№ 2- 2402/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 ноября 2019 года г. Ульяновск

Железнодорожный районный суд г. Ульяновска в составе:

председательствующего судьи Зобовой Л.В., 

с участием помощника прокурора Железнодорожного района г. Ульяновска Кузичевой Н.Е.,

истца – ФИО1,

представителя истца ФИО1 – Курганова В.В.,

представителя ответчика – ФИО2, 

при секретаре Сергеевой Н.Г., помощнике судьи Гришиной П.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело № 2- 2402/2019 по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Кондитерская фабрика «Волжанка» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Железнодорожный районный суд г. Ульяновска с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Кондитерская фабрика «Волжанка» (далее – ООО «Кондитерская фабрика «Волжанка») о взыскании компенсации морального вреда. Исковые требования мотивированы тем, что в период с 01 июля 2015 года по 21 сентября 2016 года работал в должности дворника в административном отделе ООО «Кондитерская фабрика «Волжанка». 01 февраля 2016 года с ним произошел несчастный случай. 01 февраля 2016 года в 7.00 час. ФИО1 приступил к работе. В должностные обязанности дворника входят: уборка территории от снега, мусора, погрузка пакетов с мусором с погрузочной эстакады в кузов автомобиля МАЗ. В 13 час. 50 мин. ФИО1 после окончания погрузки мусора в автомобиль МАЗ обратил внимание на то, что у этого транспортного средства передние колеса вывернуты в левую сторону и принял решение выправить их. Водителя автомашины рядом не было. ФИО1 подошел к кабине, открыл водительскую дверь, стоя на дорожном покрытии между зданием и автомобилем, дотянулся до замка зажигания и повернул, оставленный в замке зажигания водителем, ключ. Произошел запуск двигателя и, так как автомобиль был оставлен со включенной коробкой передач, МАЗ стал двигаться. ФИО1 предпринял попытку заглушить мотор путем нажатия стоповой (аварийной) кнопки, но в этот момент произошло касание кабины водителя со зданием, машина остановилась. ФИО1 оказался зажат между ними. В результате несчастного случая он получил сочетанную травму: 

<

данные изъяты> Указанное повреждение относится к категории – тяжелая травма. Решением Железнодорожного районного суда г. Ульяновска от 24 августа 2017 года с ООО «Кондитерская фабрика «Волжанка» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, взыскана денежная сумма в размере 300 000 руб. Здоровье истца не восстановилось по настоящее время. С момента вынесения судебного решения по настоящее время в связи с полученной ранее травмой истец перенес еще операции. В период с 25 июня 2018 года по 04 июля 2018 года он проходил стационарное лечение в ГУЗ ЦК МСЧ им. В.А. Егорова с диагнозом - 

<

данные изъяты>. В период с 18 сентября 2019 года по 23 сентября 2019 год он находился на стационарном лечении в ГУЗ «УОКЦСВМП» с диагнозом - 

<

данные изъяты>. В связи с вышеизложенным истцу причинен моральный вред, который он оценивает в размере 300 000 руб. Ссылаясь на нормы Трудового кодекса Российской Федерации, Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО1 просит суд взыскать с ООО «Кондитерская фабрика «Волжанка» в его пользу компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

В судебном заседании ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивал, привел доводы аналогичные указанным в иске.

Представитель ФИО1 – адвокат Курганов В.В. в судебном заседании поддержал позицию ФИО1

Представитель ООО «Кондитерская фабрика «Волжанка» - ФИО6 исковые требованиями не признала в полном объеме, указав на то, что ФИО1 уже выплачена денежная сумма в счет компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, кроме того, из пояснений допрошенных в судебном заседании врачей ФИО3 и Петренко В.Г. следует, что перенесенные истцом операции 

<

данные изъяты> 

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, просил дело рассмотреть в свое отсутствие.

Выслушав пояснения явившихся лиц, участвующих в деле, свидетелей, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. 

На основании ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со ст. ст. 151, 1101 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

Согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Постановлении Пленума от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Из содержания ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Из содержания ст. 1079 ГК РФ следует, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (ч. 1). Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (ч.2). Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064) (ч.3).

По делу установлено, что с 01.07.2015 по 21.09.2016 ФИО1 работал в ООО «Кондитерская фабрика «Волжанка» в должности дворника административного отдела.

Из акта о несчастном случае на производстве следует, что 01 февраля 2016 года дворник ФИО1 приступил к работе в 7 час. 00 мин. согласно графика. В должностные обязанности дворника входят: уборка территории от снега, мусора, погрузка пакетов с мусором с погрузочной эстакады в кузов автомобиля «МАЗ». В 13 час. 50 мин. 01 февраля 2016 года ФИО1 после окончания погрузки мусора в автомобиль «МАЗ» (самосвал) обратил внимание, что у этого транспортного средства передние колеса вывернуты в левую строну (в строну здания) и принял решение выправить их. Водителя автомашины рядом не было. ФИО1 подошел к кабине, открыл водительскую дверь, стоя на дорожном покрытии между зданием и автомобилем, дотянулся до замка зажигания и повернул, оставленный в замке зажигания водителем, ключ. Произошел запуск двигателя и, так как автомобиль был оставлен со включенной коробкой передач, «МАЗ» стал двигаться. ФИО1 предпринял попытку заглушить мотор путем нажатия стоповой (аварийной) кнопки, но в этот момент произошло касание кабины водителя со зданием, машина остановилась. ФИО1 оказался зажат между ними. Находившийся в раздевалке для смены верхней одежды, водитель ФИО4 услышал фразу: ««МАЗ» поехал», после чего посмотрел в окно. ФИО4 увидел, что автомобиль стоит не на своем месте, подбежал к месту происшествия и увидел зажатого пострадавшего. Водитель ФИО4 завел двигатель и передвинул автомашину назад. Затем он и водитель ФИО5, который вернулся с обеденного перерыва, отнесли ФИО1 в медицинский пункт, где фельдшер ФИО7 оказала ему первую медицинскую помощь, после чего пострадавший на служебном транспорте был доставлен в лечебное учреждение.

ФИО1 получена сочетанная травма: 

<

данные изъяты>.

Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории - тяжелая травма.

Причиной несчастного случая явились:

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в недостаточном контроле при производстве работ и в низком уровне качества проведения инструктажа с водителем автомобиля (нарушение ст. 212 Трудового Кодекса Российской Федерации);

- нарушение требований безопасности при эксплуатации транспортного средства, а именно: водитель, покинул автотранспортное средство, не приняв необходимые меры, исключающие самопроизвольное движение транспортного средства или использование его в отсутствие водителя; при остановке автотранспортного средства водитель, покидая кабину, не установил рычаг переключения передач в нейтральное положение, не затормозил стояночным тормозом; водитель, оставив автотранспортное средство на незначительном уклоне, не поставил под колеса специальные упоры (башмаки) (нарушение п. 2.3.1.18 Межотраслевых правил по охране труда на автомобильном транспорте. ПОТ РМ-027-2003, п. 3.5, п. 3.6 Инструкций по охране труда водителя автомобиля);

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в недостаточном контроле при производстве работ и в низком уровне качества проведения инструктажа с дворником (нарушение ст. 212 Трудового Кодекса Российской Федерации, п. 6.6 должностной инструкции);

- несоблюдение правил Внутреннего трудового распорядка ООО "Кондитерская фабрика «Волжанка» и должностной инструкции дворника: личная неосторожность пострадавшего.

В результате проведенного расследования грубой неосторожности пострадавшего не установлено.

Решением Железнодорожного районного суда г. Ульяновска от 24 августа 2017 года с ООО «Кондитерская фабрика «Волжанка» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, в размере 300 000 руб.

Апелляционным определением Ульяновского областного суда от 21 ноября 2017 года решение Железнодорожного районного суда г. Ульяновска от 24 августа 2017 года оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ООО «Кондитерская фабрика «Волжанка» - без удовлетворения.

В соответствии с п. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Из указанного решения следует, что автомобиль МАЗ – 551605-271, государственный регистрационный знак №, 2011 года выпуска, используется ООО «Кондитерская фабрика «Волжанка» на основании договора аренды транспортных средств № от 16 июля 2015 года.

ФИО1 проходил стационарное лечение в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО8» с 01 февраля 2016 года по 29 февраля 2016 года. Выписан с листком нетрудоспособности до 04 марта 2016 года. Рекомендовано лечение в травмпункте, постельный режим до 2 месяцев с момента травмы, решить вопрос о возможной частичной нагрузке через 2 месяца, 

<

данные изъяты>, вызов врача на дом. 

Из программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 06 мая 2016 года следует, что у ФИО1 имеется диагноз: 

<

данные изъяты>

ФИО1 назначены лекарственные средства, указано, что в период с 06.05.2016 по 06.11.2016 он нуждается в бытовом уходе, в период с 06.05.2016 по 06.11.2016 он нуждается в 

<

данные изъяты> 

Из справки серии МСЭ-2006 № следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлено 30 % степени утраты профессиональной трудоспособности. Срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с 07.09.2016 по 01.10.2017.

Инвалидность ФИО1 не установлена.

Обосновывая свои требования о взыскании с ООО «Кондитерская фабрика «Волжанка» компенсации морального вреда, ФИО1 указывает не ухудшение состояния здоровья в связи с перенесенными операциями.

В период с 25.06.2018 по 04.07.2018 ФИО1 проходил лечение в ГУЗ ЦК МСЧ им. В.А. Егорова с диагнозом – 

<

данные изъяты>

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля заведующий хирургическим отделением в ГУЗ ЦК МСЧ им. В.А. Егорова – Петренко В.Г. следует, что 

<

данные изъяты> возникают в 10 % случаев после проведенных операций, их возникновение связано с особенностями организма человека, указанные 

<

данные изъяты> могут развиться через длительное время после перенесенной операции. 

С 18 сентября 2019 года по 23 сентября 2019 год ФИО1 находился на стационарном лечении в ГУЗ «УОКЦСВМП» с диагнозом - 

<

данные изъяты>

Допрошенный в качестве свидетеля врач ГУЗ «УОКЦСВМП» ФИО3 пояснил, что 

<

данные изъяты> явилась следствием проведенной операции. Развитие 

<

данные изъяты> связано с особенностями организма человека, перенесшего операцию.

Из программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 10 октября 2019 года следует, что у ФИО1 имеется диагноз: 

<

данные изъяты>

Инвалидность ФИО1 не установлена.

Из программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 10 сентября 2016 года следует, что ФИО1 в период с 10.10.2018 по 01.11.2019 может выполнять трудовую деятельность с большим напряжением.

ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности 10% на срок 1 год.

Таким образом, из анализа указанных документов следует, что состояние здоровья ФИО1 улучшается.

При таких обстоятельствах, оснований для взыскания с ООО «Кондитерская фабрика «Волжанка» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Кондитерская фабрика «Волжанка» о взыскании компенсации морального вреда отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Железнодорожный районный суд г. Ульяновска в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Л.В. Зобова