Дело № 2-1491/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 сентября 2018 года г. Орск 

Октябрьский районный суд г. Орска Оренбургской области в составе: 

председательствующего судьи Беймлер П.Ю.,

при секретаре Дорожкиной Н.А., 

с участием помощника прокурора Октябрьского района г.Орска Ушаковой Ю.Ю.,

представителя истца ФИО1 – адвоката Ахтиманкиной И.Н.,

ответчика ФИО3. его представителя ФИО4,

представителя ответчика ФИО5 – адвоката Резинина И.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО6, ФИО3, ФИО5 о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО6, ФИО5, ФИО3 с иском о компенсации морального вреда. В обоснование иска указала, что ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО6, управляя транспортным средством 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, двигался по 

<

адрес>, со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, в нарушение п.10.1, п.14.1 ПДД, в зоне действия дорожного знаков 3.24 «Ограничения максимальной скорости 40 км./ч.», 5.19.1, 5.19.2 «пешеходный переход», со скоростью равной около 53,8 км./ч., то есть с превышением установленного на данном участке дороги ограничения скоростного режима, допустил наезд на пешехода ФИО2, пересекавшего проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу. В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО2 получил телесные повреждения, от которых наступила смерть потерпевшего.

Приговором Октябрьского районного суда г.Орска от 21 марта 2018 года ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Собственником автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № является ФИО5, который 05.04.2017 года заключил с 

<

данные изъяты> ФИО3 договор аренды автомобиля без экипажа. Вместе с договором аренды был составлен акт о передаче транспортного средства. Транспортным средством управлял ФИО6 на основании путевого листа от 15.11.2017 года за подписью ФИО3

Истец ФИО1, являющаяся 

<

данные изъяты> ФИО2, указывает, что смерть близкого человека причинила ей глубокие нравственные страдания, в связи с чем, просит взыскать с ответчиков ФИО6, ФИО5, ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

Определением суда от 30.07.2018 года к участию в деле для дачи заключения привлечен прокурор Октябрьского района г.Орска.

Истец ФИО1, ответчик ФИО5, ответчик ФИО6, отбывающий наказание в ФКУ КП-4 УФСИН России по Рязанской области, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Представитель истца ФИО1 – адвокат Ахтиманкина И.Н. в судебном заседании требования иска поддержала в полном объеме, дав аналогичные пояснения.

Представитель ответчика ФИО5 – адвокат Резин И.Е. в судебном заседании возражал против удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда с ФИО5, поскольку последний передал автомобиль во владение ФИО3, договор аренды был расторгнут после ДТП под давлением со стороны ФИО3 ФИО5 перевозок не осуществляет и не несет ответственности за водителя, работающего на маршруте и сбившего пешехода.

Ответчик ФИО3, его представитель ФИО4 в судебном заседании просили компенсацию морального вреда взыскивать с его причинителя – водителя ФИО6, который не состоял в трудовых отношениях, управлял транспортным средством и допустил наезд на пешехода. В обоснование возражений пояснили, что 14.11.2017 года договор аренды без экипажа от 05.04.2017 года, заключенный между 

<

данные изъяты> ФИО3 и ФИО5 расторгнут по обоюдному согласию, вместе с договором составлен акт передачи, согласно которому автомобиль 

<

данные изъяты>, г/н № фактически возвращен собственнику ФИО5 Полагал, что при таких обстоятельствах 15.11.2017 года указанный автомобиль не должен был выходить на маршрут, однако, без ведома ФИО3 водитель ФИО6 на автомобиле 

<

данные изъяты>, г/н № без подписи с разрешением на выезд в путевом листе, выехал на маршрут №. ФИО3 об этом в известность никто не поставил, сам он этого не проверил. Считают, что автомобиль 

<

данные изъяты>, г/н № выбыл из владения ФИО3, поскольку в материалах уголовного дела имеется доверенность на управление транспортным средством, выданная ФИО6 от ФИО5, что свидетельствует о наличии между ними трудовых отношений, в связи с чем полагают, что ФИО6 на момент ДТП являлся законным владельцем автомобиля, вследствие чего именно на нем лежит обязанность по денежной компенсации морального вреда истцу. Кроме того, ФИО3 суду пояснил, что между ним и медицинской орг анизацией заключен договор на предмет прохождения водителями, выходящими, в том числе и на маршрут №, предрейсового медицинского осмотра.

Заслушав стороны, исследовав доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Приговором Октябрьского районного суда г.Орска от 21 марта 2018 года ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, с назначением наказания в виде 

<

данные изъяты>

Из содержания приговора следует, что ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ., управляя принадлежащим ФИО5 на праве собственности автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № RUS, в условиях темного времени суток при неограниченной видимости, при наличии уличного городского электроосвещения, пасмурной погоды без осадков, сухого асфальто-бетонного дорожного покрытия, двигался по 

<

адрес> в 

<

адрес>, со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, без учета дорожных и метеорологических условий, а также со скоростью равной 53.8 км/ч, не обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров – Правительства РФ № 1090 от 23.10.1993 года, без необходимой предусмотрительности и внимательности к дорожной обстановке.

В пути движения он, то есть ФИО6, перед пересечением нерегулируемого пешеходного перехода, расположенного напротив 

<

адрес> в 

<

адрес>, двигаясь в зоне действия дорожных знаков 3.24 - «ограничение максимальной скорости – 40 км/ч», 5.19.1, 5.19.2 - «пешеходный переход», превышая максимально допустимую на данном участке дороги скорость – 40 км/ч, действуя легкомысленно, то есть, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований, проявляя преступную самонадеянность, рассчитывал на предотвращение этих последствий, а именно двигаясь без учета особенностей состояния своего транспортного средства, дорожных и метеорологических условий, в зоне действия дорожных знаков 5.19.1, 5.19.2 - «пешеходный переход», при возникновении опасности для движения – пешехода ФИО2, пересекавшего проезжую часть слева направо (далее относительно направления а/м 

<

данные изъяты>/н № (56)) по пешеходному переходу, не уступил дорогу ФИО2, не принял своевременных мер для снижения скорости вплоть до остановки автомобиля, в результате чего, на левой полосе проезжей части, в 6,6 м от правого края проезжей части и в 3,8 м после дорожного знака 5.19.1 «пешеходный переход» по ходу движения в сторону 

<

адрес>, допустил наезд передней правой частью кузова своего автомобиля на пешехода ФИО2, следствием которого явилось причинение ФИО6 по неосторожности смерти ФИО2

Своими действиями водитель ФИО6 грубо нарушил требования п.п. 10.1, 14.1, а также дорожных знаков 3.24, 5.19.1, 5.19.2 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров – Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ.

В результате дорожно-транспортного происшествия пешеходу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, были причинены телесные повреждения, от которых наступила смерть потерпевшего.

Из материалов уголовного дела следует, что 

<

данные изъяты> ФИО2 является ФИО1, которая признана потерпевшей по уголовному делу.

В силу п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.)

Пунктом 1 ст. 1068 ГК РФ установлено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1, следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 ГК РФ и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя - как владельца источника повышенной опасности - в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно правовой позиции, изложенной в п.18 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», согласно которой при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством… к таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены… путевые листы… направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника… свидетельские показания… и другие.

Согласно пункта 2.1.1 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее также - ПДД), водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им для проверки в установленных случаях, в том числе путевой лист.

Как следует из пункта 2.2 Перечня мероприятий по подготовке работников юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, осуществляющих перевозки автомобильным транспортом и городским наземным электрическим транспортом, к безопасной работе и транспортных средств к безопасной эксплуатации (также утвержден Приказом Минтранса России от 15 января 2014 года № 7), одним из мероприятий проверки транспортного средства является проверка документами, в том числе путевого листа.

Согласно пункту 2 Обязательных реквизитов и порядка заполнения путевых листов, утвержденных Приказом Минтранса Российской Федерации от 18 сентября 2008 года № 152, обязательные реквизиты и порядок заполнения путевых листов применяют юридические лица и индивидуальные предприниматели, эксплуатирующие легковые автомобили, грузовые автомобили, автобусы, троллейбусы и трамваи.

Из материалов дела следует, что собственником автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, являлся ФИО5

Суду представлен договор аренды автомобиля без экипажа от 05.04.2017 года, согласно которому ФИО5 передал 

<

данные изъяты> ФИО3 в аренду автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, без оказания услуг по управлению и технической эксплуатации. Срок действия договора установлен с 05.04.2017 года по 01.04.2018 года.

Из соглашения от 14.11.2017 года следует, что договор аренды без экипажа от 05.04.2017 года, заключенный между 

<

данные изъяты> ФИО3 и ФИО5 расторгнут по обоюдному соглашению сторон.

15.11.2017 года на основании путевого листа, выданного 

<

данные изъяты> ФИО3, подписанного его сотрудником ФИО13, проверяющего состояние автомобилей, выходящих на маршрут, что подтверждено показаниями допрошенного в качестве свидетеля ФИО13, ФИО6 выехал на маршрут №. О том, что 14.11.2017 года договора аренды без экипажа от 05.04.2017 года расторгнут, ФИО13 ни 14.11.2017 года, ни 15.11.2017 утром в 06:25 во время проверки технического состояния транспортного средства, своим работодателем 

<

данные изъяты> ФИО3 в известность поставлен не был.

Кроме того, водители автотранспортных средств должны явиться на предрейсовый медицинский осмотр с путевым листом.

В соответствии с п. 16 Приказа Минтранса России от 18 сентября 2008 г. № 152 «Об утверждении обязательных реквизитов и порядка заполнения путевых листов» даты и время проведения предрейсового и послерейсового медицинского осмотра водителя проставляются медицинским работником, проводившим соответствующий осмотр, и заверяются его штампом и подписью с указанием фамилии, имени и отчества.

Судом установлено, что 15.11.2017 года водитель ФИО6 прошел предрейсовый медицинский контроль и был допущен к рейсу, о чем имеется отметка в путевом листе.

Более того, в путевом листе от 15.11.2017 года имеется отметка диспетчера маршрута № «выезд разрешаю». 

Из протокола допроса обвиняемого ФИО6 от 03.01.2018 года, содержащегося в материалах уголовного дела №, следует, что ФИО6 на маршруте №, используя автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № проработал с апреля 2017 года, не имея письменного договора с 

<

данные изъяты> ФИО3 Контроль осуществлялся, в том числе и 

<

данные изъяты> ФИО3, так как им предоставлялось обслуживание диспетчером (механиком) и медицинским работником. Диспетчером ФИО6 выдавался путевой лист. Вместе с автомобилем ФИО6 предоставлялись диагностическая карта, полис ОСАГО, карта маршрута и другие документы.

Указанные факты сторонами не оспаривались.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ФИО6 состоял в фактически трудовых отношениях с 

<

данные изъяты> ФИО3, который в момент дорожно-транспортного происшествия являлся законным владельцем автомобиля, следовательно, с учетом вышеуказанных норм действующего законодательства, ФИО3 как работодатель виновника ДТП, в котором погиб ФИО2, является надлежащим ответчиком по делу и обязан возместить причиненный истице в связи с утратой близкого человека моральный вред. Оснований для взыскания компенсации морального вреда с ФИО6, ФИО5 применительно к возникшим спорным правоотношениям не имеется, в связи с чем в иске к ФИО6, ФИО5 следует отказать.

Вопреки довода стороны ответчика ФИО3 о том, что в материалах уголовного дела № имеется доверенность, выданная ФИО5 ФИО6, свидетельствующая о наличии трудовых отношений именно между ответчиками ФИО5 и ФИО6, указанная доверенность выдана ФИО5 ФИО6 15.08.2017 года, то есть значительно позднее даты заключения договоры аренды без экипажа, датированного 05.04.2017 года, что в совокупности с показаниями обвиняемого ФИО6 от 03.01.2018 года, содержащимися в материалах уголовного дела №, показаниями свидетеля ФИО13, а также данными, содержащимися в путевом листе от 15.11.2017 года, опровергает указанный довод.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в п.21 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Вместе с тем, доказательств отсутствия трудовых отношений между ответчиком 

<

данные изъяты> ФИО3 и ФИО6, сторона ответчика ФИО3 суду не представила.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, в том числе жизнь, здоровье и т.п.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме; размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости; характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1099 ГК РФ предусмотрено, что основания и размер компенсации причиненного гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса.

При определении размера компенсации вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

По смыслу закона, в тех случаях, когда последствием преступления явилась смерть лица, против которого было направлено это преступление, становится возможной защита нарушенных прав и законных интересов его правопреемников.

К близким родственниками погибшего в результате преступления, относятся супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка и внуки.

Проанализировав доказательства по делу в их совокупности, учитывая отсутствие вины в действиях погибшего в совершении дорожно-транспортного происшествия, невосполнимость утраты отца, что смерть близкого, родного человека бесспорно является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личные структуры, психику, здоровье и самочувствие, учитывая фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, характер причиненного морального вреда, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований о компенсации морального вреда с ФИО3 в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче настоящего иска в суд, то с учетом ст. 103 ГПК РФ и удовлетворенных исковых требований с ответчика ФИО3 в доход МО «город Орск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 

<

данные изъяты> руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> руб.

В удовлетворении требований иска к ФИО6, ФИО5 о компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход Муниципального образования «город Орск» государственную пошлину в сумме 

<

данные изъяты>.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Оренбургского областного суда через Октябрьский районный суд г. Орска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья П.Ю. Беймлер

Мотивированное решение изготовлено 01 октября 2018 года.