намотал их на кулак, повалил её на диван и дважды ударил кулаком по груди, после чего вышел на кухню и, вернувшись в комнату с ножом, начал оскорблять ФИО2, высказываясь в её адрес нецензурными словами. После этого правой рукой схватил её за волосы и, приставив другой рукой нож к горлу, угрожая убийством, продолжил выражаться в её адрес нецензурными и оскорбительными словами. Спустя небольшой промежуток времени, когда ФИО2 и Ч.А.И. сидели на диване, последний положил нож на свою ногу в области колена и продолжал удерживать сожительницу правой рукой за её волосы. В этом момент ФИО2, на почве личных неприязненных отношений, действуя умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти, сознательно допуская её наступление, схватила с колен потерпевшего нож и нанесла им удар Ч.А.И. в область расположения жизненно-важных органов – в область боковой поверхности шеи слева в нижней трети на границе с надплечьем.

В результате умышленных преступных действий ФИО2 причинила Ч.А.И. телесное повреждение в виде колото-резанной раны на боковой поверхности шеи слева в нижней трети на границе с надплечьем с повреждением левой внутренней яремной вены, с поверхностной раной в области нижнего конца раны, сопровождавшееся обильной кровопотерей, квалифицированной экспертом как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и находящееся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Ч.А.И., которая наступила на месте совершения преступления в период времени с 14 часов 30 минут до 15 часов 06.11.2019 в результате ранения нижней трети шеи слева с повреждением левой внутренней яремной вены, осложнившегося обильной кровопотерей. 

В судебных заседаниях судов первой и апелляционной инстанций осуждённая ФИО2 свою вину в совершении убийства Ч.А.И. признала частично, указав, что не желала наступления смерти потерпевшего, подтвердив наличие ссоры, в ходе которой сожитель высказывал угрозы убийством, ударил ее по телу, повалил на пол. Когда она стала собирать свои вещи, Ч.А.И. вновь разозлился, схватил её правой рукой за волосы, намотал их на кулак, повалил её на диван и дважды ударил кулаком по груди, вышел на кухню и вернулся в комнату с ножом. Правой рукой Ч.А.И. схватил её за волосы и, приставив нож к горлу, который держал в левой руке, выражался в её сторону нецензурными словами, говорил, что убьёт ее. Когда Ч.А.И. успокоился, они сидели в комнате на разложенном диване. Ч.А.И. положил нож на свое правое колено, но продолжал дергать правую руку с её волосами, намотанными на свой кулак. Когда её голова была наклонена к его коленям, у неё лопнуло терпение. Схватив в правую руку кухонный нож, лежавший на колене потерпевшего, не видя куда наносит удар, нанесла удар ножом по Ч.А.И.. Она понимала, что удар мог прийтись в шею или голову потерпевшего. Мысли нанести удар ножом в другую часть тела (в ногу или руку) у нее не было. После ранения Ч.А.И. отпустил ее волосы, а она, отбросив нож в сторону, убежала на кухню. Затем, используя подручные вещи, предпринимала попытки остановить кровь из раны потерпевшего. Поняв, что кровь не останавливается, выбежала в подъезд и хотела вызвать скорую помощь и участкового. Соседи двери ей не открывали. Когда вернулась в квартиру, сожитель был мёртв и лежал около дивана. Не закрывая входную дверь, прошла на кухню, где дождалась прихода участкового, которому сообщила, что Ч.А.И. находится в комнате.

В ходе следственного эксперимента ФИО2 аналогичным образом описала обстоятельства причинения смерти потерпевшему, продемонстрировав свои действия на манекене с использованием муляжа ножа (т.2, л.д.99-121). 

Как следует из заключения эксперта № 19-МК от 27.12.2019, при тех обстоятельствах, которые были продемонстрированы ФИО2 в процессе следственного эксперимента, допускается образование колото-резаной раны с повреждением левой внутренней яремной вены у Ч.А.И. (т.2, л.д.196-214).

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО3 подтвердила выводы, сделанные ею в заключении № 19-МК от 27.12.2019 о том, что ФИО2 могла нанести удар ножом в область шеи Ч.А.И. 06.11.2019 при обстоятельствах, изложенных ею в ходе следственного эксперимента. Нанесение одним ударом ножа двух ранений на шее: колотого и резанного ранения, расположенных рядом и под разными углами возможно при нанесении одного удара.

Согласно протоколу освидетельствования от 06.11.2019 телесных повреждений у ФИО2 не обнаружено; у неё произведены смывы с обеих рук на марлевые тампоны и с рук изъяты срезы её ногтевых пластин (т.1, л.д.35-37).

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы № 88 от 30.12.2020 при наружном осмотре в этот день у ФИО2 обнаружена зажившая ссадина в области нижней челюсти; ссадины на передней поверхности левой и правой голени и лодыжке размерами: 0,5х0,1, 1,5х1,4, 1,2х0,3, 1,2х0,8, 0,8х0,7 не могли возникнуть в период с 13 до 15 часов 06.11.2019; зажившая ссадина на передней поверхности левой голени в средней трети в виде поверхности розового цвета неопределенной формы размером 2х2 см с учётом заживления и её локализации могла возникнуть в период времени с 13 до 15 часов 06.11.2019.

Данные повреждения возникли от травмирующего воздействия тупого твёрдого предмета с ограниченной травмирующей поверхностью и не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расцениваются как не причинившие вреда здоровью (п.9 раздела 2 Медицинских критериев) (т.3, л.д.65-66).

Из показаний свидетеля К.В.Н., данных в ходе предварительного расследования и оглашённых в судебном заседании с согласия сторон, следует, что 06.11.2019, примерно в 14 часов она услышала очередной скандал между Ч.А.И. и ФИО2. По их голосам поняла, что они находились в квартире одни. Вечером того же дня от участкового уполномоченного полиции ФИО5 она узнала, что в соседской квартире нашли труп Ч.А.И. (т.2, л.д.5-8).

Аналогичные показания о возникшем конфликте между Ч.А.И. и ФИО2 06.11.2019 в период в 13 часов до 14.30 часов дали свидетели Ан, Ар, Во, З, Р.А.В., протоколы допросов которых оглашены в судебном заседании с согласия сторон (т.1, л.д.178-182, л.д.184-188, л.д.194-197, л.д.209-212, л.д.214-218). Кроме того, свидетели Р.А.В. и Ар дополнили и указали, что в период времени с 14 часов 30 минут до 15 часов к ним в нетрезвом состоянии приходила ФИО2, одежда которой была испачкана кровью, и просила о помощи.

Допрошенные в ходе предварительного следствия свидетели Т, Ка, С, А, Ё, К, Л, чьи показания были оглашены в судебном заседании с согласия сторон, сообщили, что Ч.А.И. и ФИО2 злоупотребляли спиртными напитками, в ходе их распития между ними часто возникали скандалы (т.1, л.д.190-193, 199-203, 220-223, 225-229, 231-234, 236-239, т.2, л.д.1-4).

В соответствии с показаниями свидетеля В (

<

данные изъяты> 

<

адрес>), данными в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании с согласия сторон, 06.11.2019 прибыв на место происшествия – 

<

адрес>, она увидела труп Ч.А.И. с ножевым ранением в области шеи. Рядом находилась ФИО2, на одежде которой были видны следы крови (т.1, л.д.205-208).

Как следует из показаний свидетеля Б (

<

данные изъяты>), данных в ходе предварительного расследования и оглашённых в судебном заседании с согласия сторон, 06.11.2019, примерно в 18 часов, он пришёл в квартиру Ч.А.И. и ФИО2, которая, находясь в состоянии алкогольного опьянения, сообщила о причинении ножевого ранения своему сожителю, уточнив, что она защищалась от нападения потерпевшего (т.2, л.д.10-16).

Из показаний потерпевшей Потерпевший №1 (дочери погибшего Ч.А.И.), следует, что вечером 06 ноября 2019 года она узнала, что её отец скончался от ножевого ранения, нанесённого ФИО2. 

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта на трупе Ч.А.И. обнаружены телесные повреждения: рана на боковой поверхности шеи слева в нижней трети на границе с надплечьем чуть сзади от уровня основания ушной раковины на 150 см выше подошвенной поверхности стопы размером 2,2x0,9 см. с повреждением левой внутренней яремной вены, с поверхностной раной размером 0,4x0,1 см в области нижнего конца раны, сопровождавшаяся обильной кровопотерей.

Свойства раны (с ровными краями), наличие раневого канала длиной около 5 см - свидетельствуют о том, что данная рана являлась колото-резаной, образованной от однократного воздействия удлиненного плоского острого предмета, обладавшего колюще-режущими свойствами, вероятнее всего - клинка ножа, имевшего одно острое лезвие и обух, длиной не менее 5 см, при этом в момент погружения клинка ножа в тело потерпевшего лезвие было направлено на 8, а обух - на 2 часа относительно условного циферблата.

Поверхностная рана в области конца, ориентированного на 8 часов, учитывая её характер (с ровными краями, заостренными концами) и локализацию возникла в результате режущего воздействия края лезвия или кончика клинка ножа при ударе в нижнюю треть шеи или в процессе извлечения клинка.

Направление травмирующего воздействия было слева-направо, снизу-вверх, немного сзади-наперед, о чём свидетельствует направление раневого канала и свойства краев раны.

Данное повреждение расценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, согласно ст.4а «Правил определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека» (утв. Постановлением Правительства РФ от 17.08.07 № 522) и в соответствии с п. 6.1.26 и 6.2.3 раздела II Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утвержденных Приказом № 194н М3 и СР РФ от 24 апреля 2008 г. (далее Медицинских критериев) стоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Ч.А.И..

Учитывая характер повреждения (с повреждением крупного магистрального венозного сосуда) от момента причинения колото-резаного ранения до наступления смерти прошло ориентировочно не менее 20-30 минут.

Смерть Ч.А.И. наступила в результате колото-резанного ранения нижней трети шеи слева с повреждением левой внутренней яремной вены, осложнившегося обильной кровопотерей. 

Причинение колото-резанного ранения шеи с повреждением яремной вены сопровождалось обильным наружным кровотечением без фонтанирования. 

В крови трупа Ч.А.И. обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,2%, в моче 2,7%, в желчи 4,55%, что у обычных живых лиц вызывает алкогольное опьянение сильной степени тяжести (т.2, л.д.141-146).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО4 показал, что резанная рана (№2) получена в процессе нанесения удара, когда образовалась колотая рана от которой скончался Ч.А.И.. Вероятно она образовалась при повороте Ч.А.И., либо, когда ФИО2 вытаскивала нож из раны и зацепила клинком ножа кожу на надплечье. Колото-резанное ранение глубиной 5 см., от которого наступила смерть Ч.А.И., нанесено с достаточной силой. Удар в шею Ч.А.И. мог быть нанесен как левой, так и правой рукой. После получения колотого ранения и повреждения яремной вены Ч.А.И. мог прожить 20-30 минут. Кроме, того он подтвердил выводы, сделанные в заключении №88 от 30.12.2019, что сохранившиеся ссадины на голени ФИО2 в виде изменения цвета кожи, могли образоваться от воздействия тупого твердого предмета под острым углом, но ссадина на лице ФИО2 не могла быть получена ею 06.11.2019. 

В соответствии с протоколами осмотра места происшествия в 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, обнаружены и изъяты кухонный нож с рукояткой чёрного цвета со следами вещества бурого цвета, две тряпки, пропитанные веществом и вырезы фрагментов обоев с пятнами вещества бурого цвета, похожими на кровь, 3 окурка сигарет «LM», две бутылки из-под пива «Охота Крепкое» емкостью 0,5 литров; в кабинете участкового уполномоченного полиции ФИО2 добровольно выдала сотрудникам полиции кофту бежевого цвета, (т.1, л.д.21-33, 38-41, 89-122). 

Согласно протоколу выемки от 20.11.2019 у участкового уполномоченного полиции ФИО5 изъяты кухонный нож (обнаруженный в ходе осмотра места происшествия), кофта ФИО2, срезы ногтевых пластин и марлевые тампоны со смывами с рук ФИО2 от 06.11.2019 (т.2, л.д.76-81);

В соответствии с протоколом осмотра трупа Ч.А.И. на шее слева обнаружена рана с ровными краями; с трупа изъяты штаны (т.1, л.д.81-87);

Данные изъятые предметы направлены для производства экспертных исследований, по результатам которых установлено следующее:

– согласно заключению генетической судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств от 27.12.2019 №98-19 на клинке ножа обнаружена кровь мужчины, которая с вероятностью 99,999999% принадлежит потерпевшему Ч.А.И.; на рукоятке ножа в смешении с биологическими следами обнаружены биологические следы ДНК женской и мужской принадлежности, которые с очевидностью совпадают с профилем ПДАФ хромосомной ДНК обвиняемой ФИО2 и с профилем ПДАФ хромосомной ДНК образца крови трупа Ч.А.И. (т.2, л.д.162-177);

– как следует из заключения генетической судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств от 15.01.2020 №101-19, на двух окурках от сигарет «LM» содержится доминирующий ДНК мужской принадлежности, который по профилю ПДАФ совпадает с профилем хромосомной ДНК Ч.А.И.. Профиль ПДАФ минорной (примесной) ДНК, присутствующий в следах слюны на двух окурках сигарет совпадают с профилем ПДАФ хромосомной ДНК обвиняемой ФИО2 (т.3, л.д.6-28);

– согласно заключению генетической судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств №102-19 от 15.01.2020, биологические следы в подногтевом содержимом правой руки потерпевшего Ч.А.И. представляют смесь двух и более индивидуальных ДНК, в которых присутствуют биологические следы и (или) следы крови самого потерпевшего Ч.А.И. в смешении с профилем ПДАФ хромосомной ДНК биологическим материалом и (или) следами крови от обвиняемой ФИО2. В биологических следах и следах крови в подногтевом содержимом обеих рук обвиняемой ФИО2 присутствуют биологические следы и (или) следы крови самой обвиняемой ФИО2 с примесью биологических следов и (или) следов крови потерпевшего Ч.А.И. (т.2, л.д.236-256);

– в соответствии с заключением биологической (цитологической) судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств №33 от 19.12.2019, в трёх пятнах крови в вырезе обоев со стены справа от дверного проема в жилую комнату и в вырезе обоев со стены над диваном, обнаружена кровь человека А? группы (c соответствующим антигеном Н), возможно принадлежащая потерпевшему Ч.А.И., но не ФИО2 (т.3, л.д.37-45);

– согласно заключению биологической (цитологической) судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств №32 от 19.12.2019, в пятнах на «штанах» Ч.А.И., «тряпках» обнаружена кровь человека А? группы, которая, вероятно, принадлежит потерпевшему Ч.А.И.. Происхождение крови ФИО2 исключается (т.3, л.д.52-59);

– в соответствии с заключением дактилоскопической экспертизы №437э от 16.12.2019 на поверхности одной из стеклянных бутылок объемом 0,5 л. с надписью на этикетке «Охота Крепкое», выявлен след пальца руки, который оставлен безымянным пальцем левой руки ФИО2 (т.3, л.д.74-79);

Указанные предметы осмотрены, приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.3, л.д.83-89, 90-91);

Показания всех свидетелей непротиворечивы, логичны и сопоставимы между собой. Оснований для оговора и дачи ложных показаний ими судебной коллегией не установлено. 

Проведя анализ исследованных доказательств, у судебной коллегии не имеется оснований подвергать сомнениям достоверность показаний ФИО2 об обстоятельствах происшедшего, за исключением показаний в части направленности умысла её действий, поскольку:

- её показания непротиворечивы по существенным обстоятельствам дела;

-согласуются с другими исследованными доказательствами, изложенными выше, которые судебная коллегия признаёт достоверными, дополняющими друг друга, конкретизирующими обстоятельства совершённого ФИО2 преступления и в совокупности образующие полную картину происшедшего.

Имеющиеся противоречия в показаниях ФИО2 в части продолжительности конфликта, указания лиц, находившихся в квартире до происшествия, не являются существенными и не влияют на вопросы доказанности вины ФИО2 и квалификации её действий.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. №1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)", при решении вопроса о направленности умысла виновного на лишение жизни потерпевшего следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранение жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Проанализировав и оценив указанные выше доказательства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что действия ФИО2 были направлены непосредственно на лишение жизни Ч.А.И., а не носили применительно к наступлению смерти последнего неосторожный характер, о чём указал в приговоре суд первой инстанции. 

Об этом свидетельствуют:

- нанесение ФИО2 удара клинком ножа в жизненно важный орган потерпевшего – шею; 

- наличие у ФИО2, с учётом её расположения в момент конфликта, реальной возможности нанести удар потерпевшему в другие органы (ноги, руки) и выбор при этом наиболее уязвимой части тела;

- характеристики ножа, имеющего длину клинка 19,9 см.;

- приложение осуждённой достаточной силы при нанесении удара, повлекшего возникновение раневого канала длиной 5 сантиментов и последующую смерть потерпевшего спустя непродолжительный промежуток времени;

- показания ФИО2 в качестве обвиняемой, оглашённые в судебном заседании при отсутствии возражения сторон, из которых следует, что из своего жизненного опыта она понимала, что, ударяя ножом человека, может причинить вред его здоровью или убить его, однако к возможному наступлению тяжких последствий относилась безразлично (т.2, л.д.125-126); в ходе судебного разбирательства на вопрос суда пояснила, что в момент нанесения удара ножом допускала, что могла попасть в голову Ч.А.И..

В связи с изложенным судебная коллегия квалифицирует действия ФИО2 по части 1 статьи 105 УК РФ - как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. 

Доводы ФИО2 в судебном заседании о том, что она, нанося удар ножом Ч.А.И., хотела лишь «поцарапать» потерпевшего, суд отвергает, поскольку они опровергаются вышеизложенными доказательствами. Кроме того, данная версия возникла у осуждённой только на стадии судебного разбирательства, носит голословный характер, в связи с чем судебная коллегия расценивает её как способ защиты, а также желание уйти от уголовной ответственности за содеянное.

Вопреки выводу суда первой инстанции, факт того, что ФИО2 нанесла один удар ножом, не свидетельствует об отсутствии у неё умысла на убийство, поскольку в данном случае нанесение одного удара явилось достаточным для лишения потерпевшего жизни. 

Попытки осуждённой остановить кровь из раны потерпевшего, вызвать скорую помощь, отсутствие с её стороны действий по сокрытию следов преступления имели место после умышленного причинения ею смертельного ранения и не свидетельствуют о необходимости квалификации её действий по части 4 статьи 111 УК РФ, как ошибочно посчитал суд первой инстанции. 

Коллегия находит несостоятельными доводы защитника и осуждённой о наличии в действиях последней необходимой обороны. 

В соответствии со статьёй 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года №19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление", действия не могут признаваться совершёнными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинён после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом.

Обстоятельств, при наличии которых действия ФИО2 можно было квалифицировать как необходимая оборона или превышение пределов необходимой обороны, судебной коллегией не установлено и из материалов уголовного дела не усматривается.

Исходя из обстоятельств дела, показаний ФИО2, данных как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного заседания, она нанесла ранение Ч.А.И. ножом, который взяла с колен потерпевшего, в тот момент когда тот сидел на диване, то есть в таких условиях, когда потерпевший активных действий с использованием ножа не совершал. 

Удержание потерпевшим осуждённой за волосы в ходе обоюдного конфликта, где оба участника находились в состоянии алкогольного опьянения, нельзя расценить как посягательство, опасное для жизни и здоровья потерпевшей. 

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы №97 от 24.12.2019, ФИО2 во время совершения инкриминируемого ей деяния, не страдала каким - либо психическим расстройством, а обнаруживала признаки психических и поведенческих расстройств, вызванных употреблением алкоголя, синдрома зависимости от алкоголя 2 стадии, т.е. хронического алкоголизма. Об этом свидетельствуют данные о систематическом злоупотреблении алкоголем в течение длительного времени, запойном пьянстве, утрате количественного, качественного и ситуационного контроля, увеличении толерантности, сформировавшейся психической и физической зависимости от алкоголя. Имеющиеся у неё психические изменения выражены не столь значительно, не сопровождаются нарушениями критических способностей и не лишали её в период инкриминируемых ей деяний возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Указанный синдром зависимости от алкоголя не лишал ФИО2 способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими во время инкриминируемого ей деяния.

В настоящее время ФИО2 также не страдает психическим расстройством, которое делает её неспособной ко времени производства по уголовному делу осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается.

У ФИО2 отмечаются признаки хронического алкоголизма (психические и поведенческие расстройства, вызванные употреблением алкоголя, синдром зависимости) (т.2, л.д.222-228). 

С учётом данного заключения, а также адекватного поведения ФИО2 в ходе предварительного расследования и в судебных заседаниях, судебная коллегия признаёт ФИО2 вменяемой относительно совершённого ею деяния и подлежащей уголовной ответственности.

Решая вопросы, связанные с определением вида и размера наказания, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии со ст. 6 УК РФ наказание должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В силу ч.3 ст.60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

ФИО2 39 лет, она ранее судима за тяжкое преступление, совершила согласно ч.5 ст.15 УК РФ особо тяжкое преступление.

По месту жительства в 

<

адрес> участковым уполномоченным полиции ФИО2 характеризуется как спокойная, общительная. За время проживания в селе к уголовной и административной ответственности не привлекалась. Жалоб со стороны жителей и администрации на её поведение не поступало (т.2, л.д.10-16). В соответствии с характеристикой, представленной УУП ОУУП и ПДН МОтд МВД России «Провиденское», по месту регистрации ФИО2 злоупотребляла спиртными напитками, появлялась в общественных местах в состоянии опьянения, использовала нецензурную лексику (т.3 л.д.138).

По месту регистрации директором ПМ «Север» ФИО2 характеризуется как лицо, на поведение которой жалоб не поступало (т.3, л.д.116).

В соответствии с показаниями свидетелей Л, Ар, Т, Ка, Ё, А, С, К, ФИО2 характеризуется как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками (т.1, л.д.190-193, 199-203, 220-223, 225-229, 231-234, 236-239, т.2, л.д.1-4).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, судебная коллегия признаёт:

- по п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ - противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившиеся в совокупности поводом к преступлению, поскольку Ч.А.И. в ходе ссоры высказывал в адрес ФИО2 оскорбительные, нецензурные слова, применял в отношении неё насилие (т.1, л.д.133-135, 178-182, 184-188, 214-219, т.2, л.д.37-45, 52-55, 99-121, 125-126, 133-134); 

- по п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку осуждённая давала подробные показания по обстоятельствам совершённого преступления, в том числе при допросах и следственном эксперименте (т.1, л.д.133-135, т.2, л.д.37-45, 52-55, 99-121, 125-126, 133-134); 

- по п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ – оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, поскольку после нанесения ножевого ранения, она, используя подручные вещи, предпринимала попытки остановить кровь из раны потерпевшего; после того как поняла, что кровь остановить не представляется возможным, через соседей по подъезду просила их вызвать для потерпевшего скорую помощь и частично возместила материальный ущерб родственнику погибшего Ч.Н.А. в размере 3 000 рублей (т.1, л.д.72-75, 178-182, т.2 л.д.37-45, 52-55, 133-136, т.3 л.д.171); 

- по ч.2 ст.61 УК РФ – состояние здоровья; наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка; признание своей вины в нанесении потерпевшему смертельного ранения; раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшей Ч.А.И., поскольку в рассматриваемом случае критическая оценка содеянного самой подсудимой свидетельствует о меньшей степени ее социальной опасности, что соответствует целям назначения наказания, указанным в ст.43 УК РФ (т.2, л.д.37-45, 52-55, 125-126, 133-134, т.3, л.д.99, 173, т.4, л.д.135).

В соответствии с материалами дела, ФИО2 освобождена из мест лишения свободы 16.02.2018 по отбытию срока, назначенного приговором Анадырского районного суда Чукотского автономного округа от 29 мая 2015 года. В силу требований ст.86 УК РФ судимость не погашена.

По смыслу статьи 18 УК РФ, совершение особо тяжкого преступления лицом, имеющим судимость за тяжкое преступление, за которое он отбывал лишение свободы, образует опасный рецидив преступлений (часть 2 статьи 18 УК РФ).

В связи с чем, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание подсудимой ФИО2 судебная коллегия признаёт рецидив преступлений и при назначении ФИО2 наказания учитывает положения ч.2 ст.68 УК РФ.

Кроме того, учитывая степень общественной опасности преступления, обстоятельства совершения преступления, мотив, и личность виновной, а также принимая во внимание содержание части 1.1 ст. 63 УК РФ, обстоятельством, отягчающим наказание подсудимой ФИО2, судебная коллегия признаёт совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Материалами дела установлено, что в момент инкриминируемого преступления ФИО2 находилась в состоянии алкогольного опьянения, в течении продолжительного времени распивала спиртное, что не отрицалось в судебном заседании ФИО2, которая показала, что, если бы она не находилась в состоянии алкогольного опьянения, случившееся не произошло.

При этом коллегия отмечает, что признание смягчающим наказание обстоятельством противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом к совершению преступления, само по себе не исключает признание отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения.

Преступление, предусмотренное ч.1 ст.105 УК РФ, в совершении которого обвиняется ФИО2, согласно ч.5 ст.15 УК РФ относится к особо тяжким преступлениям. С учётом фактических обстоятельств совершенного преступления, степени его общественной опасности, наличия отягчающих наказание обстоятельств, оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ на менее тяжкую не имеется.

Данных о других смягчающих либо отягчающих наказание обстоятельств в судебном заседании суду апелляционной инстанции не представлено.

Каких-либо оснований для применения положений статей 64, 73 УК РФ не усматривается.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, а также обстоятельства его совершения, личность виновной, наличие смягчающих и отягчающих обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу, что исправление ФИО2 не может быть достигнуто без изоляции от общества и приходит к выводу о назначении ей наказания в виде лишения свободы в пределах санкции ч.1 ст.105 УК РФ 

С учётом обстоятельств, смягчающих наказание, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии необходимости назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, так как считает, что для исправления подсудимой достаточно основного наказания.

В соответствии с законом положения ч.1 ст.62 УК РФ не применяются, если имеются обстоятельства, отягчающие наказание.

Такое наказание является соразмерным содеянному, будет соответствовать принципам индивидуализации наказания и сможет обеспечить достижение целей наказания, указанных в ч.2 ст.43 УК РФ.

В соответствии с требованиями п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО2 следует назначить в исправительной колонии общего режима.

В силу п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ срок содержания ФИО2 под стражей с 03 июня 2020 года до вступления приговора суда в законную силу подлежит зачёту в срок отбывания наказания из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск не заявлен.

В соответствии с положениями ст.131 УПК РФ процессуальные издержки возмещаются за счёт средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства. К таковым относятся, в том числе и суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению.

Из материалов дела следует, что на стадии предварительного расследования защиту осуществляли защитники: адвокат Величко О.М., которому выплачено вознаграждение за счёт средств федерального бюджета 5 400 рублей (т.3, л.д.184), адвокат Кустов И.С., которому выплачено вознаграждение за счёт средств федерального бюджета 42 150 рублей (т.3 л.д.186); защиту в суде первой инстанции осуществлял адвокат Кустов И.С., которому выплачено вознаграждение за счёт средств федерального бюджета 35 280 рублей (т.4, л.д.239).

Таким образом, процессуальные издержки составили 82 830 рублей (5 400+42 150+35 280).

Как установлено ст.132 УПК РФ, процессуальные издержки взыскиваются с осуждённых или возмещаются за счёт средств федерального бюджета.

В соответствии со ст.132 УПК РФ осуждённый может быть освобождён полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, в том числе связанных с выплатой вознаграждения защитнику, в случае, если он заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению, в случае имущественной несостоятельности осуждённого, а также, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осуждённого.

Принимая во внимание, что осуждённая ФИО2 после разъяснения ей положений статей 131, 132 УПК РФ заявила о желании воспользоваться помощью защитника по назначению, от услуг адвоката не отказалась, оснований для освобождения её полностью от уплаты процессуальных издержек судебная коллегия не усматривает. 

В тоже время учитывая, что ФИО2 оказывает материальную помощь своей несовершеннолетней дочери, состояние здоровья осуждённой, судебная коллегия приходит к выводы о наличий оснований для частичного освобождения осуждённой от уплаты процессуальных издержек, и о взыскании процессуальных издержек с осуждённой ФИО2 в размере 40 000 рублей.

В остальной части в сумме 42 830 рублей процессуальные издержки подлежат возмещению за счёт средств федерального бюджета.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд в соответствии с положениями пп. 1, 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ учитывает принадлежность изъятых в ходе предварительного расследования одежды и обуви, мнение осуждённой, потерпевшей Ч.А.И., отказавшихся от их получения, а также то, что приобщённые к материалам дела предметы не представляют ценности, а нож является орудием преступления. 

По приведённым выше основаниям судебная коллегия приходит к выводу о частичном удовлетворении апелляционного представления, оставлении апелляционной жалобы защитника без удовлетворения. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 38913, 38915, 38918, 38920, 38923, 38928, 38931, 38932 и 38933 УПК РФ, судебная коллегия

п р и г о в о р и л а:

Приговор Анадырского районного суда Чукотского автономного округа от 03 июня 2020 года в отношении ФИО2 отменить. 

Признать ФИО2 виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО2 исчислять с 25 августа 2020 года.

В соответствии с п. «б» ч.3.1. ст.72 УК РФ зачесть ФИО2 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания под стражей с 03 июня 2020 года до 25 августа 2020 года из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. 

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 40 000 (сорока тысяч) рублей. 

В остальной части процессуальные издержки в сумме 42 830 (сорока двух тысяч восьмисот тридцати) рублей возместить за счёт средств федерального бюджета.

Вещественные доказательства по уголовному делу: 

1) вырез обоев с веществом бурого цвета, изъятый в прихожей комнате, находящийся в органе дознания ПП (м.д. пгт. Угольные Копи) МО МВД России «Анадырский», образцы крови на марлевых тампонах потерпевшего Ч.А.И. и обвиняемой ФИО2, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств Анадырского межрайонного СО СУ СК России по Чукотскому автономному округу, кухонный нож, две тряпки, бежевую кофту, штаны, марлевые тампоны с со смывами с рук ФИО2, срезы ногтевых пластин с рук ФИО2 и Ч.А.И., два выреза обоев, три окурка сигарет марки «LM» – уничтожить;

2) две пустые бутылки с надписями «Охота Крепкая», переданные на хранение ФИО2, оставить по принадлежности.

3) отрезок прозрачной ленты со следами отпечатков пальцев рук, дактокарты ФИО2 и Ч.А.И., CDR диски c видеозаписями явки с повинной от 16.11.2019 и следственного эксперимента от 13.12.2019 – хранить при уголовном деле;

Апелляционное представление и.о. Анадырского межрайонного прокурора Пономарева А.В. удовлетворить частично, апелляционную жалобу защитника осуждённой ФИО2 – адвоката Кустова И.С. оставить без удовлетворения.

Апелляционный приговор может быть обжалован в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции через Анадырский районный суд Чукотского автономного округа.

Председательствующий Д.Н. Курочкин

Судьи С.М. Васильев

С.А. Цвелев