Судья Карпычев А.А. Дело № 12-85/2024 

УИД 37RS0010-01-2024-002329-30

РЕШЕНИЕ

город Иваново 04 июня 2024 года

Судья Ивановского областного суда Войкин А.А.,

с участием защитника ФИО11 - ФИО12.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по жалобе ФИО11 и ее защитника ФИО12 на постановление судьи Ленинского районного суда г.Иваново от 28 мая 2024 года № 5-32/2024,

установил:

Постановлением судьи Ленинского районного суда г.Иваново от 28 мая 2024 года №5-32/2024 ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 18.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 4 000 рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации в форме контролируемого самостоятельного выезда. 

Не согласившись с указанным постановлением ФИО11 и ее защитник ФИО12 просят его отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием состава правонарушения, полагая, что судом нарушен порядок рассмотрения дела об административном правонарушении, приводя в обоснование позиции следующие доводы:

- указывает, что судом в соответствии со ст.24.4 КоАП РФ не разрешены заявленные устные и письменные ходатайства, мотивированное решение не вынесено;

- полагает, что судом не проверена правильность оформления протокола об административном правонарушении и иных документов; протокол об административном правонарушении составлен в отсутствии защитника, переводчика и ФИО11, что следует из фотографии и объяснений в протоколе; указывает, что протокол фактически составлялся ФИО19 при закрытом окне, а ФИО20 разъясняла процессуальные права только после замечания защитника;

- указывает, что ФИО20 не взяла расписку о разъяснении прав у ФИО11 и ее защитника, при этом взяла ее у переводчика; не разрешила ходатайства, заявленные в соответствии со ст.24.4 КоАП РФ; перевод протокола об административном правонарушении и текста объяснений отсутствует;

- указывает на предвзятость суда к стороне защиты, выразившуюся в снятии вопросов, заданных защитником свидетелю;

- полагает, что судом не разрешен заявленный защитником ФИО12 отвод;

- считает, что судом не принят во внимание факт обращения ФИО11 с административным иском в связи с отказом в предоставлении ей временного убежища на территории Российской Федерации; 

- полагает, что судом нарушены правила оценки доказательств, а именно не проверены письменные доказательства на их относимость, допустимость и достоверность, считая, что протоколы противоречат друг другу; доказательств, подтверждающих наличие в действиях ФИО11 состава правонарушения не собрано и суду не представлено, 

- считает, что судом не учтено семейное положение привлекаемого лица, наличие супруга – гражданина Российской Федерации, в нарушении требований международных правовых актов, Конституции РФ, КоАП РФ нарушены права на семейную жизнь и воспитание будущего ребенка;

- указывает, что перевод в ходе рассмотрения дела судом со стороны переводчика не осуществлялся.

Надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения жалобы ФИО11 в судебное заседание не явилась, обратившись к суду с ходатайством о рассмотрении жалобы в ее отсутствие. С учетом изложенного, на основании п.4 ч.2 ст.30.6 КоАП РФ суд полагает возможным рассмотреть жалобу в отсутствие данного лица.

Защитнику ФИО12 были разъяснены права, предусмотренные ст.51 Конституции РФ, ст.25.5 КоАП РФ соответственно. Отводов заявлено не было. Ходатайство защитника о допросе переводчика в качестве свидетеля и приобщении дополнительных материалов разрешено отдельным определением.

Защитник ФИО12. в судебном заседании доводы жалобы поддержал в полном объеме. Защитник дополнительно указал, что указанное в жалобе ходатайство переводчика изложено им в расписке о разъяснении прав после составления протокола. Сообщил, что в данном случае должностное лицо за закрытым окном составило протокол об административном правонарушении, не разъяснив им права, при этом данным лицом являлась не ФИО20., последняя разъяснила права уже после того как протокол был составлен и она вынесла его для подписания. Указал, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 заключила брак с гражданином Российской Федерации. Полагает, что в данном случае не были учтены сроки давности, поскольку виза истекла в 2012 году, ФИО11 не уехала из-за гуманитарных соображений, в связи с возможностью подвергнуться насилию.

Выслушав участвующих лиц, изучив доводы жалобы, проверив материалы дела в полном объеме в соответствии с положениями ч.3 ст.30.6, ст.30.9 КоАП РФ, прихожу к следующим выводам.

Положениями ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение иностранным гражданином или лицом без гражданства режима пребывания (проживания) в Российской Федерации, выразившееся в том числе в уклонении от выезда из Российской Федерации по истечении определенного срока пребывания, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния.

Правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации регулируется Федеральным законом от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации»).

Согласно ст. 2 названного Федерального закона законно находящимся в Российской Федерации иностранным гражданином признается лицо, имеющее действительные вид на жительство, либо разрешение на временное проживание, либо визу и (или) миграционную карту, либо иные предусмотренные федеральным законом или международным договором Российской Федерации документы, подтверждающие право иностранного гражданина на пребывание (проживание) в Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 5 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» срок временного пребывания иностранного гражданина в Российской Федерации определяется сроком действия выданной ему визы, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Срок временного пребывания в Российской Федерации иностранного гражданина, прибывшего в Российскую Федерацию в порядке, не требующем получения визы, не может превышать девяносто суток суммарно в течение каждого периода в сто восемьдесят суток, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом, а также в случае, если такой срок не продлен в соответствии с настоящим Федеральным законом. При этом непрерывный срок временного пребывания в Российской Федерации указанного иностранного гражданина не может превышать девяносто суток.

В силу ст. 25.10 Федерального закона от 15 августа 1996 года № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» (далее Федеральный закон № 114-ФЗ) иностранный гражданин или лицо без гражданства, въехавшие на территорию Российской Федерации с нарушением установленных правил, либо не имеющие документов, подтверждающих право на пребывание (проживание) в Российской Федерации, либо утратившие такие документы и не обратившиеся с соответствующим заявлением в территориальный орган федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, либо уклоняющиеся от выезда из Российской Федерации по истечении срока пребывания (проживания) в Российской Федерации, а равно нарушившие правила транзитного проезда через территорию Российской Федерации, являются незаконно находящимися на территории Российской Федерации и несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судьей районного суда, ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 10 минут по адресу 

<

адрес> было выявлено, что ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являясь гражданкой 

<

данные изъяты> уклонилась от выезда из Российской Федерации по истечении срока ее пребывания, а именно после истечения ДД.ММ.ГГГГ срока действия визы. 

Признавая ФИО11 виновной в указанном правонарушении, судья районного суда пришел к обоснованному выводу о том, что факт ее уклонения от выезда после истечения срока действия визы и последующего незаконного нахождения ФИО11 в Российской Федерации подтвержден представленными в деле доказательствами, в числе которых: 

- протокол об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором изложены обстоятельства выявленного правонарушения;

- сведения базы данных ЦБДУИГ ФМС России, согласно которой ФИО11 последний раз въехала на территорию Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ на основании однократной визы №;

- копии соответствующей визы №, срок действия которой истек ДД.ММ.ГГГГ;

- копии паспорта ФИО11, выданного Федеральной Республикой 

<

данные изъяты> и сведения дактилоскопической карты по результатам дактилоскопической регистрации;

- объяснения ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ, в которых она данные сведения подтвердила, указав, что ранее обращалась за получением временного убежища в г.Москва в чем ей было отказано в связи с отсутствием оснований, а также после прибытия в г.Иваново ДД.ММ.ГГГГ – в УВМ УМВД России по Ивановской области, однако ее документы не были приняты, поскольку военных действий на территории 

<

данные изъяты> не проводится;

- рапорт инспектора ОВМ ОМВД России по Ленинскому району г.Иваново ФИО20. о выявлении данного правонарушения ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 10 минут в кабинете № ОВМ ОМВД России по Ленинскому району г.иваново по адресу 

<

адрес>; 

- сведениями ОВМ ОМВД России по Ленинскому району г.Иваново от ДД.ММ.ГГГГ о том, что ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения на миграционном учете по месту пребывания и месту жительства с ДД.ММ.ГГГГ на территории Российской Федерации не состоит, за разрешением на работу, получением разрешения на временное проживание и вида на жительство не обращалась, гражданство Российской Федерации не получала

а также иными материалами дела, в т.ч. подробно приведенным в обжалуемом постановелнии.

С данными выводами судьи следует согласиться. 

Вопреки доводам жалобы, требования ст. 24.1 КоАП РФ о всестороннем, полном, объективном и своевременном выяснении обстоятельств совершенного административного правонарушения судьей районного суда соблюдены. Предусмотренные ст. 26.1 КоАП РФ обстоятельства, подлежащие выяснению по делу об административном правонарушении, установлены. Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в ст.ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ, при рассмотрении дела не усматривается. Какой-либо односторонности, предвзятости при рассмотрении дела не усматривается.

Собранные по делу доказательства получили надлежащую оценку по правилам ст.26.11 КоАП РФ на предмет их относимости, допустимости и достоверности, а их совокупности – достаточности для вынесения обжалуемого постановления. 

При этом, вопреки доводам жалобы суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для признания протокола об административном правонарушении недопустимым доказательством:

Протокол об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ содержит все предусмотренные ч.2 ст.28.2 КоАП РФ сведения и составлен надлежащим должностным лицом – инспектором ОВМ ОМВД России по Ленинскому району г.Иваново, младшим лейтенантом полиции ФИО20., что удостоверено как ее подписью и расшифровкой в данном протоколе, так и подтверждено ею в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции. Оснований полагать, что протокол составлялся иным лицом суд не усматривает, каких-либо достоверных доказательств в подтверждение соответствующих доводов стороной защиты не представлено и в материалах дела не приведено. 

По смыслу частей 3 и 4 ст.28.2 КоАП РФ права участникам производства по делу разъясняются при составлении протокола, о чем делается запись в протоколе, после составления протокола физическому лицу, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, должна быть предоставлена возможность ознакомления с данным протоколом об административном правонарушении, они вправе представить объяснения и замечания по содержанию протокола, которые прилагаются к протоколу.

Вопреки позиции защитника соответствующие обязанности при составлении протокола вышеуказанным должностным лицом выполнены: протокол содержит сведения о разъяснении прав всем лицам, участвующим при его составлении, и их подписи: лицу, привлекаемому к административной ответственности прав, предусмотренных ст.51 Конституции РФ и ст.25.1 КоАП РФ; переводчику ФИО41 – прав и обязанностей, предусмотренных ст.25.10 КоАП РФ, и ответственности, предусмотренной ст.17.9 КоАП РФ; защитнику ФИО12. – прав, предусмотренных ст.51 Конституции РФ и ст.25.5 КоАП РФ. 

При этом ни ФИО11, ни переводчиком каких-либо замечаний при подписании протокола заявлено не было. Изложение защитником в протоколе о неразъяснении прав (их разъяснении после составления протокола) не свидетельствует о том, что права фактически не разъяснены. Изготовление должностным лицом печатной части текста протокола не свидетельствует об окончании процедуры его составления, включающей разъяснение участникам прав, перевод текста протокола, предоставление возможности дать объяснения по его содержанию и заявить ходатайства. При этом защитник был ознакомлен с протоколом и воспользовался предоставленным правом дать объяснения, указав свои возражения в соответствующей графе, тем самым реализовав свои права, предусмотренные ст.25.5 КоАП РФ. 

С учетом приведенных обстоятельств отсутствие в материалах дела отдельных расписок о разъяснении ФИО11 и защитнику ФИО12. вышеуказанных прав юридического значения не имеет и не свидетельствует о недопустимости протокола или иных доказательств по делу. 

Каких-либо достоверных сведений о том, что права, обязанности и ответственность были разъяснены переводчику после составления протокола и осуществления его перевода, материалы дела не содержат, а содержание расписки переводчика ФИО41 от ДД.ММ.ГГГГ и особенности выполнения записей в них не свидетельствуют о принадлежности рукописной записи о разъяснении прав после составления протокола именно указанному лицу, а не защитнику ФИО12. В свою очередь в самом протоколе об административном правонарушении от переводчика ФИО41 каких-либо замечаний относительно процедуры разъяснения ему прав не отражено.

Личность переводчика, защитника были установлены должностным лицом, составившим протокол, при их допуске к участию в деле, а также при рассмотрении дела судьей, соответствующие документы имеются в материалах дела. О приглашении в качестве переводчика именно ФИО41. также заявлялось ходатайство и стороной защиты, оно фактически было удовлетворено, поскольку именно указанное лицо впоследствии участвовало в ходе производства по делу в качестве переводчика вплоть до вынесения обжалуемого постановления. 

С учетом того, что протокол об административном правонарушении был переведен устно, отсутствие письменного перевода указанного протокола не нарушает права ФИО11, возражений последняя в связи с отсутствием письменного перевода текста протокола не высказывала; ходатайств об отводе переводчика, о письменном переводе процессуальных документов на ее родной язык не заявлялось. 

Сомнений в правильности и достоверности перевода, осуществленного переводчиком ФИО41., не имеется, оснований полагать о некомпетентности переводчика не имеется, замечаний по содержанию и полноте перевода со стороны защиты, в том числе в ходе рассмотрения дела судьей районного суда, не поступало. Подписи переводчика в графе о разъяснении ему прав, предупреждении об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ имеются. 

Таким образом, протокол об административном правонарушении составлен с соблюдением требований ст. 28.2 КоАП РФ, процессуальные права ФИО11 при его оформлении соблюдены. При отсутствии в протоколе существенных недостатков, оснований для возвращения его должностному лицу не имелось. Сам протокол при рассмотрении дела обоснованно оценен в качестве допустимого доказательства.

Вопреки доводам жалобы, все заявленные ФИО11 в письменном виде ходатайства были разрешены должностным лицом в соответствии с требованиями ст.24.4 КоАП РФ, все указанные в них лица (ФИО12 и ФИО41.) были допущены к участию в деле (в качестве защитника и переводчика), а указанные в ходатайстве документы – приобщены к материалам дела. С учетом фактического удовлетворения данных ходатайств, отсутствие отдельного определения об этом существенным процессуальным нарушением не является.

Действия ФИО11 квалифицированы по ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и нормами действующего законодательства, подлежащего применению в данном деле.

Довод стороны защиты об истечении сроков давности привлечения ФИО11 к административной ответственности основан на ошибочном толковании и подлежит отклонению, учитывая, что рассматриваемое правонарушение имеет длящийся характер и выявлено ДД.ММ.ГГГГ.

Существенных процессуальных нарушений, влекущих отмену обжалуемого постановления, со стороны суда первой инстанции также не допущено.

Вопреки доводам жалобы, при рассмотрении дела в районном суде ФИО11 были разъяснены ее процессуальные права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ. 

В качестве защитника ФИО11 при рассмотрении дела в суде участвовал ФИО12., также участвовал переводчик ФИО41., которым разъяснены процессуальные права, обязанности, переводчик предупрежден об административной ответственности по ст.17.9 КоАП РФ за заведомо неправильный перевод. Право на защиту не нарушено.

В силу ч. 2 ст. 24.4 КоАП РФ ходатайство заявляется в письменной форме. Между тем, каких-либо письменных ходатайств ФИО11, ее защитника ФИО12., о заявлении в порядке, предусмотренном ст. 24.4, 29.3 КоАП РФ, отвода судье, в материалах дела не имеется, в связи с чем доводы о неразрешении судьей соответствующего ходатайства также подлежат отклонению как несостоятельные. 

В свою очередь приобщенный по ходатайству защитника диск не содержал ни аудиозапись из ОВМ ОМВД России по Ленинскому району г.Иваново, ни аудиозапись судебного заседания Ленинского районного суда г.Иваново, указанные им в ходатайстве. 

Вопреки доводам жалобы, судьей Ленинского районного суда г.Иваново фактически удовлетворены заявленные ФИО11 ходатайства о вызове в судебное заседание должностного лица, составившего протокол ФИО20., о приобщении к материалам дела всех указанных в ходатайстве документов, о допуске к участию в деле в качестве защитника ФИО12. При этом в тексте ходатайства пункт 10 с просьбой вести протокол судебного заседания заявителем вычеркнут, данный факт удостоверен подписью заявителя, в связи с чем оснований для рассмотрения данного вопроса у суда не имелось. Поскольку оценка доводам защиты о недопустимости протокола об административном правонарушении фактически дана в тексте обжалуемого постановления, что свидетельствует о разрешении ходатайства в соответствующей части, отсутствие отдельного определения об отказе в удовлетворении данного ходатайства ФИО11 не является нарушением требований ст.24.4 КоАП РФ.

Доводы жалобы о том, что применение к ФИО11 такой меры административной ответственности, как административное выдворение за пределы Российской Федерации, является чрезмерно суровым и нарушает его право на уважение семейной жизни, является субъективной оценкой соответствующих обстоятельств стороной защиты и не влекут отмену или изменение состоявшегося по делу об административном правонарушении судебного постановления.

Правонарушения в области миграционного законодательства в силу закона и по законному решению суда могут быть квалифицированы именно как обстоятельства, вынуждающие к применению такого наказания, как административное выдворение, в силу насущной социальной необходимости.

В соответствии с общими правилами назначения административного наказания, основанными на принципах справедливости, соразмерности и индивидуализации ответственности, административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с КоАП РФ. При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (части 1 и 2 статьи 4.1 КоАП РФ).

Согласно правовым позициям, выработанным Конституционным Судом Российской Федерации, само по себе установление федеральным законом административного выдворения за пределы Российской Федерации в качестве обязательного наказания за определенные миграционные правонарушения не противоречит Конституции Российской Федерации, а точность и ясность правил назначения наказаний предотвращают излишнее усмотрение и злоупотребления в процессе применения административных санкций. При этом суды, не ограничиваясь установлением только формальных оснований применения закона, должны исследовать и оценивать реальные обстоятельства, чтобы признать соответствующие решения в отношении иностранного гражданина либо лица без гражданства необходимыми и соразмерными. (Постановления от 17 февраля 1998 года N 6-П, от 14 февраля 2013 года N 4-П и от 25 февраля 2014 года N 4-П; Определения от 12 мая 2006 года N 155-О, от 4 июня 2013 года N 902-О, от 5 марта 2014 года N 628-О, от 28 сентября 2017 года N 1808-О, от 27 февраля 2020 года N 524-О, от 31 марта 2022 года N 534-О и др.).

К тому же, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных принудительных мер миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений (особенно массовых) (Постановление от 6 октября 2022 года N 41-П; Определения от 4 июня 2013 года N 902-О и от 5 марта 2014 года N 628-О), в том числе распространенности практики их совершения.

Вопреки доводам жалобы, при назначении ФИО11 административного наказания требования статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях были соблюдены: учтены характер совершенного административного правонарушения, личность виновной и другие обстоятельства дела. При этом в качестве смягчающего наказание обстоятельства признано ее нахождение в состоянии беременности, учтено отсутствие фактов привлечения ранее к административной ответственности, в связи с чем судом назначено основное наказание в виде штрафа не в максимальном размере, предусмотренном санкцией соответствующей статьи.

Каких-либо исключительных обстоятельств, которые могли бы быть рассмотрены в качестве оснований для неназначения ФИО11 административного наказания в виде административного выдворения, по делу не установлено, а факт заключения ею брака с гражданином Российской Федерации уже после вынесения обжалуемого постановления, с которым они совместно проживали на протяжении непродолжительного периода времени (с ДД.ММ.ГГГГ), не является основанием к невозможности применения в данном случае наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации.

Суд учитывает, что ФИО11, въехав на территорию Российской Федерации (ДД.ММ.ГГГГ за два дня до истечения срока действия визы (ДД.ММ.ГГГГ) впоследствии более 11 лет не принимала каких-либо мер по легализации своего пребывания (проживания) на территории Российской Федерации, что свидетельствует о явном отсутствии у нее лояльности к правопорядку страны пребывания. При этом выдворение ФИО11 за пределы Российской Федерации не свидетельствует о невозможности ее проживания с семьей за пределами Российской Федерации в случае наличия между ними действительных стойких семейных связей, в связи с чем оснований для исключения назначенного названному лицу наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации не имеется.

При установленных обстоятельствах назначение ФИО11 наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации следует признать действительно необходимым для достижения баланса публичных и частных интересов в производстве по делу об административном правонарушении, так как в сложившейся ситуации оно является единственно возможным способом достижения целей административного наказания, закрепленных ст. 3.1 КоАП РФ.

При этом семейное положение ФИО11 обоснованно оценено судом и принято во внимание при определении формы исполнения наказания в виде административного выдворения – посредством контролируемого выезда.

Постановление по делу об административном правонарушении соответствует требованиям статьи 29.10 КоАП РФ, нарушений процессуальных требований КоАП РФ в ходе производства по настоящему делу допущено не было.

При таких обстоятельствах постановление судьи является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, 

решил:

Постановление судьи Ленинского районного суда г.Иваново от 28 мая 2024 года № 5-32/2024 о привлечении ФИО11 к административной ответственности по ч.1.1 ст. 18.8 КоАП РФ, оставить без изменения, жалобу ФИО11 и ее защитника ФИО12., - без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции 

Судья Войкин А.А.