дело №1-269/18

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Буденновск 26 ноября 2018 года 

Буденновский городской суд Ставропольского края в составе:

судьи Пронькина В.А. 

при секретаре судебного заседания Лапиной Е.Г. (Серповской Ю.Г.) 

с участием государственного обвинителя старшего помощника Буденновского межрайпрокурора ФИО1, потерпевшей КНР 

подсудимого ФИО2

защитника - адвоката Чапчиковой Л.Г., представившей удостоверение №1539 и ордер адвокатского кабинета г. Буденновска, Ставропольского края 

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2, 

<

данные изъяты> 

по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 04 декабря 2017 года в период времени с 14 часов до 18 часов, находясь в домовладении, расположенном по адресу: 

<

адрес>, где временно в съемном жилье проживал КСА, в ходе ссоры с последним, возникшей на почве личных неприязненных отношений, нанес КСА не менее двух ударов руками, сжатыми в кулаки в правую половину лобной области, в область век обоих глаз, и один удар ногой, обутой в обувь, в левую теменно-затылочную область головы. При этом, ФИО2 осознавал общественную опасность и противоправность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью КСА, и желал их наступления, но не предвидел наступления последствий в виде смерти КСА, хотя при должной внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть возможность наступления данного последствия.

В результате нанесения указанных ударов, ФИО2 причинил КСА закрытую черепно-мозговую травму, сопровождавшуюся тяжелым ушибом вещества и оболочек головного мозга, причинившую тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, который по своему характеру создал непосредственную угрозу для жизни КСА

С полученными травмами КСА 05 декабря 217 г. был госпитализирован в реанимационное отделение ГБУЗ СК «Краевой центр СВМП №1» г. Буденновска, где в 06 часов 13 декабря 2017г. в скончался от тяжелой контузии вещества и оболочек головного мозга, сопровождавшаяся образованием левосторонней субдуральной гематомы объемом 60 мл, очагами контузии вещества левых теменной и затылочной долей, подапоневротической гематомой лобной области справа с осаднением в центре, кровоподтеками век обоих глаз, осложнившихся отеком, дислокацией мозга, двусторонней очаговой гнойной бронхопневмонии центрального генеза, обусловивших дыхательную и сердечную недостаточность, послуживших непосредственной причиной смерти.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 по предъявленному ему обвинению по ч. 4 ст. 111 УК РФ, вину полностью не признал и пояснил следующее.

Он знаком с КНВ на протяжение длительного времени, между ними дружеские отношения, В середине ноября 2017г. он приехал к К, чтобы постричься, и заметил, что у нее были синяки на лице, в ходе разговора К рассказала, что у нее дома скандалы, что муж занимается рукоприкладством. Он на тот момент уже был разведен, проживал в домовладении у матери, предложил ей пока конфликт не прояснится, она может пожить в его доме. К согласилась, и стала проживать в его доме по адресу: 

<

адрес>. От К ему стало известно, что они с К проживали на съемной квартире по 

<

адрес>, которую К не оплачивал. К часто звонил К и в разговоре оскорблял её.

По просьбе К они приезжали вместе с ней 03.12.2017г. в квартиру, где остался проживать К, чтобы покормить кота. К говорила К, чтобы тот оплатил хозяйке за квартиру и услуги, поскольку она не хочет за него платить. В тот день он видел, что в квартире находится пожилая женщина (позже узнал, что это МНВ) 

Днем 04.12.2017г. К решила забрать из квартиры свои вещи и заготовки на зиму, по её просьбе он вызвал такси через своего знакомого 

<

данные изъяты>), который был в этот день выходной, поэтому приехал с напарником по имени А (ГАГ), они с К были в нетрезвом состоянии, приехали в квартиру, где проживал К. В квартире находились К и М, находившимися в нетрезвом состоянии, М при этом была одета в халат К. Между К, К и М, произошла ссора, поскольку К возмущалась тем, что М одела её халат, а также требовала от К, чтобы он оплатил хозяйке за квартиру и вместе с М они ушли из квартиры, но он возражал. По просьбе К, ГАГ снимал происходящее на видео её телефона. К стал высказываться в его (ФИО2) адрес оскорбления, попытался ударить, но он увернулся, в ответ он нанес К два удара ладонью левой рукой (он левша) в лицо, чтобы тот успокоился. Никаких телесных повреждений, крови у К от его ударов не было. Он не видел, чтобы К наносил удары Б. По его инициативе К вызывала участкового, поскольку в квартире было разбито окно. Когда прибыл участковый, то он забрал с собой К, М куда-то ушла, а они с К, Б уехали на такси к нему домой, по пути, купив спиртное и закуски. В этот день он больше не приезжал в квартиру, где проживал К.

Утром 05.12.2017г. ему нужно было решить свои вопросы, К попросила его заехать на квартиру, чтобы посмотреть обстановку, он согласился, и, когда приехал туда, то обнаружил, что там находится К, который был в нетрезвом состоянии, он стал вести себя агрессивно, оскорблял его покойную мать, поэтому он нанес К два удара ладонью в лицо. После чего, сообщил К, что К находится в квартире. Потом он заехал за К, и на такси они поехали за матерью К, чтобы она забрала его из квартиры, они привезли мать, она посмотрела на К, который спал, и сразу же уехала с внучкой, обещала вернуться позже и забрать К. К передала К ключ от квартиры, чтобы она могла забрать своего сына. Они с К вернулись в квартиру вечером, там уже находилась К, К также лежал на диване, на его лице были телесные повреждения, он проверил его пульс и предложил вызвать скорую помощь, которая установила, что К находится в коме, поэтому его увели в больницу. Они с К тоже поехали в больницу, там он спросил у матери К нужна ли какая-либо помощь, но она отказалась, после чего они с К уехали домой. Вечером ему и К позвонили сотрудники полиции и попросили приехать на квартиру, они приехали, после чего их доставили в здание ОМВД. Там его опросили и оставили на ночь, которую он провел в помещении.

06.12.2017г. сотрудником полиции Л был составлен протокол его явки с повинной, в котором он изложил события, со слов сотрудника полиции, указал, что признает вину в нанесение К телесных повреждений. В дальнейшем ему стало известно, что К в больнице скончался.

Вину в предъявленном ему обвинении по ч. 4 ст. 111 УК РФ он не признает, потому, что, по его мнению, у К не могли образоваться телесные повреждения, от которых он скончался в больнице, от нанесения им нескольких ударов ладонью по лицу К, о чем указано в заключении СМЭ. Полагает, что свидетель МНВ его оговаривает в том, что он наносил удары кулаки и ногой в голову К. Считает, что телесные повреждения К были причинены в другое время и другим лицом. 

Виновность ФИО2 в совершении преступления подтверждается, а доводы, приводимые им и стороной защиты против обвинения, опровергаются совокупностью следующих доказательств.

Показаниями потерпевшей КНР, которая пояснила, что её сын КСА состоял в браке с КН, они жили на съемной квартире по адресу: 

<

адрес>, часто ссорились. Ей известно, что К ушла от сына, примерно в ноябре 2017г., она приезжала на квартиру сына и видела там пожилую женщину (М), со слов сына, она помогала ему. 

Днем 04.12.2017г. ей позвонил сын и сказал, что к нему приехала К с несколькими мужиками и они его бьют, она слышал как во время разговора с сыном, К кричала, что никто его не бьет, потом связь прервалась. 

Днем 05.12.2017г. к ней домой на такси приехала её сноха К, она была в нетрезвом состоянии и сказала ей, чтобы она забирала сына из квартиры, где они проживали. Она сказала К, что сейчас ей некогда, поскольку необходимо было с внучкой ехать к логопеду, но потом она заберет сына. Они с К на такси поехали в квартиру, где был её сын, в такси также находился ФИО2. В квартире она увидела сына, он лежал в плавках на подлокотнике дивана с закрытыми глазами, у него все лицо было опухшее, синяки под глазами, она подумала, что он спит. К перемаргивалась с ФИО2, как будто испугалась чего-то. Затем на такси её и внучку довезли к логопеду, после занятий она вернулась на квартиру к сыну, он лежал также, дышал через раз. Позже в квартиру также приехали К и ФИО2, решили вызвать скорую помощь сыну, приехали два врача, которые, осмотрев сына, сказали, что у него кома, и увезли его в больницу. Ни К, ни ФИО2 ничего ей не поясняли о телесных повреждениях сына. Она тоже поехала в больницу, туда же приезжали К и ФИО2, последний предлагал ей помощь, но она отказалась. Сын умер в больнице 13.12.2017г.

Показаниями ФИО2, оглашенными на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, данными им в качестве подозреваемого 06.12.2017г., согласно которым у него есть сожительница КН, она ему знакома примерно с 1998 года. Примерно в первых числах ноября 2017 года КН переехала проживать к нему в домовладение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, потому что у нее сложились плохие отношения с ее супругом КСА. Со слов Н ему стало известно, что С постоянно на протяжении длительного времени злоупотребляет спиртными напитками, нигде не трудоустроен, ведет антиобщественный образ жизни, а так же постоянно обижал ее.

На протяжении ноября месяца он так же не работал и злоупотреблял спиртными напитками. Н проживала вместе с ним и также выпивала спиртное. 

Каждый день КСА звонил Н и оскорблял ее, высказывал разные непристойные слова в ее адрес, а после оскорблений как ни в чем не бывало, просил ее вернуться к нему. Н в свою очередь, не реагировала на его звонки и просто выслушивала его и не делала никаких действий. Н сказала С, чтобы он нашел деньги, чтобы расплатиться за коммунальные услуги за ноябрь месяц, так как ей надоело, что он сидит у нее на шее, у нее тоже нет денег платить за то, что он проживает в доме.

В период времени с начала ноября 2017 года С звонил Н и говорил, что у него нет денег, и чтобы она приезжала и кормила кота или забирала его. Н ездила и кормила кота, покупала ему корм каждый день.

ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время, точного времени он пояснить не может, потому что в последнее время он стал злоупотреблять спиртными напитками, Н позвонил С и стал снова ее оскорблять, Н поставила звонок на громкую связь и он по голосу услышал, что С был пьян. С звал Н обратно, он говорил, чтобы она возвращалась жить к нему.

После этого телефонного разговора, они с Н вызвали такси и направились к С, это было около 14 часов. Он и Н были в состоянии алкогольного опьянения, распивали спиртное у него дома. Когда они приехали по месту жительства С, Н открыла входную дверь своим ключом и они вошли в домовладение. Водитель такси по имени Д и его напарник А заходили с ними в домовладение. Когда они вошли в дом, то в кухне они увидели С, он был абсолютно голый, сидел за столом и с ним сидела рядом пожилая женщина в возрасте около 60 лет, на ней был одет халат, как ему позже стало известно это был халат Н, под халатом у этой женщины одежды не было. Эта женщина представилась как НВ и пояснила, что является знакомой С и пришла к нему в гости, искупаться и отдохнуть. Н стала возмущаться, высказывать С, что он привел эту женщину в дом, С в свою очередь ругался на Н. После этого они практически сразу уехали.

На следующий день, то есть 04.12.2017 года, они снова находились у него дома с его сожительницей Н. С опять звонил Н, он говорил разные гадости и просил приехать. Они собрались и приехали на такси, но уже с другим таксистом его звали А. Он так же прошел с ними в домовладение к С, когда они вошли то увидели, что С находился в состоянии алкогольного опьянения, на нем были только трусы, а эта женщина, которая представилась именем НВ была в халате Н и лежала на диване, укрытая ее же пледом. Н этот факт вообще возмутил, она сразу дала свой телефон таксисту и включила видео камеру и попросила его, чтобы он стал снимать происходящее и в последствии показать это видео матери С. С стал ходить по комнате, вел себя агрессивно, оскорблял Н, он звонил своей матери со своего телефона и говорил что к нему приехали на разборки.

В этот раз он не выдержал и отвел С в соседнюю комнату, в ответ на его оскорбления, стал общаться с ним на повышенных тонах, но конфликт урегулировать не получилось, С стал вести более неадекватно и стал бросаться на него с кулаками, на что он в ответ на его агрессию, нанес ему несколько ударов ладонью по лицу, куда именно попадал не помнит. Н просила его не бить С. После этого эта женщина стала одеваться и собираться уходить, по прибытию участкового она сразу ушла, в полицию звонила Н. 

Так же в присутствии участкового они вывели из дома С, закрыли дом, а новая сожительница Н, стояла и ждала С, после этого, он и Н на такси с А уехали к нему домой, забрав некоторые вещи Н с собой.

05.12.2017 года, примерно в 10 часов, он направился на такси в домовладение расположенное по адресу: 

<

адрес>, чтобы покормить кота, который там остался. Н не поехала с ним, потому что она была не в состоянии и сказала, что долго нужно было собираться. Когда он приехал по месту жительства С, он вошел в дом и увидел, что на кухонном столе стоит банка с джин тоником и борщ.

Он увидел С, который валялся в зале на диване. Он позвонил Н и сказал ей, что С снова находится дома. Он стал спрашивать у Н, что с ним делать, на что она ему сказала, чтобы он его не прогонял и он оставался уже в доме до вечера. С вел себя неадекватно, выражался нецензурной бранью в его адрес и адрес Н, а так же стал что-то говорить в адрес его покойной матери, при этом он привстал с дивана и ударил его своей рукой в область его правого плеча, тогда он не выдержал и ударил его своей ладонью левой руки в область головы. Он упал на диван, он за ногу стащил С с дивана, нанес ему еще один удар открытой ладонью по лицу и голове, требуя, чтобы он извинился за свои слова. Он понял, что С в состоянии сильного алкогольного опьянения и никакого разговора с ним не получится, оставил его и ушел из дома, закрыв дверь. Он поехал домой на такси. После этого они с Н ездили на такси по городу, уже с обеда поехали на 

<

адрес>, в общежитие №, где проживает мать С, она поехала с ними, с ней была ее внучка, которая приходится С племянницей. Приехав по адресу: 

<

адрес>, мать С вошла в дом с Н и почти сразу вышли, она попросила у Н ключи, чтобы позже прийти в дом убрать в нем и забрать С, так как он спал в тот момент.

Около 18 часов, точного времени он не помнит, они с Н решили проверить забрала ли мать С и направились в дом по 

<

адрес>, когда они приехали, вошли в домовладение и увидели, что мать С наводит порядок на кухне, а С все так же спит, он лежал на диване, а когда он уходил, то он сам встал и присел на край дивана.

Н стала переживать по поводу того, что С спит так долго. Она стала пытаться его разбудить, похлопала ему по щекам, на что он не реагировал, а мать С стала кричать на Н, чтобы она его не трогала. Он проверил пульс у С и понял, что ему нужно вызывать скорую помощь. С уже был в бессознательном состоянии.

Н вызвала скорую помощь. По прибытию скорой помощи, С госпитализировали. На такси они направились в приемное отделение, где уже от матери С им стало известно, что его госпитализировали в реанимацию и он в коме. Он и Н предложили свою помощь, но мать С сказала им ничего не нужно. т. 1 л.д. 76-80

Показаниями ФИО2, оглашенными на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, данными им в качестве обвиняемого 26.06.2018г., согласно которым он не причинял КСА тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни и повлекшего по неосторожности его смерть. Он полностью поддерживает свои показания, данные им в качестве обвиняемого следователю и на них настаивает. 

Он действительно виделся с КСА 03.12.2017 в домовладении, расположенном по адресу: 

<

адрес>, куда приехал вместе с КНВ забрать ее личные вещи, так как она съезжала с квартиры. В домовладении они увидели МНВ, с которой он ранее знаком не был, и КСА, которые сидели на кухне без какой-либо одежды, абсолютно голые, они находились в состоянии сильного алкогольного опьянения и распивали спиртное. Увидев это, КНВ стала ругаться на них. Он никакого участия в их ссоре не принимал. КСА кидался на нее драться. Он словесно попросил его прекратить свои действия. 

С показаниями свидетеля МНВ на очной ставке о том, что он в этот день ударил КСА в лицо, он не согласен. К ее показаниям относится критично, так как в этот день она находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения, что она сама подтвердила на очной ставке и в связи с чем, она могла забыть произошедшие события.

03.12.2017, когда они с КНВ уехали, МНВ и КСА остались в вышеуказанном домовладении.

04.12.2017, примерно с 13 часов 00 минут по 14 часов 00 минут, он по просьбе КНВ на такси с БД и А, фамилии которого он не помнит приехали в домовладение, которое расположено по вышеуказанному адресу снова, чтобы забрать закрутки, продукты питания. Когда они подъехали, увидели разбитое оконное стекло дома. Во двор они зашли вчетвером, так как БДЮ и А, хотели вынести банки. КНВ зашла в дом первая, а он остался ждать ее в прихожей. Он услышал, что КНВ ругалась на МНВ и КСА Последний начал оскорблять КНВ, на что он сделал ему замечания, после этого он кинулся на него и ударил его левой ладонью по лицу около двух раз в область под глазом. В этот момент МНВ в комнате не находилась, она была во дворе. КНВ в этот момент выходила либо вышла из комнаты на улицу.

С показаниями МНВ о том, что он в этот день наносил еще какие-либо удары, он не согласен, так как таковых не наносил.

В это время, КНВ вызвала участкового Д, так как были разбиты оконные стекла. Инициатором вызова был он. ФИО5 приехал и увидел состояние КСА, однако у последнего никаких претензий к нему и к КНВ не было, поскольку на лице у КСА никаких следов от ударов не было.

После этого они все уехали. Более 04.12.2017 они в вышеуказанное домовладение не возвращались.

Про события 05.12.2017 свои показания, данные следователю подтверждает в полном объеме. Хочет повторить, 05.12.2017 КСА в ответ на его оскорбления и его покойной матери ударил 2-3 раза ладонью по лицу. После этого посадил его на колени и заставил извиниться. Более никаких ударов он ему не наносил. В этот день с утра он уже был избит. Существенно были увеличены надбровные дуги и имелись следы ударов в области глаз.

Ознакомившись с заключением комиссионной СМЭ, хочет пояснить, что он согласен с выводом эксперта о том, что КСА мог получить тяжкие телесные повреждения, повлекшие его смерть за 16-24 часа до поступления его в стационар 05.12.2017 около 18 часов 00 минут. Если посчитать, то телесные повреждения он получил примерно с 22 часов 00 минут 04.12.2017 до 06 часов 00 минут 05.12.2017. Насколько ему известно, что в указанное время, со слов МНВ они находились у ПМС, а он находился дома. Просит обратить внимание на то, что локализация ушибов головного мозга у КСА, повлекшая смерть, находится в левой височной теменно-затылочной, а он ударил его ладонью в правую часть лица, потому что левша. 

Лично у него никакого повода для причинения КСА телесных повреждений не было, так как он никаких отношений с ним не имел. Может предположить, что у П и КСА мог быть конфликт, в связи с тем, что К украл у последнего денежные средства и документы. В свою очередь П забрал велосипед у К. Имеющийся у КСА вред здоровью он мог получить где угодно при любых обстоятельствах, после того, как 04.12.2017 расстался с ними и уехал с МНВ в неизвестном ему направлении, он к этому никакого отношения не имеет.

т. 2 л.д. 125-129

Оглашенные показания подсудимый ФИО2 не подтвердил в той части, что КН была его сожительницей, подтвердил показания, что 4 и 5 декабря 2017г. он наносил удары КСА ладонью по лицу.

Показаниями свидетеля МНВ, которая пояснила, что 03.12.2017г. она познакомилась с КСА, он пригласил её навести во дворе порядок. Она осталась у него ночевать.

4 декабря 2017г. они с С были в спальне по 

<

адрес>. Потом приехала Н (жена или сожительница С) и трое парней, среди них был подсудимый. Между ней и Н произошел конфликт, поскольку она одела её халат, а Н увидела её в своём халате. В ходе этого К бил вот этот человек (указала на подсудимого ФИО2), он стянул С с дивана и ударил его один раз кулаком в лицо. Потом, когда Н и двое парней находились во дворе, они носили банки из подвала, коробки, она видела как ФИО2 нанес С не менее 4-х ударов правой и левой руками в голову, когда тот сидел на стуле, а потом, когда С упал, ногой ударил его в живот. В этот момент в комнате не было никого, кроме ФИО2, С и её. Она помнит, что приезжал какой-то молодой сотрудник полиции, и через некоторое время он уехал, он никуда не увозил К. После того, как все ухали, они с С, у которого было разбито все лицо, ушли к общему знакомому П, поскольку ей было страшно оставаться в доме. К П они пошли пешком, с собой С взял велосипед. П разрешил им остаться, С было очень плохо, он жаловался на головную боль, ему предлагали вызвать скорую помощь, но он отказался, П дал ему таблетку от головы, С лег спать. Утром С сам встал, выпил воды, сказал, что ему плохо, его лицо все опухло, сильно болела голова, его тошнило, он сказал, что пойдет домой, они вызвали ему такси. Она осталась у П до вечера. Никакого конфликта между П и К не было. Вечером 5 декабря она от золовки, которая работает в больнице, она узнала, что поступил сильно избитый мужчина, который впал в кому. В дальнейшем она узнала, что это был КСА, который умер.

Также свидетель ФИО4 пояснила, что ФИО2 и в отношении неё применил насилие, ударив по лицу, разбив губу, но она никуда не обращалась по этому поводу. 

Показаниями свидетеля МНВ, данными ею 06.12.2017г., оглашенными на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно котрым 04.12.2017 года, точного времени она не помнит, они с С находились у него дома и спали. К ним в дом зашли Н и трое неизвестных ей мужчин. Н начала снимать на свой телефон их с С и говорила, что покажет это видео матери С. Они с С были в состоянии алкогольного опьянения. С стал ходить по комнате. Н и С кричали друг на друга. С сел на диван. Сожитель Н, который с ней приехал, схватил С за ноги и потащил его с дивана на пол. Сожитель Н, имени которого она не знает, несколько раз ударил С по лицу своей рукой, у С появилась кровь на лице. После этого, Н и трое неизвестных ей мужчин вышли из дома.

05.12.2017 года утром, точного времени она не помнит, к ним с С приехал сожитель Н, имени которого она не знает. Она работала во дворе дома. Сожитель Н зашел в дом и что там происходило, ей не известно. Примерно через 8 минут сожитель Н вышел из дома и направился на улицу. Она зашла в дом и увидела, что у С разбито лицо. У него шла кровь. В дом опять зашел сожитель Н и схватил под руки С. Он вытащил С из дома, посадил в машину и уехал. Марки машины она не видела. Она сразу же, как отъехала от дома машина, вышла из дома и пошла к своему бывшему сожителю М, так как она начала бояться за свою жизнь. Что дальше происходило ей не известно. т. 1 л.д. 58-60

По поводу оглашенных показаний, свидетель МНВ объяснила тем, что она могла перепутать даты и некоторые обстоятельства, а также тем, что первоначально не рассказала обо всех событий из-за угроз со стороны ФИО3 Н в свой адрес, которые она воспринимает реально.

Показаниями свидетеля МНВ, данными ею 04.06.2018г., оглашенными на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым они познакомились с К, 03.12.2017 она находилась дома у КСА, который расположен по адресу: 

<

адрес>. Утром, точного времени она не помнит, к ним приехала бывшая жена КСА, которую зовут Н, вместе со своим новым сожителем Д. В этот день, когда они пришли в дом, на ней был халат, как потом она узнала, принадлежал Н, это ее сильно разозлило и она начала сильно возмущаться, также она совместно со своим сожителем Д начали кричать на них и требовать, чтобы они уехали с этого дома. Затем они забрали какие-то личные вещи, какие именно она не помнит. После того как они забрали свои вещи, они уехали. В этот день дома они пробыли примерно 30 минут.

На следующий день, 04.12.2017, примерно в обеденно-вечернее время, точного времени она не помнит, во времени может ошибаться, к ним снова приехали Н и Д, с ними были еще двое неизвестных ей парней. Когда они приехали, она снова находилась в халате Н, что ее снова сильно разозлило. Они снова начали сильно ругаться на нее и С, а также начали снимать ее на камеру мобильного телефона. Они требовали, чтобы они ушли из квартиры. Они находились в спальной комнате и лежали вместе с С на диван-кровати. В это время С звонил кому-то по телефону, по ее мнению, своей матери. Затем те, кто приехал вместе с Н, отвели С в соседнюю комнату, потому что хотели поговорить с ним. Что происходило в той комнате она не знает, так как не видела, она лишь слышала, как они ругались. Затем двое парней, Н и ФИО2 ушли, она не помнит куда, и двое парней начали выносить какие-то ящики по просьбе Н. Они с К остались в комнате. Однако потом ФИО2 вернулся в комнату и начал ругаться с К, а затем стянул С с кровати, тот упал на пол, нанес ему ногой удар по голове в область затылка и сказал ей, чтобы она вышла из комнаты, что она и сделала. Затем она пошла на кухню. Когда она была на кухне, она слышала звуки, похожие на звуки от ударов, которые доносились из комнаты. Затем С и Д вошли в кухню и С сел на стул. У С было красное лицо, было похоже на то, что Д ударил его несколько раз. Когда С сел на стул, Д сказал ему, чтобы тот ушел из дома, однако тот ответил, что не уйдет, после чего Д нанес ему правой и левой рукой, сжатой в кулак не менее 4 ударов в область лица и головы. Это видела только она, парни, которые приехали совместно с Н выносили ящики, Н была с ними. У того сильно опухло лицо, появились гематомы и синяки под глазами, пошла кровь с носа. Также он ударил и ее ладонью в область лица и сказал, чтобы она уходила. От его удара она испытала физическую боль, но никому об этом не говорила, судебно-медицинскую экспертизу не проходила, в настоящее время претензий по этому поводу к нему не имеет и вышла.

Затем она вышла на улицу и стояла недалеко от дома, в парке, где и ждала К. В это время Н, Д и двое неизвестных ей парней остались дома у С. Она гуляла примерно 40 минут и примерно в 18 часов 10 минут, точного времени она не помнит, вернулась домой к С, дома уже никого не было. Он был сильно избит, он жаловался на головные боли, его тошнило, у него были постоянные приступы рвоты. Она сразу же подумала, что у него сотрясение головного мозга и предложила обратиться ему в больницу, однако он этого делать не стал. Он пояснил ей, что все эти травмы образовались от ударов Д. Они взяли велосипед С, однако он на нем не ехал, они его катили. После этого они направились ночевать к ПМС. К ПМС они пришли примерно в 18 часов 40 минут, во времени может ошибаться. Там она и ПМС начали оказывать ему медицинскую помощь, дали С лекарство, так как у него были приступы рвоты и у него болела голова. Лицо С было сильно опухшим. В этот день у ПМС они выпили немного спиртного, а затем легли спать. На следующий день, 05.12.2017, С рано утром, точного времени она не помнит отправился домой на такси, а она осталась ночевать у ПМС. Хочет добавить, что дома у ПМС никто не бил, при ней, кроме Д, С никто удары не наносил, все телесные повреждения у С образовались от ударов Д, С ей также пояснил, что кроме Д ему никто удары не наносил. т. 2 л.д. 81-84

После оглашения показаний, свидетель МНВ пояснила, что подтверждает эти показания полностью, но она плохо помнит о том, что приезжал участковый, но точно может сказать, что С участковый с собой, не забирал, после того, как все разъехались, они с К ушли к П.

Суд, оценивая показания МНВ, признает наиболее полными, достоверными её показания, данными в судебном заседании и при допросе следователя 04.06.2018г. о том, что ФИО2 04.12.2017г. нанес К не менее 4-х ударов кулаками обеих рук в голову, а также удар ногой в голову. 

Выводы суда полностью согласуются с показаниями свидетеля МНВ, данными ею в ходе очной ставки с обвиняемым ФИО2 от 23.06.2018г., её показаниями в ходе очной ставки со свидетелем КНВ от 23.06.2018г., с протоколом проверки показаний свидетеля МНВ на месте от 23.06.2018г., согласно которому она месте совершения преступления, в домовладении, расположенном по адресу: 

<

адрес> детально показала каким образом ФИО2 наносил 04.12.2017г. удары КСА, что наглядно зафиксировано в приложении - фототаблице.

т. 2 л.д. 115-119, л.д. 111-114, т. 2 л.д. 97-110

Допрошенный в судебном заседании следователь Буденновского МСО СУ СКР по Ставропольскому краю ААА, проводивший следственное действие протоколом проверки показаний свидетеля МНВ на месте от 23.06.2018г., пояснил, что им в одном из листов указанного протокола была допущена опечатка - указана фамилия иного лица - «ГДВ», поскольку в его производстве находилось уголовного дела отношении ГДВ, поэтому он ошибочно в протоколе указал его фамилию.

Оценивая тот факт, что следователь при составлении протокола проверки показаний МНВ на месте от 23.06.2018г., ошибочно (т. 2 л.д. 100) указал фамилию иного лица - «ГДВ», суд приходит к выводу, что обстоятельство не влияет на достоверность и допустимость доказательства в целом.

Согласно указанному протоколу, в нем отсутствуют подписи от имени ГДВ, что подтверждает показания следователя о том, что ГДВ не участвовал в следственном действии, проводимом со свидетелем МНВ

Ошибочное указание следователем фамилии лица ГДВ, не имеющего отношения к проводимому следственного действию, без фактического участия этого лица в следственном действии, не является основанием для признания доказательства недопустимым.

В протоколе проверки показаний свидетеля МНВ на месте от 23.06.2018г. указано о применении фотографирования, в судебном заседании свидетель МНВ подтвердила, что она изображена на фотографиях приложения к протоколу. т. 2 л. 103-109

Показаниями свидетеля ПМЕ, который при первоначальном его допросе в судебном заседании пояснил, что познакомился с КСА в наркодиспансере, где они вместе лечились. Он был также знаком с ФИО4, которая проживала у него некоторое время, потом он узнал, что ФИО4 стала проживать в квартире у К. В начале декабря 2017г., вечером, без предупреждения к нему пришли К и ФИО4, у них был с собой велосипед. Они попросились остаться ночевать у него дома, поскольку опасались оставаться на ночь в квартире, где жил К, он не возражал. Он не видел на лице К телесных повреждений, повреждения были у него на боку - синяк, у ФИО4 была разбита губа. Со слов ФИО4 он понял, что их кто-то побил. К на вторые сутки уехал на такси, а ФИО4 осталась проживать у него.

Показаниями свидетеля ПМЕ, данными им 06.12.2017г., оглашенными на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым, примерно 30 ноября 2017 года Н ушла жить к С, так как он предложил Надежде поработать у него дома. По месту жительства С, а именно: 

<

адрес> он приходил один раз в гости, точной даты он не помнит, это было примерно 01.12.2017 года. Когда он пришел к ним, они стали распивать спиртные напитки. Они распили спиртные напитки и он ушел к себе домой спать. Больше он с С и Н не виделся.

04.12.2017 года, примерно в 17 часов 30 минут, ему позвонил С и сказал, что он с Н придут к нему в гости. Примерно в 18 часов 30 минут к нему приехали С и Н. Они стали распивать у него дома спиртные напитки. Лицо С было опухшее и над правым глазом был синяк. Он спросил у С, что с ним случилось. С ему пояснил, что ранее к нему приехали по месту жительства двое неизвестных ему лиц, сожитель его жены Н - Д и сама Н. Они избили его. С и Н остались у него ночевать. Когда он ложился спать, он увидел на теле С большой синяк в области ребер.

05.12.2017 года рано утром, точного времени он не помнит, он вызвал такси С и он поехал до своей матери, адрес проживания которой ему не известен. С уехал, а Н осталась у него дома. О том, что С попал в больницу, он узнал от своей бывшей сожительницы Н.

т. 1 л.д. 61-62

Показаниями свидетеля ПМЕ, данными им 15.06.2018г., оглашенными на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым он пояснил, что 04.12.2017 он находился дома, в тот момент он проживал по адресу: 

<

адрес>, пер. Речной Спуск, 

<

адрес>. Примерно в 18 часов 30 минут, к нему во двор, через незапертую калитку, зашли МН и КСА, которые являлись его друзьями. Зайдя во двор, они постучали в его окно. Когда он вышел во двор и увидел их, то он ужаснулся, потому что лицо К было опухшее, у него были кровоподтеки, а также различные телесные повреждения, конкретно какие он не помнит. К прикатил вместе с собой велосипед. Увидев это, он пригласил К и М домой, предложил им поесть и выпить немного спиртного, они согласились. Когда они сидели у него дома, К жаловался на головную боль, головокружение, тошноту. Ему показалось, что у него сотрясение головного мозга. Он предложил вызвать ему скорую медицинскую помощь, но он отказался. После этого он дал ему лекарство от головной боли, какое именно он не помнит. Затем они сидели за столом и распивали спиртные напитки. В ходе разговора К пояснил, что все телесные повреждения ему нанес, как ему позже стало известно, ФИО2. Он пояснил, что когда он с М находился у себя дома по адресу: 

<

адрес>, к нему пришли четверо человек: КН, ФИО2 и двое неизвестных ему парней. Во сколько это было он точно не пояснял, он лишь сказал, что это было 04.12.2017 в обеденное время. Он сказал, что когда они вошли домой, между ними произошел конфликт. В ходе конфликта, ФИО2 нанес ему не менее 4 ударов рукой, сжатой в кулак в область лица и головы, затем, когда он упал, как именно, он не помнит, ФИО2 нанес ему удары ногой, сколько именно он не говорил, в теменно-затылочную область, также несколько раз ФИО2 ударил его в область туловища, куда именно он не говорил. Также К пояснил, что его бил только ФИО2, все телесные повреждения образовались от его ударов.

Когда он находился у него дома, К никто не бил, он не падал, не об что не ударялся, а лишь жаловался на головную боль, головокружение и тошноту. После того, как они выпили немного алкоголя, они втроем легли спать около 23 часов, точного времени он не помнит, во времени может ошибаться. Когда они ложились спать, он заметил, что у К имеются телесные повреждения на теле, однако какие именно он не помнит.

На следующее утро, а именно утром 05.12.2017, когда он проснулся, лицо К еще сильнее опухло, голова начала болеть еще сильнее. Он себя плохо чувствовал. За ночь он никуда не выходил, лежал в постели, не обо что не ударялся, не падал. Он может с уверенностью это сказать, потому что они спали в одной кровати. Затем он вызвал ему такси, во сколько именно часов это было, он не помнит, но помнит, что это было утром, и он уехал на такси. Куда он поехал ему неизвестно. Велосипед он оставил у него. М осталась у него и они с ней продолжили распивать спиртное. Больше К он не видел. Затем, 06.12.2017 от сотрудников полиции он узнал, что К находится в коме в больнице. 

КСА у него никогда никаких конфликтов не было, они с ним находились в приятельских отношениях. Никакого личного имущества, он у него никогда не крал. С МНВ он в любовных отношениях не состоял, они с ней иногда проводили время вместе и распивали спиртные напитки, поэтому когда она несколько дней жила у КСА, он никакой ревности не испытывал, ему было все равно, зла он ни на кого не держал. После того, как в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ КСА переночевал у него, он уехал на такси и оставил у него свой велосипед, но этот велосипед принадлежал ему (КСА). Этот велосипед простоял у него несколько месяцев и весной, точного времени он не помнит, ФИО3 Н забрала его обратно себе, потому что насколько он понял, этот велосипед был как совместно нажитое имущество с КСА Также добавил, что на первоначальном допросе в качестве свидетеля он пояснил, что проживал с МНВ два года, однако это не так. Он немного ошибся, на самом деле он с ней был знаком 2 года, но с ней вместе он не проживал и в любовных отношениях с ней не состоял. т. 2 л.д. 89-92

Свидетель ПМЕ после оглашения его показаний пояснил что не подтверждает эти показания в части того, что у К вечером 04.12.2017г. имелись телесные повреждения на лице, что К говорил ему от том, что ФИО2 его избил, он не давал показаний.

В последующем свидетель ПМЕ явился в суд без его вызова, по ходатайству гособвинителя был допрошен повторно и пояснил, что после его первоначального допроса в суде он вспомнил известные ему события относительно КСА, но не знал как ему поступить, поэтому позвонил сотруднику полиции Л, который ранее его доставлял к следователю на допрос, и рассказал ему о сложившейся ситуации, тот посоветовал ему пойти в суд и все рассказать. 

Он подтверждает, что вечером 04.12.2017г. к нему приходили КСА и МН, что у К было сильно разбито лицо, с его слов, избил его ФИО2, С было очень плохо, но от вызова скорой помощи он отказался, они немного выпили, он дал С таблетку от головной боли и они лег спать. Утром состояние С стало еще хуже, он вызвал ему такси и тот уехал. 

Он поддерживает оглашенные ранее его показания, данные в ходе предварительного расследования, за исключением того, что он якобы сожительствовал с М, поскольку этого не было. 

Оценивая показания свидетеля ПМЕ, суд признает достоверными его повторные показания, данными в судебном заседании, а также при допросе в ходе следствия 15.06.2018г., поскольку эти показания согласуются с показаниями свидетеля МНВ - очевидца того, как ФИО2 причинил вред здоровью К 04.12.2017г.

В этой связи, первоначальные показания свидетеля ПМЕ, данные им в судебном заседании, в части отрицания наличия у КСА вечером 04.12.2017г. телесных повреждений на лице, а также в части не подтверждения им показаний, данных им в ходе предварительного следствия, что телесные повреждения со слов К, были причинены последнему ФИО2, суд оценивает как не недостоверные и отвергает, поскольку они опровергаются показами свидетеля МНВ, приведенными выше. 

Показаниями свидетеля КНВ, которая пояснила, что КСА ей приходился мужем, а с ФИО2 они знакомы. Они с К проживали в съемной квартире по адресу: 

<

адрес>. Примерно с ноября 2017г. она ушла от К, поскольку он злоупотреблял спиртными напитками, не работал, они часто ссорились. Проживать она стала в доме своего знакомого ФИО2. К часто звонил ей, то просил вернуться, то оскорблял. Она приезжала в квартиру, чтобы покормить кота, просила неоднократно К оплатить долг за квартиру и коммунальные услуги, поскольку она не собиралась оплачивать долг за него. В начале декабря 2017г. они с ФИО2 приехали на такси со знакомым ему таксистом и его напарником в квартиру, где она увидела своего мужа, находившегося в нетрезвом состоянии в полуголом виде, и какую-то пожилую женщину, как потом узнала М, которая была одета в её халат. Она была возмущена этим и потребовала от К оплатить долг по квартире и покинуть квартиру, от М она потребовала снять её халат. На этой почве между ними возникла ссора, она попросила одного из таксистов снять все на её телефон с тем, чтобы потом показать своей свекрови как ведет себя её сын. Она с таксистами и ФИО2 собрала свои вещи, заготовки, все погрузили в такси. Потом она вызвала участкового, который приехал, разобрался в ситуации и забрал К с собой, а она написала заявление о том, что претензий к К не имеет. После чего, они уехали домой, при ней ФИО2 К удары не наносил, также она не видела, чтобы кто-то применял насилие к К. На следующий день ФИО2 по её просьбе поехал на квартиру и обнаружил, что там находится К, со слов ФИО2 между ними произошла ссора, К оскорбил ФИО2 и его покойную мать, поэтому ФИО2 нанес ему два удара ладонью в лицо. Потом ФИО2 приехал за ней, они на такси приехали к матери К, чтобы она забрала своего сына их квартиры, свекровь сказала, что ей некогда, но согласилась заехать на квартиру, там увидели К, он лежал на диване, его мать сказала, что приедет позже, когда свозит внучку к логопеду, она оставила К ключ от квартиры и они уехали. Вечером 05.12.2017г. они с ФИО2 приехали на квартиру, там находилась К и К, который лежал также как и днем, осмотрев его, она обратила внимание, что он еле дышит, ФИО2 предложил вызвать скорую помощь, которая приехала, медработники осмотрели К и установили, что он находится в коме, его увезли в больницу. Они с ФИО2 также приезжали в больницу, узнали, что К находится в реанимации, после чего уехали домой. В этот же вечер позвонили сотрудники и попросили её и ФИО2 приехать на квартиру, потом их доставили в ОВД, где длительное время беседовали, отобрали объяснение. 

Показаниями свидетеля КНВ от 06.12.2017г., оглашенными на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым она состоит в браке с КСА с 2014 года. Вместе со своим супругом они снимали частный дом по адресу: 

<

адрес>. Ее супруг - КСА стал злоупотреблять спиртными напитками, и она решила от него уйти к ФИО2, с которым они давно знакомы.

Она стала проживать с Д в принадлежащем ему домовладении по адресу: СК. 

<

адрес>. Постепенно стала перевозить свои вещи. Также, ей периодически звонил КСА и жаловался, что у него нет денег и требовал, чтобы она или забирала кота, или покупала ему корм, и приходила кормить, так как это их общий с ним кот. Она периодически приходила в домовладение по месту их бывшего проживания с С и кормила кота. В съемное домовладение она приходила одна, без Д.

Ее сожитель ФИО2 в настоящее время нигде не работает, периодически выпивает и она с ним тоже выпивает. Своему сожителю ФИО2 она рассказывала о том, что КСА ее постоянно обижал за время совместного проживания в браке, но она об этом ранее никому не рассказывала. Работал С на пекарне в г. Буденновске, отработал около 1 месяца и его уволили за то, что злоупотреблял спиртными напитками. Практически каждый день он звонил ей по вечерам в состоянии алкогольного опьянения, оскорблял ее и уговаривал вернуться обратно к нему, но она не хотела.

03.12.2017 она приехала вместе с ФИО2 в домовладение по месту проживания КСА, чтобы покормить кота и посмотреть как вообще он там живет. Но когда они прошли в дом, то увидели, что С находился дома не один, на кухне были С и какая-то ранее не знакомая ей женщина в возрасте около 60 лет. Она была одета в ее (КНВ) домашний халат и как она поняла он был одет на голое тело, при этом С был совсем голый и находился в состоянии алкогольного опьянения. С стал кидаться на Д, что-то говорил в его адрес, но тот держался достойно и лишь сказал ему, чтобы он успокоился.

Они сразу уехали с Д, и она была шокирована произошедшим, а именно тем, что С звал ее обратно жить, а сам приводит в гости каких-то женщин и ведет антиобщественный образ жизни. 

04.12.2017 года утром около 08 часов ей звонил С, и по голосу она поняла, что он очень пьян. Она включила громкую связь, чтобы слышал разговор ее сожитель Д. В ходе разговора С стал ее оскорблять и сказал, чтобы она возвращалась к нему жить. Она решила, что возможно он образумился, одумался и решила поверить в последний раз С.

04.12.2017 года примерно в обеденное время она с Д позвонили с ее телефона в службу такси и заказали машину на адрес их совместного проживания: 

<

адрес>, и поехали домой к С на 

<

адрес>. 97.

Они вошли в дом, таксист заходил с ними, так как она забирала некоторые свои вещи с этого дома и ей нужна была помощь. Когда они вошли в домовладение, она снова увидела, что взрослая женщина, которая ей представилась НВ и которая 03.12.2017 года находилась в доме с С, они оба были в состоянии алкогольного опьянения. Эта женщина лежала на диване, в ее халате, укрытая ее пледом. Она (КНВ) стала снимать все происходящее на видеокамеру ее мобильного телефона, высказывала С свое недовольство и кричала на эту женщину. С и женщина были сильно пьяны, а они с Д были немного выпившие, но адекватные. Она вызвала участкового и вышла на улицу. Когда участковый приехал он вывел С и незнакомую ей женщину на улицу и стал проводить с ними беседу. Она забрала ключи у К, закрыла дверь домовладения и они с Д уехали домой.

04.12.2017 года примерно в 18 часов она и Д снова направились по адресу: 

<

адрес>.

По приезду они обнаружили, что с фасадной стороны дома разбито стекло. Когда они с Д зашли в дом, они увидели КСА, который находился в состоянии опьянения. С начал ругаться и выразился о том, что она снова приехала со своим «Кинг-конгом», после чего Д подошел к кровати, на которой лежал С, взял его за ногу, стащил его на пол и потащил в соседнюю комнату. В той комнате они находились примерно 5 минут, она просила, чтобы Д не бил С. После того как Д вышел из комнаты они быстро собрались и уехали. По дороге он сказал, что он ударил пару раз его открытой ладонью по лицу.

05.12.2017 года Д примерно в 10 часов утра поехал по адресу: 

<

адрес>. Спустя 10 минут, Д ей позвонил, и сказал, что С снова залез в дом и выпивает там, у него была бутылка джин тоника, которую Д вылил в раковину. На кухне стоял разогретый борщ, а С сидит и смотрит телевизор. Она попросила, чтобы Д не бил С, на что Д ей сказал, что больше не будет его трогать, покормит кота и поедет домой.

Приехав Д сказал ей, что он не выдержал хамского поведения С и снова избил его, как и чем именно она у Д не уточняла, но как он ей сказал, что «подрихтовал ему разок, чтобы было у него все симметрично».

Она решила позвонить сестре С по имени Олеся и потребовала, чтобы они с матерью забрали его к себе, так как она не может материально и физически терпеть его поведение.

Они с Д поехали на такси к матери С, она была дома. Мать собиралась с внучкой к логопеду. Она уговорила мать С поехать в домовладение на 

<

адрес>, чтобы она посмотрела на С, в каком он состоянии.

Они приехали к С домой, и КНР прошла в дом, увидела С и стала кричать. Она следом за ней зашла в дом и увидела, что С лежит на диване в зале. Она подумала, что С спит, так как он сильно храпел. После этого, они вышли из дома. Мать С попросила ключ от дома, чтобы она позже приехала и забрала С. Она не поверила матери С, о том, что она его заберет из данного домовладения жить к себе.

Около 17 часов 00 минут 05.12.2017 года они с Д снова поехали в дом на 

<

адрес>, чтобы покормить ее кота. Когда они приехали, то дома находились С, который спал и его мать Н, которая делала уборку в доме. Она подошла к С и увидела, что он спит в той же позе, в которой он спал до их приезда. Она стала хлопать его по щекам, но он никак не реагировал на них. Мать С стала на нее кричать и говорила, чтобы она не трогала его.

Ее сожитель Д проверил пульс С и сказал, чтобы срочно вызывали скорую помощь. Она сразу позвонила со своего телефона в скорую помощь. По приезду скорой помощи сотрудники сказали, что С находится в коме и ему нужна госпитализация.

Мать С начала кричать. Они помогли, вынесли С к машине скорой помощи и его увезли в больницу. После этого она поехала в приемный покой с Д. В больнице она увидела мать С, которая ей сообщила, что С увезли в реанимацию. Она спросила, нужна ли какая-то помощь, на что мать С пояснила, что не нужна.

Д предлагал матери С материальную помощь на приобретение лекарств и препаратов. Мать С ответила, что ничего не нужно. После всего случившегося они с Д уехали домой.

т. 1 л.д. 43-46

По поводу оглашенных показаний свидетель КНВ пояснила, что не подтверждает их в части того, что: она была сожительницей ФИО2, она лишь проживала в его доме; не подтверждает, что видела как ФИО2 04.12.2017г. наносил удары К; что они 04.12.2017г. с ФИО2 повторно приезжали к К.

Со слов ФИО2 ей известно, что 05.12.2017г. он нанес два удара ладонью по лицу К, когда тот оскорбил его мать.

Протокол допроса она подписывала, не читая, находилась в состоянии опьянения, события 3-ДД.ММ.ГГГГг. помнит плохо.

Показаниями свидетеля ГАГ, который пояснил, что на период декабря 2017г. он работал водителем такси, днем ему позвонил его напарник по работе Д, он попросил забрать его из дома, он забрал Д и они поехали за Д (подсудимым) и Н, после чего все вместе направились по адресу: Буденновск, 

<

адрес>, его попросили помочь забрать там вещи. Когда они приехали, в доме находились мужчина по имени С и неизвестная ему женщина. Между Н, С и этой женщиной начался скандал, Н попросила его снимать все на телефон, как доказательство того, как ведет себя С. На первом видео было зафиксировано как они ругались, на втором видео было, как его напарник ДБ) ударил С один раз в голову. Он сразу остановил сьемку, так как ранее был разговор, чтобы никого не избивать. Когда он вывел Д из комнаты, туда зашел Д и они оставались там вдвоем. Он слышал 1-2 хлопка, похожие на звуки пощёчины. Он помогал Н вытаскивать банки из ямы в гараже, приехал участковый, который пояснил, что знает С, так как не в первый раз имеет с ним дело. У С была опухоль под глазом, участковый оформил заявление, забрал С и они ушли, женщина также ушла, а он, Д, Д и Н уехали. 

Показаниями свидетеля ГАГ от 06.12.2017г., данными им в ходе предварительного расследования, оглашенными на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым он работал водителем в такси «Престиж» с октября 2017 года.

04.12.2017 года он поехал за своим напарником БД. Ему поступил звонок от клиента. Данный звонок сделал ранее ему знакомый Д, фамилию которого он не знает. Заказ был сделан на 

<

адрес>. Он забрал своего напарника Д и поехал на адрес. Д он знает как его постоянного клиента.

Он поехал на адрес, на 

<

адрес> к нему в машину сел Д и его сожительница Н, которую он ранее видел несколько раз с Д. Д сказал, что нужно поехать на 

<

адрес>. Приехав на указанный Д адрес, Д и Н вышли из машины и попросили его подождать, чтобы он отвез их обратно. Они зашли в дом, примерно через 1-2 минуты, из дома вышла Н и попросила его и его напарника, чтобы они взяли ее телефон, прошли с ней в дом и сняли на камеру мобильного телефона все происходящее в данном домовладении. Он и его напарник Денис согласились помочь Н, вышли из машины и проследовали за ней. Во дворе данного домовладения Н дала ему свой мобильный телефон, марки которого он не знает, с включенной видеокамерой. Зайдя в дом, он и его напарник Д проследовали за Н в зал. В зале он начал снимать на камеру мобильного телефона Н все происходящее там, а Д встал рядом с Д и Н. В зале на диване сидели мужчина, который ранее ему не знаком и пожилая женщина, которая также ему ранее не знакома. Мужчина сидел в трусах, а пожилая женщина сидела в домашнем халате красного цвета. На мужчине никаких повреждений не было. Мужчина и женщина были в сильном алкогольном опьянении.

Н кричала на данного мужчину и пожилую женщину. Она говорила, чтобы эта женщина снимала халат Н, а данный мужчина собирал свои вещи и уходил с квартиры. Он перестал снимать видео на камеру мобильного телефона Н, так как закончилась память на данном телефоне.

Д взял за ноги неизвестного ему мужчину и начал стаскивать его с дивана. Мужчина встал на ноги и они с Д пошли разговаривать в соседнюю комнату. Пожилая женщина начала кричать, что не будет одеваться в присутствии мужчин. Он решил выйти из дома, чтобы женщина оделась. Проходя по коридору данного домовладения, он услышал два хлопка. Хлопки были похожи на удар ладонью по лицу. Он вышел во двор и закурил сигарету. Докурив сигарету, он зашел в домовладение и в зале он увидел мужчину, который был уже одет в верхнюю одежду и женщину, которая поверх халата одела на себя штаны. Правый глаз мужчины был опухший и проявлялся синяк. Н попросила его и Д достать с подвала закрутки. Они с Д начали переносить банки в машину и складывать их. Через 15 минут как они начали переносить банки в машину, приехал участковый по имени М. Кто его вызвал он не знает. ФИО5 зашел в домовладение для выяснения обстоятельств. Спустя 5-7 минут на 

<

адрес> и попросил его вывести на улицу мужчину по имени С и присмотреть за ним, чтобы он никуда не ушел. Он вывел С на улицу и ждал участкового. С вышел в куртке, шапке и джинсах. С сидел на бордюре, возле домовладения. Спустя 10-15 минут участковый по имени Мурад вышел и забрал с собой С. Он повел его к своей машине. Вслед за участковым из домовладения вышли Н и Д. Они сели в его автомобиль и он повез их к ним домой по адресу: 

<

адрес>.

т. 1 л.д. 51-53

После оглашения показаний, свидетель ГАГ подтвердил их, дополнив, что о Б он не сказал, поскольку, находясь в машине, ФИО2 сказал им (ГАГ и Б), что «на всякий случай», имея в виду телесное повреждение на лице К, это он сам один (ФИО2) применял насилие, и Б тут не причем.

Показаниями свидетеля БДЮ, который пояснил, что знаком с ФИО2, постоянно возил его, когда работал на такси, неприязненных к нему отношений нет.

04 декабря 2017г. он работал в такси «Престиж», ему позвонил ФИО2, попросил свозить его, он уже сменился и сказал, что уже выпил пиво. ФИО2 попросил перевести банки, он позвонил своему напарнику А (ГАГ), тот приехал, забрал его и они поехали к ФИО2, забрали его и Н, потом поехали на 

<

адрес> был мужчина по имен С и женщина в годах. Произошел скандал, Н требовала, чтобы женщина и С ушли из дома. Из-за того, что С стал скандалить, Д вызвал участкового, тот приехал, примерно полтретьего, пробыл около получаса, забрал с собой С, женщина куда-то ушла, они к тому времени все погрузили и уехали, по пути взяли спиртное, закуску и поехали домой к ФИО2. ФИО2 был все время у него на виду, и какое-либо насилие к С не применял. В ходе словестной перепалки он (Б) нанес подзатыльник С. Потом он узнал, что ГАГ снимал это на телефон. Никаких телесных повреждений у С не было. Вечером 05.12.2017г. ему позвонил ФИО2 и попросил приехать за ним на 

<

адрес>, от него он узнал, что С увезла скорая помощь, он отвез ФИО2 и Н его в больницу.

Показаниями свидетеля БДЮ, данными им 06.12.2017г., оглашенными на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно котрым он работает водителем в такси «Престиж» с октября 2017 года. 04.12.2017 года он находился на выходном у своего друга в гостях. Он позвонил своему напарнику по имени А, фамилии которого он не знает и попросил его, чтобы он за ним приехал и отвез его домой. А приехал за ним и они поехали по месту его проживания на 

<

адрес>. По дороге домой ему на мобильный телефон примерно в 12 часов, позвонил его знакомый Д, фамилию которого он не знает и попросил его приехать за ним. Он сказал Д, что у него выходной и он не работает. Он пояснил Д, что его напарник А может за ним приехать. Д согласился и попросил срочно приехать. Они с А поехали на адрес: 

<

адрес>., в машину сел Д и его сожительница Н, которую он ранее видел несколько раз с Д. Д сказал, что нужно поехать на 

<

адрес>. 97 

<

адрес>. Приехав на указанный Д адрес, Д и Н вышли из машины и попросили их подождать, чтобы потом отвезти их обратно. Они зашли в дом. Примерно через 1-2 минуты из дома вышел Д и сказал, чтобы они с А зашли в дом и были свидетелями. Он и его напарник А согласились помочь Д, вышли из машины и проследовали за ним. Зайдя в дом, он и его напарник А проследовали за Д в зал. В зале он встал в дверях рядом с Н и Д. В зале на диване сидели мужчина, который ранее ему не знаком и пожилая женщина, которая также ему ранее не знакома. Мужчина сидел в трусах, а пожилая женщина сидела в домашнем халате красного цвета. У мужчины был красный правый глаз. Мужчина и женщина были в сильном алкогольном опьянении. Н кричала на данного мужчину и пожилую женщину. Она говорила, чтобы эта женщина снимала халат Н, а данный мужчина собирал свои вещи и уходил с квартиры. Д взял за ноги неизвестного ему мужчину и начал стаскивать его с дивана. Д ударил своими ладонями несколько раз мужчину по лицу. Мужчина встал на ноги и они с Д пошли разговаривать в соседнюю комнату. Пожилая женщина начала кричать, что не будет одеваться в присутствии мужчин. Он решил выйти из дома, чтобы женщина оделась. Он вышел во двор и закурил сигарету. Докурив сигарету, он зашел в домовладение и в зале он увидел мужчину, который был уже одет в верхнюю одежду и женщину, которая поверх халата одела на себя штаны. Н попросила его и А достать с подвала закрутки. Они с А начали переносить банки в машину и складывать их. Через 15 минут как они начали переносить банки в машину, приехал участковый по имени М. Его вызвала Н. ФИО5 зашел в домовладение для выяснения обстоятельств. Спустя 5-7 минут на 

<

адрес> и вывел с собой С. Он повел его к своей машине. Вслед за участковым из домовладения вышли Н и Д. Они сели в их автомобиль и А повез их к ним домой по адресу 

<

адрес>. После того, как они высадили Н и Д, он попросил А отвезти его домой. т. 1 л.д. 55-57

После оглашения показаний свидетель БДЮ пояснил, что подтверждает свои подписи в протоколе, но не подтверждает показания в части того, что у ФИО2 стаскивал С с дивана и наносил ему удары по лицу, а также в что у С был красный правый глаз, поскольку торопился и показания, которые следователь написала, не читал.

Показаниями свидетеля ДМТ, который пояснил, что работает УУП ОМВД России по Буденновскому району, он пришел по вызову в декабре 2017 года, по адресу: 

<

адрес>, так как данный адрес относиться к его административному участку. Сообщение поступило на номер 02 от гражданки, о том, что в доме происходит скандал. Когда он прибыл по данному адресу, на месте находился подсудимый, еще несколько человек. По данному адресу проживал гражданин К со своей законной женой, они в момент его прибытия оба были дома, так же там был подсудимый, еще несколько человек, а около дома стояла машина такси. По приезду он спросил, что у них случилось, на что супруга К пояснила, что у них с мужем произошел скандал, а сам К в этот момент находился в состоянии алкогольного опьянения, он общался с К, спрашивал его, почему на него жена жалуется. Его супруга пояснила, что он привел в дом другую женщину и на этой почве у них произошел скандал. После супруга К сказала, что претензий к нему не имеет, просила, чтобы К ушел из домовладения, так как с ее слов, она оплачивала съем данного домовладения. В его присутствии в домовладении каких-либо конфликтов не было. Он видел у К был не большой синяк или ссадина, он спросил у него, откуда у него данный синяк, но он ему ничего не ответил, он спросил, имеет ли он к кому либо претензии, на что он ответил, что претензий ни к кому не имеет. Далее он собрал материал, отобрал у жены К заявление о том, что по факту вызова она претензий к супругу не имеет, опросил её и отпустил К. После они с К ушли к нему в кабинет в опорный пункт, он хотел с ним поговорить, узнать может его кто-то избил, но он сказал, что претензий ни к кому не имеет, и ушел, пробыл К в опорном пункте 5-7 минут, ушел он примерно в 15 часов 30 минут. По данному факту был собран материал, он отбирал объяснения от К и К, а также отбирал заявление от К о том, что она претензий к К не имеет. Материал был списан в номенклатурное дело. 

Суд оценивает показания свидетеля УУП ДМТ, данные им в судебном заседании как недостоверные и отвергает в части того, что: он отбирал 04.12.2017г. объяснение у К, поскольку объяснение отсутствует в копии материала КУСП № от 04.12.2017г. из номенклатурного дела, представленного начальником ОМВД России по Буденновскому району; что он (Д) приглашал К в опорный пункт для беседы, что К до 15 часов 30 минут находился с ним в опорном пункте; что у К был лишь небольшой синяк или ссадина, по следующим основаниям.

Согласно содержанию рапорта УУП ДМТ от 04.12.2017г. в адрес начальника ОМВД России по Буденновскому району, до его прибытия по вызову на адрес: 

<

адрес>, КСА ушел в неизвестном направлении. т. 2 л.д. 55

Из объяснения КНВ от 04.12.2017г., отобранном УУП ДМТ, следует, что на момент прибытия участкового, К ушел в неизвестном направлении. т. 2 л.д. 59

При обозрении этого объяснения, свидетель КНВ пояснила, что текст в объяснении о том, что К ушел в неизвестном направлении дописан не её рукой и это не соответствует действительности. 

Показания свидетеля ДМТ полностью противоречат его рапорту от 04.12.2017г. по КУСП № от 04.12.2017г., оглашенному в судебном заседании (т. 2 л.д. 55), согласно которому до его прибытия по указанному адресу, КСА ушел в неизвестном направлении.

Свидетель ДМТ не смог объяснить суду причину противоречий между его показаниями и содержанием рапорта. 

Из показаний подсудимого ФИО2, свидетелей К, ГАГ, Б, следует, что УУП Д прибыл 04.12.2017г. по адресу: 

<

адрес>, когда все указанные лица, а также К и М, находились на месте. 

Из показаний подсудимого ФИО2, свидетелей К, ГАГ и Б следует что УУП ФИО6 уехал на автомобиле с К.

Сам УУП ФИО6 утверждает, что он был без автомобиля и ушел с К в опорный пункт пешком.

Свидетель ФИО4 утверждает, что К никуда не уходил (не уезжал) с участковым. 

Анализируя эти доказательства, суд приходит к выводу, что УУП ДМТ не уводил (не увозил) К 04.12.2017г. из домовладения по адресу: 

<

адрес> для беседы в опорный пункт, что К не находился в опорном пункте 04.12.2017г. до 15 часов 30 минут, поскольку каких-либо документальных сведений об этом копии материала из номенклатурного дела не содержит, кроме показаний УУП ДМТ, прямо противоречащих материалу.

Суд приходит к выводу, что УУП ДМТ в своём рапорте от 04.12.2017г. скрыл от руководства ОМВД России по Буденовскому району обстоятельства событий, имевших место, указав в рапорте очевидно недостоверные сведения об отсутствии К по адресу, куда он прибыл. 

Показания свидетеля УУП ДМТ, утверждавшего о наличии у К на момент его нахождения 04.12.2017г. на месте вызова, лишь небольшого синяка или ссадины, опровергаются показаниям свидетеля М о том, что у К было разбито все лицо, это же обстоятельство подтверждается показаниями свидетеля и П, к которому М и К пришли после ухода участкового, это же подтверждается СМЭ. С учетом этого, суд отвергает показания свидетеля ДМТ как недостоверные.

Давая такие показания в судебном заседании свидетель ДМТ, по оценке суда, таким образом, пытается представить события как незначительное происшествие с тем, чтобы приуменьшить значимость факта предоставления им заведомо недостоверной информации, указанной в раппорте от 04.12.2017г. и объяснении КНВ от 04.12.2017г., в адрес своего руководства, о реальных событиях на месте происшествия, в частности, о состоянии К, у которого имелись значительные видимые телесные повреждения, поскольку это обстоятельство требовало о него (ФИО6) проведения тщательного разбирательства, которое им не только не было проведено, и это обстоятельство им было скрыто.

Также, по убеждению суда, свидетель ДМТ, как должностное лицо и представитель власти, давая недостоверные показания в суде о том, что у К не было значительных телесных повреждений на момент его нахождения на месте происшествия 04.12.2017г., тем самым, пытается не только оправдать своё бездействие, но фактически в интересах подсудимого пытается создать ложное свидетельство о непричастности подсудимого к причинению К телесных повреждений, повлекших его смерть.

Показаниями свидетеля ЛАИ, который пояснил, что служит должности оперуполномоченного ОМВД России по Буденновскому району, он был знаком с ФИО2, так как тот ранее работал в службе судебных приставов.

Он занимался материалом по факту поступления К в больницу с телесными повреждения. Появилась информация о возможной причастности к этому ФИО2. Он принимал 06.12.2017г. явку с повинной ФИО2, который добровольно сообщил о том, что наносил несколько ударов в лицо К во время ссоры последнего со своей женой КН.

Показаниями свидетеля БЕМ, которая пояснила, что служит в должности следователя СО ОМВД России по Буденновскому району. 05 декабря 2017 года она дежурила, в дежурную часть ОМВД России по Буденновскому району поступил вызов из ГБУЗ СК «СВМП» по факту госпитализации К с телесными повреждениями. Она выехала в больницу, где ей работники больницы пояснили, что К был госпитализирован и находился в состоянии комы. В больнице так же находилась мать К, у которой она отобрала заявление, опросила ее. После этого выехала на место происшествия, в домовладение, расположенное по 

<

адрес>, составила протокол осмотра места происшествия. Ею была изъята одежда К: зимняя куртка, которой были видны пятна бурого цвета, а так же джинсы голубого цвета, на которых имелись серые пятна. В дальнейшем, при осмотре куртки, бурые пятна с куртки пропали. Она допрашивала ФИО2, он признавал то, что К нелицеприятно выразился в адрес его матери и КН, после чего он нанес ему телесные повреждения рукой.

Она признает, что ошибочно указала в извещении ФИО2 о возбуждении уголовного дату 05.12.2017г., вместо 06.12.2017г., поскольку уголовное дело было возбуждено 05.1.2017г. по факту причинения К телесных повреждений.

Ею допрашивались свидетели К, М, П - все они были трезвыми, но в состоянии после употребления спиртного (чувствовался запах).

В ходе следствия была установлено наличие на телефоне К видеозаписи, запись была перенесена на диск, на записи зафиксирована ссора, а также нанесение свидетелем Б одного удара К.

Показаниями свидетеля МАС, который пояснил, что работает в должности врача - нейрохирург ГБУЗ СК КЦ СВМП №1 г. Буденновска, который пояснил, что по факту нанесения КСА телесных повреждений он может пояснить, что у него был такой пациент, но деталей он не может вспомнить, без истории болезни.

Показаниями свидетеля МАС, данными им 02.07.2018г., оглашенными на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым 05.12.2017г., точного времени он не помнит, в больницу на скорой помощи поступил больной КСА с диагнозом ЗЧМТ, контузия головного мозга тяжелой степени, острая субдуральная гематома левой лобной височной теменной области. Вместе с ним приехала мать, имени которой он не помнит. Она находилась в приемном покое. Со слов матери ему стало известно, что за сутки до доставления в больницу, то есть 04.12.2017, точного времени она не уточняла, к вышеуказанному гражданину приехала его бывшая жена вместе со своим сожителем, имена которых он не знает и сожитель его бывшей жены избил КСА Никаких подробностей ему она не сказала и до настоящего времени никаких подробностей произошедшего ему неизвестно. В связи с тем, что КСА находился в коме, об обстоятельствах произошедшего он ничего пояснить не мог. Также в связи с тем, что больной находился в крайне тяжелом состоянии он был госпитализирован в реанимационное отделение, выполнена компьютерная томография головного мозга верефицированна острая субдуральная гематома. Затем КСА была выполнена операция (удаление гематомы). На его взгляд, данные повреждения являлись следствием нанесенной травмы головы твердыми тупыми предметами. По характеру гематомы и сгустка крови, который там был, он полагает, однако точно утверждать не может, что удары твердыми тупыми предметами были нанесены КСА примерно за 1-2 суток, до момента доставления его в больницу. После операции КСА находился в реанимационном отделении в стабильно-тяжелом состоянии и 13.12.2017 умер от полученных телесных повреждений. т. 2 л.д. 160-162

После оглашения показаний, свидетель МАС их полностью подтвердил. 

Показаниями свидетеля ГРК, который пояснил, что работает фельдшером скорой помощи ГБУЗ СК КЦ СВМП №1 г. Буденновска, он не помнит точно когда, во время дежурства поступил вызов, когда они приехали по указанному адресу, то увидели, что в комнате, на кровати лежал мужчина с гематомами с правой и левой части головы, он был без сознания, они произвели его осмотр. В комнате находились жена и мать больного, подсудимый. Насколько он помнит, жена говорила, что их ограбили, вынесли ценности. Он помнит, что от жены больного исходил запах алкоголя. Подсудимый вел себя нормально, помогал погрузить больного в машину скорой помощи, чтобы отвезти его в больницу.

Согласно заключению СМЭ №355 от 31.01.2018г., данному судмедэкспертом МВН: 

1. Смерть КСА наступила в результате тяжелой тупой закрытой черепно-мозговой травмы в виде ушиба вещества головного мозга с локализацией очага ушиба в толще левой теменной и затылочной доли, сопровождавшаяся развитием субарахноидальных кровоизлияний, кровоизлияний в желудочки головного мозга, сопровождавшаяся отеком и сдавлением вещества головного мозга с последующим нарушением мозгового кровообращения, что привело к остановке сердечной и дыхательной деятельности, что и явилось непосредственной причиной смерти.

2. Тяжелая тупая закрытая черепно-мозговая травма, обнаруженная при исследовании трупа КСА, согласно п. 6.1.3. приказа № 194 Н от 24.04.08г. Министерства Здравоохранения РФ по признаку опасности для жизни с созданием непосредственной угрозы для жизни, квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинной связи с наступившей смертью.

3. При исследовании трупа КСА и нахождении его в стационаре были обнаружены следующие повреждения и их осложнения:

- область головы: ушиб вещества головного мозга с локализацией контузионного очага в толще левой теменной и затылочной доле, кровоизлияние в боковые желудочки головного мозга, пятнистые ограниченные субарахноидальные кровоизлияния, субдуральная гематома, выявленная клинически объемом 60 мл, кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут головы в лобной области справа и в центре, кровоподтеки лица, ссадина лица справа;

- область туловища: кровоподтек правой боковой стенки живота;

- осложнение: отек и дислокация вещества головного мозга.

3.1. Все вышеуказанные повреждения прижизненны и образовались практически одномоментно или в быстрой последовательности одно за другим, в срок за 16 - 24 часов до момента поступления в стационар 05.12.17 г. в 17 часов 30 минут, на что достоверно указывают кровоизлияния темно-красного цвета в области повреждений и в окружающие мягкие ткани, цвет и состояние субдуральной гематомы описанной при проведение оперативного вмешательства, а также данные гистологического исследования: субарахноидальное кровоизлияние с резко выраженными воспалительно-пролиферативными изменениями. В представленных фрагментах головного мозга очаговые, пропитывающие и сливающиеся кровоизлияния с участками некроза и деструкции ткани, с резко выраженными воспалительно-пролиферативными в окружающих тканях по вторичного менингоэнцефалита. Выраженный, деструктивный отек, полнокровие и строфические изменения в ткани мозга...»

4. Тяжелая тупая закрытая черепно-мозговая травма, обнаруженная при исследовании трупа КСА, вероятнее всего, образовалась в результате падения тела вперед соударение правой лобной областью головы о твердую тупую поверхность с ограниченной поверхностью контакта, в условиях и обстоятельствах придания телу ускорения в результате не менее чем двукратного ударного воздействия твердого тупого предмета с ограниченной поверхностью контакта, к каким относятся кисть человека, как сжатая в кулак, так и открытая ладонь, с местом приложения травмирующей силы в область лица, а именно в левую и правую подглазничную область. Изложенное подтверждается обнаружением ссадины правой лобной области, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в правой лобно-центральной области, кровоподтеков в левой и правой подглазничной области, локализации субдуральной гематомы в левом полушарии головного мозга, локализацией очагов ушиба - в толще левой и теменной и затылочной доли, локализацией субдуральных кровоизлияний.

5. Локализация повреждений, указывает на то, что в момента получения повреждений КСА, вероятнее всего, был обращен передней поверхностью туловища к нападавшему, однако при этом не исключены и другие самые различные виды взаиморасположения.

6. Согласно медицинской карте №16773 стационарного больного ГБУЗ СК «КЦ СВМП №1» смерть гр-на КСА наступила 13.12.17 г. в 06 часов 00 минут, чему не противоречат трупные явления, обнаруженные при исследовании трупа в морге.

7. При судебно-химическом исследовании крови от трупа КСА этилен спирт не обнаружен, следовательно, в момент наступления смерти, он находился в трезвом. т. 1 л.д. 151-155

Показаниями эксперта МВН, который пояснил, что работает в должности заведующего Буденновского межрайонного судебно-медицинского отделения БЮРО СМЭ ГБУЗ СК, он проводил экспертизу трупа К, полностью подтверждает свои выводы. В п. 4 своих выводов он указал, что тяжелая черепно-мозговая травма, вероятнее всего, образовалась в результате падения тела вперед с приданием телу ускорения при нанесении не менее чем двукратного ударного воздействия твердого тупого предмета удара в область лица, в левую и правую подглазничную область, где были локализованы кровоподтеки, которые точно указывают на место приложение травмирующей силы. При самостоятельном падении травмы образоваться не могли. Исходя выводов, телесные повреждения К были получены в период времени 4 декабря с 17 часов 30 минут до полуночи. Это подтверждается характером кровоизлияния, состоянием гематомы, гистологическим методом исследования. Но он не исключает возможность того, что телесные повреждения К были причинены в более отдаленный срок, всё зависит от индивидуальных особенностей организма. На длительность срока могло повлиять наличие какого-либо заболевания у пострадавшего, связанные с системой крови. 

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ: 

1.Смерть гр. КСА констатирована врачами ГБУЗ СК «Краевой центр СВМП №» ДД.ММ.ГГГГ в 06 часов 00 минут. Данные комиссионной судебно-медицинской экспертизы не противоречат этому.

1.1 Причиной смерти гр. КСА явилась тяжелая контузия вещества и оболочек головного мозга, сопровождавшаяся образованием левосторонней субдуральной гематомы объемом 60 мл, очагами контузии вещества левых теменной и затылочной долей, подапоневротической гематомой лобной области справа с осаднением в центре, кровоподтеками век обоих глаз, осложнившихся отеком, дислокацией мозга, двусторонней очаговой гнойной бронхопневмонии центрального генеза, обусловивших дыхательную и сердечную недостаточность, послуживших непосредственной причиной смерти.

2. Согласно п. 6.1.3 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» - приказ министра здравоохранения и социального развития от ДД.ММ.ГГГГ №н, закрытая черепно-мозговая травма, сопровождавшаяся тяжелым ушибом вещества и оболочек головного мозга - причинила тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создал угрозу для жизни, и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти гр. КСА

2.1. Закрытая черепно-мозговая травма причинена гр. КСА при жизни, возникла в результате нанесения не менее 3-4 ударов твердыми тупыми предметами с ограниченной травмирующей поверхностью: одно воздействие - в правую половину лобной области, второе - в область век обоих глаз (точки приложения действующей силы), третье и четвертое - в левую теменную и затылочную области, на что указывают контузионные очаги данных долей головного мозга.

2.2. Состояние субдуральной гематомы в виде единого сгустка крови указывает на давность её образования до 1 суток к моменту операции. Гистологическая картина указывает на давность причинения закрытой черепно-мозговой травмы в срок не менее 8 суток от момента госпитализации (05.12.2017 г. в 17 ч 30 мин) до наступления смерти (констатирована 13.12.2017 года в 06 часов 00 минут).

Таким образом, закрытая черепно-мозговая травма у КСА с большей долей вероятности была причинена 04.12.2017 года.

3. Между причиненной закрытой черепно-мозговой травмой, развившимися осложнениями, изложенными в п. 1.1., и наступлением смерти КСА имеется прямая причинно-следственная связь.

4. Все повреждения КСА причинены при жизни, и каких-либо посмертных повреждений трупу не причинялось.

5. Удары в лицо и левую теменно-затылочную область нанесены со значительной силой, и исключают нанесение ударов в виде пощечин ладонью.

Удары нанесены в область лица рукой постороннего человека, сжатой в кулак, а в левую теменно-затылочную область могли быть нанесены ногой, обутой в обувь, со значительной силой, обусловившей тяжесть контузии головного мозга и образование субдуральной гематомы.

6. После причинения закрытой черепно-мозговой травмы, в течение «светлого промежутка», исчисляемого часами, КСА мог совершать и совершал активные целенаправленные действия.

7. Как отмечено в п. 5, удары ладонью в области лица не могли причинить и не причинили тяжелую контузию оболочек и вещества головного мозга и привели к смерти КСА

8. Механизм причинения повреждений описан в п. 5 выводов.

9. Повреждения, выявленные при судебно-медицинской экспертизе трупа КСА, не могли образоваться в результате свободного падения его с высоты собственного роста, так как в головном мозге отсутствуют морфологические изменения, характерные для данного механизма.

10. Сначала были нанесены удары кулаками в область лица, затем - не менее двух ударов в левую теменно-затылочную область, с большей долей вероятности ногой постороннего человека, обутой в обувь, в положении лежа или близком к нему (сидя на корточках, на кровати, согнулся до пояса и т.п.).

11. Направление травмирующей силы: в область лица - спереди назад, в левую теменную область - сверху вниз и слева направо, в затылочную область слева - сзади наперед.

12. Медицинская помощь КСА в ГБУЗ СК «Краевой центр СВМП № 1» оказана своевременно, в полном объеме, диагноз подтвержден, но данная закрытая черепно-мозговая травма не совместима с жизнью, повлекла смерть.

13. Повреждения на лице КСА описаны в п. 1.1. и п. 2.1 выводов: кровоподтеки век обоих глаз, подапоневротическая гематома левой половины лобной области с осаднением в центре.

14-15. Механизм причинения повреждений описан выше.

16. Повреждения на лице и волосистой части головы отдельной квалификации не подлежат, они явились местами приложения травмирующей силы, причинившей закрытую черепно- мозговую травму, повлекшую смерть КСА

17. Как отмечено выше, после причинения закрытой черепно-мозговой травмы в течение «светлого промежутка», исчисляемого часами, КСА мог совершать активные целенаправленные действия.

18. Повреждения, выявленные при исследовании трупа КСА, не могли образоваться в результате ударов по лицу ладонью руки.

19. Повреждения, выявленные при исследовании трупа КСА, не могли образоваться при всех видах падений, в том числе и при свободном падении с высоты собственного роста. т. 1 л.д. 224-260

Суд, сопоставляя заключение СМЭ № от 31.01.2018г., показания эксперта МВН с заключением комиссионной СМЭ № от 11.05.2018г., обнаруживает практическое совпадение выводов о причине смерти КСА, давности причинения телесных повреждений, но также обнаруживает различие в описании механизма причинения вреда здоровью КСА

Согласно п. 4 СМЭ № от 31.01.2018г., тяжелая тупая закрытая черепно-мозговая травма, обнаруженная при исследовании трупа КСА, вероятнее всего, образовалась в результате падения тела вперед соударение правой лобной областью головы о твердую тупую поверхность с ограниченной поверхностью контакта, в условиях и обстоятельствах придания телу ускорения в результате не менее чем двукратного ударного воздействия твердого тупого предмета с местом приложения травмирующей силы в область лица, а именно в левую и правую подглазничную область.

Согласно п. 2.1, п. 5 комиссионной СМЭ № от 11.05.2018г., закрытая черепно-мозговая травма причинена КСА в результате нанесения не менее 3-4 ударов твердыми тупыми предметами с ограниченной травмирующей поверхностью: одно воздействие - в правую половину лобной области, второе- в область век обоих глаз (точки приложения действующей силы), третье и четвертое- в левую теменную и затылочную области, на что указывают контузионные очаги данных долей головного мозга.

Удары в лицо и левую теменно-затылочную область нанесены со значительной силой, и исключают нанесение ударов в виде пощечин ладонью.

Удары нанесены в область лица рукой постороннего человека, сжатой в кулак, а в левую теменно-затылочную область могли быть нанесены ногой, обутой в обувь, со значительной силой, обусловившей тяжесть контузии головного мозга и образование субдуральной гематомы.

Оценивая выводы обеих СМЭ, и показания эксперта МВН, суд основывает свой приговор на выводах комиссионной СМЭ № от 11.05.2018г., поскольку они даны комиссией экспертов, носят категоричный характер относительно описания механизма причинения вреда здоровью КСА, тогда как заключение СМЭ № от 31.01.2018г. носит, как указано в нём, «наиболее вероятный» характер.

Кроме того, выводы комиссионной СМЭ № от 11.05.2018г. полностью согласуются с показаниями свидетеля МНВ - очевидцем того, как подсудимый 04.12.2017г. наносил удары КСА кулаками в лицо и ногой в голову. При этом доказательств падения КСА от ударов ФИО2 и соударения его лицом (головой) с какой-либо ограниченной поверхностью с приданным ускорением, судом не установлено.

С учетом этого, заключение СМЭ № от 31.01.2018г. в части п. 4, касающееся механизма причинения КСА тяжкого вреда здоровью, повлекшего его смерть, и показания эксперта МВН, суд отвергает.

Согласно выводам комиссионной СМЭ № от 11.05.2018г., после причинения закрытой черепно-мозговой травмы, в течение «светлого промежутка», исчисляемого часами, КСА мог совершать, и совершал активные целенаправленные действия. 

Указанные выводы полностью согласуются с показаниями свидетеля МНВ, согласно которым после избиения 04.12.2017г. подсудимым КСА, они с последним пошли к своему знакомому ПМЕ, где остались ночевать, а на следующий день, то есть, утром 05.1.2017г. КСА уехал на такси домой. Факт прихода и обстоятельства нахождений у него К, его состояние, в судебном заседании подтвердил свидетель ПМЕ 

С учетом этого, показания подсудимого ФИО2 как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании о том, что удары им наносились ладонью по лицу КСА и не могли, согласно выводам обеих СМЭ, причинить тяжкий вред здоровью последнего, повлекшего его смерть, суд отвергает как недостоверные, поскольку эти показания опровергаются, как указано выше, показаниями свидетеля МНВ - очевидца того, как подсудимый 04.12.2017г. наносил удары КСА кулаками в лицо и ногой в голову. 

В этой связи, суд также отвергает как недостоверные показания свидетелей КНВ, БДЮ, отрицавших в судебном заседании факт нанесения подсудимым каких-либо ударов КСА 04.12.2017г., показания этих же свидетелей, данных в ходе предварительного расследования о том, что подсудимый наносил удары ладонью (пощечины) по лицу К, показания свидетеля ГАГ, данными в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, что в комнате, где находились ФИО2 и К, раздавились звуки как от ударов ладонью, поскольку показания этих свидетелей полностью опровергаются показаниями свидетеля МНВ, прямо указавшей, что ФИО2 04.12.2017г. наносил удары К кулаками в лицо и ногой в голову.

Кроме того, как следует из показаний свидетеля ГАГ в судебном заседании, находясь в такси они (ФИО2, Б и ГАГ), в котором также находилась и К, обсуждали сложившуюся ситуацию, связанную с применением насилия в отношении К, оговаривали «на всякий случай», что необходимо говорить о применении насилия ФИО2. Факт такой договоренности свидетельствует о том, что указанные лица с целью помочь подсудимому, давали показания в выгодной для ФИО2 версии, представляя его действия менее общественно опасными, чем они фактически были в действительности.

Суд признает достоверными выводы о давности причинения вреда здоровью КСА, указанные в п. 2.2. комиссионной СМЭ № от 11.05.2018г. в срок не менее 8 суток от момента госпитализации (05.12.2017 г. в 17 ч 30 мин) до наступления смерти (констатирована 13.12.2017 года в 06 часов 00 минут), то есть, с большей долей вероятности была причинена 04.12.2017 года.

Этот вывод полностью согласуется с показаниями свидетеля МНВ - очевидца причинения подсудимым вреда здоровью К 04.12.2017г. послеобеденное время.

Кроме того, суд не может не принять во внимание и показания самого подсудимого ФИО2, что он в первой половине 05.12.2017г., на следующий день, наносил К удары ладонью по лицу, то есть, уже после причинения ему вреда здоровью 04.12.2017г. 

Выводы СМЭ № от 31.01.2018г. в пункте 3.1, что телесные повреждения КСА были причинены за 16 - 24 часов до момента поступления в стационар 05.12.17 г. в 17 часов 30 минут, то есть в период с 01 часа 30 минут 05.12.2017г. до 17 часов 30 минут 05.12.2017г., не противоречат выводам СМЭ № от 11.05.2018г. и суда, изложенным выше, поскольку речь идет о периоде одних суток. При этом, из показаний в судебном заседании эксперта МВН следует, что он не исключает возможность того, что телесные повреждения К были причинены в более отдаленный период, все зависит от индивидуальных особенностей организма. 

С учетом этого, суд признает опровергнутыми и отвергает доводы подсудимого и защиты о том, телесные повреждения КСА, повлекшие его смерть, не могли быть причинены ФИО2 в период с 14 до 18 часов 04.12.2017г., а могли быть причинены в другое время.

Также виновность ФИО2 подтверждается протоколом осмотра места происшествия, согласно которому таковым является домовладение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, где проживал КСА в период 3-5 декабря 2017г.

т. 1 л.д. 13-22

Протоколом осмотра от 05.12.2017г., согласно в которому в служебном кабинете №406 ОМВД России по 

<

адрес>, расположенном по адресу: 

<

адрес>, КНВ был выдан мобильный телефон марки «BQ 5044».

т. 1 л.д. 39-42

Протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого произведен осмотр мобильного телефона марки «BQ 5044», в памяти которого обнаружена видеозапись, которая была перенесена на CD диск.

т. 1 л.д. 134-135

Протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого произведен осмотр CD-диска с видеозаписями «867а813866.360», «VID_2017124_141250.mp4», изъятыми в ходе осмотра мобильного телефона марки «BQ 5044» ДД.ММ.ГГГГ. т. 1 л.д. 140-142

Содержанием записи, представленной стороной защиты на флэшке, просмотренной в судебном заседании, на которой зафиксирована ссора между К с одной стороны и К и М с другой стороны; К и ФИО2 требуют от К и М покинуть жилом дом; там же зафиксирован факт нанесения свидетелем ФИО7 удара К в лицо. 

Свидетель ТМВ в судебном заседании пояснила, что запись она получила от КНВ и перенесла её на флэшку, которую она по просьбе защитника своего бывшего супруга ФИО2 передала ей.

Согласно постановлению следователя Буденновского МСО СУ СКР по Ставропольскому краю от 13.07.2018г., в отношении БДЮ отказано в возбуждении уголовного дела по факту нанесения 04.12.2017г. КСА удара рукой в область лица по признакам преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ.

В подтверждении своей версии о возможной причастности свидетеля БДЮ к причинению вреда здоровью КСА 04.12.2017г., сторона защита, исходя из положений ч. 1 ст. 15 УПК РФ о состязательности сторон, не представила суду каких-либо доказательств (фактических данных), которые бы подтверждали эту версию, и, которые суд мог проверить в ходе судебного разбирательства.

Подсудимым и стороной защиты выдвигалось предположение, что вред здоровью КСА мог быть причинен ПМЕ, мотивируя это тем, что у последнего имелись претензии к потерпевшему по поводу пропажи какого-то имущества.

Эти доводы подсудимого и защиты судом отвергаются, поскольку они опровергаются показаниями свидетеля ПМЕ, заявившего об отсутствии у него какого-либо конфликта с КСА, никакого насилия он либо кто-то другой в отношении КСА не применял., когда последний находился у него с вечера 04.12.2017г. до утра 05.12.2017г. Это же обстоятельство подтвердила свидетель МНВ 

Согласно ч. 1 ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

С учетом этого, судом дается оценка исключительно действиям подсудимого ФИО2 и лишь по предъявленному ему обвинению.

В судебном заседании сторона защиты заявила о недопустимости в качестве доказательства постановления о привлечении ФИО2 в качестве обвиняемого в последней редакции, поскольку этот процессуальный документ датирован 26.06.2017г., то есть, датой, когда не наступило само событие преступления, которое вменяется в вину подсудимому. 

Оценивая указанные доводы стороны защиты, суд приходит к следующему.

Событие преступления имело место 04.12.2017г., в постановлении о привлечении ФИО2 в качестве обвиняемого в последней редакции указана дата его вынесения следователем - 26.06.2017г. При этом, в тексте постановления имеется подпись обвиняемого об объявлении ему постановления 26.06.2018г. в присутствии защитника. 

т. 2 л.д. 122-124

Изложенное свидетельствует о том, что следователем была допущена очевидная техническая описка (ошибка) в указании года вынесения постановления о привлечении ФИО2 в качестве обвиняемого, что, по убеждению суда, никак не может свидетельствовать о недопустимости этого доказательства.

С учетом этого, суд приходит к выводу, что датой вынесения постановления о привлечении ФИО2 в качестве обвиняемого является 26.06.2018г.

Согласно обвинительному заключению, следствием вменяется в вину ФИО2 нанесение им 04.12.2017г. КСА не менее двух ударов руками, сжатыми в кулаки в правую половину лобной области, в область век обоих глаз, и не менее двух ударов ногой, обутой в обувь, в левую теменно-затылочную область головы, причинивших тяжкие вред здоровью, повлекший смерть потерпевшего. 

Вместе с тем, судом установлено на основании показаний свидетеля МДВ (прямого очевидца причинения КСА вреда здоровью), что подсудимый нанес один удар ногой в голову потерпевшего.

Доказательств нанесения подсудимым более одного удара (не менее двух) ударов в голову потерпевшего в судебном заседании на основании исследованных доказательств не установлено. 

С учетом этого, суд признает доказанным, что ФИО2 04.12.2017г. в период с 14 до 18 часов нанес один удар ногой, обутой в обувь, в голову КСА, исходя из чего, полагает необходимым исключить из обвинения ФИО2 указание о нанесении им не менее двух ударов ногами в голову КСА 

Оценивая в целом, приведенную выше совокупность доказательств, суд приходит к выводу, что эти доказательства полностью подтверждают виновность ФИО2 в умышленном причинении КСА тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, повлекшего его смерть по неосторожности, и опровергают, приведенные подсудимым и стороной защиты доводы о невиновности.

Непризнание подсудимым ФИО2 вины по предъявленному ему обвинению и последовательное приведение им доводов о своей невиновности, оценивается судом как реализация им своего законного права на защиту.

Суд квалифицирует действия ФИО2 в отношении КСА по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Согласно выводам заключения первичной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 каким-либо хроническим психическим, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдал, а обнаруживает в настоящее время и обнаруживал на момент правонарушения органическое расстройство личности и поведения в связи со смешанными заболеваниями.

Это подтверждается данными анамнеза и медицинской документации о перенесенных им вредностях экзогенно-органического характера (черепно-мозговые травмы, периодическая алкогольная интоксикация), что послужило причиной появления у него церебрастенического синдрома, наблюдения у невролога с посттравматической энцефалопатией, заострения личности по органическому (эмоциональная лабильность, вспыльчивость, эгоцентризм, конфликтность, неустойчивость настроения и интересов), что несколько затрудняло его социальную адаптацию. Диагностическое заключение подтверждается и результатами настоящего клинико-психиатрического обследования, выявившего у подэкспертного, на фоне неврологической симптоматики и жалоб церебрастенического характера (головные боли, головокружения, метеочувствительность), неустойчивость и ригидность эмоциональных реакций, демонстративность поведения, склонность к внешнеобвиняющим формам реагирования, ранимость к критическим замечаниям, эгоцентризм, замедленное по темпу мышление с элементами обстоятельности, снижение мнестических функций.

Однако указанные особенности психики подэкспертного, при отсутствии у него продуктивной психопатологической симптоматики, болезненных расстройств мышления, памяти, интеллекта, а также с учетом сохранности критических способностей, выражены не столь значительно и не лишали подэкспертного, во время инкриминируемого ему деяния, возможности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Как показал анализ материалов уголовного дела, в сопоставлении с данными настоящего клинико-психиатрического обследования, в период времени, к которому относится инкриминируемое ему деяние, он не обнаруживал также и признаков какого-либо временного психического расстройства, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения. На это указывают показания подэкспертного и сведения об употреблении им алкогольных напитков перед правонарушением, показания свидетелей, данные о последовательности и целенаправленности его действий, отсутствие в его поведении и высказываниях в тот период времени признаков патологической интерпретации окружающего, сохранение с ним адекватного речевого контакта и отсутствие ссылок на запамятование своего поведения. Поэтому, в период времени, к которому относится инкриминируемое ему деяние, ФИО2 мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

По своему психическому состоянию в настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства и давать о них показания. В стационарном обследовании и применении к нему принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается

т. 1 л.д. 184-187

Суд, оценивая вышеуказанное экспертное заключение в совокупности с другими доказательствами, а также, принимая во внимание адекватное поведением подсудимого в ходе судебного разбирательства, его активную позицию защиты от обвинения, приходит к выводу о вменяемости ФИО2 относительно совершенного им преступления. 

Согласно ч. 2 ст. 22 УК РФ психическое расстройство, не исключающее вменяемости, учитывается судом при назначении наказания и может служить основанием для назначения принудительных мер медицинского характера.

При назначении ФИО2 вида и размера наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд учитывает данные о личности подсудимого ФИО2 - он ранее не судим, по месту жительства характеризуется положительно, имеет малолетнего ребенка, является ветераном боевых действий, явился с повинной, имеет психическое расстройство, не исключающее вменяемости; преступление совершил в состоянии опьянения вызванном употреблением алкоголя. 

т. 1 л.д. 65, 94, т. 2 2 л.д. 130-142

Суд на основании п.п. «г», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признает обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 - наличие малолетнего ребенка, его явку с повинной.

На основании ч. 2 ст. 61 УК РФ суд учитывает в качестве смягчающего наказание ФИО2 обстоятельства то, что он является ветераном боевых действий.

На основании ч. 2 ст. 22, ч. 2 ст. 61 УК РФ суд учитывает в качестве смягчающего наказание ФИО2 обстоятельства, наличие у него психического расстройства, не исключающего вменяемости.

Суд, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и личность ФИО2, на основании ч. 1.1 ст. 63 УК РФ признает обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. 

Учитывая наличие обстоятельства, отягчающего наказание ФИО2, отсутствуют основания для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ об изменения категории преступления на менее тяжкую, а также для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания. 

Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, для назначения ФИО2 наказания на основании ст. 64 УК РФ ниже низшего предела или белее мягкого вида наказания, чем предусмотрено санкцией за совершенное преступление.

С учетом изложенных обстоятельств в совокупности, суд полагает необходимым назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы, но без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, учитывая совокупность обстоятельств, смягчающих его наказание.

Суд, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, его тяжесть, обстоятельства его совершения и личность подсудимого ФИО2, считает невозможным назначение ему наказания на основании ст. 73 УК РФ условно. По убеждению суда, только реальное наказание в виде лишения свободы будет способствовать достижению в отношении ФИО2 целей наказания - восстановление социальной справедливости, а также исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений.

На основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ суд назначает ФИО2 отбытие наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Меру пресечения в отношении ФИО2 суд полагает необходимым оставить в виде заключения под стражей до вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции ФЗ РФ от 03.07.2018г. №186-ФЗ) время содержания ФИО2 под стражей в период предварительного расследования, судебного разбирательства до постановления настоящего приговора в период с 06 декабря 2017г. по 25 ноября 2018г. и время содержания под стражей до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок отбытия наказания в виде лишения свободы из расчета один день за один день.

Руководствуясь ст.ст. 302-309 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 7 (семь) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбытия наказания в виде лишения свободы ФИО2 исчислять с 26 ноября 2018г.

Меру пресечения в отношении ФИО2 оставить в виде заключения под стражей до вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции ФЗ РФ от 03.07.2018г. №186-ФЗ) зачесть время содержания ФИО2 под стражей в период предварительного расследования, судебного разбирательства до постановления настоящего приговора с 06 декабря 2017г. по 25 ноября 2018г., а также время содержания под стражей до вступления приговора в законную силу в срок отбытия наказания в виде лишения свободы из расчета один день за один день. 

Вещественные доказательства: 

- мужскую куртку, мужские джинсы, принадлежащие КСА, переданные потерпевшей КНР, оставить ей по принадлежности;

- мобильный телефон марки «BQ 5044», переданный КНВ, оставить ей по принадлежности;

- CD-диск с видеозаписями, изъятые в ходе осмотра мобильного телефона марки «BQ 5044», хранящийся в материалах настоящего уголовного дела, оставить на хранении там же;

- флэшку с записью, преданную суду стороной защиты, хранящийся в материалах настоящего уголовного дела, оставить на хранении там же.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд в течение 10 суток со дня его провозглашения через Буденновский городской суд, а осужденным ФИО2, содержащимся под стражей, в этот же срок со дня вручения ему копии приговора суда.

Разъяснить осужденному ФИО2, что в случае подачи им апелляционной жалобы на приговор суда, он вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья – подпись

Копия верна

Судья Пронькин В.А.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>